Через несколько дней, вечером, Гена устроил маленькое совещание.
– Может, это не совсем тактично, то, что я хочу сказать, – начал он, – но всё-таки я скажу. Мне очень нравится то, что мы с вами делаем. Это мы просто здорово придумали! Но с тех пор, как мы всё это здорово придумали, я потерял всякий покой! Даже ночью, когда все нормальные крокодилы спят, я должен вставать и принимать посетителей. Так продолжаться не может! Надо обязательно найти выход.
– А мне кажется, что я уже нашёл, – сказал Чебурашка. – Только я боюсь, что это вам не понравится!
– Что же?
– Нам нужно построить новый дом. Вот и всё!
– Верно, – обрадовался Гена. – А старый мы закроем!
– Пока закроем, – поправила его Галя. – А потом снова откроем в новом доме!
– Итак, с чего же мы начнём? – спросил Гена.
– Прежде всего нужно выбрать участок, – ответила Галя. – А потом нам надо решить, из чего мы будем строить.
– С участком дело простое, – сказал крокодил. – Позади моего дома есть детский сад, а рядом с ним – небольшая площадка. Там и будем строить.
– А из чего?
– Конечно, из кирпичей.
– А где же их взять?
– Не знаю.
– И я не знаю, – сказала Галя.
– И я тоже не знаю, – сказал Чебурашка.
– Послушайте, – вдруг предложила Галя, – давайте позвоним в справочное бюро!
– Давайте, – согласился крокодил и тут же снял телефонную трубку. – Алло, справочное! – сказал он. – Вы не подскажете нам, где можно достать кирпичи? Мы хотим построить маленький домик.
– Минуточку! – ответило справочное. – Дайте подумать. – А потом сказало: – Вопросом кирпичей у нас занимается Иван Иванович. Так что идите к нему.
– А где он живёт? – спросил Гена.
– Он не живёт, – ответило справочное, – он работает. В большом здании на площади. До свидания.
– Ну что ж, – сказал Гена, – пошли к Иван Ивановичу! – И он вытащил из шкафа свой самый нарядный костюм.
Иван Иванович сидел в большом светлом кабинете за письменным столом и работал.
Из большой кучи бумаг на его столе он брал одну, писал на ней: «Разрешить. Иван Иванович» – и откладывал в левую сторону.
Затем он брал следующую бумажку, писал на ней: «Не разрешить. Иван Иванович» – и откладывал в правую сторону.
И так дальше:
«Разрешить. Иван Иванович».
«Не разрешить. Иван Иванович».
– Здравствуйте, – вежливо поздоровались наши друзья, входя в комнату.
– Здравствуйте, – ответил Иван Иванович, не отрываясь от работы.
Гена снял свою новую шляпу и положил её на угол стола. Тут же Иван Иванович написал на ней: «Разрешить. Иван Иванович», потому что перед этим он написал на какой-то бумажке: «Не разрешить. Иван Иванович».
– Вы знаете, нам нужны кирпичи!.. – начала разговор Галя.
– Сколько? – поинтересовался Иван Иванович, продолжая писать.
– Много, – торопливо вставил Чебурашка. – Очень много.
– Нет, – ответил Иван Иванович, – много я дать не могу. Могу дать только половину.
– А почему?
– У меня такое правило, – объяснил начальник, – всё делать наполовину.
– А почему у вас такое правило? – спросил Чебурашка.
– Очень просто, – сказал Иван Иванович. – Если я всё буду делать до конца и всем всё разрешать, то про меня скажут, что я слишком добрый и каждый у меня делает что хочет. А если я ничего не буду делать и никому ничего не буду разрешать, то про меня скажут, что я бездельник и всем только мешаю. А так про меня никто ничего плохого не скажет. Понятно?
– Понятно, – согласились посетители.
– Так сколько кирпичей вам нужно?
– Мы хотели построить два маленьких домика, – схитрил крокодил.
– Ну что ж, – сказал Иван Иванович, – я вам дам кирпичи на один маленький домик. Это будет как раз тысяча штук. Идёт?
– Идёт, – кивнула головой Галя. – Только нам ещё нужна машина, чтобы привезти кирпичи.
– Ну нет, – протянул Иван Иванович, – машину я вам дать не могу. Я могу дать только полмашины.
– Но ведь половинка машины не сможет ехать! – возразил Чебурашка.
– Действительно, – согласился начальник, – не сможет. Ну тогда мы сделаем так. Я вам дам целую машину, но привезу кирпичи только на половину дороги.
– Это будет как раз возле детского садика, – снова схитрил Гена.
– Значит, договорились, – сказал Иван Иванович.
И он опять занялся своей важной работой – достал из кучки бумажку, написал на ней: «Разрешить. Иван Иванович» – и потянулся за следующей.
На другой день к детскому саду подъехала большая грузовая машина, и двое рабочих сгрузили тысячу штук кирпичей.
– Нам нужно обязательно обнести наш участок забором, – сказала Галя, – чтоб никто нам не мешал строить.
– Правильно, – согласился Гена. – С этого и начнём!
Они раздобыли несколько десятков дощечек, вкопали по углам участка столбы и поставили невысокий деревянный забор. После этого работа началась.
Чебурашка и Галя подносили глину, а крокодил надел брезентовый фартук и стал каменщиком.
Одно только смущало Гену.
– Понимаешь, – говорил он Чебурашке, – увидят меня мои знакомые и скажут: «Вот тебе раз: крокодил Гена, а занимается такой несерьёзной работой!» Неудобно получится!
– А ты надень маску, – предложил Чебурашка. – Тебя никто и не узнает!
– Верно, – стукнул себя по лбу крокодил. – Как это я сам не додумался!
С тех пор он приходил на стройку домика только в маске. И в маске крокодила никто не узнавал. Только однажды крокодил Валера, Генин сменщик, проходя мимо забора, закричал:
– Ого-го, что я вижу! Крокодил Гена работает на стройке!.. Ну как дела?
– Дела хорошо, – ответил Гена незнакомым голосом. – Только я не Гена – это раз. А во-вторых, я вообще не крокодил!
Этим он сразу поставил Валеру на место.
Как-то вечером крокодил Гена первым пришёл на стройку. И вдруг он увидел, что вдоль забора тянется такая надпись:
ОСТОРОЖНО: ЗЛАЯ СОБАКА!
«Вот тебе раз! – подумал Гена. – Кто же её привёл? Может, Чебурашка? У него много всяких странных знакомых!»
Крокодил сел на приступочку, чтобы дождаться появления Чебурашки.
Через полчаса, напевая песенку, пришагал Чебурашка.
– Ты не знаешь, – обратился к нему крокодил, – откуда здесь взялась злая собака?
Чебурашка вытаращил глаза.
– Не знаю, – сказал он. – Вчера её не было. Может, её Галя привела?
Но когда пришла Галя, выяснилось, что и она не приводила никакой злой собаки.
– Значит, собака сама пришла, – сделал предположение Чебурашка.
– Сама? – удивился крокодил. – А кто же написал надпись?
– Сама и написала. Чтобы её не беспокоили по пустякам!
– Как бы то ни было, – решила девочка, – надо её оттуда выманить! Давайте привяжем кусочек колбасы на верёвочку и бросим на участок. А когда собака схватится за него зубами, мы её оттуда вытащим через калитку.
Так они и сделали. Взяли кусок колбасы из Чебурашкиного ужина, привязали к бечёвке и бросили через забор.
Но никто за верёвку не дёргал.
– А может, она не любит колбасу? – сказал Чебурашка. – Может, она любит рыбные консервы? Или, например, бутерброды с сыром?
– Если бы не новые штаны, – взорвался Гена, – я бы ей показал!
Неизвестно, чем бы всё это кончилось, если бы из-за забора вдруг не выскочила кошка. Она держала в зубах ту самую колбасу на верёвочке.
Кошка посмотрела на друзей и быстро-быстро убежала. Так быстро, что Чебурашка даже не успел потянуть за шпагатик и вытянуть свой ужин.
– Что же это такое? – разочарованно сказал он. – Пишут одно, а на самом деле другое! – Он зашёл за калитку. – Никакой собаки нет!
– И не было! – догадалась Галя. – Просто кто-то решил нам помешать! Вот и всё!
– А я знаю кто! – закричал Гена. – Это старуха Шапокляк! Больше некому! Из-за неё мы целый вечер не работали! А завтра она ещё что-нибудь придумает. Вот увидите!
– Завтра она ничего не придумает! – твёрдо заявил Чебурашка. Он стёр первую надпись и написал на заборе:
ОСТОРОЖНО: ЗЛОЙ ЧЕБУРАШКА!
Затем он выбрал длинный и толстый шест и прислонил его к калитке изнутри. Если бы кто-нибудь теперь приоткрыл калитку и сунул туда свой любопытный нос, шест непременно щёлкнул бы его по голове.
После этого Галя, Гена и Чебурашка спокойно разошлись по своим делам.
Каждый раз поздно вечером старуха Шапокляк выходила из дома для ночного разбоя. Она подрисовывала усы на афишах и плакатах, вытряхивала из урн мусор и изредка стреляла из пугача, чтобы напугать ночных прохожих.
И в этот вечер она тоже вышла из дома и направилась в город вместе со своей ручной крысой Лариской.
Первым делом она решила пойти на стройку нового дома, чтобы навести там очередной беспорядок.
Когда старуха подошла к забору, она увидела на нём такую надпись:
ОСТОРОЖНО: ЗЛОЙ ЧЕБУРАШКА!
«Интересно, – подумала старуха, – кто же это такой, злой Чебурашка? Надо посмотреть!»
Ей захотелось приоткрыть калитку и заглянуть внутрь. Но как только она это сделала, палка, приставленная изнутри, сразу же свалилась и пребольно щёлкнула её по носу.
– Безобразники! – закричала старуха. – Сорванцы! Я вам теперь задам! Вот увидите! – И сунув свою ручную крысу под мышку, она побежала в сторону зоопарка.
В голове у старухи Шапокляк уже созрел грозный план мести. Она знала, что в зоопарке живёт очень злой и глупый носорог по имени Птенчик. Старуха по воскресеньям кормила его бубликами, стараясь приручить. Носорог съел целых пять бубликов, и Шапокляк считала, что он совершенно ручной. Она хотела приказать ему, чтобы он прибежал на стройку, наказал этого «злого Чебурашку» и переломал там всё, что мог.
Ворота зоопарка были закрыты. Недолго думая, старуха перемахнула через забор и направилась к клетке с носорогом.
Носорог, конечно, спал. Во сне он, конечно, храпел. А храпел он так сильно, что совершенно непонятно было, как это он ухитряется спать при таком шуме.
– Эй ты, вставай! – сказала ему старуха. – Дело есть!
Но Птенчик ничего не слышал.
Тогда она стала толкать его в бок через прутья решётки кулаком. Это тоже не дало никакого результата.
Пришлось старухе отыскать длинную палку и палкой колотить носорога по спине.
Наконец Птенчик проснулся. Он был ужасно зол от того, что его разбудили. И, конечно, он уже не помнил ни о каких съеденных бубликах.
А Шапокляк открыла дверцу и с криком: «Вперёд! Скорей!» – побежала к выходу из зоопарка.
Носорог бросился за ней и совсем не потому, что ему хотелось «скорей» и «вперёд». Просто ему очень хотелось боднуть эту вредную старушенцию.
Перед воротами Шапокляк остановилась.
– Стоп! – сказала она. – Надо открыть ворота.
Однако носорог не остановился. Прямо с ходу он подбежал к старухе и наподдал ей так, что она в мгновение ока перелетела через забор.
– Бандит! Безобразник! – закричала старуха, потирая ушибленные места. – Сейчас я тебе покажу!
Но показать ей ничего не удалось: носорог проломил ворота и снова устремился за ней в погоню.
– Оболтус несчастный! – кричала Шапокляк на ходу. – Сейчас побегу в милицию, там тебе зададут! Там тебя проучат!
Но в милицию ей бежать было нельзя: там, скорее всего, проучили бы именно её, а не носорога.
Неизвестно, что было бы дальше, если бы на дороге вдруг не оказалось высокое дерево. В одно мгновение старуха забралась на самую его вершину.
– Порядок, – сказала она, поудобнее устраиваясь на ветках. – Сюда ему не влезть! Ку-ку!
Носорог потоптался-потоптался внизу, а потом улёгся спать, отыскав в стороне подходящую канаву.
А в это время Чебурашка, просидев весь вечер у крокодила, решил наконец отправиться домой. По дороге он надумал зайти на стройку нового дома, чтобы посмотреть, всё ли там в порядке. По теперешним временам это было нелишним.
Чебурашка медленно шёл по тёмной улице. Все в городе давно спали, и вокруг не было ни души. Но вдруг прямо над Чебурашкой, на высоком дереве, послышался какой-то шорох.
– Кто там? – спросил он.
– Это я, – ответил ему тоненький голосок. – Старуха Шапокляк.
И Чебурашка действительно разглядел в ветвях свою старую знакомую.
– А что вы там делаете?
– Висю, – отвечала старуха. – Уже два часа.
– Понятно, – сказал Чебурашка и отправился дальше.
Его нисколько не удивил ответ старухи. От неё можно было ожидать чего угодно. И если она два часа висит на дереве, то она знает, что делает. Однако в последнюю минуту Чебурашка вернулся.
– Интересно, а сколько времени вы забирались туда? Наверное, не меньше часа?
– Как же, – сказала старуха, – я не такая копуша. Я забралась сюда за десять секунд!
– За десять секунд? Так быстро? А почему?
– Потому что за мной гнался носорог. Вот почему!
– Вот это да! – протянул Чебурашка. – А кто же его выпустил из зоопарка? И зачем?
Но больше старуха ничего не хотела объяснять.
– Много будешь знать, скоро состаришься! – только и сказала она.
Чебурашка призадумался. Он много раз слыхал про этого злого и глупого носорога и прекрасно понимал: надо что-то делать. Иначе скоро не только Шапокляк, но и все остальные жители города окажутся на деревьях, словно ёлочные украшения.
– Побегу-ка я его искать! – решил наш герой.
Через несколько секунд он наткнулся на носорога. Тот взревел и бросился за храбрецом. Они мчались по улице с бешеной скоростью. Наконец Чебурашка свернул за угол, а носорог пролетел дальше.
Теперь уже Чебурашка бежал за носорогом, стараясь не отставать. При удобном случае он собирался позвонить в зоопарк и позвать на помощь служителей.
«Интересно, как меня наградят за его задержание?» – размышлял Чебурашка на ходу.
Он знал, что имеются три медали: «За спасение утопающих», «За храбрость» и «За труд». «За спасение утопающих» сюда явно не подходило.
«Наверное, дадут «За храбрость», – думал он, преследуя Птенчика.
«Нет, пожалуй, «За храбрость» не дадут», – мелькало у него в голове, когда ему снова приходилось удирать от разгневанного носорога.
А когда он пробежал по городу целых пятнадцать километров, то окончательно убедился, что будет награждён медалью «За труд».
Но вот Чебурашка увидел одинокий маленький домик, стоящий в стороне. Он сразу же направился к нему. Носорог не отставал. Они обежали вокруг домика пять или шесть раз.
Теперь стало совсем непонятно: кто же за кем гонится? То ли носорог за Чебурашкой, то ли Чебурашка за носорогом, то ли каждый из них бегает сам по себе!
Чтобы разобраться в этой путанице, Чебурашка отскочил в сторону. И пока носорог один носился по кругу, Чебурашка спокойно сидел на лавочке и размышлял.
Вдруг ему в голову пришла замечательная мысль.
– Эй, приятель! – закричал он носорогу. – Давай-ка за мной! – И сам помчался к длинной, постепенно сужающейся улочке.
Птенчик бросился за ним.
Улочка становилась всё уже и уже. Наконец она сузилась настолько, что носорог дальше бежать не мог. Он застрял между домами, как пробка в бутылке!
Утром за ним пришли служители из зоопарка. Они долго благодарили Чебурашку и даже пообещали подарить живого слонёнка, когда у них окажется лишненький!
А старуху Шапокляк в тот день снимала целая пожарная команда.