Ты уволен!

Ясмина Сапфир
Ты уволен!

Пролог

Проклятье! Они меня все же догнали!

Холодок прошелся вдоль позвоночника, душа ушла в пятки, а сердце загрохотало в ушах. Порыв теплого ветра показался ледяным дуновением.

Я обернулась в узком проулке между зданиями из серого монолитного камня, без крыши и стыков.

Черт! Надо было раньше уходить из бюро информации! Да и водителя отпускать не следовало. А тут еще с телохранителем поссорилась. Ну как поссорилась? Уволила к чертям этого самодовольного нахала и грубияна и ни капли не жалела! До этой минуты… А вот теперь ни водителя, ни защитника. Одна…

Боже! О чем я только думала, когда засиживалась допоздна с компьютером в обнимку? Знаю, конечно – о том, что уже показался след…

Вот чувствую, от меня только след и останется…

Фьюк… жалобно просвистела в вышине птица, словно предвещала беду. Воздух чужой планеты пощекотал ноздри.

Я прижала к груди легкую сумку из кожи полосатой макнойской рептилии – подарок из прошлой жизни. Так… Здания здесь своеобразные. Тянутся на многие метры. Прошмыгнуть между ними я не успею, надо весь квартал отмотать. Бежать дальше нет смысла – менгены догонят за считанные минуты. Не зря же эти гуманоиды улучшали себя с помощью генной инженерии. Мутанты чертовы!

К тому же их трое!

Ну да, какой же мужчина рискнет в одиночку напасть на слабую женщину?

Надо вначале напиться до состояния свиньи, а затем найти компанию таких же боровов!

Я судорожно соображала, что делать. Звать на помощь? Звонить в полицию? Неплохая идея! Попробуем… Попытка не пытка…

Экстренный вызов на браслете-компьютере отправил в ближайший полицейский участок мои данные: местоположение, «номер опасности» – возможное изнасилование или ограбление. Надеюсь, не опоздают, сумеют меня опознать хотя бы.

Черный юмор напрашивался сам собой, мужчины двигались слаженно, словно договаривались. В неверном свете желтых фонарей на антигравитационных подушках, они казались еще более отвратительными.

Мощные фигуры, метра под два ростом, пьяные ухмылки, сверкающие задором и возбуждением глаза… Я попала.

Неритмичные шаги гулко отдавались на черной дороге с гладким покрытием.

Жирные четырехкрылки – мотыльки размером с птицу – отбрасывали на преследователей уродливые тени.

Обезьяны, орангутанги!

Мрази!

Я сделала еще шаг назад, но сильная шестерня менгена остановила – легла на плечо и буквально пригвоздила к месту. Один из преследователей настиг – и вмиг оказался сзади. Схватил за горло, почти лишив кислорода. Двое других бросились как шакалы.

Принялись стягивать эластичные брюки, одновременно тиская везде, где дотягивались. Было настолько омерзительно, что меня затошнило. Менгены запыхтели как самовары и удвоили усилия… Я зажмурилась, стараясь уйти от реальности, когда внезапно хватка на шее ослабла…

– А ну отпустил ее! Быстро! Иначе я за себя не ручаюсь!

Знакомый бархатистый бас раздался совсем близко. Я же уволила его, даже обидела! Да что там обидела – буквально раздавила шпилькой мужское эго!

Я судорожно привела одежду в порядок. Твари! Все-таки порвали лосины!

– Быстро отошли пока живы!

Я не верила глазам, ушам и вообще органам чувств.

Как он тут очутился? Почему? С какой стати?

Бывший телохранитель только усмехнулся, странно так, загадочно – и началось представление…

Один летит туда, другой сюда, третий под ногами моего бывшего телохранителя. Он месил менгенов как тесто, а те только пьяно постанывали.

Отточенные удары, каждый – в цель, резкие, но спокойные движения, без спешки и суматохи. Я просто любовалась, восхищалась, радовалась, что бывший охранник вдруг очутился рядом…

– Ребята! Мы с вами! – дружки менгенов подоспели из питейного заведения, откуда и выскочили мои преследователи. Еще семеро… Нет, десять! Проклятье!

Телохранитель странно усмехнулся. Руки, ноги, тела замелькали передо мной как в ускоренной перемотке. Сзади послышалась полицейская сирена…

И двое местных стражей порядка влились в драку. Пьяные менгены и не думали прекращать потасовку из-за такой мелочи как приезд полиции, мой бывший охранник выглядел спокойным как скала…

Я прижалась к стене и в ужасе ждала окончания потасовки.

Мне бы сбежать, улететь на корабль, поймав первое же попавшееся такси, да что там – любого бомбилу… Оказаться наконец-то подальше от всего этого безумия. Но я почему-то не могла бросить отставного телохранителя. Ждала, чем же дело закончится… Следила за тем, как из горы тел то и дело появляется одно – самое мощное… Оно сверкало в серебристом свете фонарей словно закованное в рыцарские латы…

И всякий раз чувствовала, как сердце останавливается, когда бывший телохранитель исчезал в гуще драки…

Глава 1

Брутальные великаны, с каменными лицами, тяжелыми челюстями и высокими лбами – явно не тупые машины для убийства. В боевой форме покрыты серебристой чешуей, из локтей и костяшек на ладонях торчат шипы, такие же – вдоль позвоночника.

Вальтархи – воины с планеты Ттория. Сильные, отважные и непредсказуемые. Убийцы, полицейские, охранники, воины галактического союза. Кем они только не работают. Но всегда сами себе хозяева. Захотели – поступили на службу, превзошли любого, преодолели все испытания, доказали, что достойны должности, решили уйти – никто не удержит, хоть в цепи закуй.

В Союзе побаивались этой расы и уважали ее. По сравнению с менгенами, что улучшали себя с помощью генетики, вальтархи всего добились естественным путем. Поэтому и ценились куда выше, нежели самые высокооплачиваемые бойцы с Менгении.

Я снова пролистала каталог. Виртуальные страницы двигались по легкому нажатию пальца и гиганты словно возникали передо мной в полный рост, в трехмерной проекции, поворачивались, чтобы рассмотрела получше.

Кто в гражданском, кто в военном мундире, а кто и в форме космофлота… Кто во что горазд.

Худощавый землянин за письменным столом из жидкого камня – прозрачного и словно наполненного льющейся влагой – устал изучать собственный идеальный маникюр и расправлять несуществующие складки на рубашке из тончайшего белого шелка. Его кожаные брюки тоже не имели ни малейших изъянов. В зеркале за моей спиной, куда то и дело бросал взгляд хозяин агентства «Альтурия» – Максим Андальский – отражалось холеное лицо человека, лет сорока – значит ему не меньше ста пятидесяти. При новом уровне жизни – до трех-четырех столетий, сородичи все еще отставали от некоторых варварских рас в плане здоровья и физических характеристик.

Зато бизнесмены из них – то что надо. Любого облапошат, заработают миллионы на том, что валяется под ногами и преумножат выгодными инвестициями.

Вот и сейчас Максим Андальский торговал воздухом. Что и подтвердил, ответив на мой вопрос прямо и откровенно.

– Эти ребята сами по себе. Я лишь даю информацию – кто работает охранником, кто по особым поручениям. А уж вы сами договариваетесь.

«Особые поручения» давались киллерам. В отличие от телохранителей, у таких варваров из каталога контактные номера не указывались. Но, насколько я знала, им оставляли сообщения прямо в агентстве и убийцы связывались, если предложение нравилось.

Слава богу, я ищу охранника. У этих ребят все данные прописывались. Возраст, рост, вес, удачно выполненные миссии, даже рекомендации от прежних заказчиков – и те выкладывались. Изучай – не хочу!

Впрочем, для меня все вальтархи на одно лицо, послужные списки представлялись внушительными, стоимость услуг – соответственная…

Хорошо, редакция оплачивала расходы. Сама я бы такие суммы не потянула.

– А-а-а… Вы сами кого бы наняли? – наконец спросила я у Максима Андальского.

Тот вскинул глаза к потолку. Мол, то же мне клиенты пошли! Сами не знают, чего хотят! Позор, да и только!

Я думала, хозяин «Альтурии» промолчит или отделается малозначащей фразой, как поступал раньше. Дескать: зависит от целей, возможностей, средств…

Максим Андальский прославился тем, что почти никто в нашем огромном Галактическом государстве наверняка не знал ни его предпочтений, ни его мнения.

Но владелец «Альтурии» вдруг сжалился. То ли мой напуганный вид его вдохновил, то ли солидный гонорар от издания.

В зеркале за спиной Андальского отражалась взволнованная женщина лет 30-ти, рыжая, белокожая, спортивная, в джинсах-лосинах и свитере.

Не знаю зачем Максим Андальский поставил это зеркало. Может, чтобы смотреться в него, если отвернется от клиента? В очередной уже раз любоваться собственным холеным видом и дорогущим нарядом? Но судя по моему отражению, в полной растерянности клиентки сомневаться не приходилось.

– Я всегда нанимаю Эльса Хантро. Но не знаю – согласится ли он работать на ваших условиях. Этот парень лучший из лучших, но и просит за услуги очень дорого.

– Согласится! Я давно за вами наблюдаю. Судя по всему, задание необременительное, да и женщина вполне себе ничего. Есть своя прелесть в том, когда заказчица страшнее атомной войны. Всегда можно использовать в стратегических целях – выставить перед преследователями и пока те очухаются, придумать новый способ нейтрализации. Но работать с красивой женщиной приятней моему варварскому сердцу, – низкий голос принадлежал мужчине, что вошел в кабинет Максима Андальского размашистым шагом, уверенно, будто к себе домой.

Он выглядел, как и все вальтархи, точнее – как самые мощные из них. Глаза цвета сирени изучали меня с интересом, серая толстовка и джинсы сидели на варваре лучше, чем шикарный наряд на хозяине «Альтурии». Длинные иссиня-черные волосы телохранитель заплел в длинную причудливую косу из множества прядей. Правую бровь телохранителя рассекал шрам, такой же тянулся и вдоль скулы. И, черт меня побери, но они придавали вальтарху только большей привлекательности, брутальности, изюминки.

Современные технологии позволяли избавляться от подобных рубцов практически бесследно и безболезненно, но варвары редко так поступали. Для них такие отметины служили чем-то вроде знака качества, печати истинного воина…

 

– Ну? Чего приуныла? – Эльс опустился рядом со мной на диван из специального пластика. Тот менял форму и подстраивался под тело. – Не переживай. Натолия – планета опасная, там хищников уйма, есть дикие аборигены. Но я там уже раз двадцать путешествовал. Да и работа не такая сложная. За тобой ведь не особо охотятся…

Эм… Вот в этом я начала сомневаться. С тех пор как занялась сбором информации для статьи, мне то и дело приходили сообщения: туда не суйся, здесь не копайся, эти материалы не разыскивай. Прилагались и предупреждения… Мол, сотрем с лица Галактики – и мокрого места не останется… Убьем, зарежем, на катке переедем… Вышлем любимому редактору в горшочке для праха слишком несговорчивых репортеров…

Я вгляделась в лицо Эльса. Стоит ли рассказать ему обо всем? Или умолчать? Впрочем… если варвару меня охранять, пусть уж берется за дело со всеми сведениями.

– Вообще-то мне угрожали… И даже не один раз…

На вальтарха мое сообщение не произвело впечатления. Он повел могучими плечами и усмехнулся:

– Обычное дело для журналистского расследования действия корпораций. Не переживай. Ерунда. Если тебе не угрожают, считай, что ты уже не котируешься как журналист. Вот тогда есть смысл переживать, расстраиваться и бояться…

Ладно, раз Эльса новость не пугает, то и я не стану особенно нервничать.

– С газетой я только что связался и договорился, – ошарашил вальтарх. – Корабль начал готовить. Приходи завтра в наш космопорт в десять. И не опаздывай. Я заказал маршрут по пространственным брешам. А там, сама знаешь, не протолкнуться. Все куда-то спешат. Как будто завтра конец света. До скорого, Лина Лейси.

С этими словами Эльс поднялся и скрылся за дверью.

Я ошарашенно посмотрела на Максима Андальского, но тот даже бровью не повел и взглядом указал на выход.

Хорошо… Нас ждут великие дела. Вперед, Лина Лейси!

Писательский и журналистский псевдоним стал для меня второй кожей. Уже и не вспомню, как звалась когда-то. Да и зачем? Новая жизнь, новые знакомства – отличная возможность забыть о прошлом. Оставить боль и разочарования в закромах памяти, за семью замками.

Что ж… пора.

Я закрыла виртуальный каталог – и громилы пропали.

– Спасибо, что уделили мне время, – произнесла скорее по привычке. Максим Андальский, тем не менее, кивнул и снова поторопил – на сей раз жестом.

Я проскользнула за массивную на вид дверь из зейроля – фиолетового металла с планеты вейронгов – крылатых гуманоидов, в союзе прозванных «синими ангелами» за цвет кожи и крылья. Вещество было прочнее титана, при обычной температуре гнулось, но не ломалось, а весило меньше пуха.

На родине вайронгов много полезных веществ. Например, мэйоль – сок растения майли, настоянный на обычном земном спирте. Выпил – и можешь не спать, не есть несколько дней, превращаешься в машину для выполнения миссии. Никакой энергетик рядом не стоял. И – главное – ни малейших побочных эффектов, если употребил раз или два. А вот затем – привыкание и лечение. Получай счет за желание легкости бытия и расплачивайся.

«Альтурия» располагалась на верхнем этаже гигантского здания, прямо на Эврике – искусственной планете со всеми удобствами. Тут тебе и лето круглый год и все чудеса цивилизации. Главное, иметь тугой кошелек – ведь день жизни на Эврике стоил больше года жизни на Земле. Еда, транспорт, пользование связью по браслетам-компьютерам. Про одежду и коммунальные услуги лучше не упоминать – самолет приобрести дешевле.

За дверью располагалась открытая площадка, со всех сторон огороженная невысоким парапетом. Над головой раскинулось лазурное небо, красивей которого нет во Вселенной, если верить нашим ученым, путешественникам и поэтам.

Я приблизилась к окружности, прочерченной на сером камне площадки.

Люк раскрылся, предлагая прыгнуть в воздушный лифт-телепорт.

Второй раз за всю жизнь я пользовалась этим аттракционом для богатеев. Не хватает ребятам остроты жизни, хочется новенького и адреналинового. Вот и отрываются.

Нет бы сходить на обычную работу, постоять в пробках на воздушных трассах, послушать витиеватые комплименты соседей и многоэтажные высказывания тех, кто сзади. Слетать на пару репортажей, написать их в сроки, отведенные редактором и без ног вернуться домой.

На утро посмотреть комментарии в галанете от любимых коллег-конкурентов, что спят и видят, как ты уйдешь из профессии, освободив им место в редакции, посчитать колы и снова приняться за дело.

Вот это я понимаю – испытание!

Я зажмурилась и прыгнула. Казалось – все, пропасть, пустота, падение. Наверное, так чувствовала себя Алиса, когда свалилась в яму за кроликом.

Падение резко замедлилось, вокруг почернело – и я очутилась у входа в здание.

Вернее – ЗА входом, словно уже вышла из двери.

Вокруг зеленел пышный парк, засаженный самыми диковинными растениями во Вселенной. Стельры смахивали на стеклянные нити, натянутые на невидимый круглый каркас, ахро называли деревьями-антигравитаторами. Стволы не толще моего пальца вздымались высоко в небо и венчались раскидистыми кронами, снизу похожими на брокколи. Удерживались благодаря особенным свойствам растения – оно, действительно, побеждало силу тяготения.

Бойстры – цветы, размером с небольшой домик, напоминали алые ирисы. Внутри таких соцветий можно ночевать… если выдержишь сильный мускусный запах нектара.

Глаза разбегались от диковинок. Жаль времени рассмотреть их уже не остается. Надо готовиться к грядущей миссии…

Ладно, вот выживу, спасусь от преследователей, напишу сенсационный материал – и стану богатой и знаменитой. Вернусь сюда и каждый кустик исследую, каждого насекомого сфотографирую! Мечты-мечты…

Я вздохнула и устремилась к зеленому джипу редакции – водитель ждал, как и велела моя начальница.

Ед Гулия – гуманоид-рептилия с планеты Макка, сплошь покрытой морями, болотами и озерами, мог не есть и не пить сутками, замирал в ожидании и словно бы останавливался. Поэтому его так и ценили в нашей редакции. Отправил на задание – и водитель в состоянии ждать целый день, пока журналиста кормит и поит «ньюсмейкер», дающий материал для статьи.

Стоило мне дернуть ручку на дверце, как ярко-желтые глаза Еда распахнулись, а узкие ноздри втянули запах. Свои. Водитель улыбнулся, показав ряд острых ровных зубов и машина стремительно взмыла в воздух.

Одевался Ед в традиционные для аборигенов Макки пестрый халат с яркими шароварами, предпочитая синие и фиолетовые. На ногах носил нечто вроде восточных туфель, с золотистым напылением и загнутыми вверх смешными носами.

Я откинулась на спинку сиденья, бессмысленно изучая затылок Еда – лысый череп с сероватой кожей и перламутровыми чешуйками вместо волос.

– Удачно сходили? – баритон красца – так называли себя сородичи шофера – слегка вибрировал из-за особенностей связок. Благодаря им предки Еда охотились – зачаровывали добычу голосом, гипнотизировали и убивали. Бифштексу подобных телодвижений не требовалось – никуда он с тарелки уже не денется. Так что цивилизованные красцы не охотились уже много столетий.

Большинству нравились голоса гуманоидов с Макки: они убаюкивали и успокаивали.

– Не знаю. Очень надеюсь, что так, – недолго поразмыслив поделились я, наблюдая как за окном парк из сказочных растений сменил обычный пейзаж Эврики. Высокие деревья, чьи стволы словно нарочно изогнуты в разных направлениях. Кроны кустарников, сплошь усеянные большими резными листьями, трава, похожая на голубую осоку и мелкие полевые цветы словно камушки на сарафане деревенской красавицы.

На Эврике жили обособленно. Между отелями, владениями местных богатеев и космопортом пролегали километры нетронутой природы.

Коммуникации строились по последнему слову техники. Отходы разбирались на молекулы и возвращались в природу, не причиняя ей ущерба. Температура воздуха, воды в кранах, влажность и давление в доме регулировались силой мысли хозяина. Электроника ловила мозговые вибрации – и мгновенно выполняла пожелание.

Вот почему жизнь на этой планете так дорого стоила и она, действительно, того стоила. Такой вот каламбур.

Отель «Венеция» показался за небольшим горным хребтом, похожим на ящерицу, что свернулась кольцом.

Невысокое здание напоминало китайские храмы с уплощенными трапециевидными крышами. Пестрое и почти такое же высоченное, как и то, где располагался офис «Альтурии».

Вокруг – очередной парк диковинных растений с беседками и скамейками для отдыха, качелями и киосками с яствами разных планет. Меня почему-то не оставляла ассоциация с Лунапарком, где веселилась в далеком детстве.

В воздухе витали самые разные запахи. До приторного сладкий цветочный, кислый и терпкий ароматы специй, острый от жгучего перца и других похожих приправ…

Оранжевая галька захрустела под ногами. Из кирпичного цвета двери в отель выскочил уже знакомый мне дворецкий Мельтрих – коренастый землянин лет тридцати пяти с короткой стрижкой и военной выправкой в синей форме с золотистой вышивкой. Распахнул дверь и взял сумку, хотя этого и не требовалось. Мой «багаж» почти ничего не весил.

В холле сейчас никого не было. Впрочем, это и не удивительно. Самый дешевый номер «Венеции» стоит как месячная путевка на один из самых фешенебельных и престижных курортов.

Просторный зал выглядел эффектно. Стены цвета морской волны, блестящие, но не скользкие полы в тон. Стойки ресепшена, украшенные статуэтками птиц, похожих на лебедей с серебристым опереньем, колонны, а между ними столики для отдыха из все того же жидкого камня. Свет играл внутри диковинного минерала и чудилось – там влага, чистая, прозрачная. И она то плещется, то играет на солнце, а то переливается из стороны в сторону.

За ресепшеном застыли две девушки из расы сотлов – гуманоидов с узким, как лиана телом и серой, словно пергамент кожей, одетые в синие брючные костюмы с нашивками в виде все тех же птиц – символа отеля. Администраторы приветствовали меня дежурными улыбками, на секунду одинаково сфокусировались, будто спрашивали – не требуется ли чего-то. Я помотала головой, и девушки снова замерли в прежних позах.

Лифтовая кабинка впечатляла, как и все в этом роскошном отеле. Огромная, очень вместительная, с креслами, что подстраивались под тело, она казалась просто очередным номером.

Холл сто пятого этажа – самого престижного в «Венеции» – представлял собой площадку, огороженную двухметровым каменным забором.

На верхнем ярусе отеля предусмотрели только три номера и каждый имел свою крышу, отдельный вход и ограждение.

Я почему-то вспомнила домик на дереве…

Внутри моего временного жилища все было по высшему разряду. Ковры пастельных оттенков с изящным узором и мягким ворсом. Стены цвета светлого малахита, окна от пола до потолка, кровать на шесть персон, как минимум, с резным изголовьем в виде цветов. Несколько внушительных кресел, больше похожих на троны из мягкого пластика. Рабочий стол из жидкого камня, стулья, что подстраиваются под тело. Кухня с агрегатом для приготовления блюд любой расы Галактики, холодильником на всю стену и ящичком телепортом для заказа еды из местного ресторана.

Помпезно, вычурно, дорого и очень непривычно для обычного репортера.

Раньше я такие интерьеры только в рекламных проспектах и видела. Главное, чтобы все это не оказалось чем-то вроде прощального ужина смертника.

В некоторых старых земных государствах перед казнью аристократов кормили на убой, присылали женщин для ублажения плоти и вообще исполняли любые пожелания. А наутро – расстреливали.

Я перекинула дворецкому на чай шесть рошей – нынешнюю валюту назвали в честь первого президента Галактического союза планет – землянина Мелиана Роше.

Мельтрих остался доволен, поклонился и уточнив – не требуется ли мне еще что-то – удалился восвояси. Я первым делом включила видеофон – вызвала из стены виртуальный экран и набрала номер своего главного редактора.

Сонное лицо натильты Лельхианны Дальвинг – эта раса напоминала темных эльфов, правда без острых ушей и красных глаз – выглядело усталым, но по-прежнему красивым. Тонкие черты словно вытесали из камня, ярко-синие глаза смотрели в упор, требовательно, как и всегда. Лельхианна подавила зевок – все же на Земле ночь, и она не спала исключительно в ожидании моих новостей.

– Все хорошо? Нашла опытного телохранителя? Я договор сразу же подписала. Максим хорошо меня знает и вряд ли предложит тебе плохого охранника… – с места в карьер начала натильта.

– Да, вроде бы все прошло терпимо, – чуть понизила я градус оптимизма начальницы.

– Не бойся. Я в свои времена репортером и не такие дела распутывала. Понимаю, ты репортер другой направленности. Привыкла работать в спокойных, можно сказать, тепличных условиях. Упражняться в красивых фразах и эффектных сравнениях. Расследования для тебя как служба в армии для ребенка… Но мы ведь уже все обсудили и решили, что так правильно… Ты сама согласилась, Лина, я не настаивала… Уверена, что тамошний телохранитель прикроет тебя в любой ситуации. Надеюсь, ты выбрала лучшего?

 

– Судя по реакции Максима Андальского – да. Он сказал, что и сам работал бы с этим вальтархом.

– Стало быть все отлично, – Лельхианна зевнула еще раз, блеснув белоснежными зубами и заостренными клыками, свойственными ее расе. – Макс не раз попадал в заварушки. Сама понимаешь – такой у него бизнес. Да и отнять подобную кормушку много кто спит и видит… В общем, покушения для Макса – как для нас, длинноволосых женщин, мытье головы. Долго, муторно, неприятно, но никуда не денешься. При этом Макс всегда выходил сухим из воды. Ни одного ранения, ни одной травмы, никаких денежных откупных… Тот, кто все это обеспечивал – не просто профи, он лучший из лучших… Значит так. Завтра вылетаете. Телохранитель должен все организовать – это его работа. На Натолии для тебя все двери открыты. Запросы в нужные отделы местного управления уже сделаны. Ничего не бойся. Если что я на связи круглые сутки.

Я кивнула.

– Спокойной ночи.

Лельхианна ответила тем же и прервала связь.

Ладно. Мне тоже выспаться не помешает. На Земле глубокая ночь, а здесь только-только зарождаются сумерки. Но завтра ранний вылет и опасное путешествие. Стоит хорошенько отдохнуть и набраться сил.

Я заказала в ресторане греческий салат с креветками и черный чай с бергамотом.

Все доставили немедленно. Ну еще бы! Это же «Венеция». Любой каприз клиента здесь выполнялся молниеносно. Креветки пахли морем и пряностями, нежные кусочки сыра таяли на языке, аромат чая разлился по всей комнате.

Я неспешно поужинала, наблюдая как розовый цветок заката медленно увядает у горизонта – с высоты моего номера картина представлялась просто сказочной.

Длинное полотно парковых насаждений заколебалось на ветру словно море, солнечные лучи розовыми лентами легли на упругие изумрудные волны. Перевернутые током воздуха листья белели словно пузырьки пены. В приоткрытую форточку потянуло сладковато-кислым нектаром.

Стайка гигантских жуков-бабочек, с округлым телом и разноцветными крыльями-парусами закружила в бархатной синеве вечернего неба.

Они словно исполняли невероятный, прекрасный танец. То превращаясь в красочный шар, похожий на гигантское яйцо Фаберже, зависшее в воздухе, то рассыпаясь искрами фейерверка.

Я вдохнула и немного успокоилась. Последние безумные дни довели меня почти до нервного срыва. Но сейчас чудилось – сама природа, погода и обстоятельства предвещают нам скорую победу.

Лельхианна случайно дала мне нынешнее задание. Вообще-то я специализируюсь по репортажам с разных необычных мест и мероприятий. Описываю чудеса флоры и фауны, неплохо, кстати, в них разбираюсь. Рисую перед читателем словами и метафорами, рассказывая о закатах, прибрежных волнах и прочих красотах: искусственных и природных…

Расследования – ну совсем не моя вотчина. Я не занималась ими ни разу за свою пеструю и длинную карьеру журналистки. Ни в одном издании, где бы ни работала.

Я скорее свадебный генерал, нежели настоящий боевой предводитель.

Но так уж вышло, что на Земле открыли новый сверхсовременный зоопарк и меня отправили туда со стандартной репортерской миссией. Разумеется, прибыли планетарные власти… и в этом заключалась их роковая ошибка. Прямо на глазах сотен зевак убили двух членов совета Земли – очень богатых и влиятельных полукровок людей и натильнов. Поднялась шумиха, паника, журналисты разбежались как крысы с тонущего корабля. На место происшествия прискакала «вся королевская конница, вся королевская рать». Омоновцев, полицейских, агентов спецслужб у здания заповедника стало больше, нежели зрителей, что прибыли на мероприятие.

А я… осталась, в основном, из любопытства. Хотя ведь еще с детства знала, что любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Надеюсь, все же сохраню эту часть тела, как и остальные свои конечности…

Выяснилось, что жертвы привезли с Натолии редких животных и растения в дар зоопарку. Я потянула за ниточки и воспользовалась старыми репортерскими связями.

Они для журналиста – вопрос удачи. Ты можешь всю жизнь заниматься исключительно расследованиями, иметь дело с загадочными преступлениями или махинациями и не заиметь таких же мощных ресурсов. Или же вести жизнь бабочки-репортера, что порхает с цветка на цветок – с одного красивого мероприятия на другое – и внезапно заполучить в руки ниточки, какие даже военным журналистам не снились.

Это вопрос не темы, на которую ты пишешь и даже не качества работы – дело случая.

Вот и мне повезло – заполучила нужные связи.

Посетила пару информационных бюро и электронных каталогов для избранных и вдруг выяснила, что именно на Натолии располагались шахты, принадлежащие убитым. Добывались там редчайшие ископаемые – олидианны, сейчас их использовали для полной регенерации тела, омоложения и даже продления жизни. Богатеи могли вдвое увеличить свой век и выглядеть втрое младше ровесников.

Причем, что самое поразительное – олидианны не выводились из клеток, оставаясь там и продолжая действовать год из года. Лишь несколько во вселенной веществ могли связать молекулы ценного минерала и вытянуть из гуманоида. Желающим практически вечной молодости и очень долгой жизни оставалось лишь взять список – что не стоит употреблять в пищу из самых экзотических продуктов – и дело в шляпе.

Те, кто владел шахтами – владел по сути философским камнем.

Кроме медицины минералы применяли в постройке космических лайнеров последних поколений. Буквально парочка камушков – и топливо можно уже не использовать. Корабль сам заряжался и перезаряжался при необходимости – как вечный двигатель. Исключительно за счет движения. Камни вбирали энергию и преобразовывали. Причем, вбирали ее не только за счет движения самого корабля, даже от космических тел, что проносились неподалеку.

В дни обострения межрасовых конфликтов бои могли длиться неделями. Военные корабли заряжались от обломков подбитых истребителей, от врагов, что проносились мимо – и снова рвались в бой. Конечно, существовали ограничения – живым существам, в отличие от машин требуется отдых, сон и расслабление… Но олидианны показали на что способны в полной мере и быстро выросли в цене почти до небес…

Естественно, за шахты велись подпольные бои. Когда-то за них судились, не так давно там случились грабежи. Однако воров быстро поймали на промежуточной транспортной станции, минералы конфисковали и вернули владельцам.

Уверена, убийство хозяев месторождений – не совпадение. Бизнес, конечно, чужакам не достался – остался в семейном ведомстве. Но там, где крутятся большие деньги и даруется шанс долголетия – родственные отношения порой теряют смысл и важность.

Зависит от приоритетов.

Уж мне ли не знать?

Моя мать родилась возле шахты по добыче олидианнов. Поэтому я и не старела. И никто из медиков не понимал – почему. Сходились на том, что излучение множества минералов воздействуют на тех, кто появился на свет неподалеку. Словно даруют им дополнительный запас жизни и молодости.

Вот так закрутилось мое расследование.

Лельхианна схватилась за эксклюзив. Пока только полиция знала о том, что я выяснила. Остальные СМИ бродили в потемках лжи властных структур и бессмысленных сплетен простых граждан. Не повезло им – не имели моих давних связей. Надо было когда-то очень давно выручить одного видного политика, скрыв его причастность к уничтожению популяции тарсиков – очень редких животных с планеты Европа.

Упомянутый политик – Амир Моренгов, землянин по рождению, неосторожно доверил управление своими компаниями родному брату, нечистому на руку. А тот вложил большую часть прибыли в очень выгодное по деньгам браконьерство. В добычу прозрачно-голубых, переливающихся всеми цветами радуги, костей тарсиков, из которых изготавливали дорогие украшения с небольшим тонизирующим эффектом для владельца.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru