Сердце повелителя демонов

Ясмина Сапфир
Сердце повелителя демонов

Глава 4

Велена

– Ты вытребовала у него клятву? – Дени залпом выпил бокал вина и подлил еще терпкого красного напитка: мне и себе. Я вырастила ребят джентльменами. И за столом они всегда вначале ухаживали за дамами.

Клим отрицательно мотнул головой и перешел к чаю.

Мы разместились на мягком диване в моей части дома, напротив стеклянного столика с закусками и огромного аквариума. Томные оранжевые скалярии неспешно пересекали личный водоем, величаво огибая длинные плети водорослей.

– Да, а что? – удивилась я. Дени интересовался миром демонов и знал о нем куда больше моего.

– От повелителей клятв не требуют. Их слово – закон. Если сказал – сделает, и кто-то уточнит – правда ли, за подобное могут и убить. Сразу. На месте. Без предупреждения.

Ах, вот оно как? Ясно теперь, почему рогатый так рассвирепел, когда я потребовала клятву! Думала, его инсульт хватит. Повезло, что у демонов инсультов не случается…

– Выходит, он в тебе очень заинтересован, – сделал вывод Клим. – Главное, чтобы Марго помогли. Не хочу видеть, как девочка мучается. Да и Витя, каким бы бойскаутом он ни выглядел, тоже не станет ждать сестру бесконечно…

– Если демон не поможет, долго ждать не придется… – выдохнула я и осеклась…

Ребята не стали поддерживать тему. Мы все знали и готовились к худшему. Но озвучивать не хотели. Старательно обходили стороной любые диалоги касательно будущего Марго. И вот я первой нарушила табу…

Ненадолго в комнате повисла напряженная тишина. Слышалось лишь как тикают старые ходики, которые откуда-то привез Клим и сам починил. В деревянном домике жила кукушка и каждый час в светлое время суток выскакивала и куковала. Птица была вырезана на редкость красиво, ювелирно, вплоть до единого перышка. Теперь таких уже и не выпускают… Только по заказу. И стоит подобное удовольствие больше чем мой дом.

– Мам? А давай мы отправимся с тобой? – предложил Дени.

– Ну вот еще! – возмутилась я. – Ни за что! Это же мир проклятых рогатых!

– Да брось! Гойя – самый плодородный край Дергошта. А тамошние правители – самые сильные маги. Порталы создают из любого места… – Дени хмыкнул. Наверное, вспомнил как мой демонический спутник исчез прямо с нашего двора.

– Я думал, все первородные кланы сильные и могущественные, – удивился Клим.

– Эти особенно. Могут столетиями не питаться и не слабеют. Пуля их не берет, из взрыва выйдут живыми и восстановятся. Они почти непобедимы и часто отвоевывают себе во владения ближайшие территории. Если не ошибаюсь, недавно Гойя оттяпала у Лавирнии две провинции…

Я вздохнула. Да, с этим рогатым лучше не связываться.

– Слушай, мам. А что он тебе пообещал там, у себя? – заволновался Клим.

Я пожала плечами.

– Не знаю. Сказал, я буду его гостьей.

– Это хорошо! – оживился Дени. – Значит, принуждать к интиму не станет. Он сам выставил границы. Только с твоего согласия. Выдержишь три месяца и вернешься.

– Позаботитесь о Марго, когда ее вылечат?

– Конечно!

– О чем речь!

– Могла и не просить!

– За сестренку можешь не волноваться!

Ребята оказались настроены серьезно. Ладно. Они ведь уже мужчины. Сильные и мудрые, учитывая срок жизни. Уверена, сестру в обиду не дадут. А я как-нибудь разберусь. Если статус гостьи дает право не ложиться в постель к рогатому – одной головной болью меньше. Потерплю его общество, скверный характер, привычку командовать, и все образуется.

Вернусь к детям, и мы заживем по-старому. Что такое три месяца для женщины моего возраста?

Вот только почему-то не к месту вспомнилось, как эндер вдруг приблизился, даже не погладил – лишь коснулся нескольких точек на теле – и я вспыхнула желанием. Как сопротивляться, если этот мерзавец знает подобные фокусы?

Да и вообще – как ему сопротивляться? Аскольд напоминал хищника – опасного, мощного, грациозного. Прекрасного в своей силе и неумолимости. А еще он явно не привык договариваться.

Оххх… Кажется, я впервые, пусть и мысленно, но произнесла имя рогатого…

До нынешнего момента я не могла этого сделать. Сама не понимаю по какой причине. А вот теперь вдруг отчетливо сложила звуки в незнакомое слово. Аскольд. Кажется, даже в его имени было нечто властное, неумолимое, жесткое.

Я не питала иллюзий, не в моем это характере.

Я видела, как остальные рогатые боялись эндера, подчинялись ему по первому слову, не перечили ни при каких обстоятельствах. Даже там, в баре. Их было пятеро, Аскольд – только один. Я думала, на распаленных демонических отродий ничего не подействует. Даже выстрелы в упор, даже взрывы под ухом. Но два приказа Аскольда – и все, они отступили.

«Она моя» – и они поверили. Ни вопросов, ни сомнений, ни малейших признаков недовольства. Только взгляд Аскольда, как выстрел в упор – и озабоченные подонки нехотя отступили. Даже не так! Они отступились!

Вспомнилась и следующая сцена, когда мы покидали заведение.

«Разогнать эту шваль?» – спросил у меня эндер. Я лишь краем глаза заметила, но теперь вспомнила, «оцифровала», как выражался Дени. Под взглядом Аскольда демоны, что терлись возле Тамары, остановились, словно ждали приказа. Замерли, настороженно глядя на эндера.

Боже! Кажется, я попала! Этот рогатый не привык просить, да и находить общий язык тоже. Все его добрые поступки ограничивались убийствами тех, кто обидел меня или моих близких и… защитой последних… От себя в том числе.

Ну и ладно! Чего я раскисла? Мне этот Аскольд нужен в качестве друга, приятеля, да кого угодно, как рыбке зонтик. Моя задача продержаться три месяца. Три чертовых месяца у черта! Смешно звучит.

– Ма-ам? Ты в порядке? – коснулся плеча Дени.

– Расскажи немного о Дергоште, что там и как – и спать. Завтра сложный день. Рано утром поедем и заберем Марго из больницы. А потом… сами знаете…

Ребята закивали. Дени выпрямился, вскинул взгляд к потолку, как делал всегда, когда вспоминал.

– В общем… Вроде там есть плодородные зеленые края. Очень, кстати, красивые, если верить фоткам из интернета. В Гойе, между прочим, самые удивительные и разнообразные флора и фауна…

– Демоны не все сожрали и уничтожили? – удивилась я.

– Хм… Демоны зависят от природы гораздо сильнее, чем может показаться, – усмехнулся Дени. – У низших и даже большинства средних магия неотрывно связана с чарами их измерения. Так что уничтожь люди природу Дергошта, останутся только высшие и некоторые кланы средних…

– Которые после этого придут на Землю, изнасилуют женщин и истребят человечество. Так? – не могла не спросить я.

– Скорее всего, – не возражал Дени против моих выводов. – Этих вообще мало что берет. Наше оружие их только пощекочет. А война – развяжет руки. Демоны не заморачиваются моралью, гуманностью и прочем. Так, что твоя картина похожа на правду.

Теперь понятно, почему Дергошт заключил с Землей соглашение и даже великодушно пошел на уступки. Все эти договоры между демонами и людьми, от которых рогатые планируют питаться и прочее… В междумирье, правда, ничего из этого не действует. Там – хаос и правит лишь грубая сила.

Снова почему-то вспомнились слова Аскольда «Проследи, чтобы с этой женщиной ничего не случилось и контракт был заключен по всем правилам». Тамара пришла в междумирье по собственной воле, знала, что правил там нет и законы не действуют. Но после приказа эндера охранник моментально взял под козырек. А парочка озабоченных рогатых, что обслюнявили подругу с головы до ног, даже не пискнула в возражение. Интересная у этих демонов иерархия.

– И? – поторопила я сына.

– В Дергоште несколько королевств. Вернее, империй. Три крупных. Гойя – самая большая, богатая и сильная.

Ну да! Кто б сомневался!

– Есть еще Лавирния и Мейтт. Обе империи меньше и всегда проигрывали Гойе в войнах.

Отлично. Значит с помощью соседей мне урезонить Аскольда не светит. Не переключить его на междоусобные войны – любого заткнет за пояс. В какую-то минуту я почему-то даже зауважала рогатого. Самый сильный в собственном мире, или один из них, он, и впрямь, мог сделать со мной все, что захочет. Да и сделку предложить куда более унизительную.

Впрочем… Выводы делать рано.

Да и ничего хорошего от этих рогатых все равно ожидать не приходится.

Я вдруг вспомнила Наташу, сразу после… После того ужаса…

* * *

… Полицейский участок… Длинные серые коридоры… Двери, двери, двери… Запах консервированных магических льдин и огня смешивается с неприятным запахом дезинфектора. Не хлорка и на том спасибо. Всякая шушера на скамейках возле кабинетов. Кто-то в сопровождении суровых стражей порядка – рогатых и людей, в сиреневой форме с новыми погонами. Теперь на них не пятиконечные – шестиконечные звезды.

На груди некоторых полицейских значки – так теперь выделяют шерифов и следователей.

Томные девицы легкого поведения в юбках, больше похожих на резиновые пояса и топиках, почти ничего не скрывающих. В боевом раскрасе, естественно.

«Кожанки» и «пиджачники», как называл Клим бандитов разных мастей и разного уровня. Взгляды исподлобья, наручники, хлопки дверей…

Дальше… Еще немного.

Медицинский блок. Запах успокоительного разливается по воздуху, аж голова кружится. Томная женщина-врач, в аккуратном белом халатике на хрупкое тело, с тонкими, словно ветки руками и черной гулькой на затылке.

Наташа… В кресле, сжалась как птенчик, обняв острые колени… Светлые волосы всклокочены, в карих глазах плещется безумие, отчаяние, ужас… Разодранная одежда цветной горой валяется у ног бедной подруги. На Наташе зеленый халат медсестры.

Острые скулы очерчивают темные линии, под глазами – черные круги, губы вздрагивают и что-то невнятно бормочут. Она не видит меня, не узнает или просто не хочет больше знать ничего из своей прошлой жизни.

– Наташа… – шепчу пересохшими губами.

 

– Наталия! – настойчиво окликает врач.

– Наташенька! – вскрикиваю я.

Но подруга не реагирует…

– Мы дали ей успокоительное. Но показания пока не снимали. Вам придется подождать. Пока она… сможет…

«Говорить» – мысленно дополняю я.

И вдруг вспышкой проносятся другие уже воспоминания.

Я – на столе, в приватном зале «Сальвинии».

Аскольд сверху. Мои руки и ноги зафиксированы мертвой хваткой демона. Не шевельнуться, не сдвинуться и не пискнуть. В рот словно воды налили. Я смотрю в голубые глаза демона и даже шелохнуться не смею. А он шумно дышит, прижимается так, что я все-все чувствую. Каждую выпуклость…

Жар большого сильного тела окутывает невесомым коконом, пленяет и лишает воли.

Я словно во власти этого хищника, чудовищного монстра и мужчины одновременно. Он мужчина – об этом мне отчетливо говорит тело Аскольда. Такой же, как и те, что лапали меня в общем зале.

И он не человек. Об этом кричит все во мне. Изнутри поднимается первобытный страх, по телу разливается слабость безнадежности и податливость перед неизбежным. В голове одна мысль. «Скорее бы все закончилось».

И вдруг меня отпускают. Раз – и все. Что он тогда произнес?

«Ты этого хотела, ведьма?» Я лишь сейчас понимаю сущность вопроса. В тот момент смысл ускользал от парализованного страхом мозга.

Я тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Аскольд не действовал как те мрази, что погубили жизнь Наташи. Но я постоянно их сравнивала. И каждый жест эндера воспринимала как жест агрессии, насилия…

Издалека, словно из другого мира, доносится голос Дени – сын продолжает свою маленькую лекцию о мире демонов. А я все еще фокусируюсь на Аскольде…

Он… мог сотворить со мной все, что только пожелает… По правилам междумирья, по праву сильного, по праву повелителя…

Но добровольно выпустил добычу из рук.

Что-то во всем этом не складывалось, не вписывалось в мое видение рогатых отродий…

* * *

– В Дергоште есть еще мелкие княжества. Но они заняты непрерывными междоусобными войнами и соперничеством. Поэтому интереса не представляют. У демонов всегда правят кланы высших. В княжествах тоже.

– Высшие? Это змеи с эндерами? – я медленно вернулась в реальность и вопрос задала скорее, чтобы ощутить связь с ней, почувствовать твердую почву под ногами.

– Есть еще чергои – они питаются магией. Самые опасные, но и самые уязвимые. Быстро теряют силы, если голодны. Древние могут не питаться сравнительно долго. Но все равно очень зависимы от еды.

– Змеи жрут ауру? – вскинула я взгляд на сына.

Тот кивнул.

– Но в основном питаются гормонами ужаса и агрессии. Аура – это так, пикантный соус к основному блюду. А эндеры поглощают энергию отношений.

– А они могут питаться, скажем, не трогая жертву?

– Разумеется! Все демоны, кроме плотоядных, раргоев и падальщиков, могут питаться, не вступая в контакт с жертвой.

– Значит, повелителям и высшим требуется мало подпитки?

– В общем-то да. К тому же они словно впитывают в себя все необходимое, даже просто находясь рядом. Так что да, они способны столетиями обходиться без охоты.

Хорошо. Значит ради пропитания этот рогатый меня насиловать не станет. Он же не инкуб, в конце-то концов! Уже легче. Что там за отношения должны питать эндера потом разберусь… Дело десятое…

– Давайте спать, ребята! Вон даже кукушка перестала куковать.

Сыновья, не сговариваясь, принялись раскладывать себе гостевой диван, в моей части дома. Словно ощущали, как я сейчас в них нуждаюсь. В последней ночи вместе, в нашем доме, в близости родных существ и поддержке.

Я отправилась наверх, сбросила одежду и рухнула в постель.

Пару минут поворочалась, вспоминая тревоги дня и отключилась.

Завтра тяжелый день… Хлопотный, странный и решающий.

Будем надеяться на лучшее и готовиться к худшему.

* * *

Утро началось с жуткого переполоха. За забором под стать пароходной сирене сигналила машина. Огромный черный микроавтобус, летающий, но с колесами. Значит, из Дергошта.

Я в каком-то шоке подорвалась с постели, суматошно протерла глаза и накинула халат. Сыновья уже вышли во двор и сканировали приехавших при помощи техномагических датчиков.

Я присоединилась к ребятам следующей.

Дени с Климом на всякий случай прихватили вчерашние пузыри с магическим огнем.

– Ма-ам! Они запрашивают разрешение передать тебе подарок от повелителя Гойи, – Дени ткнул пальцем в видеозвонок из манкорлиев – кристаллов из мира демонов. Устройство выбросило в воздух призрачные облачка виртуальных сообщений.

В том числе одно… от Наташи. «Опознала» значилось в нем. Внизу шла приписка от Дамиры Филлиповны – психотерапевта подруги «Не переживайте. С ней все хорошо. Как ни удивительно – значительно лучше прежнего».

Ага.

Либо я сейчас что-то совсем не понимаю, либо…

Я приказала забору уехать в сторону.

Джип влетел на территорию.

Из машины выскочил пожиратель. Крупный, накаченный, похожий на бодибилдера в кожаной жилетке на голое тело и кожаных же брюках с армейскими ботинками.

Вздыбившиеся каштановые волосы демона, кажется, давно не расчесывали. Он тряхнул гривой и пробасил:

– Повелитель Гойи прислал вам подарок и видео о том, как он делался… – рогатый так усмехнулся, что у меня аж мурашки побежали по телу, а сыновья напряглись и придвинулись.

Пожиратель окинул нас внимательным взглядом серых глаз, усмехнулся и полез в салон. Я заметила, что там еще несколько демонов. По-моему, пожирателей и раргоев. Ну да, от такой армии не отобьемся. И несколько пузырей с магическим огнем – курам на смех.

Но, похоже, нападать на нас не планировали.

Лохматый демон неспешно вытащил из салона пику, на которой были нанизаны… демонические головы и гениталии. Вперемежку. Меня чуть не вытошнило. Белесые мертвые глаза, гримасы ужаса на лицах, серая кожа… Фу-у… И болтающиеся сардельки с шарами… Боже, какая мерзость!

– Повелитель велел передать следующее, – лохматый рогач выпрямился и расправил богатырские плечи. Прочистил горло и затараторил словно какой-нибудь древний герольд, зачитывающий послание от своего государя: – Наталия Берестова опознала насильников. Казнь состоялась на рассвете от моей руки. Не удержался, признаюсь честно. Видео казни прилагается. Подарок можешь оставить себе, Велена. Разрешение на установку получено в правительстве Земли. Можешь отправить назад, если презент не подходит к ландшафту. В три часа будьте с Маргаритой готовы. Приедет этот же автомобиль».

Пожиратель закончил, приподнял «шашлык» и уточнил:

– Куда поставить?

Я оглянулась на сыновей и неожиданно для себя самой засмеялась:

– Представляю, что дарит повелитель Гойи на свиданиях девушкам! – выпалила без задней мысли.

Демоны в машине утробно загоготали. Но стоило пожирателю с «подарком» в руках оглянуться, как все стихло.

– Увезите. Оставьте мне только видео.

– Уже загружено на ваше кольцо-компьютер.

Мда… Чувствую то еще зрелище. Впрочем, если верить моему портативному компьютеру, там содержалось и опознание Наташи. Хотя бы смогу убедиться, что с ней все в порядке. Сложно представить, как отреагировала бедняжка, когда к ней ввалились демоны и потребовали опознать насильников. Я бы на ее месте от одного вида посетителей снова сиганула в окно.

Черный юмор напрашивался сам собой, после «шашлыка», подаренного мне Аскольдом.

Спустя несколько минут я обнаружила, что черный микроавтобус все еще на месте, а «глашатай» застыл напротив.

Та-ак… И что от меня теперь требуется? Я беспомощно оглянулась на сыновей. Дени тут же пришел на выручку – подскочил и шепнул на ухо:

– Скажи, что они могут ехать.

Так просто? Да ладно?!

Я прокашлялась и распорядилась:

– Вы свободны и можете ехать.

Как ни удивительно – сработало моментально. «Глашатай» поклонился в пояс и залез в свой транспорт. Машина резко крутанулась в воздухе и улетела на такой скорости, словно имела реактивный двигатель.

Я выдохнула и двинулась к дому.

Чувствую день предстоит незабываемый. Начало уже бодрит несказанно… А ведь еще только четыре утра!

Глава 5

Велена

Мы с ребятами подъехали к онкодиспансеру к одиннадцати.

Несколько белокаменных корпусов почему-то теперь стойко ассоциировались у меня с гигантскими надгробиями. Клумбы, плотно засаженные герберами всех цветов радуги, пестрым восточным ковром стелились перед глазами. И от этого постройки над ними выглядели еще более снежно-стерильными.

Большой холл с колоннами встретил нас гнетущей тишиной и холодом.

Полная вахтерша неопределенного возраста в синем шерстяном платье подняла сонные глаза. Девушка в регистратуре придвинулась к окошку, отставив чашку кофе – напитком пахло на все приемное.

– Я к Маргарите Мерешниковой, – негромко сообщила я, но эхо все равно разнесло имя дочки по всему помещению.

Вахтерша всучила нам синие шарики свернутых бахил и уточнила:

– Знаете дорогу?

Я кивнула.

Сыновья двинулись вперед, и уже поднимались по лестнице, когда я нагнала их. Два пролета, одна пробежка, затаив дыхание мимо сгорбленных больных на скамейках, на лицах которых читается усталая обреченность – и мы у дверей отделения. Пятая палата, я помню.

Дежурная медсестра вскинула на нас усталый взгляд и, узнав, ничего не сказала.

По широкому коридору медленно, осторожно бродили пациенты в халатах и спортивных костюмах.

Маргарита уже сидела с синей походной сумкой в обнимку. Я вошла и на глаза навернулись слезы. Жестокие слезы, жгучие. Слезы матери, которая теряет ребенка. Родители не должны переживать своих детей. Это не по природе, неправильно и так несправедливо… когда у тебя на руках уходит из жизни тот, кому ты подарила весь этот мир. Тот, кто на твоих глазах делал первые робки шаги, и ты поддерживала его за маленькую ладошку, старалась, чтобы не упал. Ночами не спала у его кроватки, когда температурил и пела колыбельные…

«Люли люли люленьки…

Прилетали гуленьки…»

Я сжала зубы и сделала несколько быстрых вдохов выдохов.

Маргарита встала – после процедуры она посвежела, синяки под глазами почти стерлись, и я видела свою прежнюю дочурку. Красивую и замечательную. Марго поддернула светлую кофточку поверх сарафана, что висел на острых ключицах, и обняла меня первой.

– Мама…

Я посильнее стиснула челюсти.

– Тебя обещали вылечить, – только и сказала дочке.

– Да. Дени предупредил в сообщении, – Марго отстранилась, и глаза ее впервые за последние годы просияли. – Он сказал, что повелители демонов не обманывают и их клятва крепче стали. Я верю, и ты верь.

Я обняла дочку, и мы вместе с ребятами вышли из здания.

Клим дистанционно включил мотор, и уже спустя пять минут мы неслись по опустевшему дневному городу в сторону дома. За окнами мелькали многоэтажки в виде пирамидок, колец, сложенных друг на друга или словно стянутых наверху нитью, здания, похожие на волны и классические прямоугольники небоскребов.

Трехмерные экраны по сторонам от дороги предлагали посмотреть новый сериал «Ты уволен» в жанре космической фантастики про путешествия между звезд и другие планеты. «Страстные герои, которые находят друг друга, несмотря на предубеждение и противоречия»… Так рекламировали эту киноленту в интернете.

Сказка для взрослых девочек, которым хочется верить, что принц может прийти даже в виде брутального грубоватого телохранителя, который, порой, обидно язвит. Но на самом деле ты – его единственное счастье и он жизни не пожалеет ради своей женщины.

С других трехмерных экранов эффектные девушки хвастались тем, что прикупили новомодные крема, гели, сыворотки с содержанием крови демонов и теперь выглядят моложе сестер-школьниц. Красивые мужчины с загорелыми голыми торсами предлагали записаться в свой спортклуб или приобрести супекоктейли. Разумеется, тоже на основе сыворотки из крови демонов. Знаменитая пирамида конфет фереро роше сверкала на солнце, осыпаемая золотистой пыльцой.

По дороге я то и дело поглядывала на Марго. И, боясь сбить оптимистичный настрой дочки слишком заметной заботой или ее нарочитым отсутствием, вспоминала видео, которое мы с сыновьями просмотрели несколькими часами раньше. Сразу, как немного выспались после отъезда гостей из Дергошта.

* * *

…Наташа у своего психотерапевта, вся такая деловитая и собранная. Подруга всегда относилась к вызовам врача слишком серьезно.

Короткая стрижка и чуть высветленные темные волосы очень молодят ее. Легкий макияж скрывает бледность и подчеркивает большие темные глаза. Когда-то глубокие и будто светящиеся изнутри, а теперь – мрачные бездны, где затаилась тоска безысходности.

 

Рваные джинсы с футболкой придают худощавой фигуре Наташи юношеского очарования и обворожительной хрупкости.

Дамира Филлиповна – невысокая, полноватая, но еще достаточно привлекательная женщина с простоватым открытым лицом входит в кабинет, поглядывая на часы.

– Наташа. Я вызвала вас по важному делу.

Врач оправляет полы белого халата, прикрывая веселое летнее платье в цветочек.

Подруга кивает, и держится спокойно, хотя я вижу – натянута как струна. Дамира Филлиповна видит тоже. Осторожно подводит Наташу к цели встречи. Капля за каплей дает сведения, стараясь не переборщить с дозировкой.

– Уверена, вы бы хотели отомстить обидчикам?

Не насильникам, не истязателям – обидчикам. Так легче. Так не настолько страшно. Наташа выпрямляется, лихорадочный румянец разливается по щекам и носу.

– Отомстить? – говорит так, словно это слово – единственное, что запомнилось из речи психотерапевта.

Дамира Филлиповна кивает.

– Да. Отомстить.

– Их поймали? – не помню, чтобы за все последние годы Наташа так оживлялась. Я прямо не узнала подругу. Глаза сверкают неистовством, на губах – злорадная улыбка, спина предельно выпрямлена, словно подруга шест проглотила.

– Возможно. Вам нужно их опознать. Если…

– Где они? – Наташа вскакивает, мечется по кабинету, как маленький пойманный в клетку зверек, ищущий выхода.

Дамира Филлиповна пережидает первую вспышку эмоций, делает жест – и пациентка послушно возвращается на кушетку.

Наташа садится, но вся дергается от нетерпения.

– Понимаете… Поймать их могли только… демоны. Вы готовы увидеть столько демонов в одном месте?

Наташе все равно. Демоны, пусть даже сам Сатана! И это меня радует. В последнее время все больше чудилось, что подруга впадает в прострацию. Ничто и никто больше не вернет ей радости жизни. Кажется, она не физически в «живой коме» – эмоционально. Ничего не хочет, ничему не радуется. И вдруг такой всплеск переживаний.

Дамира Филлиповна не спешит. Выжидает пару минут, пока Наташа мнется у двери, словно бегун на старте.

– Хорошо. Ступайте за мной.

Они движутся по знакомому мне серому коридору полицейского участка. Наташа прет как танк, не замечая никого вокруг. Ни амбалов: пиджачников и кожанок, ни девиц легкого поведения, практически нагих в их минимальных шортиках, юбочках, маечках… Она вообще ничего не видит. Рвется… несется… таранит все, что на пути попадается…

Дважды чуть не врезается в полицейских и те расступаются с удивлением на лицах. Но заметив Дамиру Филлиповну понимающе кивают. Наташа словно не видит препятствий, только цель, только конечную точку пути…

Дамира Филлиповна тормозит у одной из дверей. Наташа тоже, едва не врезавшись в спину психотерапевта.

Врач первой открывает дверь. Медленно входит и впускает Наташу.

Следующий кадр – подруга останавливается перед шеренгой связанных по рукам и ногам магическими цепями демонов. Выглядят они как полупрозрачные сети. И, если верить интернету, двигаться в таких сложнее, чем после паралитика.

Подозреваемые – не люди, стулья им не положены – стоят на коленях, в позе подчинения. Головы опущены, взгляд в пол, смотреть на Наташу не разрешается.

Десять демонов всех мастей для опознания и еще пятеро раргоев, чтобы держать их.

Чуть шелохнутся – охранники поддергивают магические путы, и пленники кривятся от боли… Даже «подставные». Хорошенькие у демонов порядки! Воодушевляющие!

На долю секунды я чувствую, как сердце замирает в груди. Кажется – падаю куда-то в пропасть, задыхаюсь и не могу остановиться.

Но вдруг Наташа улыбается – так улыбается… Я уже не помню ее такой. Веселой, озорной, задорной и… оптимистичной.

– Этот, этот, и этот. А еще вот этот и тот! – без запинки чеканит подруга, и радостно вскрикивает, когда раргои-охранники швыряют насильников мордами об пол. А затем наступают им на спины ногами в тяжелых армейских ботинках, смачно проводят, ломая носы.

Наташа выходит из кабинета и выдыхает – так пловец делает вдох после нырка. Я прямо вижу, как вздымается ее грудь, поднимаются плечи и как глаза наливаются жизнью.

Чудится – сейчас крылья расправятся за спиной подруги…

* * *

Каким бы гадом ни был повелитель Гойи, он вернул Наташе хотя бы это. Что же до исцеления «живой комы», я и сама понимала – слишком давно все приключилось. Мозг подруги мертв много лет, и работает только на магии. Восстановить его, заставить включиться и функционировать самостоятельно сейчас вряд ли получится.

Но за такую улыбку Наташи, как на записи опознания, я готова выдержать три месяца в обществе Аскольда. Его дурацкие приказы и нетерпимость к любым возражениям.

А если он, действительно, вылечит Марго… Я готова на все. Даже если повелитель Гойи вдруг поменяет решение и потребует стать его любовницей. Потерплю. Надеюсь, больно не будет.

Он сам сказал, что не любит насилие. Будем считать, я поверила. Пока Аскольд выполнил все, о чем говорил. Даже не клялся – просто между делом сообщил мне. Как факт.

Видео с расправой над преступниками я пролистала. Оказалось слишком даже для любителей треша и ужасов.

А ведь я обожала жуткие фильмы про монстров и чудовищных призраков.

Начиналось все весьма неплохо.

Я с интересом разглядывала гигантское круглое помещение с цепями на стенах и потолке. Пыточная. Вот что первым делом приходило на ум.

Ну что ж… Я ведь смотрела вампирские сериалы, где кровь рекой, а отрывание голов – дело обычное…

По лестнице спускается Аскольд в кожаной жилетке и кожаных брюках. Видимо, пик моды у демонов Гойи или вообще в Дергоште. Выглядит рогатый очень спокойно, почти буднично. Медленно закатывает рукава, пока по лестнице скатываются связанные преступники – те самые, которых опознала Наташа.

Среди них даже два змея. Я только теперь узнала их – по светло-карим вертикальным зрачкам и тонким губам.

Ого! Высшие демоны тоже подсудны? Вот уж в жизни бы не подумала!

Вслед за пленниками в подвал спускается пожиратель какого-то невероятного роста – метра два с половиной.

Затем – трое раргоев и один черняк. Здоровенные, с квадратными челюстями и с шеями практически шире голов. Охрана, наверное. Все в черных майках и джинсах. Привет с Земли.

Аскольд обманчиво ленивым жестом приглаживает волосы. И я замечаю… что у него нет указательного пальца на левой руке? Вот это да! Только этой ночью палец был на месте! Готова поклясться…

Но раздумья прерывает приказ эндера:

– Развязать их!

Гигант, мысленно прозванный мною циклопом, вручную рвет магические путы, которые на земле режут специальными огненными кинжалами. И то не сразу справляются.

Пленники освобождаются, вскакивают, отступают.

Змеи смотрят на Аскольда с прищуром.

– Вы приговорены, – ухмыляется эндер.

Внезапно один змей – самый жилистый, словно весь обтянутый жгутами мускулов, делает шаг вперед и рычит:

– Ты мне не повелитель! Я подданный Лавирнии! И мои ребята тоже! – он жестом указывает на остальных. Те замерли у стены, смотрят в пол, словно один взгляд в сторону Аскольда карается смертью.

– Я уже говорил с Манталем. Он отдал вас в мои руки, – холодно отвечает Аскольд. Кажется, в этом подвале сейчас стены покроются сосульками. Сколько льда в колючем взгляде эндера и в его голосе.

Брр. Я поежилась…

– Он не мог…

Змей осекается, когда из кристалла, расположенного по центру пыточной – огромного переговорного устройства – появляется трехмерное изображение. Сухощавый, долговязый демон с короткими рогами, загнутыми навстречу друг к другу. Черные глаза его с вертикальными зрачками завораживают. Кажется – секунда – и ты съеден заживо.

– Они нарушили договор с людьми и попались, – скалится змей. – А раз попались, значит, должны ответить.

– Могу я сам вершить суд? Ты мне должен, если помнишь. Я остановился у Тамрии, а мог бы и двинуться дальше…

– Помню! – кажется не рычанием рогатые общаться вообще не умеют. – Верши как хочешь. Мне пришлешь их уши.

Пленники пятятся, упираются в стену и… случается нечто. Словно вихрь проносится по помещению. Аскольд движется так, как даже раргоям не под силу. А ведь их самые современные камеры засекают длинной белесой полосой человекообразной формы.

Раз – и ноги демонов гротескными кусками мяса разлетаются по подвалу. Теперь те валяются на полу. А Аскольд…

Дальше я смотреть не смогла. Так, краем глаза, местами… Лишь несколько кадров впечатались в мозг и не отпускали.

Аскольд сдирает с преступников брюки и оскопляет их легким рывком, а затем, под дикие крики ломает пальцы…

Кадры, кадры, кадры… В конце я вижу бесформенные груды мяса и головы, которые собирает циклоп. Теперь уже ясно зачем.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 
Рейтинг@Mail.ru