ЭКСПЕРИМЕНТ «Свобода Джошуа»

Вячеслав Николаевич Мирошников
ЭКСПЕРИМЕНТ «Свобода Джошуа»

Марли довольно быстро выпил всю бутылку, кинув её в мусорное ведро.

– Бен, ты даже не представляешь себе, насколько я благодарен тебе за это удовольствие. Обещаю, что в следующий раз я принесу четыре «Карлсберга», которые мы с тобой также прикончим в конце рабочего дня.

– Это когда?

– Когда? – Марли встал со стула и сразу же направился в другую комнату, чтобы переодеться, – …как только меня в очередной раз направят на этот объект.

12

Марли вышел из вагончика и направился в сторону остановки. Он сразу почувствовал себя окутанным жарой, которая снова начинала палить его тело. Его тонкая одежда довольно быстро пропиталась потом, от чего он почувствовал себя очень неуютно. Остановившись на остановке, Марли простоял около двух минут, решая, дождаться автобуса или перейти через дорогу и немного посидеть в баре. Постояв ещё несколько минут, он без единого сомнения зашагал в сторону перекрёстка, чтобы перейти на другую сторону.

Он подошёл к бару и сразу пропустил перед собой мужчину, который тоже пытался уступить ему место. Тот не стал долго спорить и, кивнув ему головой в знак благодарности, прошёл первым. Марли вошёл за ним и сразу направился в сторону барной стойки, чтобы заказать бокал прохладного пива. Перед ним уже стоял человек, которого он пропустил впереди себя.

– Янек…, – представился тот и протянул ему свою руку.

– Марли…, – ответил инженер и крепко пожал его большую ладонь.

– Я угощаю…, – проговорил новый знакомый, показывая, что в его руках уже два бокала, – …у меня сегодня праздник, и мне будет одиноко сидеть одному за столиком.

– Конечно, я поддержу…, – сразу же согласился Марли, заказав бармену две вяленые рыбьи спинки.

Пока он дошёл до стола, мужчина уже расположился у окна, наблюдая, как люди спешат на автобусы.

– За что пьём?

– Я сегодня нашёл невероятно подходящую работу, и мне хотелось бы хоть с кем-нибудь поделиться этой радостью.

– О-о-о…, – Марли прекрасно понимал, что такое для человека нужная ему работа, а тем более, когда он доволен ей, – …это и в самом деле хорошая новость!

Опрокинув бокал, он сделал несколько довольно больших глотков. Чувство похмелья приходило очень быстро. Уже через несколько минут у него было такое ощущение, что он выпил не бокал пива, а целую бутылку водки. Он не мог понять, почему его так быстро развезло от одного бокала. Чувствуя, что на лбу выступили капли пота, он достал платок и вытер им своё лицо. Затем Марли сделал ещё пару глотков, после чего почувствовал, как его наклонило в сторону, и он стал падать.

– Что с ним? – прозвучал голос бармена, который испуганно смотрел на падающего мужчину

Это были последние слова, которые слышал Марли. После этого его сознание отключилось, и он словно куда-то провалился.

– Видимо, моему другу стало плохо…, – выкрикнул рядом сидящий мужчина и подхватил падающего человека под руки.

Оставив недопитые бокалы пива, он взвалил его себе на плечо и потянул в сторону выхода.

– Не переживайте… я знаю где он живёт, и без проблем доставлю его домой.

– Может лучше в больницу? – Не унимался бармен.

– Посмотрим…, – улыбнулся в ответ Янек, и ногой открыл двери, – …если будет совсем худо, то именно туда я его и отвезу.

Несколько посетителей с удивлением и в тоже время с пониманием провожали своими взглядами вышедших на улицу мужчин. Они как один думали, что тот уже перед приходом сюда приложил какую-то порцию спиртного, и это пиво для него уже было лишним. Бармен внимательно наблюдал через окно, как парочка вышла к дороге, и когда дошла до тротуара – возле них сразу остановилась машина чёрного цвета, в которую и погрузили еле стоявшего на ногах клиента.

13

В какой-то момент ему показалось, что всё произошло как-то необычайно чётко, словно это было спланировано, но потом он всё это очень быстро выкинул из головы, и мысленно желая уехавшему человеку здоровья – сразу переключился на следующего клиента, который уже делал заказ.

– — – — – — – — – — – — —

Марли слегка приоткрыл веки, превозмогая головную боль. Ему казалось, что сейчас его череп взорвётся и разлетится на мелкие кусочки. Он попытался руками достать до виска, чтобы обнять свою голову со стороны висков и как можно крепче сдавить её, но ему что-то очень мешало и не давало это сделать. Он не знал, что именно с ним творилось, но чувствовал своё тело необычайно лёгким и ватным. Это ощущение почему-то не удивило его, и он довольно громко засмеялся. Марли сейчас было совершенно всё равно где он, и не мешает ли он кому-то своим истерическим смехом. Мир вокруг него просто летал и кружился, всё казалось каким-то странным и пушисто-мягким. Мешало только одно, это невероятно сильная головная боль, от которой он никак не мог избавиться.

Перед глазами он видел только белую пелену, которая туманом летала вокруг него. Ему хотелось повернуть голову набок, чтобы попытаться увидеть хоть что-нибудь, но что-то очень сильно стрельнуло в голове, и от этой боли он сразу закрыл глаза. Дёрнув на себя руками ещё несколько раз, Марли только сейчас медленно начинал соображать, что они были чем-то связаны. Желание пошевелить ногами тоже не увенчались успехом, и он полностью расслабил своё тело, давая возможность расслабиться мышцам. Хотелось сказать хоть что-нибудь или позвать кого-то на помощь, но язык был каким-то чужим и ни в какую не хотел подчиняться.

«Где я? Что со мной? Почему у меня такое состояние?»

Стараясь хоть что-нибудь вспомнить, Марли попытался напрячь память, но это словно дало какой-то сбой, и он снова отключился.

Ощущение бытия к нему приходило очень медленно. Почему-то он сразу вспомнил страшную головную боль, но сейчас он не ощущал её, и это казалось просто невероятно приятной новостью. Ему не хотелось открывать глаза, не желая больше летать в белом пространстве и чувствовать себя невесомой частицей, которая не в силах была пошевелить своими конечностями. К собственному удивлению только сейчас Марли начинал понимать, что к нему очень быстро начинает возвращать память.

«Я был на роботе. Потом решил зайти в бар. Там встретил человека, который угостил меня пивом. Выпил с ним и… дальше я ничего не помню… я отключился. После этого очнулся и почувствовал невероятно сильную головную боль, но при этом не смог пошевелить, ни руками, ни ногами. Мне хотелось понять, что со мной, и… я потерял сознание».

Марли совершенно не чувствовал ног и рук. Хотелось открыть глаза, но ему почему-то было страшно сделать это, и он словно чувствовал, что увидит то, от чего ему будет очень неприятно или страшно. Он не знал, откуда неслись такие мысли, но он доверял им. Откинув в сторону весь внутренний страх, Марли медленно приоткрыл веки и снова увидел над собой белый потолок, но на этот раз он не летал и не бурлил туманом, создавая ощущение полёта.

14

«Я в больнице? Похоже, что со мной что-то случилось?»

Приподняв голову вверх, он увидел, что ноги и руки были затянуты широкими жгутами настолько сильно, что он не мог не только пошевелить ими, но даже перестал их чувствовать. Повернув голову налево, Марли увидел огромную прозрачную пластиковую стену, за которой находился ещё один такой же человек, на точно такой же кровати и в точно таком же положении. За ним была ещё одна подобная комната, в которой всё выглядело так же.

«Нас трое».

Он повернул голову направо и сразу увидел справа от себя четвёртую комнату, где также лежал человек. Только в отличие от них это была женщина. Ему не нужно было долго всматриваться, чтобы понять это. Она была очень симпатична. Его взгляд на какое-то время задержался именно на ней, стараясь рассмотреть её как можно лучше.

«Да. Она просто чертовски красива и приятна на внешность. Но что мы все здесь делаем? Почему нас держат в таком положении? Когда меня отвяжут, и я, в конце концов, смогу спокойно чувствовать себя?»

Марли ещё раз осмотрелся вокруг себя, отметив, что в каждой комнате находилось стандартное количество мебели – кровать, небольшой стол возле выхода и табуретка. В углу стояла небольшая душевая кабинка с такими же прозрачными стёклами, в которой можно было принять душ. Больше здесь ничего не было. Они все были отделены прозрачными стенами, а значит, кто-то за ними должен был наблюдать все двадцать четыре часа. Именно по этому поводу он повернулся в сторону женщины, думая, насколько ей будет удобно жить рядом с ними в огромной прозрачной комнате?

«По какой причине нас четверых поселили в такие условия?»

Стараясь найти отсюда выход, Марли сразу заметил большие бронированные двери белого цвета. Разобравшись хоть немного в обстановке, он решил попытаться хоть чуть-чуть размять свои затёкшие конечности. Приподнять хоть на миллиметр ноги или руки было просто невозможно, и ничего не оставалось, как прокрутить их насколько можно было в левую сторону, а затем в правую. К счастью это было уже хоть что-то.

– Мистер Марли, мы очень рады, что вы уже пришли в себя и, насколько мы видим, вы себя уже довольно уверенно и осмысленно чувствуете?

Голос из динамика прозвучал откуда-то сзади из-за спины. Марли посмотрел на ближайшую комнату и увидел прямо под потолком за лежачим мужчиной серебристую пластину, за стеклом которой отсвечивало три камеры наблюдения. Через них можно было просматривать так же и противоположные комнаты, а рядом находились еле заметные прорезы – через которые быстрее всего и шёл звук.

– Кто вы? – С неимоверной злостью довольно громко выкрикнул Марли, надеясь как можно быстрее получить ответ.

– Если вы чувствуете, что жгуты очень сильно стянули вам кожу, мы немного попустим их.

После этих слов он сразу почувствовал, как в кровати что-то щёлкнуло, и жгуты попустили натяжение. Теперь Марли мог спокойно сгибать ноги в коленках, чувствуя послабление. Руки тоже получили определённую свободу, но при этом он не мог их вытянуть из резиновых зажимов. Ему удалось немного выгнуть вперёд спину и приподнять вверх голову. Только сейчас он обратил внимание, что это были не просто жгуты, а толстые прорезиненные обручи, которые невозможно было чем-либо разогнуть или разломать.

 

– Кто вы и зачем меня здесь держите? – Переспросил Марли второй раз, но ответа на его вопрос не последовало. – Подонки!

Ему хотелось выругаться так же, как ругаются строители во время работы, но что-то сдержало его внутренний пыл, и он только сплюнул в сторону двери, надеясь, что за ним сейчас наблюдают.

15

Он смотрел в одну из камер противоположной комнаты, ожидая хоть какой-нибудь реакции. Не услышав никакого ответа на такой выпад, и почувствовав, как его мышцы начинают млеть, она упал на спину, расслабив своё тело.

– — – — – — – — – — – — – — – — —

Сэм почувствовал пробуждение и сразу открыл глаза. У него было такое ощущение, словно в его животе лежал огромный камень, который застрял там довольно давно. Он хотел подняться, но что-то мешало ему и не давало возможности сделать этого. Приподняв голову, он осмотрелся вокруг себя и сразу заметил, что находиться в неизвестном ему помещении, разбитом на четыре прозрачные комнаты, в которых находились люди.

Приложив ещё большие усилия к своему освобождению из удерживавших его прорезиненных изогнутых держателей, он понял, что это просто бесполезная трата времени и снова положил голову обратно на подушку.

– Добрый день, капитан.

– Добрый? – Еле слышно сквозь неподвижные губы прошептал офицер.

Он сразу почувствовал, что его внутренние чувства перед предложенной операцией не обманывали его, и он оказался по-настоящему в каком-то капкане. Это была лаборатория, и в этом не было сомнений. Всё, что он помнил, так это как попрощался с Джули. После этого сел в машину, которая доставила его к частному самолёту. Там с двумя офицерами они пили кока-колу. Больше в его голове ничего не отложилось. Похоже, что ему что-то подсыпали, и он отключился. В этом просто не было сомнений.

По долгу службы ему были известны такие случаи, но как, и по чьей воле, он оказался здесь, было непонятно. Сейчас в его воспоминаниях всплыло лицо его любимой Джули, которая с надеждой смотрела в его глаза, надеясь на быстрое возвращение любимого ей человека. Он обещал, что это будет последняя командировка, и, похоже, что его слова были пророческими… вероятнее всего, это и была его последняя командировка. Насколько ему было известно, из таких мест уже никто и никогда не возвращался, хотя…, нет, он не верил, что уже никогда не увидит любимую женщину, да и не хотел в это верить.

– Капитан решил не разговаривать с тем, кто пожелал ему доброго дня?

В этом голосе не было издевательского тона, возмущения или ещё чего-нибудь такого, что относилось бы к унижению. Звучала интонация удивления, в которой хотелось хоть что-нибудь услышать от удерживаемого здесь человека. Из своей службы Сэм многое знал о подобных местах и этот фактор являлся для него огромным плюсом.

«Посмотрим, кто из нас сильнее!»

Сэм понимал, что с ним говорят через переговорный блок, который закреплён в стене. Окинув взглядом ещё раз ближайшие комнаты, он сразу увидел в каждом таком помещении вверху под потолком эти устройства, и лишний раз убедился в правильности своих мыслей.

16

– Мы попустим тебе стяжку на ногах и руках…, – прозвучало из динамика, после чего сразу послышался тихий щелчок в кровати и прорезиненные широкие обручи ослабили своё давление на его конечности.

«Неужели они думают, что я их буду благодарить за эту услугу?»

Ему по-прежнему не хотелось общаться с теми, кто сейчас скрывал свои лица и планы за этими стенами.

«Пройдёт немного времени и всё проясниться…, рано или поздно я узнаю, по какой причине меня поместили в эту лабораторию…»

Через время Сэм почувствовал, насколько свободнее стало его телу. Он приподнялся на локтях, чтобы осмотреться вокруг. Он увидел лежачего слева от него парня, который был лет на семь моложе его. Справа был мужчина, которому он дал бы не менее пятидесяти лет, а дальше лежала женщина, которой наверняка ещё не было и тридцати.

Мужчина справа поднял голову, и на его лице появилась еле заметная улыбка. Без сомнения он был очень рад, что ещё один человек пришёл в себя. Тот только слегка дёрнулся, после чего его губы что-то проговорили. Было видно, что он не просто говорил, а кричал, стараясь, чтобы Сэм услышал его. Но все его слова бесследно утопали в собственном помещении, не имея возможности пройти сквозь стены.

Офицеру хотелось рукой показать на уши, что ничего не слышно, но такой возможности у него не было и ему ничего не оставалось, как продемонстрировать тому невозможность общения.

– Не кричи! – Довольно громко ответил Сэм, понимая, что тот его не услышит, – Это звуконепроницаемые стены!

Похоже, что мужчина в мгновение сообразил это и без единого желания продолжать дальше, положил голову на подушку.

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – —

«Где я?»

Дик смотрел на белый потолок, пытаясь понять, где он находиться. Последнее, что он помнил, это когда вошёл в казарму, увидел сослуживцев и после того, как сделал пару шагов, упал.

«Меня уложили в больницу?»

Ему хотелось хоть что-нибудь произнести вслух, но он не мог этого сделать, чувствуя, что его язык словно задеревенел. Приподняв голову, он осмотрелся вокруг себя, сконцентрировав внимание на том, что он, как и другие люди – лежал в помещении, разделённом прозрачным пластиком на четыре комнаты. Обратив внимание, что все как один были в лежачем положении, и при этом их тела насильно крепились к кровати, он сразу прикинул, что это может быть психушка. Подумав о том, что он полностью здоров и оказался здесь по ошибке, сделал предположение, что долго здесь не продержится и уже в ближайшее время покинет это заведение.

«Но почему я лежу среди психов?»

17

На его губах появилась улыбка. Ему казалось всё это невероятно смешным и чудным. Невозможно было себе даже представить, как будут смеяться друзья и родственники, когда он им будет рассказывать о своём путешествии в такое «чудесное» заведение, из которого мало кто очень быстро выходит.

«Надо же было так вляпаться? Но ведь по какой-то причине я попал сюда? Может, у меня отключилась память, и я стал вытворять такое, что нормальному человеку даже не под силу представить?»

Дику хотелось прямо сейчас вернуться в часть и поговорить с ребятами, чтобы точно узнать, что он мог сделать такое необычное? С первого взгляда всё казалось смешным, но теперь он постепенно обдумывал только один вариант, при котором с ним мог случиться приступ, из-за которого он оказался здесь. По крайней мере, он ничего не помнил, а это уже о чём-то говорит…

«Что я мог натворить? Неужели с моей головой и в самом деле что-то не в порядке, и я об этом даже не догадываюсь? Может ли со мной такое произойти ещё раз?»

Он больше не хотел смотреть на этот белый потолок, прозрачные пластиковые перегородки, через которые их всех было видно как на ладони. Ему были противны люди, которые, как и он, лежали насильно прикованные к кроватям. Здесь всё было чужим и неприятным.

«Нет, я не должен…, я просто обязан выбраться отсюда. Это не моё место, и я это знаю!»

Ему казалось, что он может раствориться в этой комнате и вернуться обратно в часть. Это было самое большое желание, о котором он сейчас думал… и даже больше, чем думал.

«Я докажу им, что я совершенно нормальный…»

Дик закрыл глаза и как можно сильнее сжал зубы.

Человек, наблюдавший за ним через камеру, прекрасно видел, как у молодого парня напряглись мышцы на лице и скулах.

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – —

«Почему они так поступают с ней? По какой причине они нарушают её права? Зачем её запрятали сюда? Что это за помещение?»

Сандра посмотрела вокруг себя, заметив, что все лежащие за прозрачными стёклами изредка поднимали головы, чтобы посмотреть на других и тут же опускали их обратно на подушку. Мужчина лет пятидесяти иногда пытался докричаться до неё и до других, но его голос ни на грамм не пролетал сквозь стены, утопая в его закрытом пространстве.

Стараясь восстановить всё, что с ней произошло после того, как она вышла из института, Сандра начала свой отсчёт с того момента, как села в такси. Это был первый момент её жизни, когда она столкнулась с сотрудниками из ЦРУ. Они настойчиво попросили её пересесть в их автомобиль, так как этого требовала срочность, о которой они всё время твердили. Она думала, что они хотели получить от неё помощь, и не более. Эти мысли блуждали в её голове всё-то время – пока они ехали в чёрном автомобиле. Они прибыли в аэропорт, где её пересадили в небольшой самолёт. Все, кто ехал с ней всё время в машине, вернулись обратно, и никто из них с ней не полетел.

18

Внутри самолёта было невероятно комфортно и уютно. Теперь её не окружало столько «каменных» мужчин, от которых просто воротило. Рядом находились две милые девушки, которые работали стюардессами. Они были настолько юны и приятны, что ей ничего не оставалось, как всё время беседовать с ними. Сандре хотелось донести до них, что им необходимо поступить в институт или университет, чтобы найти себе более достойную работу, чем они имеют сейчас. Было похоже, что их эти разговоры трогали меньше всего, и они просто внимательно слушали её. На тот момент она не могла понять, почему они практически не разговаривали с ней и ничего не говорили о себе. С самого начала казалось, что всё время полёта проходило в одиночестве с невероятно внимательными куклами, которые были готовы достать ей даже звезду с неба.

Через один час после взлёта они принесли ей поесть, и это на тот момент радовало её больше всего. Всё было приготовлено невероятно вкусно. Казалось, что эта королевская трапеза в воздухе никогда не закончиться. Не смотря на то, что она в последнее время себя очень ограничила на сладостях, в этот раз, откинув все предрассудки в сторону, Сандре пришлось лично для себя сослаться на трудный день, который сжёг массу калорий, и съесть практически всю принесённую сладость. Сначала самочувствие было сытым и счастливым, но затем какая-то тяжесть стала давить на голову, и она почувствовала, как её телом одолела слабость. Через несколько секунд она утонула в сладком сне, при котором её долгое время уже никто не мог разбудить.

«Теперь я здесь, и что дальше? Я лежу зажатая жгутами и даже не могу пошевелиться.»

– Милая Сандра, я очень рад, что вы уже пришли в себя. Надеюсь, что ваш сон только пошёл вам на пользу, и вы себя сейчас прекрасно чувствуете.

Голос был слегка металлический, и она сразу поняла, что с ней разговаривают через переговорное устройство. Ещё при первом осмотре помещений она заметила стеклянные вставки под потолками, и уже тогда предположила, что это были наблюдательные окна, откуда за ними смотрели через камеры.

– Мне хотелось бы знать, по какому праву я здесь нахожусь?

– Скоро вы всё узнаете! Не переживайте, вам не придётся долго ждать.

– Что значит скоро? Я не хотела бы быть заложницей кровати даже на короткое время! Вы понимаете, о чём я говорю?

– Конечно…. Уже в ближайшие часы вы будете полностью свободны.

– Спасибо… ваше ничтожество!

Последние сказанные ею слова никакого отношения к благодарности не имели, и именно в них она попыталась выразить свою ненависть к тем, кто сейчас разговаривал с ней и доставил её сюда.

– Не за что! – Послышался довольно спокойный голос, который совершенно не отреагировал на её интонацию.

К её счастью она свободно могла двигать руками и ногами, но не могла вытянуть их из широких прорезиненных обручей. Она никогда не думала над тем, что ощущение ограничения будет её морально давить и пугать настолько сильно. Ей хотелось прямо сейчас встать и просто походить по комнате, чтобы размять свои кости. Окинув ещё раз своим взглядом всё, что находилось вокруг неё, Сандра к своему удивлению и ужасу только сейчас обнаружила, что здесь даже стены ванной и туалета были тоже прозрачными, и это в какой-то степени повергло её в шок.

«Я что-нибудь придумаю с этим. Иначе я не буду той Сандрой, которой меня родили родители. Эти люди ещё ответят мне за всё, что мне пришлось пережить даже за эти короткие десять минут.»

19

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —

– Наши люди сделали всё так, как мы и планировали. Только что доставили последнего человека в бокс, и можно сказать, что с этого момента начинается новая фаза, к которой уже сейчас подключились наши врачи.

Павел, парень тридцати семи лет в светло-коричневых брюках с довольной улыбкой на лице смотрел на троих человек, которые сидели напротив него в мягких удобных креслах и внимательно выслушивали его доклад. Его самодовольное лицо убедительно говорило об успехе дела и о том, что вся начатая операция прошла просто превосходно. Он рукой закинул наверх свои свисающие на лоб светлые волосы, один раз пригладив их, и слегка сузив довольно широкие глаза, внимательно посмотрел на слушавших его людей. Перед ним сидели люди, которые полностью или частично были посвящены в эту операцию и крепко держали всё глубоко за своими языками. Именно они должны были помочь ему реализовать давно задуманный план, в котором он был не просто уверен, а убеждён на все сто процентов. Главное для него было – это убедить их всех в том, что с этими людьми ничего не случиться. И он этого добился.

 

Для него подобрали четверых человек с совершенно разными специальностями, характерами и наклонностями. Он лично отмечал их по предложенным ему картотекам, но не планировал их доставку, доверив эту работу генералу Гаю. От него требовались совершенно иные функции, для которых были привлечены ещё два инженера. Они помогали ему, составляли невероятно сложные схемы, которые затем подсоединяли к сложным компьютерным системам. Подсказывали, как лучше всё это усилить и вывести на экран. Главное, что от них требовалось, это вывести все параметры организма на компьютер, фиксируя самочувствие каждого из четвёрки.

С одной стороны, Павел мог попробовать всё это сделать и без них, но для этого всё равно нужно было найти людей, помещение и попытаться сделать так, чтобы всё это осталось в тайне. Возможно, что это и не стоило показывать военным, но он должен был перестраховаться не только в собственной безопасности, но и получить определённые гарантии, в которых нуждался. Все эти люди прекрасно понимали, что он делает, но, ни один из них до конца так и не знал, что стояло за всем этим, и какие цели преследовал этот парень. Павел делал своё дело, и был доволен результатами.

Слева сидел генерал Гай, который решал вопросы по всем необходимым документам, делая свой личный отчёт для архивов. Он был одним из высокопоставленных чиновников аппарата ЦРУ, и именно ему очень часто поручали задания, которые многим даже не осмеливались предлагать. Его довольно высокий рост около двух метров, военная форма и суровое мужественное лицо, в котором не было видно ни грамма жалости, приводили на первое время в шок любого, кто с ним соприкасался по службе. Но в дальнейшем при работе можно было увидеть в нём не только жестокого, но и здраво размышляющего умного человека. Худощавое лицо, глубоко посаженные глаза и явно выраженная седина, говорили о возрасте и психологически тяжёлой работе. Не смотря на то, что ему уже исполнилось пятьдесят четыре, он был по-прежнему невероятно бодр, силён, активен и работоспособен.

Того, кто сидел по середине, звали Роберт. Он был самым молодым участником этого проекта. Ему только недавно исполнилось двадцать девять, и он всё время говорил, что это чудесное начало его карьеры после окончания университета. Этот парень был среднего роста, самого обычного телосложения, и в нём не было ничего такого, чем бы он выделялся из основной массы населения.

20

Последним справа был Джефф. Вот он никак не мог слиться с общей массой, и при желании его всегда можно было заметить. В свои сорок два он на своей голове содержал бакенбарды и длинную шевелюру, которая спадала до самых плеч и довольно пышную слегка кучерявую бороду. Суженные глаза, узкий нос и тонкие губы делали его общий вид довольно любопытным и рассудительным. Стоило ему даже на пару секунд посмотреть на любого человека, как у него сразу возникала правильная картина об этом человеке. Этот человек был невероятно хорошим психологом.

– Павел…, – обратился к стоящему парню один из сидящих мужчин в военной форме, показывая указательным пальцем в сторону экрана, – …я хотел бы посмотреть на тех людей, которых ты лично подбирал для этой операции.

– Конечно, генерал Гай.

Павел понимал, что одно дело – картотека, а другое – лично увидеть будущих участников эксперимента. А тем более этого хотел сам генерал, который всегда был щепетилен в таких вопросах. Ему не составляло особого труда включить четыре установленных за его спиной телевизора, на которых появилось изображение, снимаемое со всех четырёх камер, установленных по одной в каждой комнате. Слушавшие его недавно мужчины замерли на какое-то время, рассматривая лежавших четырёх человек.

Кто этот мужчина? – Джефф показал рукой в сторону экрана, где лежал Марли.

– Это инженер-строитель…, – Павел взял в руки небольшую папку и открыл первую страницу, – …ему пятьдесят лет. Его зовут Марли Уорден. Мы проверили его страховую карточку, убедившись лишний раз, что он совершенно здоров и наш эксперимент будет для него как поход в магазин сдобной выпечки. Он холост, всю жизнь проработал в одной компании. У него есть подруга, которую по просьбе некоторых людей отправили в командировку в другой город на четыре месяца. Для нас этого времени более, чем достаточно. Его начальство уже в курсе, что он на неопределённое время понадобился ЦРУ. К удивлению, их это ни грамма не удивило.

– А кто эта дама?

Глаза Роберта не сходили с экрана, на котором лежала довольно красивая женщина и всё время неподвижно смотрела в потолок.

– Интересно, о чём она сейчас думает? – Спросил Роберт, пока докладчик переворачивал несколько страниц в поисках её данных.

– Ну, точно не о тебе…, – добавил борода Джефф, и после этих слов все громко засмеялись.

– Это Сандра Вайз…, – продолжил отчёт Павел, обратив внимание, насколько сильно этой девушкой был заинтересован Роберт, – …ей двадцать восемь лет. У неё две специальности, а точнее, медик и археолог. Работает в Нью-Йоркском университете. Была в командировке в Еймсе штат Айова. Там проходила консультации по биохимии. Этот человек очень грамотный и хорошо знающий свою работу. Сделав себе два дополнительных дня выходных путём ускоренной работы, Сандра, таким образом, дала нам маленькую фору. Уже сегодня наш человек вылетает на её постоянное место работы, чтобы предупредить их о временном отсутствии в Университете одного сотрудника, в связи с работой в ЦРУ. Не думаю, что они будут против.

– Я даже не сомневаюсь в этом…, – еле слышно про себя прошептал генерал и слегка ухмыльнулся.

– А это Сэм…, – Павел перевёл свою руку на следующий экран, где лежал мужчина с довольно серьёзным лицом.

– Даже через экран чувствуется, что сильная личность…, – Джефф слегка наклонился вперёд, желая его получше рассмотреть, – …похоже, что он военный?

21

– Да. Служит в президентской охране. Очень опытный боец, много раз активно проявлял себя и никогда не прятался за спины других. Владеет практически всеми видами оружия, а также несколькими стилями боевых искусств. Сильный, выносливый и невероятно крепкий с эмоциональной и моральной стороны. Не женат, но есть женщина, с которой живёт. В будущем планируют создать семью. Через ЦРУ мы направили запрос именно на него, и вот он у нас. Скажем так… человек в командировке.

– А кто этот молодой парень?

– Дик…, – Павел сделал два шага в сторону, останавливаясь у последнего экрана, – …самый обычный солдат по контракту. Вы спросите меня – почему именно он? Потому, что этот человек невероятно меткий стрелок, и именно на него свой взор направили сотрудники охраны. Они в будущем надеются забрать его в одну из элитных подразделений. Помимо отменной стрельбы он очень хорошо водит самолёт, бронетехнику и автомобили. С транспортом он связан намного больше, чем Сэм, но в тоже время сильно уступает ему в остальном.

– И как он попал к нам?

Похоже, что Роберта солдат интересовал меньше всего, но он решил задать этот вопрос, чтобы показать не только свой интерес к этому делу, но и хоть какую-то деловитость и значимость его в данной операции. Павел не видел в его глазах никакого огонька, кроме личного интереса к единственно находившейся здесь даме. Роберт периодически поворачивал свою голову в сторону монитора, через который можно было наблюдать за Сандрой.

– Нам пришлось кое-что подмешать ему в еду, чтобы без единого сомнения парня отправили в больницу. Именно оттуда наши люди и забрали его. Они оставили им расписку и телефон, по которому Дика всегда могут найти или услышать. Здесь тоже всё чисто.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru