Litres Baner
Полное собрание сочинений. Том 1. 1893–1894

Владимир Ленин
Полное собрание сочинений. Том 1. 1893–1894

III

Какие же выводы делает референт из этих исследований Маркса? К сожалению, он не дает вполне точной и определенной формулировки своих выводов, так что приходится самому заключать о них по некоторым замечаниям, не вполне гармонирующим друг с другом. Так, например, мы читаем:

«Мы видели здесь, – говорит референт, – каким образом совершается накопление в I подразделении, в производстве средств производства для средств производства: … это накопление совершается независимо как от движения производства предметов потребления, так и от самого личного потребления, чье бы оно ни было» (лист 15/3).

Конечно, говорить о «независимости» накопления от производства предметов потребления нельзя уже потому, что для расширения производства требуется новый переменный капитал, а, следовательно, и предметы потребления; автор, вероятно, хотел этим выражением просто оттенить ту особенность схемы, что воспроизводство 1с – постоянного капитала в I подразделении – происходит без обменов с П-м подразделением, т. е. каждогодно в обществе известная часть, скажем, угля производится для добычи угля же. Разумеется, это производство (угля для добычи угля) рядом последующих обменов свяжется с производством предметов потребления: – иначе бы не могли существовать ни углепромышленники, ни их рабочие.

В другом месте референт выражается уже значительно слабее: «Главное движение капиталистического накопления, – говорит он, – совершается и совершалось (за исключением весьма ранних периодов) независимо от каких-либо непосредственных производителей, независимо от личного потребления какого-либо слоя населения» (л. 8). Здесь уже указывается только на преобладание производства средств производства над производством предметов потребления в историческом развитии капитализма. Указание такое повторяется еще раз: «Если для капиталистического общества типично, с одной стороны, накопление для накопления, производительное потребление, но не личное, то, с другой стороны, для него типично именно производство средств производства для средств производства» (л. /г). Если автор этими указаниями хотел сказать то, что капиталистическое общество отличается от других, предшествующих ему экономических организаций, именно развитием машин и необходимых для них предметов (угля, железа и т. п.), то это совершенно верно. По высоте техники капиталистическое общество стоит выше всех других, а прогресс техники в том и выражается, что человеческий труд все более и более отступает на задний план перед трудом машин.

Вместо того, чтобы заниматься критикой недостаточно ясных заявлений референта, лучше поэтому обратиться прямо к Марксу и посмотреть, можно ли из его теории сделать вывод о «преобладании» 1-го подразделения над П-ым, и в каком смысле надо понимать это преобладание.

Из вышеприведенной схемы Маркса никакого вывода о преобладании 1-го подразделения над П-ым сделать нельзя: оба развиваются там параллельно. Но эта схема не принимает во внимание именно технического прогресса. Как это доказано Марксом в I томе «Капитала», технический прогресс выражается в том, что отношение переменного капитала к постоянному постепенно уменьшается, между тем как в схеме это отношение принято за неизменное.

Понятно уже само собою, что если внести это изменение в схему, то получится более быстрое возрастание средств производства сравнительно с предметами потребления. Тем не менее, мне кажется, не лишним будет привести этот расчет, во-первых, для наглядности, а, во-вторых, для предупреждения возможных неправильных выводов из этой посылки.

[В нижеследующей таблице норма накопления принята неизменной: половина сверхстоимости накопляется и половина потребляется лично.]

[Нижеследующую схему можно опустить и перейти прямо к выводам из нее на следующей странице. Буква д. означает добавочный капитал, идущий на расширение производства, т. е. накопляемую часть сверхстоимости.]




и так далее{16}.

Сопоставим теперь выводы из этой схемы относительно возрастания различных частей общественного продукта{17}:



Мы видим таким образом, что всего быстрее возрастает производство средств производства для средств производства, затем производство средств производства для средств потребления и всего медленнее производство средств потребления. К этому выводу можно бы было прийти и без исследований Маркса во II томе «Капитала» на основании того закона, что постоянный капитал имеет тенденцию возрастать быстрее переменного: положение о быстрейшем возрастании средств производства есть простая перефразировка этого закона применительно ко всему общественному производству.

Но, может быть, следует сделать еще шаг дальше? Если мы принимали, что отношение ν к с + ν постоянно уменьшается, то почему не принять, что ν становится равным нулю, что то же количество рабочих остается достаточным для большего количества средств производства? Тогда накопляемая часть сверхстоимости будет прямо присоединяться к постоянному капиталу в I подразделении, и рост общественного производства пойдет исключительно на счет средств производства для средств производства при полном застое П-го подразделения[20].

Разумеется, это было бы уже злоупотребление схемами, потому что такой вывод основан на невероятных предположениях и потому неправилен. Допустимо ли, что прогресс техники, уменьшающий отношение ν к с, выразится только в I подразделении, оставив П-ое в полном застое? Сообразно ли с законами капиталистического общества, требующего от каждого капиталиста расширения предприятия под угрозой гибели, чтобы во П-ом подразделении совершенно не происходило накопления?

Итак, единственно правильным выводом, который можно сделать из вышеизложенных исследований Маркса, будет тот, что в капиталистическом обществе производство средств производства возрастает быстрее, чем производство средств потребления. Как уже сказано, вывод этот – прямое следствие того общеизвестного положения, что капиталистическое производство создает неизмеримо более высоко развитую технику сравнительно с прежними временами[21]. Маркс – специально по этому вопросу – только в одном месте высказывается с полной определенностью, и это место вполне подтверждает правильность сделанной формулировки:

 

«Отличие капиталистического общества от дикарей состоит не в том, в чем его видит Сениор, – будто привилегией и особенностью именно дикаря является такое расходование своего труда, которое не дает ему никаких продуктов, могущих превратиться в доход, т. е. в средства потребления, – а отличие состоит в том, что

а) капиталистическое общество расходует больше [Nota bene[22]] находящегося в его распоряжении годового рабочего времени на производство средств производства (ergo[23] – постоянного капитала), которые не могут сделаться доходом ни в форме заработной платы, ни в форме сверхстоимости, но могут функционировать только в качестве капитала» («Das Kapital», II Bd., Seite 436[24]).

IV

Спрашивается теперь, какое же отношение имеет изложенная теория к «пресловутому вопросу о рынках»? Ведь она исходит из предположения об «общем и исключительном господстве капиталистического способа производства», а «вопрос» в том и состоит, «возможно ли» в России полное развитие капитализма. Правда, эта теория вносит поправку в обычное представление о развитии капитализма, но очевидно, что уяснение того, как развивается капитализм вообще, нимало еще не подвигает вперед вопроса о «возможности» (и необходимости) развития капитализма в России.

Референт, однако, не ограничивается изложением теории Маркса о ходе всего общественного производства, организованного капиталистически. Он указывает на необходимость отличать «два существенно различных момента в накоплении капитала: 1) развитие капиталистического производства вширь, когда оно захватывает уже готовые сферы труда, вытесняя собой натуральное хозяйство, и расширяется на счет последнего; и 2) развитие капиталистического производства, если можно так выразиться, вглубь, когда расширение его происходит независимо от натурального хозяйства, т. е. при общем и исключительном господстве капиталистического способа производства». Не вдаваясь пока в критику этого разделения, перейдем прямо к рассмотрению того, что разумеет автор под развитием капитализма вширь: выяснение этого процесса, состоящего в замене натурального хозяйства капиталистическим, должно показать нам, каким образом русский капитализм «охватит всю страну».

Референт иллюстрирует развитие капитализма вширь следующей схемой:



А – капиталисты; – непосредственные производители. a, ai ац – капиталистические предприятия. Стрелки указывают на движение обмениваемых товаров. с, ν, m – составные части стоимости товаров. I, II – натуральная форма товаров: I – средства производства; II – средства потребления.


«Существенное отличие мест А и W, – говорит референт, – состоит в том, что в А – производители – капиталисты, которые потребляют свою сверхстоимость производительно, а в W – непосредственные производители, которые свою сверхстоимость (я разумею здесь излишек ценности продукта над стоимостью средств производства и необходимых средств пропитания) потребляют непроизводительно.

Последуем по схеме за стрелками и легко увидим, как развивается капиталистическое производство в А на счет потребления в W, захватывая его постепенно». Продукт капиталистического предприятия а отправляется «непосредственным производителям» в форме предметов потребления; в обмен на него «непосредственные производители» возвращают постоянный капитал (с) в форме средств производства и переменный капитал (ν) в форме средств потребления, а сверхстоимость (m) в форме элементов дополнительного производительного капитала: с ι + vi. Этот капитал служит для основания нового капиталистического предприятия ai которое точно так же посылает свой продукт в форме предметов потребления «непосредственным производителям» и так далее. «Из приведенной схемы развития капитализма вширь следует, что все производство находится в теснейшей зависимости от потребления на «внешних» рынках, потребления масс (причем с общей точки зрения решительно все равно, где находятся эти массы, – под боком ли у капиталистов или где-нибудь за океаном). Очевидно, что расширение производства в А, т. е. развитие капитализма в этом направлении, окончится, как только все непосредственные производители в W обратятся в товаропроизводителей, ибо, как мы видели выше, каждое новое предприятие (или расширение старого) рассчитано на новый круг потребителей W. Ходячее представление, – говорит в заключение референт, – о капиталистическом накоплении, т. е. о капиталистическом воспроизводстве в расширенных размерах, только подобным взглядом на вещи и ограничивается, не подозревая о развитии капиталистического производства вглубь, независимо от каких бы то ни было стран с непосредственными производителями, т. е. независимо от так называемых внешних рынков».

Из всего изложенного можно согласиться только с тем, что представление это о развитии капитализма вширь и иллюстрирующая его схема находится в полнейшем соответствии с ходячими, народническими воззрениями на предмет.

В самом деле, трудно рельефнее и нагляднее изобразить всю нелепость и бессодержательность ходячих воззрений, чем это сделано в приведенной схеме.

«Ходячее представление» всегда смотрело на наш капитализм как на нечто оторванное от «народного строя», стоящее в стороне от него, – точь-в-точь так, как это изображено в схеме: из нее совершенно не видно, в чем состоит связь двух «мест», капиталистического и народного. Почему товары, отправляемые из А, находят себе сбыт в W? чем вызывается превращение натурального хозяйства в W в товарное? Ходячее воззрение никогда не давало ответа на эти вопросы, смотря на обмен как на какую-то случайность, а не как на известную систему хозяйства.

Далее, ходячее воззрение никогда не давало объяснения тому, откуда и каким образом возник наш капитализм – точно так же, как не объясняет этого и схема: дело представляется так, как будто капиталисты извне откуда-то пришли, а не из среды тех же «непосредственных производителей». Остается непонятным, откуда добывают себе капиталисты «свободных рабочих», необходимых для предприятий a, ai и т. д. Всякий знает, что в действительности рабочие эти берутся именно из «непосредственных производителей», но из схемы нимало не видно, чтобы товарное производство, охватывая «место» W, создавало там контингент свободных рабочих.

Одним словом, схема эта – точь-в-точь как и ходячее воззрение – ровно ничего не объясняет в явлениях наших капиталистических порядков и потому никуда не годится. Та цель, ради которой она составлена, – пояснение того, как капитализм развивается на счет натурального хозяйства, охватывая всю страну, – совершенно ею не достигается, потому что, как это видит и сам референт, – «если последовательно держаться разбираемого воззрения, то необходимо заключить, что до повсеместного развития капиталистического способа производства дело дойти никак не может».

Остается только удивляться после этого, что автор, хотя бы и отчасти, примыкает сам к этому воззрению, говоря, что «капитализм действительно (?) развивался в периоды своего младенчества таким легчайшим (sic!?[25]) способом (легчайшим потому, что здесь захватываются готовые отрасли труда), отчасти он развивается в этом направлении и теперь (??), поскольку на земном шаре еще имеются остатки натурального хозяйства и поскольку увеличивается население».

На самом деле, это – не «легчайший» способ развития капитализма, а просто-напросто – «легчайший способ понимания» процесса, настолько «легчайший», что вернее назвать его полным непониманием. Российские народники всяческих оттенков и по сю пору пробавляются этими «легчайшими» приемами: не помышляя никогда о том, чтобы объяснить, каким образом возник наш капитализм и каким образом он функционирует, они ограничиваются сопоставлением «больного места» наших порядков, капитализма, с «здоровым» – непосредственными производителями, «народом»; первое ставится ошую, второе – одесную, и все глубокомыслие завершается сентиментальными фразами о том, что «вредно» и что «полезно» для «человеческого общежития».

V

Чтобы исправить вышеприведенную схему, необходимо начать с выяснения содержания тех понятий, о которых идет речь. Под товарным производством разумеется такая организация общественного хозяйства, когда продукты производятся отдельными, обособленными производителями, причем каждый специализируется на выработке одного какого-либо продукта, так что для удовлетворения общественных потребностей необходима купля-продажа продуктов (становящихся в силу этого товарами) на рынке. Под капитализмом разумеется та стадия развития товарного производства, когда товаром становятся уже не только продукты человеческого труда, но и самая рабочая сила человека. Таким образом, в историческом развитии капитализма важны два момента: 1) превращение натурального хозяйства непосредственных производителей в товарное и 2) превращение товарного хозяйства в капиталистическое. Первое превращение совершается в силу того, что появляется общественное разделение труда – специализация обособленных [NB: это – непременное условие товарного хозяйства], отдельных производителей по занятию одной только отраслью промышленности. Второе превращение совершается в силу того, что отдельные производители, производя каждый особняком товары на рынок, становятся в отношение конкуренции: каждый стремится дороже продать, дешевле купить, и необходимым результатом является усиление сильного и падение слабого, обогащение меньшинства и разорение массы, ведущее к превращению самостоятельных производителей в наемных рабочих и многих мелких заведений в немногие крупные. Таким образом, схема должна быть составлена так, чтобы показать оба эти момента в развитии капитализма и те изменения, которые производит это развитие в величине рынка, т. е. в количестве продуктов, превращающихся в товары.

Нижеследующая схема и составлена по этому плану: абстрагированы все посторонние обстоятельства, т. е. приняты за неизменные (например, количество населения, производительность труда и многое другое), чтобы проанализировать влияние на рынок одних только указанных моментов развития капитализма.




Пояснения к схеме:

I – П… – VI – производители.

а, 6, с – отрасли промышленности (например, земледелие, промышленность добывающая и обрабатывающая).

а = b = с = 3. Величина стоимости продуктов a = b = с равна 3 (трем единицам стоимости), из которых 1 приходится на сверхстоимость[26].

 

В графе «рынок» означается величина стоимости продаваемых (и покупаемых) продуктов; в скобках поставлена величина стоимости продаваемой (и покупаемой) рабочей силы (= р. с).

Стрелки, идущие от одного производителя к другому, означают, что 1-ый состоит наемным рабочим у второго.

Предполагается простое воспроизводство: вся сверхстоимость потребляется капиталистами непроизводительно.


Разберем теперь эту схему, показывающую последовательные изменения в системе хозяйства общины, состоящей из 6-ти производителей. В схеме приведены 6 периодов, выражающих стадии превращения натурального хозяйства в капиталистическое.

1-ый период. Имеем 6 производителей, из которых каждый расходует свой труд во всех 3-х отраслях промышленности (в а, в Ъ и в с). Получаемый продукт (9 у каждого производителя: а + b + с = 9) тратится на себя в своем же хозяйстве. Поэтому мы имеем чистый вид натурального хозяйства; на рынок продукты не поступают совершенно.

Период 2-ой. Производитель 1-ый изменяет производительность своего труда: он оставляет промышленность b и тратит время, прежде употреблявшееся на эту отрасль промышленности, на промышленность с. В силу такой специализации одного производителя, остальные сокращают производство с, так как 1-ым хозяином произведен излишек против собственного потребления, и усиливают производство Ъ, чтобы произвести продукт для 1-го производителя. Появившееся разделение труда неизбежно ведет к товарному производству: 1-ый производитель продает 1 с и покупает 1 Ь, остальные производители продают 1 b (каждый из 5 по /5 Ь) и покупают 1 с (каждый по /5 с); на рынок поступает количество продукта стоимостью в 6. Величина рынка в точности соответствует степени специализации общественного труда: специализировалось производство одного с (1 с = 3), и одного Ъ (1 b = 3), т. е. одной девятой части всего общественного производства [18 с (= а = Ь)], и на рынок поступила 1 всего общественного продукта.

Период 3-ий. Разделение труда подвигается дальше, вполне охватывая отрасли промышленности b и с: трое производителей занимаются только промышленностью 6, трое – только промышленностью с. Каждый продает 1 с (или 1 Ь), т. е. 3 единицы стоимости, и покупает тоже 3–1 b (или 1 с). Это усиление разделения труда ведет к возрастанию рынка, на который поступает теперь уже 18 единиц стоимости. Величина рынка опять-таки в точности соответствует степени специализации (= разделения) общественного труда: специализировалось производство 3 Ъ и 3 с, т. е. /з общественного производства, и на рынок поступает 1/3 общественного продукта.

Период 4-ый изображает уже капиталистическое производство: процесс преобразования товарного производства в капиталистическое не вошел в схему и потому должен быть отдельно описан.

В предыдущем периоде каждый производитель являлся уже товаропроизводителем (в областях промышленности Ъ не, о которых только и идет речь): каждый производил отдельно, особняком, независимо от других производителей, производил на рынок, величина которого не была, разумеется, известна ни одному из них. Это отношение обособленных производителей, работающих на общий рынок, называется конкуренцией. Понятно само собою, что равновесие между производством и потреблением (предложением и спросом), при этих условиях, достигается только рядом колебаний. Более искусный, предприимчивый, сильный производитель усилится еще более вследствие этих колебаний, – слабый и неискусный будет раздавлен ими. Обогащение немногих личностей и обнищание массы – таковы неизбежные следствия закона конкуренции. Дело кончается тем, что разорившиеся производители теряют хозяйственную самостоятельность и поступают наемными рабочими в расширенное заведение своего счастливого соперника. Именно это положение и изображено в схеме. Отрасли промышленности Ъ и с, распределенные раньше между всеми 6 производителями, теперь концентрировались в руках 2-х производителей (1-го и IV-ro). Остальные производители работают у них по найму, получая уже не весь продукт своего труда, а без сверхстоимости, присваиваемой хозяином [напомню, что сверхстоимость, по предположению, равна /з продукта, так что производящий 2 Ъ (= 6) получит от хозяина /з – т. е. 4]. В результате получаем усиление разделения труда – и возрастание рынка, на который поступает уже 22, несмотря на то, что «масса» «обеднела»: – производители, сделавшиеся (отчасти) наемными рабочими, получают всего продукта уже не по 9, а только по 7, – 3 получает он от самостоятельного хозяйства (земледельческого – промышленность а) и 4 от наемного труда (от производства 2 Ъ или 2 с). Эти производители, являющиеся уже более наемными рабочими, чем самостоятельными хозяевами, потеряли возможность нести на рынок какой бы то ни было продукт своего труда, потому что разорение отняло у них средства производства, необходимые для выработки продукта. Им пришлось прибегать к «заработкам», т. е. нести на рынок свою рабочую силу и на полученные от продажи этого нового товара деньги покупать необходимый для себя продукт.

Из схемы видно, что производители II и III, V и VI продают каждый рабочей силы на 4 единицы стоимости и покупают на ту же сумму предметов потребления. Что касается до производителей – капиталистов, 1-го и IV-ro, то каждый из них производит продукта на 21; из этого он сам потребляет 10 [3 (= а) + 3 (= с или t>) + 4 (сверхстоимость от 2 с или 2 Ь)] и продает 11; покупает же он товаров на 3 (с или Ъ) + 8 (рабочая сила).

В этом случае, необходимо заметить, мы не получаем абсолютного соответствия между степенью специализации общественного труда (специализировалось производство 5 Ъ и 5 с, т. е. на сумму 30) и величиной рынка (22), – но эта неправильность схемы зависит от принятия простого воспроизводства[27], т. е. отсутствия накопления, почему и оказалось, что сверхстоимость, отбираемая у рабочих (по 4 – каждым капиталистом), потребляется вся натурой. Так как отсутствие накопления невозможно в капиталистическом обществе, то ниже будет сделана соответствующая поправка.

Период 5-ый. Разложение товаропроизводителей распространилось и на земледельческую промышленность (а): наемные рабочие не могли продолжать хозяйства, работая главным образом в чужих промышленных заведениях, и разорились: у них остались только жалкие остатки земледельческого хозяйства, в размере 112 прежнего количества (которое, по нашему предположению, было как раз достаточно на покрытие нужд семьи) – точно так же, как теперешние посевы громадной массы наших крестьян – «земледельцев» представляют из себя только жалкие крохи самостоятельного земледельческого хозяйства. Промышленность а начала точно так же концентрироваться в незначительное число крупных заведений. Так как наемные рабочие теперь не в состоянии уже обойтись своим хлебом, то заработная плата, понижавшаяся самостоятельным земледельческим хозяйством рабочих, повышается, давая рабочему денежные средства на покупку хлеба (хотя и в меньшем количестве, чем потреблял он, будучи сам хозяином): теперь рабочий сам производит \112 (= ll2 а) и прикупает 1, получая всего 2 /г, вместо прежних 3 (=а). Хозяева – капиталисты, присоединившие к своим промышленным заведениям расширенное земледельческое хозяйство, производят теперь по 2 а (=6), из которых 2 переходит рабочим в виде заработной платы, а 1 (7 г а) – сверхстоимость – достается им. Развитие капитализма, изображаемое этой схемой, сопровождается «обеднением» «народа» (рабочие потребляют всего уже только по 61/2, a не по 7, как в 4 периоде) и возрастанием рынка, на который поступает уже 26. «Упадок земледельческого хозяйства» у большинства производителей вызвал не сокращение, а увеличение рынка земледельческих продуктов.

Период 6-ой. Завершение специализации занятий, т. е. разделения общественного труда. Все отрасли промышленности отделились и стали специальностью отдельных производителей. Наемные рабочие совершенно потеряли самостоятельное хозяйство и существуют уже исключительно наемным трудом. Результат опять тот же: развитие капитализма [самостоятельное хозяйство на себя вытеснено окончательно], «обеднение массы» [хотя заработная плата и возросла, но потребление понизилось у рабочих с б7 г до 6: они производят по 9 (За, ЗЬ, Зс) и отдают 1/3 хозяину, как сверхстоимость] и дальнейший рост рынка, на который поступает теперь уже 2/3 общественного продукта (36).

16Схема расширенного воспроизводства с учетом технического прогресса дается точно по рукописи В. И. Ленина; имеющиеся в ней отдельные цифровые неточности не влияют на ход рассуждений и общие выводы.
17В графе «Средства производства для средств потребления» приводится полная сумма Ι (ν + m), которая включает часть, предназначенную для накопления. Следует иметь в виду, что часть вновь созданной стоимости в 1-ом подразделении воплощается в орудиях и материалах, представляющих собой не средства производства для П-го подразделения, а дополнительные (сверх возмещения) средства производства для 1-го подразделения. Какая часть произведенных средств производства предназначена для П-го подразделения и какая часть остается в 1-ом, – об этом можно судить по величине постоянного капитала, фактически функционирующего в обоих подразделениях в следующем году. В рукопись В. И. Ленина вкрались две описки, а именно: вместо 3172V2 написано 3172, вместо 10830—IO828V2 что очевидно из приведенной в тексте схемы.
20Я не хочу сказать, чтобы подобное явление было абсолютно невозможно, как отдельный случай. Но ведь здесь речь идет не о казусах, а об общем законе развития капиталистического общества. В пояснение покажу на схеме, о чем идет речь: I 4000 с + 1000 v + 1000 m = 6000 II 1500 с + 750 v + 750 m = 3000 I (1000 v + 500 m) = II 1500 с I 500 m накопляются, присоединяясь к 14000 с: I 4500 с + 1000 v + (500 m) = 6000 II 1500 с + 750 v + 750 m = 3000 I 4500 с + 1000 v + 1000 m = 6500 II 1500 с + 750 v + 750 m = 3000 I (1000 v + 500 m) = II 1500 с I 500 m накопляются по-прежнему и т. д.
21Поэтому изложенный вывод можно формулировать еще несколько иначе: в капиталистическом обществе рост производства (а следовательно, и «рынка») может идти либо на счет возрастания предметов потребления, либо – и это – главным образом – на счет прогресса техники, т. е. вытеснения ручного труда машинным, – так как изменение отношения ν к с и выражает собой именно уменьшение роли ручного труда.
22Заметьте. – Ред
23Cледовательно. – Ред.
24«Капитал», т. II, стр. 436.130. См. К. Маркс. «Капитал», т. II, 1955, стр. 439. – Ред.
130См. К. Маркс. «Капитал», т. II, 1955, стр. 439.
25Так!? – Ред.
26Та часть стоимости, которая возмещает постоянный капитал, принята за неизменную и поэтому откинута.
27Это относится равным образом и к 5-му и к 6-му периодам.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36 
Рейтинг@Mail.ru