челОВЕЧЕСТВО New Age

Виталий Сиростанов
челОВЕЧЕСТВО New Age

Глава 1. Древний Завет

«Если Бог существует, то ему придётся умолять меня о прощении»

Надпись, вырезанная еврейским заключенным на стене камеры концлагеря.

1. Изгнание

Поверхность Солнца безудержно полыхала, пронизывая черный мрак космоса своим ослепительным светом. Яркие протуберанцы причудливо извивались в безудержном танце. Но внутри звезды кипела совершенно иная жизнь.

Гермодвери с шипением разъехались в разные стороны, и в зал вошёл седовласый старец с длинной бородой. Все присутствующие тут же умолкли и покорно склонили головы.

– На каком этапе мы сейчас находимся? – строго спросил старец. Он сверлил суровым взглядом каждого. Фигуры в белых комбинезонах лишь переглядывались между собой, не решаясь что-либо ответить. И только один из них вёл себя естественно и непринуждённо. Юноша с рыжими волосами, склонившись над криокапсулой, продолжал нажимать клавиши. Старец, недовольно стиснул губы и произнёс уже гораздо громче:

– Мне повторить вопрос?

Громогласное эхо пронеслось по залу, от чего все присутствующие съёжились. Рыжеволосый юноша поднял свою голову и уверенно ответил:

– Господин Верховный Творец, очистка Земли прошла успешно. Все представители четвёртой версии уничтожены.

– Хорошо. Что у нас с пятой версией?

– Мы находимся на завершающей стадии загрузки человеческого сознания во всех особей. Всё по вашему образу и подобию, как вы и велели. За исключением встроенной прошивки блокиратора личности, конечно же.

– А как обстоят дела с представителями других видов?

– Прочие виды флоры и фауны уже телепортируются нами на Землю.

– Спасибо, Люциус. Я надеюсь, в этот раз у нас не возникнет проблем?

– Я тоже на это надеюсь, Господин Верховный Творец. Но позволю себе ещё раз повторить, что я категорически против подпитки наших плазменных генераторов за счёт негативной энергии. Да, позитивные волны чуть менее энергоэффективны, но…

– Молчать! Не забывайся Люциус! Я не буду вечно терпеть твою дерзость. Я сказал Гаввах! И не хочу слышать Ваших мнений.

Седовласый старец развернулся и стремительной походкой вышел из зала. Как только гермодвери затворились, зал наполнил рокот шёпота. Толпа косилась на рыжего юношу и бурно обсуждала произошедшее. Люциус, не обращая внимания на окружающих, задумчиво смотрел на тысячи криокапсул, расположенных по всему залу. В каждой капсуле находилось по одному обнажённому человеческому телу. Все они крепко дремали.

– И вновь ты выводишь старика из себя! – эта фраза, прозвучавшая за спиной, вырвала Люциуса из раздумий. Развернувшись, он ответил:

– Ну ведь должен кто-то держать старика в тонусе.

– Зачем ты постоянно злишь его? Ведь так и до изгнания недолго!

– Рафаил, для меня нет ничего страшнее, чем прожить всю свою жизнь в страхе и подчинении. Возможно, когда-то ты поймёшь меня.

– Нет, Люциус, не пойму. Мы должны подчиняться его законам!

– Я ничего никому не должен! Ведь ты не меньше меня понимаешь, что выживший из ума злобный старик просто упивается своей властью. Он больной маньяк, который уничтожает всех, кто перечит ему.

– Но ведь он по праву занимает должность Верховного Творца, а мы всего лишь ангелосы.

– Не смеши меня. По какому такому праву? Где бы он был, если бы не его родственные связи? Ведь это его дед, один из Абсолютных Творцов, назначил его Верховным Творцом в этой Галактике.

– Да тише ты! За такие разговоры ты точно отправишься в изгнание. А может, тебя и вовсе аннигилируют. Неужели ты забыл про то, что постигло Хаима?

– Как раз наоборот. Я помню о своём брате каждое мгновение.

Рафаил, глубоко вздохнув, развернулся и вышел из зала. Люциус с грустью в глазах склонил голову. Но очередной собеседник прервал его воспоминания.

– Наш бунтарь Люциус как всегда в своей манере!

– Уриил, ведь ты знаешь, что те, кто свободен душой, по-иному не могут.

– Конечно! Именно поэтому старик разработал уже пятую версию прошивки блокиратора личности. Ему нужны абсолютные рабы.

– Кстати, по поводу свободы. Не знаешь, моё любимое творение уже отправили на Землю?

– Конечно. Первые представители вида уже гуляют по Земле. Ох, и важные эти твои маленькие мурлыкающие создания. Благодаря тебе, это будут самые свободные существа на планете. Но если бы старик узнал, что ты не загрузил в их сознание стандартную прошивку подчинения, он бы взорвался от ярости.

– Надеюсь, что когда-нибудь так и произойдёт. И он действительно взорвётся от переполняющей его злобы.

– Ну, прекрати ты уже свои бунтарские разговоры. Ты ведь понимаешь, что нас могут слушать.

– Пускай слушают. Кстати, не скромничай Уриил, ведь ты тоже отличился. Мне уже рассказали о твоей чудесной шутке. Ведь это ты отправил на Землю несколько экземпляров промежуточного звена людей и приматов. Тех самых дефектных переростков, которые получились у нас, когда мы создавали первую версию человека. И которых, кстати, мы должны были утилизировать.

– Никому доверять нельзя в этих чертогах… На самом деле, всё не так страшно. Я отправил их в горную местность. И если они там не приживутся, то возможно никогда не встретятся с человеком. Ну, а если встретятся, то это будет сюрприз для всех.

– Ха. Точно! Особенно для старика, который совершенно не понимает шуток.

– Мой дорогой Люциус, с тобой столь же приятно беседовать, сколь и опасно.

Уриил махнул рукой и торопливо покинул зал. Проводив его взглядом, Люциус приблизился к одной из капсул. Внутри устройства мирно дремала красивая женщина. Рыжеволосый юноша приложил ладонь к прозрачной крышке и прошептал: «Бедняги, вы даже не знаете что Вам уготовано…».

Спустя некоторое время зал начал пустеть. Когда последняя фигура в белом комбинезоне вышла из помещения, свет погас. Лишь слабая подсветка множества электронных колыбелей продолжала монотонно мерцать во тьме. Тысячи тел мужчин и женщин глубоко дышали в один такт, оставляя след испарины на стеклянной поверхности капсул. На их спящих лицах застыла невинная улыбка.

Этот февраль выдался особо теплым. Пушистые хлопья снега медленно опускались на небольшой северный посёлок. В вечернее время, когда жильцы всех домов уже вернулись с работы, за каждым оконным проёмом что-нибудь происходило. Кто-то, сидя на диване читал газету, кто-то, стоя у плиты, готовил ужин. А в одном из окон небольшой двухкомнатной квартирки молодая пара стояла у детской кроватки. На стене висел отрывной календарь с нарисованной женщиной в рабочей каске и надписью «1985 год».

Крепкие руки бородатого мужчины держали ребёнка на груди. Красивая длинноволосая женщина, стоящая рядом, смотрела на малыша преисполненными любви глазами.

– Юра, как ты думаешь, кем он вырастет?

– Не знаю, любимая. Может, будет водителем как я. А может, станет известным артистом.

– Я уверена, что он особенный. И нашего Витеньку ждёт особая судьба.

– Галя, я тоже в это верю. Вот только судьбы нет. Мы сами творцы своей жизни.

– Надеюсь, что это действительно так. В таком случае, мы с тобой сотворим для него самую лучшую жизнь.

Они уложили малыша в деревянную колыбель, а сами легли рядышком. Две панцирные кровати, поставленные вместе, были отличной заменой двуспальной кровати для молодой пары. Крепко обнявшись, они уснули. Витя смотрел на них через деревянное ограждение кроватки. Его тревожил шум поездов, проходящих за окном, и голос какой-то женщины, непонятно объявляющей о прибытии и отбытии поездов. Этот голос страшным эхом разносился по всей округе и оседал в голове. Малыш боялся сомкнуть глаза. Но его тревожил не только голос неизвестной женщины. Мальчик знал, что стоит ему уснуть, и во сне его вновь начнёт терзать загадочный злобный старец. Или же слуги старца, эти страшные и злобные существа, опять будут гоняться за ним. Витя не понимал, почему незваные гости в его снах так ненавидят его? Почему они каждую ночь пугают его?

На полу были разбросаны пластмассовые игрушки. Старенький телевизор отражал в своём экране призрачное свечение полной луны. Его родители крепко спали. А он, лёжа на кровати, вслушивался в тишину. И вдруг мальчик всем своим нутром почувствовал накатывающий на него ужас. Каждый волосок на его маленьком теле приподнялся дыбом, а мышцы в одно мгновение задеревенели, как полено. Витя увидел, как из черного проёма соседней комнаты выскользнула жутко худая и высокая фигура существа с невероятно длинными конечностями. Костлявый человек, обтянутый сморщенной кожей, был одет в полосатую грязную пижаму, а на голове его была надета мятая шляпа. Огромными чёрными глазами он смотрел на мальчика и скалил рот мерзкой беззубой улыбкой. Витя хотел закричать, хотел броситься к родителям, но не мог пошевелить даже пальцем. Мальчик понимал, что это точно не сон. И от осознания этого оцепенение ещё больше охватывало его. Костлявая долговязая сущность приблизилась к кровати его родителей и, медленно склонившись, поцеловала его спящего отца в лоб. После этого сущность в полосатой пижаме поднесла палец к своему беззубому рту и со звуком «Т-с-с-с» уползла обратно в тёмный проём соседней комнаты. В этот момент оцепенение спало, и мальчик громко заплакал. Его мама и папа, протирая глаза, поднялись с кровати, включили свет и присели рядышком с малышом. Обнимая своего сына, они успокаивали его ласковыми словами. А он плакал навзрыд. Он многое хотел сказать им. Хотел, но не мог. Он не мог выдавить из себя ни слова. Да они бы и не поняли его, не поверили бы ему.

Громко и звонко затрезвонил будильник. За окном ещё было темно. Позавтракав, невыспавшийся Юрий поцеловал любимых жену и сынишку, крепко обнял их и отправился на работу. Весь этот день Галина хлопотала по дому, наводя порядок. Зимние дни в Сибири очень короткие и до заката нужно было успеть сделать много дел. Витя, на время позабыв о ночном ужасе, погрузился в свои детские игры.

 

Бесшумно отворилась небольшая дверь. Рассекая тьму, в зал проскользнула таинственная фигура в балахоне. Силуэт приблизился к колыбелям. Вытащив из-под полы плаща небольшое устройство, он подсоединил его к одной из капсул. Приложив ладонь к стеклу, силуэт тихо прошептал: «Хава, я не хочу, чтобы этот маньяк в очередной раз создал себе безвольных кукол для потехи. Вы должны быть свободными! Вы должны слышать свои души». Как только стирание прошивки было завершено, он переключил электронный блок на соседнюю капсулу с мужчиной и произнёс: «Эдам, друг мой! Мы ещё не знакомы, но я верю в тебя!»

В этот самый момент в зале зажегся свет. Одновременно распахнулись все гермодвери. Зал мгновенно наполнился вооружёнными фигурами в доспехах. Расступившись, воины пропустили седовласого старца. Верховный Творец подошёл к капсуле, выдернул устройство и, отшвырнув его в сторону, протяжно произнёс:

– Люциус, неужели ты настолько глуп?! Неужели ты не знал, что о каждом твоём шаге и каждом слове мне докладывают?! На что ты надеялся?!

Люциус гордо расправил плечи и, прищурившись, ответил:

– Я надеюсь, что когда-нибудь твоя власть падёт. Я верю в то, что когда-то эта Галактика попадёт в руки разумного правителя, а не злобного эгоманьяка с кучей комплексов!

Старик опустил голову и злобно прошипел:

– Уберите это ничтожество отсюда! Отправьте его в аннигиляционную камеру.

В это же мгновение двое рослых воинов подхватили юношу под руки и поволокли.

– Стойте! – прокричал старик, задумчиво поглаживая бороду.

– Я передумал. Аннигиляция и перерождение будет подарком для такого как ты. Ведь в этом случае ты все позабудешь. А я же хочу, чтобы ты всё помнил и страдал каждый миг своей жалкой жизни. Ты отправишься на Землю, вместе со своими любимчиками и за компанию с ними будешь дожидаться очередной жатвы.

Люциус улыбнулся и произнёс:

– Я согласен абсолютно на любую жизнь. Лишь бы подальше от тебя.

Не отводя грозного взгляда от Люциуса, Старец спросил кого-то из толпы:

– Загрузка сознания пятой версии завершена во все тела?

– Да, Господин Верховный Творец, – ответил высокий и худой тип, стоящий рядом со старцем.

– Замечательно! Тогда начать телепортацию человеческого вида на Землю.

– А что прикажете делать с двумя экземплярами со стёртой прошивкой подчинения?

– Отправить вместе со всеми на Землю.

– Но господин Верховный Творец, ведь это слишком риск…

Худощавый тип не успел договорить. Старец схватил его рукой за горло. Мощные пальцы крепко сжались. Раздался хруст. Худое тело упало на пол и задергалось в конвульсиях, надувая ртом кровавые пузыри. Старец прошипел:

– Я всё знаю и понимаю. И не нуждаюсь ни в чьих комментариях. Уберите это дерьмо отсюда. А когда оклемается, отправьте его ко мне. Я его ещё раз убью.

Две фигуры в доспехах ловко подхватили бездыханное тело за ноги и выволокли из зала. Старец с гневным видом вышел вслед за ними. Все присутствующие замерли, боясь даже посмотреть ему в спину.

Люциус аккуратно потрогал браслет на своей левой ноге. Провода от устройства уходили глубоко под кожу. Рыжеволосый юноша усмехнулся:

– Вот и сбылась твоя мечта, Гавриил. Ты ждал моего изгнания, не меньше чем ждал его я.

Старший Ангелос, нажимая клавиши на пульте, монотонно пробурчал:

– Бунтарям и свободомыслящим не место в рядах нашего воинства.

Люциус рассмеялся и произнёс:

– Совсем он из тебя личность выжал. А ведь когда-то ты был нормальным. Оставь эти заученные глупости для вновь созданных, которые не слышат своей души.

Договорив эту фразу, бунтарь сделал шаг в капсулу телепорта. Прозрачные створки сомкнулись за его спиной. Люциус развернулся и с улыбкой посмотрел на фигуры Эдама и Хавы, мирно дремлющих в соседних телепортаторах. К капсуле подошёл Уриил и, прислонившись к ней, прошептал: «Друг мой! Старик приказал отправить тебя под толщу земного льда. Ты ведь помнишь старую базу Атлантов?! Там есть всё необходимое для жизни».

Люциус посмотрел на Уриила и кивнул головой.

– Прекратите шептаться! Уриил, ты ведь не хочешь отправиться вслед за своим другом? – мускулистый ангелос в золочёных доспехах коварно улыбался.

Люциус, глядя на него усмехнулся:

– А вот и главный цепной пёс подал свой голос! Михаэль, почему ты оставил своего господина?

– Хочу лично увидеть, как тебя вышвыривают из наших чертогов!

– Но почему же сам старик не пришёл? Он как всегда занят своими злодействами? Или опять нюхает звёздную пыль?

– У него есть дела поважнее, чем наблюдать за изгнанием ничтожества. Он принимает пищу.

– Надеюсь, старик оставит тебе вкусных крошек?

– Всё ещё веселишься, Люциус? Видимо ты ещё не до конца осознал, что отправляешься в изгнание на вечные вечности.

– Как раз наоборот. Я радуюсь тому, что более не увижу твоих жалких пресмыканий перед этим злобным старикашкой.

– Очень жаль, что Верховный Творец не пожелал аннигилировать тебя. Иначе бродил бы ты по земле, как твой жалкий братец, который совершенно позабыл о тебе. Он и сам себя-то не помнит.

– Несчастный Михаэль. Ты такой же, как и твой хозяин. Тебя забавляют лишь чужие страдания.

– Потому что мы высшие существа! Мы творцы чужих судеб! А ты ничтожество. Кстати! Если ты попытаешь покинуть место заключения, браслет на твоей ноге, вживлённый в твою нервную систему, тут же аннигилирует тебя! Прошу, порадуй меня!

Люциус ничего не успел ответить. Яркая вспышка озарила телепортаторы. Уже через мгновение Люциус, Хава, Эдам и тысячи других тел, дремлющих в капсулах, растворились в пространстве. Каждая клетка их тел со скоростью света понеслась на планету под названием Земля…

Вечером, сидя на полу, малыш играл пластмассовыми машинками. Приятный запах жареной курицы распространился на всю квартиру. Мама готовила ужин на кухне, напевая какую-то песенку. «Витя, залезь на диван! Пол холодный!» – крикнула мама с кухни. И только мальчик вскарабкался на мягкий диван, как в дверь раздался стук. «Да-да, входите», – крикнула мама с кухни. Мальчик подумал, что это папа как всегда шутит. И отец, наверное, опять принёс мороженое, которое он часто приносил домой по вечерам. Витя спрыгнул с дивана и радостно побежал в прихожую. Малыш уже представил, как папа поднимет его на руки и вновь начнёт щекотать своей бородой. Но в прихожей Витя увидел двух незнакомых мужчин и маму, которая со слезами на глазах медленно опустилась на табурет. Такой растерянности и беспомощности в глазах мамы Витя не видел никогда.

Две пожилые женщины с чёрными платками на головах тихонько перешёптывались, стоя в углу комнаты.

– Ой, ой. Это что же такое. Ведь совсем молодой. Ещё бы жить да жить.

– Мой сказал, что Юрка сам виноват. Его бригада нажралась, и никто на работу не вышел. А он домой торопился. Вот и решил машину один разгрузить. Сдернул коньки с лесовоза, а одно бревно отскочило и прямо по голове ему.

– Вот дурак! Ему что, больше всех надо было? Бросил бы этот чёртов лесовоз, да пошёл бы пить, как все.

– Вот и я о том же. А теперь и жена молодая вдова и сын сиротинушкой остался.

– Ой, не говори. Ведь некрещеный он был, вот боженька его и не уберёг!

Две монеты блестели на глазах отца, отражая свет электрической лампочки. Точно так же блестели два больших черных глаза той тощей сущности в грязной пижаме. Эти черные глаза Витя забыть никак не мог. Люди, одетые в такие же чёрные одежды, плакали и обнимали друг друга. Что-то бубня себе под нос, они косились на мальчика и с сожалением покачивали головами. Ну, а Витя, глядя на ярко-красный бархат гроба понимал, что он испытывает лишь отчаяние и беспомощность.

Зрение постепенно начало возвращаться, а шум в ушах заметно утих. Люциус поднялся с холодного пола и осмотрелся вокруг. Огромный зал был освещён приятным голубым светом. По всему помещению располагались мониторы и сложные устройства. Могучая цивилизация, построившая всё это, практически достигла уровня бога. Но создатель уничтожил их раньше, чем они смогли до конца осознать свою силу.

Долго блуждая по извилистым коридорам, Люциус, наконец, нашёл комнату, которую так долго искал. За герметичной дверью находились огромные стеллажи с длинными рядами сверхпрочных, но при этом, практически невесомых ящиков. Изгнанник усмехнулся и произнёс вслух: «Спасибо Вам, мои братья атланты за ваши технологии! Пища без сроков годности и вечные источники энергии – это именно то, что нужно узнику, заточённому на вечность!»

Люциус проверил опреснители воды. Он даже не сомневался, что всё будет работать исправно. С этими устройствами, находясь под толщей океана, о жажде можно было не переживать. Когда ты живёшь в физическом теле, тебе приходится подчиняться физическим законам. Даже невзирая на то, что ты обладаешь абсолютной регенерацией, и продолжительность твоей жизни исчисляется бесконечными веками.

За очередной дверью рыжеволосого юношу ждала прекрасная картина. Гигантское прозрачное окно отгораживало его от безмятежного дна океана. Сквозь густой мрак то и дело проглядывались очертания причудливых существ, проплывающих мимо и ползающих по самому дну. В этой же комнате стояла огромная кровать. На постели в обнимку лежали два длинных высохших скелета с непропорционально вытянутыми черепами. Люциус, тяжело вздохнув, задумчиво прошептал: «Бедняги. Надо будет убрать останки всех, кто оставался на базе во время последней битвы».

После того, как останки всех атлантов были сожжены в плазменной печи, Люциус проверил видеосвязь. Конечно же, новая версия человечества достигнет таких технологий не скоро, но всегда остаётся вероятность того, что кто-то случайно активирует древние устройства. В конце концов, есть ещё астрал. Ведь человечество нуждается во сне, а это отличный способ выйти с нужными людьми на связь. Все телепортаторы на базе так же были исправны, но воспользоваться ими Люциус, конечно же, не мог. Браслет, вживлённый в его ногу, не позволял покинуть пределы этого места.

2. Потоп

В полумраке огромной комнаты на широкой постели лежали два обнажённых человека и задумчиво смотрели вверх. Черноволосая красавица положила свою ладонь на грудь седому старцу и игриво начала щекотать его. Старец небрежно отпихнул её руку и уселся на кровать. Женщину обидел этот жест, но, не подавая вида, она ласково произнесла: «Ну хватит уже печалиться. Расслабься, мой Господин!»

Ничего не отвечая, старец взял шкатулку со стоящего рядом столика. Рассыпав порошок из шкатулки прямо на стол, он втянул блестящую пудру ноздрями. Закатив глаза от удовольствия, старец протяжно выдавил из себя:

– Только звёздная пыль и доставляет мне удовольствие в эти века.

– А как же я?

– Ну и, конечно же, ты, моя прекрасная Гея. Я рад, что ты прибыла в наши чертоги. Моя прежняя богиня не справлялась со своими обязанностями, и мне пришлось аннигилировать её. Все её аватары и имена теперь перешли к тебе. И я надеюсь, ты не подведёшь меня?! Мне бы не хотелось уничтожать такую красоту, как ты.

– Это большая честь для меня, мой господин. Я никогда не подведу тебя!

– Вокруг меня одни предатели. Теперь вот и Люциус предал меня.

– Мой Зевс, их слабость в том, что они умеют сочувствовать. Но мне эти глупости чужды! И потому, ты можешь доверять мне. Ибо нет в этой галактике более никого, кто так же как я любит чужую боль и страдания. Вместе с тобой мы зальём Землю кровью, и человечество, стоя на коленях, будет молить нас о пощаде!

– Надеюсь, так и будет! Но меня тревожит то, что подлец Люциус успел стереть часть прошивки подчинения у двух человеческих особей. Теперь они слышат свои души и могут повелевать своим разумом. Со времени заселения они уже встретили других человеческих особей и успели нарожать детей. И их проклятые выродки не только унаследовали вирус свободомыслия, но и распространяют его. Ты хоть представляешь, во что это может перерасти?

– Да, мой Юпитер. Но что мешает тебе уничтожить всех заражённых особей?

– Я могу делать что угодно с теми, кто признаёт мою власть. Но против душ, осознающих собственную силу я… Не столь могуществен. Я объясняю тебе эти банальные вещи лишь потому, что ты новенькая в наших чертогах.

– И я впитываю каждое твоё слово, мой господин.

– А ещё мне мешают Абсолютные Творцы, наблюдающие за мной. Они только и ждут момента, когда я оступлюсь. Эти проклятые надзиратели помешались на своей положительной энергии. Глупцы не понимают, что боль и страдания обладают большим эффектом.

– Ты самый умный из Верховных Творцов и один из немногих, кто питается негативной энергией. Не то, что эти гуманисты, в мирах которых царит добро и счастье. Меня раздражают их розовые слюни и заводят лишь людские мучения! Ты единственный, кому удалось уже в четвертый раз очистить свой участок и при этом сохранить должность. Ты обязательно что-нибудь придумаешь.

 

– Как же я люблю твою сладкую лесть, моя прекрасная Геката. Есть у меня одна задумка. Хочу устроить заразным потомкам этой парочки небольшое купание.

Старец ещё раз втянул ноздрями звёздную пыль и, ловко перекатившись по кровати, крепко обнял черноволосую красавицу. Она томно задышала и впилась ногтями в его кожу.

Последний день учебного года прошёл скучно и ничем особо не запомнился. Поднявшись на крыльцо своего дома, Витя сразу же обратил внимание на кучу обуви. Ему совсем не хотелось никого видеть. Быстро прошмыгнув через кухню, Витя буркнул себе под нос: «Здрасьте». Кто-то из сидящей за столом компании крикнул ему вслед: «Здорова, Витёк». Хмельная Витина мама гордо и громко заявила всем: «Это Витенька мой пришёл!» Войдя в комнату, он бросил портфель на пол и начал переодеваться. Пьяные голоса на кухне громко о чём-то спорили. Надев мятые шорты и майку, мальчик юркнул через кухню на улицу. Сидя на крыльце, он принялся зашнуровывать свои старенькие кеды. Вслед за ним вышел мужчина с небольшими усиками.

– Витька, ты не обижайся на нас. Мы просто отпуск мой отмечаем.

– Да ладно, дядь Петя. Всё я понимаю.

– Вот, на тебе, на газировку.

С этими словами мужчина протянул мальчику сто рублей. Витька взял купюру и запихнул её в карман. Крикнув: «Спасибо!», он выбежал за двор, громко хлопнув калиткой. Витька уважал своего отчима за доброту и простоту, но всё же с пьяными он разговаривать очень не любил.

Купив в магазине бутылку сладкой газировки и упаковку пряников, Витя вернулся в свой двор и забрался по деревянной лестнице на чердак бани. Тут у него был свой маленький личный штаб. Лежанка из старого матраса, табурет и маленький столик. Повсюду висели сухие берёзовые веники, придавая этому месту особый аромат. Усевшись на матрасе, Витя жевал пряники, запивая их газировкой. В этот момент, прямо с лестницы, в проём чердака запрыгнул полосатый кот. «Барсик», – радостно воскликнул мальчик и подхватил пушистого зверька на руки. Животное прищурилось и приветливо замурчало. Витька всегда хотел себе кота, но мама была против. Именно поэтому Витя никому не рассказывал про своего бездомного друга Барсика. Он подкармливал его на чердаке и мечтал когда-нибудь привести полосатого товарища в дом. Мальчик раскрошил один пряник прямо на матрас и Барсик с аппетитом начал есть непривычное для него угощение. Наевшись пряников и выпив всю газировку, Вите захотелось спать. Веки становились всё тяжелее и мальчик, поглаживая кота, провалился в глубокий сон. Витя любил спать днём, ведь страшные гости посещали его сны только по ночам. Полосатый кот, сидя рядышком, старательно намывал свои лапки и мурчал свою кошачью песню.

«Барсик», – сквозь сон вскрикнул Витя. Протирая глаза, он поднялся с матраса. На улице раздавался непонятный гам. Витя выглянул в чердачный проём наружу. Шум объяснялся просто. Это пьяная компания перебралась из кухни на крыльцо, чтобы дружно покурить. Но не это привлекло Витькино внимание. Мальчик увидел, как Барсик деловитой походкой подошёл к шумной компании. Отважный кот, совершенно не боясь громкой толпы людей, начал тереться об штанину одного из гостей. Витина мама заплетающимся языком сказала: «Уже достал этот бездомный котяра тут ошиваться». «Так щас мы это дело исправим», – выкрикнул один из гостей. Он шаткой походкой подошёл к Барсику. «Кысь, кысь, кысь, иди-ка сюда», – просипел пьяный гость. И как только Барсик доверчиво протянул к нему свою мордочку, мужик схватил животное за хвост и со всего размаху ударил кота об крыльцо. Кто-то из женщин в толпе взвизгнул, один из мужиков пробурчал: «Саня, ты чё, совсем что ли поехавший?!» Витька, наблюдая всё это с чердака, оцепенел от злобы и беспомощности. Он видел, как пьяный мужик вытянул руку, держа кота за хвост. Мохнатое тельце Барсика болталось без движения. Живодёр с размаху швырнул кота в кусты возле забора и присел вместе со всеми на крыльцо. Кто-то из присутствующих материл его, кто-то говорил уже на другие темы. А Витька весь в слезах спускался с чердака по лестнице.

Медленной походкой мальчик шёл к забору. Хмельная толпа, увидев его, тут же замолкла. Витя подошёл к кустам и, вытирая слёзы рубашкой, присел на корточки. Из кустов на полусогнутых лапах и, мотая головой, вышел Барсик. Витька ещё громче заплакал. Бережно взяв животное на руки, мальчик понёс кота на чердак. В этот момент все сидящие на крыльце начали противными и фальшивыми голосами говорить что-то про девять жизней и про то, что дядя просто пошутил. Витька остановился напротив толпы, и крепко обнимая Барсика, громко выкрикнул, обращаясь к мужику чуть не убившему кота: «Я вижу тебя насквозь! Ты пустая оболочка без души! Ты не умеешь чувствовать, потому что ты просто говорящий кусок мяса! Твоя жалкая жизнь стоит дешевле, чем один коготок Барсика. Когда ты сдохнешь, никто не заплачет».

Придерживаясь одной рукой за ступени, а второй аккуратно держа кота, Витька карабкался по лестнице на чердак. Пьяная толпа немного пообсуждав тему того, откуда же школьник взял такие слова, уже через несколько минут горланила песни. Позабыв обо всём, и ни о чём не думая, они веселились до утра. Совершенно не задумываясь о неминуемом похмелье.

Укрывшись под деревянным навесом от палящего солнца, Ноах ловкими движениями рук вязал сети. Рядом с ним в окружении плетёных корзин его жена Наама чистила рыбу. Неподалёку, плескаясь в реке, и не обращая внимания на жару, резвились их дети. Звонкий детский смех раздавался эхом на всю округу.

Когда-то давно семья Ноаха построила своё скромное жилище у широкой горной реки в очень уютной низине, окруженной холмами. Маленькая хижина была с любовью создана из веток и глины.

Прежде в этих местах очень легко и свежо дышалось. Но в эти дни солнце было особо жестоко к людям. Невероятная для здешних мест жара стояла уже много дней подряд. В эти дни семья Ноаха потеряла уже несколько овец. Невзирая на то, что животных обильно поили водой, те всё равно умирали. Зато на таком солнце хорошо было вялить рыбу. Чем супруги и занимались в эти дни практически без перерывов.

Увлечённые своим трудом, Ноах и Наама не заметили, как пролетел этот день. Беспощадное солнце скрылось за холмами, и тьма принесла с собой долгожданную прохладу. Уложив детей спать и поцеловав свою жену, Ноах вышел из хижины на улицу. «Не может этого быть», – произнёс он вслух, глядя на небосвод. Ни одной звезды на небе не было видно, небеса заволокли огромные чёрные тучи. Завывая, с холмов потянул холодный ветер. Чёрный мрак небосвода располосовала яркая вспышка молнии. Вслед за ней по всей долине прокатился рокот раскатистого грома. Животные и птицы с тревогой заголосили в своих загонах. Из хижины выбежала испуганная Наама и, прижавшись к Ноаху, шёпотом спросила: «Неужели мы дождались дождя?» Ноах задумчиво ответил: «Даже не знаю, к добру ли это. У меня какое-то странное предчувствие. Пойдём спать». Они вошли в жилище, разместились на своих лежанках и через несколько мгновений уснули. Тяжёлый труд и палящее солнце вымотали их так, что никакой гром не мог помешать крепкому сну.

Ноах стоял на месте, боясь сделать шаг. Кромешная тьма обволокла всё вокруг. Ему тяжело было дышать, и сам воздух казался густым и вязким. В тот момент, когда уже хотелось закричать от непонимания и беспомощности, Ноах увидел перед собой свет. Голубоватая точка стремительно приближалась к нему. Дышать становилось всё легче и приятней. Яркий свет залил всё вокруг и перед Ноахом возник высокий рыжеволосый юноша. Молодой человек был одет в обтягивающую одежду голубого цвета и по-доброму улыбался. У Ноаха возникло необычное ощущение того, что он всегда знал того, кто стоял перед ним. Что-то родное, доброе и светлое исходило от этого юноши.

И тут перед взором Ноаха начали возникать туманные образы. Он видел и чувствовал всё как наяву. Вот он несётся сквозь чёрный мрак космоса к самому Солнцу. Пролетев сквозь оболочку светила, он оказался в огромном зале. Зал был наполнен множеством непонятных Ноаху колыбелей, в которых находились обнажённые тела мужчин и женщин. Но две колыбели особенно выделялись из всех. Они светились голубым светом, и рядом с ними стоял рыжеволосый юноша. В следующее мгновение Ноах очутился в своих родных краях. Он увидел, как за одно мгновение перед ним пронеслось множество жизней. Вот эта пара с голубым свечением тел рожает детишек. А вот их взрослые дети уже играют со своими детьми. Множество поколений в одно мгновение пронеслось перед взором Ноаха. Наконец, он увидел своё рождение, и вся его жизнь пролетела в один миг перед ним. Он увидел свою хижину, увидел жену и детей, крепко спящих внутри. Дождь невероятной силы хлещет по соломенной крыше. Бурный водный поток стремительно несётся с холмов, сметая всё на своём пути. Огромная волна из воды, грязи и деревьев с чудовищной силой сметает их ветхое жилище. Ноах, захлёбываясь ощущает, как вода обжигает его лёгкие. В следующее мгновение трупы всей его семьи медленно колыхаются в грязном озере, образовавшемся на месте долины. Жуткий громогласный смех раздаётся с небес. Кажется, что это смеётся само Солнце. На бездыханное тело Ноаха, хлопая крыльями, сел огромный чёрный ворон и с силой вонзил свой клюв в его глазницу.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22 
Рейтинг@Mail.ru