Эффект бумеранга. Часть первая

Виктория Падалица
Эффект бумеранга. Часть первая

Глава 2

Сегодня я вернулась с работы пораньше и снова не с пустыми руками: Женя передал Арине большого белого медведя, опоясанного шикарным розовым бантом со стразами, и пожелал выздоровления.

Да, снова болеем мы, в садик не ходим вот уж неделю как. И это перед Новогодними праздниками… Угораздило же нас подхватить простуду.

– Я пришла! – крикнула с прихожей, наспех скидывая пальто.

Мама и Арина что-то мастерили на кухне. Дочка оставила дела и тут же бросилась ко мне.

– Опять она игрушку приволокла! – заворчала мама, только увидев медведя. – Разбалуешь же! Зачем столько тратиться?

– Это от Жени. Что надо сказать, зайка?

– Спасибо дяде Жене.

Арина поцеловала меня, мигом схватила игрушку и помчалась в свою комнату.

– Если от Жени, то можно. Ужинать будешь?

– Я хорошо пообедала. Женя заказывал на всех сегодня еду из ресторана.

– И тебя балует, и ее. – мама убрала пластилин на подоконник, поставила чайник и потянулась за чашками. – Но мне этот Женя не нравится. Ненадежный он какой-то. Чувствую, что не твой он мужчина. Не будет вам счастья.

– Да неужели? Почему?

– Угодить тебе чересчур пытается. За Ариной прям насается, хочет ее привязать к себе.

– И правильно, что насается. Вполне возможно, папой ей станет.

– Твою дочь не купить подарками. Ты и сама знаешь, если Арина не воспринимает Женю больше, чем дядя Женя, и надеяться на чудо не стоит. Взрослая она, не убедишь и не заставишь.

– Арина упертая, но с этим ничего не поделаешь. Может, на спорт ее отдать?

– Ей и так тяжело. Куда еще спорт в ее-то график вставить? В школу скоро, на уроки времени хватать не будет. А еще отдыхать нужно ребенку. Подожди, пока еще подрастет, и сама решит, что ей нравится.

– Дети быстро растут. – надо бы свести на нет наш с мамой спор.

Моя девочка и впрямь сильно подросла, последний год в садике остался, на носу выпускной балл, утренник со сказкой для родителей, которые помнят текст не хуже самих детей, а потом мы втроем, мама, я и Арина, едем отдыхать на море, ну и в первый класс с новыми силами. Поздновато в школу пойдет, в восемь лет, но ведь Арина у меня осенняя, восемь как раз стукнет в сентябре. Такая взрослая уже, всего недавно под столом ползала и на обоях восковыми мелками рисовала. А теперь и школа не за горами…

Вот вспоминаю сейчас, оборачиваюсь назад и не представляю, как смогла бы поднять ребенка без маминой поддержки. А ведь раньше ругалась на нее, не слушала советов, принципиальная была, молодая. Самая умная, всегда знаю, как лучше. А ведь мама говорит толковые вещи. Плохого для своего ребенка не посоветует. А ребенок твоего ребенка для мамы куда более любим. Мама забыла о себе, о проблемах со здоровьем, забросила любимый огород в деревне, продав домик, в котором родилась и прожила большую часть жизни, и полностью посвятила себя внучке.

Но ее предвзятого отношения к Жене я не понимала и не хотела понимать. Чем он ей не угодил?

– Коля звонил. Хочет Арину отвезти в другой город на праздники. Елка там шикарная будет.

Мама склонялась к тому, чтобы мы с Колей возобновили отношения. Но ведь мы просто друзья с ним, любимый мужчина у меня другой. Но мама считала, что лучше Коли я никого никогда не найду, хоть и знала, что Арина не от него. Поначалу мы много скандалили по поводу отца Арины, мама желала посмотреть в глаза тому ублюдку, что сделал ребенка и смылся. Ведь ни разу мама ничего о нем не слышала от меня. Я же подумала, что будет лучше выставить виноватой себя в этом случае, ведь об изнасиловании рассказать не могла. Пусть лучше будет так, как есть. Незачем ей знать, что я не изменяла мужу. Это ведь он ушел от меня.

– А почему Коля меня не предупредил?

– Еще неизвестно, состоится ли поездка. Аринка, видишь, сопливит. – мама приготовила чай, села рядом со мной и заговорила тише. – Чего ты так с ним? Для тебя же одной старается, личную жизнь тебе дает устроить. Арину возьмет с собой, а ты тут счастье семейное создавай с другим. Пусть дружит с Ариной, любит он ее. И тебя, если бы не любил, никогда не поддержал. Ну не сложилось у вас тогда, ошибок наделали, но ведь Коля не оставил тебя в беде, несмотря на то, что ты изменила ему и нагуляла ребенка от другого. Ты против их общения, что ли?

– Пусть общаются, но муж у меня будет другой. Не хотелось бы, что Арина слишком привыкла к Коле.

– Коля ее многому научил, а вот Женя только и делает, что новых кукол подсовывает. Скоро в спальню ее не зайти будет. Какой из него папа? Думала над этим? Чему он твою дочь научит? И мамаша его терпеть не может Арину. Не нужны ей чужие дети, понимаешь, Даша? Вот увидишь, Женя откажется от тебя, потому что против матери никогда не пойдет.

– Мама, перестань. – с такими разговорами и чай с плюшками, пусть самыми сладкими и вкусными в мире, не лезет. Отвернулась к окну, давая понять, что не желаю обсуждать подобные темы.

– А я не начинала. Думай сама, голова на плечах есть. Не девочка уже. – мама обиделась и вышла из кухни.

Ситуация не из простых, и сама это понимаю. Но никто не говорил, что будет легко. Коля действительно повлиял на воспитание Ариши, он был рядом и многое сделал для нее. Именно его, как единственного дядю, Арина видела у нас дома, не каждый день, но часто.

Благодаря нашей любви и заботе, дочка выросла очень даже способным ребенком, добрым, но капризным. К счастью мои опасения по поводу наследственной жестокости от папочки-монстра не подтвердились: Арина ни подружек, ни животных никогда не обижала. Кроме того, по настоянию Коли, она с удовольствием попробовала и быстро увлеклась музыкой, а следом и танцами. Рисовала Арина много – любовь к творчеству привила ей я. У самой когда-то мечта была поступить на дизайнера. Но не срослось. Может, Арина и пойдет по моим стопам… Хотелось бы, чтобы она добилась того, чего не смогла достичь я. В основном, она малевала принцесс, котиков и папу. Его портреты, цветные и черно-белые все больше заменяли обои в нашей квартире.

Потому я стеснялась приводить в дом Женю, хоть он и рвался принимать по-отцовски активное участие в воспитании Арины и налаживании отношений с ней и моей мамой. Дочь охотно принимала от Жени подарки, складируя их на полке, ходила с ним в аквапарк, посещала цирки, музеи, кинотеатры, однако, не воспринимала его ближе, чем дядя Женя.

Однажды Арина сболтнула при Жене, что ее папа Валерий Чкалов, она любит только его и никогда не променяет на другого папу, хоть он уже никогда не вернется. На войне же погиб ее папа доблестный… У нас с Женей состоялся серьезный разговор после того заявления, конечно же. Я пояснила Жене снова, в сотый раз, что отец ребенка, на самом деле, очень плохой человек, он бросил нас, когда Арина была еще крошечным шариком в животе. И он никогда не станет помехой нашим с Колей отношениям, ведь о том, что у него есть дочь, тоже не догадывается.

Женя настаивал на том, чтобы я поговорила с дочерью и убедила ее изменить мнение и впустить дядю Женю в свое сердце. А я все кормила его обещаниями, но не знала, как заставить ребенка полюбить постороннего дядю, хоть и прекрасно понимала, что мои отношения с Женей именно по этой причине не способны сдвинуться в сторону более серьезных. Наши с ним отношения так и останутся на стадии любовников, если дочь не примет Женю, как потенциального отца.

Обещала я Жене, обещала, а сама упорно тянула время. Возможно, когда-нибудь наступит нужный момент, и ситуация разрешится сама собой. Как и тот момент, когда я решусь рассказать дочери правду об ее отце. И тогда либо она поймет меня, либо отвернется. Пока рано травмировать Арину. Да и не зачем. Придется еще долгое время мириться с тем, что мой любимый человек для Арины – просто дядя Женя, мамин друг.

Как и Коля, тоже мамин друг. Коля с Ариной контактировал много и с самих ее пеленок. Развелся он с женой довольно скоро; оказалось, никакого ребенка она не ждала, надеялась его провести и потом забеременеть. Но передумала, игра свеч не стоила: вернулась к бывшему, когда тот поднялся по карьерной лестнице и стал богаче самого Коли. А Коля, как дурак, будучи уверенным в том, что его жена действительно беременна, переписал на нее и машину, и дом за городом. В итоге, остался Коля с голой задницей и большой обидой на весь мир. Вот и выкинула его жена за ненадобностью. Коля не расстроился, по крайней мере, делал вид, что не страдал.

Колину жену я видела дважды. Ничем примечательным мамзель по имени Мария не отличалась, к примеру, от меня, разве что кроме рыночной наглости и чванства, которыми гордилась и активно показывала. Маша после нашей с ней первой встречи впечатление о себе оставила нулевое. Не знаю, чем она вообще могла Коле понравиться.

Наверное, Коля жалел, что бросил меня когда-то и ушел к ней. Но прошлого не вернуть. Одно радовало, Коля не оставил меня в беде, наша дружба прошла сквозь годы и, несмотря на препятствия, только окрепла. Да, мы были женаты когда-то, но теперь любовь ушла, а что-то большее осталось.

Коля после второго развода закопался в любимой работе, которая вскоре ответила ему взаимностью: он получил возможность разрабатывать компьютерные программы – дело, конечно, прибыльное, но требует много времени и внимания. Тем он и выжил, поборол собственное ощущение обношенности. По Коле было видно, что он чувствует себя использованным.

А я, как ни старалась внешне показывать при нем и других людях, что набралась сил, переполнилась мужеством, да и жизнь моя после тридцати только начинается, давно как породнилась с табличкой «изношена полностью и восстановлению не подлежу».

За годы одиночества мы оба сильно изменились. Коля потолстел, надел очки, но не стал хуже, как человек. Ни разу не слышала, чтобы он кричал на кого-то. Казалось, мой бывший муж совсем разучился говорить громко. Только ласково и вполголоса. Очень добрый Коля, миловидный очкарик, но слишком неконфликтный, немного даже жалко его сейчас. Не способен ведь отличить правду от лжи. Еще одна такая, как его Маша, попадется, Коля и сгинет.

 

По сути, теперь Коля встал на мое прежнее место. Но у меня ведь была дочь, в которой я нашла свое утешение, а у него, как оказалось, никогда не появится своих детей. Коля признался однажды, что в детстве перенес тяжелое заболевание, из-за которого теперь бесплоден. Не хотел меня терять, когда в браке с ним жили; знал ведь, как я мечтала о детях, потому и скрывал правду.

Ребенка от второй жены Коля очень ждал. В итоге, она обманула его, ребенка не родила, да и Коля совсем раскис. Надеялся ведь, что диагноз докторов, с которым он жил, но не мирился, каким-то чудом не подтвердился. А по поводу меня наивно полагал, что мы с ним просто не совместимы.

Жалел Коля, что своих детей не имеет, очень жалел. Сейчас бы Арина и его ребенок были бы одногодками, дружили, в гости бы друг к другу ходили, игрушками менялись бы. Было бы их двое. И мы бы дружили семьями.

Я не обиделась на Колю, напротив, предложила еще чаще ходить к нам в гости, чтобы он мог общаться с Ариной, тем и компенсируя собственное одиночество. Коля с радостью согласился еще несколько лет назад и до сих пор нам помогает. Любит он Арину несмотря на то, что она рождена от маньяка. Коля, наверное, видит в ней вовсе не условную племянницу, а желанного ребенка, которого у него не было и никогда не будет. Пусть так, если ему проще жить с этой мыслью и воспринимать Арину своей дочкой. Хотя он после развода с Машей не намекал, что рассчитывает на что-то большее со мной. Просто друзья мы. Более того, когда я рассказала Коле, что встречаюсь с мужчиной, он за меня только порадовался, даже попросил познакомить.

Я не увидела в этом ничего зазорного и вскоре устроила им встречу. Женя и Коля довольно быстро нашли общий язык. Женя предложил Коле место сисадмина в фирме с привлекательным окладом и не менее завидными премиями. Коля ответил, что подумает, но уходить со своей работы не спешит. В общем, отказался он вежливо, чтобы меня не обижать, по всей видимости. Но и я все понимала и не настаивала на том, чтобы Коля работал в одной кампании со мной. И причина того была даже не в конфузливости сложившейся ситуации, а в том, что у Коли свободный рабочий график сейчас, и, если что случается у меня или у мамы, он всегда может забрать Арину из садика и отвезти ее на кружки.

Скорее всего, я пользовалась Колей всегда. Эта тяжкая мысль периодически посещала голову и не давала рукам набирать его номер и просить о помощи чаще двух раз в неделю. Но ведь иначе я пока не могу. Пользуюсь Колей, как раньше, так и продолжаю делать это по сей день. Но и причина тому есть, ведь надеяться, кроме как на Колю, больше не на кого.

Я тоже изменилась за эти годы: взрастила в себе способность переть напролом, не обращая внимания ни на какие проблемы или заторы. Просто обозначить цель, брать и идти по головам, ни о чем не жалея. Яркий пример тому – Женя. Многие ведь из нас, женщин, хотели привлечь его внимание, но я всех обошла с вполне завидным отрывом.

Но способен ли Женя также существовать, забывая о собственных нуждах, как поступает Коля? Сомневаюсь, конечно, ведь Женя пока не знает, что такое пренебрегать личным комфортом ради ребенка. У него никогда не было семьи, опыта жить в гражданском браке тоже не имелось. Женя очень тщательно следит за внешностью, фигурой, сон у него здоровый, существует в свое удовольствие, ничем и никем не обремененный. В чем-то Женя даже перегибает палку; нарциссизм, порой, зашкаливает за пределы допустимого. Не испугается ли Женя того, как мы с Ариной дружно прыгнем ему на шею со своими запросами и проблемами? Пойдет ли Женя на такие жертвы ради чувств ко мне? Если да, то как скоро ему надоест? Если вообще надоест. Не попробую, значит, не узнаю. Но как быть со мной и с Ариной, если Женя, предположим, бросит нас спустя месяц семейной жизни? Мешать ему будем, он начнет гулять от меня, под утро домой приходить.

Что за глупости собрались в моей голове? Откуда только эти подозрения берутся? Похоже, я слишком накручиваю себе. Женя ведь не бабник, зачем мне придумывать то, чего нет? Надеюсь, что у нас троих все сложится. Очень надеюсь. Не хотелось бы обжигаться во второй раз. Счастья бы семейного мне и Жене, попробовать бы жить вместе, но и Арину под удар подставлять тоже не имею права. А вдруг она к Жене привыкнет, начнет его папой называть, а в Жене весь запал воспитывать чужого ребенка исчезнет? Да, сейчас Женя говорит, что хочет стать Арине отцом. А что будет потом? Возможно, я уже не смогу родить ребенка. Еще несколько лет назад мне об этом говорили врачи, и дальнейшие попытки забеременеть до сих пор остались под большим вопросом. А Жене вскоре захочется именно своего малыша, годы-то идут, почти сорок ему же. И мама его, как противник чужих детей, будет частенько об этом напоминать.

***

Мама со мной тем вечером больше не разговаривала. Схоронилась, умница, в компании с телевизионной передачей и сковородкой, полной семечек, и сидит лузгает с обиженным видом. Управилась, значит, испортила мне настроение и пошла. Ни слова, ни полслова от нее не дождусь сегодня. Даже не спросила, как мой день на работе прошел. Ну и пусть себе обижается. Я тоже человек, хочу счастья, как все люди.

Я быстро переоделась в домашнее, прошла мимо зала, посмотрела, чем мама занята, постояла немного у двери, созерцая ее чванную обиду, затем направилась к Арине.

Дочка сидела на кровати и рисовала. Рядом с собой портреты папины разложила, а медведь от Жени валяется на полу. Приоритеты Арины расставлены, с этим ничего не поделаешь…

Я, устало вздохнув, подняла медведя и оглядела комнату. А ставить его и некуда… Действительно, игрушки вот-вот все пространство заполонят. Надо бы сказать Жене, чтобы притормозил с подарками. А ведь скоро Новый год, Рождество… Ой, точно не войдем в спальню к Арине после праздников!

– Зайка, как себя чувствуешь? – я нашла игрушке место в углу рядом с другими и подошла к дочке.

– Нормально. – прогундосила моя зайка, не отвлекаясь от любимого занятия.

И дочка меня игнорирует сегодня. Похоже, я никому не нужна в этой квартире. Только и делаю, что мешаю.

– Температурка была? – хоть Арина и сильно занята сейчас, я все равно уселась к ней на кровать и погладила лоб.

– Утром немножко была. – Арина отстранилась от меня и продолжила портить листы, которые я тайком приношу с работы пачками специально для нее. – Не мешай, мам. Я рисую папу.

– Ладно, рисуй. Пойду тогда, займусь чем-нибудь. О, посуда немытая стоит, кажется. Но через полчаса я все равно приду и позову тебя купаться.

– Ладно. Мам, – я остановилась у двери и повернулась. – а бывает бумага, которая в воде не портится?

– Не знаю, наверное, такую еще не придумали.

Одно для меня успокоение: в ванной комнате и кухне портреты папочки Арины не висят по причине того, что могут раскиснуть. Хоть там можно побыть наедине с собой и не думать, что монстр с портрета на тебя глазеет. Я бы все их в унитаз спустила, но нельзя. Ценны они для Арины. Не простит мне этого никогда.

– Зайка, а что бы ты хотела на Новый Год? У тебя столько кукол, мишек… Нам всем и представить сложно, что дарить.

– Я уже написала письмо Дедушке Морозу. Мне одна девочка из садика сказала, что он все-все-все желания исполняет.

– А что ты пожелала? Маме скажешь по секрету?

– Только бабушке не говори. – Арина подняла на меня глазки и заговорила шепотом. – Хочу, чтобы мой папа вернулся.

– Гм-гм… – желание дочери заставило меня поежиться. Только представила, что этот урод под дверью топчется в Новогоднюю ночь, аж праздновать расхотелось. Как хорошо, что Деда Мороза не существует! – а папа же не может к тебе с пустыми руками прийти? Что бы ты хотела получить от него? – спросила и только потом поняла, что не смогу снова солгать дочери, сказав, что папа ее приходил волшебной ночью и так торопился, что ушел, но оставил подарок под елкой. В этот раз я уже не надеялась, что вранье прокатит. Моя дочь взрослеет слишком быстро, это раньше ее можно было дурить по-всякому. А сейчас и сама, кого хочешь, надурит.

– Просто папу видеть хочу, без подарков. Хочу обнять его. Вот, что я попросила у Дедушки Мороза. – ответила Арина и уткнулась в рисунок.

Глава 3

– Эээ, Дарья Анатольевна, вы собираетесь идти домой? – Женя вломился в кабинет как к себе домой, надеясь, по всей видимости, застать меня одну, но заметив мою запоздавшую напарницу, которая вальяжно крутилась перед зеркалом и застегивала шубу, с виноватым видом замешкался в дверях. – Или вам предпочтительней достать раскладушку?

– Увы, сегодня я здесь не ночую, Евгений Яковлевич. – с улыбкой отозвалась я, торжественно закрывая ноутбук. – Обещала Арише купить искусственного снега и блесток, пока магазин не закрылся. Будем с ней лепить снеговика. Конкурс поделок в садике намечается, а мы не можем пропустить такое событие и отдать главный приз кому-то другому.

– До свидания, Евгений Яковлевич! – коллега почтительно кивнула и поспешила удалиться.

– Пока, Ирина Георгиевна. Не опаздывайте завтра. Обещали метель, выезжайте пораньше, чтобы не проворонить время! – Женя закрыл за ней дверь и вальяжно подошел к моему столу. – Ты меня, как понимаю, опять к себе не пригласишь? – получив мой ответ в виде опущенной головы, он продолжал. – Как всегда, мама плохо себя чувствует, у Арины нет настроения, не ошибаюсь? Но сегодня же среда. Не забыла, что по средам у меня ночуешь? Которую среду уже динамишь меня, негодница… Че за дела, м?

И впрямь, когда в последний раз я оставалась у Жени с ночевкой? Давно это было. И даже не задумывалась ни разу над тем очевидным, что Арина умудряется придумывать для меня всякие дела, а то и вовсе выдергивает по пустякам, причем в среду. Неужели, она специально поступает так, чтобы я ночевала дома и не устраивала личную жизнь? Нет, моя девочка не будет строить козни против мамы. Скорее всего, она просто сильно скучает, и так по вечерам только видимся.

Я же, как вижу Женю близко, сразу теряю контроль над своим телом.

Но только не сегодня. Поделка для конкурса гораздо важнее маминой любви. Эх…

– Понимаю тебя, Жень. И сама бы не прочь остаться, поверь. Но, к сожалению, снеговик не может подождать…

– Мою любимую украдет какой-то снеговик, а я буду лежать один в постели и мерзнуть. Вот так, да? Хороший у тебя план. – Женя прильнул сзади и поцеловал меня в шею. Руки его щекотливо пробежались по моим плечам, намекая на то, что сегодня я все равно должна задержаться, хочу того или нет. – Может, нам съехаться, а? Как ты на это смотришь?

– Сам знаешь, Арина может устроить скандал…

– Сколько можно, Даш? – Женя остановил ласки и посмотрел на меня. – Арина все поймет. Не сейчас, так потом, но поймет обязательно. Тебе уже тридцать. Пора, Даш, пора… И мне давно как пора семьей обзавестись.

– О чем это ты, Жень? – я спрятала улыбку и внимательно поглядела на своего босса.

– Один маленький, но очень приятный сюрприз уже ждет тебя под елкой в нашем доме. Мама устраивает праздничный ужин, приглашает тебя присоединиться к нам. Брат даже обещал приехать. Новый Год – семейный праздник, и отмечать его надо в кругу родных и близких. – Женя слегка стукнул меня по носу кончиком указательного пальца. – А ты и Ариша тоже относитесь к нашей семье, потому будем рады, если вы составите нам компанию.

– Но ведь мы с Аришей не настолько близки твоей семье, чтобы вы нас приглашали в такой праздник. Да и твоя мама против, ты же знаешь, как она относится к чужим детям.

Разговор этот всегда задевал Женю за живое. Я видела тому причину, ведь та лежала на самом виду и маячила между мной и им все время, но не пыталась ничего изменить. И не давала Жене забывать о том, что с него тоже причитается убедить маму принять Арину, а не только с меня, получается, и маму свою перепрограммировать, чтобы Женю полюбила, и Арину в довесок. Нельзя так безалаберно игнорировать столь явное препятствие нашим отношениям, прекрасно это понимаю. Нужно же искать пути как-то сладиться нашим семьям. Да, Женина мама не признала Арину сразу и никогда не звала ее в гости, потому что мой ребенок не имеет к ней никакого отношения. А меня это, прямо сказать, коробило.

– Да плевать на то, как она относится сейчас, Даш. Мама моя ведь даже с Ариной не говорила ни разу. Обещаю, она изменит свое отношение, как только увидит нашего с тобой ангелочка.

Что значит, плевать? Не плевать! Мы бы с Женей давно бы вместе жили, если бы не препятствия со стороны наших мам. Про то, как моя мама относится к Жене, я молчала. Но это несложно увидеть и ему самому. Уверена, он тоже понимает, что не угодил потенциальной теще.

– Ты прав, Новый год нужно встречать с семьей. Мы с мамой планировали посидеть вдвоем, выпить шампанского вприкуску с мандаринами, поесть оливье, посмотреть «Новогодний Огонек» и лечь спать.

 

Говорю ему, что не смогу, а сама чуть ли не плачу, ведь так хочется побыть с любимым в Новогоднюю ночь. Как говорится, с кем Новый год встретишь, с тем и проведешь. Надеюсь, это не сбудется, и я не останусь жить с мамой, а все равно перееду к Жене.

– В таком случае, почему бы вам не присоединиться к нам 1 января?

– Моя мама стесняется, да и…

– Ладно. Не хочешь, так не хочешь. Тогда я заеду за тобой 1 января. Утром. А возьмешь ты с собой Арину и маму, сама решишь. Потом, время подумать ещё есть. Давить не буду. Но настаиваю на знакомстве твоих с мамой и братом. Это нужно устроить как можно быстрее. Тебе ясно?

– Лучше заедешь за мной ближе к обеду. Утром мы, наверное, будем спать еще.

– Подарок долго ждать не будет, Даш.

– Утром так утром! Я согласна!

– Это ответ авансом? – промурлыкал Женя мне в губы. Похоже, он действительно собирается сделать мне предложение 1 января при всех. С ума сойти, я выйду за Женю замуж!

– Может быть…

Я улыбнулась и поднялась с кресла, чтобы обнять Женю. Он же усадил меня на стол и обезоружил крепким умопомрачительным поцелуем.

– Уделите немного внимания влюбленному в вас начальнику, Дарья Анатольевна?

– Если только мой начальник действительно влюблен… – играючи увернулась от его губ и запрокинула голову, чтобы дать Жене намек целовать меня чуть пониже.

– Действительно, Даша. – прошептал Женя, поглядев в мои глаза, а затем, прижав к себе, тут же жарко набросился поцелуями на мою шею. – Я люблю тебя и Арину, и очень жду того момента, когда смогу заменить ей отца. Даже не заменить. Я им стану. Обязательно стану. Ради вас и вашего будущего я пойду на все. Только и ты должна немного помочь мне. Сам я не справлюсь.

– Уверена, все у нас получится. Просто Арина пока к этому не готова, понимаешь?

– Подождем, пока Арине стукнет восемнадцать, и она уедет от тебя? – отвечал Женя, не отрываясь от ласковых поглаживаний моей спины. – Хм, нет уж. Возьмем ее с нами жить, а там она быстро привыкнет.

– Куда возьмем?

– Как куда? Ко мне. Я вас официально приглашаю жить вместе со мной. Иначе никак, Дашуль.

– Это так… – хотела сказать неожиданно, но потом поняла, что получится смешно. Женя намекает на будущее и не делает из этого тайны. И так все ясно, скоро я и Арина будем носить его фамилию. – предсказуемо.

– Окей, пусть предсказуемо. Однако, придется подождать еще немного. А сегодня я хочу побыть с тобой. – Женя стащил с себя галстук и принялся быстро расстегивать рубашку, губами кусая меня в область ключиц. – Завтра уезжаю в другой филиал и приеду аж через три дня.

– Как же мы будем без тебя три дня? Разойдемся всем отделом, начнем отмечать заранее… – мои руки нетерпеливо гладили его грудь и бедра, ожидая, когда Женя освободится от одежды.

– Можете гулять, но в меру. Брат мой за вами присмотрит. Поступило такое предложение от главного, что он приедет проверять, как мы работаем. Мой брат – один из замов нашего гендиректора. Я не говорил тебе об этом, что ли? Только ты это… – Женя на миг притормозил с раздеванием. – Не смейся над ним. Он немного не такой, как мы. И всем скажи, чтобы не глазели на него лишний раз.

– В каком смысле не такой? Почему мы должны на него глазеть?

– Поймешь сама. Мы с мамой привыкли его видеть другим. Не сразу, конечно, это было очень трудно. Его трагедия подкосила и наше здоровье. Но мы не делаем акцента на дефекте, делаем вид, что не замечаем этого. И ты постарайся не пугаться, а то он очень комплексует по поводу внешности и сразу вспыхивает, чуть что. Ладно?

Ну и черт с его дефектным братом в такой редкий и сладкий момент! Мне уже не терпится получить дозу любви от обожаемого секси-босса. Мои руки от нетерпения сами полезли к нему в штаны и главенствовали там все время, пока Женя нытливо разглагольствовал о брате.

– Будет сделано, босс. Приступим к более интересному занятию?

– Отлично! А теперь иди ко мне, моя шалунья. Хочу тебя взять с самого утра. Для кого ты надела такую откровенную блузу, позволь спросить? Для своего любимого босса или же нет?

– Вполне приличная блуза, босс. Что вас не устраивает?

– Через нее видно вашу грудь, моя дорогая.

– А вы, мой дорогой, смотрите на глаза, а не на грудь. – я кокетливо улыбнулась и пробежала пальцами по своей груди, нарочно задевая пуговицы. Совсем скоро я избавилась от блузы и кинула ее за спину.

– Дашенька, да как же не смотреть на твою великолепную грудь? Она заводит меня вполоборота даже под тулупом! Хочешь, чтобы я трахнул тебя на столе? Давай, как в первый раз, а?

Я кивнула и покорно откинулась назад, продолжая поглаживать грудь и отодвигая кружевной лифчик песочного цвета, который приобрела специально для своего любимого босса. Целуя мои оголенные соски, Женя бегло расстегнул ширинку на брюках.

– Какие на тебе трусики сегодня, Дарья Анатольевна?

Забавный вопрос, поступивший от Жени, заставил меня рассмеяться.

– Черные с розовой полоской.

– Сними их немедленно, они противоречат правилам дресс-кода. – страстно прорычал он, прильнул к моим ногам и принялся целовать колени.

Я послушно стащила с себя колготки вместе с трусиками и охотно облокотилась на стол. Женя взял меня за ноги и придвинул ближе к себе. Я сладко вздохнула, ощутив внутри себя его горячую и твердую плоть.

Без всяких прелюдий, Женя просто взял меня, как дикарь. Как и в первый наш раз, на рабочем столе, без всякой тени стеснения и боязни, что нас могут застукать за неприличным делом. Одна мысль об этом заводила меня еще сильней.

– Хочу тебя все время, Даша. – шептал Женя сквозь поцелуи, удерживая меня за талию и отрывисто толкая к себе. – Люблю твою грудь, твою попку люблю. Губы твои, глаза… Ты с ума меня свела, как только я тебя увидел. Не могу без тебя жить! Будь моей. Скажи, что ты принадлежишь мне и только мне. Скажи, что я у тебя один!

Ох, такой ответственный момент, а Женя опять за свое собственническое взялся… Нашел же время подумать о конкурентах! Он считал, что папа Арины достает меня звонками и посещениями. Да, еще и бывший муж не дает прохода. Ревнивый Женя, что тут скажешь… Однако, я устала доказывать, что он для меня один-единственный. Решила смолчать, чтобы подогреть его любопытство и страсть еще больше.

– Моя ты, Даша! – Женя потрепал меня за попу и ускорил толчки. – Моей навсегда будешь! Поняла? Не отпущу!

Я приподнялась и откликнулась на его заявления глубоким поцелуем. Обвила его шею, с силой прижимаясь к широкой груди.

И похоже, мой секси-босс не был готов к тому, что я тоже захочу действовать. Быстро он управился…

– На второй заход! А ну быстро пошла!

Женя рыком развернул меня спиной и толкнул на стол, затем вошел в меня сзади чуть ли не с разбегу. Это было слишком неожиданно, и я не смогла сдержать эмоций, громким стоном вылетевших из груди.

Надеюсь, никто из коллег ничего не забыл и не вернется прямо сейчас. А если и вернется, то пусть смотрит и завидует, ведь самый лучший в мире босс, на удивление, оказался к тому же очень пылким и страстным мужчиной.

Такой вот идеальный мой Женя, а в постели тот еще ненасытный мерзавец с особой перчинкой. Это еще одно супер-качество моего супер-босса. Он знал, что делать, чтобы заставить меня трепетать от одного его вида, когда он открывает дверь в мой кабинет. А его взгляд, темно-карий, доводил мое тело до кипения всякий раз, когда пристально сновал по нему, пробуждая во мне самые постыдные желания.

Женя своим натиском и дьявольским обаянием довольно быстро меня, давно позабывшую, что такое секс, раскрепостил; на следующий же день после первого похода в ресторан позвал меня к себе в кабинет и отодрал так бешено, что я неделю не могла в себя прийти от удовольствия и шока. Не могла спокойно на босса смотреть, одно ноги стыдливо сжимала, пытаясь обуздать желание, когда он приближался ко мне.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Рейтинг@Mail.ru