Робкая любовь

Виктория Лукьянова
Робкая любовь

Пролог

Первое что мне пришло на ум, когда я очнулась – дикое желание распахнуть глаза, заорать во всю глотку и шлепнуться на пол в обморок. Но получилось лишь открыть глаза и уставиться в блеклую полоску света, попадающую в темную комнату из-под двери. Почему мне не удалось закричать, поняла не сразу, но определенно быстро. Что-то, скорее всего скотч, крепко держало мои губы в плену. Как и руки, которыми я попыталась освободить рот. Испугавшись ощущения того, что я ничего в итоге не чувствовала, закрыла вновь глаза, молясь, чтобы в следующий раз все оказалось сном. Но страх не покидал меня. И я очутилась на грани скорого обморока, но упасть никуда не получилось – я лежала на полу, связанная, полностью обездвиженная и не понимающая, что происходило вокруг.

Обрывки воспоминаний вернулись спустя некоторое время. И пока я пыталась понять, почему мой затылок ныл от тупой боли, успела отключиться, безуспешно борясь со страхом.

Темнота пугала. Она поглощала, забирала воздух. Как и невозможность встать и уйти. Дернувшись еще раз, я даже не смогла перевернуться, надеясь, что мое онемевшее тело не превратится во что-то навсегда обездвиженное. Потому что терять способность ходить я не хотела, но была близка к этому.

Новое пробуждение не принесло мне счастья. Всё та же темная комната, озябшее малочувствительное тело и ноющая точка на голове.

Меня ударили. Теперь я точно могла вспомнить, как потеряла связь с реальностью и очутилась в темном мире. Кто-то меня ударил по голове, и именно тогда, когда я намеревалась сбежать из дома…

Покрутившись на полу, мне все же удалось изменить положение тела, но рук и ног я практически не чувствовала. Тот, кто меня ударил и куда-то увез, явно перестарался с веревками. Да, вроде бы это были веревки.

Оказавшись на боку, я повернула голову и стала интенсивно тереться щекой о деревянный пол, пахнущий сыростью и гнилью. Почему-то запах я почувствовала только сейчас. Как и влажный тяжелый воздух, пропитавший тонкую футболку и джинсы. Втянув воздух в легкие, я замерла.

Топот тяжелых ботинок по прогнившему полу словно барабанил в ушах. Кто-то шел. Причем делал это очень быстро. Заскрипели половицы, и я закрыла глаза, притворяясь спящей.

Дверь распахнулась. Ударилась о стену, и я невольно вздрогнула. Яркий свет фонарика больно резанул по глазам. Даже сквозь сомкнутые веки меня слепили.

– Эй! – Чуть звонкий голос, похоже, принадлежащий парню, наполнил тишину помещения. – Не придуривайся! Я вижу, что очнулась, – хмыкнул он, приближаясь.

Незнакомец остановился в полуметре от меня, еще раз ослепил фонариком, а после неожиданно ткнул носком сапога в живот.

Я скрючилась скорее от неожиданности, чем от боли, и протяжно замычала.

– Говорю же, что очнулась, – хохотнул он, продолжая направлять фонарик на меня. Зажмурившись, я мысленно ругнулась, как делала тетя, когда у нее что-то не получалось. К сожалению, если он продолжит держать фонарик так, я не смогу рассмотреть лица.

Но парень шагнул назад, осветил комнату, будто проверяя все ли здесь в порядке, и закричал, привлекая чье-то внимание.

– Эй, она очнулась! Будешь говорить?

Топот над головой подсказывал, что мы находились в подвале какого-то здания, больше похожего на обычный жилой дом.

– Ты дурак! – Такой же громкий крик разразился сверху, но вот голос был женский. Хриплый, низкий. – А ну выметайся оттуда!

– Да, ладно, не злись! – Парень продолжал хохотать, видимо нисколько не испугавшись. – Она же меня не знает и не видит, – подтвердил он мои догадки. Я действительно не могла его узнать. А вот голос женщины почему-то показался смутно знакомым. Но эхо, отражавшееся от стен, как и разделявшие нас комнаты, исказил ее голос.

– Все равно уходи! – прокричала женщина и, судя по тому, как громко стал звучать ее голос, она приближалась к лестнице, ступеньки которой я умудрилась рассмотреть в полуосвещенном коридоре за дверью комнаты.

– Да ухожу уже, – пробормотал парень, продолжая слепить фонариком. Еще раз осмотрелся, хмыкнул и развернулся, топая обратно. – Не хулигань тут, красавица, – кинул напоследок, резко хлопая дверью.

Скрежет замка, удаляющиеся шаги и гаснущая полоска света…

Глава 1. Новые соседи

Ранее

– Мотя, это все твоё барахло? Или где-то еще завалялась пара-другая коробок? Десяток коробок?

Никита возмущался, расхаживая по пустой квартире. Почти три часа ушло на то, чтобы загрузить в фургон все моё добро. В том числе и мебель. Но если на габарит я позвал профессионалов, которые быстро справились с диваном, шкафом и прочей тяжелой мебелью и техникой, то на мелочевку, как коробки и мешки, вызвался помогать друг. Что же, Никиту я не заставлял. Он первым предложил помощь, а теперь недовольно расхаживал по почти пустой квартире и ворчал.

– Да, это всё, – успокоил друга, вынося из квартиры последнюю коробку.

– Ну и замечательно, – проворчал он, потирая руки.

Кажется, дружище заработал пару синяков. Хотя такому спортсмену рискующему головой, не пристало ныть из-за мелочей. Как и мне.

– Моть, ты как баба. Столько барахла!

– Что поделать, – пожал плечами.

Не отрицал, потому что понимал прекрасно, что когда выбирал для жилья эту квартиру в центре города, то упустил важный момент: не достаточно места для хранения спортивного инвентаря. А я жить не мог без спорта. Тут вам и лыжи, сноуборд, велосипед. Да все что угодно. И личная маленькая качалка. Поэтому когда понял, что тесно жить в окружении этих вещей, решил для себя что пора двигаться дальше. Да и бюджет позволял приобрести жилище чуть больше прежнего.

Вот я и переезжал в загородный дом. Два этажа, гараж, технические помещения. Цокольный этаж, где запросто можно было организовать место для хранения и полноценный домашний спортзал. А двор! Там чудесный дворик с бассейном. Эх, не дом, а мечта! Друзья не знали, куда именно я переезжал. Я хранил это в тайне, намереваясь удивить их новой крышей над головой. Но пока переезд, обустройство и распаковка вещей. А потом можно будет закатить вечеринку, поплескаться в бассейне.

Не жизнь, а сказка!

– Ну, расскажешь, какое ты себе гнездышко подобрал?

Я покачал головой, запрыгивая в высокий внедорожник. Вот даже машину поменял, потому что опасался, что жизнь за городом могла отличаться от асфальтовых начищенных улиц.

– Приедем, увидишь, – усмехнулся, наблюдая, как Ник запрыгнул в салон.

Машину он уже успел оценить и загорелся купить такую же. Хотя вскоре передумал, поняв, сколько такой монстр сожрёт в городе в пробках. Все равно в редкие перерывы между тренировками, соревнованиями и путешествиями бывал тут не часто. Так что загородный дом был отличным решением для расслабления и отдыха от суетливой жизни.

– Даже не намекнешь? – Ник не унимался и крутил головой по сторонам.

Он вообще не умел сидеть на месте. Шило в одном месте. Вот и сейчас рассматривал мелькающий пейзаж за окном и корчил рожицы, понимая, что мы все дальше и дальше удалялись от городской суеты.

– Да, ладно, – он хохотнул. – Только не говори, что решил жить в дерене! Черт, дружище, ты, кажется, в последний раз хорошо так приложился головой.

Нет, после прыжка я не приложился ничем, кроме как ногой. Взял перерыв, чтобы подлечить растянувшееся сухожилие и заодно наконец-то решить жилищный вопрос. И Ник точно знал это, но не подколоть не мог.

– Когда вернешься в строй?

– Возможно, через неделю-другую начну тренировки. Надо ногу привести в порядок.

– До сих пор мучает?

– Есть такое, – я улыбнулся, сворачивая по указателю. Мы въезжали в поселок. Элитный, так что Ник ошибся, называя это место деревней. Тут точно не было фермерских хозяйств, никто не держал скот и не выращивал картошку в огороде. Хотя грядочки были у некоторых, но больше для баловства, чем прокормить семью. Дорогой поселок для дорогой жизни. И люди тут жили не простые. Как и я. Теперь.

– Ого, куда забрался, – хмыкнул друг. Догадался, значит.

– А то, – я ответил в его манере.

Проехав несколько улиц, мы оказались перед моим новым домом.

– Да, дружище. Ты стареешь, – отозвался Ник, выпрыгивая из машины.

Я не обиделся. Понимал, что для своих друзей я показался странным, когда решил продать квартиру в городе и перебраться подальше. Но для себя я давно решил, что карьера карьерой, но свой угол необходим.

– Зря ты так, – я усмехнулся, открывая ворота.

Никита первым вошел, безостановочно вертя головой. Кажется, все же мне удалось произвести на него впечатление. Но все красноречие он выдал чуть позже, когда примчался с заднего двора, чуть ли не закинув язык на плечо.

– Почему про бассейн не сказал?! – возмущенно затараторил Ник, игнорируя тот факт, что я не отказался бы от помощи разобрать коробки, которые были свалены около машины.

– А ты не спрашивал. – Пожал плечами.

– Конечно, не спрашивал! – возмутился друг, но все же подхватил коробку и пошел за мной следом в дом. – Закатим пенную вечеринку?

– Чуть позже, как обстроюсь, – проговорил, рассматривая уже изрядно заваленную гостиную. Куча коробок, мешков, мебели. И когда я все это разберу? – И я не откажусь от помощи. – Кивнул на хаос, творящийся вокруг.

– Дружище, ради пенной вечеринки в твоем бассейне я тут сам лично все коробки разгребу, – воодушевленно проговорил Ник, поворачивая голову налево и всматриваясь в панорамное окно, открывающее вид на соседний участок. – А это что за ведьмин дом? Жуть какая, – выдохнул он, вцепившись в коробку.

Да, пожалуй, соседский дом немного пугал. Вот только не меня. Когда я впервые приехал в этот поселок смотреть выставленный на продажу дом, я с удивлением обнаружил отличную скидку, но риэлтор как-то странно вела себя, обходя здание с другой стороны. И лишь к концу осмотра, когда я уже твердо решил, что беру дом и другие варианты даже рассматривать не буду, она все же подвела меня к забору и ткнула пальцем в соседское жуткое строение. Правда, чуть позже я присмотрелся и понял, что дом-то не был таким страшным, как показался в первый раз. Обычный серый камень, немного потрескавшийся со временем. Зашторенные окна. Закрытые двери. Вокруг того дома были высокие деревья и раскидистые темные кустарники. А вдоль стен тянулись растения. Наверное, плющ. Вот в чем я не разбирался, так в ботанике. Но в совокупности, все выглядело очень даже устрашающе. Но отличное расположение, большая площадь, бассейн и скидка сделали свое дело. Так я и стал владельцем коттеджа по соседству с таинственной ведьмой, про которую твердил Ник, опасливо косясь на мрачное строение.

 

– Благодаря тому самому дому я получил отличную скидку на этот, – усмехнулся, отворачиваясь. Не время для разговоров. Страшные сказки я успею пересказать другу чуть позже.

***

– И кого там притащило? – возмущенно протянула тетя, всматриваясь в окно. Наверное, мне стоило напомнить ей натянуть очки на нос, иначе она видела не очень хорошо. Но тетя сама догадалась снять их со своей макушки, которая была увенчана огромной бобиной из волос и заколок, и еще раз выглянуть в окно, отодвигая тяжелые занавески.

Обычно мы закрывали летом окна днем, чтобы дома не было так жарко, но уверена, будь тетя чуточку современней, согласилась бы облегчить нам задачу, и поставила бы кондиционер. Но она яростно отстаивала свои строгие правила и позволяла пользоваться минимальным количеством техники.

– И как? Разглядели? – поинтересовалась я, хотя могла и сама подойти и выглянуть.

Тетя заняла меня штопаньем скатерти, которая давно просилась на свалку, вот только из-за ручной вышивки, выполненной когда-то давно бабушкой тети, она все еще хранилась у нас в доме.

– Почти, – проворчала она, поправляя шторы. – Все-таки соседка не врала. Дом тот продали. И кажется, у нас новые соседи. Надеюсь, какая-нибудь приятная дама средних лет. Иначе я умру тут со скуки, – проговорила тетя, возвращаясь за стол. Она же занималась тем, что разгадывала кроссворд. – Машину разгрузили. Вещей-то ужас! Не то, что у нас. Смотри как просторно. А там уверена, будут все комнаты заставлены. – Она вновь ворчала.

Я огляделась по сторонам, хотя знала этот дом как свои пять пальцев и спокойно могла пройти по комнатам с закрытыми глазами, ни разу не наткнувшись ни на что. Да, здесь действительно было немного вещей. Но тут скорее дело в тете. Она жутко экономила на всем, хотя денег у нас было предостаточно. И если не ошибаюсь, хранились они в наличности по старинки под матрасом. Вот такой забавно-странной была моя тетушка.

Прислушавшись, я смогла разобрать голоса, доносившиеся с улицы. Скорее всего, грузчики, которые вносили вещи в дом. Чуть позже я обязательно выгляну в окно, чтобы узнать о том, кто же теперь будут нашими новыми соседями. Раньше в соседнем доме жила молодая пара, и тете они очень не нравились. Особенно то, что они могли купаться чуть ли не голышом в своем бассейне. Ох, какой же она скандал им устроила, когда однажды, выглянув в окно, увидела, как хозяйка дома загорала в шезлонге в крошечном купальнике.

Да, в тот день летели искры и щепки. С тех пор наши соседские отношения сошли на нет. Тетя их изводила, они злились на нее. Но в итоге тетушка выиграла эту битву, и семья продала дом. Куда они переехали, я не знала, но с тех пор дом очень долго не могли продать. Я частенько замечала, как приезжали новые машины и возможные покупатели, но все они отказывались от такой недвижимости. И видимо неспроста. До тети доползли слухи, что наш дом пугал покупателей. И даже кто-то пустил слух, что здесь живут ведьмы. Вот тетя тогда ругалась! Она же всех соседей подняла на уши и потребовала не говорить про нас так. То есть про нее. Потому что про мое существование тут почти никто и не знал. И на то тоже были свои причины.

– Ты закончила? – Тетя вырвала меня из размышлений, видимо заметив, как я замерла над скатертью.

– Почти, – прошептала, вернувшись к рукоделию.

– Тогда поторопись. Нам еще ужин надо приготовить, – прокряхтела она, кусая карандаш. Значит, усиленно пыталась разгадать какое-то слово.

– Да, я помню, – ответила больше себе, чем ей. Сегодня ужин был на мне.

С некоторых пор мы разделили обязанности по дому, но чаще всего всем занималась я. Тетя в последнее время чувствовала себя неважно. У нее обострился хронический гастрит, она стала прихрамывать на правую ногу, которую ломала десять лет назад. А я молодая, пышущая здоровьем девица девятнадцати лет вполне могла позаботиться не только о себе, но и о тетушке. Она и так посвятила всю свою жизнь мне, и лишь благодаря ей я все еще была жива. И относительно здорова.

– Овощи потушить? – уже позже поинтересовалась, складывая скатерть.

– Да, – тетя кивнула, так и не взглянув на меня.

Что же, я точно знала, чем займу себя в ближайшее время. Но прежде чем уйти на кухню, чтобы приготовить ужин, я поднялась наверх, намереваясь переодеться в более легкую футболку, и заодно все же выглянуть в окно. Голоса, доносившиеся с улицы, умолкли некоторое время назад. После я услышала, как отъехала одна машина, но там была и другая. Скорее всего, хозяев. Мне стало жутко любопытно и, наплевав на собственную безопасность, выглянула в окно из спальни, находящейся на втором этаже, которое выходило в чужой двор.

Соседский дом был как на ладони. Их двор заливал солнечный свет, у нас же было довольно темно из-за разросшихся деревьев. Бегло окинула взглядом двор. Чуть позади за домом бассейн, в том самом в котором купались прежние соседи и из-за которого случился скандал. Присмотрелась к высокому французскому окну. Распашные двери, через которые часто выходила соседка во двор, выгуливая свою маленькую собачонку неизвестной мне породы. Сейчас же я видела горы коробок и силуэты двух людей. Лишь частично, но я могла точно сказать, что там стояли мужчины.

Пришлось вдохнуть воздух, успокаивая сердце. И почему не милая супружеская пара преклонного возраста? Тетя опять будет ругаться! Ох, нам не избежать скандала. И в этом я убедилась сразу, как только около окна появился первый сосед. Наверное, наш сосед. Высокий крепкий парень, в узкой черной футболке. Да у него не руки, а ручище. Ужас! Тёте лучше его не видеть. Она не терпела подобный тип людей, даже если человек был отличным. Тот парень вертел в руках мяч, что-то говоря другому человеку, которого я так и не смогла рассмотреть.

Открыл двери, выглянул во двор. Рассмеялся, подбрасывая мяч. Сердце ушло в пятки. Нет! Прекрати там играть! Но он ловко поймал мяч. Вновь заливисто рассмеялся, обнажая ровный белоснежный ряд зубов. Что-то прокричал, опять замахнулся, подбросил мяч и… Нет! Тетя разозлится…

Мяч перелетел через наш забор и приземлился в кустарнике.

Нет! Нет! Нет! Что же делать?!

Кажется, он думал о том же, почесывая затылок. И вот тогда я увидела его. Второго человека, который до этого скрывался в глубине гостиной.

Тетя будет в бешенстве…

И как только я подумала об этом, так сразу две пары глаз уставились на наш дом, и кажется, на мои окна. Я резко отшатнулась, отпуская штору. Благодаря чуду, пальцы все же послушались меня, иначе улетела бы на пол вместе с гардиной. Сердце отплясывало джигу в моей груди, словно пытаясь размолотить ребра. Какая же трусливая девчонка. Но так нельзя! Они же не видели? А если успели рассмотреть?

Быть беде!

Прячась под столом, я прижала ладошки к лицу, совершенно не борясь с дыханием, и могла задохнуться от нарастающей паники.

Да уж, Лола, нужно было прятаться лучше!

Глава 2. Ведьмин дом

– Я же предупреждал, – выдохнул, всматриваясь в высокий забор, на фоне которого Ник выглядел совсем удрученно.

Этот болван, которого я называл другом, решил размяться с мячом, который отыскал в коробках. Вот уже битый час мы сортировали вещи, таскали их по комнатам, шумно переговариваясь и сожалея, что не позвали еще кого-нибудь на подмогу. Терпение Ника закончилось, когда он распаковал коробку с подписью «спортзал». Таким образом, я решил, что обязательно переоборудую комнату на цокольном этаже в личный тренажерный зал. И подписи на коробках воодушевляли на подвиги.

Кажется, не только меня.

Ник схватил мяч, играючи вертя его на пальце. В юности он увлекался баскетболом, но и волейбол у него шел на отлично. Поэтому мяч так ловко скакал в его руках, когда он под собственный хохот выскочил на лужайку через стеклянные двери и стал подбадривать меня присоединиться, чтобы размять мышцы. Будто мы этим и не занимались, распаковывая вещи. А нам еще предстояло разгрести диван, на котором Ник планировал спать.

И вот он, в очередной раз, подбросив мяч, то ли силу не рассчитал, то ли рассмеявшись, чуть отклонился от траектории, но его удар угодил точно в цель. В соседский двор, удачно миновав препятствие в виде забора. В этот момент в моей голове промелькнуло две мысли: хорошо, что не разбил окно, и каким образом вернуть коллекционный мяч обратно?

– Черт! – выругался Ник, почесывая затылок. Потом перевел взгляд на дом, нахмурился. Вновь прикоснулся к голове.

– И кто пойдет? – Я стоял около двери, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди.

– Может ты? – Ник повернулся ко мне и жалобно так протянул. Этот его приемчик знал, но никогда не покупался.

– Не прокатит, – рассмеялся. – Я не Катька. Это ты можешь ее обдурить, со мной номер не пройдет.

Никита нахмурился. Каждый раз менялся в лице, когда я напоминал ему про нашу общую подругу. Девчонка явно сгорала по парню, страдала и готова была за ним хоть на другой край света рвануть, а вот Ник никак не мог подпустить девчонку поближе. Обжегся раз, во второй уже не полезешь в огонь под названием Чувства.

– То есть мне пойти и постучать им в дверь? – предложил Никита, удрученно взглянув на серый дом.

Я кивнул. Ник поморщился.

– Лучше я через забор перелезу. Туда-обратно, они даже не узнают.

Ник посмотрел вверх, оценивая высоту, как и я. Но в тот момент, когда мы оба непроизвольно уставились на дом, в окне на втором этаже, которое было плотно завешано шторами, что-то мелькнуло. Всего лишь мгновение, но мне показалось, что я смог разглядеть чье-то личико. Слегка вытянутое, беленькое, с огромными глазами.

– Ну уж нет, – прошептал друг, отворачиваясь. – Ты же видел? Там кто-то есть. Что-то мне уже жутко от этого дома.

Я пожал плечами. Спорить с другом не стал, но и самому стало неспокойно. За нами следили. Не случайно прошли мимо, а целенаправленно подглядывали. И от этого становилось некомфортно.

– Завтра сам схожу, – проговорил я, намереваясь для начала привести себя в порядок, а после идти знакомиться с соседями. В отличие от Никиты, я не был таким пугливым. – Рано или поздно пришлось бы заглянуть в гости. Хотя бы ради приличия.

– Ну, тогда пожелаю тебе удачи, дружище. Потому что я бы не рискнул.

– Но ты собирался перелезть через забор, – возмутился в ответ.

– До того. – Он кивнул на закрытое окно.

Я не стал спорить с ним. Мы вернулись в дом и продолжили разбирать завалы. Поздно ночью Ник завалился спать на диване, отвоевав у меня подушку. Из тех, которые мы смогли отыскать. Кажется, нужно было подписывать все коробки, а не только со спортивным инвентарем.

Взглянув на друга, я вышел во двор, прикрывая за собой дверь. В доме помимо главного и боковых дверей, ведущих из гостиной на лужайку, была и третья, к бассейну. Именно к нему я и подошел. Окинул взглядом пустой бассейн, задумавшись, как скоро смогу наполнить его водой и поплавать вдоволь. Я очень наделся, что в воде моя нога не будет так болеть. Все-таки пора возвращаться в строй. Впереди соревнования, которые я запросто мог пропустить. А там заново набирать обороты, чтобы догнать лидеров. Такой подход не для меня. Да и зимняя поездка в горы, которые мы намеревались с Ником покорить, тоже была под вопросом.

И все из-за одного неудачного прыжка.

Я обогнул бассейн и присел на край, свесив ноги. Поднял правую, чуть размял. Из-за тупой боли напряглись мышцы. Нахмурившись и прошипев проклятия, я опустил ногу. Придется долго тренироваться, чтобы избавиться от последствий.

Откинув голову назад, я посмотрел в звездное небо. Тепло, тихо. Даже безветренно. И чем не идеальный день? То есть ночь. Перевел взгляд на соседский дом. Такой же темный, как и все вокруг. Никакой подсветки, даже в окнах, кроме того самого, в котором мелькала тень несколькими часами ранее, горел свет. Не спят? Хотя время далеко за полночь.

Склонив голову набок, я продолжил наблюдать за окном, будто ожидая, что незнакомка вновь выглянет. Я же не ошибся? Там точно была девушка. Бледная, напуганная, настороженная, но красивая. Удивительно красивая.

 

Возможно, дом действительно «ведьмин». Потому что тот мимолетный взгляд огромных глаз завораживал. Прикрыв веки, я попытался воспроизвести секундную картинку в памяти. Прокручивал ее, припоминая каждую деталь. И впервые был рад тому, что Ник не успел рассмотреть незнакомку. Тогда он стал бы задавать вопросы, полез через забор за мячом, намереваясь попутно познакомиться. Потому что таким он был. Ловелас, Казанова, похититель женский сердец. И мне действительно не нужны были проблемы с соседями, не зависимо от того, кто там жил. Старая ведьма или загадочная волшебница.

Хмыкнув себе под нос, я в последний раз взглянул на окно, в котором так никто и не появился. Поднялся на ноги, отряхивая спортивные брюки от пылинок, вернулся в дом. Пора спать. Завтра предстоял сложный день. И помимо уборки, распаковки вещей и решения пары вопросов в клубе, я все же должен был заглянуть к соседям. И очень надеялся, что эта встреча пройдет без проблем. Не хотелось бы превратиться в лягушку из-за мяча.

Рассмеявшись от собственной безумной мысли, я вошел в дом, закрывая двери. Прошел мимо гостиной, в которой похрапывал друг, свесив ногу на пол и закинув руку за голову, я выключил везде свет.

В соседском окне все еще горели лампы.

***

Я всегда просыпалась рано. Сегодняшний день не стал исключением. Я открыла глаза, когда стрелки часов только приближались к шести. И первым делом подскочила с постели, попутно откидывая спутавшиеся пряди назад. Подбежала босиком к окну и нерешительно отвела в сторону штору. Сама же аккуратно выглянула, будучи уверенной, что так рано никто не встает.

Но каково же было мое изумление, когда я увидела нашего нового соседа, разминающегося на лужайке. Он стоял к дому спиной и потягивал руки, то прогибаясь в спине, то выпрямляясь. И все это лишь в спортивных темно-серых штанах.

Ух ты!

Я бы выругалась, если бы тетя позволяла мне подобные словечки. Но вместо норовящих сорваться с губ нецензурных слов, я изумленно уставилась на его рельефную спину, на широкие плечи и светлую кожу, чуть ли не прижавшись носом к стеклу. Надо же! Никогда бы не подумала, что у людей может быть такое тело. Словно высеченное из мрамора лучшим античным мастером. Каждый мускул перекатывался под гладкой чуть блестящей в лучах утреннего солнца кожей. Я наблюдала, как ходили позвонки под каждым прогибом, будто отлаженный механизм. Кожа натягивалась и расслаблялась, мускулы то увеличивались, то становились плотными. Это было нечто невообразимое! Изумительное! Превосходящее все мои знания относительно человеческого тела. И самое поразительное заключалось в том, что он не был перекаченным качком. Никаких гипертрофированных мышц, обтянутых кожей с проступающими венами и жилами, все исключительно правильное, но в то же время излучающее мощь.

Сосед, взмахнув еще раз руками, выпрямился. Уперся ладонями в бока, наклонил голову к плечу. Его светлые с золотистым отливом волосы упали, рассыпались по спине. Вчера за своими играми в шпионку я не рассмотрела его внимательно. Потому что все мое внимание было приковано к другому парню и мячу, который до сих пор оставался в кустах. А сегодня, когда эту часть двора освещало всходящее солнце, я могла точно сказать каким он был. Волосы цвета спелой пшеницы, блестели шелком в лучах. Достаточно длинные, чтобы собирать их на затылке в небольшой пучок, который, видимо, развалился во время упражнений. Поэтому сосед сгреб их ладонью назад, задержавшись в такой позе. И тут-то мое сердце подпрыгнуло.

Он повернулся и устремил свой взгляд на наш дом. На мои окна. На меня.

Будто точно знал, что за ним следили. Чувствовал, ждал. И все произошло за доли секунды. За те самые мгновения, которых не хватило, чтобы отлепить нос от стекла, задернуть штору и заползти под стол. Я смотрела на мужчину, он смотрел в ответ. Зрительная битва, длившаяся несколько томительных секунд. Безумных, ужасных, восхитительных. Я никак не могла найти определение тому, что испытала в этот момент.

Мне нужно было отойти от окна. Изобразить, будто я просто поправляла шторы. Или намеревалась открыть раму, чтобы впустить в комнату прохладный утренний воздух. Притвориться, что все случайность. Но я стояла как парализованная и смотрела на незнакомца, который уже лениво отворачивался, смещая руку на шею. Пара разминающих движений, после три шага к небольшой лавочке, стоящей там со времен прошлых соседей. Он подхватил бутылку с водой, медленно открутил крышку и поднес ее к губам. Несколько глотков, и я ощутила, что сама хотела пить. В горле просто горело от дикого желания закричать от накатившего ужаса.

Меня увидели. Меня поймали за подглядыванием.

Про меня узнали.

Я дернула штору и сползла на пол. Накрыла голову руками и тихо зашептала, успокаивая панику. Не время устраивать истерики. Всего лишь шесть утра.

Но страшное для меня, конечно же, случилось позже.

В семь утра проснулась тетя, она же занялась завтраком. Тетя всегда жила по собственному расписанию. Я подстраивалась, как могла, но порой даже живя под одной крышей, мы могли целый день не пересекаться. Сегодня я спустилась вниз, кое-как поборов страх, но тетя не заметила моей бледности. Она с упоением поглощала салат и яичницу, что-то бормоча себе под нос, рассматривая при этом кроссворд. Видимо вчерашний, потому что он был наполовину исписан кривыми буквами.

– Лола, будешь завтракать? – пробормотала тетя.

Я быстро кивнула и присоединилась за столом, уныло ковыряя в тарелке овощи.

– Как спалось? – Привычный стандартный вопрос.

У меня были проблемы со сном. Всегда, сколько я себя помнила. Поэтому и свет был включен по ночам, и окна я не зашторивала плотно, потому что порой у нас отключали электричество в поселке. Пусть это и случалось редко, но от ремонтных работ никто не был застрахован. Пару раз я истошно кричала, когда гасли лампы, и я просыпалась в кромешной темноте. С тех пор появилось два правила – никаких темных штор в спальне и ночник на батарейках.

– Отлично, – улыбнувшись, ответила я, но тетя так и не посмотрела в мою сторону.

– Я сегодня в магазин пойду, – проговорила она, дожевывая тост. – Тебе что-нибудь нужно?

Вот еще один дежурный вопрос. Когда тетя уходила, она обязательно покупала что-то для меня. Будь то краски и кисти или личные принадлежности. И я всегда предоставляла ей список необходимых покупок.

– Да, кое-что нужно, – кивнула в ответ. – Я подготовила записку.

Тетя что-то пробормотала с набитым ртом. А после углубилась в кроссворд. А я уставилась в полную тарелку, не находя себе места.

Он видел меня. Что же делать? А если тетя узнает про это? Она же будет ругаться! Что же делать?

Долго думать не пришлось. Потому что начался тот самый кошмар, когда в десять утра в наш уличный звонок кто-то позвонил.

Тетя удивленно уставилась в окно, бормоча ругательства. Я же посматривала на лестницу, намереваясь убежать наверх и спрятаться.

– Так, кого там принесло? – проговорила тетя, подходя к домофону. Нажала кнопку, и тут-то я впервые услышала его голос. Чуть искаженный динамиками, он все же привлек мое внимание, посеяв внутри вместо нарастающей паники что-то другое… Интерес?

– Доброе утро, – проговорил мужчина. – Меня зовут Матвей. Я ваш новый сосед.

Тетя хмыкнула, но ответила.

– Доброе, – она же не пылала желанием болтать. – Вы что-то хотели?

Я расслышала в ее голосе желание нажать на кнопку и отойти подальше от двери. Но тетя все же была достаточно воспитана, чтобы поговорить, как положено с соседями, пока те не испортят всё.

– Да, хотел. – Расслышав его голос, мне показалось, будто он улыбался. – Во-первых, познакомиться. А во-вторых, – тут мое сердце совершило немыслимый прыжок в груди, – вчера к вам во двор случайно попал мой мяч.

– Мяч? – удивленно растянула тетя. – Я ничего не видела и не знаю. Искать не буду, – ну вот, она рассердилась и культурно послала соседа куда подальше. – Аккуратнее надо быть со своими вещами, – отчеканила и нажала на кнопку.

Не долгим, однако, было перемирие с новыми соседями.

Я, вздохнув, побрела к себе в комнату, чтобы еще раз убедиться в том, что мяч на месте. И не слушать причитаний тети.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11 
Рейтинг@Mail.ru