Ненавижу тебя, красавчик

Ви Киланд
Ненавижу тебя, красавчик

Vi Keeland and Penelope Ward

HATE NOTES

© Деге М., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство» Эксмо», 2019

Глава 1

Шарлотта

Год назад меня бы сюда никаким ветром не занесло. Не поймите меня превратно – я вовсе не сноб. Во времена моего детства и юности мы с мамой проводили часы напролет, прочесывая стойки с одеждой в местном секонд-хенде. В те времена такие магазины назывались «Гудвилл» и находились в основном в рабочих районах. А поношенная одежда в те времена называлась винтажной и продавалась в Верхнем Ист-Сайде за немалые деньги.

Я была вынуждена приобретать «слегка поношенную одежду» вплоть до того времени, когда была произведена реконструкция пришедших в упадок городских кварталов Бруклина.

Поэтому с магазинами, торгующими поношенной одеждой, у меня никаких проблем не возникало. Проблема была в том, что, когда я находила там свадебные платья, я не могла удержаться, чтобы не начать фантазировать и придумывать истории, связанные с этими платьями.

Как они здесь оказались?

Я сняла с вешалки чудесное вечернее платье от Веры Вонг. Корсет его был украшен шнуровкой, а шифоновая юбка, начинаясь от линии груди, ниспадала до пола струящимися волнами. Я решила, что история была такой: невеста ожидала, что после свадьбы ее жизнь будет похожа на сказку. Но спустя полгода она сама подала на развод. Платье из тонкого кружева силуэта «русалка» от Моник Лулье – жених погиб в ужасной автокатастрофе. Безутешная невеста, которой не суждено было стать женой, пожертвовала это платье церкви для ежегодной распродажи. Сообразительный перекупщик приобрел платье за сущие копейки и перепродал в три раза дороже.

Каждое хоть раз надетое платье имело свою историю. У моего платья история была такая: он оказался подлым обманщиком и сукиным сыном. Я вздохнула и повернулась к двум женщинам, которые стояли у прилавка и о чем-то спорили между собой по-русски.

– Это же из коллекции будущего года? – спросила меня та, которая была выше и у которой были странные, криво нарисованные брови.

Я всеми силами старалась не пялиться на эти брови, но не смотреть на них было невозможно.

– Да, это из весенней коллекции «Маркиза».

Женщины листали каталог, хотя еще двадцать минут назад, когда я принесла платье в их магазин, я им сказала, что оно из коллекции, еще не представленной в каталоге. Видимо, они хотели прикинуть, сколько примерно стоят новые платья этого дизайнера.

– Не думаю, что вы его там найдете. Моя будущая свекровь… – я поправила себя: – Моя бывшая будущая свекровь знакома со многими из мира моды.

Женщины уставились на меня, а спустя мгновение снова принялись листать каталог.

Ладно, черт с вами.

– Полагаю, вам нужно еще немного времени, – пробормотала я.

Я направилась в конец магазина и нашла там стеллаж с табличкой «Зделано на заказ». Я улыбнулась. У матери Тодда, наверное, случился бы сердечный приступ, если бы я привела ее в магазин, где тексты на указателях содержат орфографические ошибки. Достаточно того, что она была потрясена, когда я отправилась выбирать платье в магазин, где в процессе примерки гостям не предлагают шампанское. Господи, я и сама настолько погрязла во всякой ерунде, что чуть было не превратилась в одну из этих отвратительных высокомерных сучек.

Рассматривая платья, сшитые на заказ, я вздохнула. У этих прекрасных платьев истории должны быть еще интереснее. Смелые невесты, слишком свободные для своих скучных женихов или мужей. Уверенные в себе женщины, которым хватает силы сопротивляться устоям, выходить на политические митинги, женщины, которые четко знают, чего они хотят.

Я остановилась напротив платья А-силуэта, украшенного кроваво-красными розами. Корсет был декорирован красными лентами. Бросила своего жениха-банкира ради французского художника, жившего по соседству, а это платье было на ней надето в тот день, когда она вышла замуж за Пьера.

Ни одно готовое дизайнерское платье не могло удовлетворить требования этих женщин, ведь они точно знали, что им нужно, и не боялись об этом заявлять. Они следовали за велением сердца. Я им завидовала. Когда-то и я была такой.

Когда-то и я была девушкой, зделанной на заказ, – именно так, с ошибкой. Когда же я сбилась со своего пути и стала такой, как все? Мне не хватало смелости озвучить свои желания матери Тодда, и в итоге все закончилось покупкой очень шикарного, но чрезвычайно скучного свадебного платья.

Когда я взглянула на последнее платье в секции «Зделано на заказ», я на секунду замерла.

Перья!

Красивее перьев я за всю свою жизнь не видела. А само платье было не белым, а красным. Это платье было венцом творенья. Именно такое я бы выбрала себе, если бы решилась пошить платье на заказ. Это было не просто платье. Это было то самое платье. ОНО. Никаких бретелек. Маленькие легкие перышки украшали линию декольте. Кружевной корсет переходил в прямую юбку до пола. И, самое главное, перья. Это платье было как песня. Оно было волшебным.

Одна из женщин за прилавком увидела, что я рассматриваю его.

– Я могу его примерить?

Она кивнула и отвела меня в примерочную в конце магазина.

Я разделась и осторожно стала надевать платье моей мечты. К сожалению, оно оказалось мало на один размер. В последнее время я активно заедала свой стресс, и это не прошло бесследно.

Поэтому я не стала застегивать молнию и с восхищением принялась разглядывать свое отражение в зеркале. В десятку.

В нем я не выглядела несчастной девчонкой двадцати семи лет, которая только что бросила своего неверного жениха. В нем я не была похожа на человека, которому приходится продавать свое свадебное платье, чтобы купить себе еду, так как питаться лапшой быстрого приготовления два раза в день уже стало невыносимо.

В этом платье я чувствовала себя так, словно ничто в мире меня не волнует. Я не хотела его снимать. Но, признаться честно, я уже начала потеть и боялась испортить наряд.

Прежде чем снять платье, я в последний раз взглянула на себя в зеркало и мысленно представилась воображаемому человеку, который смотрел с восхищением на новую меня.

Приняв уверенную позу «руки в боки», я произнесла: «Привет. Я Шарлота Дарлинг». Я рассмеялась, потому что эти слова прозвучали так, будто я начинаю новостной репортаж.

Сняв платье, я заметила голубую записку. Листок из записной книжки, прикрепленный к подолу с внутренней стороны.

Что-нибудь взятое взаймы, что-нибудь голубое, что-нибудь старое, что-нибудь новое. Так ведь говорят? Или слова идут в другой последовательности?

Тут мне пришло в голову, что этот кусок бумаги был как раз чем-нибудь голубым.

Поднеся ткань подола ближе, я наклонилась, чтобы прочесть надпись. Наверху было тиснение: «Офис Рида Иствуда». Читая, я пальцем дотронулась до каждой буквы.

Эллисон

«Она сказала: «Прости меня за мои мечты». Он взял ее за руку и ответил: «Прости меня за то, что не появился здесь раньше, чтобы мы могли мечтать вдвоем». Джи Айрон Ворд.

Благодарю тебя за то, что все мои мечты сбылись.

Твоя любовь,

Рид

Мое сердце бешено колотилось. За всю свою жизнь я не встречала ничего более романтичного. Я не могла даже представить, как это платье оказалось здесь. Как женщина в здравом уме могла избавиться от такого необыкновенного признания? Если изначально я просто влюбилась в это платье, то теперь оно стало для меня всем.

Рид Иствуд любил ее. О нет! Я очень надеялась, что Эллисон не умерла. Ведь мужчина, который способен написать такие строки, просто не может взять и разлюбить.

Продавщица позвала меня:

– Все в порядке?

Я отодвинула занавеску и посмотрела на нее.

– Да… да. Похоже, я влюбилась в это платье. Вы определились, сколько я могу получить за свою «Маркизу»?

Она покачала головой.

– Мы не платим деньги. Вы можете получить у нас товарный кредит.

Черт.

Мне просто необходима наличка.

Я указала на платье, украшенное перьями.

– Сколько стоит это платье?

– Мы можем обменять ваше платье на это.

Заманчивое предложение. Это платье стало моей навязчивой идеей, моим фетишем, и я представляла себе, что записка была написана для меня моим воображаемым идеальным женихом. Я не хотела придумывать никакой истории про это платье. Я хотела прожить все сама, создать свою собственную историю, связанную с ним. Может быть, не сегодня, потом, когда-нибудь. Я хотела, чтобы в моей жизни появился мужчина, который ценил бы меня, хотел бы разделить мои мечты и любил бы меня безусловной любовью. Я хотела встретить мужчину, который написал бы для меня такую же записку.

Этому платью место в моем шкафу. И пусть оно каждый день напоминает мне о том, что настоящая любовь существует.

И, чтобы не передумать, я быстро сказала:

– Беру.

Глава 2

Шарлотта

Два месяца спустя

Мне нужно было изменить свое резюме. После того, как я потратила два часа на то, чтобы изучить сайты, содержащие рекомендации по данному вопросу, я поняла, что мне необходимо немного приукрасить свои навыки.

Ту отвратительную временную работу, с которой я распрощалась сегодня, можно указать как «опыт административной работы». По крайней мере, на бумаге это будет звучать достойно. Я открыла файл со своим старым резюме и добавила должность «Ассистент юриста».

Ворман и партнеры. Дэвид Ворман, поверенный, в чьей компании я отработала тридцать дней в качестве временного сотрудника, всем своим видом напоминал червяка. Складывалось впечатление, что он был наполовину червяк, наполовину человек. Указав в резюме период работы и адрес компании, я откинулась в кресле и задумалась над тем, что я могу перечислить в качестве опыта, приобретенного в процессе работы с этим болваном.

 

Итак. Я потерла пальцем подбородок. Что я делала для недочервяка и недочеловека на этой неделе? Хммм… Вчера я убрала его мерзкую руку со своей задницы и пригрозила направить жалобу в Комиссию по обеспечению равных возможностей для трудоустройства. Да, этот навык необходимо указать в резюме. И я напечатала:

Выполнение множества задач в условиях дефицита ресурсов.

Во вторник червяк учил меня проводить счета задним числом, чтобы при проверке налоговая инспекция сочла бы, что счета оплачены вовремя, а компания избежала бы штрафа.

Отлично. Этот навык тоже нужно указать.

Четкое соблюдение сроков выполнения поставленных задач.

На прошлой неделе червяк отправил меня в бутик «Ла Перла» для покупки двух подарков – чего-нибудь миленького для его жены в качестве подарка на день рождения и чего-нибудь откровенно сексуального для его «особой подруги». Я, если бы захотела, могла бы прикупить и себе чего-нибудь за счет этого придурка, но не стала этого делать. Хотя сейчас тридцать восемь долларов на покупку трусиков для меня – немыслимая трата.

Неукоснительное соблюдение корпоративной этики и выполнение обязательств в рамках специальных проектов.

После того, как я добавила еще немного подобной ерунды и разных модных фразочек, я разослала свое резюме десяткам кадровых агентств и решила побаловать себя наполненным до краев бокалом вина.

Какая же у меня увлекательная жизнь. Двадцать семь лет, одна-одинешенька в Нью-Йорке в пятницу вечером, напялила спортивные штаны и футболку, а на часах тем временем восемь вечера. Но у меня не было ни малейшего желания пойти куда-нибудь. Ни малейшего желания потягивать мартини за шестнадцать долларов в каком-нибудь модном баре, где мужчины, похожие на Тодда, красуются в дорогих костюмах, под которыми скрывают свою звериную сущность. И вместо этого я открыла «Фейсбук» и решила поглазеть на то, как живут остальные – вернее, на то, какую жизнь они выставляют напоказ.

Моя лента была забита типичными для вечера пятницы публикациями – счастливые улыбки, фотографии еды, а также фотографии детей, которыми некоторые мои друзья уже успели обзавестись. Я рассеянно прокручивала ленту и потягивала вино… до тех пор, пока не наткнулась на то, от чего мое дыхание перехватило. Тодд поделился фотографией, которую разместил кто-то другой. На фото был он и какая-то женщина, которую он обнимал. Женщина была поразительно похожа на меня. Она могла бы сойти за мою родную сестру. Светлые волосы, большие голубые глаза, прекрасная кожа, пухлые губы и этот глупый, полный обожания взгляд, обращенный к Тодду. Когда-то я смотрела на него точно так же. Судя по тому, как они были одеты, я решила, что они сфотографировались на чьей-то свадьбе. А потом я прочла комментарий к фотографии:

Тодд Рот и Мэдлин Элгин объявили о своей помолвке.

О своей помолвке?

Семьдесят семь дней назад – вы не подумайте, я не считала дни – наша помолвка была разорвана. И он уже сделал предложение кому-то другому? Черт побери, это даже не та самая женщина, с которой я его застала.

Это какая-то ошибка. Моя рука тряслась от злости, пока я наводила курсор на страничку Тодда. Но, разумеется, никакой ошибки быть не могло. На его страничке были десятки поздравлений – и на некоторые он даже успел ответить. Он разместил и фото их сплетенных рук, демонстрирующее кольцо на ее пальце.

Черт. Это. Было. Мое. Кольцо. Я швырнула кольцо в его лицо в тот момент, когда он судорожно застегивал молнию на брюках. И он, мой бывший, всегда такой благородный, не потрудился даже обменять мое кольцо на другое. Уверена, он и матрас не заменил, оставил тот же, на котором мы спали в течение двух лет, пока я не съехала. И нет никаких сомнений в том, что Мэдлин уже занимается закупками в сети магазинов семьи Рот, сидит за моим столом и выполняет ту работу, которую выполняла я, пока не уволилась, чтобы не лицезреть каждый день его лживую физиономию.

Я почувствовала… Я, честно говоря, не могла понять, что именно я почувствовала. Слабость. Поражение. Нет, хуже. Я почувствовала, что меня легко заменить.

Странно, я совсем не испытала ревности по отношению к мужчине, которого, как мне казалось, я любила. Меня задело то, что меня так легко заменили. Это означало, что наши отношения не были ничем особенным. После того, как я их разорвала, он сначала поклялся меня вернуть – говорил, что я любовь всей его жизни, что мы созданы друг для друга и его ничто не остановит. Через две недели он прекратил присылать цветы и подарки. Через три недели прекратились звонки. И теперь я поняла почему – он нашел новую любовь всей своей жизни.

Мне не хотелось плакать, и это было удивительно. Мне просто стало грустно. По-настоящему грустно. Из-за Тодда я лишилась не только привычной жизни, квартиры, работы, чувства собственного достоинства. Из-за Тодда я лишилась веры в настоящую любовь.

Я откинулась в кресле, зажмурила глаза и сделала несколько глубоких вдохов. После чего решила, что просто так этого не оставлю. Это все чушь! Мне нужно действовать – у меня нет другого выбора. И поэтому я поступила так, как поступила бы на моем месте любая девчонка из Бруклина, узнавшая, что ее бывший жених недолго грустил в одиночестве.

Опустошила бутылку вина.

* * *

Да. Я напилась.

Хоть я и могла еще связно говорить, но тот факт, что я напялила на себя свадебное платье с перьями и пила вино прямо из бутылки, бесспорно, выдавал мое состояние. Я запрокинула голову (очень неженственный жест), допила последний глоток и резко поставила пустую бутылку на стол. От этого движения ожил мой ноутбук. На экране появилась счастливая парочка.

– Он поступит с тобой точно так же, – я ткнула пальцем в экран. – И знаешь почему? Потому что тот, кто предал один раз, предаст и второй.

Чертовы перья снова начали щекотать мою ногу. За последний час это повторилось уже дюжину раз, и каждый раз мне казалось, что по моей ноге ползет жук. Когда я в очередной раз нагнулась, чтобы почесать ее, рука наткнулась на что-то, и я не сразу поняла на что. Записка на голубой бумаге.

Приподняв подол, я еще раз прочла:

Эллисон

«Она сказала: «Прости меня за мои мечты». Он взял ее за руку и ответил: «Прости меня за то, что не появился здесь раньше, чтобы мы могли мечтать вдвоем». Джи Айрон Ворд.

Благодарю тебя за то, что все мои мечты сбылись.

Твоя любовь, Рид

Мое сердце тоскливо заныло. Как же прекрасно. Как романтично. Что могло приключиться с этими двумя влюбленными? Что заставило невесту избавиться от такого необыкновенного платья? Почему она не сохранила его, чтобы в будущем его смогла надеть ее дочь? Я больше не могла выносить физиономию Тодда на мониторе. И я задала в поисковике Фейсбука: Рид Иствуд.

Только представьте, каково было мое удивление, когда «Фейсбук» выдал по этому запросу двоих жителей Нью-Йорка. Первому было примерно за шестьдесят. Несмотря на то, что платье было чересчур откровенно для представительницы этого поколения, я решила все изучить досконально. У этого Рида Иствуда была жена, которую звали Магда, и золотистый ретривер по кличке Клинт. У него было три дочери, и в прошлом году он не сдерживал слез, когда вел одну из них к алтарю.

Хотя мне очень хотелось изучить свадебные фотографии дочери Рида, чтобы немного потянуть время и помучиться, я все же не стала мешкать и открыла страничку второго Рида Иствуда.

Когда его фотография появилась на экране, я мгновенно протрезвела. Этот Рид Иствуд был чертовски хорош собой. Честно говоря, он был настолько красив, что я поначалу решила – кто-то ради шутки разместил фотографию модели. Но когда я посмотрела другие фотографии, то обнаружила, что на всех был один и тот же человек. И с каждой новой фотографией он казался мне все более привлекательным. Фотографий было не слишком много, но на одной из них, сделанной пару лет назад, был запечатлен он вместе с женщиной. Это было фото, сделанное в момент помолвки – помолвки Рида Иствуда и Эллисон Бейкер.

У меня получилось найти того, кто написал послание на голубой бумаге, и ту, которой оно было адресовано.

Мой мобильник, поставленный на ночной режим, подпрыгивал как мексиканские скачущие бобы. Я потянулась и схватила его как раз в тот момент, когда включилась голосовая почта. Одиннадцать тридцать. Черт, я реально вырубилась. Я попробовала сглотнуть, но во рту было суше, чем в пустыне. Мне жизненно необходимы стакан воды, обезболивающее и опущенные шторы в спальне, чтобы ослепляющие лучи солнца не проникали в комнату.

Я поволокла свою похмельную задницу на кухню. Там я заставила себя выпить воды, пусть это и вызвало приступ тошноты. Возник риск того, что в самое ближайшее время выпитая вода и таблетка обезболивающего попросятся обратно. Мне нужно было лечь. На обратном пути в спальню я заметила ноутбук на кухонном столе. Он пробудил неприятные воспоминания о том, что произошло ночью и почему я в одиночку опустошила бутылку вина.

Тодд помолвлен.

Я была невозможно зла на него за то, что так отвратительно чувствовала себя сегодня. А еще больше я злилась на себя за то, что позволила ему разрушить еще один день моей жизни.

Уф.

И хоть я смутно помнила прошлую ночь, изображение счастливой парочки я воссоздала в голове мгновенно. Вдруг меня накрыла паника – Господи, надеюсь, я не натворила каких-нибудь глупостей. Пытаясь выкинуть эту мысль из головы, я подошла к двери спальни, но знала, что отдохнуть не получится, пока я не избавлюсь от этого чувства. Я вернулась к столу, включила ноутбук и открыла историю сообщений. Я облегченно выдохнула, когда убедилась в том, что ничего не написала Тодду. После этого я вернулась в кровать.

Только к вечеру я более-менее вернулась к жизни и решила принять душ. Выйдя из него, сняла телефон с зарядки и, обмотав волосы полотенцем, села на кровать и принялась проверять сообщения. Я уже и забыла, что утром проснулась от вибрирующего телефона, пока не увидела новое голосовое сообщение. Наверное, это очередное кадровое агентство. Хотят, чтобы я пришла к ним на собеседование и потратила на них впустую целый день. А у самих наверняка нет никаких вакансий. Я включила сообщение и взяла расческу, чтобы, пока слушаю, расчесать волосы.

«Добрый день, мисс Дарлинг. Это Ребекка Шелтон из агентства недвижимости «Иствуд Пропертиз». Я звоню в ответ на ваш запрос касательно показа пентхауса, расположенного в «Миллениум Тауэр». У нас запланирован один показ на сегодня на шестнадцать часов. Если вы захотите посмотреть объект позже, например, в семнадцать часов, мистер Иствуд будет вас ждать. Пожалуйста, позвоните нам для подтверждения встречи, если предложенное время вам удобно. Наш номер телефона следующий…»

Номер телефона я дослушивать не стала, просто бросив мобильник на кровать. О господи. Я совершенно забыла, как выслеживала в сети автора голубой записки. Обрывки воспоминаний виделись словно сквозь плотный туман. Это лицо. Это прекрасное лицо. Как я могла о нем забыть? Я вспомнила, как просматривала его фото… его личную информацию… и забрела на сайт «Иствуд Пропертиз». Но больше ни черта не помнила.

Схватив ноутбук, я просмотрела историю поиска, нажала на последнюю ссылку.

«Иствуд Пропертиз» – одна из крупнейших независимых брокерских фирм. Мы предлагаем самую роскошную и эксклюзивную недвижимость надежным покупателям, гарантируя обеим сторонам полную безопасность. Ищете роскошный пентхаус с видом на парк в Нью-Йорк Сити или поместье в Хэмптоне у воды? Желаете уединиться в собственном замке в горах, а может быть, готовы приобрести личный остров? «Иствуд Пропертиз» поможет вашим мечтам стать реальностью».

Под этим описанием можно было разыскать любую предлагаемую недвижимость, и я вбила название, которое сообщила женщина в голосовом сообщении: «Миллениум Тауэр». Тут же выплыло изображение пентхауса, назначенного на продажу. Всего за двенадцать миллионов долларов я могла получить роскошный дом на Колумбус-авеню с видом на Центральный парк… осталось лишь выписать чек.

Посмотрев видео и два десятка фото, я нажала на ссылку, предлагавшую зарегистрироваться на показ. Всплыло следующее объявление:

«В целях безопасности владельцев имущества все наши потенциальные покупатели должны заполнить заявку на осмотр недвижимости. Мы свяжемся только с покупателями, соответствующими нашим критериям».

 

Я фыркнула. Хорошенькие же у вас критерии, Иствуд. У меня вряд ли хватит денег на билет, чтобы добраться до этого поместья, не то что на само поместье. Бог знает, что в моей заявке внушило ему доверие. Я закрыла сайт и уже собиралась вновь отправиться в кровать, но мне вновь захотелось взглянуть на мистера Романтика на «Фейсбуке».

Господи, он был прекрасен. Что, если…

Но нет.

Ничего хорошего никогда не приходило мне в голову по пьяни.

Я не должна…

Но…

Это лицо…

И эта записка.

Такая романтичная. Такая прекрасная.

И кроме того… я никогда не была внутри пентхауса стоимостью в двенадцать миллионов долларов.

Нет, мне не следует этого делать.

Опять двадцать пять. Я в последние два года только и делала то, что следует. И к чему это привело?

Сейчас я сижу тут, в этой жалкой квартирке, без работы, зато с похмельем. Может быть, пришло время сделать для разнообразия что-то, чего делать не следует? Я взяла телефон, и мой палец завис над кнопкой вызова.

Забей. Не парься.

Никто ничего не узнает. Это даже весело – нарядиться и изобразить богачку из Верхнего Вест-Сайда. А заодно удовлетворить любопытство в отношении этого красавчика. Что тут плохого?

Ничего плохого мне на ум не пришло. Хотя… мы все знаем, что от любопытства кошка умерла.

Я нажала кнопку.

«Добрый день. Это Шарлотта Дарлинг. Я звоню, чтобы подтвердить встречу с Ридом Иствудом…»

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19 
Рейтинг@Mail.ru