bannerbannerbanner
Фривольные письма

Ви Киланд
Фривольные письма

Полная версия

Глава 7
Лука

– Лука? – окликнула меня Сесили, женщина, работавшая за стойкой в моем маленьком почтовом отделении. К счастью, в тот день народу там почти не было. Я закрыла абонентский ящик, чувствуя легкое разочарование от того, что до сих пор не получила ничего от Гриффина. Прошло, должно быть, больше недели после моего последнего письма к нему, и я все сильнее беспокоилась о том, что, возможно, была слишком искренна, поделившись с ним своими сексуальными шалостями – а именно, рассказав о мастурбации фигуркой Фёрби, – и отпугнула его. Когда я вошла в зал почты, примыкавший к комнате с абонентскими ящиками, Сесили подняла палец вверх.

– У меня для тебя посылка. Она не поместилась в ящик. Позволь, я схожу за ней.

– О… Хорошо.

Я думала, что издатель пришлет мне экземпляры моих последних недавно опубликованных книг, но, когда подошла Сесили, неся в руках огромную красную коробку, у меня часто забилось сердце. Неужели Гриффин что-то прислал мне?

Она опустила коробку на прилавок.

– Обычно твои посылки довольно тяжелые, а эта достаточно легкая для своего размера.

Мне пришлось встать на цыпочки, чтобы увидеть обратный адрес. На моем лице засияла улыбка от уха до уха, когда я увидела знакомый почерк Грифа. Сесили заметила это.

– Кажется, то, что обрадовало тебя, дошло в целости и сохранности.

– Да. Я не ожидала получить коробку, только письмо.

Она тепло улыбнулась.

– Что же, надеюсь, там что-нибудь приятное.

Я отнесла посылку в машину, едва сдерживаясь от того, чтобы не разорвать упаковку и не открыть ее прямо на парковке. Обычно я терпела до дома, чтобы прочитать письмо, но теперь чувствовала слишком сильное возбуждение. Положив посылку на переднее пассажирское сиденье, я, подойдя к водительскому месту, села в машину, а затем стала разрывать упаковку, чтобы заглянуть в большую коробку.

Поверх красной папиросной бумаги лежал надписанный моим именем красный конверт. Взяв его, я задумалась, читать ли письмо, но любопытство оказалось сильнее меня, и я, вопреки всем правилам приличия, открыла подарок, даже не прочитав открытку.

Развернув бумагу, я вытаращила глаза.

О боже!

Я расхохоталась. Внутри лежало больше сотни вибрирующих брелоков Фёрби. Я даже представить себе не могла, где, черт возьми, он раздобыл их, поскольку их перестали вкладывать в «Happy Meals» больше десяти лет назад. Взяв один, я посмотрела на донышко и передвинула переключатель на «On». Естественно, брелок в моей ладони завибрировал, отчего я пронзительно взвизгнула, словно мне снова было тринадцать лет.

Я не могла дождаться, пока доеду до дома, чтобы прочитать письмо, и рванула конверт, словно наркоман, нуждающийся в очередной дозе.

Дорогая Лука!

Если бы ты спросила меня о моей самой потаенной фантазии месяц назад, я, вероятно, рассказал бы тебе о том, что раз или два мечтал о небольшом сеансе БДСМ. Я мечтал лишить женщину всех ее чувств – завязать повязкой глаза и закрыть уши наушниками. Она должна была быть одета в ковбойские кожаные чапсы с открытым задом и обута в туфли на шпильках. Ее руки были бы связаны за спиной, а сама она наклонялась бы вперед в позе для порки, и на ее огненно-красных ягодицах отпечатались бы мои пальцы. Я уверен, что ты в состоянии это вообразить с учетом твоего бекона, увлечения порно и все такое.

Но в последнее время все изменилось. Теперь мои самые потаенные, самые черные фантазии граничат с порочными. С порочными, Лука. Я не мог перестать думать о некой женщине ростом в 5,6 фута, лежащей с раздвинутыми ногами в кровати и прижимающей к промежности чертов Фёрби.

Как ни печально, я абсолютно серьезен. Я даже подумал о том, чтобы пойти в группу взаимопомощи – может быть, в группу для фетишистов? Думаю, что они, возможно, поняли бы меня.

Лука, Лука, Лука. Что ты сотворила со мной?

С любовью,
Ми-Ми

P.S. Ты знаешь, что с ними делать. Думай обо мне, когда будешь заниматься этим.

P.P.S. Ты визжишь? Стенаешь? Ты когда-нибудь делала это прилюдно?

P.P.P.S. Мой аккаунт на eBay заблокировали по причине возможного мошенничества, потому что я сделал покупки несколько раз подряд. Ни у одного продавца не было большого запаса вибрирующих Ми-Ми, но в результате мне удалось набрать сотню у семидесяти семи человек!

* * *

Гортензия подумала, что это жевательные игрушки. Я гонялась за ней по всему дому, пытаясь вынуть Фёрби у нее изо рта, но она лишь решила, что я играю с ней. В тот момент, когда я отвоевала у нее очередной брелок, она побежала в мой кабинет и схватила из коробки другой. До прихода Дока на намеченный на этот день сеанс мне нужно было найти безопасное место для моей новой маленькой коллекции, поэтому я притащила из подвала пластиковый контейнер со снабженной фиксатором крышкой и начала перекладывать в него маленькие игрушки. На дне коробки, под кучей Фёрби, лежал сложенный вдвое лист бумаги, наполовину застрявший под клапаном коробки. Я развернула его, думая, что Гриффин, возможно, написал еще одну записку. Но вместо нее я увидела квитанцию eBay на один из вибрирующих брелоков. Должно быть, он случайно забился туда, когда Гриф упаковывал игрушки. В левом верхнем углу была напечатана информация о доставке:

Marchese Music

12 ViaCerritos

PalosVerdesEstates, CA 00274

Вот это да! Должно быть, Гриффин там работает. В «Marchese Music».

И теперь я знала его адрес или, по крайней мере, мне было известно место, где можно его найти. Мой мозг мгновенно заработал на всю катушку. Подумать только, что, если я появлюсь у двери здания, где он работает? Он, наверное, даже не узнал бы меня. Я, возможно, смогла бы увидеть его воочию, а он даже не догадался бы, что это я. Это было бы великолепно.

Рассмеявшись от этой мысли, я закончила упаковывать Фёрби. Но вместо того, чтобы выбросить адрес, я засунула его в выдвижной ящик письменного стола.

Через несколько минут Гортензия взбесилась. Заворчав, она стала носиться туда-сюда, от кабинета к входной двери. Я всегда думала, что свиньи хрюкают, но моя, скорее, громко ворчала. Во всяком случае, она делала это до тех пор, пока Док не въехал на подъездную дорожку.

– Сегодня мы поменяем наши планы, Лука! – закричал он, открывая застекленную дверь.

Я потянула Гортензию за ошейник, чтобы оттащить ее от двери.

– Пойдем, девочка, оставь доктора в покое. Он захочет поиграть с тобой, только когда у тебя отрастут крылья.

Наклонившись, Док дал Гортензии угощение, достав его из кармана. В качестве лакомства для свиньи он принес в одном кармане хрустящее печенье с арахисовым маслом, а в другом – собачьи галеты.

– Лука, дорогая, приготовьтесь, сегодня мы идем в зоомагазин!

Я замерла на месте.

– Нет, мы не пойдем. Вы сказали, что сегодня мы прогуляемся.

– Я сказал так, потому что, когда я говорю вам, что нам предстоит какого-либо рода сеанс экспозиционной терапии, вы проводите несколько дней в стрессе, и это приводит к тому, что мы идем на прогулку. А так у вас остается меньше времени на то, чтобы начать нервничать заранее.

– Если не считать того, что пятидневный стресс заменит пятнадцатиминутная поездка на машине в магазин, когда моя голова, возможно, взорвется.

Док нахмурился.

– Не думаю, что получится именно так.

– Не помните, как в последний раз мы ездили в зоомагазин?

Несколько месяцев назад мы попробовали заняться экспозиционной терапией в выходной день перед Пасхой. Неизвестно, кому – Доку или мне – пришло в голову поехать в магазин в тот самый день, когда там расхаживал человек, наряженный в костюм Пасхального кролика и делавший фотографии с домашними животными. Мы вошли через боковую дверь, поэтому не увидели заполненной до отказа парковки. Магазин смахивал на сумасшедший дом, переполненный людьми и их питомцами. Дойдя до половины первого прохода, я почувствовала такое головокружение и тошноту, что, задыхаясь, была вынуждена сесть на землю. К сожалению, я случайно села в лужицу собачьей мочи. Когда я, наконец, набралась храбрости, чтобы покинуть магазин, все собаки решили, что я – пожарный гидрант, и захотели обнюхать меня – точнее, обнюхать мой зад.

– На этот раз мы пойдем в магазин поменьше. И утром, по дороге сюда, я заехал в него и убедился, что сегодня там не проводится никаких мероприятий.

От этого мне слегка полегчало.

– Почему бы нам не пойти в магазин во время следующего сеанса, а сегодня просто совершить чудесную прогулку? Погода стоит прекрасная.

Он покачал головой.

– Мне нужно купить новый корм для птиц. Белка рассыпала корм для колибри.

– У вас во дворе не меньше двадцати кормушек. День-другой колибри смогут поесть что-нибудь другое.

Подойдя ко мне, Док положил обе руки мне на плечи.

– Поверьте мне, Лука. Смысл наших терапевтических встреч не в том, чтобы пойти в магазин и избежать панической атаки. Или пережить паническую атаку, когда она вполне ожидаема. Смысл экспозиции в том, чтобы войти в пугающую ситуацию и справиться с панической атакой, когда она начнется. Мы пройдем через это вместе.

Я закрыла глаза.

– Хорошо.

– Узнаю свою девочку.

* * *

– Итак, расскажите мне, что у вас нового с другом по переписке.

Мы с Доком припарковались у зоомагазина, но мне потребовалось несколько минут для того, чтобы достаточно успокоиться и войти внутрь; поэтому мы прогуливались по кварталу. Я поняла, что он упомянул Грифа, дабы отвлечь меня, но, честно говоря, если мысли о Грифе и могли мне помочь переключиться, я не была уверена, что могу что-то сказать.

– Он прислал мне подарок.

– О?

 

Я не собиралась рассказывать Доку историю о мастурбации с участием Фёрби, поэтому уклонилась от правды.

– Просто игрушки, которыми я увлекалась в прошлом, когда мы были детьми. Не то чтобы он прислал мне бриллианты или что-то в этом роде.

– Я уверен, что в любом случае он помнит что-то такое, что значит для вас больше, чем ювелирное украшение.

Я улыбнулась. Док действительно хорошо знал меня.

– Уже некоторое время мы обмениваемся письмами раз в неделю, и наши отношения отчасти приобрели… личный характер. Например, мы открыто говорим о своих свиданиях и о сексуальной жизни или, скорее, об отсутствии ее у меня.

– И вы оба до сих пор не обменялись свежими фотографиями и не говорили по телефону?

– Я попыталась. Но Гриф сказал, что предпочитает хранить тайну.

Док на минуту замолчал.

– Вы верите в то, что он говорит правду?

Об этом я много думала в последнее время. Меня не покидало ощущение, что Гриф доверяет мне не так, как в те времена, когда мы были детьми. И действительно: он не пожелал говорить о своей работе, сказав лишь, что все сложилось не так, как он планировал. И он изворачивался даже тогда, когда речь заходила о его внешности, что навело меня на мысль о том, что Гриф, возможно, смущается того, что не добился в музыкальной индустрии таких успехов, на которые рассчитывал, и, может быть, потерял уверенность в себе. Вероятно, мне не стоило говорить ему о собственных успехах и хвастаться тем, что мой дебютный роман попал в список бестселлеров New York Times.

– Не знаю. Предполагаю, что он немного стесняется своей работы и его уверенность в себе пошатнулась. Довольно забавно, потому что все это не имеет никакого значения. Мне все равно, как он выглядит, или работает, к примеру, на складе продуктового магазина. Когда в прошлом я назначала свидания в Сети, я не давала мужчине никакого шанса, если он не казался мне физически привлекательным. Однако мне, честно говоря, плевать, похорошел ли Гриффин с возрастом или у него огромный шрам через все лицо. Я люблю душу этого парня и его чувство юмора.

– Это очень разумно. Звучит так, будто вы испытываете определенные чувства к этому мужчине.

Я вздохнула.

– Думаю, что да. Но не знаю, как сделать так, чтобы Гриф понял, что нравится мне таким, как есть, и что его внешность не имеет значения. Сложно обсуждать эту тему в письмах. Но я думаю, что попробую слегка его подтолкнуть.

– Хорошо. Мне определенно любопытно познакомиться с мужчиной, вызвавшим у вас интерес.

– У нас с вами, Док. Забавно, что мы могли бы это сделать. На дне посылки я нашла квитанцию с адресом, по которому Грифу доставили подарок для меня. Вероятно, он работает в этой компании. Мы с вами могли бы появиться там, и он даже ничего не узнал бы. К тому же внешне я сильно изменилась за последние десять лет. Очень жаль, что он не живет поближе, а то я бы уже съездила туда, потому что сгораю от любопытства.

Прогулявшись по кварталу, мы вернулись к входной двери зоомагазина. На парковке стояло несколько машин, но не так много, как в наш прошлый приезд сюда.

Док посмотрел на меня.

– Думайте о том, что сегодня делаете еще один шаг к тому, чтобы увидеть Гриффина. Кто знает, сегодня мы посещаем зоомагазин… а в следующем месяце вы могли бы сесть на самолет и полететь в Калифорнию.

Если бы только все было так просто! Сделав глубокий вдох, я оттянула ворот майки. Только от одного вида двери мне стало жарко, и я почувствовала себя в замкнутом пространстве.

– Давайте покончим с этим.

* * *

– Вы отлично справились сегодня, Лука, – сказал Док, когда я въезжала на подъездную дорожку к своему дому. Он нагнулся и взял с пола машины пакет из зоомагазина.

– Думаю, отлично – это с натяжкой.

– Вы недооцениваете себя. Вы провели внутри почти десять минут.

– Девять с половиной минут из них я простояла у двери.

– Все нормально. Не имеет значения, насколько далеко вы зашли в глубь здания. Для вас важно то, что вы испытывали панику и справились с ней. Вы могли бы очень легко выбежать через дверь, но вместо этого вы остались стоять на месте и выдержали. Это прогресс.

Вероятно, Доку казалось, что в этот день я продвинулась вперед, но я просто чувствовала себя опустошенной. Какая разница, как Гриф выглядит? У меня же нет никакой возможности когда-нибудь полететь на самолете.

Я вымученно улыбнулась.

– Спасибо, Док. Я ценю то, что вы попытались сделать сегодня.

– Прогресс требует времени, Лука. Не расстраивайтесь. Возможно, вы не там, где хотели бы быть, но также не там, где были вчера. Каждый день вы делаете один маленький шажок. Просто смотрите вперед и шагайте, и я обещаю вам, что однажды вы обернетесь назад и удивитесь, как далеко увели вас эти крохотные шаги.

– Хотела бы я знать, сколько маленьких шажков отсюда до Калифорнии, – пошутила я. – Во всяком случае, мне не придется беспокоиться о том, как Гриф выглядит, потому что в любом случае к тому времени, когда я доберусь туда, катаракта не позволит мне его разглядеть.

Доводы Дока не сработали и не слишком ободрили меня. Я устала стремиться к тому, что делают нормальные люди, и была разочарована своей неспособностью победить страх. Той ночью я не стала отвечать Грифу, не желая, чтобы он догадался, в какую ярость привело меня мое скверное настроение. Я также не могла заснуть. Я часами крутилась и вертелась до тех пор, пока, наконец, не встала с кровати и не приняла снотворное – сделала то, что не любила делать слишком часто. От таблеток я просто вырубилась.

Ничего удивительного не было в том, что я проспала весь следующий день. Я проснулась от громкого звука сирены – не автомобильной, скорее, похожей на сигнал поезда или тягача с прицепом. В первый раз, услышав ее, я натянула одеяло на голову и попыталась не обращать внимания. Но после третьего раза Гортензия начала ворчать как ненормальная, поэтому я встала с кровати, чтобы посмотреть, что происходит.

Какого черта?

Потирая глаза, я подняла жалюзи выходящего на улицу окна, чтобы рассмотреть получше. Я была совершенно уверена, что глаза меня не обманывают. Перед моим домом припарковался гигантский кемпер с деревянной облицовкой, похожий на те, что ездили в семидесятых годах прошлого века. Увидев меня, водитель опустил стекло.

О боже, я просто в ужасе!

Это был Док. Наполовину высунувшись из окна машины, он стал энергично размахивать мне, будто я могла его не заметить.

– Посмотри, что есть у моей сестры Луизы! Бьюсь об заклад, по пути мы сможем увидеть кучу птиц!

Открыв входную дверь, я прикрыла ладонью глаза от слепящего солнца.

– По пути куда? Невозможно представить себе, чтобы я села в эту хреновину с Доком за рулем.

– В Калифорнию, глупышка!

Глава 8
Гриффин

Ни черта себе. Я не мог оторвать от нее глаз.

Пару часов назад Джулиан прислал фотографии Луки, и с тех пор я не сдвинулся с места. Она была намного красивее, чем я воображал. Если честно, учитывая ее странности, я почти ожидал, что она чуть лучше обыкновенной девушки. Окажись она обыкновенной, я отреагировал бы совершенно нормально, потому что, если оставить в покое внешность, химия, возникшая между нами, так или иначе, выходила за рамки обычного. Но что теперь? Теперь, увидев настоящую Луку, я нокаутирован? Это подлило еще больше масла в огонь, и я сомневался, что когда-либо смогу погасить его.

У нее были те же длинные каштановые волосы, которые я помнил по фотографии, присланной мне много лет тому назад. Ее огромные зеленые глаза сияли, как прекрасные небесные светила, позволяя заглянуть ей в душу. Мне часами хотелось смотреть на них.

Вот это да.

Она выглядела улучшенной версией… Как назывались эти куклы… Те, что просила больная девочка в больнице? Я послал ей дюжину. Куклы Блайз[8]! Точно. Со своими чудесными глазами Лука походила на ожившую куклу Блайз.

Теперь, когда я увидел ее, мое чувство вины выросло в десять раз. И это не все, Джулиан щелкнул ее в почтовом отделении в тот самый момент, когда она получала мой подарок. Когда она открыла коробку с Фёрби, на ее лице отразился такой восторг, что я не скоро смог бы забыть его. О красавица. Как приятно видеть, как ты улыбаешься, видеть, что ты счастлива.

Джулиан также прислал из Вермонта несколько снимков вместе с письменным отчетом о первых результатах своего расследования.

Привет из Монпелье!

Прилагаю все фотографии, сделанные мной после приезда сюда.

Это все, что мне пока удалось узнать. Как видишь, твоя подруга довольно красива, и это хорошая новость. Остальное, если ты меня спросишь, выглядит чертовски странно, поэтому я повременю с отъездом.

Прежде всего, она водит свинью на поводке. Да, так и есть, СВИНЬЮ. Чертова свинья. Не знаю, что все это значит. Кроме того, что она время от времени выгуливает ее, создается впечатление, что она выходит из дома только для того, чтобы съездить на почту и вернуться обратно. Поэтому мне довольно легко следить за ней.

Еще одна странность. Есть один старикан, он однажды заезжал за ней, и они уехали вместе. Я проследил за ними до зоомагазина и обратно. Это все. Не уверен, дедушка ли он ей или покровитель, либо кто-то еще. Я думаю, что он чересчур любопытен, потому что видел, как на улице у ее дома он смотрел в бинокль.

Настоящий извращенец. Странная фигня, приятель. Если хочешь, чтобы я получше присмотрелся к нему, сообщи мне.

История приобретает еще более странный характер. На следующий день тот же мужик подъехал к ее дому в старом фургоне. Она забралась туда, оставалась там несколько минут, а потом снова убежала в дом. Понятия не имею, что все это значит.

Это почти все, что я пока узнал. Я не смог бы связать концы с концами, чтобы понять, какой в этом смысл, даже если бы ты заплатил мне двойную плату или если бы от этого зависела моя жизнь. Не знаю, какая еще информация тебе требуется.

Как бы то ни было, в довершение всего, вчера вечером в здешнем баре я нашел себе подружку. Ее зовут Ванесса. Я подумываю о том, чтобы немного задержаться в городе, если ты хочешь, чтобы я продолжил работу. Старикан явно что-то задумал. Я просто уверен в этом.

Жду ответа!

Джулиан

Каким бы странным ни показался Джулиану образ жизни Луки, я все понял. Я знал, что пу́гало – эксцентричный психотерапевт, с которым она часто осмеливалась выйти на улицу, потому что она упоминала его в своем первом письме. И, разумеется, я уже знал о Гортензии. Поэтому, каким бы странным ни выглядел образ жизни моей подруги, я абсолютно не встревожился.

Я ответил Джулиану, чтобы он оставался там до тех пор, пока я не сообщу ему своего решения. Я не думал, что он найдет еще что-нибудь стоящее, но в данный момент ему явно нечем больше было заняться – если не считать Ванессы, – поэтому я решил ненадолго задержать его там.

* * *

– Мистер Арчер?

Черт. Видимо, шапка и солнцезащитные очки отнюдь не помогли мне замаскироваться, когда я попытался незамеченным войти в почтовое отделение.

– Да.

– Не могли бы вы дать мне автограф?

– Конечно, – сказал я, быстро накорябав свою подпись на каком-то конверте, который девушка держала в руках.

– Я – ваша большая поклонница, – пропищала она. – Вы не представляете! «Лука» – моя самая любимая песня.

Х-м. Она мне напомнила кое о чем.

– Спасибо, – сказал я, прежде чем рвануть от нее.

Это было еще одно, с чем мне приходилось считаться. Как мне объяснить Луке, что написал в ее честь свою самую успешную песню – больше похожую на бред сивой кобылы – однажды ночью, когда был пьян и зол на весь свет? Кто же знал, что она, с первого же дня после исполнения, станет одним из самых популярных шлягеров? Безусловно, я, сочиняя ее, вообще не думал, что мы с Лукой возобновим нашу переписку.

Я вздохнул, полагая, что сейчас эта песня была наименьшей из моих проблем.

Натянув на голову капюшон, я ускорил шаг, так чтобы меня больше никто не узнал. В конце концов, я держал в руках письмо Луки, и мне не терпелось поскорее вернуться в машину.

Разорвав конверт, я жадно принялся читать.

Дорогой Гриффин!

Формально я использовала трех Фёрби. Хорошо, что ты купил так много, даже если тебе для этого пришлось пожертвовать своим аккаунтом на eBay. Прости меня за это, но я почему-то громко рассмеялась, когда ты написал, что его заблокировали. Серьезно, спасибо за такой удивительный подарок. Думаю, что много лет не улыбалась и не смеялась так, как в тот момент, когда открыла его. И, да, я на полном серьезе говорю о том, что уже использовала три из них. (Ой!) Кстати, я каждую секунду думала о тебе.;) Я подумывала послать тебе видео, чтобы доказать, как я оценила твой подарок, но решила, что, возможно, взбешу тебя. Хотел бы ты получить нечто подобное от меня? Видео? Для этого нам, конечно, пришлось бы обменяться телефонными номерами и адресами электронной почты. Что также могло бы привести – АХ – к телефонному разговору. А телефонный разговор мог бы привести – АХ – к встрече. А встреча могла бы привести к… ну, ты сам знаешь. Я понимаю, ты говорил, что нам сейчас не стоит спешить и что для тебя важно соблюдение тайны. Не пойми меня превратно, МНЕ НРАВИТСЯ, что у нас такие отношения. Но я не знаю… разве ты не хочешь большего?

 

Я на минуту оторвался от письма.

Черт.

Дерьмо.

Черт.

Я почувствовал страх. Не стоит и говорить о том, что мой член немедленно затвердел, как каменный. Странное сочетание. Я понимал, чем все кончится, и очень смутился. Глубоко вздохнув, я продолжил чтение.

Прости, что зачеркиваю строчку, не дописав до конца. Но в последнее время на меня это сильно давит. Мне действительно хотелось бы, чтобы наше общение не ограничивалось письмами. Я схожу от тебя с ума. Вот, я сказала это. Ты волен сделать вид, будто я этого не говорила. Если ты промолчишь, я приму это как намек на то, что не стоит больше заводить разговор обо всем этом. (Хм, кто теперь устанавливает камеры наблюдения?)

Ладно, теперь, когда я облегчила душу, я отвечу на твои вопросы. Ты хотел знать, визжу я или стенаю. На самом деле, то и другое, но чаще всего я доставляю себе удовольствие, потому что именно тогда мне приятнее всего, и не тревожусь о том, что думают другие. Кроме того, я живу в очень уединенном месте, так что никто, кроме Гортензии, моего визга не услышит. Это оправданно, если ты хочешь уединения, но не совсем удобно, если тебя могут зарубить топором или если на тебя нападет медведь гризли.

В ответ на твой второй вопрос скажу, что я никогда не делала этого в публичном месте, но, думаю, если бы я это сделала, то, возможно, в Калифорнии.;) Кстати, я вставила в это письмо второй смайлик и начинаю немного паниковать. Больше никаких смайликов.

Пожалуйста, скажи, что я не испугала тебя своим намеком на видео.

Лука,
Твоя любимая подруга по переписке

P.S. Ты предпочитаешь бритый лобок, взлетную дорожку или мохнатый ковер? Спроси у подруги.

P.P.S. Возможно, эту подругу зовут Лука.

Я снова глубоко вздохнул, откинувшись на сиденье. Черт. Что теперь?

То, что я установил слежку за ней, с моей стороны было чертовски нечестным. Казалось, я не смог бы жить, не увидев ее, и, однако, даже не предоставил ей такой же возможности по отношению ко мне. То, что я совершил, смахивало на воровство.

Я должен сказать ей правду.

Но, когда она узнает, кто я, это разрушит все, что между нами возникло. Я полюбил ее за письма, за ее беспристрастность. Лука стала буквально единственным человеком на свете, который действительно знал меня таким, как есть. Мысль о том, что это когда-либо изменится… ну, я не мог себе этого представить. В то же время теперь, когда я увидел ее, больше всего мне хотелось вдохнуть ее запах, попробовать ее на вкус, быть с ней во плоти. Хотя между нами никогда не было физической близости, теперь ее образ просто не выходил у меня из головы. Лука, Лука, Лука. Что мне с тобой делать? Похоже, мне нужно время, чтобы все продумать.

* * *

Однажды днем, вернувшись из студии, я собрался с силами и в конечном счете попытался выиграть немного времени.

Дорогая Лука!

Если это письмо придет чуть позже, чем другие… то оттого, что я несколько дней, запершись в своей комнате, дрочил при мысли о том маленьком видео, которое ты хотела бы прислать мне. В результате чего напрашивается вопрос: ты пытаешься убить меня? Знаешь, есть другие способы убивать людей, кроме топоров и медведей гризли. Предложить подобное, когда я даже не могу прикоснуться к тебе – один из них. Совершенно уверен, что речь идет о преступлении в форме пытки. Я рад, что ты нашла достойное применение для Фёрби, даже если три из них в процессе были принесены в жертву. Они явно не рассчитаны на долгосрочное употребление.

Я определенно хожу вокруг да около, не так ли?

Ладно.

Приступим.

Думаю, что то, на чем, наряду с другим, строились наши отношения, была слепая вера. Ты согласна? Ты слепо доверяешь мне? Я честно могу сказать, что слепо доверяю тебе. Не думаю, что мог бы сказать это о ком-либо из живущих на Земле. Итак, с учетом сказанного, я прошу тебя об услуге. Мне нужно, чтобы ты верила мне, когда я говорю, что самое лучшее для нас в данный момент – это оставить все, как прежде. Я отношусь к тебе по-особому, Лука. И хочу быть мужчиной, который подойдет тебе. Мне грустно признаться в том, что в настоящее время это не так. Иногда, когда следуешь за своей мечтой, понимаешь, что за нее нужно платить, и цена намного выше, чем ты ожидал.

Но я пытаюсь представить себе, как все рано или поздно изменится. Мне отчаянно хочется встретиться с тобой и столько всего совершить вместе с тобой (и для тебя). Когда наступит подходящий момент для следующего шага, обещаю, что сообщу тебе. И надеюсь, все это будет иметь смысл.

Ты можешь сделать это для меня? Можешь слепо довериться мне? Не отвечай сейчас, подумай не спеша. Подумай обо МНЕ и спроси себя, веришь ли ты на самом деле в то, что я когда-нибудь нарочно обижу или обману тебя.

Что касается другого неотложного дела, в частности, твоей промежности и моих предпочтений по этому поводу. Поверь, когда я говорю тебе, что приму тебя, какой бы ты ни отдалась мне, безволосой или еще более мохнатой, чем вышеупомянутый медведь гризли. Я буду наслаждаться каждой секундой, когда прикоснусь к тебе, и доставлю тебе самый лучший оргазм в твоей жизни, лучше, чем это получалось с Фёрби. Я мечтаю об этом каждый день, Лука.

До скорого, приятель,

Гриф

P.S. Ты предпочитаешь кавалера или круглоголового? (необрезанного или нет). Спроси об этом друга.

P.P.S. Возможно, этого друга зовут Ми-Ми.

8Куклы Блайз – коллекционные куклы с огромными глазами и задумчивым выражением лица.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru