–Б***ь, Лёха! Я не успеваю, на х*й, этому уё**у отвечать! Он, с*ка, по пять сообщений в секунду ху**ит!
И так – сутками. На эти возгласы я старался не отзываться. Создавая для Сан Саныча ощущение риторического монолога. В этот период запомнился особенно выделившийся случай:
Поздний вечер. Организация закрылась на ночь. Тишина. Освещение всюду выключено, лишь из приоткрытого дверного проёма падает тусклый свет на противоположную стену коридора с тенью грузной фигуры Сан Саныча. Я вышел в коридор от греха подальше и уселся в кресло с видом прямо на эту тень. Тишина. И вдруг, тень издала неимоверное колебание, сопровождавшееся истошным воплем:
– Где буква "ц", б***ь?!! Где, с*ка, эта ё****я буква, б***ь!!!
Признаюсь честно – я испугался до мозга костей. От этого вопля, наверное, пробудился Тутанхамон. Я подскочил с мыслью о том, что случилось действительно что-то ужасное и с искренним желанием помочь Сан Санычу справиться с бедой – настолько внушительно он заорал… Так он отвлекал себя от плохих привычек. Всё глубже и глубже познавая науку виртуального общения и соцсеть "Одноклассники ", Сан Саныч бросил курить и даже пить, но зато теперь его было не отвлечь от смартфона.
Когда мы с ним садились играть в шахматы, то по его ходам было видно, что он вообще где-то не здесь, витает в сетевых просторах, затем, понимая, что проиграл, он разворачивался и ( спокойно, без единого всплеска и открытий тайн моих качеств!) уходил:
– Да ну на х*й эту игру ё***ую. У меня по-круче темы есть! Ищи своих! – и, доставая смартфон, начинал лаяться на него. Да, да! Он стал ругаться и просто разговаривать со смартфоном. Ну, знаете, как старики беседуют с телевизором или с радио, как бабки ругаются на кошек, ведя с ними нравоучительные монологи и назидания, – так вот и он ругался на смартфон, обливая его причудливыми словами из своего жаргона.
Как шуршит газета он, наверное, забыл вообще, как и существование новостей спорта. Почтальона, который приносил газету, я поймал у входа в организацию и объяснил, что подписчик в плохом состоянии и просил его не беспокоить. А газету попросил я почтальона больше не приносить и подписку больше не продлевать…
Что творилось в "секретной деятельности" в регистрации прогресса колебаний – страшно представить. Сан Саныч настолько потерял бдительность, что в дневнике прогресса стали появляться умопомрачительные несуразицы. Мне приходилось сидеть с ним рядом и, контролируя, следить за тем, что он пишет, постоянно поправляя алогичные мысли Саныча. Так у меня случился ещё один приступ ужаса:
Ближе к вечеру Сан Саныч, еле оторвавшись от "Одноклассников", сел за стол описывать дневной прогресс колебаний. Я же уселся на диван по правую сторону от него так, что рука, которой он писал, была на довольно близком расстоянии от моего лица. И тут я вдруг заметил, что Сан Саныч пишет, будто в судорогах, сжимая ручку до синевы пальцев; и по его лицу с искажённой гримасой и взглядом, косящимся в сторону смартфона, я понял каких усилий ему стоило отвлечься… И вдруг что-то со световой скоростью пролетело перед моими глазами, чиркнув меня по носу так, что я невольно отшатнулся и, прикрыв лицо руками, посмотрел в сторону уже разбившийся в щепки вещицы. Это была ручка.