Litres Baner
Избранное в 3 томах. Том 3: История и культура

В. В. Жириновский
Избранное в 3 томах. Том 3: История и культура

В 1774 году турки запросили мира. В июле был заключен Кучук-Кайнарджийский договор, по которому турки обязались признать независимость татар и уступить в вечное владение России крепости Кинбурн, Еникале и Керчь, а также город Азов. Россия выговорила себе право вступаться официально за христианских подданных султана. Россия прочно вышла на берег Черного моря. Через 9 лет потерявший опору на турок Крым был окончательно манифестом Екатерины II присоединен к России.

Кучук-Кайнарджийский мир, а затем и присоединение Крыма к России нанесли сильный удар по турецкому могуществу. Турции необходим был реванш. В августе 1787 года Турция объявила войну России. Кампания 1787–1788 годов началась наступлением турок на город Кинбурн, расположенный напротив Очакова. Разделял их днепровский лиман. Турки заняли подступы к Кинбурну: взяв часть своего сильного очаковского гарнизона, они посадили солдат на суда и высадили их на косу в районе Кинбурна. Командовавший войсками в Кинбурне Суворов подпустил турецкие войска на 200 метров к линии русской обороны и, открыв огонь, начал стремительное наступление. Турки выдержали первый удар и стали теснить наши войска. Суворов ввел в бой свежие войска, в том числе казаков. Турецкий визирь, дабы лишить свои войска возможности к бегству, отвел от берега суда. Это возымело обратное действие. Лишенные поддержки орудий с судов турки были отброшены в море. Из 8.000 человек в живых осталось только 700 турок. После трехмесячной осады Очаков был взят русскими войсками.

В 1789 году русские поставили себе задачей овладеть крепостями по Днестру – Бендерами и Аккерманом. Суворов, совместно с союзными австрийскими войсками, атаковал турецкий авангард, разбил его и обратил в бегство. Затем союзные войска атаковали основные силы турок (от 90.000 до 115.000 человек) и наголову разбили их.

В 1790 году русские военные силы сосредоточились на овладении крепостями Килиею, Тульчею и Измаилом. Последняя была особенно укреплена. В ней стоял гарнизон в 35.000 человек. Взятие Измаила было поручено Суворову. Его войска подошли к крепости 2 декабря. Суворов послал турецкому коменданту крепости знаменитое «предупреждение»: «Я с войсками сюда прибыл. 24 часа на размышление – воля. Первый мой выстрел – уже неволя; штурм – смерть. Что я оставляю вам на рассмотрение». Штурм был произведен 11 декабря. В 5 часов 30 минут в густом тумане войска двинулись на штурм.

Несмотря на сильный огонь русские войска спустились в ров по штурмовым лестницам и овладели валом и несколькими бастионами. Турки оказали отчаянное сопротивление внутри крепости. Завязался рукопашный бой. 26.000 турок было убито, 9.000 взято в плен. Русские войска потеряли 1.880 человек убитыми, и 2.648 человек было ранено.

А. Петрушевский так описывает в вышецитированной книге штурм Измаила: «Измаильский штурм отличался нечеловеческим упорством и яростью турок, и не мудрено: они знали, что им пощады не будет после предшествовавших штурму переговоров. Но это упорство безнадежного отчаяния, в котором принимали участие даже вооруженные женщины, могло быть сломлено только крайним напряжением энергии атаковавших, высшею степенью возбуждения их духа. Все это было произведено Суворовым. Храбрость русских войск под Измаилом дошла как бы до совершенного отрицания чувства самосохранения… Многие из участников штурма потом говорили, что глядя при дневном свете и в спокойном состоянии духа на те места, по которым они взбирались и спускались в ночную темноту, они содрогались, не хотели верить своим глазам и едва ли рискнули бы на повторение того же самого днем».

В штурме, кроме самозабвенной храбрости русских офицеров и солдат, помог точный расчет Суворова: точное направление колонн, расположение орудий и стрелков, расположение и число резервов. В городе не произошло ни одного пожара. На небосклоне блестящих русских полководцев всходила новая звезда: видную роль в штурме сыграл Кутузов, назначенный Суворовым комендантом Измаила еще до взятия крепости. Истощенная войной Турция запросила мира. Россия получила земли между Бугом и Днестром.

Турецкие войны способствовали развитию русского военного искусства. Сохраняя самобытность, оно достигло небывалой высоты. Суворов, добиваясь от своих войск храбрости, выносливости и послушания, внушал им чувство превосходства над противником и веру в победу, твердо проводя принцип взаимной выручки, в то же время требовал хорошего обращения с побежденными.

Блестящий военный опыт Суворова оказал сильнейшее влияние на русскую военную стратегию и тактику. Осуществленный Суворовым резкий «выброс» своих войск навстречу не ожидавшего их еще противника (проведенный, кстати, вопреки требованиям командования) и разгром вражеских полчищ, не успевших еще перейти в наступление, многократно в разных вариантах проводился русской армией и всегда с успехом. Изменение стратегии, переход к чисто оборонительным принципам ведения войны неизменно вели к тяжелым поражениям и потерям.

Наиболее трагическим примером забвения выработанной русскими полководцами «наступательной обороны» может служить положение Красной Армии в первые годы второй мировой войны. Взятая советским правительством установка на исключительно «оборонительную» военную стратегию привела к неподготовленности Красной Армии к отражению и разгрому тщательно подготовленного немецко-фашистского вторжения в Советский Союз. В результате не только наша армия, но и мирное население западноевропейской части нашей страны понесли неслыханные потери. Стране понадобилось несколько лет, чтобы подготовиться к ведению наступательных военных операций. Страдала не только армия, но весь народ, нечеловеческими усилиями ковавший наступательную военную технику. Только с применением традиционно русских «упреждающих» ударов по подготовленным, но еще не перешедшим в наступление военным силам противника, удалось остановить, а затем и наголову разбить агрессора. Так были сокрушены еще не перешедшие в наступление, «застрявшие» под Сталинградом немецко-фашистские войска Паулюса. Таким «упреждающе разгромным огнем» были поражены готовившиеся к наступлению фашистские войска на Курской Дуге.

В годы после второй мировой войны многолетнее сохранение мира обеспечивалось силой наступательных войск, сосредоточенных в странах Варшавского блока, в том числе Восточной Германии. А также – мощным атомным вооружением Советской Армии.

Осуществленный собравшейся с силами Советской Армией разгром фашистских полчищ, перед которыми спасовали и склонились многие страны Европы, произвел неизгладимое впечатление на весь мир. Наша измученная войной страна была по праву признана сверхдержавой, разделив этот высокий статус с неослабленными второй мировой войной Соединенными Штатами. Не удивительно поэтому, что и теперь, после неожиданного распада нашего мощного государства в результате предательства «изнутри», обрадованные неожиданным исчезновением конкурента по статусу сверхдержавы США стремятся всеми силами – дипломатическими и материальными – прежде всего подорвать, уничтожить наше наступательное вооружение, прекрасно понимая, что только лишившись своих ударных военных сил, наша страна окажется беззащитной перед мировым господством США и уязвимой для любых насильственных действий как с Запада, так и с Востока. Именно поэтому США, сами находящиеся не в лучшей финансовой форме, готовы предоставить нам изрядную сумму долларов для уничтожения нашего наступательного оружия, что безусловно поведет к обессиливанию нашей страны.

Землевладение и крестьянский вопрос

На протяжении всей истории России одной из главных, сложных и болезненных проблем было землевладение и, соответственно, землепользование. На ранней стадии формирования государства Российского земля находилась в государственной собственности, собственности князей. Московские князья, а позднее цари, наделяли землей «служилых людей», отправлявших воинскую службу за счет «доходов», «повинностей», получаемых от заселявших эти земли крестьян, переходивших в распоряжение «служилых людей» вместе с даруемой им землей.

Вплоть до XVI века крестьяне не были безотрывно привязаны к земле, могли переходить из одних поместий в другие. Постоянная потребность помещиков в рабочих руках способствовала подвижности («бродячества») сельских тружеников. Заинтересованные в сохранении рабочей силы помещики, с одной стороны, переманивали друг у друга крестьян, с другой, – пытались удержать своих земледельцев путем выдачи им ссуд, получением от них долговых расписок. В конце XVI века переход крестьян к другим помещикам был затруднен путем введения права взимания с них высокой платы (т. н. «пожилых») за переход, и был установлен для этого один срок в году – за неделю до Юрьева дня осеннего (26 ноября) и неделя после Юрьева дня осеннего, т. е. после окончания сельскохозяйственных работ. Крестьяне, покинувшие своих хозяев в иные сроки, считались «беглыми», с правом розыска их до 5, а с середины XVII века – до 10 лет.

Переписью населения (1646–1648) великорусское крестьянство было полностью закрепощено. Малороссия после свержения польского ига еще сохраняла за крестьянами свободу. Крестьяне были там обязаны платить подати в казну, сдавать натуральные повинности на войсковые нужды – на содержание казаков, несших военную службу. Екатерина II лишила малороссийских крестьян свободы, прикрепив их к земле. К концу XVII века казацкие старшины стали сами обзаводиться землей путем скупки, захвата, пожалованием.

С ростом народонаселения в западноевропейской части России наличие рабочей силы в сельском хозяйстве начинает превышать спрос. Земля дорожала. К тому же крепостное право сковывало рост производительности труда в сельском хозяйстве: даровая рабочая сила тормозила необходимость внедрения сельскохозяйственной техники. Низкая производительность труда вела, с одной стороны, к обнищанию крестьянства, с другой, – к разорению помещиков.

Крепостное право тормозило и развитие промышленности: отсутствие вольнонаемных рабочих препятствовало росту фабричного производства, росту городов. Тогда же, в конце XVII века, был поднят вопрос об освобождении крестьян с предоставлением им в пользование земли, которую они обрабатывали, «с оплатой в казну известной доли». Князь В. В. Голицын пришел к выводу о целесообразности для развития России освобождения крестьян с землей. По письменному свидетельству де-ля-Невиля, польского чрезвычайного поверенного, «целью князя было поставить Россию на одну ногу с прочими государствами; для этого он велел собрать сведения обо всех европейских государствах и их прибавлении». Произведя необходимые подсчеты, В. В. Голицын пришел к выводу, что такого рода реформа «увеличила бы ежегодно с лишком половиною доход царский». К сожалению, князю Голицыну, хранителю «царственных больших печатей» и «посольских дел сберегателю», светлому уму России, не суждено было отстоять свою точку зрения. За связь с царевной Софией Петр I обрек князя В. В. Голицына на пожизненное изгнание.

 

Только более полвека спустя, когда уже в полной мере проявилась экономическая нецелесообразность сохранения земельного крепостного права, было правительством в 1736 году дано разрешение владельцам фабрик – дворянам на покупку крепостных для работы не на земле, а на фабрике, что привело к появлению «поссесионных фабрик» с крепостными рабочими. Лишь спустя 100 лет, по просьбе самих фабрикантов, был издан закон об освобождении поссесионных рабочих, низкая производительность труда и невыгодность содержания которых целое столетие тормозили развитие русской промышленности. Этот закон об освобождении действовал только на западноевропейской части России: в менее населенных районах, в частности на Уральских землях, труд крепостных использовался вплоть до 1861 года.

Забота о крепостных становилась в тягость самим помещикам. Так, губернский предводитель смоленского дворянства писал Николаю I: «Владельцы искренне желали бы пользоваться произведениями своей земли без тяжелой обязанности пещись о своих крепостных людях. Но чтобы выйти из нынешнего положения, необходимо, чтобы как владельцы, так и крестьяне не зависели друг от друга и, не будучи обязаны как теперь, нуждаясь, однако, друг в друге: помещик в работнике – работник в помещике, крестьянин в земле и работе. Но этого результата можно достигнуть не прежде как когда крестьяне не будут крепки к земле».

Вопросом освобождения крестьян непосредственно занялся Николай I. Выступая в 1842 году в Государственном Совете, он признал необходимость раскрепощения крестьян: «Нельзя скрывать от себя, что мысли уже не те, какие бывали прежде, и всякому благоразумному наблюдателю ясно, что теперешнее положение не может продолжаться вечно». Осуществлять подготовку к раскрепощению он поручил графу П. Д. Киселеву (1788–1872). Николай I не рассчитывал осуществить этот акт в течение своего царствования, но считал необходимым подготовить его осуществление: «Помогай мне в деле, которое я почитаю должным передать сыну с возможным облегчением», – писал государь графу Киселеву. В шутку он именовал Павла Дмитриевича Киселева своим «начальником штаба по крестьянскому делу». Внимательно следившие за происходящим современники определяли ход процессов, так сказать, «по вторичным признакам». Когда Николай I увез однажды П. Д. Киселева прямо из театра к себе в Зимний дворец, Белинский на следующий день отметил: «Очевидно, в крестьянском вопросе назревает новое движение: вчера Государь повез Киселева к себе пить чай».

П. Д. Киселев начал свою деятельность с изучения быта казенных (государственных) крестьян, поселенных на государственных (казенных) землях. Сложившееся у него тяжелое впечатление от быта казенных крестьян П. Д. Киселев изложил в письменном докладе Государю: «В самом сословии поселян первое впечатление будет невыгодно, привыкнув к необузданной свободе и искупая пороки и бесправие пожертвованием своего избытка, люди сии могут счесть стеснительным для себя всякое действие попечительской власти, сделавшись равнодушными к улучшению своего быта; погруженные в грубое невежество, они предпочитают удовлетворение привычных страстей всем обещаниям лучшего будущего». Резолюция Николая I гласила: «Приступить к делу и идти вперед, не боясь людей и уповая на Бога и Государя».

Казенными крестьянами занималось в то время Министерство финансов, рассматривавшее их лишь как налогоплательщиков. По настоянию П. Д. Киселева было создано Министерство государственных имуществ для заведывания казенными землями и крестьянами, на них поселенными. Став во главе нового министерства, граф Киселев принялся за улучшение быта казенных крестьян. Привыкшие жить «по старинке» крестьяне противились нововведениям. Так возникли «картофельные бунты», с помощью которых земледельцы пытались преградить путь новой культуре – картофелю, к которой они были непривычны.

Подготавливая вопрос об освобождении крепостных крестьян, П. Д. Киселев пытался примирить непримиримые точки зрения на раскрепощение: с земельным наделом и без оного. Граф Киселев предложил такой выход: помещик отпускает крестьян на волю, если те пожелают, и крестьяне после этого становятся свободными. Помещик сохраняет право собственности на всю землю, но некоторую ее часть обязан выделить крестьянам не в собственность, а в пользование. При этом ни крестьянин не должен «сходить с земли», ни помещик не может его «с нее снять». Крестьянин должен платить помещику оброк и нести повинности. Таким образом, крестьянин пожизненно обеспечивался землей, а помещик не лишался на нее права собственности. Менялась только форма распоряжения землей – землепользование.

Предложенный графом Киселевым проект вызвал бурное возмущение со стороны противников выделения земли крестьянам, расценивших этот факт как «потрясение основного принципа собственности». Попытка утверждения этого проекта совпала по времени с разразившейся в Европе революцией 1848 года. Напуганный революционными событиями в Европе Николай I решил временно отказаться от мысли об освобождении крестьян, утверждать проект не стал, хотя вплоть до своей смерти считал раскрепощение необходимым и неизбежным и на смертном одре завещал провести раскрепощение крестьян сыну.

Вступивший на престол в конце неудачной для русских Крымской войны Александр II, даже сознавая необходимость отмены крепостного права, понимая, что «гораздо лучше, чтобы оно произошло свыше, чем нежели снизу», подошел к решению этого наболевшего вопроса еще осмотрительнее, чем его отец. «Нет сомнения, – заявил он в Государственном Совете, – что крепостное право в нынешнем его у нас положении, есть зло, для всех ощутимое и очевидное; но прикасаться к нему теперь было бы злом, конечно, еще более гибельным».

Крымская война была не только военной неудачей для России, но и разорительно сказалась на экономике страны. Хлебный рынок находился в состоянии полной анархии. В результате неразвитости транспортных систем стоимость перевозок превышала стоимость зерна. Поместья были в подавляющем своем большинстве заложены. Чтобы существовать, помещики повышали оброк, что вело к обнищанию крестьян. Попытки государства поддержать хозяйства помещиков ссудами были безрезультатны: полученные от казны ссуды помещики тратили не на подъем хозяйства, а на удовлетворение собственных прихотей. Рос дефицит государственного бюджета: в 1825 году он составлял 4 миллиона рублей, в 1855 – 262 миллиона рублей. Возрос государственный долг: с 94 миллионов рублей в 1817 году до 402 миллионов рублей в 1852 году. Непомерно рос выпуск ассигнаций (беспроцентный внутренний долг), не обеспеченных золотым запасом страны. Крепостническая система попрежнему не давала возможности промышленности стать на ноги. Жизнь настоятельно требовала проведения реформы.

В 1855 году Александр II учредил Секретный комитет по крестьянскому вопросу, приступивший к разработке принципов реформы. В 1857 году был издан правительственный рескрипт: дворянству разрешалось учредить губернские комитеты для обсуждения вопроса о крестьянской реформе. В 1859 году решения комитетов были направлены на рассмотрение в Петербург, где была создана для их рассмотрения Редакционная комиссия в составе 11 правительственных членов и 20 членов экспертов. В числе экспертов был Николай Алексеевич Милютин, либерал по убеждениям, которому суждено было сыграть ключевую роль в подготовке и проведении крестьянской реформы 1861 года.

Сын небогатого помещика Н. А. Милютин (1818–1872) приходился по матери племянником графу П. Д. Киселеву. Рано лишившись матери, не найдя опоры в болезненном и бесхозяйственном отце, приведшем к полному разорению поместья, молодой человек был вынужден рано начать самостоятельную жизнь. Влиятельный дядя помог племяннику поступить на государственную службу в одно из министерств. Милютину поручили написать «Записку о неурожаях». Прочитав записку, министр усомнился в способности 22-летнего молодого человека к столь глубокому анализу явлений. Милютину предложили тут же, не выходя из кабинета, составить проект развития железных дорог в России. И с этим заданием Милютин справился блестяще. Но несмотря на свои выдающиеся способности Н. А. Милютин не достиг главных постов по чиновничьей иерархии и не поднялся выше положения товарища министра.

В большинстве губернских комитетов, приславших свои материалы в Редакционную комиссию, понимали, что безземельное освобождение крестьян чревато взрывом народного возмущения. Правительство со своей стороны опасалось массового обнищания крестьянства, становившегося после освобождения главным налогоплательщиком, и было склонно к предоставлению крестьянам земельных наделов. В Редакционной комиссии были как сторонники, так и противники предоставления освобождаемым крестьянам земли. К числу самых активных борцов за надел крестьян землей принадлежал Николай Алексеевич Милютин, образно так охарактеризовавший положение: «Вы хотите дать крестьянам свободу птиц. Мы тоже хотим дать им свободу птиц, но только с ГНЕЗДОМ».

Последовательный либерал в своих политических позициях, Н. А. Милютин сумел сплотить группу активных единомышленников, неукоснительно и последовательно отстаивавших интересы крестьян, а соответственно и возможность быстрейшего прогресса общества. Категорические земельные требования Н. А. Милютина принимались в штыки реакционно настроенной частью помещиков, использовавших, со своей стороны, все доступные им рычаги для проведения реформы с обезземеливанием крестьян.

Н. А. Милютин и его единомышленники, опиравшиеся на губернских либералов-помещиков, победили в этой тяжелой борьбе. Было принято решение об оставлении у крестьян 4/5 находившейся в их пользовании земли, но при установлении точно определенных повинностей. Крестьяне переходили из положения крестьян в положение ВРЕМЕННО ОБЯЗАННЫХ вплоть до выкупа ими полученной земли. Выкупную плату выдавало крестьянам правительство, а они брали на себя обязательство погашения ссуды ежегодными платежами в государственный банк.

К 1861 году 2/3 всех дворянских поместий были заложены в банках, и «выкупная операция» предоставляла землевладельцам-помещикам возможность избавиться от залогов. Тем не менее принятое решение вызвало возмущение у известной части крепостников. Чтобы их успокоить, Александр II принес в жертву Н. А. Милютина: в угоду реакционерам-крепостникам через полтора месяца после объявления Манифеста Николай Алексеевич Милютин был уволен из министерства. За время своей государственной деятельности Милютин успел выполнить только часть намеченной им обширной программы реорганизации сельского уклада России. Государство лишилось крупного государственного деятеля. Незаслуженная кара подорвала дух и здоровье Милютина. И хотя некоторое время спустя император призвал его к участию в решении русско-польского конфликта, и Н. А. Милютин с этим поручением блестяще справился, он не смог восстановить свое здоровье: в 1866 году он был разбит параличом, был вынужден отойти от всякой общественной деятельности и в 1872 году скончался. Он унес с собой в могилу свои идеи и планы преобразований, столь необходимые для России. Но и то, что либерал Н. А. Милютин успел свершить в области реформы, было высоко оценено передовыми его современниками. «Пока будут существовать на Руси свободные люди, в числе немногих имен, составляющих гордость России, имя Милютина будет произноситься с особенным чувством благодарности и почета», – сказал о Н. А. Милютине Тургенев.

Н. А. Некрасов посвятил памяти Н. А. Милютина стихотворение «Кузнец», получившее широкий отклик во всей стране:

 
Чуть колыхнулось болото стоячее,
Ты ни минуты не спал.
Лишь не остыло б железо горячее,
Ты без оглядки ковал.
В чем погрешу и чего не доделаю,
Думал – исправят потом
Грубо ковал ты, но руку умелую
Видно доныне во всем.
С кем ты делился душевною повестью,
Тот тебя знает один.
Спи безмятежно, с покойною совестью,
Честный кузнец-гражданин!
 

Возникшие в годы подготовки Манифеста об освобождении крестьян споры не утихли и после его обнародования. В Манифест была введена пресловутая 165 статья, по которой сельское общество было обязано выделять земельный участок всякому внесшему выкупную ссуду хозяину, если он того пожелает. Противники этой статьи заявили, что этим предоставлялась полная возможность для кулаков, мироедов и вообще людей более зажиточных скупать у бедняков их землю. Противники 165 статьи подчеркивали не только выгодность, но и традиционность для России общинного землепользования, его соответствие самому психическому складу русского человека, его характеру.

 

Споры по этому и на сегодняшний день в значительной мере ключевому вопросу продолжались не одно десятилетие. Активнейшее участие в этом споре принимали либералы. В спор были втянуты широкие слои губернских землевладельцев-помещиков. Проблеме землевладения и землепользования были посвящены во второй половине XIX и начале XX века многие исследования. Однако к единому мнению по этому вопросу так и не пришли.

Александр II продолжил реформы после освобождения крестьян. Проводились они повсеместно, а сначала в отдельных губерниях, затем распространялись более широко. В 1864 году был издан закон о земских учреждениях, по которому наряду с «коронной администрацией» на местах, в губерниях и уездах, вводились органы выборные, с участием всех сословий.

Дела земельные обсуждались на земских собраниях. Участники их, либерально настроенные землевладельцы, активно включились в упорядочение земледелия в России. В представленной в харьковское губернское собрание записке активный участник земских собраний Е. С. Гордиенко так характеризует деятельность местной выборной власти: «Кажется, земство сделало все, что могло сделать. Оно старалось приспособиться к новой реформе, установить новый порядок… Оно заботилось о народном образовании и здравии, учреждало сельскохозяйственные общества, банки и выставки, составляло проекты о лесоразведении, об улучшении рабочего скота и лошадей, принимало меры против распространения чумы, меры для истребления вредных насекомых и животных… земству помогала печать».

Александром II были проведены реформа городского самоуправления, судебная реформа и реформа воинской повинности, введен новый воинский устав. Убийство Александра II прервало реформаторский процесс. Вступивший на престол Александр III был сторонником твердой центральной власти. Он поставил земское начальство в подчинение губернскому присутствию. Деятельность местных либералов-помещиков постепенно замерла.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37 
Рейтинг@Mail.ru