Астра отправляется к звёздам

Светлана Гончаренко (Алкея)
Астра отправляется к звёздам

Однажды папа посадил меня к себе на колени, внимательно посмотрел мне в глаза и произнёс фразу, которую я не совсем тогда поняла. Он сказал: «Милая, знаешь, сегодня ты никому неизвестная маленькая девочка, такая же, как сотни и даже тысячи других девочек на планете. Но может так случиться, что именно твоё имя будет звучать чуть не с каждого утюга, и люди будут смотреть на тебя с восхищением, а другие ребята станут страшно завидовать». Я удивилась и, как всегда, возразила: «Ну, па-а! Как с утюга может звучать что-то, тем более, моё имя? Утюг ведь не Диждитал-Станция, им одежду гладят. Хотя куда лучше отпариватель». Папа задумчиво улыбнулся, погладил меня по голове, чмокнул в макушку и отпустил гулять.

Но вот настал такой момент, когда моё имя появилось во всех медиа планеты, потому что меня отобрали в космический полёт. Это было уже больше двух лет назад. Вообще, должен был лететь какой-то знаменитый молодой миллиардер. Но оказалось, что мой IQ превышает его на целых десять единиц, и миллиардер согласился с тем, что я гораздо больше подхожу для начала этой миссии.

Номер Первым должен был лететь какой-то мальчик лет пятнадцати из Индии. Он был самым умным из ста детей, которых собрали в Женеве для отбора. Никогда не забуду его огромные глаза. В них стояли слёзы – не знаю, от радости, что его выбрали в полёт, или же, наоборот, от страха путешествия в один конец. Но его родители наотрез отказались его отпускать. Хотя все понимали, что мы всё равно на грани катастрофы, и выход только один – искать место для выживания человека как биологического вида в других звёздных системах.

Специалисты рассчитали, что с учётом периодов стазиса примерно через шесть лет путешествия моя психи не сможет в одиночку справляться с нагрузками, и мне понадобиться напарник. Возможно, это так. А, может, всё гораздо хуже со мной, и я не справлюсь со всем этим уже через месяц. Правда, время для меня, словно остановилось тогда, когда ракета-носитель взревев и поднатужившись, как следует, вытолкнула меня за пределы зоны обитания жизни.

К полёту меня готовили полтора года. Мало, конечно. Но у Мозга программа – учить меня всему, что важно для выживания на борту и по прибытии на пригодную для жизни планету. К тому времени я буду уже взрослой. И Номер Два тоже. Интересно, это мальчик или девочка, мой Номер Два?

Когда начальник Центра управления полетами напутствовал меня перед стартом, я услышала в интеркоме: «В добрый путь, наша Астра! В добрый путь, девочка! Довези нашу надежду к звёздам, туда, где дети Земли смогут начать всё сначала и построят новый мир без войны, голода и насилия».

– Астра, не отстёгивайся, сиди и не летай по отсеку, – вещал слегка отдающий металлом голос Мозга. – Запоминай. Солнечная система вращается вокруг галактического центра со скоростью около двухсот двадцати километров в секунду. Расчетная скорость искусственного аппарата для вылета за пределы Млечного Пути от четырёхсот до шестьсот километров в секунду. С открытием космических магистралей этот параметр удалось увеличить за счёт разгона на гравитационных полях.

– Зачем мне это всё знать, Мозг, если ты контролируешь все системы, рассчитываешь скорости разгона и торможения, мониторишь траекторию полёта?

– Ты должна научиться всему, чтобы в случае отказа каких-то модулей системы суметь обнаружить проблему и самостоятельно исправить.

– Но это всё так скучно!

– Астра, ты – надежда всего человечества. В твой полёт к Проксима Центавра вложена работа тысяч людей: учёных, инженеров, конструкторов, рабочих и других. Ты должна понимать, что учиться – твоя обязанность и величайшее благо.

Рейтинг@Mail.ru