Забытые легенды Египта

Светлана Геннадьевна Шорохова
Забытые легенды Египта

ТОТ. Это ты, Секмет? Утомилась гулять по Золотому Чертогу?

СЕКМЕТ. Я утомилась ещё в первый день. Одна, как прежде… но Ра меня не отпускает.

ТОТ. Он на что-то сердится?

СЕКМЕТ. Скорее, недоволен моим общением со смертным. Но делает вид, что рад видеть и хочет сохранить добрые отношения.

ТОТ. Не суди его строго, он беспокоится о тебе.

СЕКМЕТ. Но не отпускает. Какой толк держать меня тут?

ТОТ. Никакого. Но ему виднее.

В зал незаметно пробирается и устраивается на кушетке любопытная Бастет. Она старается не привлекать к себе внимание.

СЕКМЕТ. Полагаю, Осирис немало ему наговорил.

ТОТ. Успела поссориться даже с Осирисом? Сидя в пустыне?

СЕКМЕТ. Он сам пришёл, я его не звала! Послушай, Тот, твой совет на берегу Нила остановил меня, но зачем ты вмешался?

ТОТ. Считай, что это мой способ искупления своих поступков. Ведь это я предложил опоить тебя вином.

СЕКМЕТ. Да, Бастет говорила мне об этом, но я никогда на тебя не сердилась.

ТОТ. Ты не сердилась, а я испытывал чувство вины. Я наблюдал за твоими метаниями, хотя порой найти тебя среди гор и песков, было невероятно сложно. Мне подумалось, что отправить тебя к Меритсегер будет лучшим решением.

СЕКМЕТ. И ты отправил меня туда только из-за неё? Ты ведь знал про её ученика по имени Сет.

ТОТ. Знал, не буду спорить.

БАСТЕТ. Он всегда всё знает. Если бы ты знала, как много он суёт нос в чужие дела, то не доверяла бы ему столь слепо.

Секмет резко оглядывается на незваную собеседницу, а Тот лишь слегка кривит губы.

ТОТ. Ты пришла, чтобы очернить меня?

БАСТЕТ. Нет. Я даже приятно удивлена, что некоторые вещи, попадая в твои уши, минуют слух Ра.

СЕКМЕТ. Что ты имеешь ввиду?

ТОТ. Это давний спор, не обращай внимания. Что тебе нужно, Бастет?

БАСТЕТ. То же что и всем. Твоя осведомлённость обо всех событиях Египта. Или ты можешь предложить что-то другое?

ТОТ. Если ты пришла спрашивать, умерь свой яд. И я пока занят, позволь нам закончить разговор.

БАСТЕТ. О, конечно. Я не буду вам мешать.

ТОТ. Бастет!

БАСТЕТ. Мр-р-р-р…

СЕКМЕТ. И ты наверняка знаешь кто такой Сет? Ты не можешь не знать этого, я слышала, ты постоянно находишься среди людей и некоторое время был занят воспитанием будущего фараона. Осирис называл Сета братом.

ТОТ. Какая ирония, что однажды всё так получилось.

БАСТЕТ. О да, и ты, конечно же, не ожидал.

ТОТ. Бастет! Я действительно долго был учителем и советником Осириса, его брата Гора, и сестер Исиды и Нефтиды.

СЕКМЕТ. А сколько всего смертных детей было у богини Нут?

ТОТ. Ра предсказал, что их будет четверо. Он решил, что они будут властвовать над землёй Египта и решать вопросы людей.

Рождение Осириса. Несколько женщин, принимающих роды, приносят Ра детей в белых пелёнках, и он даёт имя каждому, а так же предсказывает их будущее.

ТОТ. Первенец родился прекрасным, как бог, мы нарекли его Осирисом. Ра сказал, что он станет фараоном. Второй мир увидела Исида, которая потом стала женой Осириса. Также, у Нут родились сын, названный в честь светлоглазого Гора, и дочь Нефтида. Они по-своему очаровательные дети. Однажды ты и с ними познакомишься.

СЕКМЕТ. И что же? У Нут действительно родилось четверо детей, и они стали правителями Египта, как Ра предсказал. Верно?

БАСТЕТ. Договаривай, Тот, раз начал. Ты не бог честности, но ты обязан рассказать правду.

ТОТ. Не совсем. После предсказанных прекрасных четверых детей у Нут родился пятый ребёнок. И он был абсолютно не похож на своих братьев и сестёр.

Побледневшая женщина подаёт Ра пятое дитя. Окаменевшее лицо Верховного бога. Он произносит лишь имя ребёнка и жестом даёт знак унести его прочь.

СЕКМЕТ. Это был Сет?

ТОТ. Именно такое имя ему и дали. Рождение Сета нарушило предсказание Ра и внесло сумятицу в божественные ряды. Он был неожиданным и лишним. Но хуже того, совершено непохожим на других детей Египта. Если бы он был подобен Осирису, Ра смягчился бы и оставил его. Но такой уродливый ребёнок, по мнению нашего божественного отца, был недостоин жизни и власти.

Пустыня. Ночь. По песку идёт мужчина, прижимающий к груди ребёнка. Он удаляется от огней большого города. Уходит всё дальше и дальше.

Ребенок лежит на камне, закутанный в серую ткань. Над ним склоняется женщина с белыми волосами. Меритсегер берет ребёнка на руки.

ТОТ. Ребенка унесли и бросили в пустыне, а людям сказали, что у них будет четыре прекрасных правителя. Ни Ра, ни другие боги помыслить не могли, что мудрая Меритсегер подберёт умирающего ребёнка и вырастит в непримиримого воина.

БАСТЕТ. И что-то мне подсказывает, что всё это обошлось не без твоего вмешательства.

ТОТ. Бастет!

СЕКМЕТ. Значит, Сет был брошен на произвол судьбы с самого первого дня своего рождения? И снова по велению Ра?

ТОТ. Очень знакомая участь, верно? Так похожа на твою. Его отвергли собственные братья и сёстры, изгнав в пустыню. Ты же ушла сама.

СЕКМЕТ. Именно поэтому ты отправил меня к Меритсегер?

ТОТ. Возможно.

СЕКМЕТ. Теперь я понимаю, за что тебя ценит наш божественный отец.

ТОТ. Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что ты научилась льстить.

БАСТЕТ. О да, и за это Ра тоже его ценит…

В зал вбегает запыхавшаяся Исида.

ИСИДА. Богиня Секмет! Прошу меня простить, я вмешиваюсь столь не вовремя, но не обращай свой гнев против меня. Великий бог Тот, приветствую и прошу прощения и у тебя. Бастет, неожиданная, но приятная встреча.

ТОТ. Приветствую тебя, Исида. Знаю, что по пустякам ты беспокоить бы нас не стала.

СЕКМЕТ. Что-то случилось? Я слушаю.

ИСИДА. Богиня Секмет, говорит ли тебе что-либо имя «Сет»?

СЕКМЕТ. Сет? Ты видела его?

ИСИДА. Сегодня утром в наш дворец пришёл мужчина, который назвал себя этим именем. Он принёс весть от богини Меритсегер для моего мужа. Осирис в последнее время вёл себя странно, но принял его радушно и выслушал его слова. Потом Сет стал спрашивать о тебе, богиня Секмет, спрашивал, где тебя найти.

СЕКМЕТ. Вот как? Сет в городе? И что ответил ему Осирис?

ИСИДА. Я не… смею повторить тебе их разговор.

БАСТЕТ. Не бойся, Исида, дочь Нут. Говори.

ИСИДА. Мой муж творит что-то недоброе, но сказал, что и волоса не упадёт с головы ученика Меритсегер.

ТОТ. Тогда в чём заключается то недоброе, что задумал твой муж?

ИСИДА. Он вдруг разозлился. О, Тот, ты знаешь, какими ядовитыми и острыми бывают его слова. Он говорил тому мужчине страшные вещи про тебя, Секмет, и про него самого. Он рассказал, что случилось при нашем рождении.

СЕКМЕТ. Осирис… Тот, я ухожу в город, передай Ра, что меня некоторое время не будет.

ТОТ. Секмет, что ты собираешься сделать?

СЕКМЕТ. Я убью эту ядовитую тварь. Разве не очевидно?

ТОТ. Это не разумный ответ. Ты знаешь, как разгневается Ра.

СЕКМЕТ. Мне нет до этого дела! Этот смертный знал против кого направил жало. Я вырву его с корнем.

ИСИДА. Богиня Секмет, прошу тебя, не убивай его! Смири свой гнев, хоть он оправдан. Какой бы ни был, он муж мой и мной любим. Молю тебя о милости!

СЕКМЕТ. Ты понимаешь, о чём просишь и кого, Исида, дочь Нут? Твой муж – змея, что не достойна жалости.

ТОТ. Секмет, остуди свою ярость, она молит тебя о прощении.

СЕКМЕТ. А много ли милости и прощения проявил сам Осирис, чтобы я проявила их к нему? Что сделал Сет, чтобы быть так наказанным? Пусть в гневе будет Ра, сейчас мой гнев имеет право.

ИСИДА. Вижу, в сердце твоем нет прощения ему, но если ведаешь любовь, прошу лишь понимания! Принес он боль и вред тому, кто дорог тебе. Но придя сюда, я таила надежду, что поймёшь ты чувства мои и остановишь разящий клинок.

БАСТЕТ. Властна ли ты – Секмет над собой, чтобы судить чужие чувства?

СЕКМЕТ. Не достоин он любви твоей, Исида. Но и люди, и боги не выбирают, кого им любить. Я услышала твои слова.

ИСИДА. Ты пощадишь его?

СЕКМЕТ. Я не буду его убивать. Отведи меня к нему.

ИСИДА. Благодарю тебя, богиня Секмет. Идём, возможно, мы ещё успеем.

Секмет, а за ней и Исида покидают зал.

БАСТЕТ. Тот, не видел ли ты Птаха? Он где-то прячется от меня.

ТОТ. Не видел.

БАСТЕТ. То-о-от, уж я знаю, когда ты врёшь. Ответь мне.

ТОТ. Понятия не имею.

БАСТЕТ. Не смей сбегать!

Тот торопливо выскакивает за двери, но Бастет от него не отстаёт.

Огромный храм. В центре статуя Ра. Множество молящихся людей. Небо над городом темное, слышен тревожный вой ветра.

В окружении нукеров и рабынь выходит Осирис, в облачениях жреца.

ОСИРИС.

Слава тебе, пришедшему в этот мир!

Хапра – Возникший, мудрый творец богов,

ты, на престол воссев, озаряешь свод

Тёмного неба и богоматерь Нут,

что простирает руки, верша обряд…

Слышится жуткий треск и грохот. По земле прокатывается дрожь. В дверях храма появляется Секмет.

СЕКМЕТ. Осирис!

От рыка люди бросаются в разные стороны, торопясь убраться с её дороги. Секмет идёт вперёд и огонь в чашах гаснет, а небо становится ещё темнее. Осирис лишь немного поворачивает голову, но с места не сдвигается.

ОСИРИС. Приветствую тебя, грозная Секмет. Когда я звал тебя, ты не поехала, теперь пришла сама.

СЕКМЕТ. И я пришла не в гости. Где Сет?

ОСИРИС. Его здесь нет.

СЕКМЕТ. Ты не понял моего вопроса, смертный. Не такой ответ я желала слышать от тебя. (приставляет лезвие жезла к шее Осириса) Спрашиваю снова: где Сет?!

ИСИДА. Секмет, ты обещала!

СЕКМЕТ. Тебе лучше сейчас рассказать мне правду, Осирис. Я дала слово не убивать тебя, но могу изуродовать так, что ты не будешь рад своей жизни. Я раскалю свой жезл и превращу твоё лицо в самый страшный ожог, какой может перенести человек, оставаясь в живых.

 

ОСИРИС. Ты так трясешься за него…

СЕКМЕТ. Не зли меня, фараон. Ещё немного и я заставлю тебя орать от боли, говорить станет гораздо сложнее.

ОСИРИС. Он был здесь, но уже ушёл. Клянусь тебе, он был жив и здоров, ни один волос не упал с его головы.

СЕКМЕТ. Куда он ушел?

ОСИРИС. Откуда я могу знать! Может, убрался обратно в свою пустыню.

СЕКМЕТ. Он искал меня, почему ты не сказал ему, как меня найти?

ОСИРИС. Он выглядел растроенным после посещения города и дворца. Видимо, наконец-то понял, как неуместен в этом мире. Стал бы я его провожать в Золотой чертог чтобы прогневать Ра!

СЕКМЕТ. Не тебе об этом рассуждать. Он искал меня, а не Ра!

ОСИРИС. А мог найти его. Да и ни к чему этому пустынному чудовищу смущать взор богов.

СЕКМЕТ. Ты говоришь, он был растроен… Что ещё ты ему наговорил?

ОСИРИС. Я сказал ему правду. Разве плохо то, что я рассказал ему, кто он по крови? Рано или поздно он узнал бы это. Грозная богиня, ты и сама знала об этом, но ничего ему не сказала. Разве не бесчестно это по отношению к нему?

СЕКМЕТ. Молись, фараон, чтобы я нашла его раньше, чем с ним что-нибудь случится. Иначе я вернусь и выполню все свои угрозы. Благодари свою жену и целуй её ноги, ты жив сейчас только благодаря ей.

ОСИРИС. Ты боишься, Секмет? Грозная богиня мщения научилась испытывать страх?

СЕКМЕТ. Я заставлю тебя испытать боль, если это чувство будет длиться дольше.

ОСИРИС. Ра не одобрит такого поведения своей дочери.

СЕКМЕТ. Я не ищу его одобрения.

ИСИДА. Секмет, в пустыне поднялась песчаная буря к югу от города. Тебе надо торопиться, если хочешь найти его.

СЕКМЕТ. Я ухожу. Присмотри за своим глупым мужем.

Секмет, окинув взглядом опустевший храм, направляется прочь. Осирис же вновь отворачивается и подходит к статуе Ра.

ИСИДА. Муж мой, куда ты?

ОСИРИС. Мне нужно обратиться к Солнцеликому Ра.

ИСИДА. Неужели ты не можешь отступиться? Зачем ты вмешиваешься?

ОСИРИС. Я соблюдаю волю великого бога и его законы. Богиня не может быть со смертным.

ИСИДА. Но разве он не такой же, как мы? Он ведь тоже может стать богом.

ОСИРИС. Я этого не допущу.

Осирис простирает руки к статуе…

Песчаная буря. Тёмные, непроглядные клубы песка. Не видно ни неба, ни земли. Вой ветра заглушает все звуки. В тёмном буране едва различима фигура мужчины, бредущего, не глядя, куда.

СЕТ. Да будь ты проклят, Ра!

ХАОС. Будь проклят… Будь проклят…

СЕТ. За что ты так возненавидел меня?!

ХАОС. Ненавидишь… Ненавидишь…

СЕТ. Выбирал ли я родиться таким?!

ХАОС. Не выбирал…

СЕТ. Неужели виновен, что нарушил твою волю?!

ХАОС. Виновен…

СЕТ. Ответь, Ра! Я требую твоего ответа!

ХАОС. Он не ответит тебе…

СЕТ. Что сделал я, чтобы прогневать тебя?!

ХАОС. Ты равный ему…

СЕТ. Будь проклят! Слышишь?!

ХАОС. Он боится тебя…

СЕТ. Проклят! Проклят! Проклят!

Секмет врывается в бурю, но едва может что-то видеть. Она идёт под шквалом сбивающего с ног ветра и ищет его. Темный силуэт пробуждающегося бога едва виден, но она устремляется к нему.

СЕКМЕТ. Сет! Остановись!

ХАОС. Жалость…

СЕТ. Уходи! Немедленно!

СЕКМЕТ. Сет, прекрати! Останови бурю! Хватит!

ХАОС. Ты один…

СЕТ. Что ты здесь делаешь? Оставь меня!

СЕКМЕТ. Ты же сам искал меня. Прошу, прекрати бурю.

ХАОС. Боги лживы…

СЕТ. Нет! Ты прекрасно знаешь всё сама! Зачем ты пришла? Неужели тебе не рассказали кто я? Что я изгнан!

СЕКМЕТ. Это не имеет значения!

ХАОС. Имеет…

СЕТ. Я не похож на детей этой земли. Я другой!

СЕКМЕТ. Я всегда это знала!

ХАОС. Тебя боятся…

СЕТ. Какого демона ты пришла, если знала?! От меня отвернулись собственные родители и братья. Меня боятся и ненавидят! Посмотри на меня! Разве я заслужил эту ненависть? Они уверенны, что да!

СЕКМЕТ. Ты говоришь чушь!

СЕТ. Все хотели, чтобы я умер! Ра и другие боги! Мне нет места в этом мире! Тебе незачем оставаться со мной! Твоё место среди богов!

СЕКМЕТ. Не тебе определять, где моё место! Если ты сейчас же не придёшь в себя, я тебя ударю!

СЕТ. Так ударь! Я всё равно никогда не смогу стать равным тебе! Я не достоин твоей любви!

СЕКМЕТ. Ты самый глупый среди всех людей и богов, которых я только знала. Я с первого дня видела, что ты другой! Но моя любовь уже давно твоя.

Глаза Сета расширяются. Буря стихает, и песок опускается на землю. Закат.

СЕТ. Секмет, я…

СЕКМЕТ. Только прекрати нести чушь! Иначе я вернусь в город и убью твоего старшего брата, после чего Ра будет в ужасном гневе.

СЕТ. Ты действительно любишь меня? Я же человек. Ответь мне, Секмет. Не молчи. Ответь мне прямо в глаза!

СЕКМЕТ. Ты пока что человек. Ты – сын Нут, ты так же, как и Осирис, имеешь право стать богом. Да и может ли простой человек одной лишь злостью поднять в воздух столько песка? Я подожду, пока ты примешь свою божественную сущность.

СЕТ. И останешься со мной?

СЕКМЕТ. Останусь. Я и не собиралась уходить. Меня тоже боятся и ненавидят, но это неважно, пока ты со мной.

СЕТ. Я люблю тебя.

СЕКМЕТ. Ты только мой.

СЕТ. Обещаешь?

СЕКМЕТ. Пока существую.

Сет обнимает Секмет, они несколько мгновений стоят молча. А с бархана за ними наблюдает Тот. Он подавлен и какое-то время молчит. Секмет ощущает его присутствие, вздрагивает и оборачивается.

ТОТ. Богиня Секмет.

СЕКМЕТ. Приветствую тебя, бог Тот… Ты снова принес дурные вести?

ТОТ. В последнее время со мной это случается всё чаще.

СЕКМЕТ. Ра снова желает меня видеть?

ТОТ. И говорить с тобой.

СЕКМЕТ. Что его опять так взбудоражило?

ТОТ. Недавно к нему обратился фараон земли Египта Осирис. Они разговаривали, ничьему слуху более не доверив свои слова. И Солнцеликий вернулся мрачнее демонов тьмы. Потом он позвал меня и сказал привести тебя.

СЕКМЕТ. Осирис никак не успокоится. Стоило укоротить его на голову.

ТОТ. Ра очень зол, Секмет. Он расстроен твоим поведением и тем мужчиной, который сейчас рядом с тобой. Кто-то из здесь присутствующих совсем не умеет сдерживать себя. И это беспокоит нашего вспыльчивого отца.

СЕТ. Вы не учили меня этому!

ТОТ. У тебя есть повод сердиться. Но твоя детская обида может нам дорого обойтись.

СЕТ. Детская?!

ТОТ. Ты сам не понимаешь, какие силы призываешь в мир. Меритсегер ничему тебя не научила?

СЕТ. Не смей произносить её имя таким тоном!

СЕКМЕТ. Сет, прекрати. Он не враг нам, чтобы ссориться. Тот, я не собиралась спрашивать у Ра одобрения.

ТОТ. Не сомневаюсь, хотя имело смысл. Впрочем, он не прощает проступки.

СЕТ. Я тоже.

ТОТ. Тебе ещё рано равнять себя с Верховным Богом. Он и без того в ярости от твоего существования.

СЕТ. Так пусть скажет мне это лично!

СЕКМЕТ. Прекратите! Вы оба! Тот, ты хочешь, чтобы Хаос вновь поднял голову?

ТОТ. Боюсь, Секмет, он её уже не опустит. Ты идешь?

СЕКМЕТ. Нельзя ослушаться такого настоятельного приглашения Ра. Я должна с ним поговорить.

ТОТ. Я провожу тебя, пока он не рассердился ещё больше. Я не умею читать мысли, тем более Солнцеликого. Бог, от которого сбежала дочь, и отвергнутый ею же фараон нашли друг друга.

СЕКМЕТ. Не нагнетай, я понимаю, что разговор предстоит неприятный.

СЕТ. Секмет, не ходи туда.

СЕКМЕТ. У нас нет выбора.

СЕТ. Я предчувствую, что ты можешь оттуда не вернуться. Останься, давай уйдём обратно к Меритсегер.

СЕКМЕТ. Нет в землях Египта того места, где нас не найдёт Ра. Если я сейчас не приду, он обратит свой гнев на тебя.

СЕТ. Я не боюсь его, боюсь лишь, что могу потерять тебя.

СЕКМЕТ. Ты ещё не бог, Сет. Пока ещё не бог. А я вернусь. Попробую с ним договориться, пусть он и гневается на меня. Но ты оставайся тут, это мой бой.

ТОТ. Секмет, не говори так, словно он тебя для войны зовёт.

СЕКМЕТ. Возможно, я не далека от истины. Осирис мог многое ему наговорить. Простит ли Ра, что я полюбила смертного, которого он изгнал? Молчишь, Тот? Ты тоже знаешь, что не простит. Теперь уже я нарушила его волю.

СЕТ. Я пойду с тобой. Я не хочу, чтобы ты просто ушла и исчезла.

СЕКМЕТ. Я не могу исчезнуть. Он не мог уничтожить меня прежде, не сможет и теперь. Оставайся тут. А я вернусь. Только верь мне.

Рейтинг@Mail.ru