Забытые легенды Египта

Светлана Геннадьевна Шорохова
Забытые легенды Египта

СЕТ. Кто ты? Я требую ответа. Как ты смог… (Секмет скидывает с лица ткань, Сет отшатывается) …смогла так далеко зайти? Одна?

СЕКМЕТ. Мне нужна Меритсегер.

СЕТ. Где твоя колесница? Ты жрица? Какой богине ты поклоняешься?

СЕКМЕТ. Я сама себе богиня. Отведи меня к Меритсегер. Немедленно.

СЕТ. Ты слишком нахальна. Всякий, кому взбредет в голову нарушить покой древней богини без достойной причины, будет погребён в этих песках.

СЕКМЕТ. Угрожаешь мне? Убирайся с дороги, щенок. Подобные тебе не должны мешаться под ногами!

СЕТ. Ты мне ответишь за слова! Как твое имя?

СЕКМЕТ. Поверь, я скажу его тебе прежде, чем ты сдохнешь.

Сет атакует. Секмет одним ударом выбивает у него хопеш, а вторым отправляет на песок. Сет падает на спину, перекатывается и тянется за оружием. Секмет наступает на лезвие ногой и приставляет жезл к его горлу. Сет медленно поднимает голову, поднимает руки, так же медленно встаёт.

СЕКМЕТ. Я могла убить тебя сейчас.

СЕТ. Так убей.

СЕКМЕТ. Ты хочешь умереть?

СЕТ. Это лучше, чем сдаться.

Секмет опускает жезл и отходит на пару шагов. Сет бросается, чтобы подобрать меч.

СЕКМЕТ. Как твое имя, человек?

СЕТ. Меня зовут Сет.

СЕКМЕТ. Отведи меня к Меритсегер, Сет.

СЕТ. Обещай, что не навредишь ей.

СЕКМЕТ. Я не враг ей. Я хочу поговорить.

СЕТ. Не забудь эти слова, я буду следить за тобой. Идём.

Он ведёт её через барханы, в небольшое скалистое укрытие. Острые клыки скал возвышаются над песком и бросают скудную тень на большую белую змею, которая неподвижно лежит, свернувшись кольцами. Змея не шевелится.

Сет опускается перед ней на одно колено, а вслед за ним и Секмет. Змея открывает глаза.

МЕРИТСЕГЕР. Секмет… Что ищет грозная богиня палящего солнца среди этих песков и камней?

СЕКМЕТ. Покоя.

МЕРИТСЕГЕР. Разве для этого великий Ра создал тебя воплощением своей мести?

СЕКМЕТ. Я свершила то, что он приказал мне. Но множество лет с тех пор моя сила не нужна ему. Я призвана, чтобы карать людей. И должна была уничтожить всех, но он сам остановил меня!

МЕРИТСЕГЕР. Такова была его воля.

СЕКМЕТ. Он не отпускает меня во тьму… Но жить среди людей и богов я не могу.

МЕРИТСЕГЕР. Ты хочешь стать другой? Не тем, кем ты являешься?

СЕКМЕТ. Я хочу властвовать над гневом своим. Он часто сводит меня с ума, и тогда песок становится мокрым и алым от крови. Нет мне прибежища, нет покоя. Обучи меня, мудрая богиня.

МЕРИТСЕГЕР. То будет не просто. Невозможно изменить суть божества, не подвластно это мудрости или ярости. Но в глазах твоих я вижу страдание… хоть, то и не было предназначено тебе в день сотворения. Я слышала о явлении твоём и ведаю в следах ног твой путь. Ты постигла иные чувства кроме мщения. Что ж, коль такова воля твоя, Секмет, оставайся.

СЕКМЕТ. Благодарю тебя, богиня-змея.

МЕРИТСЕГЕР. Одно лишь условие. Сет – тоже мой ученик, он много лет провёл здесь, охраняя меня. Я ценю его как собственного сына. Не направляй свой гнев против него.

СЕКМЕТ. Я попробую.

МЕРИТСЕГЕР. Он бывает горд и дерзок. Иногда слишком тороплив и ещё не постиг мудрости. Но он старается. Старайся и ты.

СЕКМЕТ. Я слышу тебя, Меритсегер!.. И понимаю.

МЕРИТСЕГЕР. Теперь отдыхай, ты проделала долгий путь.

Богиня-змея медленно опускает голову и снова закрывает глаза. Секмет отходит вглубь, садится на камни, снимает плащ, оглядывается. Сет выбирается из укрытия и начинает упражняться с мечом, рубя по воображаемому противнику. Секмет наблюдает за ним, потом поднимается и сама отбивает его клинок.

СЕКМЕТ. С этой минуты я твой противник.

СET. Ты?

Секмет рывками и шлепками поправляет его ноги, руки и корпус.

СЕКМЕТ. Нет никакого толка от того, что ты рубишь воздух. Однотипные движения, предсказуемые мысли. Наносишь удары как легче и удобнее тебе самому.

СET. Я тренируюсь так уже много лет.

СЕКМЕТ. Поэтому сегодня проиграл. Даже злости недостаточно, чтобы с такими навыками выстоять в реальном бою.

СET. Я участвовал в поединках.

СЕКМЕТ. Не смеши меня. Я могла справиться с тобой с закрытыми глазами. Это нелепо.

СET. И ты, грозная богиня мести, собираешься обучить меня?

СЕКМЕТ. Я не обучалась этому сама. Но сражаясь со мной, ты поймёшь, где поступаешь неверно. Будешь искать бреши в моей защите. Это лучше, чем прыжки вокруг своей тени.

Боевая связка.

СET. Первый раз ты двигалась быстрее.

СЕКМЕТ. Тебе жизнь не дорога? Если буду двигаться быстро, могу спутать тебя с врагом.

СET. Ты во всех видишь врагов?

СЕКМЕТ. Ты слышал наш разговор.

СET. Так обучение может стать сражением?

СЕКМЕТ. Да. Но я буду стараться бить не в полную силу, у тебя есть время улучшить свои навыки.

Боевая связка. Секмет приставляет клинок к горлу Сета.

СЕКМЕТ. Ты убит.

СET. Как ты это сделала?

СЕКМЕТ. Не знаю. Таковы мои инстинкты. Мы будем пробовать снова и снова, пока ты сам не разберешься.

СET. Кажется, будет не просто.

СЕКМЕТ. У тебя сильные руки, они могут быть опасными.

Боевая связка. Секмет парой ударов отправляет Сета в полёт.

СЕКМЕТ. Но тебе не хватает разнообразия атак и реакции в защите.

Направляется за ним.

Глаза Меритсегер открыты, но богиня неподвижна.

Золотые чертоги.

На ступенях перед Чертогами сидит Тот, он пишет на небольшой дощечке иероглифы, но над каждым думает. Вокруг лежит множество других таких же дощечек. Ворота распахнуты. Выходит Ра. Он обводит взглядом скалы, несколько мгновений смотрит на Тота, потом снова смотрит в сторону. Тот делает вид, что не замечает его.

РА. Я больше не злюсь на тебя, Тот.

ТОТ. (сарказм) Я счастлив, Солнцеликий.

РА. Что-то пусто стало в Золотых Чертогах.

ТОТ. Все выполняют волю твою, о Ра. Или убрались подальше от твоего гнева.

РА. Но даже в гневе своём я не забываю, что вы все – мои дети.

ТОТ. И мы это ценим, Великий Ра.

РА. Я давно не видел Гора.

ТОТ. Он сражается с демонами, как ты и повелел ему.

РА. Но раньше это не мешало ему появляться в Золотом Чертоге.

ТОТ. Раньше их было не так много.

РА. Это тревожит меня. Силы Хаоса стали сильнее. С тех пор, как моё пророчество было нарушено, мой Урей видит, как истончаются грани нашего мира. И с недавних пор это становится всё более заметно.

ТОТ. Не слишком ли ты тревожишься, о Ра. Всё закономерно. Четверо детей твоих явились в мир сметных в человеческих обличиях и набирают силу. Хаос чувствует их присутствие. Действие рождает противодействие. Как только исчезнет одно, успокоится и другое. Равновесие не должно быть нарушено.

РА. Ты говоришь о детях Нут? Это не лишено смысла. Осирис стал достаточно сильным. Хаос мог заинтересоваться им.

ТОТ. Пока Гор на страже, с ним ничего не случится. Послушай, Солнцеликий, Птах и Бастет ходят к тебе так же часто, как жрецы в засуху. Почему ты не даёшь им своё дозволение?

РА. Это может подождать.

ТОТ. Бастет выбрала себе мужа. Это происходит не так часто.

РА. Раз в пару сотен лет.

ТОТ. Но прежде она не была столь настойчива в своём желании заключить союз.

РА. Мне показалось, настойчивым был Птах. К тому же, я не хочу, чтобы Бастет шла против своей сути. Ей не свойственна верность.

Видно, как по ущелью мчится колесница, которая останавливается у подножия и оттуда спускается Исида. Она торопится.

ИСИДА. Мудрый Тот… Приветствую тебя, Отец всех Богов.

РА. Исида. Я давно не видел тебя, дитя моё. Ты выросла с тех пор.

ИСИДА. Прошу меня простить, если помешала вашему разговору. Я подожду внизу…

РА. Останься. Выпей с нами вина.

По взмаху руки Ра появляются рабы в белоснежных набедренных повязках. В их руках подносы с фруктами и напитками. Тот, знающий как Ра относится к женщинам, обеспокоен.

ТОТ. Ты искала меня, Исида? Что-то случилось в мире людей?

ИСИДА. Мой муж покинул дворец, не сказав ни слова. Куда он отправился? Его очень долго нет, я начинаю беспокоиться.

РА. Почему же ты искала Тота?

ИСИДА. Я думала, он знает, где Осирис.

РА. Это я отправил Осириса в великую пустыню. Путь в самое сердце песков не близок, но ему ничто не угрожает. В следующий раз ты можешь обращаться с вопросами напрямую ко мне. Я всегда буду рад тебя видеть.

ИСИДА. Благодарю тебя, отец наш. Дозволь мне вернуться к людям.

РА. Не спеши. Мы редко видимся. Расскажи мне, что сейчас творится в мире смертных…

Ра жестом приглашает Исиду в Чертоги. Тот прислушивается.

ТОТ. Великий Ра, кажется, Бастет снова ищет тебя.

РА. Я занят.

ТОТ. Кажется, она идёт сюда.

РА. (к Исиде): Как поживают твои сестра и брат?

ИСИДА. Благодарю за заботу, у них всё хорошо.

ГОЛОС_БАСТЕТ. О Солнцеликий Р-р-ра! Маат, ты видела его? Я искала в главном зале, там его нет… Ах, он у Тота…

Выражение лица Ра мгновенно меняется.

РА. Тот, я хотел обсудить с тобой ещё один вопрос. Исида, ты можешь идти. (Исида кланяется и торопится к колеснице) Я хочу знать, как проходят поиски Секмет. Прошел почти год с тех пор, как её видели последний раз.

ТОТ. Тут такое дело, отец наш… давай поговорим об этом в другом месте.

РА. Мы можем немного прогуляться.

Ра и Тот направляются прочь от ворот в Чертоги.

Пустыня.

Сет летит на песок от пинка Секмет. Идёт поединок.

СЕТ. Секмет.

СЕКМЕТ. Что?

СЕТ. Почему Ра передумал истреблять людей?

СЕКМЕТ. Не знаю. Я нагнала на людей ужас, но потом спала много лет. После этого Ра не разговаривал со мной, и другие боги сторонились меня.

СЕТ. Поэтому ты ушла из Золотого Чертога и пришла сюда?

 

СЕКМЕТ. Не отвлекайся.

СЕТ. Меритсегер говорила, что Золотой Чертог – дом всех богов.

Сет получает удар в живот и сгибается, опираясь на меч.

СЕКМЕТ. Всех, но не мой…

Секмет хочет продолжить поединок, но Сет ещё не в состоянии, и она откладывает жезл, взамен протягивая ему бурдюк с водой.

СЕКМЕТ. Я не сразу пошла сюда, я блуждала среди людей, потом среди скал и песков. Одиночество сводило с ума.

СЕТ. Не думал, что среди богов чье-то существование тоже может быть лишним.

СЕКМЕТ. Как долго ты тут живешь?

СЕТ. Сколько себя помню.

СЕКМЕТ. Ни отца? Ни матери? Ты хотя бы раз видел других людей?

СЕТ. Только жрецов, что приезжают за советом к Меритсегер. Она воспитывала меня с самого детства, я не помню никого другого, кроме неё. Думаю, она подобрала меня среди песков, без неё меня бы убило солнце.

СЕКМЕТ. Для человека это тяжелое испытание. Не знать ни родины, ни семьи. Жизнь людей коротка, для них одиночество – страшное наказание.

СЕТ. А сколько лет ты жила в одиночестве?

СЕКМЕТ. Сотню или возможно две. Дни и года слились в одну полосу, мне сложно вспомнить что-то из того времени.

СЕТ. А эти шесть месяцев, что ты провела здесь, ты помнишь?

СЕКМЕТ. Помню ли я то, как ты споткнулся об мою ногу и кубарем катился по бархану? Или ночную ящерицу, которую ты попытался бросить мне в волосы? Или как обижался три дня, после того, как я отходила тебя жезлом за необоснованную самоуверенность?

СЕТ. Помнишь.

СЕКМЕТ. Или…

СЕТ. Хватит, я верю. С памятью у тебя все в порядке.

По песку бесшумно движется Меритсегер. Змея свивается кольцами за их спинами и наблюдает.

СЕКМЕТ. Для таких, как я, время не имеет значения. Только воспоминания. Мне говорили, что время ценно, я этого не понимала. И сейчас не понимаю.

СЕТ. Да ты и не только это не понимаешь.

СЕКМЕТ. Что?

МЕРИТСЕГЕР. Тебе стало легче, богиня Секмет?

Сет и Секмет вскакивают, вскидывая оружие.

СЕКМЕТ. Меритсегер! Не подкрадывайся со спины!

МЕРИТСЕГЕР. Отвечай мне. Разве ты сейчас не улыбалась? Часто ли ты улыбалась до того, как пришла сюда? Я наблюдала за тобой.

СЕКМЕТ. Я думала, ты будешь учить меня.

МЕРИТСЕГЕР. Вы справляетесь сами. Ваши поединки дают вам гораздо больше, чем вы замечаете. Разве не стала ты спокойнее в бою?

СЕКМЕТ. Я медленно двигаюсь. Ты сама сказала мне не обращать на него свой гнев.

МЕРИТСЕГЕР. И ты не гневаешься. Учишься быть терпеливой, ведь не раз он доводил тебя своей гордостью или неуклюжестью.

СЕТ. Я не неуклюж.

СЕКМЕТ. Неуклюж-неуклюж.

СЕТ. Кто-то своей надменностью меня самого не раз доводил.

МЕРИТСЕГЕР. Ты тоже учишься. Вы учитесь друг у друга, смиряете друг друга. Эти поединки делают тебя, богиня Возмездия, осторожной. А возможность говорить с тобой делает Сета человечней.

СЕКМЕТ. Человечней?

Меритсегер движется между ними, обвивая своими кольцами то одного, то другого.

МЕРИТСЕГЕР. Твое мастерство возрастает, мой мальчик.

СЕТ. Мне так не кажется.

МЕРИТСЕГЕР. Это хорошо видно со стороны. Не так ли, Секмет?

СЕКМЕТ. Да… он постепенно становится более умелым воином, чем в день нашей встречи. Он лучше защищается, но атака ещё не в полной силе. Но это дело времени.

МЕРИТСЕГЕР. А что ты ощущаешь во время боя?

Змея неподвижно смотрит на неё.

СЕКМЕТ. Это не бой. Я двигаюсь медленно, и гнев не успевает тронуть мой разум. Ты говоришь, что я становлюсь спокойнее, но, возможно, это моя сила больше не касается меня. Я слабею, богиня-змея?

Меритсегер: Почему ты так думаешь?

СЕКМЕТ. Суть моего творения – возмездие Ра, уничтожение всего живого и утоление собственной жажды крови. Но с тех пор, как я пришла сюда, мною были пролиты лишь несколько капель. Мне не нужно спать, не требуется пища, но как богиня… возможно как богиня я перестаю существовать. Я утрачиваю гнев свой. Может ли статься так, что я скоро исчезну?

МЕРИТСЕГЕР. Нет, так не станется. Ты не исчезаешь, Секмет. Как мало ты знаешь о богах, хотя всю свою жизнь провела как самая жестокая из них.

СЕКМЕТ. Ты объяснишь мне?

МЕРИТСЕГЕР. Блуждая среди людей, неужели ты не видела храмов, что они возводят в честь богов?

СЕКМЕТ. Я видела храмы Солнцеликого Ра. Храмы Бастет и Тота, видела их статуи в них и изображения на фресках.

Секмет в людном городе. Заходит в храм, где идёт молебен. Она видит статую, женщины с головой кошки, в руках которой жезл с лезвием. Лезвие вымазано кровью, на алтаре перед статуей лежат принесённые ей в дар жертвы.

СЕКМЕТ. Однажды я увидела и свою статую, в одном из храмов. Женщина с головой львицы, лишь имя и жезл оставались моими.

МЕРИТСЕГЕР. Ты видела достаточно. Люди строят в нашу честь храмы, приносят жертвы, молятся нам. Они просят нашей защиты или совета, чтобы мы помогли с посевами, в войне или в знамениях нашей воли.

Храмы. Статуи Богов. Молебны. Обряды. Жертвоприношения.

МЕРИТСЕГЕР. Каждого бога просят о том, в чьей власти помочь или наказать их. И сила бога возрастает по мере почитания людьми их.

СЕКМЕТ. Ра – самый почитаемый из богов.

Круг солнца высоко в небе. Золотая статуя Ра. Жрецы.

МЕРИТСЕГЕР. Верно. Но тебя, Секмет, боятся. Тебе строят храмы и приносят жертвы из страха, что ты можешь вернуться и покарать их за недостаточную почтительность.

Кровавые воды Нила. Залитые кровью улицы городов.

МЕРИТСЕГЕР. Тебя это никогда не интересовало, но люди помнят тот день, когда воды Нила стали красными. Пока ты блуждала, именно эта постоянно возрастающая сила молитв сводила тебя с ума. Ты теряла контроль, убивала людей в селеньях, а они думали, что ты гневаешься за ослушание или малое количество подношений.

Секмет открывает глаза.

СЕКМЕТ. Я никогда не думала о подобном.

МЕРИТСЕГЕР. Тебе никто и не рассказывал.

СЕКМЕТ. Так значит, всё это время я сама порождала своё безумие?

МЕРИТСЕГЕР. С первого дня. Но теперь твой разум может справиться даже с этой постоянно возрастающей силой. Хочешь ли ты вернуться в Золотой Чертог, чтобы убедиться в этом?

СЕКМЕТ. Ты прогоняешь меня, богиня-змея Меритсегер?

МЕРИТСЕГЕР. Нет. Но разве не затем ты пришла сюда? Ты хотела властвовать над собой, и в бою ты больше не теряешь разум. Разве не этого ты хотела? Теперь ты можешь справиться сама. Ты можешь вернуться в Золотой Чертог и занять свое место среди богов по праву.

СЕТ. Меритсегер…

МЕРИТСЕГЕР. Молчи. У каждого из нас своё место. Где твоё, Секмет?

СЕКМЕТ. Я… ещё не закончила его обучение. Уйду, когда буду уверена, что он не позволит себя убить.

МЕРИТСЕГЕР. Возможно, Великий Ра ищет тебя.

СЕКМЕТ. Отец мой Ра никогда не интересовался, где я и что со мной. Не думаю, что это волнует его сейчас. Если ты прогоняешь меня, я уйду. Передо мной равны все дороги, идти мне некуда. Тот, в чьем сердце поселился страх хотя бы раз, уже не изгонит его прочь. Они будут бояться меня так же, как прежде. Я не смогу исправить прошлое.

МЕРИТСЕГЕР. Тогда оставайся, Секмет. Я рада тому, что вижу внутри тебя. Оставайся там, где ты нужна не из страха.

СЕКМЕТ. Значит ты не против?

МЕРИТСЕГЕР. Только моя просьба остается прежней. Помни о ней.

Меритсегер уползает прочь.

СЕКМЕТ. Я помню.

Сет сидит на песке. Секмет смотрит вслед Меритсегер.

СЕКМЕТ. Вставай, ты достаточно отдохнул, пора продолжить.

СЕТ. Секмет, скажи, если бы ты, в самом деле, теряла божественную силу, ты бы ушла?

СЕКМЕТ. Хватит сидеть, идём.

СЕТ. Ты не ответила.

СЕКМЕТ. Перестань пускать корни в камни, ты идёшь или нет?!

СЕТ. Секмет!

СЕКМЕТ. Нет… Я не ушла бы… даже если потеря силы грозила мне смертью.

Поединок. Он начинается просто как тренировочный, но Сет случайно ранит Секмет. Она отшатывается, хватаясь за плечо… видит свою кровь и впадает в кровавое безумие. Сет пытается что-то сказать, позвать её, но она уже не слышит. Её дыхание переходит в рычание и несколькими яростными ударами богиня отправляет Сета на землю и заносит жезл, чтобы убить.

СЕТ. Секмет!

Секмет замирает, а затем бросается прочь. Сет пытается её догнать и остановить.

СЕТ. Секмет, стой! У тебя кровь!

СЕКМЕТ. Не подходи!

СЕТ. Позволь мне…

СЕКМЕТ. Прочь! Уйди прочь!

СЕТ. Ты ранена! В рану может попасть песок, тебе будет больно.

Рейтинг@Mail.ru