Багровый закат

Сергей Игоревич Пахомов
Багровый закат

Моей Ксюшеньке,

Единственной и горячо любимой.

…в понедельник родился, во вторник крестился, в среду женился, в четверг занемог, в пятницу слег,в субботу скончался, в воскресенье отпели, так и жизнь пролетела, считай, за неделю.

Песенка Соломона Гранди

Человек взрослеет тогда, когда осознает,

как мало времени у него осталось и как много он еще не успел.

Артур Ари.

 Артур Аристархов, 16 лет.

 Март.

 Ночной клуб. Дискотека. Блондинка танцует. Они знакомятся. Едут к ней. Секс.

 Июль.

 Клуб. Опять блондинка (другая). Идут к ней. Секс. Даже не познакомились.

Август.

 Клуб. На этот раз брюнетка. Танцы. Секс в туалете.

 Как и каждому нормальному парню, Артуру нравилась такая жизнь.

 Но, как и каждой творческой личности, ему этого было недостаточно.

 Артур Аристархов, 17 лет.

– Я начал писать книгу.

– Ты? Да ладно, – удивился Игорь.

– А что не так? – насупился Артур. В словах брата ему послышалась издевка.

 Игорь рассмеялся и примирительно поднял руки:

– Просто не думал, что в нашей семье появится писатель, – пояснил брат и осушил бокал с вином.

– Тише ты, бабушку разбудишь. – Артур встревоженно покосился на закрытую дверь. Судя по храпу, которому позавидовали бы даже монстры из фильмов ужасов, бабушке проснуться не грозило.

– Артур, тебе семнадцать, – все же потише проговорил Игорь.

– Бабуле объясни, – усмехнулся тот и изменил голос, передразнивая бабушку: – «Артюша, тебе уже хватит вина»!

 Оба рассмеялись.

– Эх, нужно было бутылку прихватить, – проговорил Игорь с еле слышным вздохом.

 Он любил водку. А ещё Игорь любил свою жену. Ради неё ездил за границу – пытаясь обеспечить ненаглядную. Но жена, скорее всего, его не любила.

– Дедушка, например, тоже писал.

– Да ладно, – округлил глаза Игорь. – Почему я не знал?

– Другой дедушка – по маминой линии, – пояснил Артур.

– Ты разговаривал с мамой?

– Она приходила забрать свои вещи, – слегка краснея, проговорил Артур и отхлебнул из бокала.

– И где можно почитать дедушкину писанину? – переменил тему брат.

– К сожалению, нигде. Он умер, так ничего и не издав.

 Артур немного погрустнел:

– Жалко, папа не приехал.

  Игорь с ним чаще виделся: они вместе ездили за границу работать.

 “Зря папа забрал брата”, – думал Артур.

 Он так и не рассказал Игорю, какие слухи ходят о его жене. Точнее, о том, как она развлекается, пока муж месяцами работает за бугром.

 Артур взял бутылку, опасливо прислушался – бабушка продолжала храпеть на зависть монстрам – и налил вина.

– Ладно, давай по последнему – и я пойду. К семье нужно, да и устал я с дороги, – сказал брат.

– Давай, – натужно улыбнулся Артур. – С наступающим.

– И за твою книгу. Я завтра почитаю, лады?

– Как хочешь, – кивнул Артур, хотя надеялся, что брат прочтет сегодня. – Только никому не рассказывай, а то еще идею украдут. Я только папе показывал. Он, кстати, очень меня хвалил, когда прочел. Сказал, я талант, – словно невзначай, похвастался Артур.

 Брат ушёл.

 Артур достал рукопись и начал перечитывать.

 «Багровый закат отражался в его прекрасных глазах…» – так начинался роман. История менялась уже много раз, но начало всегда оставалось неизменным. Артур любил читать о вампирах и эльфах и прекрасно знал о любви публики к таким персонажам. Он придумал невероятное создание – эльфа-вампира Демоника Касиуса Де Пафуа.

Демоник – сильнейший из всех живых и неумерших. Он невероятно красив. Даже мужчины находят его привлекательным. И – перед тем как попытаться его убить – всегда хвалят и восхищаются им. А девушки и вовсе падают в обморок, едва взглянув на Демоника.

 Одежда эльфа-вампира сочетает в себе стили всевозможных эпох: прошлого, будущего и даже альтернативной истории (где, видимо, надевают кольчугу на голый торс).

Как-то так получалось, что одеяния Демоника каким-то непостижимым образом менялись – иногда даже в процессе диалога, – но всегда оставались очень красивыми.

Рейтинг@Mail.ru