Только твоя

Саманта Аллен
Только твоя

Который раз за этот день он касался меня там? Я сбилась со счёта. Понимала только одно – мне не удастся избежать порочного и грязного контакта с этим одержимым мужчиной, который растирал клитор, выбивая из меня сдавленные стоны и проклятья, а потом долбил мою щель, как отбойный молоток, работающий на предельной скорости. Я уже была на грани. Не видела ничего. Комната растворилась, будто её никогда не было. Остался только голодный зов тела. Похоть. Животная страсть и одержимость. Я очень хорошо чувствовала одержимость Дэниела Хьюза именно сейчас, когда кончала, а он кусал мою шею, всасывал кожу, оставляя засосы. Всхлипывала, продолжая испытывать дрожь и судороги удовольствия.

– Моя… Запомни! Скажи это!

Я медлила с ответом. Но крупная головка члена скользнула ниже и начала давить на мою попку. От паники я закричала, срывая голос:

– Твоя! Только твоя!

Мечтала, чтобы он остановился. Я не смогу – он меня разорвёт. Я не готова к боли. Стон облегчения сорвался с губ, когда Дэниел перестал угрожать анальным сексом. Скользнул выше, сделал несколько быстрых скользящих движений поверх попки и выплеснулся. Он кончал, содрогаясь надо мной всем телом и матерясь сквозь зубы. Потом дёрнул за лоскут ткани, которым были перевязаны запястья.

Освободил меня.

Я обернулась, глядя на ублюдка сквозь пелену мутных слёз. Провела пальцами по волосам, собирая их, и сразу же почувствовала вязкую жидкость. Он выстрелил струёй спермы так, что запачкал не только спину, но и волосы.

– Это был первый урок, Лоррейн Вуд. Надеюсь, тебе хватит одного урока хороших манер, – процедил сквозь зубы, застёгивая ширинку. Я поднялась и на трясущихся ногах побрела в ванную. – Лорри! – настиг меня грозный отклик. – Я запрещаю тебе смывать со своего тела мой запах. Это твоё наказание за непослушание.

– Но я…

– Только с моего разрешения, – произнёс Дэниел Хьюз. – Я дам тебе знать.

Чудовище! Я обязательно от тебя сбегу при первой же возможности!

– Попытки бегства не увенчаются успехом, – предупредил мучитель, словно мог читать мои мысли. – В комнате установлены видеокамеры. Не ищи их. Они хорошо спрятаны. Если ты попытаешься ослушаться меня и пойдёшь в душ, тебе несдобровать.

– Почему мне нельзя хотя бы принять душ? – воскликнула с отчаянием.

– Я хочу видеть тебя покорной, – склонил голову набок, улыбнувшись, как сытый тигр. – Подумай над своим поведением… – Я сжала губы, удерживаясь из последних сил. – Что-то хочешь сказать?

– Да, Хозяин! – выплюнула со всей злостью и ненавистью, на которые была способна.

Пусть захлебнётся моим послушанием и покорностью! Но Дэниел только кивнул и вышел. Я дождалась, пока его шаги смолкнут в отдалении. И только после этого позволила себе рухнуть на пол, содрогаясь в рыданиях.

Глава 5

«Только твоя!..»

Я вырвал это признание из уст крошки. Но какой ценой? Всё должно было произойти не так. Я сдавил в руке стакан со спиртным. Стекло жалобно затрещало. Ещё немного – и я его раздавлю, как пустую яичную скорлупу.

Сорвался.

С того самого момента, когда понял, что красотка ускользнула на встречу с каким-то хлыщом. Едва успел выдернуть своё сокровище из-под сосунка с торчащим хреном. Мне стоило большого труда сдержаться, чтобы не выместить злобу на парне.

Девчонка моя. Только моя…

Я мучительно долго ждал момента её совершеннолетия. Три года ожидания, а потом… Пришлось ждать ещё целый проклятый год! Словно сама Вселенная начала подставлять мне подножки. Одну за другой. Всё едва не сорвалось, но я сумел направить ситуацию в нужное русло. Получил свой Гран-При.

Своё сокровище…

Альфу и омегу моих грязных, сладко-порочных мечтаний.

Лоррейн Вуд.

Ох, красотка обошлась мне невероятно дорого! Но клянусь, она того стоит. Моя богиня с телом жрицы любви стоит каждого потраченного доллара.

На одной чаше весов – значительная сумма, уплаченная за неё, на другой – сама крошка. Я не жалею ни о чём. Получить мечту в единоличное владение. Неиспорченной… Это дорогого стоит.

Кто-то мечтает об опытной, умелой девице, умеющей всё. Меня же простреливало насквозь похотью от мыслей о невинности моей дикарочки.

Я едва не захлёбывался слюной, думая о том, что между ножек малышки никем не тронутая дырочка. Я первым протараню её и сделаю своей. Обучу, развращу и сделаю своей постельной шлюшкой.

Нет ничего плохого в том, чтобы быть шлюхой для своего единственного мужчины.

Я хотел именно этого – быть единственным для неё. Чтобы кончала подо мной и орала, срывая голос. Только моя…

Этот день должен был пойти по другому сценарию. Но Барри Фуллер упустил девчонку. Он радостно упаковал чемодан – всего один, в который положил документы и жутко дорогую шляпу.

Барри улетел на тропические острова, исчез из жизни Лорри, как мы и договаривались. Но при этом упустил девчонку.

Чертовка обманула своего старика, сказав, что отправится на вечеринку в клуб вместе с подругами. Но каким-то образом улизнула с вечеринки очень незаметно.

Мои люди сбились с ног, отыскивая Лоррейн. Я выдернул её, обнажённую, из-под какого-то парня, озверев в тот же миг.

Я и не подозревал, что Лорри нарушает запрет отчима и тайком встречается с кем-то.

О да, Барри бдил, чтобы товар остался в целостности, нетронутым. Но бдил недостаточно хорошо. А сегодня, чёрт… Я едва не налажал!

Но кто же знал, что красотка взбунтуется?

Настоящая фурия. Бестия. Огненная стихия… Дерзкая и сумасбродная девчонка!

Её смирение и послушание были показушными. Дьявол меня раздери, в Лорри нет ни грамма покладистости!

Ох, и нелегко же мне придётся с этой чертовкой!

Но она не устоит передо мной. Не сможет этого сделать.

Моя дикарочка юна и неопытна. Какая малышка устоит перед мужчиной, готовым превратить её жизнь в сказку?

Я положу весь мир к её стройным, длинным ножкам. Осыплю золотом и нанижу дорогие перстни на каждый пальчик. Она будет счастлива со мной.

Уверен, только я смогу дать ей всё. Стать самым лучшим и единственным мужчиной, другом, братом, отцом. Хочу стать центром её Вселенной, стать для её всем.

Мечтаю занять столько же места в её мыслях, сколько она занимает в моих.

Вот уже несколько лет я схожу по ней с ума.

Трахаю шлюх, похожих на неё, но кончаю, только когда представляю Лорри.

Я стал зависимым и больным. Изголодался по ней, хоть никогда не пробовал большего, чем её губы.

За четыре года ожидания я смог только однажды поцеловать свою мечту. Именно тогда всё началось. С шутливого полупьяного поцелуя.

Когда я прикоснулся к её губам, напоминающим клубничный джем, меня сорвало в пропасть полыхающего безумия. Это было торнадо одержимости. Ураган похотливого желания.

До встречи с ней я никогда не чувствовал ничего подобного. Пробовал губы девчонки и фанател, понимая, что меня – взрослого и убеждённого холостяка – насквозь пронзило осознанием: Она – моя женщина. Единственная.

Я понял это на уровне инстинктов, словно вервольф, нашедший свою истинную пару.

Наше предназначение – быть вместе.

Аминь.

Так и будет. Клянусь!

Если бы не одно но: Теперь Лоррейн считает меня ублюдком…

Но, моя маленькая, тебе придётся повзрослеть. Это произойдёт рядом со мной.

Взрослеть иногда бывает больно, Лорри. Но если ты позволишь, я осушу твои слёзы поцелуями, и ты не пожалеешь ни об одной секунде, проведённой рядом со мной. Рука об руку мы пройдём через всю жизнь.

Я допил спиртное, мысленно произнеся тост за благоразумие малышки.

Чёрт побери, она совсем юна!

Но я надеюсь, что дикарочка возьмётся за ум и перестанет вести себя так дерзко и непокорно.

Я жил ею и мечтал о ней несколько лет, а она плюнула мне в лицо! Сучка!

Адреналин снова забурлил в крови.

Я еле сдержался в спальне. Мне хотелось нагнуть и жёстко трахнуть её. Поиметь. Овладеть во всех позах…

Дьявол нашёптывал мне в ухо грязные фантазии. Показывал порочные картинки с её участием. Это был не просто животный секс. Это был полноценный фильм с возрастным ограничением 21+! Лорри вывела меня из себя за считанные минуты.

Лорри, милая, не зли меня. Лучше стань мягкой и послушной, моей мокренькой развратной девочкой.

Ты ещё не вкусила боль безумия и тоски по желанному, а я за несколько лет достиг в этом невероятных высот. Я тебя ни за что не отпущу.

Ты будешь только моей.

Всегда.

* * *

– Привет. Не угостишь меня выпивкой?

Я повернулся на звук голоса, сочившегося приторной патокой. Слева от меня села девушка. Волосы пшеничного цвета чуть ниже плеч, правильные черты лица и прозрачно-зелёные глаза. Стройная фигурка. Грудь слишком круглая – скорее всего, хирург постарался, доводя её до совершенства.

Меня не прельщают такие девушки. Они ничем не отличаются от проституток, только не отстёгивают процент сутенёру. Я предпочитаю честность во всём, поэтому не ведусь на таких, как эта красотка. Просто плачу шлюхам за секс-услуги.

– Я уже закончил, – резко допиваю и встаю.

– Постой… – блондинка хватает меня за локоть.

Я хмурюсь. Не хватало, чтобы она вешалась на меня в буквальном смысле слова!

– Я Аманда. Помнишь меня?

– Нет.

– Отель «Плаза» в Сиднее, – пытается напомнить блондинка.

– Не-а, – фыркаю я. – Не запоминаю проституток.

– Эй! – обижается девушка. – Я работала администратором. Но была брюнеткой… Сейчас изменила цвет волос.

– А-а-а… – улыбаюсь.

Теперь вспомнил. Аманда, администратор отеля. Отношения между постояльцами и обслуживающим персоналом запрещены, но на деле интрижки, подобные той, что закрутилась между нами, не редкость. Я был недоволен обслуживанием и позвонил на ресепшен. Администратор отеля лично поднялся в мой номер. Это была девушка. Знойная и умелая. Очень умелая… Я был немного навеселе и начал клеить её прямо в номере. Она поломалась немного для приличия, но потом позволила себя нагнуть над столом и трахнуть. Кажется, с ней было нескучно. Мы встречались за пределами отеля, весело проводили время. Потом мой отдых закончился. Короткая курортная интрижка прекратилась в тот же миг.

 

– Я оставляла тебе визитку со своим номером телефона, – улыбается Аманда.

– Потерял, – пожимаю плечами.

Не помню. Скорее всего, я сразу же выкинул ее в урну.

– Как жизнь?

Аманда не собиралась меня отпускать.

– Отлично. А ты что делаешь в Новом Орлеане?

– У меня родители отсюда родом. Невероятно, правда? Встретиться на другом континенте и спустя год понять, что мы родом из одного города! Вау!

Я не разделял восторгов Аманды.

– Знаешь, мне пора. Я очень тороплюсь. Всего хорошего.

– Теперь я осела здесь, – улыбалась Аманда и всё-таки умудрилась засунуть крошечную визитку в карман моего пиджака. – Позвони, если будет скучно.

Она подмигнула мне и отвернулась к бармену, заказывая коктейль и демонстрируя мне свою спину. Идеально выпрямленную, с оттопыренной задницей.

Ох, Аманда, зря стараешься!

Я едва не трахнул попку, по которой грезил четыре грёбаных года!

«Лорри, Лорри…» – мысленно напеваю незатейливую мелодию.

– Джаспер, пошевеливайся! – нетерпеливо прошу водителя.

– Превысить допустимую скорость?

– Да, чёрт бы тебя побрал! Я тороплюсь…

Джаспер молчаливо кивает. Я всецело доверяю этому человеку. Если и буду отпускать свою малышку на прогулку, то только в его сопровождении. Он отменно водит и владеет навыками рукопашного боя. Бывший военный. Моя крошка будет под надёжной охраной.

Почему-то ублюдок Коулман не шёл у меня из головы. Он отступился от моей крошки довольно легко… Я приготовился сражаться, но он всего лишь немного потрепал нервы напоследок. Позлил маленькую красотку и расстроил, убив её беззащитного питомца. Это знак? Или просто фирменная ухмылка мерзавца? Пока трудно сказать. Надеюсь, старый ублюдок удовлетворился пополнившимся банковским счётом. И небольшим бонусом в виде налички.

– Наконец-то! – выдохнул, переступая порог своего особняка.

– Проблемы, Дэниел?

Я скинул пиджак в сторону, улыбаясь управляющему. Корнелиус Смит служит моей семье уже не один десяток лет. Как служил его отец, а до его отца – дед и так далее…

Как-то мы считали, что афроамериканская семья Смит служит нам уже почти два столетия. Подумать только! Сейчас Корнелиусу уже за шестьдесят. У него белые, как луна, пружинистые волосы и кожа цвета шоколада. Ещё один человек, в верности которого я не сомневаюсь.

– Всего лишь пробки на дорогах, старина Корни…

Я сразу же поднялся на второй этаж и пошел прямиком к спальне Лоррейн.

Распахнул дверь. Пустота! Я залетел в кровать и начал осматривать каждый её уголок. Заглянул даже под кровать, распахнул дверцы шкафа и, разумеется, осмотрел санузел. Не мог поверить своим глазам… Пусто! Лоррейн исчезла!

– Корнелиус! – взревел диким зверем и смерчем вылетел из спальни, едва не сбив старика с ног.

– Ищете маленькую госпожу?

– Да! Где она? Чёрт бы тебя побрал, не молчи!

Корнелиус покачал головой. Он старше меня ровно на тридцать лет. Он видел меня ползающим под столом и чересчур близок к моей семье. Я не мог воспринимать его только как управляющего. Он не просто часть персонала – он часть семьи. И когда тебя подводят близкие, ты чувствуешь себя дерьмово!

– Не стоит так переживать, Дэниел. Я переселил маленькую госпожу в другую спальню, – белозубо улыбнулся Корнелиус. – Левое крыло.

Я побежал в обозначенном направлении.

– Постой, постой, Дэниел! Мои старые кости не могут передвигаться так быстро! – просил Корнелиус.

Старикан врал – он передвигается иногда даже шустрее меня. На редкость выносливый и расторопный. Так что его просьба притормозить – всего лишь уловка.

– Что тебе, Корнелиус? – застыл в нескольких футах от двери спальни.

– Дэниел, – начал он без тени хитрости, – не собираешься же ты будить девочку?

– Я всего лишь хочу удостовериться, что она в моём доме! В этой спальне! – понизил голос на полтона.

– Она там.

Но я хотел увидеть свой фетиш собственными глазами. Осторожно открыл дверь и прислушался. Мерное, ровное дыхание. Вошел в комнату. Мои глаза быстро привыкли к темноте. Увидел очертания юного стройного тела под тонкой простынёй. Лоррейн спала на одном боку, подогнув аппетитную ножку. Наклонился, вдохнул сладкий аромат её дыхания.

Спи, моя красавица… Я поговорю с тобой завтра.

Погладил ее по волосам. Осторожно поцеловал пухлые губки, едва сдерживая стон и рвущееся возбуждение. Девчонка пошевелилась во сне. Надо уходить.

Я пошёл прочь, стараясь не шуметь. Но я заметил кое-что. И хотел услышать ответы от своего управляющего.

Корнелиус следовал за мной по пятам. Собран, деловит. Спокоен. Открыл передо мной дверь кабинета – знает мои привычки и безошибочно угадал, что сейчас мне нужно побыть в строгой, лишённой излишеств обстановке, чтобы взвесить всё.

– Итак. Почему Лоррейн в другой спальне? Она пыталась бежать? – спросил я, загружая данные с камер видеонаблюдения. Выставил необходимый интервал и ждал, пока система обработает запрос.

– Нет, Дэниел. Девушка не пыталась бежать. По правде говоря, она даже не пыталась пошевелиться… – Он помолчал и добавил: – Девочка плакала несколько часов. Навзрыд. Я давно… очень давно не слышал, чтобы кто-нибудь рыдал так горько и много. – Корнелиус снова сделал паузу, пожевав губами. – Кажется, припоминаю одного мальца, плакавшего так же горько. Много лет назад… – Взгляд тёмных глаз остановился на мне.

Я знал, кого имел в виду Корнелиус. Но сейчас речь не обо мне и не о моём прошлом. Стиснул челюсти изо всех сил.

– Ближе к делу, Корнелиус! И трепись поменьше.

Корнелиус сразу же выпрямился, задрал подбородок повыше.

– Я видел, как господин вылетел из спальни с плёткой в руках. Наверняка он хотел преподать урок манер маленькой девочке. Судя по безутешному плачу девочки, урок вышел очень внушительным. – Скрипнул зубами. Корнелиус нарочно подчеркнул, что Лоррейн – ещё совсем крошка. Давил на мою совесть, старый чёрный лис! – Насколько я слышал, господин запретил девочке пользоваться даже ванной. Воспитание – дело хорошее, мистер Хьюз. Но не стоит забывать о главном правиле воспитания. Никогда, ни при каких обстоятельствах нельзя лишать человека главных нужд. Еды, питья, сна… гигиены.

– Ты вздумал меня учить? – закипел я яростью.

– Учить? – притворно изумился управляющий. – Нет, масса. – Корнелиус подобострастно взглянул на меня и повторил слово «масса» – исковерканное афроамериканцами обращение от слова «мастер». – Вы можете наказать старого нигера, масса, потому что он взял на себя смелость вмешаться. Я дал девочке чистую одежду и отвёл в гостевую спальню. Она плакала так, что не могла держать стакан с водой. Вода постоянно расплёскивалась. Но я дал девочке выпить перед сном тёплого молока с мёдом. Я немного схитрил и добавил сонных капель. Девочка уснула. Виноват, масса, – вздохнул Корнелиус. – Теперь можете взять плётку и отходить нерадивого слугу, как вам вздумается.

Корнелиус не показывал, что недоволен мной. Но больше всего меня раздражало его молчание. Я со злостью смотрел на управляющего.

– Хочешь сказать, что я неправ?

– Разве может старый нигер быть умнее своего молодого белого хозяина, масса?

– Прекрати этот цирк немедленно! – ударил по столу кулаком. – Ты же знаешь, как я не люблю, когда ты корчишь из себя тугодума! – Корнелиус кивнул. – Сядь, Корни. Ради всего святого, сядь и прекрати измываться надо мной.

Корнелиус вытянулся в кресле напротив, сцепив длинные пальцы под подбородком.

– И в мыслях не было измываться. Измывается кто-то другой… – управляющий многозначительно смотрел на меня.

Меня переполняли эмоции. Я кипел, как вулкан, вскочил с места, схватился за край столешницы из дорогого дерева.

– Ты не понимаешь, Корни! Я мечтал об этой девчонке четыре грёбаных года!

– И испортил всё за один день.

– Она вывела меня из себя вот так, – щёлкнул пальцами. – Дикая, дерзкая, бунтующая! Непокорная.

– Ай-яй-яй, какая девочка! Судя по всем, аппетитная! – рассмеялся Корнелиус. – Неудивительно, что она тебе понравилась.

– Я долго ждал этого дня. Она была на волоске от пропасти. Я спас её. А в ответ она плюнула мне в лицо!

Корнелиус пожал внушительными плечами.

– Если ты подавал ей информацию так, как сейчас, то уверен, что она мечтает не только плюнуть тебе в лицо ещё раз.

– Ха-ха… Тебе смешно? А мне нет. Я надеюсь перевоспитать эту чертовку.

– Плёткой?

– Если потребуется…

Корнелиус грустно покачал головой:

– Я всегда говорил, что от этой плётки добра не жди. В ней живёт злобный дух прежнего хозяина дома. Он толкает тебя идти той же дорогой, Дэниел.

Я перевел дыхание, пытаясь унять бешено колотившееся сердце.

– Возможно, я перегнул палку, – нехотя признал.

– Так и есть.

– Но я хотел как можно скорее донести до её сведения, что я – лучший вариант.

– Ты не станешь лучшим вариантом. Возможно, ты станешь единственным вариантом. Исключительно по принуждению. Но если ты хочешь добиться от этой девочки кое-чего другого, тебе придётся действовать иначе.

Я засмеялся в голос.

– Ты учишь меня обращаться с женщинами?

– Кому-то придётся, – усмехнулся управляющий и добавил серьёзным тоном: – У тебя, к сожалению, был дурной пример перед глазами. Мне кажется, его вколотили в тебя ударами той самой плётки.

– Ты ошибаешься, Корни. Я не пойду дорогой своего отца.

– О да. Именно потому что ты не хочешь идти по его стопам, ты при первом же сопротивлении схватился за плётку! – насмешливо заметил управляющий и, нарочито громко кряхтя по-стариковски, поднялся: – Э-э-э-эх… Ты говоришь, Дэниел, что крошка – твоя единственная, но в первый же день начал обращаться с ней, как со шлюхой.

– Ты слишком много болтаешь! – процедил я сквозь зубы. – Уже жалею, что поделился с тобой своими планами относительно этой девчонки.

– Ты поделился ими со мной намного раньше того дня, когда впервые рассказал о Лорри.

– Не понял…

– Ты бредил ею. И в болезни, и в пьяном угаре. Ох, малыш Дэни, наломал же ты дров с самого начала… Для тебя дороги назад уже нет. А вот крошке теперь будет сложно проникнуться к тебе симпатией. Очень сложно…

Глава 6

– Ты не спишь, Лорри…

Я вздрогнула от звука этого голоса и зажмурилась ещё крепче. Послышался тяжёлый вздох. Матрас прогнулся под весом мужского тела. Пряный аромат парфюма забился в ноздри. Мой мучитель. Покупатель. Хозяин! Хозяин – даже мысленно было противно произносить это слово! Но вчера пришлось сказать его вслух. Села, откинув одеяло. Дэниел Хьюз сидел на краю кровати, опершись ладонью о кровать.

– Чего угодно хозяину? – спросила как можно равнодушнее. – Раздеться прямо сейчас и приступать к ублажению ртом? Или желаете трахнуть все прочие отверстия?

– Прекрати!

Дэниел Хьюз встал, скрестив руки под мощной грудью. Я отметила, как рубашка натянулась на его плечах и облепила великолепные мышцы. Скульптурное, рельефное тело. Сразу понятно, что Дэниел немало часов проводит в зале. До седьмого пота. Я попыталась прогнать порочные видения, но успела представить его грудь с капельками пота и испытала слабость. Сожаление от того, что он так прекрасен внешне и жесток, абсолютно чёрен изнутри. Могла ли я предположить, что он будет так жесток?

– Встань, Лорри. – Я вылезла из кровати, робея перед мужчиной. Он выше меня и сильнее. В его руках сосредоточена огромная власть. – Повернись ко мне спиной. Спусти свои пижамные штаны, – холодным тоном приказал Дэниел.

Я невольно всхлипнула. С раннего утра у меня было не очень боевое настроение. Я ещё не позавтракала, а за вчерашний длинный и тяжёлый день выпила только кружку тёплого молока. Её принёс мне слуга Дэниела. Почему-то злиться на старика у меня не получилось. Он вселял какое-то спокойствие. Скорее всего, ложное. Уверена, что Дэниел окружил себя людьми такими же, как он сам – чёрствыми, продажными и бездушными.

– Лорри, не испытывай моё терпение, – поторопил Дэниел. – Спусти штаны сейчас же!

Я резко дёрнула их вниз. Под ними не было трусиков. Вчера мне выдали пижаму, но нижнего белья к ней не предполагалось. Дэниел обхватил меня за бёдра сильными ладонями. Я зажмурилась. Представила, как он сейчас нагнёт меня и завершит начатое вчера. Трахнет. Поимеет. Использует по назначению. Но вместо этого мужчина принялся гладить нежную кожу ягодиц пальцами.

– На твоей безумно красивой попке синяки, – проговорил он севшим голосом. Шорох одежды. Резкое движение позади меня. Я испустила испуганный вздох, но Дэниел всего лишь… опустился на колени позади меня. – Я не хочу причинять тебе боль, дикарочка. Давай договоримся, что это было первый и последний раз? – голос Дэниела полон чувственных вибраций. От них пробежали мурашки по коже. Я ещё не проснулась до конца и отчасти хотела верить, что всё происходящее – сон, дурной сон. – Моя сладкая ягодка, – пробормотал Дэниел, целуя ягодицы. – Моя девочка. Ты знаешь, как давно я мечтаю о тебе?

 

– Нет, – прошептала.

Не понимала своих эмоций. Я трепетала. Но не только от страха. В моей дрожи было много предвкушения. Неправильного и противоестественного. Но губы Дэниела такие горячие и мягкие. Волшебные. Он целовал мои ягодицы, пуская в ход влажный язык. Словно зверь, зализывал полосы синяков. Внутри поднимался ураган. От него зашкаливало пульс. В голове возникали неприличные мысли. И если мужчине захочется большего, ему достаточно шевельнуть рукой совсем немного…

– Моя девочка, – хрипло шептал Дэниел срывающимся шёпотом. Нажал на поясницу, целуя ягодицы. – Нагнись над кроватью.

– Пожалуйста. Не надо! Пожалуйста… – ненавидела себя за просящие интонации в дрожащем голосе, но ничего не могла с собой поделать.

Ещё так рано. Я привыкла завтракать по утрам, смотреть видео на канале любимого бьюти-блогера. Я составляла планы на день, а не обслуживала похотливых богатых извращенцев.

– Я хочу попробовать тебя на вкус… Прогнись! – Дэниел добавил металла в голос.

Теперь я не раздумывала ни секунды. Мне не хотелось очередной порки.

– Да, Хозяин… – обречённо выдохнула и уперлась локтями в кровать.

Дэниел удовлетворённо выдохнул. Спустил пижамные штаны до щиколоток и заставил переступить через них.

– Красавица… – Его большие сильные ладони сжимали мои ягодицы, раздвигая их. – Прогнись кошечкой, Лорри. Я знаю, что ты отлично танцуешь. Моя гибкая девочка…

Дэниел знал обо мне слишком много. Наверняка осведомился о качествах товара перед тем, как купить его. Так и вижу его листающим папку, в которой на каждом листе записаны мои подробнейшие характеристики…

Иисусе, я думаю о всякой ерунде. Только для того, чтобы не думать, что я стою в откровенно бесстыжей позе перед мужчиной, о котором не знаю совершенно ничего.

– Помнишь наш поцелуй, Лорри?

Я вздрагиваю всем телом.

– Нет… – прошептала еле слышно.

– Врёшь. – Он прижался носом, провел щекой по моей попке. У Дэниела сексуальная щетина. Ему безумно идёт. Она царапала атласную кожу. Колючие прикосновения. Запретные. От них поднималась волна мурашек. – Я напомню тебе о нашем единственном поцелуе, который был до вчерашнего дня. Это был твой первый взрослый поцелуй с язычком, Лорри… – шептал Дэниел. Его горячий шёпот обжег… мои складочки. Он говорил прямо напротив киски. Мужчине видно абсолютно всё: и половые губки, налившиеся тревожными ощущениями, и розовую сердцевину нежной мякоти. – Потом я поцелую твои сладкие губки, Лорри. Но сейчас хочу показать тебе, что языком можно не только целоваться. Вернее, целоваться не только в ротик. Но и здесь… Тоже.

– А-а-а-ах!

Мой изумлённый вздох прозвучал громко и искренне. Дэниел провел влажным языком снизу вверх. Медленно и чувственно, порождая вихрь ощущений. Я замерла на месте. Мне хотелось… чтобы он остановился! Это безумно порочно и так откровенно. Мы же почти незнакомы. Это чересчур! И о боже, за окном уже так светло. Солнечные лучики пляшут по кровати. Я зажмурилась. Мои знания о сексе почерпнуты из разговоров с подружками, эротических романов и просмотров порнохаба. Причём я так и не смогла досмотреть ни один фильм до конца. Порно казалось мне наигранным и до ужаса неискренним.

Отчим держал меня в строгости и запрещал встречаться с парнями. Я тайком встречалась с Кристианом, но дальше петтинга мы забрались лишь однажды…

Но, как известно, это окончилось ничем. Теперь я – собственность мистера Хьюза. А он собирался обучить меня всяким порочным приёмчикам и развратить окончательно. Вылизывать киску при ярком свете божьего дня? Ох, он это определённо умеет…

* * *

Она смущалась. Моя чистая и непорочная девочка. Розовым полыхали не только щёчки, но и кончики её маленьких ушек. Мне понравилось посасывать её мочки и покусывать их вчера. Она дрожала и начинала дышать чаще. Значит, это чувствительное местечко можно будет использовать. Ей понравится. Аккуратные мочки маленьких ушек красотки – ещё один пунктик в моём длинном списке…

Она вся – один длинный список. Мой живой фетиш. Уверен, нет ни одного местечка на её идеальном теле, которое не пришлось бы мне по вкусу. Я смотрел на неё и не видел изъянов. Ни одного. Само совершенства. Я повёрнут на ней так, что от благоразумия не осталось ни крошки. Их склевали голодные стервятники моей одержимости. Пируйте жалкими остатками! Потому что мне не нужно ничего, когда крошка напрягается нервной дрожью под моими руками и языком.

– Не стесняйся, милая, – попросил, оторвавшись на секунду от усердного вылизывания её сладкой киски. – Мне хочется видеть, как тебе это нравится.

Медленно провёл языком снизу вверх и обратно. Задержался на мягкой сердцевине, проталкивая язык в сладкое отверстие.

– О-о-о-ох, – попыталась она сдержать стон.

Но у неё это не получилось.

– Не зажимайся, дикарочка. Расслабься. Я заласкаю каждый дюйм твоей сладкой плоти. Ты кончишь мне на язык. Я вылакаю твой оргазм до единой капли… Не сопротивляйся, Лорри. Просто получай наслаждение…

Хватит болтать. Я раздразнил дырочку, но не услышал ни одного громкого стона страсти – это упущение, чёрт побери! Я хотел слышать, как она дышит и стонет. Мечтал почувствовать, как будет толкаться бёдрами навстречу моему рту. Я заставлю её тереться влажной и голодной щелью о мой рот, вымаливая ещё одно прикосновение…

Отодвинулся всего на секунду, чтобы оценить вид. Мне нравилось: круглая попка, вздёрнутая кверху; длинные стройные ножки, созданные, чтобы обвивать торс, пока я резкими мощными толчками буду врезаться в её тело до великолепных ярких оргазмов; тонкие щиколотки – я мог обхватить их пальцами.

Обвёл взглядом тренированные икры и крепкие бёдра. Каждый элемент её тела – как фрагмент порочной головоломки в моей фантазии. Она вся проникнута ароматом и звуками секса. Прекратил обгладывать тело своей малышки жадным взглядом. Приблизился к ней. Поцеловал складочки, дрогнувшие от моего поцелуя. Пустил в ход язык. Медленно снизу-вверх и обратно. Подобрался к сердцевине и начал кружить, вырисовывая порочные тугие спирали. Надавливал языком, заставляя открыться мне навстречу. Лорри часто и шумно дышала. Пыталась сдерживаться, но уже сдавалась. Её поражение проливалось влажными сладкими соками на мой язык. Я начал двигать языком усерднее. Моя девочка отзывалась. Дрожала. Пыталась отодвинуться. Но я запретил ей это делать, рыча:

– Не вздумай удирать от меня, Лорри! – Зажал так, чтобы не могла двинуться. Моя… Всегда будет моей. – Запрещаю отстраняться. Запрещаю забирать моё наслаждение, – шептал, как безумный.

Пьянел от сладкого аромата её возбуждения. Она пахла сладким цветущим миндалём. Улыбался, лакая языком райские сливки. Они проливались возбуждёнными потоками на мой язык. Причмокивал, не желая упустить ни единой росинки драгоценной влаги. Лорри текла. Моя девочка устала бороться и отпустила себя, громко простонав. Её бёдра содрогнулись.

– Да! Вот так! – подбодрил её довольным рыком. – Нравится?

– Нет! Нет! – задыхаясь, ответила она. – О-о-о-о, нет! Я не хочу-у-у-у…

– Не хочешь? – ухмыльнулся.

Мои губы блестели от её смазки. Отстранился, разглядывая капельки влаги на набухших половых губах. Клитор увеличился и дрожал, полный нетерпения.

– Кажется, я не приласкал твой чувствительный бугорок. Поэтому ты такая недовольная…

Я кружил пальцами вокруг отверстия, собирая влагу. Потом медленно ввёл их.

– А-а-ах! Прекрати! Довольно! Я уже поняла, что ты… умелый любовник! А-а-а-а… Покажи это другой девушке. Не мне! – хныкала Лоррейн.

– Напротив, маленькая. Я продемонстрирую тебе все свои умения, – заверил, двигая пальцами вперёд и назад, погружая указательный и средний ровно до второй фаланги.

Наслаждался… Стеночки её лона вибрировали и жадно обхватывали их. Тугая, тесная и гладкая изнутри. Хотел побывать в этой дырочке не только языком, но и членом.

Но сегодня в меню развлечений – только оральные ласки для моей малышки. Как только Лорри достигнет пика, она сразу поймёт, что я не шутил, обещая ей рай. Она станет моей голодной дикарочкой, мечтающей о том, чтобы я вкручивал язык в её дырочку как можно чаще.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru