Ида из Ассе с громогласным Бернаном все перебрасывались бахвальствами в сторону друг друга. В какой-то момент островной здоровяк, видимо, вообразил, что в руке у него не козлиная нога, а клинок и начал махать им в сторону одного из особо наглых северных гостей. Пытаясь влепить тому по лицу куском мяса, он повалился на стол, чуть не опрокинув тот. Облаченная в радужные одежды воительница залилась смехом. Кельвин Стонфист не торопился их разнимать, и, только согревшийся, сир Джесси, отошедший наконец от очага, укорил тех.
– Уважаемые господа, вы, как-никак, в королевском зале! А дурачитесь, что малые дети! – покачал головой Редмаунт, остановив почти отроческое хулиганство гигантского фарра. – Представьте, что вас застал бы сейчас лорд-хранитель?!
– Было бы, откровенно говоря, забавно, – согласился сир Кельвин, осушив свой бокал с вином и принявшись за маринованное яйцо, пока слуги внесли свежеприготовленную рыбную похлебку, предлагая ее всем желающим. Эндри не отказался от теплого супца.
– Что там за варево? – приподняла взгляд в тарелку Караная Ида из Ассе, оценивая похлебку. – Ай, Боррова борода, наливай! – махнула она подходящей служанке, посматривая на чан с рыбным супом у ее груди. – И эля мне с ребятами принеси. А то от этой болтовни о войнушке у меня пересохло в горле!
Спешно кивнув, служанка удалилась и, принесенный ею суп, кажется, из трески, на некоторое время угомонил спор воинствующих гостей. Люди Ассе принялись поглощать похлебку, закусывая жесткими ломтями хлеба и покрывая это все чарками свежего эля. Присоединился к ним и Бернан, столь большой, что просто выпил тарелку с тресковым супом за несколько глотков, пережевывая содержимое. Часть похлебки пролилась по его усам и бороде.
Джесси Редмаунт, усевшись напротив Эндри, принялся лениво пожевывать подхваченные им с какой-то тарелки крабовые клешни. Разлив себе и Эндри немного вина, Редмаунт почесал свою бородку.
– Видать, тебе, Эндри, придется обождать, пока лорд-хранитель не примет прочих гостей, – вздохнул рыцарь. – Кто-ж знал, что еще кто-нибудь окромя нас решит отправиться сюда в такую премерзкую погодку!
– Что поделать, Джесси, – пожал плечами Каранай, отведав похлебки и закусив ее ломтем хлеба, слишком черствого, чтобы быть свежим, – королевские дела… они такие. Ждать-то нам не в новинку.
– Не думаю, что ждать придется долго, – краем уха подметив их диалог, обратился к двоим сир Кельвин, оглядывая блюда на столе. – Бернан тут по вопросам привычным. Наверняка его опять беспокоит что-то с флотом. А наши северные «друзья»… – пустил смешок Стонфист. – Что-ж, не думаю, что они задержат лорда-хранителя надолго.
– А когда господин хранитель снизойдет уделить нам внимание? – приподнял бровь сир Джесси.
– Сир Роллад сейчас в замке, как мне сообщили, – эти слова Кельвина чутка согрели душу Эндри. Значит, лорда-хранителя хотя бы не придется ожидать в этом мрачном и сыром месте. Ему хотелось поскорее закончить свои дела с королевским братом, чтобы вместе с Редмаунтом наконец усесться на корабль и вернуться на материк. – А я попросил оповестить его, что государственные дела не ждут. Он явится, я полагаю, вскоре.
– Очень на то надеюсь, – кивнул ему Эндри, глотнув вина. Теплое и кислое, оно согревало изнутри, пускай и заставляло поморщится.
Матерь заявила ему не быть особо напористым перед лордом-хранителем. За свои годы она со многими знатными господами и лордами была знакома и уверяла, что Мьор Роллад не из покладистых людей. В этом Эндри не сомневался. Сир Роллад, брат Его Светлейшества, старого короля Гавейна, не славился добрым нравом, милыми речами и светскими беседами. Он был полководцем, железным кулаком своего старшего брата, хранящим мир и поддерживающим Лучезарную Корону на челе Мьора Гавейна. На то он и был назначен лордом-хранителем. И слух о нем шел далеко за острова фарров. Мало кто хотел бы ввязаться в ссору с Мьором Ролладом.
Эндри, учитывая эти слова, отлично понимал, какого человека из себя представляет лорд-хранитель. Припомнил он битвы, которые тот возглавлял, помнил его победы и неудачи. Мьор Роллад усмирил арвейдских лордов, хотевших сорвать с его брата корону, после вырвал железной хваткой у северян белый мир, и даже с Сефидским царством сошелся на море, отправив и тамошние претензии на королевское место прямиком на морское дно. Мьор Роллад жил войной и все знали слухи, ходившие в народе. Слухи о том, какая война сейчас больше прочих будоражит его разум. На этом Эндри еще планировал сыграть.
Откушав, они с сирами Джесси и Кельвином, вновь принялись смотреть за разыгравшейся у стола комедийной постановкой. Помалкивали и наслаждались зрелищем. Выпившая добрых несколько чарок Ида из Ассе и чуть охмелевший Бернан опять в грубых возгласах и громовых раскатах голосов, отдающих на весь зал, принялись обсуждать сражение у Студеного Пика. Каждый представляя его по-своему. Раскроив хлебный мякиш и корку, Бернан погрузил их в остатки супа на дне своей тарелки, принявшись разъяснять построение кораблей у пролива. Мякиш представлялся ему землею, а хлебные корки – боевыми галеями. Ида из Ассе приняла такие правила и начала насмешливо пояснять, как отец ее обогнул Пик и врезался именитому флотоводцу в бок, разрушая строй его кораблей и отправляя их искупаться в ледяной воде. Все это воительница успешно сопровождала манипуляциями своей деревянной ложкой, погружая ею «корабли» из хлебной корки в бульон.
Когда двери чертога распахнулись и внутрь вошел кастелян замка, худощавый старый человек, открывшаяся ему картина была довольно забавной. Ида, перегнувшись через стол, плескала ложкой суп в тарелке Бернана, а тот стучал чаркой эля по столу, протестуя воительнице громогласными, едва ли приличными, возгласами. Остановившись в дверном проеме с парой латников, старый кастелян почесал затылок.
– Отец, – приветствуя его, поднялся сир Кельвин.
– Сир, – учтиво кивнул ему Джесси Редмаунт. Эндри повторил за ним.
– Что… – кашлянув, вышел вперед королевский кастелян, – что тут происходит? – он поправил на себе массивный плащ из шкур, явно не чувствуя тепла даже в этом, прогретом очагом месте. Старичок-кастелян прошествовал ближе, потирая дрожащие костлявые руки.
– О, господин кастелян, – наконец обратил на него внимание Бернан. – Я уж потерял всякую надежду, что смогу вас дождаться.
– Милорд Бернан, госпожа Ида, – поклонился им кастелян Стонфист, остановившись у стола и глядя на блюда.
– Может, теплого вина, отец? – спешно подхватил графин его сын.
– Нет, Кельвин, благодарю, – кратко приподнял морщинистую руку старый Стонфист, останавливая молодого рыцаря.
– Я успею осушить все ваши винные запасы, прежде чем меня примут, или у королевских погребов еще есть надежда? – улыбнулась подошедшему старику Ида из Ассе, рассевшись на скамье горделиво и закинув ногу на ногу. Стройные и подтянутые икры и сильные ляжки не ушли от глаз Эндри.
– Миледи Ида, вы же знаете, нам не жаль ни эля, ни вина, для такой желанной гостьи, – голос кастеляна звучал, скорее, осторожно учтиво, чем искренне. Каранай успел наслушаться таких голосов. Он говорил о том, что принимать этих боевитых господ тут «рады» скорее из обязательств. – Но, не переживайте за наши запасы. Я явился сюда как раз по этой причине.
– Что же, хранитель Роллад наконец-то закончил все свои дельца и готов уделить нам время? – с полуусмешкой обратилась к нему Ида.
– Все верно. Я сообщил милорду Мьору Ролладу о вашем с господином Бернаном прибытии. Он хотел бы видеть вас обоих. Желательно вместе, – кивнул кастелян.
– Вместе?! – гаркнул раздраженный Бернан. – Экая честь для вашей своры, – сказал он Иде из Ассе.
– Не вскипай так яро, Бернан, – улыбнулась ему северянка, поднимаясь со своего места и поправляя свой разноцветный плащ. – А то, того гляди, за тобой следом начнет парить да таять все Спокойное Море.
– Мои люди проводят вас в башню, где ожидает милорд Роллад, – кивнул кастелян на своих спутников в латах. Затем поглядел на сына и приведенных им гостей. – Кельвин, ты нас не представил.
– Конечно, отец, – услужливо ответил рыцарь. – Это – сир Джесси из известного вам дома Редмаунтов…
– Ах, ну конечно, – улыбнулся старый кастелян, снова закашлявшись. – Как там было? Если при вашем дворе нет Редмаунта…
Сир Джесси усмехнулся. Его забавляла эта шутка.
– А это его спутник – лорд Эндри Каранай, младший брат лорда Ричатта. Он явился сюда по важному делу, с которым хотел бы обратиться лично к королю через лорда-хранителя, – указал тот на пышного мужчину.
– Крайне рад знакомству, – кивнул и улыбнулся старичку Каранай. – Однако, я не лорд! Впрочем, это не столь уж важно. Я хотел бы говорить с хранителем Мьором от лица моего старшего брата. При мне есть все бумаги и печати, – похлопал он сумку на боку. – Есть некие вопросы, относительно наследства и…
– Постойте, – приподнял палец старик. Он был так худ, что руки его казались костями с натянутой кожей. – Каранай… Ричатт Каранай… Это не анварский ли дом? Те, что с гор.
– Все верно, мой спутник из гордого горного народа, – кивнул сир Джесси.
– Ах, даже так?! – улыбнулся кастелян, поглядев на уходящих из зала Бернана и Иду из Ассе. Он погладил себя по жидкой седой бородке. – Сир Эндри… – начал было он.
– Позвольте, я и не сир вовсе! – улыбнулся Каранай, чуть покраснев. То ли от ситуации, то ли от выпитой чарки. Его, и верно, никто в рыцари не посвящал. – Но, что вы хотели сказать?
– Я… пожалуй, лорду-хранителю будет интересно узнать о вас. Он… упоминал Полумесячную Гряду… – задумался старый Стонфист. – Милорд… Ох, то есть сир… Или, вернее…
– Можно просто Эндри, господин Стонфист, – сказал ему Каранай.
– Так вот, господин Каранай. Я тотчас же сообщу о вашем визите милорду хранителю Ролладу! Уверен, ваше ожидание не продлится долго! – кивнул он. – А теперь, прошу меня простить… – откланялся старичок, поправляя свой плащ.
– Благодарю, сир! – сказал ему Эндри, хлебнув еще вина из чарки. Он слегка нахмурился, переглянувшись с сиром Джесси. Редмаунт, видимо, тоже был удивлен. Вот так дела! Для чего это хранителю Мьору питать к нему такой интерес? Это было странно, но могло сыграть Каранаю на руку.
Сира Кельвина это, кажется, и вовсе не удивило. Тот спокойно налил себе еще эля, пригубив, и закусив засоленной рыбой. Эндри на мгновение задумался о том, какой вклад принесет он наследию своего рода. Тогда его, быть может, наконец-то похвалят за его «золотой язык». Отец, несомненно, был бы доволен им. В отличие от братьев, Эрвин Каранай умел не только махать мечами, но и за словом не лез в карман.
Похлебка из трески кончилась и Эндри, спешно закусив жирный супец смачным комком хлеба, освежил горло несколькими глотками эля. Поставив чарку на стол, он решил, что пока на этом стоит закончить. Несомненно, лишний эль с вином развязали бы ему язык, который Каранай мог пользовать по назначению и без выпивки. Но на встречу с лордом-хранителем не стоит идти слишком уж нетрезвым. Особенно, раз тот проявил к нему интерес. Ему подумалось, что господину Ролладу и без того хватит пьяных на сегодня. Что по суровому миловидная воительница Ида, что громогласный чернобородый гигант Бернан, были, пожалуй, слишком открыты к выпивке перед такой важной встречей.
Кастелян задержался дольше, чем на то рассчитывал Эндри, уже было возомнивший, что его вызовут немедленно. Салатница с зелеными и красными водорослями, еще одной местной закуской, успела опустеть, а сир Редмаунт согревал себя уже второй половиной графина с вином, прежде, чем Кельвин Стонфист вызвался узнать, как там отцовские дела.
– Право, сир Кельвин, я думаю не нужно торопить событий… – пожевывая твердый лист морской травы, обратился к нему сир Редмаунт.
– Господин Джесси прав, – кивнул Эндри, – я думаю, если бы лорд-хранитель нуждался в нас немедля, он не стал бы задерживать вашего отца.
– Я обещал, что вас не будут мариновать тут, как сирену в бочонке! – довольно четко бросил ему Кельвин. – Пойду разузнаю, что там нынче бередит душу его лордского величества, господина хранителя.
– Главное, не ляпните чего-то вроде того, что мы вас поторопили, – осторожно предупредил Джесси Редмаунт. – Не хочется, чтобы Мьор Роллад счел нас назойливыми, как мошки по весне.
– Можете не беспокоится, – улыбнулся сир Кельвин, – пока еще я не столь глуп. Мозги рыцари теряют на турнирах, а их на моем счете не сочтешь и пальцами одной руки. Причем, даже калечной.
Эндри и сир Редмаунт пустили смешок, провожая молодого Стонфиста взглядом. Юная, нетерпеливая кровь! Эх, не обрушил бы он на себя самолично гнева лорда-хранителя. Тот не представлялся человеком, склонным к терпению и выдержке. Железный кулак короля все еще должен разить, а не выжидать. Реверансы дело дамское, как ни крути.
Но и сир Кельвин не вернулся столь быстро. Эндри это даже позабавило. Уж не свалились ли они все с какой-нибудь крепостной стены прямиком в море? Шторм-то нешуточный. Мысли об этом, однако, быстро сняли улыбку с его лица. Он подумал о том, как там сейчас мать. Конечно, она не будет выбираться из постоялых палат в такую холодную погоду, но леди Иринэ могла быть на все способна. Каранай побаивался, как бы она не простыла в этом зяблом и мерзком местечке.
Им нужно будет отплывать после приема. Задерживаться тут незачем. Сир Редмаунт уверял, что найти корабль будет несложно. Но Эндри опасался, что им придется остаться здесь дольше, чем хотелось бы. То судно, что везло их с континента на архипелаг отправлялось следом на север, не на юг, куда нужно было Эндри. Но Джесси был непреклонен.
– Ужели посреди моря не найдется нужного кораблика, – заверял он.
Однако, расспросы в порту, когда они прибыли, не позволили так быстро, как хотелось бы, найти корабль, ведущий свой путь к Ишерону. Это волнение Эндри скоропостижно ушло, когда в зал спустилась воительница Ида, поправляя свой едва ли высохший разноцветный плащ и выжимая промокшие волосы. Она явилась одна, без своих людей.
– Леди Ида, – улыбнулся ей Эндри. Сир Редмаунт кивнул девушке.
– Леди Ида… – кажется ее это позабавило. Да, эта статная боевитая женщина не походила на типичную придворную даму. – А вы, я так понимаю, тот самый горец, о котором сейчас распинался старичок?
– Да. Тот самый, – пожал плечами Каранай. «Тот самый горец». Кто бы мог подумать, что его сочтут горцем. Анвары, конечно, вели свою историю с древнейших племен и вождеств Гряды Полумесяц, но подобные простые сравнение несколько удручали Эндри. С «горцами» он больше ассоциировал диковатый грифоний народец.
– Что-ж, я думаю вам стоит заявится к старому ворчливому фарру. Он, кажись, хотел вас увидеть, – перекинув ноги через скамью, Ида уселась и налила себе еще чарку эля. Налив и хлебнув, она обратилась к Эндри. – И как там? У вас в горах?
– Я… – Эндри чуть усмехнулся. – Позвольте, леди Ида, я никогда не был в горах. Пускай я и анвар, мы с братьями родились уже в предгорьях, дарованных моему роду милостью Его Светлейшества.
– Его Светлейшества… – Ида из Ассе сказала это так, будто это ее позабавило. – Выходит, ты горец, что ни разу не бывал в горах?
– Если вам угодно, – развел руками Эндри. Он находил в этом попытку уколоть его, но едва ли Караная было так легко пронять.
– Это как если бы ты был фарром, не разу не видавшим моря, – посмеялась Ида из Ассе, глотнув эля.
– Что-ж, если вы не знали, горную гряду Полумесяца видно издалека, – подхватил маринованное яйцо Эндри, подумав, как бы сменить тему, – ах, насчет моря. Вы, судя по грозным господам в вашей свите, прибыли сюда кораблем?
– Нет, пересекла студеные заливы вплавь, – вновь подшутила над ним Ида.
– Это очень прискорбно, потому как я надеялся узнать, не отправится ли ваш корабль на юг с этих холодных скал? – обратился прямо Каранай.
– Если эти скалы холодные, то лучше бы вам никогда не причаливать в Нёрдвастт или, скажем, к землям Скатёнвайдде, – расплылась в улыбке воительница. – Они покажутся вам ледяным адом.
– Что-ж… печально. Значит вы отправляетесь обратно на север? – переспросил Эндри.
– Все верно. Домой, – кивнула Ида, допивая свою чарку. – Я отправила своих ребят проверять корабли. Отплыву завтра к рассвету. А может к вечеру… Кто знает, вдруг мне предложат еще что-то, кроме эля, – тряхнула она посудой. – А вы надеялись, что я прихвачу прокатить вас в трюме на юга?
– Как вариант, – держал улыбку Эндри. Джесси Редмаунт тихо сдерживал смешки, видя, как старается Каранай не упасть в грязь лицом перед дикой северной красоткой.
– Ладно, горец… Я думаю у меня есть вариант, – сказала она к удивлению что Эндри, что сира Редмаунта.
– Что? Правда? – аж подал голос Джесси, погладив свою бородку.
– Да. Со мной в порт зашел корабль моей… эх, дай Борр памяти, далекой тетки Ронды, – в голосе Иды пропала насмешка. – Она со своими дочерьми промышляет торговлей да путешествиями по всякого рода портам. Где дочерей и заводит, – пустила смешок Ида. – Она как раз собиралась на юг. Хотела обогнуть берега через Срединное море. Это там… где еще остров…
– Сефид? – уточнил Эндри Каранай.
– Да-да. Точно. Там, откуда привозят специи. Корица, имбирь… Доводилось мне пробовать эти вещицы в наших краях. Что за чудеса! – покачала головой Ида из Ассе. – Мой дядька хотел отвалить за них сундук золота, да, оказалось, что их довезли всего то с монетный кошель. В наших холодных краях такие специи – редкость.
– Так, постойте, а что там с вашей тетушкой? – сир Джесси постарался увести в нужное русло явно развязанный хмелем язык женщины.
– Ах, Ронда! Да. Она идет через юг, – кивнула Ида из Ассе. – Наверняка будет останавливаться где-то по пути на восток. Хотите, я завтра же познакомлю вас с ее командой? Главное, не проспи, горец, я встаю засветло.
– Придется встать пораньше, раз такое дело. Если ваша тетушка идет в Ишерон… – начал Эндри.
– Вот у нее и узнаем, куда она пойдет, – махнула рукой Ида.
– И во сколько это нам обойдется? – первым делом поинтересовался сир Джесси, переглянувшись с Каранаем.
– Зависит от того, что вы сможете предложить тетке Ронде, – с забавой, Ида снова будто бы посмеялась над ними.
Эндри не взял с собой много монет, к превеликому сожалению. У него и сира Редмаунта были, конечно, серебряные лунарии про запас, да целый набитый кошель медных «закатников». Однако, навряд ли этого хватило бы для оплаты путешествия. Впрочем, если леди Ида попросила бы за них, кто знает, может им бы и нашли место в корабельном трюме. Сир Джесси смог убедить знакомого капитана взять с них чисто символическую плату, но теперь не хотелось бы отдавать все серебро, что было у него в кошельке.
Впрочем, это дело им еще только предстояло разрешить. И вопрос монет Эндри Каранай пока отодвинул на второй план. Сейчас им предстояло поговорить с самим лордом-хранителем, а уж потом думать, как оплатить корабль до Ишерона. Сир Джесси первым обратился к стражнику в латах, чтобы тот проводил их в башню лорда-хранителя. Эндри пошагал за ним следом, потирая свой камзол, который, казалось, наконец просох.
Подъем оказался труднее, чем думалось Каранаю. Башни взвивались высоко и с каждым пролетом перешагивать через ступени лестниц было все труднее и труднее. Он начинал запыхаться. Куда более живенький и тощий Джесси Редмаунт за собой такого не заметил. Латник велел обождать, прежде, чем он обратится к Мьору Ролладу. Скрывшись за толстой дубовой дверью, он исчез из вида. Только голоса глухо и неразборчиво звучали из-за деревянного заслона. Эндри переглянулся с Редмаунтом.
– Документики-то при тебе? – прищурился на сумку Караная тот.
– А как же! – похлопал по ней мужчина.
Когда латник грубым жестом пригласил их внутрь, покидая башню и спускаясь вниз, на свое сторожевое место, Эндри постарался выпрямить осанку, сделать лицо посерьезнее и одернуть одежду, чтобы та не казалась сильно измятой. Примерно те же манипуляции провернул и сир Джесси, заодно разглаживая свою длинную козью бородку.
Лорд-хранитель нависал над громоздким деревянным столом, где были разложены карты и документы. С одной стороны лежал заключённый в ножны кинжал, а с другой – небольшая скляночка с чернилами, придерживая норовящие свернуться пергаменты. По одному боку от Мьора Роллада стоял Кельвин Стонфист, с другого громоздилась туша Бернана, тяжело сопящего и ворчащего что-то себе под нос.
– А, вот и вы! – обратился наконец к входящим Кельвин.
Мьор Роллад поднял на них суровые глаза с блестящими, словно от усталости, белками. Его взгляд исподлобья напоминал взор коршуна, выслеживающего добычу. Гладко выбритый квадратный подбородок и щеки покрывал неровный, разъеденный рельеф кожи. Под острыми скулами виднелись легкие шрамы и порезы от лезвий бритвы. Еще парочка у виска и на лбу. Поломанные нос и уши, память былых сражений. Черные волосы хранителя Роллада были длинными, жесткими и густыми. Он связывал их в тугой хвост, спадающий ему на спину. Облаченный в черный кожаный дублет с высоким воротником, под которым виднелась кольчуга, которую Мьор Роллад носил даже в безопасном, казалось, замке. Перчатки висели у него на поясе и хранитель опирался грубыми, жилистыми руками о стол.
– Лорд Каранай? – взгляд его воинственных блестящих глаз вцепился в Эндри. Затем скользнул на Джесси Редмаунта. Хранитель кивнул, приветствуя их. Либо Каранаю показалось, что он это сделал.
– Я не лорд, господин-хранитель, – поклонившись, покачал головой мужчина, – но здесь я от имени своего брата, – он запустил руку вниз, раскрывая свою ношу, полную бумаг. Те казались влажным, но не промокли и не просырели, к счастью для Эндри.
– Лорд-хранитель, – поприветствовал того следом сир Джесси, прошествовав вперед и одергивая плащ, пока Эндри извлекал документы.
– Подойдите. – Мьор Роллад говорил резко и по делу. Человек, не терпящий лишних разглагольств. – Что у вас, сир Каранай? – кивнул он на бумаги, свору которых достал перед ним Эндри. Тот не стал поправлять самого хранителя, пытаясь объяснить ему, что он не рыцарь.
– Мой брат, лорд Ричатт Каранай, прислал меня сюда, для прошения его именем, милорд. – Эндри, покопошившись в свертках бумажек, протянул хранителю документ. Тот холодным, ровным движением взял его из рук мужчины, развернув и, прищурившись, принялся читать. В комнате стоял полумрак и только свечи, расставленные повсюду, источали свет. Тепло очага почти не добиралось до высоты башни и Каранай почувствовал, что ему вновь становится зябко.
– Вижу, – легкий кивок Мьор Роллада легко было пропустить. Увидев братнин герб, выдавленный в воске кольцом-печаткой, лорд-хранитель отложил письмо в сторону. – Какое дело?
– Ах, секунду, милорд, – чуть взволновавшись, Эндри принялся раскладывать на столе перед ним документы, завещания, письма и составленные братом родовые древа. – Вот, господин. Тут все есть.
– Подробней, – поднял на него взгляд лорд Роллад, явно удивившись такому количеству бумаг. Эндри куснул губу.
– Видите ли, один из младших подданных моего брата, небольшой вассал-землевладелец, почил несколько лун назад. Кажется, пурпурная сыпь, – пояснил Каранай. Бернан, стоявший рядом, нахмурился, услышав название столь непристойного заболевания. – Дело в том, что он не оставил других наследников мужского рода. Его дядья давно почили где-то на войне, единственный брат свалился с коня насмерть, а из детей у этого господина осталась только…
– Дочь. Я понял, – хмыкнул Мьор Роллад, поднимая длинный свиток с родовым древом, что принес Каранай. Эти слова звучали чуть грубее, чем следовало. Эндри предположил, что это потому, как у самого хранителя Роллада тоже не было сыновей. Из отпрысков его почившей жены, младенчество пережила только дочь, леди Дея. – Итак, ваш брат полагает, что мы должны отдать ему во владение земли этой девушки, так как на ней оборвется род?
– Именно так, милорд-хранитель, – кивнул Каранай, подозревая, что брату все же едва ли передадут эту землю запросто так. – Такое прошение передал мне донести вам мой лорд-брат.
– Пока она жива, эти земли принадлежат ей, – покачал головой Мьор Роллад, скручивая в ровный сверток родовое древо. – Но я помню заслуги ваших предков перед короной, господин Каранай. Не просто так надел вручили вашему… деду, верно?
– Все так, милорд, – кивнул Эндри, пытаясь понять, что же тот хочет сказать ему.
– Ваш брат сможет получить эту землю, если сочтет браком кого-то из своих детей с леди-сироткой. Сколько ей лет? – он положил свиток обратно на стол. – Не больше десятка, верно?
– Именно, милорд, – согласился Эндри. Он выдохнул. Брат предполагал такую возможность. Значит, все пройдет гладко.
– У лорда Ричатта кажется тоже есть младшие сыновья. Если он сможет повенчать их с девушкой, земля отойдет ему. Только так, никак раньше, – твердо сказал хранитель.
– Простите, лорд Мьор, – аккуратно сказал Кельвин Стонфист, – но что, если девочка погибнет, прежде, чем состоится брак? Ей еще столь мало лет…
– В таком случае лорду Каранаю лучше хранить ее здоровье, как зеницу ока, чтобы к нему не возникло никаких вопросов, – это звучало грубее, чем Эндри бы хотелось. Взгляд лорда-хранителя был обращен к нему.
– Прискорбно слышать подобные подозрения в адрес моего брата, господин-хранитель, – положил руку на сердце Каранай. – Он настоящий анвар, верный традиции и чести! Сын гор никогда не поднимет руки на ребенка.
– Наше гнусное время известно тем, что уже не нужно поднимать руку, чтобы упокоить чьего-то ребенка, – поджал губы Роллад. – Гляньте, хотя бы на Сефид. Или, вы думаете, каким еще пакостным образом тамошняя царица заняла престол малолетнего брата?
– Сефиды есть сефиды… – покачал головой кастелян Стонфист.
– Что верно, то верно, – хмыкнул Бернан.
– Так или иначе, я отправлю гонца вашему брату, сир Каранай, – твердо сказал лорд-хранитель. – Если он будет согласен, земля отойдет в его владение вместе с женитьбой его сына.
– Он будет рад это слышать, лорд Роллад, – вновь кивнул Эндри. Это прошло более гладко, чем он ожидал. Однако, теперь ему нужно было как-то донести до хранителя и проблему второго его брата.
– Лорд, – обратился к хранителю Бернан. Каранай побаивался, что тот будет здесь уже изрядно охмелевший, но, судя по всему, пронять такую тушу как этот силач, было непросто даже многими кувшинами эля, – так что насчет флота… – почесал затылок он, тормоша свои жесткие густые черные поросли на голове. – Я полагаю…
– Все это вопрос времени. Но держись наготове. Кто знает, что способны выдать наши противники, – кивнул Мьор Роллад. – Не распускай корабли.
– Но, сир, – кашлянул кастелян, – война давно уже была закончена…
– Война никогда не бывает закончена, – махнул рукой лорд-хранитель. – В особенности, если враг не истреблен с корнем. Ступай, Бернан, и не спускай глаз с людей девки из Ассе.
– Принял, милорд Роллад, – легонько поклонился гигант, пошагав к выходу и пригнувшись, чтобы пролезть в дверной проем, которого был выше почти на пол головы.
Лорд-хранитель перевел взгляд на Эндри и Редмаунта, когда массивная дверь захлопнулась за Бернаном.
– Я позвал вас не только для всей этой наследной возни, – резковато отодвинул от себя поданные документы лорд-хранитель и Эндри напрягся.
– Милорд? – приподнял бровь сир Джесси Редмаунт.
– Насколько я знаю, анварам жаловали несколько земельных наделов, когда ваш народ был изгнан с гор, так? – прищурился Мьор Роллад. Эндри почесал свою густенькую бородку.
– Именно, господин Мьор, – согласился Каранай.
– Кроме предгорий, который унаследовал ваш брат, как бишь его?..
– Лорд Ричатт, милорд, – ответил он хранителю.
– Да, верно. Ричатт Каранай, – кивнул Роллад. – Еще был южнее… Лорд, или землевладелец, – погладил свой неровный подбородок хранитель, – тоже из Каранай. Он приходился вам?..
– Господин Анчар, сир. Все так. Это мой дядюшка, – подтвердил Эндри. – Он давно почил, не оставив детей, и брат мой унаследовал эти южные земли при Ишероне от него. – Каранай в душе обрадовался, что разговор зашел в нужное русло. Это было ой как кстати!
– Раз он преставился, кто тогда правит землями у Ишерона именем лорда Ричатта? Наместник? – прищурился он, разглядывая мужчину.
– Не совсем так, эти земли отошли моему младшему брату, господину Роддварту. Сейчас он владеет этой приречной землей. Вернее, ее частью, – пояснил хранителю Эндри.
– У вас два старших брата? – приподнял острую бровь Мьор.
– Нет, милорд, Роддварт приходится мне младшим. Я отказался от наследства в его пользу, – почувствовав себя несколько неловко, ответил он.
– Вот значит как? И что же вас не устроило в предгорьях у Мотылька? – в голосе хранителя улавливался некий интерес. Только какой?
– Жарковато, милорд, – шутливо улыбнулся Эндри. – Гранатовые вина кислые, а женщины в округе все сплошь покрыты тряпьем с головы до пят. Что же это за владение такое? – попытался держать лицо в тон шутке он.
– Что-ж, все дело в гедонизме? – хмыкнул хранитель. – И такое, значит, бывает… – покачал головой он. – Будем надеяться, что ваш брат правит там не из тех же побуждений.
– Мой младший брат – человек чести, милорд. Все так, – сказал он.
– Меня крайне интересуют здешние предгорья, – отодвинув со стола все прочие бумаги в сторону, он развернул перед Эндри карту, указав жестким мозолистым пальцем на местность близ Ишерона, – взгляните.
Эндри и без напоминаний лорда Мьора видал все эти карты, да и эту землю вживую. Исток реки Крыло Мотылька, растекающееся на три реки-вены. Северную, центральную и южную. Холодные горные воды, бьющие с пиков по реке, отдавали прохладой, столь спасительной для этих южных мест. Эндри часто любил промокнуть там руки или отпить водицы, лишь бы промочить иссушенное горло или умыться.
– Гляжу сир. Мотылек и притоки. Видал я это все своими глазами, – нагнулся над картой он. Сир Джесси, переступая с ноги на ногу, встал за его плечом, кидая взгляд на стол. Оба Стонфиста так же посматривали из-за массивных плеч хранителя.
– В этих горах, – провел он вдоль центральной Вены к истоку Мотылька и палец его очутился среди каменных пиков, – есть важные перевалы. Горы опасны и круты. Просто так через них не пройдешь, уж думаю, анвару лучше знать, верно?
Эндри кивнул, хотя на самом деле не сильно этим интересовался.
– Но тут, у Крыла Мотылька, неподалеку есть одноименный перевал. Место удобное, хоть и не самое простое для транспортировки войск. Вы наверняка слышали легенды чужестранцев, да? О битве у истока рек… – его хищные глаза снова впились в него.
– Да-да, наслышан, – кажется Эндри понимал о чем пойдет речь.
– Тогда войска переправили как раз у этого самого перевала. И мне не хотелось бы, чтобы нас могли также застать врасплох. Вы понимаете?