World of Warcraft. Трилогия Войны Древних: Душа Демона

Ричард Кнаак
World of Warcraft. Трилогия Войны Древних: Душа Демона

Томасу «Сынишке» Гаррету,

состоявшемуся писателю и другу


Richard A. Knaak

WORLD OF WARCRAFT: WAR OF THE ANCIENTS TRILOGY

BOOK TWO. THE DEMON SOUL

Печатается с разрешения компании Blizzard Entertainment, Inc.

Перевод с английского Екатерины и Кирилла Толстых

Иллюстрация на переплете Джона Полидоры

© 2020 by Blizzard Entertainment, Inc. Все права защищены.

War of the Ancients Trilogy, The Demon Soul, World of Warcraft, Diablo, StarCraft, Warcraft и Blizzard Entertainment являются товарными знаками и/или зарегистрированными товарными знаками компании Blizzard Entertainment в США и/или других странах.

Все прочие товарные знаки являются собственностью соответствующих владельцев.

В центре огненной сферы образовалась точка абсолютной тьмы.

Сознание Маннорота заполнил далекий голос – голос, знакомый ему так же хорошо, как и свой собственный:

Маннорот… это ты…

Но голос принадлежал не Саргерасу.

Мы ждали слишком долго… – властный ледяной тон заставил огромного демона сжаться. – Путь его должен быть свободен. Я прослежу, чтобы все наконец было исполнено. Жди меня, Маннорот… Я уже иду к тебе.

С этими словами тьма расползлась, превратившись в огромный, зияющий пустотой образ. Портал выглядел иначе, чем в тот раз, когда ночные эльфы впервые его создали, но так случилось потому, что тот, кто говорил из другой реальности, теперь сумел укрепить его. И в этот раз портал выстоит.

– На колени! – взревел Маннорот.

Все еще находившимся в его власти магам ничего не оставалось, как немедленно подчиниться. Страж Скверны и солдаты ночных эльфов последовали их примеру спустя пару мгновений. Даже капитан Варо’тен быстро преклонил колено.

Демон опустился на колени последним, но сделал это почтительнее всех. Он боялся явившегося почти так же, как Саргераса.

– Мы готовы, – сообщил Маннорот, не смея оторвать взгляда от пола. Любое, даже самое незначительно действие могло быть истолковано как неповиновение, а это, в свою очередь, означало бы мучительную кончину. – Мы, недостойные, ожидаем твоего появления… Архимонд.

1

Голоса нашептывли в его голове, пока он шел сквозь огромную пещеру. Если раньше это были лишь единичные случаи, то теперь они никогда не умолкали. Даже во сне он не мог избавиться от их присутствия… да и не очень-то и хотел этого. Огромный черный дракон слышал эти голоса уже так давно, что теперь они стали частью его самого, и их было не отличить от его собственных спутанных мыслей.

Ночные эльфы уничтожат этот мир…

Источник вышел из-под контроля…

Никому нельзя доверять… им нужны твои тайны, твоя сила…

Малигос хочет забрать то, что принадлежит тебе…

Алекстраза жаждет обрести над тобой власть…

Они ничем не лучше демонов…

И с ними следует поступить, как с демонами…

Голоса повторяли эти жуткие вещи снова и снова, предупреждали о двуличии и предательстве. Он не мог доверять никому, кроме самого себя. Остальные запятнали себя связями с низшими расами. Они увидели бы в его решении угрозу, а не единственную надежду для всего мира.

Фыркнув при мысли о таком предательстве со стороны тех, кто когда-то был его соратниками, дракон выпустил клубы ядовитого дыма. Хотя он и обладал силой, способной спасти всё, ему следовало быть осторожным: если другие узнают правду слишком рано, это приведет к катастрофе.

«Они не должны узнать о моей тайне до тех пор, пока не станет слишком поздно для их вмешательства, – решил он. – Нельзя, чтобы он появился раньше, чем будет произнесено заклинание. Я не позволю им уничтожить мой труд!»

Огромные когти заскребли по каменному полу пещеры, когда покрытый чешуей исполин вошел в свое убежище. Каким бы громадным ни был дракон, здесь он казался миниатюрным. В центре округлой пещеры протекала река жидкой лавы, а на стенах сверкали крупные кристаллы. Огромные сталактиты свисали сверху подобно мечам судьбы, в то время как из земли росли сталагмиты – столь острые, что казалось, они только и ждут, как бы пронзить кого-нибудь.

На самом деле, так и произошло.

Оскалив пасть, огромный черный дракон уставился на тщедушную фигуру, пытающуюся освободиться, несмотря на каменный шип, торчащий из тяжело вздымающейся груди. Остатки изодранного одеяния, черного с кроваво-красным, и обломки богато украшенных золотых доспехов свисали с его причудливого торса. Из головы пленника росли большие козлиные рога, а багровое лицо больше всего напоминало дракону вытянутый череп с широкой клыкастой пастью. Глазницы были похожи на темные колодцы, стремящиеся поглотить гигантского дракона, но они были не в силах противостоять воле похитителя.

Рогатая фигура была не просто пронзена, но и прикована к полу пещеры толстыми железными цепями. Туго натянутые, они прижимали демона к сталагмиту, удерживая его раскинутые в стороны конечности.

Рот пленника постоянно дергался, словно он что-то яростно кричал, не издавая при этом ни единого звука. Однако он не оставлял попыток, особенно когда видел, что темная громадина приближается к нему.

Дракон несколько мгновений размышлял над своим пленником, а затем моргнул.

В ту же секунду по пещере разнесся наполненный ядом, хриплый голос твари:

– …Саргерас! Выпустит твою кровь! А из шкуры сделает плащ! Твоя плоть станет кормом для его псов! Твою душу он заточит в склянку и вечно будет мучить в свое удовольствие! Он…

Моргнув еще раз, дракон заставил пленника умолкнуть. И все же демон продолжал выкрикивать угрозы и оскорбления, пока темный гигант наконец не раскрыл свои громадные челюсти и не выдохнул, окутав пленника обжигающей пеленой пара, заставляя заметаться в агонии с новой силой.

– Тебе стоит поучиться вежливости. Особенно будучи в присутствии истинного величия. Я – Нелтарион, – пророкотал дракон. – Я – Хранитель Земли. И ты будешь относиться ко мне с должным почтением.

Длинный, точно у рептилии, хвост демона хлестнул по разбросанным внизу камням. Рот его открылся, очевидно выплевывая новую порцию поношений, но куда тише.

Нелтарион покачал увенчанной гребнем головой. Он ожидал от эредара куда большего. Эти чернокнижники входили в командный состав Пылающего Легиона, будучи не только искусными заклинателями, но и отлично разбираясь в военной тактике. Дракон предполагал услышать из уст подобного существа гораздо более разумную речь, но увы, эредар мог с тем же успехом быть одним из тех черепоголовых Инферналов – жестоких, пылающих монстров, которые действовали точно страшные тараны или воздушные снаряды. По крайней мере тот, кого он захватил перед эредаром, по интеллекту не дотягивал даже до скалы.

С другой стороны, Нелтарион приказал драконам своего рода притащить сюда одного из яростной орды демонов не для того, чтобы вести с ним беседы. Нет, у его пленников была иная задача, столь великая, что они, к сожалению, никогда не смогут ее осознать.

И эредар был заключительным, самым важным звеном. Его врожденные магические способности делали этого демона ключом к исполнению первой части замысла Хранителя Земли.

Время пришло… – шептали голоса в его голове. – Время пришло…

– Да… – рассеянно ответил Нелтарион. – Время…

Дракон поднял огромную лапу и сосредоточился. Его ладонь тут же окуталась золотой аурой – настолько яркой, что даже демон прервал свою тираду и посмотрел на то, что Нелтарион призывал к себе.

Крошечный диск был таким же золотым, как и аура, предшествующая его появлению, но в остальном казался удивительно заурядным, вроде крупной монеты – округлой, блестящей, без единого пятнышка на поверхности. Он с легкостью поместился бы в ладони даже куда меньшей, – например, ночного эльфа, – и еще осталось бы свободное место. Впрочем, скромный внешний вид диска как раз соответствовал замыслу Нелтариона. Талисман должен выполнить свою задачу, а для этого он должен казаться совершенно невинным и безобидным.

Дракон поднес диск к чернокнижнику, позволяя увидеть, что того ожидает. Однако, казалось, на эридара это не произвело никакого впечатления. Взгляд метнулся от диска к дракону, и в глазах демона явственно читалась насмешка.

Нелтарион с радостью отметил эту реакцию. Раз эредар не почувствовал заключенную в диске силу, то и другим этого не удастся… пока не станет слишком поздно.

Следуя безмолвному приказу Хранителя Земли, артефакт аккуратно приподнялся над его ладонью. Какое-то мгновение он парил над лапой, а затем подплыл к пленнику.

На чудовищном лице мага впервые промелькнула неуверенность. Когда диск снизился, он возобновил свою борьбу – но тщетно: золотой талисман опустился на лоб демона. Краткая вспышка багрового света окрасила лицо эредара, а затем диск впечатался в его плоть.

Скажи это… – хором приказали голоса. – Произнеси слова… скрепи договор…

Из свирепой, безгубой пасти дракона вырвались слова на языке, который появился за пределами мира смертных. Каждое из них было наполнено злом, заставлявшим трепетать даже демона. А вот для Хранителя Земли это были самые чудесные звуки из всех, что он когда-либо слышал, прекрасные, музыкальные ноты… язык богов.

Как только Нелтарион произнес их, диск снова засветился. Его сияние наполняло огромный зал, становясь все ярче и ярче с каждым произнесенным слогом.

Внезапно пещеру озарила вспышка.

Рот эредара до предела раскрылся в беззвучном крике, из жутких глаз хлынули кровавые слезы, а хвост бешено захлестал по камням. Чернокнижник пытался разорвать свои путы столь яростно, что содрал кожу с запястий и лодыжек. Но вырваться демон все же не мог.

А затем кожа эредара начала разлагаться. Она осыпалась с его все еще извивающегося тела, с по-прежнему визжащего лица. Казалось, что плоть демона мертва уже тысячу лет и спадает с него иссохшими, пепельными пластами.

 

Глаза впали. Хвост усох. Чернокнижник быстро превратился в клетку из костей, внутри которой быстро разлагались внутренности. И все же он продолжал кричать, потому что Нелтарион и диск не давали ему обрести спасительное утешение в смерти.

Но в конце концов разрушению поддались и кости, начав раскалываться на куски и ссыпаться внутрь тела: челюсть провисла, ребра с грохотом раскатились в стороны. Наконец ужасная сила, вырвавшаяся из диска, поглотила останки демона без остатка. От самых ступней вверх по ногам и туловищу пронесся шлейф сухой пыли, оставив после себя лишь череп.

И только тогда эредар наконец затих.

Зловещий свет исчез. Цепи, еще недавно удерживавшие демона, обвисли.

Словно любящий отец, тянущийся к любимому ребенку, черный дракон осторожно, двумя когтями снял талисман с черепа. Едва Нелтарион сделал это, череп тоже обратился в серый прах и рассыпался по земле.

Дракон с восхищением рассматривал дело рук своих. Не в силах почувствовать те немыслимые силы, что сейчас скрывались в диске, он, тем не менее, знал, что они были там. И когда придет время, Нелтарион сможет ими воспользоваться.

Не успел дракон подумать об этом, как его разума коснулось чье-то присутствие. Голоса внезапно стихли, словно боясь быть обнаруженными этим незваным гостем. Да и сам Хранитель Земли тотчас же подавил свои желания.

Нелтариону было хорошо знакомо это прикосновение. Когда-то он верил, что оно исходит от друга, но теперь понял, что может доверять ему – ей – не больше остальных.

Нелтарион… Мне нужно поговорить с тобой, – произнес голос в голове.

Чего ты хочешь, дорогая Алекстраза?

Хранитель Земли мог отлично представить ее себе. Элегантная, цвета огня драконица, пожалуй, даже более внушительная, чем он сам. Если Нелтарион, как Аспект Земли, воплощал физическую мощь этого мира, то она была Аспектом Жизни, что цвела в нем повсюду.

Вокруг дворца королевы ночных эльфов вновь разыгрались опасные силы… нам следует принять какое-либо решение, и как можно скорее…

Не бойся, – мысленно успокоил ее Нелтарион. – То, что должно, будет исполнено…

Я молюсь, чтобы так оно и было… Когда ты сможешь отправиться в Покои?

В сознании Хранителя Земли представилось другое место – громадная пещера, в сравнении с которой его собственная казалась лишь норой одинокого червя. Покои Аспектов, как почтительно называли это место младшие драконы, были идеально круглыми и гладкими, словно в какой-то момент прошлого – еще до появления драконов – кто-то привел в движение огромную сферу, полностью уничтожив неровности и наросты, характерные для пещер. Ноздорму, для которого все связанное с историей было захватывающим, верил, что Покои были делом рук Творцов мира, но даже он не мог привести тому хоть какие-то доказательства. Скрытые магическим полем от мира смертных, Покои были самым надежным и безопасным изо всех возможных мест.

Подумав об этом, черный дракон тихо зашипел в предвкушении. Его багровый взгляд метнулся к диску. Может, ему следует пойти туда прямо сейчас? Все остальные тоже будут там. И тогда «это» свершится…

«Нет… пока еще нет, – едва слышно произнесли голоса в глубинах его сознания. – Время должно быть выбрано правильно, или они украдут то, что по праву принадлежит тебе…»

Нелтарион не мог этого допустить. Только не сейчас, когда он был так близок к триумфу.

Не сейчас, – наконец ответил он красной драконице. – Но уже скоро… Я обещаю, что это случится скоро…

Так и должно быть, – произнесла Алекстраза. – Боюсь, так и должно быть.

Она покинула его мысли так же быстро, как и появилась, а Нелтарион остался терзаться сомнениями, дал ли он ей хоть какой-то намек на происходящее. Но голоса уверяли его, что это не так, что он сделал все очень и очень хорошо.

Черный дракон с довольным выражением горящих глаз высоко поднял диск и при помощи заклинания спрятал его туда, где хранил артефакт от всех остальных, даже от собственного потомства.

– Скоро… – едва диск исчез, прошептал дракон, и его чудовищная морда растянулась в зубастой ухмылке. – Очень скоро… В конце концов, я ведь обещал…

На краю горного обрыва над широким, бурлящим озером, воды которого были настолько темными, что казались абсолютно черными, стоял величественный дворец. Деревья, с помощью магии укрепленные монолитным камнем, образовывали высокие спиралевидные башни, возносящиеся, точно грозные воины. Стены из вулканического камня, надежно оплетенного исполинскими лианами и корнями деревьев, окружали огромную постройку. Cтараниями зодчих сотни исполинских деревьев собрали воедино, создав каркас основного округлого здания, которое затем также усилили камнем и лианами.

Когда-то дворец и его окрестности казались для любого, кто глядел на него, одним из чудес света… но в последнее время все изменилось. Теперь главная башня лишилась верхней половины, а почерневшие, обломанные камни и свисающие куски лиан свидетельствовали о мощности взрыва, который ее уничтожил. Однако вовсе не это не превратило дворец в обитель ночного кошмара. Скорее, причиной тому было нечто неосязаемое, ныне окружавшее некогда гордое здание со всех сторон, за исключением того места, где раскинулось зловещее озеро.

Это был великолепный город, венец эпохи правления ночных эльфов. Разбросанные повсюду дома на высоких деревьях, ставшие неотъемлемой частью города, и просторные жилища на поверхности земли создавали непередаваемой красоты обрамление дворца. Здесь был возведен Зин-Азшари, что на древнем языке значило «Слава Азшары» – сердце королевства ночных эльфов. Здесь расположилась их густонаселенная столица, жители которой просыпались каждую ночь, чтобы возносить хвалу своей возлюбленной королеве.

И именно здесь теперь, за исключением лишь нескольких избранных и обнесенных стеной районов, окружавших сам дворец, происходила резня безвинных существ, какой прежде не видел этот мир.

Зин-Азшари лежал в дымящихся руинах, обагренных кровью его обитателей. Древесные дома-башни были снесены до самого основания, а те, что располагались на земле, словно перепахали плугом. Над кошмарным пейзажем стелился густой зеленоватый туман, пропитанный зловонным дыханием смерти – трупы сотен жертв лежали непогребенными и медленно разлагались. Гротеска ситуации добавляло полное отсутствие каких бы то ни было падальщиков. Ни вороны, ни крысы, ни даже насекомые не вгрызались в изрубленные и разодранные тела – они либо спасались бегством, как и немногие уцелевшие ночные эльфы, либо нашли свой конец от рук тех, кто захватил город.

Правда, были в Зин-Азшари и те, кто не только ни покинул город, но и, казалось, ни капли не взволнован царящей в нем кровавой бойней. Высокие и худощавые ночные эльфы продолжали заниматься своими делами во дворце и в его окрестностях, словно ничего не изменилось. Со своей темно-фиолетовой кожей и экстравагантными разноцветными одеяниями, они казались участниками какого-то грандиозного праздника. Даже мрачные стражники в зеленых доспехах, стоящие у парапетов и стен, казались здесь неуместными, особенно потому, что смотрели на массовое убийство собратьев, не моргнув и глазом. Ни на одном вытянутом, заостренном лице не отразилось даже тени сомнений.

Ни один из них не испытывал ни страха, ни отвращения при виде гротескных гигантов, двигавшихся среди обломков в поисках возможного выжившего или шпиона.

Сотни облаченных в броню демонических воинов Пылающего Легиона прочесывали Зин-Азшари, в то время как сотни других выходили из ворот дворца, чтобы присоединиться к тем, кто выдвинулся за пределы столицы. Это прекрасное королевство уже пало от их рук, и, будь у них такой шанс, они прочесали бы весь мир мир, уничтожая любого на своем пути.

Большинство демонов превышали ростом девять футов и возвышались даже над семифутовыми ночными эльфами. Яростное зеленое пламя окружало каждого из них, но не причиняло вреда. Нижняя часть тела у них была странно тонкой, заметно расширяясь к груди, чудовищные лица напоминали клыкастые черепа, увенчанные огромными рогами, а глаза каждого были налиты кровью и жадно глядели по сторонам. Почти все несли массивные заостренные щиты и сверкающие булавы или мечи. То были стражи Скверны, основная сила Легиона.

Над ними, взмахивая огненными крыльями, следили за горизонтом стражи ужаса. Похожие во всем остальном на своих собратьев внизу, за исключением небольшой разницы в росте и чуть более развитого интеллекта, они рыскали над Зин-Азшари взад и вперед, точно стервятники на охоте. Время от времени один из них направлял силы стражей Скверны в ту сторону, где могло скрываться что-то или кто-то.

Рядом со стражами Скверны охотились и другие зловещие создания Легиона. Больше всего было огромных, жутких четвероногих тварей, смутно напоминавших то ли собак, то ли волков. Покрытые чешуей мерзости с жестким мехом на спине обнюхивали перепаханную землю не только своими крупными мордами, но и двумя жилистыми щупальцами с присосками, что торчали из их спин. Звери Скверны мчались через кровавое побоище с необычайным рвением, лишь изредка останавливаясь обнюхать изуродованный труп, прежде чем двинуться дальше.

Пока все это происходило за пределами дворцовых стен, в самой южной башне разыгрывался куда более тихий, но не менее ужасный сценарий. Там круг высокорожденных – так называли всех ночных эльфов, служивших королеве, – склонился над шестиугольным рисунком, выгравированным на полу. Капюшоны их бирюзовых одежд с изящной вышивкой низко свисали, почти скрывая серебристые глаза, не имеющие зрачков… глаза, которые теперь горели тревожным красным светом.

Ночные эльфы смотрели на рисунок, постоянно бормоча великие слова своего заклинания. Их окружала отвратительная зеленая аура, проникавшая в самые души. Тела эльфов были измучены от постоянных нагрузок и прилагаемых усилий, но ни один из них не дрожал. Те, кто проявил подобную слабость в прошлом, уже были отсеяны. Теперь лишь самые стойкие творили свою темную магию, бравшую начало из озера за пределами дворца.

– Быстрее! – прохрипела кошмарного вида фигура, расположившаяся прямо за светящимся кругом. – На этот раз это должно быть сделано…

Он передвигался на четырех гигантских ногах, этот громадный клыкастый демон с широкими когтистыми руками и огромными, сейчас сложенными, кожистыми крыльями. Хвост рептилии толщиной с деревесный ствол нетерпеливо бил по полу, оставляя в крепком камне трещины. Жабоподобная голова почти касалась потолка, когда демон перемещался в поисках лучшего обзора среди куда меньших по размеру стражей Скверны, мудро разбегающихся с его пути. Огненная зеленая грива ниспадала от самой макушки до кончиков его толстых копыт, мерцая диким огнем при каждом сотрясающем землю шаге. Из-под тяжелых, лишенных растительности надбровных дуг на мрачную картину происходящего не мигая взирали зловещие зеленые глаза.

Это существо, руководящее ночными эльфами в их непростой работе, привыкло сеять страх, а не испытывать его. И все же в эту волнующую ночь даже демон по имени Маннорот был охвачен тревожным чувством. Он получил приказ от своего хозяина и потерпел неудачу. Такого никогда прежде не случалось. Он был Манноротом, одним из командиров, избранных самим Великим…

– Ну? – зарычал крылатый демон на ночных эльфов. – Неужели я должен оторвать голову еще одному жалкому паразиту?

Покрытый шрамами ночной эльф в зеленых доспехах осмелился подать голос:

– Она не одобрит, если вы снова это сделаете, мой господин.

Маннорот повернулся к говорившему, и зловонное дыхание окутало измученное лицо солдата под шлемом.

– Станет ли она жаловаться, если это будет твоя голова, капитан Варо’тен?

– Вполне вероятно, – ответил ночной эльф, лицо которого не выдавало никаких признаков страха.

Демон выбросил вперед огромный мясистый кулак, способный раздавить шлем капитана Варо’тена вместе с черепом и всем его содержимым. Когтистые пальцы обхватили эльфа и тут же отпрянули. Хозяин Маннорота с самого начала приказал ему оставить королеву ночных эльфов и всех, кто ей дорог, невредимыми. Они представляли особую ценность для владыки Пылающего Легиона.

По крайней мере пока.

Варо’тен был одним из тех, кто неприкосновенен для Маннорота. Со смертью советника королевы, лорда Ксавия, капитан стал ее правой рукой. Всякий раз, когда блистательная Азшара не считала нужным одаривать своим присутствием трудящихся в зале, ее место занимал капитан стражи. Все, что он видел или слышал, Варо’тен докладывал своей госпоже… и за то короткое время, пока Маннорот наблюдал за королевой, демон определил, что королева не такая уж пустоголовая кукла, как некоторые могли бы себе представить. В ней было какое-то коварство, скрываемое за нежными, томными манерами искусно, однако все же недостаточно хорошо. Демону было любопытно, что его хозяин уготовил для Азшары, когда он наконец ступит в этот мир.

 

Если он наконец ступит в этот мир.

Портал в то, другое, место, в то царство между мирами и измерениями, где Пылающий Легион обитал между своими походами, рухнул под натиском магии. Та же самая сила разорвала башню, где первоначально работали высокорожденные и демоны. Маннорот пока не знал, что именно произошло, но несколько выживших после разрушения намекнули на невидимого врага в их окружении, который и убил советника. У Маннорота были свои соображения относительно того, кто этот невидимый злоумышленник, и он уже отправил своих охотников на его поиски. Теперь же демон был сосредоточен только на восстановлении бесценного портала – если такое вообще возможно.

«Нет, – подумал он. – Все будет исполнено».

До сих пор огненный шар энергии, парящий прямо над рисунком, лишь горел, и ничего больше. Когда клыкастый гигант заглянул в него, он не почувствовал ни бесконечности, ни подавляющего присутствия своего хозяина. Маннорот не чувствовал ничего.

Это «ничто» было провалом, а провал в Пылающем Легиона означал смерть.

– Они слабеют, – аккуратно заметил капитан Варо’тен. – Скоро они снова утратят над ним контроль.

Маннорот видел, что солдат прав. Издав рык, громадный демон собрался с мыслями и включился в плетение магического заклинания. Его вторжение тряхнуло высокорожденных магов, почти снося все вокруг, но Маннороту удалось взять контроль над группой и перенаправить их усилия.

«На этот раз необходимо добиться успеха. Необходимо…»

Под его руководством маги усилили давление так, как никогда прежде. Решимость Маннорота привела их в маниакальное состояние. Багрово-красные глаза эльфов расширились до предела, а тела сотрясались от физического и магического напряжения.

Маннорот мрачно смотрел на упорствующий сгусток энергии. Он отказывался меняться, отказывался открывать путь к его хозяину. По телу демона потекли желтые капли пота, в уголках широкого жабьего рта выступила пена. Провал означал быть отрезанным от Великого, и Маннорот не сомневался, что за этим непременно последует наказание.

Никому не удавалось избежать гнева Саргераса.

С этой мыслью он надавил еще яростнее, высасывая из ночных эльфов всю силу до последней капли. Из круга послышались стоны…

И внезапно в центре огненной сферы образовалась точка абсолютной тьмы. Сознание Маннорота заполнил далекий голос – голос, знакомый ему так же хорошо, как и свой собственный:

Маннорот… это ты…

Но голос принадлежал не Саргерасу.

Да, – ответил он с неохотой. – Путь снова открыт.

Мы ждали слишком долго… – властный ледяной тон заставил огромного демона сжаться. – Ты разочаровал его…

Я сделал все возможное! – Маннорот возмутился прежде, чем здравый смысл успел предупредить его о глупости подобного поступка.

Путь его должен быть свободен. Я прослежу, чтобы все наконец было исполнено. Жди меня, Маннорот… Я уже иду к тебе.

С этими словами тьма расползлась, превратившись в огромный, зияющий пустотой образ. Портал выглядел иначе, чем в тот раз, когда ночные эльфы впервые его создали, но так случилось потому, что тот, кто говорил из другой реальности, сумел укрепить его. И в этот раз портал выстоит.

– На колени! – взревел Маннорот.

Все еще находившимся в его власти магам ничего не оставалось, как немедленно подчиниться. Страж Скверны и солдаты ночных эльфов последовали их примеру спустя пару мгновений. Даже капитан Варо’тен быстро преклонил колено.

Демон опустился на колени последним, но сделал это почтительнее всех. Он боялся явившегося почти так же, как Саргераса.

Мы готовы, – сообщил Маннорот, не смея оторвать взгляда от пола. Любое, даже самое незначительно действие могло быть истолковано как неповиновение, а это, в свою очередь, означало бы мучительную кончину. – Мы, недостойные, ожидаем твоего появления… Архимонд.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru