Млечнопутин и похитители Луны

Павел Солнышкин
Млечнопутин и похитители Луны

Посвящается

Моей дочке Софье, которая читала каждую главу по мере их написания.

Моей жене Ренате, которая, скорее всего, даже не прочитает эту книгу, потому что предпочитает хорошую литературу.

Глава 1. Как Иван Васильевич проголосовал за Владимира Владимировича.

Иван Васильевич Перетопов с минуту подумал и проголосовал за Владимира Владимировича Млечнопутина. На этот раз – за левого. Не потому, что он был сторонником левых идей, как некоторые, и вовсе не потому, что в прошлый раз он голосовал за правого Владимира Владимировича Млечнопутина – а это действительно было так. И даже не потому, что он связывал свое гражданское волеизъявление с какими-то определенными ожиданиями от этого выбора – потому что это было вовсе не так. Просто подумал – и проголосовал. Он нажал на левую светящуюся голографическую безликую фигурку-кнопку, под которой было написано «Владимир Владимирович Млечнопутин» (разумеется, под правой было написано то же самое), и голограмма исчезла – также мгновенно, бесшумно и обыденно, как и появилась минуту десять секунд назад.

Надо сказать, что такие граждане, которые придерживаются левых взглядов и потому голосуют только за левых Владимиров Владимировичей Млечнопутиных, действительно есть. Как и такие, которые голосуют за правых, потому что придерживаются правых взглядов. Как и такие, которые каждый раз меняют свои взгляды и соответственно меняют выбор между правой и левой кнопкой. Как и такие, которые голосуют за правого кандидата в знак протеста против того, что кто-то из их знакомых проголосовал за левого. И наоборот: голосуют за левого, потому что за него у них на виду только что проголосовал глубоко симпатичный им человек. Есть, говорят, и нигилисты, которые уверены, что все эти сто тысяч галактических лет – с глубокой древности до сей поры и вовеки веков – президентом является один и тот же человек – или чудовище или просто голограмма – тот самый первый Владимир Владимирович Млечнопутин, который неизвестно когда, но страшно давно, возглавил Конфедерацию на самых первых выборах. А все нынешние выборы – лишь фикция и ширма, позволяющая Владимиру Владимировичу продлевать свою вечную молодость (потому что из атомов аннигилированных кандидатов Матрица формирует специальный живительный состав, который вкалывает ему в шею, омолаживая его клетки). В знак протеста против такого вопиющего безобразия эти граждане не голосуют вовсе, и голографические кнопки, провисев перед ними 5 минут 43 секунды, исчезают. Правда, Матрица этих граждан потом аннигилирует вместе с проигравшим Владимиром Владимировичем. По крайней мере, так говорят. Сам Иван Васильевич Перетопов таких людей никогда не видел, как, впрочем, и реальных случаев аннигиляции, поэтому пребывал в глубокой убежденности, что подавляющее большинство граждан вообще не придерживается никаких взглядов и голосует просто так – как и он сам.

На самом деле разницы за кого голосовать – за правого Владимира Владимировича Млечнопутина или за левого – действительно никакой. Точнее, эту разницу никому знать невозможно. Нельзя знать, за какой кнопкой кроется тот Владимир Владимирович, который был избран президентом Млечнопутинской Конфедерации в прошлый раз, а за какой – претендент на эту почетную должность, инициировавший очередные президентские выборы сегодня. Нельзя знать, кто из Владимиров Владимировичей мужчина, а кто женщина, а кто – бесполое существо среднего рода с какой-нибудь звездной системы в самом эпицентре Млечнопутинской Спирали. Даже самому Президенту неизвестно, за какой кнопкой кроется его кандидатура: так что, голосуя сам, он понятия не имеет, отдает он голос за себя или за претендента на его кресло. Нельзя и проверить на предмет фальсификаций и ошибок результаты подсчета голосов ста семидесяти четырех квадриллионов семисот сорока двух триллионов пятнадцати миллиардов девятисот восьмидесяти миллионов (а тысячи и сотни даже смысла нет считать, потому что они ежемгновенно меняются) граждан Млечнопутинской Конфедерации – это просто нереально. Да и зачем? Матрица, которая ведет этот подсчет, не имеет ни воображения, ни эмоций, ни предпочтений: это просто счетная программа в операционной системе Галактического Суперкомпьютера, так что какой ей был бы смысл искажать эти самые результаты? Она умеет многое, но делает обычно только одно: как только в Галактике появляется новый Владимир Владимирович Млечнопутин, она запускает выборы президента. Перед каждым жителем Галактики появляются две голографические кнопки, жители голосуют, и Матрица подсчитывает результаты. После чего победитель выборов становится Президентом, а проигравший аннигилируется.

Млечнопутинская Конфедерация – величайшее государство в обитаемой Вселенной. Оно занимает пространство целой галактики Млечный Путь – от густонаселенного эпицентра до разреженных кончиков каждого из рукавов Спирали. У этого государства самая справедливая форма правления – президентская республика. И самый справедливый закон – Конституция, которая, как все гениальное, очень проста: она состоит всего из четырех статей, известных всем жителям Галактики (правда, не все жители Галактики в точности помнят содержание этих статей, большая часть – лишь в общих чертах).

Статья 1 гласит, что Президентом Млечнопутинской Конфедерации может стать любой гражданин – независимо от пола, возраста, образования, социального статуса и вероисповедания – если этого гражданина зовут Владимир Владимирович Млечнопутин.

Статья 2 гласит, что только Президент Млечнопутинской Конфедерации имеет право брать, получать, переводить, выводить и даже воровать деньги из бюджета Млечнопутинской Конфедерации, а также приговаривать к аннигиляции всех несогласных с этим, и что в Млечнопутинской Конфедерации не должно жить никаких Владимиров Владимировичей Млечнопутиных кроме Президента. Поэтому все Владимиры Владимировичи Млечнопутины, которые не являются Президентами, аннигилируются Матрицей.

Статья 3 гласит, что выборы президента проходят, когда в Галактике появляется альтернативный (то есть, еще один) Владимир Владимирович Млечнопутин.

Статья 4 гласит, что Конституция может быть изменена только с единогласного одобрения всех граждан Млечнопутинской Конфедерации, которых зовут Владимир Владимирович Млечнопутин.

Представители других галактик нередко выражают скепсис по поводу того, что Конституция ограничивает права тех, кого зовут как-то иначе. Но эти нападки абсолютно беспочвенны. Потому что каждый гражданин Млечнопутинской Конфедерации имеет право обратиться в комитет записи актов гражданского состояния и сменить свои фамилию, имя и отчество на любые другие – в том числе и на Владимир Владимирович Млечнопутин. Точно также и родители любого ребенка имеют право при рождении дать ему такие фамилию, имя и отчество. Сразу после регистрации Матрица запускает новые выборы, и перед каждым жителем Галактики появляются две голографические кнопки. Таким образом, Президент Млечнопутинской Конфедерации может занимать свой пост от нескольких секунд до бесконечности: все зависит только от того, как скоро очередной гражданин Галактики решит сменить фамилию, имя и отчество – или назвать ими своего новорожденного ребенка – и победит на выборах.

Матрица поддерживает жизнедеятельность организма Президента столько, сколько требуется, так что естественной смертью президенты практически не умирают: разве что в звездной системе, где живет Президент, неожиданно взорвется сверхновая, и тогда до следующих выборов Галактика прекрасно существует вообще без Президента.

Каждый гражданин Галактики ежемесячно перечисляет в бюджет один рубль из своих доходов, и тратить эти 147 квадриллионов и так далее рублей ежемесячно может только Президент – на любые свои прихоти. Сразу после победы на выборах Матрица телепортирует ему в карман карточку Президента (понятно – из только что аннигилированного кармана бывшего Президента). Баланс этой карточки равен бюджету Млечнопутинской Конфедерации, и потратить его полностью, как и, например, украсть с него все деньги – невозможно. По крайней мере, ни одному Владимиру Владимировичу Млечнопутину это до сих пор еще не удавалось, хотя не было ни одного, кто этого бы сделать не пытался.

В общем, Президентом может стать и новорожденный младенец (тогда карточку получают его родители – до того момента, как он научится носить штанишки с карманами, в которые поместится карточка – разумеется, если раньше не случатся следующие выборы, которые он проиграет), и глубокий старик (в общем-то каждый гражданин Галактики, которому повезло дожить до глубокой старости, неизменно приходит к мысли: а не стать ли мне напоследок президентом?), и например осужденный к смертной казни преступник (уже сидя на аннигиляторе он может послать голосовую заявку в комитет записей гражданского состояния и сменить свои ФИО, после чего получить шанс на продление – и при этом радикальное улучшение условий – своей жизни).

На деньги из бюджета Президент может построить себе дворец, каких еще не видывали в его части галактики (потому что наверняка в другой части видывали и не такие дворцы, а в третьей вообще не знают такого слова или не понимают, как можно жить в помещении, закрытом от внешней среды стенами). Или купить себе и своей семье, друзьям или любовнице спутник, планетоид, планету, звездную систему или даже несколько – семья, друзья или любовница президента прекрасно проведут на нем время его правления и даже какое-то время после его аннигиляции – угнетая или благодетельствуя местное население до тех пор, пока их не свергнут восставшие подданные. Или спустить со стапелей на Альдебаране самый современный и комфортабельный космический лайнер – или самый разрушительный и быстроходный космический крейсер – и бороздить на нем просторы Галактики. Или построить целую Звезду Жизни – искусственную планету, обладающую искусственным интеллектом, чьи помыслы направлены только на одно – исполнять все желания хозяина. Или, наоборот, Звезду Смерти – и наводить ужас на граждан, которым не повезет оказаться на планетах и планетоидах, ближайших к пути следования их Президента. Можно жертвовать на благотворительность – и самому неусыпно помогать-помогать-помогать бедным и обездоленным жителям, оплачивать лечение больных, покупать дорогостоящие импланты и протезы увечным, дарить ускоренные гипнотические курсы высшего специального образования невеждам, желающим выбиться в ученые.

 

Можно снарядить небольшую – или большую – армию из вечно странствующих между планетами и звездными системами Рыцарей Конфедерации и начать внутригалактическую или даже межгалактическую войну – очередную из совершенно бесполезных, но в то же время, с точки зрения масштабов Вселенной, и совершенно безвредных – звездных войн, в результате которых не меняется практически ничего. Все равно фантазии президента не хватит, чтобы потратить хотя бы маленькую часть бюджета – или хотя бы успевать тратить целиком ежемесячные поступления от необременительных налогов, которые автоматически списываются с электронных кошельков всех граждан Млечнопутинской Конфедерации. Поэтому Иван Васильевич Перетопов не слишком терзался выбором между правым и левым Владимиром Владимировичем Млечнопутиным. Нажал – и дело с концом.

Глава 2. Как Иван Васильевич обнаружил признаки преступления

Иван Васильевич Перетопов служил милиционером на планете Земля. Больше почти нигде в Галактике милиционеров нет – только здесь, потому что планета Земля является реликтовым музеем Колыбели Человечества. Дело в том, что по одной из семисот тринадцати общеизвестных версий появления человеческой цивилизации именно с этой планеты человечество начало свой путь по вселенной. Эта версия отнюдь не бесспорна. Более того: она то и дело подвергается самой резкой и часто обоснованной критике – слишком уж она удобна для Млечнопутинской пропаганды, утверждающей, что именно Млечнопутинская Конфедерация является главным центром человеческой цивилизации. У ученых-историков Альбиона Туманности Андромеды есть фундаментальные исследования, доказывающие, что человечество родилось там. А население Штатов Антенны свято хранит миф о возникновении жизни в их галактике из яйца гигантской межзвездной черепахи.

Из-за этих разногласий (как, впрочем, и по куда менее значительным поводам) уже не раз между галактиками-государствами разгорались жестокие войны. Периодически космические крейсеры и дредноуты Империи Альбиона вторгаются в Млечнопутинскую Конфедерацию и после ожесточенных боев с Рыцарями Конфедерации захватывают одну-две звездные системы на самой окраине. Они обращают население обитаемых планет в рабство и посылают несколько караванов с награбленными ценностями обратно в Альбион. Но на этом до сих пор обычно все и заканчивается, потому что расстояние от окраин Конфедерации до Альбиона неизмеримо больше, чем до других планет Млечного Пути – хотя обе галактики неуклонно сближаются, они все еще находятся слишком далеко друг от дружки. И стоимость захваченного добра лишь ненамного превышает стоимость его доставки в другую галактику.

В итоге захватчики неизменно приходят к выводу, что погибать за далекую родину совершенно бессмысленно и бесполезно: гораздо выгоднее, легче, логичнее и безопаснее снова включить захваченные планеты в состав Млечнопутинской Конфедерации на правах еще одной планетарной республики, монархии, олигархии или анархии. Ведь налог в один рубль в месяц на содержание одного-единственного человека – президента – гораздо менее обременителен, чем любая другая налоговая система и другое государственное устройство. А у себя на планете можно устанавливать какие угодно законы: от самых варварских до самых изысканно цивилизованных и культурных. В общем, война заканчивается, космические крейсеры экспедиционного корпуса захватчиков переделываются в развлекательные или торговые суда, а то и просто разбираются на полезные компоненты, нужные в хозяйстве на окраинных планетах. Рыцари Конфедерации, только что мужественно (и женственно, и среднеродственно тоже) защищавшие родину от вторжения, выключают свои световые и антиматериальные мечи и копья и направляют своих гравиконей и гравикобыл в другие места Галактики – в поисках новых подвигов и развлечений. А электронные кошельки пришельцев, давно отключившиеся от платежной системы Альбиона из-за дальности полета сигнала, подключаются к бюджетному Суперкомпьютеру Конфедерации, и вместо андромедянских фунтов в них начинают начисляться и списываться млечнопутинские рубли.

Сами Рыцари Конфедерации вообще не любят нападать на другие галактики: просто, потому что их гравикони не могут туда доскакать. Гужевой транспорт, который является доминирующим в Млечнопутинской Конфедерации с тех пор, как ученые с Сириуса изобрели гравиполе, позволяющее живым организмам ходить по космосу и развивать скорость от одного (если идти пешком) до пяти-шести (если скакать на коне галопом) световых лет в час, имеет множество преимуществ (например, энергоэффективность и экологичность), но и один существенный недостаток. Он заключается в том, что животным надо регулярно питаться. А коням для этого нужны планеты с зеленой травой. Внутри Галактики их множество, а в межгалактической пустоте нет вовсе. Если же взять с собой воз с сеном, то это сильно замедлит передвижение, так что времени на такое путешествие уйдет больше, чем способен прожить среднестатистический рыцарь.

В общем, милиционеры есть только на Земле – и только потому, что здесь в Главном Музейном Хранилище хранится Уголовный Кодекс – бумажная книга, представляющая собой свод законов о преступлениях и наказаниях, а также – в числе прочих должностей – о милиционерах, которые должны раскрывать эти преступления. Когда – давным-давно – группа ученых-идеалистов решила учредить на Земле музей, эта книга стала одним из фундаментальных доказательств, обосновывающих версию о колыбели человечества. Поэтому эти ученые постарались воссоздать на Земле то общество, которое, по их представлениям, было там во времена, когда эта книга была напечатана.

Работники музея живут в деревянных, каменных и глиняных домах, возделывают поля, купаются в водоемах, охотятся на представителей местной фауны и выполняют другие несложные работы. У них есть свои президент (местный, не путать с Владимиром Владимировичем Млечнопутиным!), министр, почтальон, сторож, рабочий, колхозница, пенсионер и милиционер – и представители других древних профессий, описания которых были найдены в реликтовых документах на всех континентах Земли. Все они исполняют свои обязанности в соответствии с представлениями об этих обязанностях ученых-музейщиков – на радость туристам, посещающим музей на комфортабельных трансзвездных лайнерах, в маршрутах следования которых Земля занимает важное место.

Иван Васильевич Перетопов, как уже говорилось, служил милиционером. Он – один из немногих в Галактике, кто читал Уголовный Кодекс. Более того, он знал эту удивительную книгу наизусть и мог сходу определить, под какую статью подпадает то или иное деяние кого-нибудь из его знакомых.

Проголосовав за Владимира Владимировича Млечнопутина, Иван Васильевич закурил трубку, набитую настоящим земным табаком, от подаренной ему коллегами-музейщиками на 50-й день рождения зажигалки из лунного камня – настоящей, производства фирмы «Братенберг и Ко» – единственной в Галактике фирмы, имеющей право вести добывающие работы на Луне, реликтовом спутнике реликтовой Земли. Концессию на эти работы фирме выдал сам президент Земли – в обмен на инвестиции в размере одного триллиона рублей в экономику музейной планеты. Зажигалки фирмы «Братенберг и Ко» изначально были очень дорогими, а сейчас их и вовсе нет – потому что… впрочем, не будем забегать вперед.

Иван Васильевич закурил трубку и мечтательно прислушался к стрекотанию сверчков на лугу перед зданием милицейского управления. Он поднял взгляд к звездному небу и уставился на то место, где две минуты назад – буквально до выборов Президента – висела полная Луна. Иван Васильевич застыл как вкопанный. Луны не было.

«Хм. Налицо состав преступления, предусмотренного частью 4 статьи 158 Уголовного Кодекса: «Кража в особо крупных размерах». Думаю, это является основанием для возбуждения уголовного дела», – с этой мыслью Иван Васильевич развернулся и вошел в канцелярию милицейского управления, подошел к столу, достал из него пустую папку для бумаг и написал на ней размашистым почерком: «Дело №1. Хищение Луны. Ст. 158 ч. 4 УК Ро. Следствие ведет милиционер Перетопов И.В.».

Глава 3. Как друзья Президента украли Луну, и им за это ничего не было

Владельцы фирмы «Братенберг и Ко» – Аркадий Братенберг и Юрий Ко – называли себя друзьями Владимира Владимировича Млечнопутина. И они были совершенно правы. Хотя, если бы кто-нибудь, кто встретил бы в это время Владимира Владимировича Млечнопутина, спросил его об этих его друзьях, тот бы искренне заверил, что таких друзей у него нет и никогда не было. И тоже был бы совершенно прав. Дело в том, что они действительно некоторое время были друзьями президента: в короткий промежуток между тем моментом, когда их друг и бывший одноклассник Елисей Лояльный переименовался во Владимира Владимировича Млечнопутина и выиграл президентские выборы, и моментом, когда он проиграл следующие выборы и был аннигилирован.

Все они когда-то были рыцарями Конфедерации. Их было девятеро всадников Ордена Озерных Ко-Оперативников: братья-заводилы Борис и Аркадий Братенберги, братья-ловкачи Юрий и Роман Ко, хулиган и задира Евгений Игогошин, тихоня Владимир Тыкунин, братья-акробаты Сергей и Андрей Мурзенко и уже упомянутый Елисей Лояльный, славный своим умом и сообразительностью. В черных бронескафандрах и развевающихся гравиплащах, на вороных гравижеребцах и гравикобылах, с черными мечами на основе антиматерии они наводили ужас на врагов Галактики, уничтожая целые эскадры имперских космических рейдеров и пиратских каперов, а потом тратили добычу на самых злачных планетах и искусственных спутниках.

Так было до тех пор, пока однажды в отеле «На краю Галактики» они не сыграли в ту роковую игру в фанты с местными девушками. «Этому фанту – переименоваться во Владимира Владимировича Млечнопутина!» – сказала симпатичная брюнетка Мальвина Камаева, вытягивая свернутую бумажку из черного рыцарского шлема, выполнявшего роль барабана. На бумажке было написано «Елисей Лояльный». Рыцарское слово закон, поэтому Елисей немедленно направил в комитет ЗАГС голосовое заявление о смене фамилии, имени и отчества. Через секунду заявление было удовлетворено, через вторую секунду Матрица обработала запрос и начала процедуру выборов, а через третью секунду перед всеми друзьями и подругами – как и перед всеми другими посетителями лобби-бара в отеле «На краю Галактики» (за исключением сидевшего в углу зала андромедянина Пупса Трипстера, который не являлся гражданином Млечнопутинской Конфедерации, а потому просто хлебал дрянное местное пиво) – появилось по две голографические кнопки. Прошло пять минут – и в кармане новоявленного Владимира Владимировича появилась карточка Президента. Вуаля!

Первым делом Владимир Владимирович Млечнопутин перевел по триллиону рублей из бюджета Конфедерации на счета своих восьмерых друзей (оказалось, что единовременно можно воровать из бюджета не более триллиона). Потом по триллиону досталось девушкам, игравшим с ними в фанты – начиная с красавицы Мальвины. Потом он заказал всем по коктейлю, чтобы отметить свое избрание… и тут перед ними снова появилось по две голографические кнопки. Делать нечего: друзья снова проголосовали – и через пять минут после мгновенной яркой вспышки от теперь уже бывшего Владимира Владимировича Млечнопутина осталась горстка атомов.

Друзья выпили бюджетные коктейли – в память о погибшем товарище, не чокаясь. А потом молча оседлали своих гравиконей и гравикобыл и разъехались кто куда. Разумеется, о продолжении рыцарских похождений не могло быть и речи: с триллионом на счете каждый из них мог безбедно жить до конца жизни, да еще хватило бы на маленькую победоносную войну. А вскладчину они могли бы даже купить небольшую планету с кислородной атмосферой и населением в пару миллионов человек, чтобы устроить населению по своему вкусу райскую – или адскую – жизнь на несколько десятилетий.

Шли годы, бывшие рыцари тратили деньги каждый на свой лад. Евгений Игогошин создал частную армию из сотни тысяч всадников-наемников и развлекался тем, что по просьбам полудиких планетарных диктаторов подавлял бунты на их планетах или нападал на их соседей по звездной системе. Борис Братенберг открыл школу фехтования на антиматериальных мечах, которая быстро превратилась в главное учебное заведение рыцарей Конфедерации. Роман Ко инвестировал свой триллион в исследования Института Вечной Молодости, надеясь получить соответствующий эликсир (затея не удалась: ученые разворовали его деньги, а для отчетности просто развели текилой обычный омолаживающий коктейль). Братья Мурзенко и Мальвина Камаева купили вскладчину отель «На краю Галактики» и поселились в нем, превратив его из занюханной дыры в элитный пансионат для самой изысканной публики. Изредка вся восьмерка съезжалась туда на своих скакунах или в каретах, запряженных лучшими сирианскими гравирысаками – и проводила вечера за воспоминаниями бурной молодости, да поминками погибшего друга.

 

В одну из таких посиделок Аркадий Братенберг и Юрий Ко, все еще не пристроившие свои триллионы (за те несколько лет они сумели потратить на развлечения только по паре миллиардов), придумали свой проект.

– Сударь, у меня есть замечательная идея! – обратился Аркадий к своему другу, сверкая голубыми глазами. – Мы откроем завод по производству зажигалок из Лунного Камня!

– Позвольте осведомиться, благородный дон, а что такое Лунный Камень, и чем таким примечательны будут зажигалки из него? – осведомился Юрий Ко, не слишком разбиравшийся в версиях происхождения человечества.

– По большому счету, сударь мой, ничем. Просто мы приделаем к ним микроаннигиляторы, чтобы ими можно было прикуривать в открытом космосе. Едешь себе верхом, насвистываешь песенку и вуаля! Прикурил.

– Позвольте выразить вам свое восхищение, благородный дон! Но, может быть, нет смысла так усложнять, и можно просто продавать микроаннигиляторы для прикуривания?

– Сударь, вы балда! Это же легенда! Луна – спутник Земли, той самой планеты, где, по одной из версий, зародилось человечество! Я там был буквально недавно: туда зашел мой круизный лайнер, и была очень познавательная экскурсия. Тогда-то меня и осенило: в наше время тотального кризиса идей именно легенда позволит нам установить какую угодно цену – и все богатеи Галактики будут в очередь выстраиваться за нашими зажигалками! Все благородные семейства обзаведутся ими и будут дарить друг другу на именины!

Так и появилась в Млечнопутинской Конфедерации фирма «Братенберг и Ко». Друзья быстро нашли общий язык с Виталием Петровичем Пупкиным – маявшимся от безделья и безденежья президентом унылой реликтовой планетки под названием Земля, который просто не представлял, как привлечь на нее хотя бы миллиард рублей инвестиций (его как раз бы хватило на косметический ремонт зданий Музея и закупку мальков иваси для восстановления поголовья в Тихом Океане после очередной варварской туристической рыбалки). Инвестиционный взнос в триллион рублей (друзья-рыцари скинулись по полтриллиона) обеспечил фирме вечную и безраздельную концессию на добычу Лунного Камня на спутнике Земли, который так и назывался – Луна.

Президент Земли был просто счастлив: бюджет его планеты одномоментно вырос в 10 тысяч раз. Причем, инвесторы принесли не какой-то там сомнительный триллион, добытый в малопонятных бизнес-авантюрах обычных предпринимателей. Этот триллион был, что называется, с кристальной историей: все до рубля было честно украдено из бюджета Млечнопутинской Конфедерации лично самим президентом Владимиром Владимировичем Млечнопутиным – в точном и полном соответствии с Конституцией. Поэтому неудивительно, что в концессионном соглашении не слишком подробно расписывалось, что такое – этот Лунный Камень, так что концессионеры с чистой совестью считали, что это все, из чего поименованный спутник состоит.

Едва Виталий Петрович поставил свою подпись на концессионном соглашении, друзья сложили свои экземпляры указанного документа в свои портмоне, вскочили на вороных гравиконей и скорой рысью помчались на околоземную орбиту, чтобы поймать там Луну. Прилунившись, они стреножили своих скакунов, после чего Аркадий Братенберг достал из сумки капсулу завода и бросил ее на поверхность. Капсула раскрылась и стала стремительно разворачиваться, превращаясь в самодвижущуюся фабрику по добыче и переработке всего, что в нее попадет, в зажигалки с надписью «Братенберг и Ко», состоящие из кусочка минерала и небольшого центаврианского микроаннигилятора. Тем временем Юрий Ко уже связывался по галактической связи с крупнейшими рекламными агентствами Млечного Пути и заказывал самую масштабную кампанию по продвижению новых зажигалок на внутренний и внешний рынки. К тому времени, когда завод стал выпускать первые партии товара, и за ними прибыли первые транспортные гравифургоны, купленные фирмой «Братенберг и Ко» для развозки по крупнейшим торговым сетям Конфедерации, реклама новых чудо-зажигалок буквально заполонила все информационные сети всех населенных планет, искусственных спутников и межзвездных транспортных линий. Стоило жителю Галактики закрыть глаза и подключиться к своей любимой социальной сети, как на внутренней поверхности его век загорался баннер или включался голографический ролик с Рыцарем Конфедерации, галопирующим на своем гравиконе и прикуривающим папиросу прямо через забрало своего бронескафандра. Проезжая верхом по трассе «Альматея – Альдебаран» невозможно было не увидеть справа натянутую между Альфой Калипсо и Омегой Клапеция голографическую растяжку с надписью «Зажигалки из Лунного Камня от фирмы «Братенберг и Ко» – единственные зажигалки, которыми можно прикуривать в открытом космосе!»

Несмотря на высокую цену – 750 тысяч рублей за штуку – торговля шла бойко. За первые 100 дней с момента их торжественной презентации на 17389244421-й Галактической Выставке Товаров Народного Потребления было продано более 444 миллиардов зажигалок. Вскоре концессионеры не только отбили свои инвестиции и вышли в прибыль, но и разбогатели в десятки раз более сказочно, чем были. Но случилось непредвиденное: на исходе 944-го дня завод полностью уничтожил всю Луну – до последнего камушка. Громада фабрики теперь летела по лунной орбите сама по себе – черная и неприглядная.

В это время концессионеры как раз подъезжали на своих гравижеребцах к Земле, чтобы договориться о расширении сотрудничества и выступить на Галактической Конференции По Сохранению Популяции Селедки Иваси. И как раз застали момент, когда завод пожрал последний кусочек Луны и выплюнул из своего чрева последний фургон с зажигалками.

– Милейший сударь, мне кажется, мы влипли в крайне неприятную историю, – воскликнул Аркадий Братенберг, картинно всплеснув руками.

– Я вас не понимаю, благородный дон! Мы инвестировали в эту планету столько денег, что хватило бы на четыре таких спутника – да к тому же искусственных! – махнул рукой Юрий Ко.

– Вы, сударь мой, видимо, не очень внимательно читали наше концессионное соглашение. Там, в параграфе 17.1 написано, что мы не ограничены в объемах добычи, но Луна – как реликтовый памятник – должна сохранять свой внешний вид первозданным. И в приложении к этому параграфу дана голографическая схема первозданного внешнего вида. Отсутствие Луны с этой схемой, увы, не совпадает. Мы можем нарваться на крупный иск от этих сумасшедших ученых-музейщиков, а если дела в суде пойдут неважно, то и на принудительную аннигиляцию…

– Что нам делать? – запаниковал Юрий Ко. – Может, благородный дон, нам стоит, пока не поздно, эмигрировать в Альбион? Оттуда выдачи нет…

– Думаю, мы сможем выкрутиться и так, у меня есть одна идея! – успокоил друга Аркадий Братенберг. С этими словами он подскакал к громаде завода (тот как раз пролетал над Тихим Океаном и не был виден с того места, где находится музейный комплекс, так что до разоблачения у концессионеров было еще несколько часов) и достал из сумки черную капсулу с надписью «Изделие из пластика. Планета-батут. Изготовлена по заказу «Братенберг и Ко». Батутная мануфактура Прыг-Перепрыг». Примагнитив капсулу к стенке завода, он ввел в нее данные голографической схемы из концессионного соглашения и во весь опор помчался в открытый космос. Юрий Ко припустил коня за ним. А через минуту черная капсула буквально взорвалась. Подобно сверхновой, она стала раздуваться и превращаться в шар из тонкого мягкого пластика. Этот шар всасывал инертные газы из межпланетного пространства и становился все больше и больше, приобретая формы и цвето-фзические характеристики уничтоженного реликтового спутника. Не прошло и часа, как Луна катилась по земной орбите, будто настоящая. Отличаясь от нее только начинкой: вместо минеральной, она была газовой, отделенной от внешней среды только тоненькой пленкой мягкого пластика – с черной корявой банкой бывшего завода на месте ядра. Псевдо-Луна вращалась, как вращался ранее оригинал: и вокруг Земли, и вокруг своей оси. На месте был каждый кратер, каждая впадина. Магнитное поле бывшего зажигалочного завода успешно имитировало магнитное воздействие на земную поверхность, вызывая приливы и отливы морей и океанов.

Рейтинг@Mail.ru