По ту сторону сказки. Околдованные в звериных шкурах

Ольга Станиславовна Назарова
По ту сторону сказки. Околдованные в звериных шкурах

Катерина задумчиво водила карандашом по бумаге, изобразив сарай и стойло. Весьма схематично коня, и цепи, которыми он был обмотан. В сотый раз задумчиво обводя рисунок, она вдруг сообразила!

– Как же я сразу-то не подумала! Шляпа я, соломенная! С перьями! – Катерина ругалась на себя вслух, и унылый Ратко, сидящий около Златы, поднял голову. Волк сунул нос в рисунок, а Баюн, чтобы не тратить время на обход стола, пошел прямо по нему.

– Кать, что? – Кот смотрел на рисунок, не обращая внимания на самобранку, потихоньку выползающую из-под его лап.

– Смотри! Цепи толстенные, их много, наверчены на коня вдоль и поперек. А куда они крепятся? – Катерина постучала карандашом по двум линиям, изображавшим бревна стойла. А потом перевернула карандаш и ластиком частично стерла эти линии. – Бревна толстые, но их всего два. И дерево пилить гораздо проще, чем кучу цепей.

– Точно! – Кир вынул у неё из руки карандаш, и быстро изобразил коня и переплетение цепей на нем. Причем несоизмеримо лучше, чем Катерина, та только рот открыла, с изумлением глядя, как на листе возникает Стоян. – Если бревна перепилить, то цепи просто свалятся. Никто не додумался ему ноги заковать. Или на шею какой-нибудь ошейник одеть. Просто цепляли железку на коня и на бревно.

– Изобретатель блин! Хорошо, что кто-нибудь такой умный там рядом не стоял, пока коня приковывали. Ты мне лучше скажи, ты хоть раз что-нибудь пилил? – Cтепан помнил толщину бревен, и особых восторгов не испытывал.

– Пилил, конечно, а ты разве нет? Аааа, как же я забыл! Ты ж богатенький буратино! Таким пила ручки оскорбит! Низзя, да? – Кир благоразумно убрался подальше от Степана, но не учел, что Волку эти заявления тоже не понравились.

– Ты, если собираешься тут быть и помогать, не смей оскорблять того, с кем завтра будешь жизнью рисковать! – мрачно и тихо сказал Волк. Киру стало как-то некомфортно. Он дернул плечом, вернулся в столу.

– Извини. – пробурчал Кир еле слышно и неохотно, Степан собирался было дальше обижаться, но глянул на Волка, вздохнул и ответил:

– Я действительно пилу в руках никогда не держал, так что будешь показывать. И ещё раз так пошутишь, получишь по шее, и сильно!

Глава 8. Стоян

Катерина проснулась будто её кто-то толкнул, потихоньку выбралась из-под одеяла, переоделась с помощью перышка, отодвинула занавеску, и на цыпочках прокралась к выходу.

– Куда тебя понесло? Если в нужник, то он с другой стороны. – Волк всегда слышал все её перемещения.

– Да знаю я, что где, я почитать хочу. Мне же сказку будить! – Катерина говорила едва слышно и выбралась всё-таки из избы. Включила планшет и начала просматривать сказку, одновременно соображая, где она что-то подобное видела.

– А что это ты уже про то, что бы сказку будить? Не рано ли? – Волк приволок Катерине Баюнов любимый матрасик, и уложил его на крыльце.

– Волчок, ну как же рано? Вот распилят мальчики бревна. Уберем мы цепи, а дальше-то что? Конь истощенный, конечно, но его в сумке не унести. Надо будить сказку, чтобы и он проснулся. Надеюсь, что им будет не до Стояна в первые минуты после пробуждения. А я постараюсь ему объяснить, куда ему надо двигаться, а, может на нем и приеду.

– Нет! Туман уйдет, я сам прилечу за тобой! – Волк упрямо мотал головой.

– Угу, в город, в котором куча народа, все в панике мечутся и тут, ба, какой сюрприз! Летающий Волк. Ты даже до меня не долетишь. Тебя подстрелят, а я? Мне тогда что делать?

Волк доказывал, что никто его не подстрелит до появления разбуженного их беседой Баюна.

– И чего вы так орете ни свет ни заря? И какая подлая бурая скотина уперла мой матрасик прямо на снег?

Волк сделал вид, что про матрасик он не слышал. А Баюн выслушал обе стороны, сделал вид, что задумался, и важно заявил:

– Девочка-то у нас не в пример разумнее! Чем некоторые, которые тут матрасы тягают у приличных котиков! Она невидимку оденет. И вообще будет в безопасности! И не рычи на меня. Я так не люблю! Громко мне так! – Баюн демонстративно потряс головой, как будто вытрясая оттуда Волчий рык.

Волк очень тихо сказал что-то по-волчьи, судя по всему нечто очень ругательское, и старательно сдерживаясь, ушел в лес, откуда послышался его рёв и треск деревьев.

– Нервы, нервы… – Баюн печально покачал головой. – И ведь помладше меня будет, а такой несдержанный.

– Котинька, ты во всех отношениях уникален! – Катерина лучезарно улыбалась Баюну, озабоченно прислушиваясь к разрушениям, производим Волком.

– Это он ещё знаешь почему так психует? – Кот подобрался поближе и прямо в ухо Катерины доверительно объяснил: – Ему же Стояна расколдовывать придется. То есть голову отсечь. Он всё-таки хищник, да ещё один из лучших, знаешь ли… Запах крови, это для волков очень сложная штука, много всяких эмоций появляется. А там этого запаха будет море!!! Вот он и паникует.

– Бедный! – Катерину передернуло. Ей даже думать было о таком страшно!

– Да уж. Ничего, ничего. Жаруся с ним полетит и я буду, подстрахуем. А ты и правда самый разумный способ предложила. Сказку-то знаешь, где найти? – Баюн начал Катерине объяснять где, и когда Волк вернулся, они уже рисовали в избе как быстрее пройти от героев сказки до сарая, где держат Стояна.

– Так, мальчики, вы пилите бревна, снимаете цепи, и провожаете Катерину к месту, где она должна рассказать сказку. Как только туман начинает уходить, вы оба быстро убираетесь из города! Бегом просто! Вас подхватят Сивка и Вихрь вот тут! – Баюн когтем показал на карте, где именно. – Катюша, если всё получается, ты вот тут, этими переулками мимо поварской слободы быстро доходишь до сарая, и Стояну объясняешь, куда он должен прискакать. И на нем возвращаешься! – Кот с важным видом осмотрел слушателей. – Да, кстати, Ратко, у тебя есть какая-нибудь вещь, которую может узнать Стоян?

– Да, он мне дарил на последние именины фибулу. – Ратко показал небольшую серебряную с зелёной и белой эмалью застежку. – Она как раз на мне была, тогда, когда я псом стал.

– Вот и чудно, отдай Катерине. Она покажет Стояну. Чтобы он скорее соображал, что к чему. – Кот лоснился от собственной предусмотрительности.

–Мне всё это не нравится. А если Стоян всё равно не согласится Катерину везти? А она там одна! – Волк стоял на своем.

– Ты, вроде Волк… А упрям как осел! – Кот презрительно фыркнул в сторону Бурого. – Так, всё всем понятно? Тогда действуем!

Двуручная пила Степану казалась самым ненавистным предметом во вселенной! Она вырывалась из рук, а вырвавшись, норовила его стукнуть, застревала в дереве. Кир сдерживался и не комментировал Степановы усилия. Пилили долго. Но, в конце концов с бревен цепи сняли, коня распутали, и Степан прислонился к стене сарая, чувствуя, что у него мелко дрожат и руки и ноги. Катерина всё это время обследовала ближайшие окрестности. Нашла купеческого сына, героя сказки. Долго соображала, как далеко можно стоять от него, чтобы быстрее добраться до Стояна. Туман мешал сильно. Духота и холод совсем не лучшее сочетание для того, что бы хоть что-то соображать!

– Где тебя всё время носит-то? Что за дела? Обещала, что будешь рядом, а куда опять унесло? – Cтепан старательно растирал руки с ненавистью глядя на пилу.

– Не сердись, я сказку нашла, подходы все разведала. Мне же здесь в любом случае оставаться одной.

Мальчишки поёжились и переглянулись. Ни один бы не хотел в этой мути остаться в одиночестве.

– Хочешь, я с тобой останусь? – Cтепан мечтал скорее выбраться из тумана, но пересилил себя.

– И я? – Кир тоже кивнул головой.

– Спасибо вам. Большое спасибо! – Катерина подняла глаза на мальчишек. – Но, конь истощен, ему меня бы довезти. И невидимка у нас одна. Лучше всего делать по плану Баюна. Безопаснее.

Мальчишки неловко мялись. Уходить казалось неправильным. Наконец, решились, и махнув Катерине, отправились по дороге ведущей из города.

Катерина глубоко вздохнула, с уходом Степана и Кира ей стало жутко. Фигуры, застывшие в тумане казались чудовищами. Она-то специально отходила всё дальше от ребят, пока они распиливали бревна, пыталась приучить себя находиться в этом городе одной. И, казалось, что уже ничего, почти справилась, но вот ушли её защитники, и сердце колотится как заячий хвостик, ладони стали влажными, и накатывает паника. Она заставила себя остановиться и замереть, прислонившись спиной к забору.

– Никого тут нет. Никого, кроме тебя. Всё! Успокойся. – самым сложным оказалось дойти до дома купеческого сына и не кинуться бежать, куда глаза глядят. Катерина всмотрелась в неподвижные фигуры, выдохнула и начала рассказывать сказку:

– У купца Кручины богатого был сынок Иванушка.

Не стало у Иванушки матушки; женился Кручина на другой жене.

Отдали Иванушку в науку; каждый день в училище он ходит, поздно ввечеру домой приходит; в праздники дома на приволье.

Нужда купцу прилучилась ехать в земли иные, в дальние города луговые.

Сказка была долгая, злобрая мачеха пакостничала как могла, купеческий сын участвовал во множестве приключений, но туман отступил не сразу, Катерина даже начала расстраиваться, что что-то они с Котом перепутали, и не ту сказку определили. Но, вот туман знакомо шевельнулся. Начал бледнеть, таять. Катерина начала тихонько отступать, за угол, по проулку направо, не сбиваясь с повествования, она закончила рассказывать, и ахнула, увидев движение впереди, но это оказались не твари, а какой-то рыжий кот, раньше всех в городе проснувшийся от тумана. Катя надела шапку-невидимку и уже со всех ног кинулась у сараю. Добежав, огляделась по сторонам и прислушалась, где-то нарастал шум, крики, плач, люди не понимали, что случилось, не осознали ещё, что их беда закончилась. Катя стянула шапочку, убрала её, юркнула в темноту и вонь сарая и плотно прикрыла за собой дверь. И тут же увидела, что конь уже проснулся. После ухода мальчишек она, подумав, одела на Стояна уздечку, привязала её к столбу, и закрыла стойло. Решила, что так спокойнее, и оказалась права. Конь осознал, что цепи его не держат, несмело шагнул вперед, и вдруг кто-то открыл двери, вошел и закрыл дверь ненавистного сарая за собой. Конь рванулся было, но узда не позволила, а стойло было закрыто. Он метнулся вбок и замер, пытаясь рассмотреть, кто это и с какой очередной пакостью к нему пришел.

 

– Стоян! Я знаю, что ты княжич Стоян. Выслушай меня! Прошу! – девчонка, говорила то, что Стоян никак не мог ожидать услышать!

– Если я не ошиблась и ты действительно старший княжич Стоян, кивни.

Стоян до боли в глазах всматривался в девчонку. А потом кивнул.

– Хорошо! Послушай меня! У нас мало времени. Мне рассказал о тебе твой средний брат Ратко. Он снова человек. Злату мы уже забрали. Тебя я могу вывести отсюда и показать, где твои родные. И помочь снять заклятие Томилы. Ты пойдешь со мной?

Стоян замер. Он жаждал поверить и смертельно боялся, что это очередная выдумка Томилы, чтобы его больнее помучить. Но, девчонка подошла поближе и протянула ему открытую ладонь, на которой лежала фибула Ратко.

– Узнаешь? Он сказал, что это был твой подарок.

Конь потянулся и коснулся носом Катиной ладони, и вдруг узнал запах Ратко. Но не пса, а человека! Он замер и с такой надеждой посмотрел на Катерину! Она быстро отвязывала уздечку.

– Послушай меня, я тебе всё объясню, но потом, а сейчас ты можешь идти?

Конь кивнул.

– Отлично! Нам нужно добраться до излучины реки, там, где у вас был старый мост. И надо спешить, туман ушел, люди пока только соображают, что и как, но кто-то обязательно появится от Томилы. Поэтому, давай отсюда убираться. И… Ты сможешь меня везти?

Стоян неуверенно шагнул, чуть не упал. Катерина остановила его, достала флакон с водой и капнула себе на ладонь живой воды. Конь пристально посмотрел на флакон и явно вопросительно заржал.

– Это живая вода. Не волнуйся, я знаю про твое условие превращения и вода есть! – Катя протянула ладонь и конь слизнул драгоценные капли. – Как ты сейчас?

Стоян легко встряхнулся, словно слетела вся слабость и немощь. Он мотнул головой на спину, приглашая Катерину садиться.

– Спасибо! Секунду! – Катя открыла дверь сарая, выглянула. В загаженном дворе никого не было. Она легко залезла на бревна стойла, оттуда на спину Стояна. Перекинула узду. – Давай потихоньку.

Стоян сделал первые шаги из сарая в котором ему Томила приготовила вечное заключение. И всё увереннее стал передвигаться в сторону переулка, поворот, ещё один. Он с малолетства знал этот город. Между заборами направо. Вот уже боковые ворота. Если бы в городе был порядок, то план бы не сработал, но стражники так же как и все остальные только пришли в себя, каждый старался уточнить, что происходит, и что с их семьями? Кое-кто обратил внимание на заморенного, доходяжного и страшно грязного коня с девчонкой на спине, но остановить их и не пытался!

– Выбрались! Теперь надо успеть добраться до места, пока погони не устроили! – Катерина коснулась конской шеи, привлекая его внимание. Стоян кивнул и постарался двигаться быстрее. Когда он уже начал спотыкаться, Катерина потянула повод, поворачивая его налево, с основной дороги на тропу. Ещё поворот и Стоян не веря своим глазам увидел Ратко!

– Стоян!!! – средний брат со всех ног кинулся к истощенному коню.

Катерину со спины Стояна снял Волк, и едва сдержался, чтобы не подкинуть её в воздух. Так обрадовался, что она вернулась! Они торопливо отошли, давая возможность Ратко рассказать Стояну, что с ним было, и показать Злату, сидящую за пазухой у среднего брата.

– Мы можем тебя расколдовать! Живая вода есть. Но… Ты сам знаешь, что для этого надо. Знаю, что Томила тебе говорила. Но не знаю… Готов ли ты?

Стоян зафыркал громко и выразительно, но Сивка на всякий случай перевел.

– Говорит, что ко всему готов! Только просит, чтобы Злата не видела.

С поляны Кот отправил всех, кроме Стояна, Волка, и Жаруси. Катя уходя отдала оба флакона с водой Коту. И озабоченно посмотрела на чрезвычайно мрачного Волка, стоящего уже в человеческом виде с длинным мечом в руках. Волк глаза на неё не поднял, а старательно рассматривал снег у себя под ногами.

– Идите уже, да идите вы в избу! Ратко, Злату за пазуху спрячь! Сивка проконтролируй! – Баюн махал лапами.

Сивка загнал их в избу, зашел сам и строго велел никому не выходить и дверь запереть. И тут Катерина поняла, зачем это.

– Волк, запах крови. Они что, боятся, что он озвереет что ли? – она прислушивалась к тому, что происходит, но стены избы были толстенные, и ничего так и не уловила. Зато вопль Ратко, увидевшего старшего брата, уже в человеческом виде идущего к избушке, она услышала отлично. Он орал прямо над ухом! Ратко вылетел из избушки, сиганул прямо с крыльца, игнорируя ступеньки. Братья кинулись друг к другу, обнялись, и Ратко вынул из-за пазухи перепелку, которая через несколько секунд превратилась в девочку. Всё трое ликовали. И плакали и смеялись, и никак не могли разомкнуть руки. Катерина очень радовалась за них, но мысль о Волке её не оставляли.

– И чего он не идет? – она потихоньку выбралась из избы, обошла ликующих княжичей и со всех ног кинулась на поляну. Отвратительный запах крови она почувствовала сразу. И Волка увидела тоже сразу. Уже в виде огромного бурого зверя с вздыбленной шерстью с остановившимся взглядом он стоял у края поляны. Баюн ходил кругом и что-то говорил. Над Волком, подстраховывая Баюна зависла Жаруся.

Катерина даже не засомневалась. – Волк! Волк!

Баюн оглянулся и аж присел, растерявшись. Жаруся выставила коготки, готовясь подхватить Волка в прыжке. Сам Волк медленно поднял голову и посмотрел на Катерину. Диковатый огонь погас в его глазах, шерсть опадала, и пока Катя до него добежала, далеко обойдя алое пятно на снегу, он выглядел почти нормально. – Кто тебе разрешил выйти? – начал он, но голос не очень ему повиновался.

– Никто. – Катерина гладила шерсть на загривке. – И никого я и не спрашивала. Там у нас, знаешь ли ликование и радость, а тебя всё нет и нет. Всё, всё, не смотри туда. Пошли, пожалуйста, пошли, а то я сейчас тут сяду и буду сидеть. Устала жутко!

Волк мгновенно пришел в себя, тихонько высвободился из рук Катерины, нырком прыгнул в огромный сугроб под ближайшей елью, покатался там, чтобы почистить шерсть от запаха. И через минуту оказался около Катерины, подставляя спину.

– И что такое! Никто меня не слушает! – ворчал он, впрочем, страшно довольный тем, что Катерина сидит на его спине, и он ей нужен.

– Ты ворчишь и ворчишь, а может, тебе в отпуск надо? – уточнил Кот. – А что ты так на меня смотришь? Люди вот всё время в отпуск хотят! И ходят туда регулярно, то есть ездят. А ты там ещё не был. Вот, к стае слетай. Заодно, сестру покажешь! С Томилой разберемся и давай-ка отдохни! И я с удовольствием к вам наведаюсь, давненько с Варной не беседовал. – Кот отряхивал снег с лапок.

– Что ты ещё удумал? Зачем это тебе к матушке? – Волк подозрительно косился на Баюна, висящего в лапках Жаруси и разглагольствовавшего с высоты. Кот по снегу ходить очень уж не любил!

– Мы ещё до твоего рождения знакомы с ней. Не забыл? – Кот хитро посматривал на Бурого. – А хороших знакомых принято навещать хоть раз в столетие! Кроме того, она может решить, что ты от неё Катерину прячешь. Побратимство вещь серьезная, а ты ей до сих пор сестру названную не предъявил!

Волк мрачно молчал, про себя решив, что отпуск этот самый ему совершенно без надобности! Выдумают же некоторые коты всякие глупости!

Когда они вернулись к избе, Степан и Кир лениво перебрасывались снежками, а Сивка за ними наблюдал.

– А где наши гости? – Кот, которого Жаруся выпустила прямо у крыльца, плавно опускался на ступеньки.

– В избе. Стояна ноги не держали, он едва дошел. Мы решили дать им возможность поговорить наедине. И, опять же, Злату тоже не смущать. Одежда у неё вся в дырах. Она как увидела, очень расстроилась. Короче, её Ратко пока в плащ свой завернул, так и повел. – Степан слепил очередной снежок, и удачно кинув его, попал Киру в физиономию, отчего тот сразу ответил очередным броском уже в Степана.

Кот и Жаруся отправились к гостям в избу, а Катерина прислонилась к бревенчатой стене избы, наблюдая за снежной битвой.

– Катюша, можно заходить! – Кот выглянул, помахав лапой.

Катерина вошла в избу и наткнулась на Ратко, который встревожено оглядывал Злату. Катя только в этот момент и сумела её рассмотреть. Очень худенькая, почти прозрачная девочка, светлые волнистые очень густые волосы, глаза красивые, ярко-голубые, как летнее небо. И кажутся совершенно огромными на бледном худом личике. Злата крепко держала за руку Стояна.

– Златонька, не бойся, всё уже, всё! Я тут, Ратко тоже и ты с нами. – Стоян был очень похож на Ратко, только высокий, плечистый, хотя и тоже очень истощенный. Он пытался успокоить сестру, но она, измученная пережитым, потерявшая надежду, никак не могла поверить в то, что их беда закончилась, и всё ей казалось, что если руки разжать, то окажется, что это сон, и она опять птица в клетке. Жаруся уже ухитрилась сделать Злате и Стояну вполне княжеские одежды, но Злата ничего вокруг не замечала.

– Княжна, посмотри! Это сказочница Катерина, которая нашла сначала Ратко, а потом и тебя вынесла из тумана, освободила Стояна и разбудила ваши земли. – Кот расхваливал Катерину, стараясь отвлечь Злату от её ужаса.

Девочка с трудом отвела глаза от лица Стояна. – Спасибо тебе! – голос тихий-тихий, но приятный.

Баюн тихонько подтолкнул Катерину и шепнул ей: – Поговори с ней. Постарайся вытянуть её из этого страха.

Катя шагнула вперед и подойдя к Злате, села рядом.

– Я так рада, что всё получилось! – прозрачные ясные глаза Златы оторвались от лица брата. Она смотрела на Катерину, чуть склонив на бок голову, и Катерина вдруг сообразила, что девочка ещё не сумела вернуться полностью, осознать себя снова человеком. Катя решительно взяла почти прозрачную руку Златы и начала с ней разговаривать. Слова будто выстраивали мостки в том болоте, где безнадёжно вязло сознание измученной юной княжны. Тихонько, незаметно Катерина выводила Злату в реальность, где она снова человек, и её браться рядом, вот они. А находятся они в избушке на поляне у старого моста. А почему, кстати, мост разрушен, Злата не знает?

– А его ещё при моей бабушке разрушили. Бабушка ехала с богомолья, и с моста чуть не упала. И дед приказал его развалить. Так разгневался на этот мост. – Злата вдруг заговорила сама и хихикнула даже тихонько. – Хотя это кучер был виноват, а не мост вовсе! – она вдруг почувствовала себя так легко! Чего переживать? Вот Стоян, вот Ратко. А это вот знаменитый Кот Баюн! А рядом, совсем рядом девочка Катерина, наверно, она её ровесница, руки у неё теплые, крепкие, и от неё самой такое тепло, что кажется, на солнышке весной сидишь. Злата вдруг неожиданно заплакала, Катерина её обняла, и гладила по спине, и что-то такое шептала на ухо, отчего слезы вымыли весь морок, и страх, и оказалась, что уже всё хорошо и можно жить дальше!

Оба брата Златы были готовы на край света бежать, чтоб ей помочь, но стояли рядом, чувствуя и свое бессилие, и облегчение от того, что сестричка становится собой, исчезает этот странный птичий взгляд. Катерина оглянулась на Кота и кивнула на стол, сердито сдвинув брови.

– А, что же это мы!!! А вот мы сейчас покушаем! И очень даже вовремя! А чего ж я-то! Замешкался, завозился-то. – Баюн шевельнул лапой, скатерть лихо взвилась над столешницей и развернулась, мгновенно выставив множество блюд. Жаруся выглянула из избы и позвала остальных. Сивка, Воронко и Вихрь зашли в конюшню, бывший хлев, а возможно и курятник, поесть и отдохнуть, а Волк и мальчишки вошли в саму избу. Злата уже не сжималась от ужаса, а спокойно со всеми поздоровалась. Ратко облегченно выдохнул, правда, посматривал на Стояна, но тот падать от слабости больше не собирался, а охотно сел за стол и начал есть.

Катя сидела около Златы, той явно было спокойнее рядом со сказочницей. Ратко со Стояном переглядывались и облегченно улыбались. У сестры начал появляться румянец на восковых впалых щеках, а глаза заблестели.

– А погони-то не будет? – тихо спросил Степан у Волка. Тот ухмыльнулся.

– Непременно, а как же! Только толку-то от этой погони!

– А почему?

– Чудак, мы же внутри. А, ты не знаешь? Снаружи сейчас избушка выгляди как маленький деревянный шар. Лежит по елкой. Никого не трогает. Снегом присыпан. Даже собаки не найдут. Не пахнет ничем. – Волк ухмыльнулся. – Даже я бы не нашел.

Степан облегченно вздохнул. Ему определенно не нравилась идея сражения со стражниками, посланными Томилой за конем.

Кир тихонько рассматривал Катерину. – Странно как. Она же просто говорит. А девчонка оживает, как будто оттаивает. – он прислушался. – Чудно. Слова теплые. Кажется, что греют тебя.

 

Стоян привалился к бревенчатой стене и уснул прямо за столом. Волк передал Ратко плащ, и знаком велел брата укрыть. Катерина увела Злату и уложила в свою кровать, сама села рядом и тихонько о чем-то рассказывала. Девочка уснула примерно минут через пять, и во сне улыбалась.

Катерина почувствовала, что не неё смотрят, подняла глаза и увидела Ратко.

– Я никогда не смогу тебе отплатить за то, что ты сделала. – он низко склонил голову.

– А я не беру платы. – Катерина улыбнулась. – Даром получила, даром отдаю. Так что это разговор лишний и не нужный. Лучше давай потихоньку пойдем к остальным. Пусть отдохнет.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28 
Рейтинг@Mail.ru