По ту сторону сказки. Как найти врата?

Ольга Станиславовна Назарова
По ту сторону сказки. Как найти врата?

По ту сторону сказки. Как найти врата

Глава 1. Не просто Кот

– Конец января, тоже мне! – думала Катерина, уныло глядя в окно. Она терпеть не могла такую погоду! Дождь размывал сугробы, превращал все вокруг в серую тоскливую кашу. Вот и приехали на дачу покататься с горки, слепить снеговика и вырыть настоящую снежную пещеру в гигантском сугробе у забора. Дождь…. Все испортилось, и планы, и настроение.

– Дождик-дождь ты к нам зачем?

Серые дождинки,

Возвращайся в свой апрель

Нам верни снежинки.

Бормотала она под нос, пришедшую на ум «погодную» песенку. Из дома выходить не хотелось, в такую погоду гораздо уютнее под крышей, чем под дождём, да по колено в подтаявшей снежной слякоти!

На улице за забором азартно залаял соседский пес, потом ещё и ещё один. Катерина встрепенулась и быстро прикинула, где могут быть их кошки. Все втроем валялись на диванчике, сплетясь в какое-то диковинное существо, где чья лапа – не разобрать. Только Катя успокоилась, как вдруг лай перешел в подвывание и рык, а их забор затрясся, как будто на него лез медведь.

На глазах изумленной девочки на забор запрыгнул кот. Нет, не обычный кот, а котище огромных размеров, мокрый, непонятного серого цвета, с яркими зелеными глазами и длиннющим хвостом, в данный момент напоминающим хвост крысы. Кот обернулся на улицу, грозно зашипел на собак, которые пытались его достать, стряхнул приличное количество дождевой воды с хвоста в собачьи морды, презрительно фыркнул и спрыгнул на дорожку, ведущую к дому.

Катерина вихрем влетела в кухню, – Мам, к нам пришел кот! Такой кот!

– В гости или как? – рассмеялась мама, привыкшая к внезапным появлениям животных в их доме. Её дочь могла невинно отправиться на прогулку и вернуться с любым животным, которое нуждалось в еде, лечении или просто сочувствии.

– Ой, он такой, такой…. Его чуть собаки не съели, а он весь мокрый, – переживала Катерина.

– Ну, тогда нужно пригласить переждать дождь, если наша живность его не слопает, – мама с сомнением покосилась на двух собак, валяющихся под столом на собачьей лежанке.

– Этого точно не слопают, – Катерина уже распахивала дверь на крыльцо. – Ты только посмотри на него!

На крыльце сидел мокрый серый кот и внимательно разглядывал дом.

– Вот это да, – ахнула мама, – Сколько к нам котов не приходило, а такого я ещё не видела!

– Кто это, мейкун? – с восхищение проговорила бабушка Катерины, которая тоже пришла поинтересоваться, кто же к ним пожаловал.

Нет, кот не был похож на модных породистых мейкунов, крупных, красивых и с кисточками на ушах. Он был похож на обычного пушистого кота, которые есть везде, только раз в пять больше.

Он повернул голову к двери и вежливо спросил:

– Мяяя? – это прозвучало как: «Позволите ли войти? Не помешаю ли я Вам?»

Бабушка вежливо ответила: – Конечно-конечно, заходите, пожалуйста, – и сама себе удивилась. Правда, чему тут удивляться? К такому котику обращаться хочется вежливо и с почтением.

Кот внимательно осмотрел людей, почему-то особенно задержав взгляд на лице Катерины, презрительно встряхнул задние лапы в сторону забора и вежливо проследовал в дом.

Он запросто покорил сердца всей семьи. Про животных и говорить не приходилось… Еще до того, как высохла и распушилась его шерсть, он объяснил что-то важное кошкам, и те только что не кланялись новенькому. Обе собаки, которые жили в доме, вообще хорошо относились к котам, а к этому отнеслись как-то особенно хорошо, так, что ему даже пришлось залезть повыше, чтобы его не затоптали в порыве дружеских чувств.

Кот, когда его шерсть полностью просохла, оказался серым, в неяркую полоску, с роскошным длиннющим и пушистым хвостом. Несмотря на впечатляющие размеры, кот оказался весьма вежливым и любезным. Сказать ему «кис-кис» было как-то неловко, и семья начала решать, как именно с котом общаться. Дедушка, приехавший с работы, присоединился к семейному совету. Кот явился тоже. Он долго слушал перечень имен, вежливо зевал, и было понятно, что это всё не то, не то… В конце концов, было предложено именовать его просто Кот, пока семья не поймет, что ему подходит больше. С этим он согласился отчётливым кивком.

Выяснилось, что Кот прекрасно понимает всё то, о чём говорят люди, и понимает не так, как обычно это делают кошки и собаки. Они обычно легко распознают те фразы, которые их непосредственно касаются. Правда, если говорить с ними о посторонних делах, особого участия в беседе ожидать не приходится. А вот Кот мог поддерживать беседу с полным пониманием темы разговора, и Катерина полюбила с ним разговаривать. Она рассказывала ему про школу, одноклассников, соседей по парте, про учительниц, про мультики, игрушки и книги. Кот слушал, кивал, иногда возражал своим «Мяя». Катерина раньше и не думала, что это «Мяя» может так много выражать. Через некоторые время никто в семье уже не представлял себе дальнейшую жизнь без Кота. Даже папа Катерины, который служил капитаном военного корабля, был в море и общался с семьей только по телефону, электронными письмами или по скайпу, был покорен новым питомцем.

В один совершенно обычный зимний день, когда метель наконец-то решила выполнить свои обязанности и как следует замести город, случилось нечто совершенно невероятное. Катерина делала домашнее задание. Ей нужно было выучить по литературе песнь первую из поэмы «Руслан и Людмила» «У Лукоморья дуб зеленый». Она, отложив учебник, открыла книжный шкаф и достала тоненькую книжечку, которая так и называлась – «У Лукоморья дуб зелёный», текст, конечно же тот, что и в книге, но какие иллюстрации! На каждом развороте чудесным образом открывался сказочный мир, из-за деревьев выглядывали удивительные сказочные герои.

– Ой, как же я давно ее не доставала!

Катя, когда была совсем маленькая, очень любила разглядывать картинки. Эта книга ей казалась чем-то волшебным. Она помнила почти все это стихотворение, и теперь, разглядывая картинки, как старых знакомых, радовалась, что успеет справиться с заданием быстро! Но не тут-то было! Она долго задумывалась и путала, какая строка за какой должна следовать.

– У Лукоморья дуб зеленый

Златая цепь на дубе том:

И днём и ночью кот учёный

Всё ходит по цепи кругом;

Идёт налево – песнь заводит,

Направо – сказку говорит.

– Не прааавильно, вдруг сказал кто-то.

Катерина замерла. Голос был незнакомый. Она медленно обернулась – никого. Только Кот сидит в кресле и внимательно на нее смотрит.

– Померещилось же такое, – подумала Катерина и продолжила:

– У Лукоморья дуб зеленый

Златая цепь на дубе том:

И днём и ночью кот учёный

Всё ходит по цепи кругом;

Идёт налево – песнь заводит,

Направо – сказку говорит.

– Ну непрааавильно же, кому говорю! – вдруг совершенно отчётливо произнёс Кот.

– Идет направо – песнь заводит,

Налево сказку говорит.

– А не наоборот!

Катерина вскочила со стула и в ужасе уставилась на Кота.

– Это ты сказал? – глупый вопрос, разумеется, но ничего лучше ей в голову в тот момент не пришло.

– А что, тут еще кто-то есть? – лениво осведомился Кот и принялся вылизывать заднюю лапу. Потом поднял глаза и сказал:

– Да ты садись, садись, чего подскочила. Учи, а то еще на уроке опозоришься. Так неправильно стих Пушкина читать…… Это просто фррррр.

– А откуда ты знаешь, как правильно? – Катерина так растерялась, что смогла выговорить только это.

– Ну, знаешь! А то я не в курсе, когда я что делаю. Когда направо – это песни, налево – сказки. Процесс был отработан веками, а ты «откуда знаю»? Откуда-откуда – оттуда!

Катерина не могла поверить ушам. Такого же не бывает! Ну, в мультиках, фильмах и в играх компьютерных, оно, конечно, понятно, может быть что угодно. Но не в твоей родной и любимой комнате! Не у тебя дома, где за окном метель, на кухне мама и бабушка делают оладушки, а дед у себя раскладывает диски со cвоим любимым джазом по местам.

– Так, понятно, мне это снится. Я спала, спала, а потом проснулась, – громко заявила Катерина.

Кот фыркнул:

– Не мечтай даже. Ничего тебе не приснилось. Я говорю, я сказочный и я здесь.

– Но как это может быть?

Кот перебрался на письменный стол и подвинул Катерине поближе книгу.

– Вот видишь, Лукоморье. Я там живу. Точнее жил.

– А теперь? – Катя покосилась на книгу. Нарисованный там кот действительно был очень похож на этого, сидящего перед ней.

– Ну, что ты глупые вопросы задаешь! Теперь живу у вас. Кстати, вполне прилично, спасибо.

– Пожалуйста, – вежливо отозвалась по-прежнему ошарашенная Катерина. – А почему ты теперь там не живешь? – автоматически спросила она у Кота.

– Вот первый умный вопрос, – одобрил Кот. – А то, я уже думал, что напрасно тебя выбрал. Я не живу там, потому что Лукоморье погибает. И мне надо как-то это изменить. Ведь начиналось-то все с меня!

– Котик, ты не сердить, пожалуйста, но почему Лукоморье погибает, почему все начиналось с тебя и почему ты меня выбрал?

– Да из-за вас и погибает.

Кот сердито выгнул спину. – Вот ты до того, как начала стих учить, что делала? – спросил он Катерину.

– Ну, мультик смотрела, про драконов.

– Угу. Про драконов, это хорошо, это гораздо лучше, чем про зомби. Я вот до вас в один дом заходил, так там только про зомби, монстров и пришельцев мальчик смотрел. Он даже не понял, что я с ним по-человечески заговорил. Решил, что так и надо. Ну, вот как ты думаешь, каково нам? Мы же ваши, а про нас вспоминают только маленькие совсем, когда им мамы и бабушки читают, если читают, конечно, что тоже уже не часто бывает. Или вам в школе про нас задают, но в школах сказками нынче тоже не очень-то увлекаются. И Лукоморье погибает. Интереса нет, внимания, сопереживания, понимаешь? А с меня началось, потому что я рассказываю, собираю и сохраняю сказки и песни. И Саша, умница, меня вперед поставил.

 

– Какой Саша? – изумилась Катерина.

– Ой, конечно, Александр Сергеевич Пушкин, кто же ещё! Это тебе он Александр Сергеевич, а мне Сашенька Пушкин. Мальчик, который сказки услышал и не забыл. И Лукоморье он сделал, спасибо ему.

– Как же он это сделал? – потрясенно уточнила Катя. Почему-то Александр Сергеевич Пушкин у неё сознании никак не увязывался с реальным говорящим Котом, ведущим себя так, словно он лично с классиком был знаком.

– Ну, как-как? Понимаешь, все в детстве слушали сказки. И не только слушали, а переживали за нас, волновались, радовались, любили нас, учились у нас. Только потом ребенок растет, растет и вырастает. А когда вырастает, то часто много чего забывает. И нас тоже. А случается, что забывает и то важное, что от нас узнал. И как радоваться, и как любить, и как дружить, и что такое добро, и зло. Все у таких людей путается в голове. Так было всегда. Но мы радовались уже тому, что дети были с нами. Их любовь – как солнышко для нас. А потом, некоторое время назад, в наш мир пришли другие сказки. Ну, знаешь там, из других земель. Мы и не против были, гостям всегда рады. Только стали мы совсем не интересны. Рассказывали про нас только в деревнях бабушки-нянюшки. Тяжело тогда было жить. Многие ушли совсем.

– Как это, ушли совсем?

– Сказка живет до тех пор, пока её кто-нибудь помнит и любит. Когда не помнит никто или она безразлична, сказка уходит. Насовсем, – тоскливо вздохнул Баюн. – Ну, так вот, одна нянюшка, Ариной ее звали, рассказывала мальчику Сашеньке сказки, которые ей её бабушка рассказывали и прабабушка тоже. А мальчик-то оказался необычным. Он сказки не забыл и вернул их, тех, которые ещё не совсем ушли. А потом сделал удивительную вещь. Он сделал нам заповедник!

– Как это? – Катерина ощущала себя немного странно.

– Вот недогада…. Ты же только что читала про Лукоморье. Это и есть заповедник сказок, наш мир. Мы там живем. И хорошо, кстати, живем, точнее, жили. До последних десятилетий. Опять хлынули чужаки. Да не те, которые раньше были. С ними-то мы теперь соседствуем и дружим даже. И не новые сказки, добрые, которые, когда читает или слышит ребенок, он лучше делается. А такое, что и не сказать… Чудовища, которые зло творят и не побеждаются никем, вроде так и надо, злодеи, которые, оказывается, очень правильные злодеи, и им нужно подражать. Монстры, которые вроде как хорошие, а ну как может быть хорошим кровопийца или какой-нибудь исконный злодей! Иcконный, понимаешь? Изначально злодей, тот, кто уже не поменяется, и не желает этого! Зомби эти… Фррррр.

Тут Кот начал шипеть и фыркать громко и гневно. – И они везде! А мы кажемся уже неинтересными и скучными, ненужными. У нас многие пробовали вернуться и что-то изменить, да только заблудились тут у вас. А когда в Лукоморье мало героев остается оно совсем погибает. Вот, – Кот грустно уставился в книгу, на страницах которой красочно и волшебно разворачивался его мир.

– Котик, милый, а помочь-то хоть как-нибудь вам можно? – Катя робко погладила расстроенного Кота.

Он повел ушами и тяжело вздохнул. – Можно и даже нужно. А то пропадем совсем. Да только никто не хочет. Монстры и вампиры интереснее почему-то.

– Ээээ, а вот если, например, кто-нибудь захочет помочь, он, ну или она, что делать-то должны?

Кот поднял голову и прекратил вздыхать. Стало понятно, что этого вопроса он и ждал.

– Сперва надо найти тех, кто здесь заблудился. Найти и вернуть в Лукоморье.

– А как? Неужели у нас кто-нибудь сказочный ходит, а его не видно?

– Ну, я же хожу, – резонно заметил Кот.

Он по столу подошел к Кате и внимательно посмотрел в её лицо.

– Я не могу справиться без помощи человека. Только человек может придумывать сказки, только человек может их спасти.

Катерина кивнула, а потом решила уточнить то, что её беспокоило:

– Ты не ответил на последний мой вопрос. Почему ты выбрал меня?

Кот сел прямо на Катин пенал, встал, скинул ударом мощной лапы пенал со стола, снова сел, и видно было, что он волнуется.

– Сначала я просто искал и нашел одного из нас, а потом понял, что сам его не спасу. Нет, сейчас-то я его выручу, только без помощи нужного человека он всё равно пропадёт. И я расстроился! Даже у самых лучших это бывает.

Кот внимательно смотрел на Катю, не смеется ли она? Но она и не думала смеяться.

– И потом эти собаки налетели, я бы их мог раскидать за секунду. И уже даже почти собрался с ними расправиться, а потом кое-что услышал.

– Что?

– Кто-то напевал стишок. Я видел, как слова складываются, поворачиваются и меняются местами, чтобы удобнее стоять в стихе. Решил посмотреть, кто это делает. И нашел тебя.

– Да я же просто так напевала.

– Вот-вот, напевала, только не очень просто. Ты стихи придумала, правильно сложила слова. А мне как раз и надо, чтобы человек мог стихи и сказки понимать, иначе ничего у него в Лукоморье не получится.

– А что я должна делать? Я же ребенок еще, и мама меня надолго никуда не отпустит.

Кот рассмеялся. Поднялись подусники, задрожали усы.

– Не волнуйся, ты же когда сказку читаешь, можешь быть хоть на Северном полюсе хоть на Солнце. И никуда с места двигаешься, правда? Когда ты будешь в Лукоморье, почти так и будет.

Катя засомневалась, но решила отложить выяснение этого вопроса на потом. Были более интересные вещи:

– А кого ты нашел в нашей деревне?

Тут Кот стал серьезным и встревоженным.

– Друга нашел и ему очень плохо. Он вообще погибнуть может.

– А как ему помочь? – Катя совершенно не могла себе представить, кто у них в деревне может быть сказочный.

– У тебя же через неделю каникулы? И ты с семьей в деревню собираешься? Вот все сама и увидишь. – пообещал Кот.

Эта неделя тянулась и тянулась. На уроке литературы Катя легко получила пятерку. Еще бы! Её ведь тренировал сам Кот, который точно знал, куда он ходил по цепи и зачем, а в перерывах ещё много чего интересного рассказывал Кате про обитателей Лукоморья.

И вот, наконец-то последний учебный день!

Катя едва дождалась ночи. Уже засыпая, она видела сверкающие глаза Кота, который сидел на её письменном столе, шевелил огромной лапой страницы книги и вздыхал.

На следующее утро в машине было непривычно тихо. Обычно Катерина с удовольствием комментировала всё, что видела на дороге, а сегодня молчала, о чем-то глубоко задумавшись.

– Катюш, солнышко, с тобой все хорошо? Ты не простыла? Или случилось что-то? – спросила мама, озадаченная её непонятным поведением.

– Нет, все отлично, – Катерина волновалась, сможет ли помочь тому, кого нашёл Кот, но объяснить это никак не могла.

Бабушка на всякий случай пощупала Кате лоб. И, заодно, нос Коту, так же сосредоточенно смотревшему в окно.

– Вроде все хорошо, только какие-то вы оба необычные, – сказала она, озабоченно наблюдая за этой парочкой.

Глава 2. Покупка старого коня

Приехав в деревню, Катерина едва дождалась окончания завтрака и засобиралась на прогулку. Она прихватила несколько вкусных кусочков для пса Полкана, который жил у них в гараже. Полкана она нашла четыре года назад. Сильно избитый пёс едва выжил, и пока они его лечили стало понятно, что Полкан их собственный, родной и любимый. Правда, в городе он жить нипочём не соглашался.

Кот шел впереди, периодически оглядываясь на Катерину, которая вдруг начала отчаянно трусить. Одно дело – сидя у себя в комнате слушать удивительную историю, а совсем другое – самой в ней участвовать. Она шла, едва переставляя ноги и думала, кто же из героев сказок сейчас ей встретится. И ещё сердилась на Кота, который категорически отказался ей объяснить, кого же она увидит.

И тут прямо перед её носом резко распахнулись ворота дома Гавриловых. Глава семьи увлекался верховой ездой, купил себе пару коней. А потом и третьего, совсем недавно. Катерина ещё его не видела. Вообще, Гавриловы были люди сложные, общаться с ними было трудно, потому что они были несколько скуповаты, мягко говоря. Прямо про них была та пословица «и снега зимой не допросишься». Доходило до смешного, например, когда прошлой малоснежной зимой соседка попросила у них разрешение собрать высоченные кучи снега с их газона, чтобы закрыть свои кусты и деревья, Гавриловы категорически отказались. А чтобы не допустить кражи снега, начали спускать с цепи злющего огромного пса. Но если у них ничего не просить, а наоборот, прийти с гостинцем, они любезно разрешали Кате погладить коней и угостить их морковкой и сахаром. Катина бабушка варила лучшее в округе варенье, так что появление Кати с баночкой варенья воспринималось Гавриловыми весьма благосклонно.

Катерина начала обходить створку ворот, как вдруг услышала:

– Мне бы его просто без довеска не продали. Прямо условие поставили, мол, забирайте обоих. Ты глянь, какой красавец, да за такие смешные деньги! А развалину эту старую, коня-доходягу, мы продадим на мясокомбинат или на собачье питание, надо уточнить, где больше заплатят.

Катерина застыла, понимая, что Гаврилов выгодно купил коня, но с ним в придачу дали еще кого-то живого, но старого и для Гавриловых негодного. И тут прямо перед Катериной возникла печальная, тоскливая морда большого и высокого, но очень старого коня. В глазах стояла такая тоска, что Катерина сама чуть не заплакала.

– Ой, Катенька, он тебя не задел? Вот колода древняя!

Коня сильно дернули за повод, и он остановился, обессилено свесив голову. В большом, мутноватом от старости конском глазу стояли слезы.

Катя заставила себя вежливо улыбнуться, и спросила:

– А это и есть новый конь?

– Ну, что ты, это довесок. Нам нашего красавца продали только вот с этим недоразумением. Ищем теперь, куда бы его пристроить.

– А сколько он стоит?

Гавриловы начали смеяться. Басом расхохотался сам Гаврилов, а его тощая тонкогубая жена тоненько подхихикивала.

– Ты купить собираешься? Тебе дёшево уступим, – пошутили они.

Про дёшево, Катерина, зная Гавриловых, не поверила, конечно, но решительно развернулась и помчалась домой.

– Мама, мамочка!!! Мама!!!

Перепуганная мама вылетела из дома в домашних тапочках прямо на снег.

– Что случилось? Ты упала? Тебя кто-то напугал? Почему ты плачешь?

– Они хотят коня на мясокомбинат или на собачий корм, а он хороший, просто старый, он все понимает и плачет, а они прямо при нем говорят…

Катя, которая вовсе не была плаксой, рыдала так, что никак не могла остановиться. И сквозь рыдания ее близкие наконец-то сумели разобрать, что случилось.

Мама переглянулась с бабушкой, с дедом и решительно пошла в дом. Нашла телефон и позвонила папе. Катерина, недоумевая, отправилась следом, утирая слезы.

– Пашенька, как у тебя дела? Нет-нет всё нормально, всё хорошо. Ты можешь сейчас говорить? Как ты думаешь, я могу себе купить подарок на день рождения? Спасибо тебе, родной. Что выбрала? Лошадь. В смысле коня. Да вроде нормально, нет, с ума не сошла. Просто есть у соседей старый конь, и твоя дочь не может допустить, чтобы он попал на мясокомбинат. Значит, он будет жить у нас. В гараже.

Из трубки после ошеломленного молчания послышался хохот, и бодрый папин голос, который говорил, что они самые сумасшедшие, конечно, но он всю жизнь мечтал о коне в гараже. Просто только сейчас это осознал!

К Гавриловым отправили все вместе. Пока взрослые серьезно обсуждали цену коня. Катерина смело подошла к нему, погладила и зашептала в ухо:

– Ничего не бойся, не попадешь ты ни на какой корм. Мы тебя к себе забираем.

Конь медленно поднял голову и внимательно посмотрел на Катю, положил ей голову на плечо и легонько прижался головой. В этот момент из дома с видом победительницы вышла Катина бабушка, потрясая несколькими листами бумаги.

– Все должно быть по правилам, раз уж купили коня, так договор купли-продажи заключаем, а то как же!

И, подойдя к внучке поближе, заговорщицки прошептала:

– Первый раз в жизни я торговалась! Твой дед чуть в обморок не упал от неожиданности. Сейчас деньги Гавриловым на карточку придут, они выдадут расписку, и коня мы уводим. А то эти… – тут бабушка тактично попыталась выбрать нужную характеристику, которая была бы и приличной, и педагогичной. – Эти… мммм… чрезвычайно бережливые люди еще могут решить, что продали дешево и затребовать его назад.

Когда Катя выходила со двора Гавриловых, она обернулась и увидела страшно довольных соседей, которые были уверены, что совершили чрезвычайно выгодную сделку.

К вечеру гараж преобразился в конюшню. Пригласили конюха из ближайшего фермерского хозяйства, который объяснил, что и как делать, но очень их жалел, так как коня они купили старого, уже ни на что не годного. Зато Катя была счастлива. Она видела, как осторожно и недоверчиво конь озирается вокруг, как он пробует лакомства, принимает ласку. Он забыл, что так бывает и перестал даже надеяться на что-то хорошее.

 

В гараже приятно пахло сеном, Катя сидела на охапке и смотрела, как мама и бабушка чистят коня. И вдруг Катя с ужасом вспомнила, что она забыла про Кота. Она же шла помочь другу Кота, и все забыла! А сам-то Кот где? А вдруг он решил, что она не годится в его помощники? Решил и ушел насовсем! Она вскочила и выбежала из бывшего гаража, чуть не поскользнулась на дорожке, кинулась за калитку.

– Кот, где ты? Прости меня, Котик. Куда ты ушел?

Внезапно прямо над ее ухом раздался мягкий голос: – Ну, что ты кричишь? Я здесь.

Прямо над плечом Кати на заборе сидел Кот и улыбался, причём, делал он это ничуть не хуже своего знаменитого Чеширского собрата.

– Прости меня Котик, я забыла, – расстроенно начала Катерина.

– Что забыла? – Кот загадочно поблёскивал глазами.

– Твой друг! Ему же помощь нужна, а я забыла.

– Ну, ты же помогла.

– Кому? – опешила Катя.

– Вот смешная ты. Моему другу. Пойдем, – он спрыгнул в снег и отправился в сторону гаража.

Катерина закрыла калитку и пошла за Котом, который шествовал впереди, важно подняв хвост трубой.

Мама и бабушка, вычесав коня, как им показывал конюх, отправились готовить ужин, а Катя осторожно потянула дверь и пропустила Кота в гараж. Кот вспрыгнул на спину старого, худого и измученного коня, потерся о его шею и сказал:

– Как же я рад тебя видеть, дружище!

Конь встряхнул головой, ударил копытом об пол и посмотрел на Катю.

– Ну, и чего ты ждешь? Позови его, – важно скомандовал Кот.

– Как? – Катя ничего не могла понять.

– Ох уж эти современные дети! Ну, как-как! Сивка-бурка, вещая каурка, стань передо мной, как лист перед травой.

Катерина застыла посреди гаража, открыв рот.

– Это Сивка-Бурка?

– Да, разумеется! А кто же ещё?! – Кот даже немного рассердился на её недоверчивый тон.

Катя пару раз пыталась выговорить нужную фразу, голос её не слушался, но она справилась:

– Сивка-Бурка, вещая каурка, встань передо мной как лист перед травой!

И как только прозвучали эти слова, перед Катериной начались настоящие чудеса! Конь выпрямился, как будто стряхнул с себя слой пыли, встряхнул гривой, вспыхнули, переливаясь, разноцветные искорки, пробежали по тусклой шерсти, тонкой и как будто молью побитой гриве, облезлому хвосту. И… Откуда в гараже стоит этот невероятной красоты конь? Грива длинная, шелковая, почти до пола, длиннющий хвост, вся шерсть переливается разными цветами, сивым, то есть серым, бурым, каштановым. Да и сам-то конь, оказывается, совсем молодой, полный сил. И куда только делись тусклые усталые глаза, тоскливо опущенная голова? Теперь глаза горят радостью, словно он летит над волнами травы, а перед ним бескрайнее поле и всё самое хорошее только начинается.

В углу гаража, поджав под себя хвост, в полном ошеломлении сидел пес Полкан и глядел во все глаза на творящиеся в гараже события.

Конь легко шагнул к Кате и низко ей поклонился.

– Спасибо тебе! Я уж и не ждал ничего хорошего. Когда Кот сказал, что он приведет человека, который сможет меня позвать, я, честно говоря, даже не поверил.

Катерина с трудом заставила себя ответить. – Как я рада, что я смогла тебе помочь! Но это же моя мама тебя спасла. У меня бы денег точно не хватило. Да и кто бы ребенку продал коня.

– Твоя мама молодец! Взрослые редко могут принять такое решение. Видимо, она не забыла то, что слышала и любила в детстве.

– А почему ты не мог вырваться от Гавриловых? Ты же вон какой сильный! – удивилась Катя.

– Понимаешь, я давно живу тут. Ну, не всё время, конечно. Когда еще в Лукоморье порядок был, мог возвращаться туда периодически, когда ворота открывали. Отдыхал дома, а потом снова сюда. Я возил и богатырей, и витязей, и воинов. В битве на Куликовом поле участвовал и при Бородино, и сам Кутузов на мне ездил, он тяжелый был, простым коням его тяжело возить. Последний раз участвовал в сражении в Великой Отечественной войне. Было такое сражение в сорок втором году. У станицы Кущевская, когда казаки остановили танковую атаку врагов, – Сивка давно не беседовал с людьми, и сам себе удивляясь, охотно рассказывал изумлённой девочке о своём прошлом.

– Как можно на конях остановить танки? – спросила пораженная Катя первое, что пришло в голову.

– Много чего можно, когда выхода нет, – невесело усмехнулся конь. – Тогда последний раз была использована конная атака – казачья лава. Понимаешь, когда на фашистов полетела конница, молча, страшно, всё увеличивая скорость, им стало казаться, что остановить это просто невозможно. Они забыли о своих танках, оружии и просто начали бежать.

Конь печально повесил голову.

– Так много тогда погибло, и людей, и коней славных.

Катя подошла к коню и обняла его за шею.

– Спасибо тебе, Бурушка.

– Да работа у меня такая, понимаешь… Потом, после войны, тоже надо было людям помогать. Я землю пахал, я все умею, когда нужно. Но машин становилось все больше и больше, лошади стали не нужны. И я стал не нужен. Витязи теперь на машинах да на танках. Богатыри во мне не нуждаются. И что мне делать-то? В скачках участвовать разве что. Так это видимость одна, а не дело. Вот я и затосковал, а отправиться в Лукоморье уже не мог, потому что ворота исчезли – некому было их открыть. А когда сказочный конь тоскует, он стареет. Вернуть обратно все можно и очень легко, и невероятно сложно. Нужно позвать коня по-сказочному. А это возможно только если меня нашли бы и поверили, что я – это я.

Конь опять вздохнул, и вдруг от двери раздался голос:

– Да, при Кущевской жестокая была битва. Мой дед там был. Он рассказывал.

Катя обернулась – на пороге были бабушка и мама. Они стояли, глядя на коня в великом удивлении. Потом бабушка продолжила, обращаясь к Кате: – Мы тебя заждались на ужин, дед уж и спать ушел, а у тебя тут такие дела!

Они зашли в бывший гараж. Бабушка села на первый попавшийся ящик, от удивления ее не очень держали ноги, а мама внимательно смотрела на коня.

– Так вот ты какой, Сивка-Бурка. А я все в детстве думала, какой же ты.

– Мамочка, я сейчас все объясню, – заторопилась Катерина.

– Да уж, пожалуйста. Полкаш, иди сюда, мальчик, а то ты там совсем стенку продавишь от удивления.

Пес прокрался мимо задних копыт Сивки и припал к ногам хозяйки. Мама спокойно села на тюк сена.

– Я насчет тебя сразу заподозрила, что ты кот не обычный. Все-таки почти всю жизнь с котами общаюсь. Ты же Баюн?

Катя с удивлением смотрела, как Кот прямо-таки залоснился от удовольствия.

– Ну, надо же, узнали… Приятно так….

– Мама, а почему Баюн? – спросила Катерина.

– Баять, это говорить, толковать. Так что Баюн – это говорун, рассказчик.

– Аааа, вот почему Лукоморье с тебя начинается? Ты сказки рассказываешь! – догадалась Катя.

– Баю, если правильно. Да, так и есть, – Баюн довольно осматривался.

– Ой, подожди, Баюн же злой персонаж. Он же когтями рвет. Нападает.

– Ну, да, когтями я могу, конечно. Вот Гавриловых бы ваших пришлось, если бы у тебя не вышло. Я же не мог допустить, чтобы Сивку на колбасу сдали. Когда выхода нет, даже ваша кошка когтями действовать будет.

Тут Полкан, которому регулярно доставалось от своенравно      й старшей кошки Марго, жалобно вздохнул. Мама машинально погладила подсунувшуюся в поисках утешения морду и сказала:

– Что-то мне кажется, что мы заслужили, чтобы нам объяснили, что тут происходит. Мы очень стараемся, в обморок не падаем, кричать не начинаем, выгонять пока тоже.

Кот кивнул, аккуратно обернул лапы длиннющим хвостом и начал рассказывать, баять, если по-правильному.

Рассказ занял некоторое время, мама с бабушкой слушали внимательно и не перебивали.

– Да уж, – сказала бабушка, когда Кот закончил. – Никогда бы не поверила, если бы сама все не увидела и не услышала. Я только не понимаю, что наша внучка должна сделать еще, и не будет ли это опасно.

Кот с уважением посмотрел на бабушку и подошел поближе.

– Редкие вы люди, реееедкие, – замурлыкал он, явно пытаясь подольститься. – Надо же, действительно, в обморок не падаете, не орете истошно, с ружьем за мной не гоняетесь, а и такое бывало.

– Ты, давай не подлизывайся, а ответь нам, пожалуйста, на вопрос! – строго сказала мама.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru