– Мне нечем тебя порадовать. – Георгий вытер пот, струившийся по лбу. Она все поняла:
– Значит, Дима не нашелся. А похитители звонили?
– Да, – бросил он.
– Сколько они хотят?
Карпов вздохнул:
– Много, Вика.
– Я могу помочь?
– Я уже нашел необходимую сумму, мне дает в долг Лозовой.
Она сразу просчитала ситуацию:
– В обмен на твою фирму?
– Хуже. Придется отдать и квартиру. Он давно хотел жить в этом районе. Так что с завтрашнего дня я безработный, почти без гроша в кармане, с безработной женой и ребенком-школьником. Вряд ли я тебе такой нужен, Вика.
Она рассердилась:
– Позволь мне самой решать, какой мне нужен.
Мужчина возразил:
– Ты не понимаешь…
– Я все прекрасно понимаю! – В ее голосе слышался гнев. – Знаешь, чего бы я больше всего хотела? Набить тебе морду за то, что ты усомнился во мне. Мне никогда не были нужны твои деньги, Карпов. И заруби себе это на носу.
– Спасибо, извини, но я не могу долго говорить. – Он надеялся, что похитители сегодня еще свяжутся с ним.
– Да, конечно, желаю тебе удачи. Только пообещай, что один не поедешь. Возьми кого-нибудь с собой.
– Но они просили, чтобы я подъехал один, – заметил Георгий.
– Захвати с собой человека, который подстрахует тебя и, возможно, разглядит похитителей, – бросила Вика. – У тебя наверняка найдется ловкий приятель.
– Не знаю… – протянул мужчина. – Слушай, я вот все думаю: может, Людмила права?
От имени его супруги у Вики всегда портилось настроение, и она просила Георгия не упоминать о ней без надобности, однако сейчас отнеслась к этому спокойно:
– Тебе нужно слушать не ее, а похитителей.
– Я так и делаю.
– Еще раз желаю удачи. И обязательно звони. – Когда в трубке раздались гудки, он почувствовал себя страшно одиноким. Вика любит его, но она еще не знает, что Люда беременна. Возможно, это известие окажется для нее ударом. И виноват будет только он. Господи, о какой ерунде он думает сейчас! В коридор вышла Людмила, вытирая слезы:
– С кем ты разговаривал?
От ее пристального взгляда стало не по себе:
– Да так, с товарищем.
Ее рот презрительно скривился:
– В такие минуты ты способен беседовать с товарищами?
Она ему не верила, однако Георгию было все равно.
– Если товарищ позвонил мне, я не могу не отозваться. Мы ведь не должны никому рассказывать, что у нас случилось.
Женщина наклонила голову:
– Разумеется. Можно было просто сослаться на дела. И что это за товарищ такой, с которым ты не смог прервать беседу?
Он отвернулся:
– Ты его не знаешь.
– Конечно, я многих не знаю. – Она обиженно прошла на кухню. – Чаю хочешь?
– Нет, спасибо. – Он вернулся в комнату, включил телевизор и нервно начал переключать каналы, пока не остановился на футболе. Футболисты бегали по зеленому полю, их беспокоил только мяч, который надо было забить в ворота противника, – и больше ничего.
– Мне бы их заботы, – процедил Георгий.
Прислушиваясь к своему состоянию, он отметил: панического ужаса он не испытывает, наверное, потому, что до конца не верит в то, что происходит. Ему казалось: Дима просто вышел погулять, на худой конец уехал к бабушке в деревню, куда они с Людмилой отправляли его пить парное молоко для укрепления здоровья, на самом деле мальчика никто не похищал и его жизни ничего не угрожало. Все остальное было просто сном или абсурдом. Сейчас он немного вздремнет, а когда проснется, обязательно увидит Димку, сидящего за компьютером. Георгий вздохнул и потер глаза. За окном сгущались сумерки. Заканчивался еще один теплый майский день. В комнату заглянула Людмила, моргая покрасневшими глазами.
– Я чай заварила, – сказала она. – Тебе принести?
Не оборачиваясь, он кивнул:
– Неси.
– Сахару как всегда?
– Да.
Женщина подошла к мужу и обняла его.
– Жора, я боюсь, – прошептали ее побелевшие губы. – Ты уверен, что все получится?
– Я уже сказал тебе. – Георгий еле сдержался, чтобы не замахнуться на жену, хотя прекрасно понимал, что она ни в чем не виновата. Люда не меньше, чем он, хочет возвращения Димки. – И вообще, иди ложись спать. Утро вечера мудренее.
Она нервно заходила по комнате:
– А ты смог бы уснуть?
– Я постараюсь, потому что нам это нужно. – Георгий заскрипел зубами. Ну почему она не прислушивается к его мнению? – Я не играю словами, дорогая. Нам действительно надо отдохнуть перед завтрашней операцией. А в твоем положении это просто необходимо.
Люда горько усмехнулась:
– Дорогая… Значит, нужно было случиться такой страшной вещи, чтобы ты назвал меня, как когда-то.
Он скривился, как от зубной боли:
– Не неси ерунды…
Женщина вдруг сдалась:
– Ну хорошо. Сейчас выпью чая и лягу.
– Вот и умница.
Она скрылась в коридоре, а Георгий еще долго сидел у телевизора, потом принес себе одеяло и подушку и постелил на диване. Он знал, что не заснет сегодня ни на минуту, понимал состояние супруги, однако у него не возникало никакого желания обнять ее и успокоить. Всей душой Георгий стремился к Вике и пытался оправдать себя. Вика – сильная женщина, не такая курица, как Людмила, которая только и способна, что лить слезы и причитать. К этим мыслям постепенно примешивался страх: что, если похитители уже расправились с его ребенком? Но нет, этого не может быть. Это случается только в страшных фильмах. Конечно, его мальчик жив и завтра уже будет дома. Ворочаясь с боку на бок, Георгий промаялся до утра. В восемь поднялась Людмила и приготовила ему завтрак. Наскоро выпив кофе и съев пару бутербродов, показавшихся ему на редкость безвкусными, Георгий отправился в фирму.
Обычно Юрий слыл медлительным, однако сегодня проявил чудеса скорости. Когда фирма перешла к нему на бумаге, он придвинул к находившемуся в прострации Георгию дипломат:
– Здесь требуемая сумма. Будешь пересчитывать?
Карпов слегка кивнул:
– Вообще я тебе верю, но… доверяй, но проверяй. – Он чуть не сказал: «От этого зависит жизнь моего ребенка».
Лозовой встал и отошел к окну, перебирая в руках нефритовые четки – подарок монахини из Покровского монастыря, который он посещал каждый месяц. По его словам, четки успокаивали, помогали думать и принимать правильные решения:
– Я сделал бы так же на твоем месте. Все же довольно значительные деньги.
Георгий силился улыбнуться:
– Видишь, а мы, оказывается, похожи… – Он постарался взять себя в руки, чтобы не сделать ошибок при счете. – Голова чугунная, ночь почти не спал. Не каждый день продаешь свое детище.
– Действительно веская причина? – вяло поинтересовался Юрий. Карпов обрадовался, что он не стал задавать лишних вопросов.
– Действительно. – Он отодвинул стул и встал. Лозовой не обманул его: в дипломате лежало ровно сто тысяч. – Мне пора, Юра.
Лозовой пожал ему руку:
– До свидания. А в квартире поживи еще месяц. Желаю тебе удачи.
– Это мне пригодится. – Георгий быстро зашагал к машине, устроился на переднем сиденье и завел мотор. Автомобиль рванул с места.
До дома Георгий домчался за пятнадцать минут, хотя обычно тратил на дорогу не менее получаса. Несколько раз он нарушил правила, однако сегодня ему не попалась ни одна машина ГИБДД. Казалось, какие-то высшие силы помогают ему вовремя успеть домой. Он знал, что похитители позвонят сразу после его прихода, и не ошибся. Как только мужчина переступил порог, звонок телефона разлился по квартире прекрасной музыкой Бетховена.
– Достал деньги? – Тот же пресловутый кавказский акцент.
– Достал, – выдохнул Карпов.
– Тогда слушай сюда. – Георгий что есть силы прижал трубку к уху. – В полночь поедешь на Камышовское шоссе к заброшенному мусорозаводу, бросишь кейс с деньгами в ручей и отправишься восвояси. Сделаешь все чисто и без полиции – твой ребенок завтра же будет дома. Жди его на стоянке машин возле ресторана «Камышовая пристань».
– Я все сделаю, как вы говорите, – прошептал Карпов.
В трубке раздались гудки. Встревоженная Людмила с побелевшим лицом стояла рядом:
– Что они сказали?
– Я должен доставить деньги к мусорозаводу, – пояснил супруг. – Потом они отпустят Димку.
Она вцепилась в его локоть:
– Ты им веришь?
Он развел руками:
– Мне ничего не остается.
Женщина покачнулась, и Георгий еле успел подхватить ее.
– Голова закружилась.
Он помог ей дойти до дивана и лечь.
– Люда, ну не волнуйся ты так. – Каждое слово давалось ему с трудом. – Я слышал: если с ними играют честно, то они тоже не обманывают. Так что готовь любимое блюдо Димки – домашние пельмени.
– Да, я постараюсь. – Она сделала усилие и встала. – Жора, я поеду с тобой.
Георгий щелкнул пальцами:
– А вот это просто глупо. Я не собираюсь рисковать твоей жизнью.
– Я поеду, – упрямо повторила она.
– Ну пойми, они сказали, чтобы я пришел один, – пояснил Георгий. – Еще не хватало, чтобы из-за твоего упрямства все сорвалось.
Люда снова легла на подушку:
– Хорошо, пусть будет так.
Он боялся посмотреть на нее:
– Пойду попью чаю. Тебе принести?
Она замотала головой:
– Ничего не хочется.
– Тогда я один.
В душе он обрадовался возможности побыть в одиночестве. Вика и Люда, сами того не подозревая, подали идею, и Георгий собирался обмозговать ее. А что, если действительно взять кого-нибудь с собой? Только, разумеется, не Людмилу и не Викторию, хотя ему и хотелось побыть с ней, а человека, который бы помог ему, скажем, спрятался бы неподалеку от мусорозавода и наблюдал бы за передачей денег. Человека, которому можно было бы довериться. Но кого? У него в последнее время осталось не так много настоящих друзей. В раздумьях Георгий плеснул себе кипятку из электрочайника и стал медленно наливать в кружку заварку, наблюдая, как вода принимает коричневый оттенок. По-хорошему следовало бы пригласить Юрия Лозового, в любой ситуации сохранявшего поразительное хладнокровие и не теряющего способности мыслить. Однако его кандидатура даже не рассматривалась. Во-первых, Юрий, обо всем узнав, сразу откажется ехать. Рисковать ради Карпова, являвшегося его конкурентом, он никогда не будет, и его можно понять. Георгий вздохнул, сделал глоток, и тут его осенило. Как же он сразу не догадался? Конечно, лучшей кандидатуры, чем Денис Говорков, не придумаешь. Вот кто не откажет, всегда придет на помощь. Карпов отодвинул чашку с недопитым чаем и принялся искать телефон Дениса.
С Говорковым они дружили еще со школы, с первого класса сидели за одной партой, вместе ходили в спортивную секцию и хотели поступать в мореходку. Потом Денис почему-то передумал и подал документы в институт. Оба поступили, однако окончить вуз Денису не пришлось. Парень с детства был влюблен в большеглазую Арину Самойлову, чем-то напоминавшую ее тезку Арину Шарапову, ведущую. Он сумел покорить девушку и на первом курсе женился на ней. Арина быстро забеременела и стала проедать плешь супругу: на стипендию и родительские подачки не проживешь. Говорков почесал затылок и задумался. На дворе стояли девяностые, соблазны заработать большие деньги в одночасье не давали покоя многим. Денис бросил институт, несмотря на слезы матери и отца, и примкнул к бандитской группировке. Деньги ему удалось заработать, и неплохие: Говорков приобрел двухэтажный коттедж у моря, «Мерседес» и счет в банке, однако Арину не удержал. Женщина всегда питала слабость к денежным мешкам, упорно искала именно такого, пока муж из кожи лез вон, чтобы принести ей лишнюю копейку, пыталась соблазнить даже Георгия, надо признаться, у нее получилось, и Карпов уже подумывал о том, как бы поговорить с Денисом на неприятную тему, однако все кончилось неожиданно для обоих. Когда запахло жареным, Арина сбежала с одним из товарищей Дениса, занимавшим в группировке главенствующее положение. Денис, узнав, что ему вот-вот наденут наручники, завербовался в «горячую точку» и продал дом. Общие знакомые рассказывали Карпову: ходили слухи, будто Говорков занимается продажей оружия. Но точно этого никто не мог утверждать. Вернулся приятель через два года и обосновался в доме у моря. О женитьбе он и не помышлял, не устраивался на работу. Вроде бы у него имелась какая-то фирма, но чем она занималась – никто из знакомых не знал.
Вот к нему и решил обратиться за помощью Георгий. Крикнув Людмиле, что скоро вернется, он выскользнул на лестничную клетку. Чтобы избежать встречи с женой, сел в машину и отправился к Говоркову.
Дом Дениса находился в дачном кооперативе, название которого сейчас Карпов не мог вспомнить. Поселок располагался на обрыве. Это место считалось одним из самых элитных в городе, хотя урожай дачники снимали небогатый. Каменистая земля и близость моря делали свое дело, и мало кто мог похвастаться обилием овощей и фруктов. Зато с обрыва открывался на море такой шикарный вид, что захватывало дух. Кристально чистая, не синяя и не фиолетовая, а светло-голубая вода, серебристая галька на дне, скалы с остроконечными вершинами – все просилось на полотно художника, и местные живописцы нередко засиживались здесь, перенося красоту на картины и вдыхая целебный воздух. Иногородние с удовольствием снимали дачи и осваивали все новые и новые крутые спуски к пляжам. Дача Дениса не поражала роскошью: обычный двухэтажный кирпичный коттедж с балкончиками и верандой, оплетенной диким виноградом, на которой хозяин любил чаевничать, невысокий забор, увитый плетьми ежевики, осыпанной белыми цветами. Сейчас, вспоминая о ней, Георгий поразился сам себе: помнит такие мелочи, а вот дорогу бы туда не нашел. Когда Карпов затормозил у ворот, хозяин сразу вышел навстречу:
– Жора?
– Привет, Денис! – Мужчины обнялись, и Карпов вздохнул с облегчением. Денис смотрел приветливо, значит, до сих пор Арина не открыла ему их общую тайну. И слава богу! Говорков распахнул ворота:
– Заходи, гостем будешь. Я как раз чай поставил. – Он дружески улыбнулся: – Не поверишь, каким я сделался огородником. – Мужчина указал на молодые деревца: – Все посажено и подрезано вот этими руками. А ведь еще недавно я нанимал работников, потому что испытывал к подобным делам отвращение. А здесь думал разводить цветы. В общем, в планах превратить дачку в оазис. Все для дочки стараюсь, вдруг стерва Аришка разрешит ей погостить у меня.
Говорков потащил Георгия на веранду:
– Садись. Я как предчувствовал нашу встречу. Сам сладкое недолюбливаю, а вот вчера неизвестно почему торт купил, «Птичье молоко». Помнишь, какой вкусный его делали в Москве? А потом он пропал, как и многое из Союза. Теперь местная фабрика предлагает свой вариант. Давай-ка его попробуем. – Денис ловко разрезал торт. – Выпивку не ставлю, ибо ты за рулем. Правильно?
– Правильно, – кивнул Карпов. – Хотя мне больше всего хочется именно выпить.
Приятель поставил на стол заварной чайник:
– Чай великолепный, горный сбор. Что-то случилось?
– Случилось, и ты один моя надежда, – признался Георгий.
Говорков сразу стал серьезным:
– Я тебя слушаю.
Волнуясь и заикаясь, Георгий рассказал другу все. Денис почесал затылок:
– Вот так история. Значит, передача денег назначена в полночь. – Он вдруг встрепенулся: – Тебе не нужно было ко мне ехать. Бандиты могли организовать за тобой слежку.
Карпов схватился за голову:
– Я об этом не подумал. В таком состоянии утрачиваешь способность рассуждать здраво.
– Жди здесь. – Денис вышел за ворота, а Георгий откинулся на спинку стула. Здесь, на свежем воздухе, он немного расслабился. Стояла прекрасная погода, пригревало майское солнышко, пахло цветущими деревьями, и не хотелось возвращаться в страшную реальность. Карпов закрыл глаза и задремал. Как подошел Денис, он не слышал. Друг потряс его за плечо:
– Эй, тебе нельзя сейчас расслабляться.
Георгий вздрогнул:
– Ты что-то заметил?
– На твое счастье, ничего, – успокоил его друг. – Значит, ты хочешь, чтобы я поехал с тобой.
– Больше мне некого просить, – потупился Георгий.
– Хорошо, – согласился Говорков. – Ровно в половине двенадцатого ты подхватишь меня возле салона «Форд-Мондео» на развилке. Притормозишь – я и юркну на заднее сиденье. Со мной не вступай ни в какие разговоры и не оборачивайся. Как только подъедешь к мусорозаводу, сбавь скорость, чтобы я мог выскользнуть из салона. Потом ты кинешь деньги в ручей, как тебе и было сказано, и сразу пойдешь к машине. Сядешь в автомобиль и снова поедешь на маленькой скорости к ресторану «Камышовая пристань». Со мной не общаться, пока я сам тебе не разрешу. Все ясно?
– Да.
– А теперь иди, – Денис встал со стула, – и ничего не перепутай.
Он не проводил его до ворот. Георгий сам распахнул двери и уселся в автомобиль. Настроение немного улучшилось. Теперь его действиями будет руководить опытный человек.
До одиннадцати вечера Георгий не находил себе места. Он пытался читать, смотреть телевизор, но ничего не получалось. На его счастье, Людмила не лезла с разговорами, не плакала на плече, просто лежала на кровати в своей комнате и глядела в потолок пустыми глазами. Женщина встрепенулась, когда услышала, что муж стал собираться. Она вышла в прихожую. Ее губы дрожали, руки тряслись.
– Уже уезжаешь?
Почувствовав настроение жены, так созвучное с его настроением, он обнял ее:
– Пора, Люда.
Супруга вцепилась в его рубашку:
– Как ты думаешь, они отпустят его?
– Мы уже говорили на эту тему. – Он легонько отстранил ее. – Надо верить в лучшее.
– Да, конечно. – Она прислонилась к стене. – Сразу позвони мне, как только закончишь дела.
– Обязательно.
Карпов махнул рукой на прощанье и вышел. Машина ждала его у подъезда. По привычке Георгий взглянул на шины и похолодел. Правая передняя была спущена. Мужчина не верил своим глазам. До сих пор в их дворе, находившемся в элитном районе Приморска, подобных случаев не было. Стараясь сохранять спокойствие, Георгий открыл багажник, достал запаску и инструменты. Ключ долго не захватывал головку первого болта, потом наконец болт поддался, но не удержался в дрожащих пальцах и покатился по асфальтированной дороге прямо под колесо стоявшего джипа. Карпов выругался. Уходили драгоценные минуты. Подсвечивая себе экраном мобильного, Георгий отыскал болт и продолжил занятие. Он давно уже не делал этого, предпочитая обращаться к мастерам. С большим трудом ему наконец удалось заменить колесо, и Карпов прыгнул в салон автомобиля и помчался к автосалону. Часы показывали без пятнадцати двенадцать. Друг уже давно ждал его. Успеют ли они вовремя принести деньги? На его счастье, дорога была безлюдной, и до нужного места он доехал очень быстро. Денис заскочил в машину бесшумно и прошептал:
– Ты идиот? Почему не подъехал вовремя?
– Потом, – ответил ему Карпов и рванул в сторону мусорозавода, молясь, чтобы не впасть в забытье. Через десять минут он увидел трубу и заброшенные здания, сбросил скорость, потом припарковался на стоянке возле главного корпуса. Он не услышал, как друг покинул автомобиль, он не оглядывался по сторонам по его совету и все же увидел какой-то силуэт, мелькнувший в тусклом свете луны. Фигура показалась ему знакомой, напоминала фигуру Дениса, и Георгий решил: приятель где-то притаился, чтобы попытаться увидеть похитителей. Карпов дошел до ручья, кинул в темную воду дипломат и побрел к машине. Он чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Казалось, кто-то невидимый следовал за ним по пятам и дышал в спину, однако, как и советовал Говорков, он не остановился и сел в автомобиль. Жара и волнение действовали на его физическое состояние. Он опустил голову на руль и, как ему показалось, на несколько секунд забылся, а когда очнулся, завел машину и медленно поехал вдоль обочины к ресторану «Камышовая пристань». Этот ресторан находился неподалеку от мусорозавода и был построен в стиле русской избы с камышовой крышей. Георгий никогда не посещал его и не представлял, кто из жителей Приморска станет сюда ездить, когда в черте города много прекрасных заведений. Наверное, и похитители выбрали это место не случайно. Они знали, что это заведение не кишит посетителями. Действительно, стоянка возле ресторана пустовала, свет в окнах избы не горел. Впрочем, все подобные забегаловки работают только до одиннадцати. Карпов припарковался и стал вглядываться в темноту. На заднем сиденье зашевелился Денис.
– Какого черта ты так долго не двигался?
– Разве долго? – удивился Карпов. – Я лишь на секунду отключился. Наверное, жара и нервы.
– Черта с два на секунду. – Денис хотел еще что-то добавить, однако приятель перебил:
– Успел что-нибудь увидеть?
– Практически ничего, – ответил Говорков. – Вероятно, они прятались за кустами возле ручья. Когда ты бросил дипломат в воду, они просто подцепили его удочкой. В каком-то фильме я уже видел такой трюк. Надо признаться, очень умно.
– Я заметил, как ты крался к ручью, – сказал Карпов. Денис насторожился:
– Когда?
– Когда подходил к нему.
– Исключено, – замотал головой Говорков. – К тому времени я давно уже сидел в кустарнике.
Георгий заволновался:
– Значит, я увидел похитителя.
Друг пожал плечами:
– Очень возможно.
Мысли Георгия вернулись к Димке:
– Как думаешь, они его отпустят?
Денис вздохнул:
– Не хочу тебя обнадеживать. Обычно похищенных убивают, потому что они свидетели. Однако не горюй заранее, бывают исключения.
Карпов почувствовал, как трясутся руки:
– Его до сих пор нет…
– А то, что они еще не подвезли твоего сына, можно объяснить, – попытался успокоить его Денис. – Вероятно, они пересчитывают деньги. А это займет время.
– Если Димка не вернется, я не знаю, как буду жить, – прошептал Георгий. Рука друга опустилась на его плечо:
– Надейся на лучшее, а мне пора. – Он открыл дверцу. – И отключи телефон. Людмила наверняка будет тебе названивать, а ей нельзя волноваться. Вообще тебе нужно подумать о жене и пригласить домработницу.
– Как ты доберешься до города? – спросил Карпов.
– Я все продумал. Моя машина спрятана недалеко.
Георгий пожал его руку:
– Спасибо, друг.
– Я всегда приду тебе на помощь, – заверил его Денис. – А ты обязательно позвони завтра. Удачи!
– Хорошо.
Приятель растворился в темноте, а Карпов отключил телефон и погрузился в невеселые мысли. Что, если Диму не освободят? Как жить дальше? Он опустил голову на руль и уставился в панель, показывавшую время. Прошло десять, пятнадцать минут, полчаса, час, два… Георгия охватило нехорошее предчувствие, но он продолжал сидеть и ждать. Взошло солнце и позолотило край неба. Послышался шум автомобиля, и машина ГИБДД затормозила неподалеку от стоянки. Два дюжих парня в форме вышли из нее и направились к Карпову.
– Ваши документы?
Он автоматически вытащил права.
– Что вы здесь делаете? – спросил его тощий белобрысый страж порядка. Георгий подался вперед:
– У меня вчера похитили сына. Я заплатил выкуп, и мне пообещали, что он появится на этой стоянке ночью.
– Но он не появился, – догадался второй, со смоляно-черными волосами и толстыми губами. – Конечно, вы послушали похитителей, заплатили выкуп и не заявили в полицию.
– Да, послушал, – прошептал Георгий.
– И много они у вас выманили?
– Сто тысяч долларов. – Губы едва шевелились.
Гибэдэдэшник вернул ему права:
– Вот что, гражданин, поехали в полицию.
Карпов не возражал. Теперь он вспомнил, что позвонил наконец Людмиле, хотя и не хотел этого делать. Однако другого выхода не было: жена все равно рано или поздно узнала бы правду.
– Дима не пришел, Люда, – тихо сказал он.
Женщина истошно закричала:
– Где наш мальчик? Ты все сделал правильно?
– Можешь быть уверена, я выполнил их требования и сейчас собираюсь ехать в полицию, – прохрипел он.
Люда завопила еще громче:
– Я не позволю тебе… Ты не должен… Они же убьют его… Только попробуй, и я…
– Не говори глупости, – прервал ее излияния Георгий. – Сейчас нам может помочь только полиция.
«Если уже не поздно», – вертелось у него на языке.
Майор Валерий Костиков, симпатичный мужчина с ямочками на щеках, налил Георгию горячего кофе и подвинул печенье:
– Угощайтесь.
– Я не хочу, – выдавил Карпов. Ему казалось, что он не сможет проглотить ни кусочка.
– Угощайтесь, я сказал, – Валерий сдвинул брови. – Поверьте, станет легче. Сейчас вам надо сосредоточиться и рассказать мне все до мелочей. А от кофе и еды голова будет лучше работать.
Георгий покорно поднес ко рту кружку.
– Я и без этого могу все рассказать.
– Пейте, пейте!
Костиков взял лист бумаги и приготовился слушать. Заикаясь от волнения. Георгий поведал свою печальную историю. Слушая его, майор только хмурился. Когда его помощник все записал, Валерий развел руками:
– Вы сделали очень большую ошибку. Если похитители планировали не возвращать ребенка, то они бы так поступили в любом случае. Полиция могла взять ситуацию под контроль и попытаться вам помочь.
Карпов скривился:
– Это бывает только в плохих фильмах.
– А вы меньше смотрите эти плохие фильмы. – Костиков встал. – А сейчас идите домой. Мы с моим товарищем и коллегой капитаном Виктором Шмаковым поедем с вами. Вполне возможно, похитители сегодня объявятся. Мы будем держать руку на пульсе. Как жаль, что охранник не заметил номер джипа, который увез вашего мальчика.
– Номер был забрызган грязью. Он запомнил только две последние цифры – десять.
– Понятно.
Георгий тоже поднялся, но вдруг бессильно опустился на стул:
– Там моя жена… Как я ей скажу? Она беременна…
Майор вздохнул:
– Вам придется это сделать в любом случае. Наберитесь мужества, оно пригодится вам обоим.
Зайдя в подъезд своего дома с полицейскими, мужчина достал ключи от квартиры, искренне надеясь, что жена прилегла отдохнуть и заснула. Однако дверь оказалась открытой, а Людмила сидела в прихожей. Увидев мужа, она бросилась к нему:
– Есть новости?
Георгий ничего не ответил, и женщина забилась в истерике:
– Они так и не вернули его! А ты обратился в полицию! – Она кинулась на него с кулаками: – Это ты во всем виноват! Теперь нам его никогда не увидеть!
Валерий Костиков высунулся из-за спины Карпова:
– Успокойтесь, прошу вас. Я майор полиции, возможно, еще не все потеряно. Вы должны надеяться. А уж ваш муж точно ни в чем не виноват. Он сделал все для спасения ребенка.
Людмила горько усмехнулась:
– Последнее время Дима его мало интересовал. У него были совсем другие заботы – как понравиться молодой бабе.
– Люда! – укоризненно бросил Георгий. Она ощетинилась:
– Что Люда? Знай, дорогой: если с Димой что-нибудь случится, я убью тебя своими руками.
Женщина зарыдала, и Валерий посмотрел на Карпова:
– У вас есть успокоительное?
Георгий кивнул.
– Несите сюда со стаканом воды.
Мужчина ринулся на кухню. До него доносился плач жены, и он думал о том, что никому не пожелал бы оказаться в такой ситуации. Георгий открыл дверцу кухонного шкафа, взял стакан и пузырек, стоявший ниже, и понес майору. Его руки предательски дрожали.
Костиков был на удивление спокоен. Бросив взгляд на этикетку пузырька, он быстро открыл крышку и накапал нужное количество в стакан.
– Пейте!
Людмила оттолкнула его руку:
– Не хочу!
– Пейте, вам говорят! В вашем положении нельзя волноваться. Мы сделаем все возможное, чтобы ваш сын вернулся.
Его голос обладал какой-то магической силой. Во всяком случае, Людмила поверила Валерию, хотя сейчас Георгию казалось, что ей все равно не хотелось вмешивать в дело полицейских, даже опытных.
– Это так?
– А для чего мы здесь? – Он обнял ее за плечи. – А теперь идите в свою комнату. Сейчас мы с вашим мужем будем разрабатывать дальнейший план действий. Вы нам станете только мешать.
Она послушно повернулась и поплелась в спальню. Только теперь Георгий заметил незнакомого мужчину, тихо стоявшего в прихожей.
– Это Виктор, мой коллега, – пояснил Валерий. – Давайте пройдем в гостиную.
– Конечно. – Карпов сделал несколько шагов и упал в кресло. – Присаживайтесь. Может быть, чаю?
Костиков покачал головой:
– Это излишне. А теперь сосредоточьтесь и подумайте: кто мог очень сильно вас ненавидеть и придумать историю с похищением?
На лбу Георгия собрались складки.
– Я не знаю, – прошептал он.
Костиков недовольно взглянул на него:
– Думайте. Кто-то же это сделал.
– У меня нет врагов, – просто ответил Карпов.
Полицейские переглянулись.
– Враги есть у каждого. Думайте. Ваши уже показали когти.
Мужчина обхватил голову руками.
– Вероятно, имеется кто-то, недовольный какими-либо моими действиями… Но чтобы дойти до такого… Поверьте, я ума не приложу…
– А про недовольных вашими действиями давайте поподробней. – Валерий достал из кармана серой рубашки блокнот. – Называйте их, а я буду записывать.
Георгий вздохнул:
– Не могу. Я просто предположил, что они есть. Но кто конкретно…
– Ясно! – Костиков бросил блокнот на стол. – Не представляю, как с вами работать…
Вдруг Карпова осенило:
– У меня еще остались деньги, – проговорил он. – Я могу выступить по телевидению и пообещать солидную сумму тому, кто что-то видел и знает. Я помню, так делают. Пожалуйста, организуйте мне эфир.
Шмаков пожал плечами:
– А что, стоит попробовать. Если больше мы все равно ничего не придумаем, когда осмотрим территорию мусорозавода, отправим вас на телевидение.
Майор наморщил лоб:
– Передача должна пройти по центральным каналам. Сколько вы пообещаете в качестве вознаграждения?
– У меня на счете десять тысяч долларов, – прошептал мужчина. – Я отдам все. Мы с женой как-нибудь выкрутимся. Только бы Димка нашелся.
Виктор сжал кулаки.
– Я устрою, – пообещал он. – Если до завтра никто из похитителей не объявится, пойдете на телевидение с заявлением.
Они еще немного посидели в ожидании звонка и, ничего не дождавшись, ушли. Как только за ними захлопнулась дверь, появилась супруга:
– Ничего нового?
Лицо у нее было белее свежевыпавшего снега.
– Ты зря подключил их. Они только все испортят.
И Георгий впервые за все время испугался за нее:
– Это профессионалы, Люда. Надо довериться им.
Она скривилась:
– Надо было больше уделять времени ребенку.
Он встал, только теперь почувствовав, как болит все тело:
– Я пойду спать.
Женщина всплеснула руками:
– Как ты можешь…
Карпов ничего не ответил.