В поисках манускрипта

Нина Дианина
В поисках манускрипта

Глава 1

– Ну куда ты побежала, Динола?! – вслед полетел голос матери. – Допей чай спокойно, не съест тебя тётя Лидди!

Но за девушкой уже закрылась небольшая дверь, ведущая из кондитерской прямо в сад, а дальше дорожка между деревьями узкой песочной лентой вилась к калитке, выводящей на глухой проулок.

Девушка выскочила в проулок и оглянулась. Никого не было. Она поправила свои тёмные слегка растрепавшиеся от побега волосы, оправила тёмно-фиолетовую мантию, напустила на себя солидности и неспешным шагом, как и следует уважающей себя магине, отправилась отрабатывать обучение в Магической Академии. Дома пациентов она не принимала, а для своих лечебных дел рядом с большой аптекой снимала небольшое помещение, чистое и уютное, и, как ей хотелось верить, внушающее доверие к деловым качествам хозяйки. Юной магине, полгода назад закончившей первую ступень столичной Академии магии необходимо было зарабатывать репутацию, надо было держать лицо, и девушка всеми силами его держала, хотя из-за её юности это было очень сложно: ей было всего двадцать лет. Дополнительной сложностью было то, что родилась она тут же в Бинисте, и почти все её пациенты помнили эту высокую стройную темноволосую девушку ещё маленькой девочкой, напоминая ей об этом по поводу и без оного.

Небольшой трехэтажный дом её родителей, из которого так поспешно убежала Динола, находился недалеко от центральной площади и весь пропах запахом выпечки и карамели, потому что на первом этаже находилась пекарня и кондитерская при ней, о чём недвусмысленно заявляла вывеска на углу в виде кренделя. На втором этаже располагались несколько комнат, которые сдавались внаём для приезжих, а на третьем были три маленьких спальни, кухня и столовая, там жила вся семья. Отец следил за их маленькой гостиницей, а матушка пекла хлеб, лепёшки, кексы, печенье разных сортов и ещё много всего очень вкусного и любимого посетителями их маленькой кондитерской. В небольших лотках и коробочках румяная выпечка разлеталась по всему городу, к вечеру на полках ничего не оставалось, а с утра дразнящий запах новых кексов и печенья разлетался по всей округе.

С детства Динола пыталась освоить это волшебство создания хлеба, но в матушку пошла не она, а её старшая сестра, которая теперь потихоньку перенимала секреты кондитерского мастерства.

Динола же, как оказалось, пошла в какого-то прапрадедушку мага. Когда в пятнадцать лет её, как и всех подростков, проверяли на наличие магических способностей, неожиданно для всех выяснилось что таковые у неё, хотя и слабые, имеются.

Родители задумались над открывшимся для младшей дочери выбором. Магические способности достаточно редки, маги востребованы, кусок хлеба с маслом всегда могут себе заработать, но жизнь у них другая, нежели у простых обывателей. На одной чаше весов для младшей и горячо любимой дочери лежала спокойная размеренная жизнь в родном городе, дальнейшее замужество и работа в пекарне под руководством старшей сестры, куда более талантливой в кондитерском деле. С другой чаши весов приветственно помахивал непонятный и неопределённый, но достаточно хорошо оплачиваемый и востребованный самостоятельный путь магини, причем, скорее всего, далеко от родного дома. Динола тогда не подозревала, какой тяжёлый выбор пришлось делать родителям. Если бы её тогда спросили, что сама-то она хочет, то, наверное, ответила бы, что хочет остаться дома и не решилась бы уехать из родного дома.

Уже позже, приехав на каникулы после года обучения, она спросила матушку, что заставило их принять решение отослать её учиться в столицу в Магическую Академию.

– Девочка моя, – грустно сказала ей тогда мать, – я же вижу, что ты у меня умная и решительная, а оставшись с нами, ты всегда будешь на вторых ролях после своих старших брата и сестры, просто потому, что они лучше тебя умеют печь хлеб и делать вкусные рогалики. Вряд ли тебе понравится быть всю жизнь второй и на подхвате. А позже, скорее всего, ты обвинишь нас, что, мол, мы не дали развиться твоим природным способностям и не позволили тебе самой выбрать свой путь. Опять же, передумать и вернуться к нам ты сможешь в любой момент. Твоя комната всегда будет ждать тебя. Папе было очень тяжело отпускать тебя, но в этом он был со мной согласен.

В итоге Динола в шестнадцать лет отправилась в столицу в интернат при Магической Академии, где проучилась четыре года и вместе с дипломом мага первого уровня получила право носить тёмно-фиолетовую мантию. Обучение было бесплатным, но по окончанию выпускники обязаны были отработать пять лет на том месте, куда пошлёт родная Академия и отчислять ей немаленький процент от заработков.

В столице работы для новоиспечённой магини первого уровня не оказалось: наличие Магической Академии и сотен более сильных магов полностью обеспечивали все потребности столичных жителей. Юной магине предоставили несколько мест на выбор в разных провинциях королевства, включая её собственный родной город. Тоска по дому взяла своё, девушка выбрала Бинист, о чем пожалела почти сразу.

Через полгода она уже просто мечтала уехать из дома в любую часть королевства, даже в пограничные графства, но выбор уже был сделан. Родной город заключил её в свои объятья на пять лет и выпускать не собирался.

Основная и совершенно непредвиденная Динолой проблема оказалась в том, что когда она вернулась, все собеседники, знавшие девушку с пелёнок, считали своим долгом говорить только о том, что ей пора замуж. Это была главная и практически единственная тема для разговоров, которую вели с ней любящие тётушки и дальние родственники. Знакомые знакомых, подруги замужней старшей сестры и друзья старшего брата каждодневно и без устали пытались открыть наивной, по их мнению, девушке глаза на то, что пора найти себе мужа, чем довели её до белого каления. Она уже триста раз прокляла тот день, когда решила отработать положенные пять лет именно в родном городе.

Матушка быстро поняла, что младшая дочь не выносит слов «муж» и «свадьба», а шутки на тему брака воспринимает как пошлые намёки, но было уже поздно: Динола сторонилась любых домашних посиделок с родственниками, и, увидев очередную соседку или тётушку, заходящую в кондитерскую, просто сбегала, стараясь ни с кем не встречаться, как сделала и сегодня, когда через окно заметила приближающуюся к кондитерской, свою родную тётю Лидди.

– Знали бы они, что маги по-другому относятся к сексу и браку. – мысленно возмущалась юная магиня, вынужденная сбежать от любимого десерта, шагая по улице к своей приёмной. – Маги просто видят намного яснее, чем обыкновенные люди. Неудачный брак может подтачивать и тянуть силы даже при внешнем материальном благополучии и выполнении всех правил приличия. А сексом вообще можно лечить. Или калечить. У нас было несколько занятий на эту тему. Правда, теоретических. Кому было интересно – могли ходить на факультативы. Собственно, маги посильнее меня так и делали.

Динола вспомнила, как сходила на пару факультативов, которые проходили в больнице, и своими глазами увидела, как от правильной сексуальной стимуляции выравнивается и становится сильнее эфирный слой у больного, которому, казалось бы, ничего не поможет. Только грань очень тонка – чуть сильнее стимуляция – и больному может не хватить сил для жизни.

* * *

Динола зашла в свою светлую залитую солнцем приёмную и посмотрела список визитов. Весь день был расписан, зато в почтовом ящике, прибитом около двери, обнаружилось письмо от её любимого преподавателя по магическому обучению пухлого, лысоватого, всегда немного взъерошенного магистра Эла Доссета, у которого она была лучшей ученицей. Именно он помог девушке правильно выбрать направление для развития способностей.

Первый год обучения в Магической Академии состоял в том, чтобы юные ученики с помощью наставников разобрались в своих способностях, научились общим приёмам и осознали в каком направлении стоит развиваться. Второй год и последующие годы у каждого ученика была уже своя собственная индивидуальная программа.

В первый же год, сравнивая себя с другими учениками, Динола поняла, что магической силы у неё маловато, по совету магистра Доссета она сделала ставку не на силу, а на точность воздействия и не промахнулась, точное магическое действие на слой оказалось не менее эффективным для лечения и обучения. Юную магиню, кроме общих лечебных навыков, научили обучать и обучаться магически, аккуратно воздействуя на нужные узлы и точки в слоях. Она помогала обучать детей, и ей очень нравилось с ними заниматься.

Девушка не стала тянуть и мучиться неизвестностью, села за стол и вскрыла конверт.

Внутри лежал лист хорошей бумаги, на котором аккуратным почерком магистра было написано:

«Дорогая Динола, к нам в Магическую Академию пришла заявка на мага твоего профиля от графа Нельса Гарлета. Его графство находится к востоку от столицы, а замок находится недалеко от города Кром.

Сейчас середина семестра, до выпуска ещё три месяца, выпускников пока нет. Столичные маги как-то не горят желанием ехать в провинцию, а срывать с места какого-то хорошо устроившегося мага тоже не хочется. Я помню, ты писала, что тебя тяготит жизнь в родном городе, и хотела бы оттуда уехать, поэтому первым делом вспомнил о тебе.

Решением Магического совета работа, которую предлагает граф, будет засчитана как отработка тебе после обучения. В плюс идёт и то, что графство от тебя недалеко и находится всего двух днях езды от тебя.

Решать нужно быстро. Если согласна, как можно быстрее пришли официальное согласие на смену места работы с Биниста на Кром. Тогда я смогу выслать тебе уже оформленные документы на смену работы…».

Далее шли мелкие новости об общих знакомых и кое-что о делах в Академии, которые меркли на фоне этой главной новости – появился шанс начать новую жизнь!

Девушка закружилась по комнате. Конечно, она напишет согласие и отправит его прямо сегодня!

Ответное письмо магистру Динола отнесла на почту ещё до обеда.

 

* * *

Уже через пару недель Динола закончила все дела в Бинисте. Она собрала в дорожный сундук, с которым приехала из Академии, лучшую одежду, надела всего лишь полгода назад убранное глубоко в шкаф своё дорожное платье песочного цвета, радостно распрощалась с родственниками и, полная надежд, покатила на общественной карете в восточное графство в город Кром, где находился замок лорда Нельса Гарлета.

Девушка купила место под открытым небом и сидела на верхней скамейке прямо за кучером и охранником. Спиной она упиралась в ящики и сундуки, привязанные на крыше, и могла видеть впереди всю дорогу, которая целый день бурой лентой расстилалась перед ними. Ехать предстояло два дня. Кроме Динолы до Крома ехали ещё шесть человек внутри самой кареты, седьмой пассажир находился рядом с ней наверху. На местах внутри было намного мягче и удобнее, но они и стоили намного дороже. Случись непогода, поездка на верхней скамейке под открытым небом превращалась в испытание силы воли и выносливости. Однако и в первый, и во второй день поездки о непогоде можно было бы не вспоминать. Светило тёплое летнее солнце, дождя не предвиделось, девушка наслаждалась прекрасной погодой и путешествием. Ехать на дешёвых местах в такую погоду выходило вдвойне приятнее из-за лёгкого ветерка, обдувавшего верхних пассажиров, в то время как на дорогих местах было душно и жарко.

За спиной девушки тихонько поскрипывал крепко закреплённый ремнями и верёвками багаж пассажиров: солидного вида сундуки, коробки и ящики, на которые Диноле было очень удобно опираться. Карета была новомодная, с рессорами, привязываться, чтобы не вывалиться на ухабах, не требовалось, достаточно было держаться двумя руками за специальную ручку. Лошади быстро бежали по ровной и хорошо укатанной дороге, так что к вечеру путники надеялись добраться до конечной цели путешествия – города Крома.

Всё случилось, когда до конца путешествия оставалось всего три часа езды. В тот момент карета проезжала небольшой лесок.

Внезапно кучер придержал лошадей и взволнованно обратился к охраннику.

– Смотри, там дорога перекрыта, дерево упало. То ли само, то ли нас ждут.

Динола встрепенулась, вытянула шею и увидела далеко впереди дерево, лежащее поперёк дороги.

– Если это банда Кривого Пирка, а говорят, она где-то недалеко от Крома гуляет – нам не справиться, их больше десяти человек, – угрюмо произнёс охранник, крепкий мужчина средних лет, вглядываясь в приближающиеся кусты.

– Дерево вроде небольшое, село низко, карета на высоких колёсах, мы не перегружены, можем перескочить, – с надеждой сказал кучер.

– Выбора у нас особо и нет. Только перескочить или обогнуть это сваленное дерево. Если банда нас остановит – нам не поздоровится. Говорят, эти ребята не только грабят, но и убить могут, – мрачно ответил охранник. – Да вроде не видно никого.

Однако именно в этот момент раздался громкий свист, из-за кустов выскочили люди, устремившись к приостановившейся карете.

– Гони! Гони! – суматошно закричал охранник. – Держитесь!

Кучер стал нахлёстывать лошадей и погнал их прямо на лежащее поперёк дороги дерево. Девушка упёрлась ногами в переднюю скамейку, спиной в сундуки и обеими руками вцепилась в ручку. Дерево со страшной скоростью приближалось, кучер громко гикнул, хлестнул хлыстом, лошади слаженно перепрыгнули через дерево, днище стукнуло, карету сильно тряхнуло, послышался громкий треск, от которого у пассажиров затряслись поджилки. К счастью, карета выдержала удар, только немного накренилась и понеслась дальше, оставляя далеко позади за собой крики разочарованных грабителей.

Однако этот отчаянный прыжок уносящихся от банды лошадей не остался совсем без последствий. Хотя днище и колёса у кареты выдержали, крепости не хватило ремням, удерживающим багаж. Сначала лопнул один, потом другой, и вся конструкция из ящиков и сундуков заскользила к краю крыши безумно несущегося транспорта.

Динола, которая спиной упиралась в багаж и цеплялась за всё что могла, пытаясь не вылететь со скамейки во время этой безумной гонки, почувствовала, что сундуки и ящики медленно поползли с крыши, а потом стали аккуратно один за другим с глухим стуком падать за летящей во весь опор каретой, и во время удара о землю раскалывались как яйца, являя миру своё содержимое – одежду и утварь.

Лошади не снижали скорости, колесо попало в выбоину, карету сильно мотнуло, опоры у Динолы уже не было, а удержаться сил не хватило, и её выкинуло на густые кусты, растущие вдоль дороги. Видимо, это и спасло юную путешественницу от переломов и потери сознания.

Когда девушка, вся поцарапанная, выбралась из цепляющихся за неё веток, то увидела только пыль, оседающую там, где только что промчалась карета, услышала стук копыт уносящихся лошадей и заполошные крики взволнованных людей. Скорее всего, никто и не заметил, что молодая пассажирка выпала. Да если даже и заметили, то останавливаться не стали. Вывод для неё был однозначен: она осталась одна и рассчитывать могла только на себя. Надо было спасаться самой.

Динола подхватила юбки и бросилась прочь от дороги, надеясь, что преследователи её просто не заметят.

Она побежала в сторону и бежала, не обращая внимания на преграждающие ей путь упавшие деревья и пытающиеся зацепиться за платье шипы и колючки, пока не стала задыхаться. Потом, для надёжности, ещё долго шла, пересекла луг, пригнувшись, чтобы не быть замеченной, и углубилась в лес, постоянно сверяясь по солнцу, чтобы, не дай Бог, не сделать круг и не прийти обратно к поваленному дереву.

* * *

Лес как- то поредел, его суровость отступила, появились просветы, в которые радостно заглядывало синее небо. Усталая донельзя Динола вышла из леса и оказалась на холме, поросшем кустарником и спускающимся к достаточно большому озеру.

Вода, наконец-то вода! Можно было, наконец, остановиться, напиться, искупаться, немного отдохнуть и подумать, что же делать дальше одинокой девушке, оставшейся без денег и багажа. Шуметь всё равно не стоило, мало ли кто тут может быть, поэтому Динола начала спускаться к озеру, стараясь ступать потише, выискивая между кустами просветы побольше, боясь порвать платье. Грязь можно смыть, а вот драную одежду в лесу не заштопать.

Синело чистое без единого облачка небо, жаркий летний день давно перевалил полдень и начинал клониться к закату. Тихонько плескались волны, зеркало озера разбивалось на тысячи осколков и каждое из этих сверкающих кусочков пыталось отразить лучи солнца. Постепенно под ногами у беглянки появился песок, идти стало мягко.

Девушка вышла на берег, и песчинки стали забиваться в туфли. Диноле пришлось снять обувь и внимательнее смотреть под ноги, чтобы не пораниться о какую-нибудь острую ветку, торчащую из песка. Наверное, это и было одной из причин того, что она не сразу заметила этого странного человека.

Молодой мужчина, совершенно голый, стоял в озере по колено в воде спиной к Диноле. Это мог быть кто угодно, хоть бандит, хоть охотник, хоть рыбак. Однако в безлюдном месте, далеко от поселений, девушка, совершенно одна, без сопровождения, была полностью беззащитна перед любым человеком сильнее её физически. Маленький дорожный кинжальчик при падении остался с ней, но вряд ли его можно рассматривать как серьёзное оружие защиты. Боец из неё никудышный. Иллюзию создать, быть может, она и смогла бы, но не в таком же дезориентированном состоянии. Для качественной иллюзии нужно сосредоточиться и сконцентрироваться!

– Неужели он из той банды, которая на нас напала, а я, не зная местности, просто сделала крюк, прибежав обратно? – ужас и чувство опасности мешали девушке ясно мыслить.

– Надо очень тихо и незаметно исчезнуть, – посоветовал ей инстинкт самосохранения, и она последовала этому совету.

С подгибающимися от страха коленями, не сводя с незнакомца глаз, она бесшумно сделала шаг назад, потом еще один, потом ещё, одновременно пытаясь осторожно босой ногой нащупать сзади чистый песок и не наступить на какую-нибудь корягу, валяющуюся на берегу. Ей почти удалось, не привлекая к себе внимания, допятиться до прибрежных кустов, однако нога у неё всё-таки за что-то зацепилась и Динола со всего размаху с треском уселась на лежащую сзади сухую ветку. Казалось, что от шума, произведённого беглянкой при падении, на соседнем дереве взлетели птицы.

Мужчина резко обернулся. Когда он увидел испуганную девушку, растерянно сидевшую на песке, то протянул к ней ладони в успокаивающем жесте и что-то начал говорить на незнакомом языке. Он не сделал ни шага, а только что-то говорил и говорил с умоляющими интонациями.

Динола посмотрела на него магическим зрением. На его эмоциональном слое видно, что он волнуется и боится, агрессии нет, нервничает, физические повреждения, болевые пятна на эфирном слое. И… и магическое сияние? Он что, маг? Но какой-то…странный, неструктурированный что ли?

– Нет, на бандита не похож, а похож на человека, который нуждается в помощи, – заключила она. – На каком же языке он всё-таки говорит? Вроде не наш, не элтийский. И не баргосский.

Видимо, пока все эти мысли кружились у неё в голове, выражение её лица менялось с испуганного на более спокойное.

Мужчина понял, что убегать девушка больше не собирается, и вдруг спохватился. Он вспомнил, что стоит перед ней в чем мать родила, замолчал, потом вдруг смешно прикрылся руками и, не двигаясь с места, всё также стоя по колено в воде, молча вопросительно посмотрел на девушку.

Динола, наконец, рассмотрела его получше. Совсем молодой парень, лет двадцати, среднего роста, худощавый, тёмные волосы до плеч, мускулистые сильные руки, прикрывающие его драгоценную часть тела.

– Да уж, неожиданная встреча для нас обоих! – подумала она.

Настороженность осталась, однако страх отступал, и на волю выбиралось её природное любопытство.

– Интересно, кто он, откуда такой безъязыкий недомаг в этой глуши взялся? Хорошо бы он оделся, и я бы тогда попробовала с ним поговорить и выяснить, как он тут оказался. Да и надежный попутчик сейчас мне очень был бы желателен, – размышляла девушка, рассматривая парня.

Динола оглядела берег. Никакой одежды на песке не было видно, не было даже намёка ни на одежду, ни на обувь.

– Он что, приплыл откуда-то? Или у него привычка всегда ходить голым? Однако, судя по прикрытому руками причинному месту, такой привычки у него нет.

Парень медленно сделал пару шагов к девушке, внимательно наблюдая за её реакцией. Увидев, что она не собирается никуда сбегать, немного успокоился.

– Волнение спало, это сразу отразилось на эмоциональном слое, но зато там появились яркие оттенки стыда. Хм. Он, видимо, стесняется своей наготы, этой ситуации, однако поставлен в безвыходное положение и вынужден стоять тут голышом и общаться со мной в таком виде, – решила Динола.

Парень остановился, прикрываясь одной рукой, другой рукой сделал извиняющийся жест, и пожал плечами.

– Всё понятно. Одежды у него нет совсем никакой, – сделала вывод девушка. – Мне, вообще-то, тоже как-то не очень удобно общаться с голым мужчиной, надо что-то придумать. Что я могу ему отдать из одежды? Кроме нижней юбки ничего. Придется отдавать, да только как бы об этом сообщить непонимающему моих слов собеседнику, что я собираюсь осчастливить его таким нарядом?

– Отвернись! – Динола указала на него пальцем и сделала вращающее движение пальцем, намекая, чтобы он отвернулся.

Он не понял.

Почти минуту, меняя жесты, она пыталась донести, что ему стоит отвернуться. Наконец, парень сделал отворачивающееся движение, вопросительно из-за плеча глядя на девушку.

– Да! – радостно закричала она, обрадовавшись наметившемуся взаимопониманию.

Интонацию он уловил, слово тоже и повторил:

– Да.

Потом неохотно отвернулся, и Динола, по его позе понимая, как неуверенно он себя чувствует, стала снимать с себя нижнюю юбку, одновременно пытаясь непрерывно что-то говорить, чтобы этот молодой мужчина слышал, что она тут и никуда не уходит,

– Кто же ты такой, мой новый незнакомый друг? – тараторила она. Пережитое только что волнение давало себя знать, и слова текли непрерывным потоком. – Откуда взялся тут в глуши на мою голову? Что от тебя ждать? А, может, наоборот, тебя Бог послал.

Шнурок юбки, наконец, развязался, Динола стянула её через ноги.

– Ничего, осталась ещё одна нижняя юбочка, правда, совсем маленькая и тонкая, – не стала сильно расстраиваться она. – Интересно, что он думает о том, чем я занимаюсь?

Девушка посмотрела на него магическим зрением. Всё осталось почти тем же: страх, неуверенность, только интенсивность существенно снизилась, всё так же отсутствие агрессии, а вот ментальное поле вихрями: что-то интенсивно обдумывает.

– Эй! – крикнула Динола.

Он повернулся.

Она махнула ему рукой, чтоб выходил, а потом аккуратно положила юбку на песок и отошла, указав на неё в приглашающем жесте.

 

Парень понял, широкими шагами вышел из озера, подошёл к оставленной ею тонкой материи, быстро схватил её, натянул через ноги, завязал шнурок на поясе и выпрямился, глядя на девушку.

Она внимательно смотрела на этого странного парня в своей нижней юбке.

– Что за кота я своими руками выпустила из мешка? Верно ли угадала, что он не принесёт мне вреда, а будет мне от него сплошная польза? Что вместе мы выйдем из этого леса без потерь и доберёмся до графского замка, где я предстану перед своим работодателем в целости и сохранности? Или он окажется простым жуликом, который почувствовав мою слабость, облапошит меня и скроется? Хм, а что такого эдакого кроме женского платья он может сейчас у меня взять? Денег нет, кошель с монетами выпал при падении, кинжала он не видел, вожделения ко мне как к женщине в нём явно не просматривается.

Динола стояла в стороне и ждала его слов и действий.

Он опять стал что-то говорить, а потом сделал шаг вперёд, указал себе на грудь и сказал что-то вроде Саш.

– Похоже, его зовут Саш, агрессии в коконе тоже пока не видно. Хорошо, начнём знакомиться, – решила девушка.

– Динола, – она указала на себя и уселась на песок, похлопав рядом в приглашающем жесте. Он подошёл и сел рядом.

Первые попытки обменяться мнением об ситуации, в которую они оба попали, закончились ничем. Им удалось только освоить слова «да», «нет», «может быть» и «не знаю». Они попытались жестами объяснить друг другу, что их привело на этот берег, но толку от жестов было мало. Единственное, что удалось – это показать направление откуда. Динола указала на холм, с которого недавно спустилась, Саш показал на левый край песочного пляжа, на котором они находились.

Девушка удивлённо на него посмотрела.

– Как это может быть, чтобы ты пришёл с самого пляжа? Из воды? – показала Динола.

– Нет, – покачал он головой. Потом взял палку, расчистил площадку на песке и начал рисовать. Рисунки помогли больше.

Он начертил палкой себя, ткнул в изображённого им человечка, потом показал, что этот нарисованный человечек летит в тот угол пляжа, на который он перед этим указывал.

– Что он этим хочет сказать, откуда он явился? – ей всё также было непонятно.

Он сунул палку девушке в руки. Она нарисовала ему карету, себя, потом нападающих бандитов, потом резкими движениями разбила рисунок и пальцами показала, что бежит из разбитой кареты и «прибежала на берег».

Они замолчали. Ясно, что оба в особой ситуации, только парень в более сложной, потому что почти голый, говорит на чужом языке и ничего не понимает.

– Что же теперь делать? Куда идти? Где ночевать? – в голове Динолы кружились вопросы, не находя себе ответов. – Бросить его я уже не могу, но ведь он может оказаться

непредсказуемым попутчиком. Я ничего про него не знаю, только что его зовут Саш, и всё.

Его голые волосатые ноги, торчащие из-под кружева нижней юбки, выглядели очень смешно, и девушка улыбнулась. Он поймал её взгляд, улыбнулся в ответ и что-то сказал.

Динола встала и пошла к воде. Жажда отступила с этой суматохой, но теперь опять уже гораздо сильнее напомнила о себе.

Холодная вода освежила, мысли потихоньку начали приходить в порядок, и юная магиня поняла главное – что сможет магически сломать этот языковой барьер между ними, но для этого нужно, чтобы Саш заснул. Её профессия как раз на этом и основана – на магическом обучении. Работая с детьми, она часто использовала приём, который позволяет соединять ментальные слои и обмениваться знаниями. Однако этот приём очень редко применялся на взрослых, маги не любят так просто делиться своими знаниями.

– Я поделюсь с ним знанием языка, – решила Динола. – Эта область на ментальном слое достаточно ограничена, набор слов и словесных конструкций. Можно было бы поделиться и знанием наших порядков и обычаев, но тогда придётся делиться и моими воспоминаниями, а этого мне уже совсем не хочется. Всё, решено, когда он заснёт, попробую. Недопонимание приведёт только к недоразумению и дополнительным проблемам. Мне его язык тоже перейдёт, возможно, и пригодится когда-нибудь.

Солнце потихоньку стало клониться к западу, день подходил к концу, скоро начнёт темнеть.

– Сегодня никуда уже идти не стоит, пора устраиваться на ночлег. Вот только как бы донести эту мысль новому безъязыкому другу? – подумала Динола.

Девушка вышла на берег, махнула рукой и посмотрела на Саша. Он подоткнул её юбку, завернув спереди так, что получились эдакие своеобразные шаровары. Нелепый парень в юбке, который вызывал улыбку, сразу превратился странно одетого мужчину, который, однако, уже внушал некоторую надежду.

Они пошли и осмотрели окрестности. Недалеко оказалась небольшая ложбинка, более или менее удобная для ночевки. Хотелось бы, конечно, найти какую-нибудь пещерку, или укрытие на случай дождя, но местность была ровной. Саш насобирал сухого мха, травы и веток, благо день стоял жаркий, выбрал несколько палочек и дощечек. Потом он сделал из них какую-то конструкцию, долго крутил и тёр одну об другую, недовольно что-то шипя сквозь зубы, но своего он добился: мох задымился, и через некоторое время у них весело полыхал небольшой костерок.

Очень хотелось есть. Девушка сидела у костра и невольно вспоминала свою тихую спокойную жизнь в Бинисте и матушкины пирожки. Матушка вообще дружила с тестом, а тесто дружило с ней и льнуло к её рукам, как живое существо, словно по волшебству превращаясь в румяные пирожки и булочки. Она так и говорила: не «я пеку» или «я готовлю», а «пирожки пекутся» или «начинка готовится», будто эти пирожки живут своей собственной жизнью и сами решают, что им делать и какими быть.

– Может, зря я всё бросила и уехала? – уныло думала юная магиня. Голод как-то совсем не добавлял оптимизма к ситуации.

Саш ушёл к озеру и через некоторое время пришёл с парой рыбин, увидев которые его спутница воспряла духом.

К тому времени уже совсем стемнело. Пока ещё было светло и Саша не было, Динола постаралась набрать листвы и веток помягче и сделать запас дров.

Рыбины были не очень большие, Саш стал запекать их на углях.

Невольные попутчики сидели рядом с костром, освещаемые только сполохами огня и, ожидая пока их скудный ужин приготовится, улыбались друг другу и молчали. Сначала они было попытались разговаривать, как обычно разговаривают люди, сидя у огня, но быстро поняли всю бесполезность этих попыток.

Динола смогла, наконец, спокойно рассмотреть вполне успокоившегося Саша. Он оказался вполне привлекательным парнем, с немного неправильными, но яркими чертами лица, тёмные брови вразлёт, чуть длинноватый нос, высокие скулы, белозубая улыбка, цвет глаз в темноте она не сумела разобрать.

Парень тоже рассматривал девушку. То, что его спутница совсем молоденькая, он заметил ещё на пляже. Симпатичная, нежный овал лица, чётко очерченные пухлые губы. Она уже заколола растрёпанные после беготни по лесу волосы и теперь сидела, нетерпеливо поглядывая на их запекающийся на углях ужин.

Они съели одну рыбу, а вторую, обменявшись жестами, оставили на утро и легли на собранную Динолой листву и лапник на некотором расстоянии друг от друга.

Ночная прохлада потихоньку спускалась на уснувший лес. От озера тянуло сыростью. Парень постарался закопаться поглубже в листву и после нескольких минут шуршания угомонился. Уставшая за этот трудный день девушка совсем было стала уплывать в сон, но взяла себя в руки и встряхнулась, не давая себе заснуть. Чтобы воплотить свои планы, нужно было дождаться, чтобы её странный попутчик погрузился в глубокий сон, и она дождалась.

Саш спал. Это было видно по свободно плавающим вихрям в коконе. Ментал мерцал в области сновидений.

– Что ему там снится, интересно? Явно не эротическое, сексуальная область в коконе не затронута, – Динола могла осуществить свой план, только когда Саш был полностью расслаблен, а в такой ситуации это могло быть только во сне.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 

Другие книги автора

Все книги автора
Рейтинг@Mail.ru