© Николай Яковлевич Надеждин, 2024
ISBN 978-5-0064-4569-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Николай Надеждин
«Маленькие рассказы о большом успехе»
Практически сразу после кончины папы Иоанна Павла II заговорили о его канонизации. Правда, это процесс длительный и достаточно запутанный. Сначала нужно пройти беатификацию – причисление к лику блаженных. И уж потом, с доказательствами сотворённого кандидатом чуда, можно добиваться канонизации – причисления к лику святых. Не сразу, а спустя отведённый ритуалом срок…
Оставим подробности обрядов людям религиозным, а сами задумаемся – что же это было? Что за человек жил в одно с нами время?
Сразу оговорюсь – я не католик и не верующий в принципе. Я материалист и атеист. Таким меня воспитали. Таким я и остаюсь по сегодняшний день. А потому личность папы Иоанна Павла II оцениваю с общечеловеческих, а не с религиозных позиций.
Так вот, по моему скромному мнению, это было настоящее явление. Как дар природы, как редкий талант, как удивительной красоты драгоценность.
Его обращения к верующим трогали сердца неверующих. Над его молитвами плакали люди, которые молились другим богам. Кароль Войтыла – папа Иоанн Павел II был универсальным священником, признававшим верховенство Бога, как бы его ни называли последователи других религий.
А ещё он прожил жизнь праведника. И его посты и обеты не выглядели добровольным мученичеством. Наоборот, его жизнь была на редкость полнокровной и счастливой…
Возможно, чудом является само появление этого человека среди нас. И тогда других доказательств его святости не требуется.
Это имя известно каждому человеку, где бы он ни жил и в какого бы бога ни верил. Римский папа Иоанн Павел II. Глава Римско-католической церкви. Человек, сделавший для христианской религии и мировой культуры столько, сколько не смог сделать ни один из 263-х его предшественников, исключая, разумеется, Святого Петра, первого настоятеля христианской церкви.
С его именем мы встретили XXI столетие. И он же стал одной из первых грандиозных утрат нового тысячелетия. За похоронами папы следили 2 миллиарда человек по всему миру. Около миллиарда молились за упокой его души. И 300 тысяч католиков присутствовали при траурной литургии.
Величие этого человека признают даже те, кто не верит в христианские ценности и противопоставляет себя Ватикану. Никто из предшественников Иоанна Павла II не взял на себя бремя ответственности за вину церкви перед представителями других религий и конфессий. Папа – решился. Никто из предшественников не молился в синагоге или мечети. Папа – молился. Никто из римских пап не сделал столько для экуменического движения, сколько Иоанн Павел II, стремившийся к сближению религий и единению людей.
А ещё он был великим путешественником – и как обычный человек, и как глава католической церкви. Иоанн Павел II совершил более 100 апостольских поездок, посетив около 130 стран. И только у нас в России не был… Не по своей вине. Но это отдельная история.
Деятельность папы сама по себе очень интересна. Во многом таинственная для православных христиан (и неверующих – автор этой книжки убеждённый атеист) должность высшего представителя самой могущественной в мире церкви и главы не менее интригующего для светского человека государства – Ватикана. Сложная иерархия, множество не всегда понятных обязанностей. Всё это привлекает внимание к личности папы. Но ещё любопытней частная жизнь Кароля Войтылы – такое имя Иоанн Павел II носил до избрания главой Римско-католической церкви.
Что было в его прошлом? Обычное детство, обычная юность. Школа и путь к богу. Поэзия и драматургия. Мучительное одиночество и великая война, затронувшая миллионы судеб.
В той обычной жизни, что предшествовала его служению церкви, Кароль Войтыла тоже был выдающимся человеком. Необычайно одарённый от природы, Войтыла в юности освоил множество языков. Учился очень хорошо, намереваясь стать во взрослой жизни… актёром. И стал бы – если бы ни судьбоносная встреча с епископом Сапегой, ставшим духовным отцом будущего папы, его учителем и ангелом-хранителем.
В частной жизни папы Иоанна Павла II намешано всего понемногу – как в жизни любого смертного. Были и неудачи, и заблуждения. Не было маленьких преступлений, компромиссов, предательств, которые случаются у большинства людей, и которым мы не придаём особого значения.
Совесть Кароля Войтылы была кристально чиста. И уже это достойно того, чтобы мы знали и помнили этого человека.
Жизненный путь Кароля Йозефа Войтылы начался 18 мая 1920 года в небольшом польском городке Вадовице. Кароль стал третьим и последним ребёнком в семье отставного офицера, поручика польской армии Кароля Войтылы (младшего сына назвали в честь отца) и учительницы Эмилии Качоровской (это её девичья фамилия, в супружестве она приняла фамилию мужа).
Кароль был поздним ребёнком – когда он появился на свет, отцу исполнился 41 год, матушке 36, а старшему брату Эдмунду – 14 лет. Дочь Ольга умерла в младенчестве, ещё до рождения Кароля, что для Войтыл было большим семейным горем. Но Кароль, уже будучи взрослым, не забывал о своей несчастной сестричке и молился за упокой её души…
Семья Войтыл жила небогато. Пенсия отставного офицера и учительское жалованье вынуждали супругов экономить. Собственного дома у них не было – семья снимала квартиру в двухэтажном доме. Небольшой домик на шесть семей, который сегодня превращён в музей папы Иоанна Павла II. На первом этаже книжный магазин, на втором, там, где располагалась квартира Войтыл, комната с личными вещами папы – веслом каноэ, тремя парами лыж (папа был заядлым спортсменом) и три рясы.
Посетителей музея поражает аскетизм папы. Но так жила и его родительская семья. Ничего лишнего, только самой необходимое. И – книги, книги, книги.
В этом доме Кароль провел первые 18 лет жизни. Свое детство он вспоминал, как очень счастливую пору. И говорил о ней с грустью – римский папа скорбел об утрате близких, которые ушли один за другим. В 20 лет Кароль остался совершенно один.
Ему было о ком скорбеть. И отец, и мать, и старший брат Кароля личности яркие, одарённые.
Семья была очень религиозна. Поляк Кароль-старший и литовка Эмилия не просто посещали католический храм Вадовице, они искренне верили и соблюдали все церковные обряды. Вместе с родителями и старшим братом посещал храм и Кароль. И это, что крайне важно, не было неприятной обязанностью ребёнка, которого принуждают старшие, а его собственным желанием.
Всегда подтянутый, собранный, немногословный отец отличался необыкновенной добротой. По соседству с Войтылами жили еврейские семьи. И отец всячески поощряя дружбу сына с еврейскими мальчишками. Примечательный случай – в школьные годы Кароль играл в футбол. Он даже вступил в футбольный клуб «Краковия», где был на хорошем счету. Однажды были устроены межшкольные игры по футболу – между польскими и еврейскими школьниками. Но оказалось, что в еврейской сборной нет вратаря. И Кароль вызвался защищать ворота соперника, чтобы у его еврейских друзей была полноценная команда… Удивительно, если учесть бытовой антисемитизм, процветающий в те годы в Восточной Европе – в том числе и в Польше. Для Кароля, похоже, национальных различий не существовало.
Особым уважением и даже обожанием Кароля пользовался старший брат Эдмунд. Через три года после рождения Кароля Эдмунд поступил на медицинский факультет Краковского университета, окончил его и стал работать врачом. Кароль даже подумывал сам о медицине, хотя его больше интересовали языки.
Это уменьшительное имя – Лолек придумала Каролю матушка. Так его звали с раннего детства и… до глубокой старости. Было забавно слышать в резиденции папы в Ватикане это обращение – Лолек. Так звали его многие. Друг детства Ежи Клутер, с которым папа несколько раз в году встречался, чтобы поговорить о былом и пообедать. И друзья юности, которые навещали папу в Ватикане. Так звали его старые-престарые поляки, помнившие папу ещё юным Каролем Войтылой. К землякам папа приезжал несколько раз. И всегда эти встречи были трогательными и неожиданно человечными. Неожиданно – потому что речь всё-таки о папе, о человеке, облечённом очень высокой властью. И потому что под папской тиарой (которую, к слову, Иоанн Павел II не надевал, предпочитая скромную шапочку) таился вполне обычный, очень добросердечный, улыбчивый человек – простой, как все люди, доступный, как «раб рабов» (так звучит один из титулов Римского Папы).
Это простое уменьшительное имя звучит диссонансом с папскими титулами. Но такова уж жизнь – человеческое отходит в тень божественного… Почему мы пишем слова «Римский Папа», то с заглавных, то с прописных букв. Оказывается, дело здесь в применении этого словосочетания. Если перечисляются титулы главы католической церкви, то и Папа нужно писать с большой буквы. Если же просто пишем о папе – то с маленькой.
Заметим, что в жизни Иоанн Павел II не особо жаловал пышные церемониальные обращения. Он всегда стремился к простоте, но… должность обязывала.
Вернёмся в детство Кароля Войтылы. 13 апреля 1929 года в семье случилась трагедия – внезапно умерла матушка Эмилия.
Она умерла в цветущем возрасте – Эмилии не исполнилось и 45 лет. Кароль, которого в момент кончины матушки в городе не было (он на несколько дней уехал к крестной Марии Вядровской, сестре матушки Эмилии), впоследствии с горечью говорил: «Я не был при смерти моей матери, я не был при смерти моего брата, я не был при смерти моего отца». Как и любой сын, Войтыла ощущал вину перед столь рано ушедшей матушкой… Да, был ли в чём-то виноват?
Друзья детства папы рассказывали, что Кароль был очень любящим сыном – послушным на радость родителям, очень сердечным, внимательным. В принципе, в это верится сразу и бесповоротно, зная жизнь и деяния Иоанна Павла II. Доброта человеческая – это (увы!) редкий талант. С ним рождаются, с ним живут и с ним умирают. Войтыле повезло – он получил этот талант от бога и пронёс его до последнего дыхания…
Семья осиротела. Эдмунд давно жил самостоятельно в Кракове, лишь время от времени посещая родительский дом. Он только что окончил университет и готовился к карьере врача. И отец Кароль-старший остался, по сути, один с младшим сыном. После кончины супруги Войтыла старший не предпринимал попыток устроить личную жизнь. Остаток своих дней он посвятил младшему сыну, которого нужно было ещё воспитать, выучить, поставить на ноги.
Потеря матери в 8-летнем возрасте стала для Кароля настоящей психологической травмой. Отцу стоило больших усилий успокоить мальчика и убедить его, что жизнь не закончилась и что они вдвоём смогут справиться со всеми трудностями.
Но это была далеко не последняя потеря Кароля. В 1933 году семью Войтыл постигло новое горе. В результате несчастного случая скончался старший брат Кароля – Эдмунд. Это произошло во время приёма инфекционного больного. Эдмунд Войтыла, хороший доктор, отдающий всего себя выбранному делу, осматривал больного ребёнка. И… заразился скарлатиной. Ребёнок выздоровел, а его несчастный доктор умер.
Эдмунду было всего 27 лет. Он ровным счётом ничего в этой жизни не успел сделать, кроме как выучиться на врача и спасти несколько десятков жизней. И этого, конечно, немало. Но будущий папа Иоанн Павел II говорил, что очень сожалел о столь ранней смерти брата. Кароль считал, что Эдмунд лучше и талантливей его. Что у брата блестящее будущее выдающегося врача. И… не случилось…
Если смерть матери заставила маленького Кароля почувствовать себя сиротой, смерть брата оставила чувство обиды, то смерть отца стала поворотным моментом. После того, как Кароль остался совершенно один, а это произошло в грозном 1941 году, он решил посвятить свою жизнь церкви и служению богу.
Но впереди были ещё годы и годы. И немалый путь, который мальчишка Кароль Войтыла должен был пройти сам.
В 1930 году в жизни Кароля произошло важное событие. Тот день, когда он отправился с отцом в церковь на воскресную мессу, он запомнил на всю жизнь.
Отец молился, закрыв глаза, вкладывая в слова молитвы всю душу. Кароль же, ещё совсем малыш, старался пробормотать слова молитвы скороговоркой. Его ждали друзья, чтобы погонять мяч – Кароль был страстным футболистом и просто очень подвижным мальчиком.
Отец открыл глаза. Прислушался. А потом сказал: «Если молишься Святому Духу, делай это должным образом, сынок. Молитва не терпит суеты. Разговаривая с Богом, торопиться не следует».
И Кароль Войтыла-старший принялся негромко произносить слова молитвы, чтобы сын мог слышать его. А Войтыла-младший стал повторять, так же неторопливо, размеренно, с чувством… Что на него нашло? Сам Кароль считал, что просветление. Возможно, впервые в жизни молитва принесла ему облегчение и очищение. Ему даже показалось, что он слышит Его Голос. И мальчик… заплакал.
Слова отца Войтыла называл «важным духовным уроком». «Он научил меня, как нужно молиться», – говорил Кароль, уже будучи папой…
Во взрослой жизни, уже став священником, Войтыла очень часто вспоминал умерших родителей, брата и сестру, которую так никогда и не видел. Эти ранние потери он считал испытанием, которое ему ниспослал Всевышний… А по-человечески это было несправедливо. Судьба испытывала на прочность того, кто подобного испытания не заслужил.
Да разве бывает иначе?
В школу он пошёл шести лет от роду. Малыш был очень одарён – ещё до школы научился читать и писать. И в начальной школе, а потом и в мужской гимназии Вадовице показывал такие успехи, что считался лучшим учеником.
Он был прирождённым гуманитарием. Преуспевал в истории и философии, хорошо знал литературу. Любимыми предметами были религия и языки. Латынь, которая совершенно не давалась его одноклассникам, он выучил моментально. И другие языки – а Кароль Войтыла вышел из гимназии полиглотом, в совершенстве владея девятью языками, не считая родного польского, сразу – он запоминал на слух. Кароль, несомненно, был одарён музыкальным талантом, обычно именно таким детям изучение языков даётся легко и свободно.
В старших классах гимназии Кароль увлёкся классической литературой – поэзией и драматургией. И театром, став одним из «штатных» актёров школьного театра. Здесь у Кароля конкурентов не было – он ко всему прочему обладал удивительно красивым голосом. Умение петь и безупречный слух помогли ему и в карьере священнослужителя. Когда Войтыла вел службу, молящиеся замирали – до того прекрасным и волнующим был его голос.
А тогда, в тридцатые годы, Лолек Войтыла был популярнейшей в своей гимназии личностью. Не лидер, как может показаться, а добрый тихий мальчик, который был сильней и быстрей всех в классе. И только одно свойство его характера выделяло его среди лучших учеников. При своей силе и ловкости Кароль никогда и ни с кем не дрался. Его невозможно было вывести из себя.
Основателем гимназического театра стал преподаватель словесности Мечислав Котлажик. Более того, идея создания театра возникла после того, как Котлажик послушал декламацию Кароля – мальчишка читал с таким выражением, так непосредственно и живо, что у учителя тут же зародилась мысль использовать талант ученика «в благих целях».
Кароль своего учителя не подвёл. Обладая отличной памятью, он мог очень легко выучить наизусть целую пьесу, помнил все реплики, а потому в ходе репетиций и спектакля часто подсказывал своим товарищам забытые ими слова.
Талант и доброжелательность Кароля Войтылы так легли на сердце учителя, что тот пригласил мальчика домой. Потом ещё раз и ещё. Они чаевничали, угощались плюшками, которые пекла супруга Котлажика, и вели «умные беседы». Говорили о театре, о литературе, об истории. И эти разговоры будущий папа вспоминал с доброй улыбкой.
Посетив в 1979 году Краков, папа Иоанн Павел II вспомнил и старого учителя. Папа сказал: «Мечислав Котлажик считал, что моим призванием является слово и театр, а Господь Иисус считал, что капелланство».
Но Котлажик оказался прав. Окончив гимназию и поступив в университет, Кароль не оставил своего увлечения театром. Он и актёрствовал, и писал пьесы. А уже получив сан священника, стал настоящим религиозным писателем – за свою долгую жизнь Кароль Войтыла написал сотни статей и огромное количество книг.