© Николай Яковлевич Надеждин, 2024
ISBN 978-5-0064-3250-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Николай Надеждин
«Маленькие рассказы о большом успехе»
Иногда он приезжает ко мне в гости. Иногда – я к нему.
Жизнь развела нас по разным городам. Но мы сопротивляемся.
Он – замечательный фотохудожник Алексей Алексеевич Колосов. Я… не стоит и говорить…
Мы оба прошли через фотолюбительство. Правда, он давно, много лет назад, перешагнул через него, став настоящим профессионалом. А я так там и остался. И слава богу, что остался, мне в этом слове слышится прежде вторая часть – производное от «любить».
Для Лёши Картье-Брессон едва ли ни главный человек в ХХ столетии. Для меня, кажется, тоже.
Об Анри Картье-Брессоне Алексей Алексеевич рассказывал своим ученикам. Учеников этих – студентов Воронежского университета – десятки. И все любят Лёшу, как люблю его я. Мужик что надо, уж поверьте на слово. Сердечный, талантливый, светлый…
Когда я рассматриваю фотографии Картье-Брессона, я ловлю себя на мысли, что он снимал, как Алексей… В смысле, наоборот, конечно. Но совпадения поразительные. То же внимание к деталям. Та же динамика. Та же безупречная композиция. Каждый снимок – целый рассказ. А весь репортаж – повесть или даже роман.
Свои снимки Алексей иногда сопровождает стихами. И мне трудно сказать, что здесь главней. Стихи удивительные – как рисунки Картье-Брессона…
И все равно не понимаю – как же это у них получается. Не понимаю, но… восхищаюсь.
В наше время, благодаря успехам в области цифровых технологий, фотография стала доступной абсолютному большинству людей. Она доступна даже тем, кто терпеть не может возни с кюветами и фотографическими растворами – поскольку в цифровой фотографии никакие кюветы и растворы не нужны. Стремительно дешевеет и сама съемочная техника. Простой, но пригодный для получения качественных в техническом отношении снимков цифровой фотоаппарат способен приобрести любой человек, который зарабатывает хоть какие-то деньги. Более того, цифровая камера есть почти в каждом сотовом телефоне, а сами «мобильники» давно превратились в любимую «игрушку» миллионов людей. Вопреки распространённому мнению использовать «камерофоны» для занятия любительской съёмкой можно. И результаты будут вполне приличные – если обладатель такого телефона сумеет выстроить композицию кадра и нажать на кнопку спуска в нужный момент…
Собственно, Анри Картье-Брессон обладал лишь способностью моментально выстроить композицию и нажать на кнопку спуска – затвора своей «Лейки». И всё! Лабораторной обработкой снимков – всякого рода трюками при обработке плёнки, кадрированием при оптической фотопечати – он почти не занимался. Более того, старался придерживаться принципа – процесс творчества фотографа заканчивается в момент срабатывания затвора. Затем остается лишь отобрать из готовых снимков лучшие.
Но как же безграничен, как универсален был его талант! Посмотрите на его фотографии. Это – чудо. Чудо светописи…
Вообще, Картье-Брессон не разделял фотографию на любительскую и профессиональную. И был прав. Мы же не говорим о себе, как о профессионалах наблюдения за жизнью? Но до последнего дыхания наблюдаем, анализируем, стараемся запомнить самые удивительные моменты.
Фотограф – тоже наблюдатель, вооруженный устройством (фотоаппаратом), позволяющим зафиксировать впечатление… Именно – впечатление, а не просто застывшую картинку, повествующую о том или ином событии.
Себя Картье-Брессон называл фотолюбителем, хотя лучшие фотохудожники ХХ столетия считали его выдающимся мастером, профессионалом из профессионалов. При этом Анри вовсе не кокетничал и не принижал значения своей профессии. Он был очень скромным человеком. И искренне удивлялся – как же у него получаются столь удачные снимки (шедевры!). Чтобы в этом убедиться, достаточно прочитать его книжки по фотографии. Картье-Брессон стремился поделиться с фотографами своим мастерством, но при этом не мог (!) объяснить главного – как он видит то, чего не замечают все остальные.
Секрет в том, что он был предельно честен. Именно Картье-Брессон вывел главный принцип фотожурналистики – снимать реальное событие, а не постановку. Он не возражал против постановочных кадров. Но… это уже не репортаж, а нечто иное. Попытка реконструкции события или… его фальсификация?
Анри Картье-Брессон стал одним из основоположников фоторепортажа, как жанра документальной фотографии и достиг в этой области недосягаемых высот. На своем пьедестале он был одинок. Картье-Брессон и… все остальные. Причём, достаточно далеко – где-то там, у подножия.
Всмотритесь в фотографии Анри Картье-Брессона. Это подлинные произведения изобразительного искусства. И в то же время – ничем не приукрашенная реальность, жизнь, как она есть. Мгновенья истины.
Он сформулировал очень простой закон, который работает стопроцентно и сразу во множестве областей человеческой деятельности. Этот закон работает в жанре фоторепортажа. Он работает в документальной фотографии в принципе – в том числе в жанре портрета. Он работает в журналистике вообще, включая все её виды. И, что совсем удивительно, его закон работает и в… жизни. Да, да, в самой что ни на есть обыденной жизни. Этот закон Картье-Брессона укладывается в два слова – «не лгать».
По Картье-Брессону, фоторепортёр должен быть незаметен, неотличим от других людей. Он должен срастись с толпой, быть частью человеческого сообщества. И уметь в нужный (решающий!) момент выхватить мгновенье наибольшего напряжения, чтобы одним снимком передать суть происходящего.
Если мало одного снимка, можно сделать два или три. Или десять. Но начинал Картье-Брессон с одного снимка. И большинство его восхитительных «репортёрских фотокартин» укладывается в единственный снимок.
Один кадр и – целая история! Со своим началом, кульминацией и развязкой.
Работы Картье-Брессона, которые так и подмывает назвать «бессмертными», «вечными» – поскольку это явление высокого искусства – обретают особый смысл в наши дни. Почему? Да потому что именно сегодня журналистика, как профессия, как вид человеческой деятельности, переживает глубочайший кризис.
Вдруг оказалось, что правда жизни никому не нужна. И что люди должны получать «позитивные новости», даже если этот позитив расходится с реальным положением вещей.
Не надо пугать людей, не надо вносить в их и без того непростую жизнь смятение… Не надо?! А как же они узнают, что жизнь их «непроста»? И как смогут изменить её к лучшему, не зная, что живут неправильно, плохо?
Журналисты превратились в толкователей, комментаторов и пропагандистов, а это совершенно другая профессия. Они превратились в ведущих ток-шоу, приукрашивателей и развлекателей. А правда жизни стала редким и почти невостребованным «минералом».
Картье-Брессон не умел лгать. В его фотографиях нет и намека на украшательство. Он – один из нас, «простых людей», тех, что живут своей частной жизнью. И его репортажи подкупают именно тем, что выполнены со строгим соблюдением норм настоящей журналистики. А журналист – это, прежде всего, посредник между народом и властью…
Думается, что школа Картье-Брессона, его замечательные книги по фотографии будут актуальны всегда. И всегда найдутся репортёры, которые пойдут по его стопам. И тогда нам не придётся брезгливо отворачиваться от газетных лотков или подавлять в себе желание выбросить телевизор.
Творчество Картье-Брессона – настоящая школа фотографии. И не только для профессиональных фоторепортёров (хотя, прежде всего именно для них), но и для обычного «человека с фотоаппаратом».
Современная камера, как бы они ни была хороша, в руках человека неумелого, лишённого тяги к творчеству, нелюбопытного, равнодушного – всего лишь глупая, бессмысленная игрушка. И наоборот – самый простой фотоаппарат превращается в волшебный инструмент в руках человека ищущего, увлечённого… нет, не фотографией – самой жизнью!
Что толку от толстенных альбомов семейных фотографий, если все снимки сделаны механически и бездумно? И как же они, эти семейные снимки, хороши, когда мы видим улыбающееся лицо любимой, игру ребёнка или свою кошечку, когда она была котёнком. И все это снято с любовью, с большим вниманием к самому событию и к деталям.
Снимки Картье-Брессона – отличная фотолюбительская школа. Понятно, что снимать, как он, мы, скорее всего, не научимся никогда – хотя бы потому, что это редчайший талант. Но научиться видеть через видоискатель реальную жизнь, научиться распознавать тот самый «решающий момент», передавать атмосферу, царящую вокруг события – в наших силах.
Анри с большим уважением относился к фотолюбителям. И посетив за свою жизнь десятки стран, во время фотосессий старался затеряться среди туристов, снимающих достопримечательности. Ему было комфортно среди нас – людей, «щелкающих» затвором, чтобы зафиксировать на память свои поездки.
Для опытных фотолюбителей, стремящихся совершенствовать своё мастерство, имя Картье-Брессона – вовсе не пустой звук. А для профессионалов Картье-Брессон – один из основоположников творческой фотографии и даже её «пророк». Тем интересней основные принципы творческой фотографии, сформулированные этим выдающимся мастером.
О «решающем моменте» мы уже говорили и ещё поговорим, ибо это одно из главных открытий Картье-Брессона. Но есть и ещё несколько постулатов, следование которым непременно пойдёт на пользу делу.
Прежде всего, Картье-Брессон призывал фотографов (любителей и профессионалов) стремиться к устранению негативного отношения к человеку с камерой в руках. Когда нас фотографируют, мы невольно напрягаемся. В некоторых странах (в частности, в мусульманских) фотографирование людей не приветствуется вообще. Следовательно, фотограф должен стать незаметным, приучить окружающих к виду своей камеры, добиться нейтрального к ней отношения. Он не должен привлекать к себе внимания, быть многословным и навязчивым. Не должен быть агрессивным и надменным.
Фотографируя какое-либо событие, нужно видеть все – особенно детали, которые могут стать основой композиции снимка и рассказать больше, чем фигура, снятая «в лоб», напрямую.
Снимая портрет, нужно стремиться к тому, чтобы человек не чувствовал напряжения, не старался казаться лучше, не принимал неестественной позы. Фотограф должен стремиться понять характер портретируемого и передать его в своём снимке…
Ничего вроде бы сложного? А он и не говорил, что это сложно.
Замечательный человек, большой художник, энтузиаст фотографии, один из основоположников фотожурналистики вообще и жанра фоторепортажа в частности, Анри Картье-Брессон родился 22 августа 1908 года в местечке Шантлу-ан-Бри, что недалеко от Парижа. Почти за год до его рождения Марта Ле Вердьер, будущая матушка Анри, происходившая из рода зажиточных нормандских торговцев хлопком и землевладельцев, и Андре Картье-Брессон, сын промышленника, владевшего нитяной фабрикой, стали супругами. Анри был их первенцем – старшим из пяти детей.
У семьи Картье-Брессонов любопытная история. Дед Анри (мальчика назвали в его честь) носил фамилию Картье и вместе с братом был земледельцем. Однажды в деревню, где жили Картье, из Парижа приехала семья богачей Брессонов. Прабабку Анри Брессоны наняли для ухода за детьми. Да так привыкли друг к другу, что подросшие и успевшие побывать в учениках на нитяной фабрике Брессонов сыновья Картье женились на дочерях своего шефа, войдя в нитяной бизнес бывших хозяев. Интересно, что дед Анри сохранил собственную фамилию Картье. А Картье-Брессоном стал Андре – эта фамилия была зарегистрирована в 1901 году, когда будущий отец Анри достиг совершеннолетия.
Своих родителей Анри иронично называл «социалистическими католиками», имея в виду набожность отца и матери и их демократичность по отношению к наёмным работникам.
Заметим сразу – достоверных биографических данных о жизни Анри Картье-Брессона очень немного. И все, что мы знаем, почерпнуто из его книг – вовсе не биографических, а посвящённых фотоискусству. Дело в том, что Анри, действительно, был очень скромным человеком, всю жизнь избегал шумных чествований и какого-либо внимания к собственной персоне. Есть некоторые сомнения относительно изложенных самим Картье-Брессоном фактов своей биографии. Но не из-за каких-то попыток выглядеть лучше, а, скорее, из-за забывчивости и некоторой «скороговорки», к которой мастер фотографии прибегал, когда говорил о себе. Мы будем ориентироваться на сведения, которые изложены в книгах Картье-Брессона…
Что это было за детство? Очень обеспеченное. В этом смысле Картье-Брессону, конечно, повезло. Он не был вынужден думать о куске хлеба и зарабатывать на жизнь, во всяком случае, до начала 30-х годов. И это позволило Анри быть свободным в своих творческих исканиях… Многим ли суждено подобное? Обычно творческие люди тратят колоссальные силы на преодоление бедности. И это не всегда хорошо сказывается на их творчестве. Расхожая формула «художник должен быть голодным» – не более чем миф.
У маленького Анри были хорошие игрушки. На лето его вывозили в Нормандию к родственникам матушки. Зиму он вместе с младшими детьми Картье-Брессонов проводил в Париже. Его родной дом находился, практически, в городской черте – на берегу Сены.
В пятилетнем возрасте Анри стали обучать игре на фортепиано, но из этого ничего не получилось. Матушка Марта, сама женщина музыкально одарённая, с большим сожалением была вынуждена признать – у Анри не было даже намёка на музыкальный талант.
В предрождественский вечер 1913 года к Картье-Брессонам приехал погостить дядюшка Луи, брат отца Анри. Взглянув на детские рисунки мальчишки, дядя Луи пришёл в полный восторг. И тут же увёз племянника в Париж – в свою мастерскую, где показал свои живописные полотна. Анри был очарован. С этого момента его главным увлечением стала живопись.
Увы, дядюшка Луи умер в 1915 году – он стал одной из жертв разразившейся мировой войны. Но художественное зерно в душу Анри этот светлый человек всё-таки заронил
В семилетнем возрасте Анри Картье-Брессона определили в парижскую католическую школу «Эколь Фенелон», где он и получил среднее образование. Школа престижная, элитная. Особое внимание здесь уделялось развитию творческих навыков учащихся. И здесь художественный талант Анри получил должное развитие. Он очень неплохо рисовал – до того неплохо, что к окончанию школы заявил отцу, что совсем не хочет поступать в технический вуз. И, вообще, намерен стать… художником.
Папаша Андре был, конечно, очень рассержен. Он рассчитывал, что старший сын станет его преемником в семейном бизнесе. Но этого не произошло. И дело отца продолжили братья Анри. Отец, человек миролюбивый и добрый (Анри перенял многие черты отца и сам был человеком улыбчивым и добродушным), в конце концов, махнул рукой. Художником, так художником. Почему бы и нет?
Как и у многих детей из обеспеченных семей у Анри был свой собственный фотоаппарат – американская камера «Box Brownie» компании «Kodak». Просто устроенная бакелитовая (то есть из проклеенной бакелитовым лаком целлюлозы, из которой был выполнен корпус) фотокамера с примитивным объективом, заряжающаяся широкоформатной 6-сантиметровой плёнкой, Этот «Бокс Броуни» в начале ХХ века был очень популярным фотоаппаратом. Продающаяся за 1 доллар камера считалась «детской», но, по сути, была одним из первых доступных фотоаппаратов.
Возможно, некоторые особенности этого фотоаппарата определили особенности метода Картье-Брессона. Дело в том, что камера была выпущена Джорджем Истменом под известным рекламным слоганом – «вы нажимаете кнопку, мы делаем все остальное». Расчёт был на сеть фотолабораторий, открытых Истменом по всему миру. Отсняв плёнку, владелец камеры сдавал её в фотолабораторию, платил деньги и получал заряженный фотоаппарат и отпечатанные фотографии.
Картье-Брессон снимал много и охотно – сугубо по-любительски. О каком-либо творчестве речи пока не шло. И фотолюбительство Анри прошло мимо «черной комнаты» и фотокювет. Он не печатал своих фотографий, лишь выстраивал кадр и нажимал кнопку спуска затвора.
Подобным образом он действовал, и уже став знаменитым на весь мир фотохудожником. Кюветы с растворами проявителя и фиксажа, как и колдовство с фотоувеличителем, его не волновали.