100 великих тайн Второй мировой


100 великих тайн Второй мировой

«Восточные приключения» Генриха Харрера

Конец августа 1939 года. Генрих Харрер поднялся на Нанга-Парбат, одну из самых высоких вершин Гималаев, в качестве члена экспедиции, проводившейся под покровительством рейха. Экспедиции удалось открыть новый путь наверх, и в Карачи участников ждало судно, которое должно было отвезти их в Германию. Оставались считанные дни до начала Второй мировой войны, и напряжение чувствовалось повсюду. 29 августа экспедиция привлекла внимание одной из частей английской колониальной армии…

1 сентября 1939 года немецкие войска перешли границу с Польшей и Англия объявила войну Третьему рейху. «Через пять минут после объявления войны двадцать пять солдат-индусов, вооруженные до зубов, ворвались в комнату, где мы находились, и увели нас с собой», – сообщает сам Харрер. С этого момента начались его подлинные «восточные приключения», которые продолжались до самой оккупации Тибета китайскими коммунистами.

Одной из групп, которая большей частью слилась с нацистским движением, была «Вандерфогель», или «птицы-скитальцы». Речь идет о молодежном движении, которое призывало к возврату на лоно природы и жизни вдали от городской суеты. Многие из «птиц» были альпинистами и скалолазами. В середине 30-х годов «вандерфогели» верили, что их идеи превосходства, силы и дисциплины совпадают с идеалами нацистов и соответственно охотно вступали в партию.

История австро-немецкого альпинизма с 1939 по 1945 год совпадала с путем нацизма. В Третьем рейхе субсидировали экспедиции, лучших альпинистов эпохи принимали в СС, а в Орденских замках техника скалолазания считалась такой же обязательной для изучения, как военная тактика, германская мифология и руны.

Генрих Харрер, преисполненный духа «вандерфогелей», посвятил восхождениям на горные вершины 18 лет. Он считался спортсменом высшего уровня и за это получил право вступить в СС. В 1938 году, когда он уже был в составе СС, Харрер и трое других альпинистов из той же группы впервые взобрались на вершину Эйгер в Швейцарии по ее северному склону. Это было признано настоящим подвигом.

В течение всех трех дней, что длилось восхождение, Гитлер следил за сообщениями о продвижении экспедиции и, когда она успешно завершилась, пожелал познакомиться с ее участниками. Хроника повествует, что фюрер встретил их очень взволнованным вопросом: «Товарищи, а что вы сделали?» Харрер отвечал: «Мы поднялись на вершину Эйгер ради нашего фюрера».

В 1942 году группа альпинистов СС поднялась на Эльбрус – на Кавказе – чтобы установить на вершине нацистское знамя со свастикой. Полное значение этой акции можно понять, вспомнив, что древние персидские ученые считали Эльбрус священной горой арийской космогонии.

В начале 1939 года члены экспедиции на Тибет, которую вел Эрнст Шефер, член СС и чиновник Института Аненэрбе, получили аудиенцию далай-ламы и в течение нескольких месяцев жили в священных городах Лхасе и Шигацзе. Различные сведения касательно этой экспедиции, переданные пятью исследователями и двадцатью солдатами СС, хранятся в виде микрофильмов в Национальном архиве Вашингтона.


Нацисты стремились в Лхасу в поисках таинственных знаний


Хотя официальной целью экспедиции было изучение флоры и фауны этого региона, ходят слухи, что Шефер и его люди добыли для Гитлера некоторые документы такой важности, что он держал их в сейфе берлинского бункера. Есть сведения, что фюрер чуть ли не ежедневно размышлял над одним из этих «документов». Скорее всего речь идет о символическом изображении, или мандале, весьма распространенном в тибетском буддизме. Также кое-кто считает, что члены экспедиции на Тибет привезли документ, в котором далай-лама признает Гитлера мировым главой всех арийских народов. Но все эти сведения плотно прикрыты завесой слухов и легенд. Одно ясно: приказы Шеферу исходили непосредственно от Гиммлера, настоящего маньяка во всем, что касалось оккультизма.

Можно с уверенностью сказать, что экспедиция СС привезла одно настоящее сокровище, которого до тех пор никто на Западе не видел: «Канджур», свод священных текстов в 108 томах на тибетском языке. Говорят, что верхушка СС особенно была заинтересована ритуалом Тантра Калачакра. Эта Тантра – одна из высших посвящений в тибетском буддизме, но что парадоксально, она может быть передана даже профанам, правда, после некоторой предварительной подготовки. Принявшему это посвящение гарантируется перерождение в Шамбале в момент последнего сражения между злом и добром. Посвящение в Тантру Калачакру даже сегодня дается некоторыми религиозными авторитетами тибетцев, и в 1995 году далай-лама провел эту церемонию в Барселоне. Речь идет о воинском посвящении.

На заре гитлеризма один отдел СС, с Гиммлером во главе, занимался поисками новой мудрости, которую можно было бы привить к нордическо-германской традиции для ее возрождения. И искали ее там, где существовала живая воинская традиция ариев: на Тибете. Тибетская и германская традиции имеют кое-что общее: обе говорят о тайном священном центре, Шамбале или Валгалле; о последней битве (Рагнерек – у германцев), во время которой только элита воинов сможет встретить завершение нынешнего исторического цикла и подготовить наступление Нового Порядка. Ритуал Тантры Калачакры, в который был посвящен Шефер и некоторые из его людей, подтверждал прямую передачу живой традиции и таким образом возможность возрождения нордическо-германской традиции.

В 1937 году немецкое посольство в Калькутте поддерживало движение за независимость Чандра Босса, соперника Ганди, и даже финансировало антибританский еженедельник, выпускавшийся членами высшей индийской касты. Посол фон Зальцман в предвоенное время установил тесные контакты с кастой браминов, поддерживая их антиколониальную борьбу. Отто Ран, другой высокопоставленный член СС, который за год до того глубоко исследовал движение катаров во французской Окситании, в 1941 году направился в Ирак, чтобы стимулировать там антиколониальное восстание, а затем переехал в Италию.

Нет прямых подтверждений тому, что Генрих Харрер был одним из таких немецких интеллигентов, но он определенно пользовался поддержкой режима на высшем уровне, и с началом войны вел себя как солдат своего правительства.

С того момента, как он попал в плен 1 сентября 1939 года, его единственным стремлением было бежать. Такая возможность ему представлялась дважды и дважды он пускался в почти месячный путь к Тибету. Заключенный в карцер, он снова пытался бежать, два раза подряд, и, наконец, ему повезло. В своей книге «Семь лет в Тибете» он дотошно описывает, как готовил побег, продумывал все в мельчайших деталях и вел себя вовсе не как член элитного отряда альпинистов, а настоящий тайный агент.

17 мая 1944 году он наконец добрался до Тибета. С помощью немецкой делегации, бывшей в Лхасе, Харрер нашел понимание у тибетских чиновников и в конце концов стал доверенным лицом самого далай-ламы. Он оставался в Тибете вплоть до китайского вторжения. Войну он пробыл в плену или жил высоко в Гималаях, и большинство документов, которые могли бы пролить свет на его участие в операциях СС, были уничтожены, поэтому после войны Харрер не был привлечен к суду.

* * *

Карл Хаусхофер вошел в историю как один из самых известных теоретиков геополитики. Считается, что он был посвящен в члены некоего секретного общества во время своего пребывания на Ближнем Востоке в качестве военного советника. Впоследствии он был не только одним из первых членов нацисткой партии, но и профессором и самым близким другом Рудольфа Гесса, заместителя Гитлера. Некоторые историки полагают, что это он вдохновил Гесса лететь в Англию и, наконец, что его сын и помощник Альбрехт участвовал в заговоре против Гитлера и был расстрелян нацистами. Через Гесса Хаусхофер проводил свои геополитические идеи к самой вершине Третьего рейха. Он утверждал, что в Азии, за хребтом Гималаев, между Тибетом и Сибирью, существует особая зона, которая с точки зрения геополитики может рассматриваться как «центр мира». Этот район защищен от нападений с моря и, таким образом, весьма безопасен. Любое движение народов, проживающих там, неизбежно отзывается на их ближайших соседях и, подобно цепной реакции, передается в весьма отдаленные места планеты. Оттуда исходили различные нашествия, которые захватывали в своем движении другие азиатские народы, один за другим, и вели их на Запад.

Хаусхофер считал, что стратегия наступления на этот район может сдержать натиск сибирских народов, то есть русского коммунизма, на Запад. Именно поэтому для Третьего рейха имело жизненное значение установление контактов с народами этой области, которая географически совпадает с той, где буддисты тибетской и других – бурятской и монгольской – традиций поддерживают вечное царство Шамбалы, место обитания Царя Мира.

Изучение Генрихом Харрером доктрин тибетского буддизма, таким образом, не было случайным в истории нацистской Германии… Тут многое еще предстоит открыть.

Копье Оттона – заветная мечта Гитлера[4]

Захват Австрии был для Гитлером мечтой жизни. Этот несостоявшийся художник и отставной ефрейтор, а позже – вождь нации мечтал овладеть… Нет, не Польшей, не Францией и не Россией, а невзрачным черным куском железа. Точнее – наконечником древнего копья, который считался одной из главных христианских реликвий и хранился в бывшем дворце Габсбургов – венском музее Хофбург. Экспонат носил название «Копье Оттона III» – императора Священной Римской империи.

Еще в 1909 году начинающий живописец Адольф Гитлер ежедневно, как на работу, приходил в Зал Сокровищ этого музея и часами простаивал перед витриной, за которой на алом бархате чернело Копье Оттона. Будущий фюрер молился на него, вожделел его, грезил, как в один прекрасный миг возьмет священный предмет в свои руки. Он кожей, оголенными нервами, всем своим естеством ощущал, как от этого неприметного куска металла исходят незримые волны какой-то неземной, всесокрушающей мощи. И верил: когда-нибудь эта мощь вольется в него самого и поможет покорить мир.

 

А в 1917 году это вожделение перешло совсем уже в открытую манию. Тогда молодой Адольф совместно с Альфредом Розенбергом и еще двумя «братьями по духу» проводил спиритический сеанс, и вызванный Гитлером дух некоего немецкого князя напророчил: новым предводителем Германии станет тот, кто завладеет Копьем! И вот через полтора десятилетия, утвердившись во главе «Новой Германии», этот мечтательный мистик еще более окреп в своей решимости захватить Копье Оттона. Нетерпение переполняло «арийца № 1»! Сколь велико оно было, можно судить по такому факту. Шел 1935 год, рейх еще только набирался сил, чтобы вторгнуться в Австрию. И вот – знаменательное событие: здесь открылся так называемый Центр нацистской религии, которому предназначалось впоследствии вырасти в некий «Ватикан СС». Так вот один из главных залов этого фашистского пантеона получил известность как «Комната Копья»: центральное место в нем занимала копия Копья Оттона III!

Но копия не могла удовлетворить сгоравшего от нетерпения фюрера. И прежде чем его войска вторглись в Австрию, он дал указание обеспечить сохранность Копья, пока танки с крестами не возьмут под свою «опеку» дворец Габсбургов.

В марте 1938 года гитлеровские стальные клинья впились в тело суверенной альпийской республики, президент Австрии Миклас распорядился сделать все возможное, чтобы уберечь исторические реликвии от немецких интервентов. Тотчас полицейские подразделения отправились к Хофбургу. Но там их встретил отряд австрийских эсэсовцев, и земляки эти оказались настроены весьма агрессивно. Доблестная полиция сочла за благо не выполнить распоряжения своего президента и отступила.

И вот наступил, возможно, самый счастливый миг за всю жизнь Адольфа Гитлера: бросив дела государственные, военные и партийные, он самолично заявился в австрийский дворец, который к тому времени был уже окружен частями 8-го армейского корпуса немецкой армии, и наконец уединился с вожделенной реликвией.

Спустя полгода после этого трогательного свидания, 13 октября 1938-го, Копье Оттона со всеми возможными почестями было переправлено специальным бронепоездом в Германию и помещено в Нюрнбергскую церковь Святой Екатерины. Вместе с Копьем сюда перебрались из Хофбурга лоскут скатерти, покрывавший стол во время Тайной Вечери, кошель святого Этьена, зуб Иоанна Крестителя и другие христианские реликвии.



Фрагменты таинственного Копья Судьбы


Заполучив долгожданное Копье, Гитлер стал прибирать к рукам Европу – перекраивать карту мира и ваять контуры «Нового Рима»…

Почему фюрер столь маниакально рвался к обладанию именно этой реликвией? Почему так безоговорочно верил, что она позволит ему вершить судьбы государств и народов? Да потому, что вся предыстория священного Копья (а она насчитывает несколько тысяч лет!) убедительно доказывала: тот, кто владеет им, – владеет всем миром.

Копье было выковано с соблюдением сакрально-мистических ритуалов по приказу третьего первосвященника Иудеи Финееса, известного своими незаурядными способностями в сфере магии и каббалистики. Согласно замыслу Финееса, Копье символизировало магические силы крови иудеев как избранного народа (об этом факте, глубоко оскорбительном для всякого арийца, Гитлер, вероятно, предпочитал не вспоминать). С той поры началось триумфальное шествие Копья по всему миру.

Это путешествие сопровождались победным пением фанфар и потоками крови, гибелью целых государств и рождением новых могущественных империй.

Легендарный военачальник Иисус Навин, потрясая этим Копьем, бросился на мощные укрепления осажденного Иерихона, и надежнейшие стены внезапно рухнули. Побывало Копье и в руках Ирода Великого, приказавшего изничтожить всех младенцев мужскою пола Иудеи, чтобы не дать взрасти будущему «царю Иудейскому». С каждым новым владельцем это Орудие Власти обрастало все большей славой, целые народы благоговели перед ним. Кажется, никто уже не сомневался: Копье наделяет своего обладателя сверхчеловеческими возможностями, позволяющими ему вершить судьбы мира, творить Великое Добро или же Беспримерное Зло. Среди владельцев Копья Власти исторические хроники называют Оттона Великого – императора Священной Римской империи, Генриха I Птицелова – основателя Саксонской королевской династии, римского императора Константина Великого, провозгласившего христианство официальной религией. С Копьем в руках могущественный король остготов Теодорих разгромил орды доселе непобедимого Аттилы, император Юстиниан вновь отвоевал у варваров земли бывшей Римской империи, а предводитель франкского воинства Карл Мартелл разбил арабов, предотвратив их вторжение в Западную Европу. Карл Великий – объединитель и властитель всей Европы, одержавший победы в 47 военных походах, постоянно держал Копье подле себя. Хозяевами священной реликвии объявляли себя Фридрих Барбаросса и свыше сорока других германских императоров. Фридрих Второй использовал копье в своих крестовых походах и сражениях, которые постоянно вел против итальянских государств и армии папы.

Именно это Копье и свершаемые с его помощью подвиги вдохновили крестоносцев на создание могущественного Тевтонского Ордена. И впоследствии, на протяжении столетий, наследники тевтонских рыцарей, терпя военные поражения и исторические унижения, возвращались своими чаяниями к чудодейственной силе Копья.

Не стал исключением и Адольф Гитлер, особенно склонный к мистическим исканиям и вере в сверхъестественное. Впрочем, Копье не было безусловной принадлежностью одних лишь немцев. Им обладали и французские Меровинги. Да и Наполеон буквально дневал и ночевал с Копьем Власти. Правда, у великого корсиканца этот талисман выкрали именно в тот момент, когда он двинулся на Москву…

Отчего же это Копье особо почитается поклонниками Христа и причислено к главным реликвиям христианства? Потому что, согласно преданию, на нем запеклась кровь Спасителя, распятого на кресте.

В тот период оно принадлежало Гаю Кассию – капитану стражи, который был наделен особыми полномочиями при осуществлении государственных церемоний, правосудия и казней. Он наблюдал и за ходом казни Христа на Голгофе. Когда казалось, что Иисус уже мертв, Кассий подъехал к его кресту и уколол своим (тем самым!) копьем распятое тело. Из раны заструилась кровь, показавшая, что Христос еще жив. В историю христианства Гай Кассий вошел под именем Лонгин. А само Орудие Власти, обагренное кровью Христа, сделалось священной реликвией и получило новое имя – Копье Лонгина (среди многочисленных названий Копья это стало наиболее распространенным).

Интересно, что в мире имеется несколько артефактов, претендующих на звание и роль Копья Лонгина. Об одном из них мы только что рассказали. Но есть и его двойник, хранящийся в Ватикане. А помимо этого еще и в Кракове существует некое копье-реликвия.

Впрочем, большинство исследователей склоняются к мнению, что истинным Копьем Лонгина является именно то, что хранилось во дворце Габсбургов и олицетворяло сокровенную мечту Гитлера, жаждавшего властвовать над миром.

А чем же завершился «Гитлеровский период» в жизни Копья Лонгина? После массированных английских бомбардировок Копье было укрыто в подземную галерею, упрятанную под Нюрнбергской крепостью: там для него специально оборудовали бронированный бункер. Но в октябре 1944 года бомбы союзной авиации перепахали Нюрнберг до основания и открыли доступ в хранилище священных ценностей.

С той поры начинается агония «Тысячелетнего рейха». Армии Жукова пробиваются все ближе к Берлину, а с Запада наступают войска союзников. И главная забота фюрера – спасти в первую очередь не Германию, не немецкую нацию, а драгоценную реликвию: «Сохраним Копье, и Германия возродится!» Он распоряжается тайно вывезти Копье и другие предметы мистического поклонения из разрушенного подземелья и спрятать их в специальной камере, оборудованной внутри скалы. Одновременно, чтобы сбить со следа разведки противников, проводится операция прикрытия: колонна грузовиков тайно вывозит некий якобы засекреченный груз из нюрнбергских подземелий и доставляет к австрийскому озеру Целль, неподалеку от Зальцбурга, где таинственные ящики благополучно погружают в озерные воды. И тут в операции, блестяще подготовленной и организованной с истинно немецкой скрупулезностью, неожиданно происходит сбой. Ошибка. Выполняя приказ Гитлера, исполнители акции вывозят и надежно захоранивают в скале, как и планировалось, все особо ценные экспонаты из Нюрнберга. Все, кроме самого главного, ради которого и разыгрывалась эта сложнейшая, многоходовая комбинация! Копье Лонгина в списках предметов на вывоз было обозначено одним из наименее известных своих имен – «Копье святого Маврикия». Но малосведущая в исторических ценностях солдатня спутала его с также хранившимся в экспозиции Мечом святого Маврикия и, бережно завернув в стекловату, а затем укрыв в футляр из чистой меди, вывезла именно его. А Копье Лонгина осталось беспризорно валяться среди третьестепенных экспонатов, оставшихся «на разграбление американским варварам».

30 апреля 1945 года они наткнулись на вход в подземелье и обнаружили там, помимо прочего, Копье Лонгина. Но не придали ровным счетом никакого значения этой невзрачной «железяке». И неизвестно, как сложилась бы дальнейшая его судьба, если бы о металлическом наконечнике случайно не прослышал находящийся вдали от Нюрнберга генерал Паттон. В отличие от своих коллег он нешуточно увлекался историей, мифологией, древними мистериями и был в этих вопросах подлинным знатоком. А потому, услышав краем уха о наконечнике копья, он тотчас примчался в Нюрнберг. После чего «непонятная железяка» была восстановлена в своем высочайшем статусе, а спустя несколько месяцев, согласно приказу Дуайта Эйзенхауэра, генерал Кларк в торжественной обстановке передал ее бургомистру освобожденной Вены.

Копье Лонгина и поныне хранится под витринным стеклом во дворце Хофбург. Впрочем, вот уже десятки лет не затихают упорные слухи, будто бы прагматичные американцы передали австрийцам искусно выполненную копию Копья. А сам оригинал решили не выпускать из собственных рук.

Отто Ран и Катары: между тайной и мошенничеством

Нашли ли нацисты чашу Грааля? Этот весьма каверзный и, казалось бы, праздный вопрос, однако, всерьез и весьма живо интересовал немецкий народ во время гитлеровского господства. Загадочная археологическая экспедиция, финансированная Третьим рейхом, отправилась на поиски драгоценного полумифического предмета во Францию, которую вскоре после этого оккупировали немцы – а точнее, в то самое место, на которое много веков назад пала легендарная тень катаров. Что же представлял из себя этот «исторический похода на самом деле?

Многие из тех, кто собирается углубиться в историю катаров, самой распространенной и жестоко подавленной ереси средневековой Европы, изучив источники этой подлинной религиозной революции, развернувшейся в Аквитании и на севере Италии, рано или поздно наткнутся на книгу, которая стала уже почти классикой для тех, кто изучает средневековье: «Крестовый поход за Граалем» немца Отто Рана.

Отто Ран родился в Михельинштадте, графство Оденвальд, в 1904 году. В 1929-м, став лиценциатом права, он всерьез увлекся чтением немецких поэтов-трубадуров средневековья и больше всего – духовной ересью миннезингеров и их неоязыческой мифологией, возникшей, правда, в недрах христианства и собранной в «Парсифале» Вольфрама фон Эшенбаха. Из сочинений певца Грааля Ран, без сомнения, почерпнул глубокий символизм, который заключается в Священной причастной чаше и уходит далеко за рамки традиционного церковного, относящегося к таинству эвхаристии. Но Ран возжелал материального воплощения своего духовного образца и бросился на поиски этой реликвии, которая, как он вынес из чтения текстов Эшенбаха, должна была находиться в том самом месте, где поэт черпал свое вдохновение: там же, где зародилась «веселая наука» – в катарской Аквитании.

С собой в дорогу Ран взял поверхностное и весьма поэтическое представление о катарстве и завидную трудоспособность. Ран встретил множество людей, готовых помочь ему в его устремлениях. Основная его идея заключалась в том, что таинственная и неуловимая чаша Грааля, которую искали рыцари короля Артура и которую привез со Святой Земли Иосиф Аримафейский, могла быть спасена и заботливо сохранена катарами, почитавшими ее как самое ценное из сокровищ на земле. Вскоре Ран располагал добровольными гидами, которые провели его по всем главным местам катарской географии. Он проник в руины крепости Монсегюр, где местный эрудит, Антонин Гадаль, одержимый катарами, усердно разыскивал альбигойское сокровище: рукопись Евангелия от Иоанна. И в сопровождении этого знатока и других случайных проводников Ран направился в пещеры Сабарты, особенно уповая на грот Ломбривес как возможное хранилище доказательств того, что именно здесь скрывались катары, избежавшие преследования доминиканцев из Святой службы, и что именно здесь они спрятали свои самые ценные реликвии.

 

Эти пиренейские пещеры и средневековые крепости действительно хранили множество исторических и доисторических сокровищ для археологов, но еще до того, как началось их изучение настоящими специалистами, все было основательно разграблено искателями разных эпох, обуянными идеей, что катары превратили эти места в кладовую своих секретов и главных литургических святынь. И можно было надеяться, что среди всех этих вещей (а Ран был просто в этом убежден) и находится чаша Грааля, которая, по легенде, была вывезена из Монсегюра незадолго до того, как крепость пала под натиском королевских войск.

Сегодня мы можем сказать, и с весьма большой долей уверенности, что немногие катары, которым удалось избежать расправы, подались через север Италии, Лигурию, к землям арагонской короны, благодаря тайной помощи рыцарей-тамплиеров. Ценные документы, найденные недавно, определяют месторасположение тайных альбигойских колоний в Маестразго – со ссылкой на преподобного Белибаста, который тоже нашел там убежище.

Но существует и другая история, история предвзятых идей, сфабрикованная специально для распространения среди мечтателей и закоренелых искателей разных мифических истин. И эта история, которую Ран так любил и увлекшись которой начал свое расследование, привела его, как и многих других мечтателей ранее, путем явно подлаженных под его убеждения трактовок и даже скрытых подмен археологических объектов, к совершенному, казалось бы, подтверждению его любимой теории. Она и завела его на холмы пиренейской Аквитании. Повсюду он видел фальшивые альбигойские знаки, которые в действительности начертали розенкрейцеры. Здесь и родилась книга «Крестовый поход за Граалем».

Катарство было крайней формой христианской ереси. Оно зародилось на земле, отмеченной сильной духовностью и утонченной культурой, каких было мало в средневековой Европе, и вышло из целого потока противоречивых религиозных учений, от присциллианской мистики до визиготского аррианства, попав под косвенное влияние богумильских миссионеров первых веков второго тысячелетия. Исходя из стремления вернуть христианству его изначальную чистоту, не загрязненную земной властью, которую присвоила себе римская церковь, катары – а «катарос» значит «чистый» – дошли до самой крайности в своей трактовке Добра и Зла, объявив, что Творение было делом рук не Бога, а Демиурга, который замыслил его несовершенным и полным ошибок, и тем самым намеренно вверг человечество в грех и оставил его жить в нем. Этот неправильный мир должен был, по их мнению, исчезнуть. И настоящий, чистый, совершенный мессия должен способствовать этому исчезновению, делая так, чтобы его собственная жизнь закончилась сознательным уходом и объединением с Богом, который его и создал.



Отто Ран


Эта последняя практика называлась «Терпение», и хотя вовсе не все верующие были обязаны ей следовать, тот, кто выбрал смерть, рассматривался как святой, достойный величайшего почитания. Поэтому многие катары, вместо того чтобы спасаться от огня инквизиции, принимали его с радостью убежденные, что такое мученичество приблизит их к вечной жизни вместе с Богом.

Читая книгу Рана, понемногу замечаешь, как ее автор подбирал документы, из попавших ему в руки отыскивая те, что были способны поддержать идею, давно и прочно утвердившуюся в его голове. Он сортировал всю информацию, извлекая данные, относящиеся к легенде о Граале, которая и так была не чем иным, как прикрытым некоторым флером символизма пангерманизмом, выраженным еще Эшенбахом. И, конечно же, легенда была как нельзя кстати политическому движению, которое зарождалось, пока Отто Ран находился в Аквитании, и к которому он присоединился, едва узнал о его успешном распространении: национал-социализму.

Сохранился документ-поручительство, который Отто Ран выпросил лично у Генриха Гиммлера, едва был опубликован его «Крестовый поход», что в скором времени он будет принят в СС – элитные отряды нацизма. Личные свидетельства и письма к одному из друзей вроде бы защищают Рана от обвинения в добровольности такого политического выбора, указывая на немалое жалованье, которое ему предложили и на его экономические трудности в то время, но некоторые пассажи его труда, неожиданные намеки на конкретную символику и явный политический уклон в самых ключевых вопросах, могущих помочь разобраться в катарстве, указывают на то, что Ран манипулировал историей, когда факты не вписывались в его идеологическую схему.

Так было с его отстаиванием как катарских доисторических граффити в пещерах Сабарты, с поддержкой гипотез о подземных культах и эзотерических обрядах катаров, которые так и остались бездоказательными; равно как и явное избегание других важных вопросов, как, например, о еврейской общине Лангедока (аквитанские иудеи и были создателями мистической каббалы), с которой поддерживали контакт еретики. Катарскую историю он поставил на службу своему стремлению перейти в ряды «индогерманцев» – вершины, как считалось, духовного и физического развития людей Земли.

И одним из символов их была чаша Грааля. Но не та, которую держал в руках Иисус, и даже не та, которую искало рыцарство «круглого стола», но Грааль чистого государства как универсальный символ знания и власти: тот самый, в котором, как и в Копье Судьбы, так нуждался нацизм и лично Гитлер.

Остается признать, что Отто Ран, начавший свою исследовательскую деятельность с разгадывания скорее всего фальшивой тайны, закончил тем, что сам превратился в загадку, и манипулировал своим образом точно так же, как он раньше манипулировал реальностью, которую изучал. Его жизнь, начиная с активного участия в нацистском движении, превратилась в ряд поступков столь же подозрительных, как и его выводы из всей этой аквитанской авантюры, с самого предположительно случайного написания его второй и последней опубликованной книги «Двор Люцифера», вплоть до его собственной смерти, случившейся по официальной версии 13 марта 1939 года, в возрасте 35 лет, при особых обстоятельствах, заставляющих вспомнить катарское «Терпение».

После отказа от своих привилегий как члена СС и нескольких месяцев активной службы в концентрационном лагере Дахау Ран отправляется в Альпы, в местечко Куфштайн. Там он оставляет всю свою свиту в отеле, а сам углубляется в горы Вильден-Кайзер. После того как он не появился в течение нескольких дней, его якобы нашли сидящим на склоне, заледенелым и с мирной улыбкой на устах. Официальные бумаги, сохранившиеся с того времени, оповещают о его смерти и погребении в Дармштадте, хотя последующие тщательные изыскания не смогли их подтвердить, что дает повод подозревать очередное мошенничество, проделанное для того, чтобы сменить личину.

Существует устойчивое мнение, что Ран и само нацистское правительство инсценировали его смерть, чтобы освободить его от бремени еврейских предков, находившихся в опасной близости к нему на генеалогическом древе, и затем воспользоваться его услугами уже в качестве совершенно другого, вымышленного лица.

4По материалам Е. Тверской.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43 
Рейтинг@Mail.ru