Росомаха

Николай Михайлович Раков
Росомаха

Вступление.

Семь человек, в изодранных экзокостюмах сидели полукругом на хаотично вздыбившихся, разломанных плитах, бывших когда-то, частью одной из боевых башен форта. Все были без шлемов, у двоих отсутствовали гравипояса, трое без плазменных карабинов. Закопченные усталые лица. Пустые взгляды, будто обращенные внутрь себя и не замечающие ничего окружающего. Вокруг них насколько хватало обзора, расстилалась мертвая пустыня полного разгрома. До самого горизонта тянулись бесконечные серые развалины, нагромождение бесформенных кусков рухнувших стен из плит неизвестного строительного материала. Изредка то здесь, то там, глаз задерживался на остатках строений поднимающихся не выше двухэтажного дома. Удары гравитационных пушек с орбиты просто вбивали расположенные здесь несколько часов назад укрепления в грунт, кроша слабые места сочленений в пыль, а монолитные сооружения, вгоняя в почву на несколько метров в глубину. Вдалеке, из-под обломков плит, тянулись вверх легкие струйки бледного газа, но небо было уже чисто от пыли и дыма. В этот рубеж обороны неизвестными строителями были вложены грандиозные средства и миллиарды часов труда, уничтоженных армией федерации за двое суток непрерывных атак. Впрочем, форт-Брок ответил тем же. Армии федерации осуществлявшей штурм сейчас тоже не существовало. Она осталась здесь, почти до последнего солдата сполна заплатив за свою победу. В небе не барражировал ни один штурмовик, готовый сбросить гравитационную бомбу или управляемую ракету с начинкой из антиматерии. На развалинах не было ни малейшего движения. Кладбище, которое сами себе создали около двадцати миллионов человек, будучи в здравом уме и трезвой памяти, так и останется братской могилой, в которой будут лежать рядом солдаты обеих армий. Скорее всего, через месяц, другой сюда заявится группа трансформаторов, пройдется смерчем над мертвым фортом, пригнав из ближайшей пустыни миллионы тон песка, засыплет им эти развалины свидетельство, глупости, жадности и амбициозности человеческой расы.

Семеро из двадцати оставшихся в живых солдат особой группы получили приказ собраться именно здесь, на бывшей башне форта и поэтому, зафиксировав появившуюся на горизонте быстро растущую точку, не предприняли никаких мер защиты. Сейчас им было все равно, приближается к ним самонаводящаяся ракета с головкой анигирятора или автоматический резонатор, находящийся в режиме свободного поиска. Каждый из них за два дня штурма, умирал по несколько раз. Даже приближение смертельной угрозы, не заставило бы их искать убежище и способ выживания. Они сожгли себя дотла. Экзоскелеты изорванных комбинезонов не выдерживали нагрузки и пятисоткилограммовой плиты, а разрядники сохраненных пистолетов были настолько пусты, что на сотню метров не пробивали и листа бумаги. Но если бы им поступил приказ драться на занимаемом рубеже, то противник заплатил бы за свою возможную победу не малой кровью.

– Капитан, – только и сказала, сидевшая на плоском куске поротона Рысь, не поднимая опущенной головы. У ног девушки лежал ее плазменный карабин, но она не сделала попытки поднять оружие, встречая командира.

Прибывший, опустившись на одну из плит, отключил гравитационный пояс. Его экзокостюм тоже был разорван в нескольких местах, а левая нога от ступни до колена залита заживляющей пеной.

– Все? – помолчав минуту, спросил капитан, медленно переводя взгляд с одного бойца на другого.

– Больше никто не придет, – не поднимая головы, ответил Скрипач.

– Значит, никого больше нет, – проговорил Рокотов, как бы ставя окончательную точку, от которой собирался оттолкнуться.

Засекреченная разведывательно-диверсионная группа Росомаха перестала существовать на развалинах форта Брок, построенного Вебами для максималистов на планете Тугас.

Пять долгих лет Росомаха наводила ужас на оппозиционное движение максималистов стремящихся расколоть федерацию. Вскоре из политического, противостояние сторон перешло в военную плоскость. Максам удалось создать два самостоятельных независимых сектора, пока демократические институты Федерации раскачивались в принятии своего решения. Люди против людей сошедшиеся в схватке не на жизнь, а на смерть, вот тот гордиев узел, который не могли развязать мирные переговоры, а федерация не решалась ударить по нему клинком.

Хирургические операции, проводимые группой, возглавляемой капитаном Рокотовым только на время отдаляли начало глобальной войны. Максималисты прозвали группу невидимками. Бесследные исчезновения руководителей подполья, уничтожение складов с оружием, конвоев, похищение стратегических планов и как следствие срывы террористических актов, все приписывалось невидимкам, и они действительно делали, казалось невозможное. В этот период и появились Вебы. Точнее сами они так и не проявились в пространстве, но максималисты получили почти неограниченную помощь в оружии, боеприпасах, возможностях связи и деньгах, самом универсальном средстве позволяющем решать все поставленные задачи.

Рокотов даже как-то вспомнил старинную поговорку «Если армия не может открыть ворота крепости, то это может сделать осел нагруженный хурджинами с золотом».

Что такое хурджин никто не знал, но смысл поговорки был понятен.

Часть отслеженных и захваченных, текущих рекой, золотых потоков, была тщательно проверена, что поставило в тупик не только криминалистов, но и историков. Золотые слитки были старее самой старой из известных не только цивилизаций, но и легенд. Вывод мог быть только один, золото является продуктом более древней цивилизации существующей где-то в недоступных пока глубинах космоса. Тогда перед Федерацией встала реальная угроза инопланетного вторжения, передовой линией которого, встала пятая колонна течения максималистов, раскалывающая общество на два противоборствующих лагеря.

Капитан внимательно оглядел всех своих бойцов и принятое им перед штурмом решение, сейчас казалось ему еще более верным, чем трое суток тому назад. Он помолчал еще одну минуту собираясь с духом, хотя раньше отправляя их на задания казавшиеся не выполнимыми делал это без колебаний.

– Внимание Росомахи, – проговорил он.

Голос предательски дрогнул.

Бойцы подняли опущенные головы и как-то по-звериному подобрались.

– Война для вас закончилась, и сейчас вы получите мой последний приказ.

Семь пар глаз не мигая, смотрели на капитана.

– Вы выполнили последний приказ командования и героически погибли под развалинами форт-Брока. Отныне у вас есть только одно задание. Жить. С максималистами покончено. Мы исполнили свою миссию. Я уверен, что вы справитесь с тем, что вас ожидает впереди. Не без трудностей, но справитесь. В тысяче ста восьмидесяти километрах на юго-востоке расположена база боевых гравикатеров. Это ваш транспорт. Уходите с Тугаса, на самые окраины и начинайте новую жизнь. Поверьте, там нет места постоянному риску и ожиданию смерти. Вы знаете все, что необходимо для внедрения в кажущуюся сейчас чуждой среду, но это именно те люди, которых вы защищали и ради которых рисковали своими жизнями. Единственная просьба помните о Вебах. О том, что вы есть, буду знать только я. Если возникнет необходимость и поступит приказ, мы встретимся и выполним его.

Рокотов встал. Поднялись и остальные: Рысь, Барс, Медведь, Скорпион, Скрипач, Чудо и Змей, выстроились в одну шеренгу. Капитан прихрамывая, подошел к строю. Прощались по-мужски, так как всегда уходили на задание. Крепкое рукопожатие, легкий удар командирской ладонью по правому плечу и получивший приказ покидал строй, будто звучала давно забытая архаичная команда – «Первый пошел, второй пошел, ….»

Г Л А В А 1

Буйный камень.

Барс сел на своем спальнике.

«Чертов сон, В восьмой раз за последние три месяца»,– мгновенно подсчитал он.

С момента прощания на развалинах форт-Брока прошел уже год, но тренированная память хранила все до мельчайших подробностей, о сорванном левом наплечнике Змея, о дрогнувшем голосе командира, о расстоянии до ближайшего разлома, откуда мог работать снайпер, когда они стояли на развалинах башни форта. Его подсознание нет, нет, да подбрасывало в виде снов, эпизоды последнего боя в подземельях форта, заставляя просыпаться и вновь переживать гибель товарищей. Минуту назад он вновь увидел, как многотонная плита похоронила под собой молчаливого и надежного Краба. Возвращение в прошлую реальность окончательно отбили желание спать и, подавив воспоминания, Барс переключился на сегодняшний день.

Его натурализация на Буйном камне, так называлась планета, куда он попал, прошла без сучка, без задоринки. Окраинная планета набирала колонистов и, придя на вербовочный пункт, осталось просто назвался механиком универсалом. Уже через месяц, имея за плечами только небольшой рюкзак, он, спустившись по трапу, шагнул в сухую траву посадочной площадки гравикатера. Подписанный при вербовке контракт обязывал его отработать два года на нужды колонии, что компенсировало, бесплатную доставку к месту нового жительства. Срок мог быть снижен вдвое, если поселенец окажет неоценимую услугу обществу, которое признает ее таковой. Он не выбирал вербовщика, хотя мог попасть в русскую колонию. На тот момент ему было все равно, но похоже подсознание в требованиях маскировки сыграло с ним очередную шутку. Теперь, он должен был принимать поведение и традиции лазуритов, которых неплохо знал, выполняя задание на одной из планет этого народа, являющегося выходцем с Земли.

Пройдя регистрацию в единственном двухэтажном здании администрации и принеся присягу на верность обществу, он получил место в палатке для вновь прибывших и распоряжение явиться завтра к главному инженеру, в чью службу он поступал, согласно данных его анкеты.

Пролежав еще с пол часа и вспомнив всех товарищей, Юрий отдал себе приказ спать, который тут же был выполнен тренированным организмом.

Разбудил его вновь сигнал тревоги. Где-то невдалеке завывала сирена. Он положил руку на постель справа, но к своему удивлению не обнаружил под ней знакомой рукоятки плазменного карабина. Осознание кто он сейчас и где находится, пришло довольно быстро. Натянув ботинки, бывший диверсант выскочил из палатки, прихватив из спальника десантный нож. Местное светило еще не выплыло из-за горизонта, но зарево от его восхода уже значительно освещало палаточный городок. Теперь сигнальная сирена взревывала с определенными перерывами. Мимо него бежали люди в одном направлении, размахивая имеющимся в руках оружием от легких электрических кос и топоров, до различных систем автоматов и карабинов. Барс тоже взял старт.

 

– Что случилось? – спросил он у бегущего рядом с ним мужчины сжимавшего в руке древко, на конце которого поблескивало лезвие похожее на алебарду.

– Квиры сели на поля с райсом, – ответил тот.

Все стало вроде понятно. Толи какие-то животные, толи местные аборигены пытаются уничтожить или похитить урожай колонистов и между обеими сторонами идет нешуточная борьба.

Вновь создаваемая колония не могла позволить себе покупку и доставку продуктов и должна была обеспечивать себя ими сама. Гибель урожая грозил людям голодом, а возможно и концом всех их начинаний.

Диверсант ускорил бег и вскоре палаточный городок остался позади. Перед ним расстилались ровные поля, по одному из которых в левую сторону от дороги бежали мужчины вооруженные, чем попало. Вскоре толпа бегущая впереди начала сгущаться и образовала стену человеческих тел длинной более сотни метров. Изредка со стороны этой стены толи наступающих толи обороняющихся людей раздавались редкие выстрелы.

Он вклинился в толпу и стал пробираться в первые ряды. Барс никогда не был путешественником или разведчиком, первооткрывателем новых пригодных для жизни планет и поэтому увиденное удивило его. На поле райса сидело с десяток монстров похожих на огромных жуков только увеличенных до размера небольшого дома. Животные имели по восемь мощных лап, покрытых густой шерстью оканчивающиеся огромным когтем. Голова, росшая прямо из туловища была выдвинута вперед из полусферического тела и имела два глаза, с беспрестанно открывающимися и закрывающимися веками. Все туловище вместе с головой покрывала толстая природная броня хитина, от которой с визгом рикошетировали редкие пули стрелков.

Разбойничья стая пожирала уже почти созревший райс. Животные погружали когти двух передних лап в землю, нанизывали на них плод, величиной с крупную тыкву и отправляли добычу в рот, расположенный, где-то в нижней части головы, при этом ни мало не смущаясь наличием рядом более тысячи нападавших. Впрочем, слово нападавших совсем не подходило для этого сборища фермеров. Люди кричали, размахивали палками и топорами, но не двигались вперед. Охватив единым взглядом, окружающее пространство Барс понял почему. Метрах в двадцати перед толпой лежало несколько разрубленных человеческих тел. Время от времени, когда кто-то из смельчаков выскакивал из толпы и пытался приблизиться к жукам, в воздухе раздавался свист. Длинный похожий на боевой хлыст хвост животного, вооруженный на конце хитиновой пластиной в форме удлиненного листа описывал смертоносный круг, защищая тело хозяина.

С десяток особей продвигались по полю довольно проворно и защитники урожая вынуждены были отступать. Десантного ножа тут было явно маловато, но бывший диверсант сразу определил слабое место грабителей, хвост и глаза. Быстро оглядевшись по сторонам, он увидел человека с автоматом, выпускающего пулю за пулей в тела монстров. Впрочем, стрельба не причиняли пожирателям никакого видимого вреда. Барс протиснулся к обладателю оружия.

– Дай мне, – проговорил он, опустив руку на цевье оружия.

Мужчина секунду помедлил, а потом выпустил автомат из рук.

Диверсант присел, опер локоть руки на колено и замер, выдавливая свободный ход курка.

Он точно уловил момент, когда ближайшее к нему животное, приоткрыло хитиновое веко и выстрелил. Пуля попала в цель. Животное дернулось и на какое-то время даже замерло, перестав рыться в почве. Век оно больше не открывало и уже через пол минуты вновь занялось кормежкой. Глаз был потерян, так как из-под века начала подтекать белесоватая жидкость, но пуля либо не задела мозг, либо он находился где-то в глубине туловища.

– Попробуем по другому, – процедил сквозь зубы, Барс и, перехватив поудобнее автомат, быстро побежал к раненному жуку. Он успел всего на три метра преодолеть охранный круг животного очерченный лежащими трупами, когда оружие монстра появилось у него за спиной. Расчет был точен. Новый колонист, сделал сальто назад в высокой амплитуде. Смертоносный хитиновый лист на конце хвоста прошелся под ним. Расстояние между человеком и животным сокращалось. Нападавший уловил момент второго нападения, упал на спину, подняв на вытянутых руках боевой клинок.

Руки почти не ощутили удара, но встретившийся с лезвием конец хвоста отделился и полетел самостоятельно по приданной ему траектории. Животное издало громкое шипение и приподнялось на своих двух парах задних опорных лапах. Остаток отрубленного органа исчез в кладках кожи не прикрытых хитиновой броней.

– Как не болела, а умерла, – проговорил Барс, выпуская половину рожка автомата в незащищенное панцирем место.

Жук вздрогнул, приподнял свои жесткие надкрылья, раскрывая мощную систему подъемных, но это было и все, что он успел сделать, окончательно перестав владеть телом. Лапы животного подогнулись, и оно неподвижной грудой опустилось на землю.

Крики толпы усилились, когда люди поняли, что один из монстров мертв.

Похоже, оставшиеся особи почувствовали, что одного из их товарищей не стало и разом раскрыв, защищающие их надкрылья, начали подниматься в воздух.

Барс успел сбить еще двух, когда закончились патроны, да и жуки уже удалились на приличное расстояние. Упавших монстров достаточно быстро добила толпа, при этом, потеряв раненными еще несколько человек.

Обтерев о широкие листья райса нож, победитель убрал его в ножны и двинулся между рядами посадок к палаточному городку. По дороге его нагнал владелец автомата и, вернув оружие, Барс под ликующий шум топы, раздававшейся с места гибели пожирателей райса, отправился в свою палатку.

Ложиться спать после схватки не хотелось. Новый первопроходец умылся у ручья протекающего за палатками и, выяснив, где находится офис главного инженера, отправился туда.

Когда он вошел в кабинет, указанный ему как помещение главного инженера то обнаружил в нем двух мужчин, одного из которых сразу узнал. Во главе стола сидел владелец автомата, принесшего победу в утренней битве с квирами.

– Присаживайся герой, – пригласил хозяин кабинета сидящий за столом. – Меня зовут Том Хенкс и я здесь главная шишка по всем железкам планеты, – с легкой издевкой к своей занимаемой должности сообщил он. – Знакомься это Джек Сибер, глава местной полиции и он пришел по твою душу.

Барс неторопливо опустился на стоящий перед столом грубый табурет, внимательно оглядел присутствующих, не проронив ни слова.

– Что молчишь?

– Жду, кто еще заглянет познакомиться со мной. Может утром, я немного перестарался. Сейчас сюда заглянет разгневанный хозяин одного из квиров, которого я по неосторожности пристрелил, гуляя по полям. Животные мирно нагуливали жирок, а я вмешался в процесс кормления.

Сибер и Хенкс весело рассмеялись.

– Почему ты так реагируешь на присутствие полиции? – отсмеявшись, и уже серьезно спросил Сибер. – Были проблемы?

– Никаких.

– Сибер здесь потому, что хочет забрать тебя из моего управления. Такие лихие парни, как ты ему нужны.

В разговор вмешался полицейский

– Ни я, ни Хенкс, не дадим никому и пальцем тебя тронуть. Мы думаем, что на заседании правления колонии, твои действия будут признаны, как неоценимая услуга обществу, а это значит, что половину контракта ты уже отработал.

– Эти чертовы квиры, не в первый раз лишают нас части урожая. Благодаря тебе мы теперь знаем их слабое место.

– Что у вас нет хотя бы плохонького резонатора или на худой конец парочки гранатометов?

– Представь себе нет, и здесь две причины. Только, что закончилась война с максималистами и федерация боится, что на окраинах могут появиться новые очаги сопротивления и остатки боевых групп. Мощное оружие под запретом. Его нам никто не продаст, даже если у нас и найдутся деньги. Кое-что конечно можно было бы и привести, но если контролеры найдут такие игрушки, то руководству колонии грозит пожизненное, а колония будет расформирована.

– Почему не сделать оружие самим?

– Мы уже над этим думали, но реакция контроля, возможно, будет адекватной первому варианту.

– Заминируйте поля?

– А люди?

– Детонаторы можно сделать дистанционными. Если не хватает электроники, то можно поставить видимые подрывнику вешки. Контролеры не пойдут рыться в земле на рядах с рейсом. Пружины на детонаторах рассчитать на давление килограмм в триста. Люди работающие в поле смогут спокойно по ним прогуливаться.

– А он прав, – проговорил Хенкс

– Вот поэтому такой парень и должен служить у меня, – ответил Сибер.

– Ты разбираешься в саперных работах? – спросил главный инженер.

– Случалось заниматься этим делом.

– Иди Джек, парень останется у меня, – заявил главный инженер.

– Можно сделать гораздо проще, – сказал Барс.

– Ну-ка, ну-ка, сынок, давай поподробнее, – потребовал полицейский.

– Нужно осмотреть окрестности километров на тридцать, пятьдесят вокруг. Найти места, где обычно пасутся эти квиры и уничтожить их на месте, разорить гнезда, если таковые имеются. Противника надо бить на опережение.

– Придется тебе обойтись без парня Том, – ехидно улыбаясь, проговорил Сибер. – Безопасность это дело моего управления.

– Не торопись, – ответил Хенкс, – как решит правление, так и будет, а пока он мой.

– Я сейчас же пойду к председателю. Такие дела нельзя откладывать, – заявил полицейский.

– Вы, кажется, что-то забыли господа, – напомнил о своем присутствии новый колонист.

– Отправляйся к себе в палатку и жди, – в один голос проговорили начальники, одновременно поднимаясь со своих мест, похоже, желая, не откладывая, перенести свой спор в кабинет председателя.

Барс пожал плечами и первым покинул здание. Он послонялся, без дела, между двумя десятками домов изготовленных из бревен местных деревьев. Городок практически вымер, а редкие попадающиеся на встречу или обгоняющие прохожие, торопились по своим делам. Наконец он нашел то, что хотел. На крыльце одного из домов сидел мужчина лет сорока и курил трубку. Человек никуда не спешил, а, следовательно, мог дать нужную и полезную информацию.

– Привет, – проговорил Барс, присаживаясь рядом.

– И тебе не кашлять, – ответил незнакомец, вынимая трубку изо рта.

– Меня зовут Юрий Саблин,

– Мерч. Мерч Брокович, – в свою очередь ответил курильщик. – Это ты сегодня устроил квирам веселую жизнь.

– Я. А почему веселую?

– Если, как утверждают, есть жизнь после смерти, то ты оказал квирам услугу. Пасутся себе на райских пастбищах, и никто на них не покушается, а тут того и гляди слопают, и молитву прочитать не успеешь.

– Что-то братец Мерч ты слишком мрачно смотришь на жизнь. И кто это нас с тобой может слопать?

– Ну, это я так. К примеру.

– Как тут у вас вообще? Я только вчера прибыл, еще не успел оглядеться.

– Жить можно. Земля хорошая. Вот подзаработаю деньжищ, прикуплю технику и уйду из колонии. Дом поставлю, поле распашу.

– А если квиры нагрянут или какая другая нечесть? Разведку то вокруг проводили? Могут и местные аборигены появиться. Это ведь их планета. Тогда как?

– Правление говорит, что местных жителей на планете нет. Опасных тварей тоже, так, что, сколько можешь поднять землицы то и твое.

– А как тут насчет полезных ископаемых нефть, металлы, золото?

– Это не ко мне. Отправляло правление какую-то экспедицию. Вернулись вроде ни с чем, а как там, в действительности дела обстоят, нам не докладывают.

На мгновение, где-то недалеко рявкнула сирена, и тут же смолкла.

– Опять квиры? – спросил Саблин.

– Нет. Это сигнал, что можно идти на обед. Ты, в какой смене?

– Не знаю. А что?

– Из общего котла питаются тысяч пять. Всех сразу за стол не усадишь. Вот и установили питание по сменам. Пойдем со мной, не тушуйся. Ты у нас сегодня герой дня. Скорее всего, уже половину контракта отработал.

Они прошли короткой улицей и двинулись по палаточному городку. Теперь по количеству спешащих в одном направлении людей можно было определить, где находится пункт питания. В небольшой ложбине за палаточным городком были вкопаны столбы, поверх которых растянуто огромное полотно. Под этим навесом стройными рядами стояли грубо сколоченные столы, вдоль которых тянулись ряды таких же длинных скамеек. Общий порядок поддерживался людьми Сибера, которых отличали банданы красного цвета на головах и внушительного вида деревянные дубинки.

 

Мерч с Саблиным спокойно прошли мимо стражей порядка и заняли места за столом. Девушка разносчица почти тот час же поставила перед каждым миску, разделенную перегородкой на две половины. В одной был суп из местного злака похожего на рис с кусочками райса. Во второй половине тот же райс в виде пюре, в котором виднелись беловатые волокна. Хлеба, похоже, не полагалось.

Барс привык к любой пище, а эта пахла довольно соблазнительно и он начал искать глазами ложку, но ничего на столе не нашел.

– Оружие должно быть всегда у бойца свое, – сообщил, усмехаясь Мерч, протягивая ему искомый предмет, изготовленный из дерева.

Пища была довольно вкусной, но в ней явно не доставало соли, что компенсировалось мелко рублеными листочками растения, по вкусу, напоминающему лук.

– Еда два раза в день, – предупредил Мерч, быстро работая ложкой, – в одиннадцать и в пять. Вечером можно выпить и перекусить в двух местных забегаловках, но там натуральный обмен, либо нужен талон правления, что-то в виде местных денег, выдаваемый за особые заслуги. Тебе то сегодня нечего расстраиваться. Ты у нас герой. Хоть сейчас иди и потребуй талонов на неделю. Может, если встретимся вечером, угостишь. Когда есть на что, люблю посидеть в кабачке у носатого, – сообщил новый знакомый, – Это тот, что на площади у правления. Все обещают ввести местную валюту, но пока только на словах.

– А, что принимают в обмен?

– Да все, что пользуется спросом. Хозяин забегаловки сам оценивает вещь и определяет, что ты можешь за нее получить.

– Во втором блюде мясо?

– Да. Это аргун, что-то типа нашей козы. У нас тут собраны две охотничьи команды. Если удается, отлавливают живыми и отправляют на ферму. Тех, что подстрелили сразу в котел, – сообщил Мерч, выбираясь из-за стола. – Ты извини, пойду я. После ночного дежурства и завтрака, хочется придавить подушку.

Неторопливо доев, Юрий встал из-за стола и покинул столовую. Нужна была новая информация. Он стал искать собеседника, но таковой никак не находился. Вокруг, все спешили по своим делам не испытывая ни малейшего желания пообщаться с новичком.

Побродив между палаток, Саблин отправился в административную часть городка, состоящую из двух десятков рубленных двухэтажных домов. Еще десяток незаконченных срубов вырастали второй улицей. В проемах будущих окон и на незаконченных крышах суетились плотники, слышался стук топоров, визг пил.

Федерация не торопилась помогать колонистам, осваивать новые планеты. Фактически люди были брошены на произвол судьбы. Почти ни какой техники. За все время прогулки, он увидел два полуавтоматических робота универсала, грузовой электромобиль и пяток двухколесных стокеров, явно принадлежащих руководителям колонии. Три из них и сейчас стояли у здания правления. Рядом маячил полицейский, лениво прохаживаясь недалеко от входа, и постукивающий дубинкой по руке.

– Где я могу увидеть человека отвечающего у вас за геологическую разведку, – спросил Саблин полицейского.

– Тебе нужен мистер Горос, но он сейчас на заседании и я не могу пропустить тебя к нему, – важно ответил страж порядка.

– Ничего я подожду.

Юрий присел на сидение одного из стокеров и приготовился к длительному ожиданию.

Неожиданно сверху прозвучал голос, приказывая охраннику пропустить ожидающего внутрь здания и подняв взгляд, Саблин увидел в открытом окне главу местной полиции.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, Барс попал в коридор. Третья дверь слева была открыта и из ее проема раздавались голоса явно о чем-то спорящие. Он прошел вперед и оказался к комнате, где за столом сидели четверо мужчин. Двое ему были знакомы Хенкс и Сибер. Слева от начальника полиции сидел явно нужный ему Горос, так как во главе стола, явно находился председатель колонии Эбервайн.

– Присаживайся герой, – предложил председательствующий. – Тут из-за тебя разгорелись нешуточные страсти. Сибер и Хенкс не могут договориться, где ты будешь более полезным. У кого сам то хотел бы работать?

– У господина Гороса, – присаживаясь к столу, ответил Юрий.

– Вот оно как. Где ты уже успел с ним познакомиться?

– А я с ним и не знаком. Если у меня правильная информация то именно его управление занимается изысканиями. Геологоразведка на неизученной планете предполагает высокую степень риска и использование технического оборудования. Я бы мог быть полезен в двух направлениях – разведка территории и охрана партии. В случае необходимости могу заниматься ремонтом вышедшего из строя оборудования. Как рядовой колонист, я возможно не вправе давать вам советы, но если мы не сможем заинтересовать чем-то более развитые планеты, не найдем чем торговать, то так и останемся сельскохозяйственной колонией способной еле, еле прокормить сами себя. А это как вы понимаете тупик. Техники у нас почти нет и моя работа в этой части не будет занимать много времени. Думаю, господин Хенкс кое-что изготовляет и проектирует в своих мастерских, но зачем возвращаться назад. Необходимая техника уже есть, а нам нужны только деньги, чтобы ее купить.

– Вы посмотрите, какой шустрый, – одобрительно прогудел председатель. – И ты надеешься, попав к Горосу сразу найти залежи золота или алмазов?

– Я этого не говорил. Только думаю, что надо расширять зону поисков. До войны я работал с изыскателями на вновь открытых планетах и имею опыт работы на территории любой местности, даже при наличии агрессивной флоры и фауны.

– Вы понимаете, что-то в минералогии, химии, геологических процессах способствующих возникновению полезных ископаемых? – вежливо спросил Горос, худощавый старик, по птичьи склонив голову к правому плечу.

– Поверхностно, но медную руду с железняком или никелем не спутаю.

– У нас нет горнопроходческого оборудования и даже если мы найдем богатое месторождение, то не получим под него кредит. Нас простоя съедят. Крупная компания потребует львиную долю прибыли, нам останутся крохи.

– Есть мелкие компании, заинтересованные в росте. Есть группы свободных геологоразведчиков со своим оборудованием. Эти много не запросят, а может быть, и войдут в члены нашей колонии.

– Это возможно, – задумчиво протянул геолог. – Но сначала надо, что-то найти, а потом еще найти деньги, чтобы слетать в обитаемый сектор и уговорить нужных нам людей.

– Не забывайте, что если это все получится, – вмешался Сибер, то нам понадобится небольшая, но хорошо вооруженная армия.

Все присутствующие за столом умолкли.

– Кажется, я чего-то не знаю, – нарушил молчание Саблин.

– Такая окраинная планета как наша, – понизив голос, ответил Эбервайн всегда привлекает к себе любителей легкой наживы.

– Вы хотите сказать, что вас уже посещали пираты?

– Да, – ответил Сибер.

– На чем они прилетали?

– Большой транспортник, но основательно переоборудованный и хорошо вооруженный. Они перевернули здесь все вверх дном, забрали часть урожая и понравившихся им женщин. Нам нечего было им противопоставить. Наверняка они наведаются к нам еще. Если мы найдем, что-то стоящее, то все превратимся в рабов на руднике.

Все четыре члена правления уперлись взглядами в столешницу, похоже, повторно переживая унижение от пиратских набегов.

– Так это же замечательно, – после секундной паузы проговорил Саблин.

Эбервайн поднял голову и угрюмо взглянул на радующегося колониста.

– Можешь идти, – проговорил он. – Мы решим, в каком управлении ты будешь работать.

– Нет, теперь вам тем более придется меня выслушать.

Сибер начал подниматься со своего места, чтобы выбросить из комнаты наглеца.

Председательствующий хлопнул ладонью по столу.

– Мы потратим на тебя еще пару минут, а потом ты пойдешь чистить выгребные ямы. Если согласен с таким условием, то говори.

– Во время войны с максималистами я командовал абордажной группой на крейсере. У нас есть время. Пираты вернутся через пол года или год. Я подготовлю группу абордажников, и мы захватим корабль. По закону пиратское судно принадлежит тому, кто его захватил со всем содержимым.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru