Однажды зимним вечером

Николай Александрович Мальцев
Однажды зимним вечером

– Это же кукла Марининой подружки, Наташи! – подумал Гена. – Она брала её днём на улицу и забыла здесь, во дворе! Сейчас, наверное, плачет, не может найти игрушку…

Но длинный опять приказал:

– Стреляй! – и мальчик выстрелил.

Чего не сделаешь для того, чтоб тебя взяли в сказку!

Кукла упала в снег.

– Отлично! – обрадовался Длинный и засмеялся скрипучим смехом. – А теперь – стрельба по движущейся мишени.

Он посвистел и достал из кармана сосиску. Рыжий Дружок, который всё время вертелся неподалёку, поджал хвост и осторожно приблизился. Было видно, что он побаивается незнакомца, но и от угощения отказаться не в силах.

– Приготовились… – сказал Длинный и откусил пол сосиски.

Голодный пёс заскулил и подался вперёд.

– Огонь! – скомандовал волшебник и швырнул подачку далеко в сторону.

Дружок кинулся за сосиской – и тут же получил в бок камень из Гениной рогатки. Мальчик уже покорился жестокости Длинного, решив ради необычного путешествия выполнить все его приказания. Но смотреть, как несчастный пёс, плача от боли, убегает на дальний конец двора, не смог – отвернулся.

– Не распуская нюни! – строго сказал волшебник. – Этот выстрел был лучше всех остальных! А теперь – последнее, самое трудное. Посмотри!

И Длинный, запрокинув голову так, что шляпа чуть не свалилась с его головы, указал пальцем в небо. Гена посмотрел туда и увидал над собой несколько тусклых звёзд.

– Ну и что? – разочарованно спросил мальчик. – Звёзды как звёзды…

Длинный расхохотался, и, слепив снежок поплотнее, запустил им в фонарь. Лампа разбилась, осколки со звоном посыпались вниз. Двор погрузился в непроглядную тьму.

Глава 3

– Что вы наделали! – испуганно крикнул Гена. – Нам же сейчас попадёт! Бежим поскорее!

– Не бойся, – волшебник крепко схватил его за руку. – Со мной тебя не тронет никто. Лучше посмотри ещё раз на звёзды.

Мальчик снова задрал голову – и ахнул от изумления. Небо стало темней и как будто глубже. Теперь вместо десятка блеклых звёздочек на нём сверкало неисчислимое количество звёзд. Крупные, мелкие, совсем крошечные, похожие на пылинки; белые, синеватые, желтоватые! Они складывались в смутно знакомые Гене созвездия, собирались в какие-то стайки, а в самой средине неба толпились так густо, что даже казалось – кто-то взмахнул чем-то мохнатым и мокрым и оставил на небе широкую полосу сияющих капель.

– Млечный Путь! – с восторгом подумал мальчик. – Так вот он какой!

– Ну, что? – наконец сказал Длинный. – Видел ты это раньше?

– Нет! – честно ответил Гена.

– Ещё бы! Вы, люди, не любите темноты. А потому наделали себе фонарей и превратили ночь в день. Но этим вы отняли у себя звёзды. Они не любят, когда им мешают, и светят только в достаточной темноте. Ведь с фонарями из них могут соперничать лишь самые яркие. Вот только они и видны в небе над городом, и то видны еле-еле. А те, что помельче, не выдерживают искусственного света и гаснут… Гаснут над городом, чтобы ещё ярче светить лесам и полям.

Длинный с улыбкой любовался на звёздное небо. Где-то глубоко, под очками, появились едва заметные добрые искорки. Но волшебник быстро перевёл взгляд на Гену, и, как бы торопясь подавить в себе ненужные чувства, одной рукой сжал мальчика за плечо, а другой указал на крупную звёздочку, парящую в небесах высоко над заревом освещённого прожекторами катка.

– Видишь эту звезду, Генка?

Гена молча кивнул. Длинный ещё сильнее стиснул его плечо. Пальцы волшебника тихонько дрожали.

– Ты должен попасть в неё из своей чудесной рогатки, – прошептал он.

– Да вы что! – удивился Гена. – До этой звезды миллион километров, ракета не долетит, а вы – из рогатки! Хватит смеяться!

– Не забывай, что в сказках возможно всё, – тихо проговорил волшебник.

– Так то в сказках! – сердито ответил мальчик. Ему снова стало казаться, что незнакомый дядька просто дурачит его от нечего делать.

– А мы уже там, – спокойно ответил Длинный. – Посмотри-ка вокруг!

Гена огляделся. Всё вокруг было вроде таким же, как и всегда. Но в то же время каким-то немножечко незнакомым. Обычные сугробы, скамейки, кусты. Но одновременно и необычные. Вон то дерево почему-то похоже на человека, и на коре даже видно лицо. Оно подмигивает и высовывает язык! А скамейка выгибает дощатую спину и скребёт ножками землю, как кошка. Там зашевелился сугроб – это кусты вылезли из-под снега поболтать с фонарным столбом… И повсюду слышны тихие звуки, непонятные и чарующие, и какой-то чудесный свет сочится прямо из-под земли…

– Ну! – прогремел голос Длинного. – Стреляй, и мы отправляемся в путь!

И Гена, выбрав в кармане на ощупь самый удобный камень, словно во сне натянул рогатку, прицелился, щуря глаз – и выстрелил…

Звезда, прочертив в небе огненный след, с тихим звоном упала где-то за парком. На её месте осталась круглая дырка, такая чёрная, что даже ночное небо по сравнению с ней казалось всего лишь серым. Гена растерянно обернулся к волшебнику, собираясь спросить, как же могло такое случиться и хорошо ли это – сбивать с неба звёзды. Но незнакомца рядом с ним уже не было. Только скрипнул снег под шагами да мелькнул в темноте за углом старый валенок.

– Куда вы?! – крикнул вслед Гена, чуть не плача от горькой обиды. – А как же сказка? А что со звездой?

Но было поздно. Длинный исчез.

– Что теперь делать?.. – прошептал Гена и сел прямо в снег.

Рейтинг@Mail.ru