Свет в помещении тусклый, аварийный. Владимир Тимофеевич смотрит в пол и не понимает. Весь пол в пыли. "Грязь!" – проносится мысль у него в голове. "Почему здесь не убрано?". Боль ослабевает, состояние стабилизируется. Теплов уже намного быстрее подползает к пульту и, цепляясь за стол, подтягивается что есть силы. Не с первой, но со второй попытки он встаёт на ноги. Весь стол покрыт слоем пыли. Пальцем он нажимает на клавишу механической клавиатуры, но компьютер не реагирует. Не спеша, опираясь на стену, он шагает в сторону выхода, чувствуя как пыль, скатывается комками и прилипает к его ступням. В коридоре тоже горит аварийное освещение. С каждым шагом сил становится больше, и уже пройдя метров сто, он, не держится за стену. До лаборатории остаётся всего ничего, каких-то двадцать метров. Навязчивые мысли наполняют голову, мысли о времени. "Сколько прошло?" – думает Теплов и толкает дверь лаборатории. На диване лежит его рюкзак, рядом разбросанные вещи. Один комплект одежды сгорел вместе с ним, второй, неизвестно сколько, пролежал здесь под слоем пыли. Он небрежно принялся трусить вещи, затем сунул руку в рюкзак и достал белую футболку. Не без труда, но спустя минут пять, он, уже одетый направился в рабочее кресло. Компьютеры не включались. Энергии, хватало только на аварийное освещение. Резкими позывами желудок напомнил о себе, и его опять стошнило. Теплов поднялся и пошел в дальний угол помещения. Там из металлического шкафа он достал тонкую книжку. "Аварийные случаи", гласила красная надпись. Теплов принялся просматривать оглавления и выбрал нужный ему пункт. " Это, наверное, последний бумажный носитель в этом комплексе", – подумал он. В подземном центре, как раз на такие случаи, были предусмотрены несколько солнечных батарей. Для их активации, необходимо было вручную, открыть световые колодца. Через пятнадцать минут, худые руки приводили в движение механизм заслонок. Силы в теле совершенно не ощущалось, зато боль практически перестала о себе напоминать. Теплов провел рукой по небольшому дисплею управления питанием, над ним загорелся жёлтый диод. Это означало, что снаружи сейчас светлое время суток и зарядка кластера будет происходить быстрее. Он выдохнул и улыбнулся. Раздался слабый писк, ожил экран управления, на нем отобразились символы производителя. Система полностью загрузилась, и на экране появилось меню. Батарея вспомогательная, поэтому питать могла только ограниченное количество систем. Теплов направил питание на пищевой принтер. Сейчас, первым делом он хотел хорошенько поесть и лишь после этого, решать, что же делать дальше.
Никогда раньше, Владимир Тимофеевич не испытывал такого наслаждения от печатной еды. Он вручную составил меню, и машина через пять минут напечатала первое блюдо. Вкусовые рецепторы ожили. Он ощутил вкус омлета. В месте со вкусом вернулась и память, наконец, он вспомнил жену, Сергея, вспомнил всё то, что с ним сделали те ублюдки. От воспоминания огня, по коже пробежал холодок, а на лбу выступил пот. Злость подкатила к горлу, но переборов её Теплов, всё же проглотил очередной кусок еды. Бороться пришлось ещё с желанием узнать, сколько же длилась регенерация, и почему нет электричества. "Год не меньше", – подумал Теплов.
Сытый он вернулся в комнату управления аварийным питанием. Батарея сильно деградировала, примерное время работы по заявлению системы составляло сорок минут.
– Твою мать, сколько же прошло времени? – ругнулся он вслух.
Перебирая пальцами по экрану, он быстренько распределил потоки энергии на лабораторию, систему вентиляции, работу лифта и зарядку автомобиля. Тело наполнилось силой. Он ощутил это когда стремительно бежал к своему рабочему месту. На мониторах отображались экраны загрузки операционной системы. После долгого перерыва система начала сканирование и проверку файлов. Владимир Тимофеевич свернул окна состояний. Соединения с сетью не было. Глаза опустились в низ экрана, внутри всё сжалось. Последняя дата, была на сорок лет больше той, когда его сожгли заживо. " Сорок лет? Сорок лет? А сколько после того как отключилось электричество? Сергей! Камилла". Он поднялся, сделал шагов пять и рухнул на пыльный диван. Руки прижались к лицу. Слезы намочили ладони. Сквозь руки он закричал:
– Зачем? Зачем я это сделал? Чертов кретин! Лучше бы ты сдох.
Осознание старости и возможной смерти своего сына и супруги, навевали внутренний ужас. Мысли, неконтролируемым потоком всплывали в сознании, создавая все новые и новые свои копии. В таком положении он пролежал около двух часов. Жизнь и так в большей степени бессмысленна. И теперь, когда покинуть этот мир становится практически невозможно, тяжесть огромной ошибки поглощает его изнутри. Вопрос, "что делать дальше?", на каком-то мозговом повторе крутился в голове.
Медленно, еле переставляя ноги, он добрел до главного лифта. Рядом уже стол приготовленный автомобиль. Теплов занял главное место и переключился в ручное управление. Автомобиль был полностью заряжен, его графеновые аккумуляторы, в отличии от аварийной системы комплекса, не поддались деградации, единственным минусов было отсутствие некоторых жидкостей, о чем система сообщила после диагностики. На экране появилась надпись с предупреждением об автоматическом ограничении скорости. Теплов свапнул её вправо и перешел к управлению лифта и ворот. Главный туннель уже не сиял так ярко как прежде, а крышка, и вовсе не хотела открываться. В тоннель пробились лучи солнца, затем огромные куски земли, а когда крышка достигла середины, внутрь ввалился какой-то куст. Теплов выбрал из меню настроек автомобиля, изменение дорожного просвета, а электромагнитная подвеска мгновенно сделала свое дело. Захрустел бампер, куст затянуло под автомобиль. Биотехнолог почувствовал, а затем услышал звуки трущихся о дно машины веток. Глаза, не привыкшие к дневному свету, инстинктивно зажмурилась. Пару секунд спустя, взгляду открылся совсем непривычный для него вид.