«Все важные тайны раскрываются со временем. А про неважные забывают».
Из «Летописи ранних»
Селестина проснулась в холодном поту.
Ей приснился очень странный сон… Огромная Луна, величиной с полнеба, взошла над воротами Фамагусты, и каменные зубцы засияли белым золотом так ярко, что на них стало больно смотреть. Селестина попыталась закрыть лицо руками, но вместо рук обнаружила чешуйчатые когтистые лапы. Завопила от ужаса – получился мощный, обиженный рык. Ее огромное, мускулистое тело изогнулось, гулко стукнула о землю зеркальная пика на черном змеином хвосте, взметнулись всполошенно огромные черные крылья с золотыми прожилками…
Селестина превратилась в дракона.
Она снова взревела, на этот раз растерянно, и на ее зов из-под каменных арок вылетели двенадцать принцесс в легких белых платьях, развевающихся на ветру. Они окружили ее и двинулись хороводом, плавно танцуя в такт неслышимой музыке. Тиары на их головах тускло блестели в лунном свете. Девушки раскрывали рты, как будто пели, но до Селестины не доносилось ни звука. Их глаза были закрыты, однако Селест знала, что они ее видят. Чувствуют… И внезапно они показались ей такими родными, словно они знают друг друга очень давно…
И вдруг, затмевая Луну сиянием, вскружил над их хороводом белый дракон, и его радостный, победный рев огласил долину. А вслед за ним прорвались яркие и звонкие голоса девушек – принцессы ликовали, приветствуя белого зверя, махали ему, посылали воздушные поцелуи. Селестину все это сильно разозлило: она приготовилась взмыть в небо, чтобы прогнать нового дракона. Но внезапно девушки дружно кинулись на нее, разя невесть откуда взявшимися кинжалами – узкими серебристыми иглами… Селестина не чувствовала боли, но слышала противный, леденящий душу хруст, когда стальные сверкающие лезвия раз за разом пронзали чешую…
Что за странный кошмар?
В распахнутое окно осторожно заглядывала ночь – ясная, жаркая, летняя. Селестина вскочила, подошла к окну и оперлась ладонями о подоконник, чтобы глотнуть свежего воздуха.
Тревога все не проходила. В ушах стоял рев белого дракона… Это что, ей Тим приснился? Может, именно сейчас он тренируется где-то там, на далекой Фамагусте… Или же слушает россказни старого хитреца Йозефа, главы Дома Сияния. Наверняка дедушка нашел способ вытащить их из долины. Интересно, как там отец, думает ли о ней? Неужели поверил, что ее сердце покорилось Луне? Впрочем, разве это важно? Ведь он ей неродной… И у него теперь другой ученик.
Она глухо зарычала, как будто и наяву была драконом.
Яна заворочалась в постели. Увидела Селестину, рывком села.
– Давно не спишь?
– Только проснулась.
– А-а.
Селестина вдруг порывисто обернулась к ней.
– Ты можешь выяснить, где он сейчас? Наверняка его уже переместили в Дом Сияния? Но мне надо знать точно.
– Ты про… – Яна не договорила. Кинув пытливый взгляд на Селестину, она достала из-под подушки колоду карт. Быстро застелила одеяло и села сверху, скрестив ноги по-турецки.
– Я спрошу у карт про его настоящее.
Селестина подошла ближе, облокотилась на спинку кровати. Быстрые, длинные пальцы Яны ловко тасовали колоду.
И вот легла на одеяло первая одинокая карта. Селестина увидела человека, кутающегося в серый плащ. За его спиной ярко сияли звезды.
– Он сейчас в своем мире. Его нет на земле.
– Ты уверена?
– Так карты говорят. Я снова вытащила Призрака.
– Интересно, что за этим кроется?.. – задумчиво протянула Селестина. – Очень надеюсь, что раскрою тайну этого парня…
– Или еще больше запутаешься, – возразила Яна.
Селестина вздрогнула.
– С чего бы это? – холодно спросила она.
– Я вижу, что ты злишься, – спокойно ответила Яна. – Злишься на отца, астров да и на нас, лунатов, тоже. Ты учишься лунной мистике, но вряд ли хочешь стать черным лунастром, аурумом – интуитивом, который поведет нас всех по Лунной Дороге. Скажи честно, сама ты сейчас на чьей стороне?
С минуту они молча смотрели друг на друга. «Ну вот и пришло время для этого разговора», – подумала Селестина. Пора узнать правду о своей любимой «сестричке».
– Дмитрий Теодорович просил разведать, да?
Яна насмешливо улыбнулась – ясно, что ждала такого вопроса.
– Нет, не угадала. Они думают, что ты им послушна. Ведь ты изучаешь лунную мистику, а она сильнее звездной. Во всяком случае с точки зрения лунатов. Они думают, ты убедилась, что тебе лучше быть с лунатами.
– Вот как?
Против ее воли вышло довольно ехидно, и Яна выжидающе прищурилась.
– Я не буду принимать чью-либо сторону, – жестко произнесла Селестина. – Но я стану черным лунастром, потому что сама этого хочу.
– Хорошо, – Яна вздохнула с облегчением и вдруг улыбнулась. – Тогда я с тобой. Или за тебя, как больше нравится.
Селестина и сама поразилась, что тоже испытала облегчение. Все-таки Яна – надежный союзник. А ее неизменное хладнокровие даже успокаивает.
Сестра продолжала тасовать колоду. На одеяло вновь выпала карта рубашкой вверх. Селестина зачарованно уставилась на рисунок: черное солнце – символ Часа Затмения. Ничего удивительного в этом не было: карты старинные, лунастральные, а Час Затмения давно тревожит двуликих – шутка ли, откроется новый мир.
«Интересно, – вдруг подумалось Селестине, – ведь Солнце – это звезда, так почему же оно не делится энергией с астрами? Хотя и лунный свет – всего лишь отражение солнечного… Почему же тогда днем Солнце так губительно для мистики? Как все-таки странно устроен двуликий мир…»
Яна осторожно перевернула карту – на Селестину глянул черно-белый дракон, держащий в пасти связку ключей на железном кольце.
– И что это означает? – нетерпеливо спросила она.
– Тебе надо с ним встретиться, – задумчиво проговорила Яна.
Селестина изумленно вскинула брови.
– С кем? С Тимом?
– Да. У вас общая тайна. Видишь? – Яна показала на карту. Селестина присмотрелась и внезапно отметила, что глаза у дракона фиалковые, как у нее самой. – А вот вторая карта – Призрак, – продолжала Яна. – Это его карта, теперь я не сомневаюсь. Ты должна ему помочь.
Некоторое время они обе молчали. Яна рассеянно тасовала колоду, иногда вытаскивала случайную карту, но не показывала и тут же прятала обратно.
По правде говоря, Селестине хотелось встретиться с Тимом, расспросить о злополучном обряде на Горе Чистых Звезд, узнать, как же ему удалось превратиться в дракона, белого лунастра. И в то же время она почти ненавидела парня, ведь сейчас он находится вместе с ее отцом, мало того, теперь он его любимый ученик… Отец часто шутил, что мечтал о сыне, особенно когда хотел ее подразнить на тренировке – например, в бою на астарах. Ну что же, теперь его мечта сбылась.
Селестина поджала губы.
– Да пошел он к Юпитеру, – проворчала она. – Пусть сам разбирается со своими тайнами.
Но Яна уже тянула третью карту.
– Фиолетовая дверь.
– А это еще что такое?! – в сердцах воскликнула Селестина. – Клянусь всеми звездами неба, я с ума сойду от твоего гадания! – Но сама уже пристально разглядывала карту: дверь действительно была фиолетовая с узорными серебряными застежками-петлями и огромной замочной скважиной посередине – причем не обычной, а в виде Дерева Ночи: изящный ствол и тонкие, изломанные ветви. Возникло ощущение, что она видела эту дверь раньше. Но где?
– Вам надо встретиться, – настаивала Яна. – Верь картам. Они не обманут.
– Слушай, а чего ты так его защищаешь? – поддела сестру Селестина. – Может, ты сама с ним хочешь встретиться? Или с его симпатичным веснушчатым другом?
Лицо Яны ничего не выражало.
– Не пытайся меня разозлить, – равнодушно произнесла она. – Ты и сама знаешь, что тебе надо с ним объясниться. И я уверена, он сам тебе все расскажет. Про тайну.
– Правда? Интерес… – Селестина вдруг умолкла и приложила палец к губам. Яна ее поняла и тоже притихла. Вот уже несколько минут Селест беспокоил неясный шум – то ли в коридоре, то ли на улице. Она тихо подкралась к двери и приложила ухо к замочной скважине.
Так и есть: кто-то подслушивает за дверью! Она отчетливо слышала чье-то неровное дыхание.
Мягкий прыжок – и вот она уже держит за горло своего «сводного брата» – Никиту Серебрянского.
Его испуганные глаза говорили о многом. Селестина отпустила парня, брезгливо отдернув руку, невольно повторив фирменный жест Алекса.
– Следишь за мной? – тихо и зло спросила она. – Алекс приказал?
Никита сморщил нос и насупленно пробормотал:
– Он сказал, что это для твоего блага. И я почти ничего не слышал, вы слишком тихо говорили.
– Так предупредил бы, – саркастично произнесла Селестина. – Мы подошли бы поближе и говорили бы четко, громко и медленно, чтобы ты и записать мог. Извини, что обидели.
Никита еще больше надулся. Яна покачала головой, не одобряя то ли ехидства Селестины, то ли наглости брата. Но не вмешалась, даже с кровати не встала.
– Все знают, что Алексу ты нравишься, – хмуро сказал Никита. – Он не причинит тебе вреда… И не причинил бы никогда… Если бы я знал тогда… – Брат нервно сглотнул и замолк.
– То не напал бы на него и не защитил бы меня, – закончила Селестина. – Еще скажи, что тебя теперь совесть мучает!
– Я больше не хочу ни с кем ругаться! – выпалил Никита. – Почему я должен что-то вообще объяснять?
– Потому что подслушивал, – заметила Яна.
– Проще простого сделать вид, что ты ни при чем, – веско проговорила Селестина, глядя брату в глаза. – Но иногда обстоятельства так складываются, что ты должен выбрать, на чьей ты стороне. Понимаешь? Иначе так и будешь метаться. И тебя будут презирать и те и другие.
– А сама-то разве не мечешься? – с кривой ухмылкой бросил парень. – Между астрами и лунатами.
Селестина побледнела. Неужели ее игра так заметна, если даже Никита что-то подозревает? Надо быть осторожнее…
Яна недовольно фыркнула.
– Короче так, братец, – угрожающе произнесла она. – Выбирай: либо ты с нами, либо с ним.
– А вы против него? – мгновенно насторожился Никита.
– Мы не против, – мягко произнесла Селестина. Хотя глаза ее гневно сверкнули. – Мы на своей стороне.
Она резко открыла дверь и уже хотела выпихнуть Никиту из комнаты, дав ему приличного пинка, но брат и так воспользовался моментом – ужом выскользнул в коридор и был таков.
Селестина вопросительно посмотрела на Яну. Та вздохнула и, по-своему поняв этот взгляд, философски проговорила:
– Родственников не выбирают. – И широко улыбнулась.
– Точно не выбирают, – пробормотала Селестина.
Некоторое время они молча глядели друг на друга, а потом захохотали вместе как одурелые.
Илек будто ждал его звонка – примчался за пять минут, даже запыхался.
– Ну что, какие планы? – с порога выдохнул он.
Алекс быстро пересказал ему основные новости.
– Так значит, тебя будут готовить к Сожженному Пути? – мигом сообразил Илья. – Ничего себе, ты пойдешь по Лунной Дороге, первый среди лунатов!
Алекс довольно усмехнулся: если Илья так быстро сообразил, то и остальные будут думать так же. Все запомнят, что он первый!
– А мне разрешат поехать с тобой в долину? – Илья с надеждой уставился на друга.
– За тебя уже все решили, – лениво подтвердил Алекс. – А еще отец просил меня взять с собой кого-нибудь с курса… Надо собрать крепкую команду.
Обрадованный Илья быстро закивал. Как и все, он хотел побывать в долине – той самой, в которой наконец-то откроется путь в новый подлунный мир. И теперь он за своего вожака пойдет в огонь и воду, сделает все, что тот потребует. Впрочем, как и всегда.
– Мне нужна своя крепкая команда, – задумчиво повторил Алекс. – Позвони близнецам. Крыша тоже возьмем, пожалуй.
– Близнецам? Ого, намечается что-то серьезное, – уважительно протянул Илек. – Сестру брать? Ты же знаешь, она отлично рисует. Поможет и с терниями, и с тайновязью.
Алекс поморщился и махнул рукой.
– Ладно, все равно увяжется. Да и папа будет доволен.
– А нашего отца она и так уговорит, – кивнул Илек. – У нее свои методы. Старик тает просто, когда Макси что-то выпрашивает. У нее особый дар обаяния. Только на тебя почему-то не действует. – Он хохотнул.
Алекс не ответил. Макси – глупая влюбленная дурочка, но хорошая художница, да и в мистике немного разбирается. Илек прав, она все равно попадет в команду, так пусть думает, что это Алекс ее пригласил. Лучше окружать себя благодарными, а не обиженными. Главное, чтобы его команда помогла ему добиться цели – пройти все обучение, овладеть обеими мистиками и ступить на Сожженный Путь. К тому же он чуял: отец что-то недоговаривает… а значит, если Алекс оправдает его ожидания, перед ним откроется нечто еще более важное. Надо быть готовым. Ему не нужны слишком умные и способные, ему нужны преданные люди, сторонники. Такие, как Илек, как близнецы, как Крыш. Осталось только Селестину привлечь на свою сторону… Без нее ничего не получится.
Илья какое-то время еще разглагольствовал на тему безуспешных попыток сестры увлечь Алекса и наконец заметил, что друг его совсем не слушает.
– Что-то случилось, да? – напряженно спросил он. – Князев объявился?
Алекс сердито фыркнул.
– Свет клином не сошелся на Князеве. Есть вещи поважнее…
– А что тогда?
Илья нетерпеливо уставился на Алекса, и тот решил не тянуть зря время.
– Короче, мне придется стать астром. Познать астральную сущность.
Илья так обалдел, что только открывал и закрывал рот, словно выброшенная на берег рыба.
– Как так? – спросил он, когда вновь обрел дар речи. – Ты должен пройти обряд или что-то в этом роде?
– Я же сказал, мне нужно познать астральную сущность, – терпеливо объяснил Алекс. – Тогда я смогу стать астром… И буду владеть двумя мистиками.
– Как Князев?
– Да что ты пристал со своим Князевым?! – взорвался Алекс. – Короче, так: их претенденты придут изучать лунную мистику у нас – тот придурок из Яховска, с веснушчатым рылом, друг Князева, и какая-то Гемма из Дома Сияния. Но перед этим мы все отправимся к астрам. Ты-то уж точно.
Судя по кислому выражению Илька, он не горел желанием стать астром даже на некоторое время.
– Но в долину-то скоро попадем? – вдруг просиял он. – Надо же подготовиться к обряду и прочее.
– Размечтался, – Алекс с иронией глянул на друга. – В долине возьмет начало Сожженный Путь. А обряд черного лунастра пройдет на Горе Чистых Звезд. Но пока у нас с тобой и так дело есть – надо Князева разыскать. Он нам задолжал.
Илек злорадно ухмыльнулся. Алекс с удивлением это подметил. Неужели тот и раньше был таким мстительным?
– И не волнуйся, тебе не надо становиться астром, – медленно произнес он, украдкой наблюдая за Ильком. – Просто вы все будете начеку. Рядом со мной.
– Это всегда пожалуйста, – облегченно выдохнул Илья. – Ну а сейчас что делать-то? Какой план?
– Первое: привлечь Селестину на свою сторону. Любым способом. Отец говорил, что все лунаты терпят поражение – не могут принять астральную сущность. Тяжело познать силу звезд, когда ты с рождения черпаешь энергию у великой Луны… А Селестина поможет этому научиться.
Илек кивнул, подавив усмешку. Алекс одарил его холодным взглядом, но комментировать не стал – пусть думает, что он просто на нее запал. Так меньше конкурентов в главном.
– Второе – это Князев. Его надо найти. Он мой враг… И он может помешать… – Алекс умолк. Зачем говорить раньше времени? Князев не стал еще полноценным лунастром. В мистике он слаб, этот новоиспеченный астр… Но осторожность не помешает. Его надо задавить, пока он не набрался сил. И так лучший момент уже упустили. – В общем, надо найти его и точка, – повторил Алекс как бы для себя.
Илек снова кивнул. Он больше не улыбался.
– А как найдем, что?.. – Он с надеждой уставился на Алекса.
– Без лишнего рукоприкладства, – предупредил тот. – Его надо передать отцу. И это должен сделать только я…
– Но я же помогу тебе его поймать? Ты ведь не против?
– Я имею в виду, что если ты вдруг собрался его убить, то этого делать пока не следует.
Илья нахмурился. Возможно, обиделся. Ну да ничего, перетерпит. Князев – это дело Алекса. Все остальные в очередь.
– Ну и еще одно – мне понадобится много энергии. – Алекс оценивающе посмотрел на друга. Чтобы не провалить дело, которое ему поручено, приходится сомневаться даже в самых близких. Отец же сказал, что кто-то из окружения Алекса навел на его след астру-убийцу. А ведь она действительно желала ему смерти… Не будь Алекс всегда настороже, могла бы застать врасплох и привет… Как же отец переполошился! Приятно вспомнить… Очень хорошо, что Алекс не сказал о Селестине даже отцу. Иначе к ней приставили бы охрану посерьезнее и прощай тогда общение или что там у них намечается…
– Ты здесь вообще? – вернул его к реальности обиженный голос Ильи. – Я спросил тебя, где взять много энергии?
– Мне нужны близнецы, – задумчиво произнес Алекс. – Без них ничего не выйдет.
– За них можешь не переживать, – усмехнулся Илья. – Они всегда будут за тебя. А что должно выйти-то?
Неожиданно звякнул смартфон – выскочила планетка с красным флажком, – звонили по важному делу.
– Серебрянский? Привет, привет… – Алекс уже снисходительно сморщился, как вдруг застыл. – Говори, конечно.
Некоторое время он слушал Никиту, не перебивая.
– Так значит, она хочет знать, где Князев? – вдруг протянул Алекс, глядя вдаль. – И что именно сказала твоя сестричка?
Илья рядом заерзал, изнывая от любопытства.
– Ясно, я понял. Не спускай с них глаз. С обеих. И поменьше про меня болтай… Угу, до связи.
Алекс не спеша спрятал смартфон. Помедлил немного, что-то обдумывая, и наконец нехотя произнес:
– Селест хочет встретиться с Князевым. Наш Серебрянский говорит, что его сестричка, Яна, что-то нагадала. Какая-то Тайна, Дверь, Призрак… Этот идиот не все слышал. И Селест решила с ним встретиться. Интересно, зачем это ей… – Алекс мрачно задумался.
Илья не выдержал:
– Да потому, что спелась она с ним давно еще! Она же всегда его защищала, ты что, забыл? Ты меня извини, Алекс, но ты вообще голову потерял от этой куколки.
Алекс смотрел в одну точку и никак не реагировал. Илья решил, что тот готов слушать дальше, и продолжил с еще большим запалом:
– Она же хищница! Морочит тебе голову, глазки строит, а сама с астрами заодно. Если хочешь знать мое мнение, то ее вообще не стоит недооценивать. Она делает вид, что изучает нашу мистику, а сама и дальше астра!
– Лунастра.
– Что? – Спокойный голос Алекса сбил Илью с толку.
– Лунастра, – убийственно-вежливо повторил тот.
– Да какая разница, – не захотел сдаваться Илья. – Она крутит тобой как хочет, вот что я тебе скажу…
Алекс шагнул к нему и крепко взял за плечи – своей знаменитой хваткой. Илья испуганно замер и не шевелился, хотя его очки съехали на самый кончик носа.
– Чтобы я от тебя этого бреда больше не слышал.
– Я же просто помочь, как друг…
– Плохо ты меня знаешь, др-р-у-уг. Если думаешь, что мной так просто крутить, то какой ты мне, к Сатурну, друг? Когда это я позволял собой командовать? Или советы мне давать др-ружеские?
Он рывком отстранился и, достав телефон, принялся что-то набирать.
Илья неловко затоптался рядом.
– Прости, Алекс. Прости, ладно? Я просто переживаю немного… Ну, ведь на тебя напали. Ясно, что это устроили астры. А Селестина… – Илья вовремя заметил короткий ледяной взгляд и поспешно добавил: – Я не говорю, что она виновата, но просто непонятно, как та астра тебя выследила.
– С этим разберутся, – не отрываясь от смартфона, бросил Алекс. – Если ты действительно хочешь помочь, свяжись с близнецами. Давай встретимся в кафе за нашим столиком. А потом перелетим на башню, поговорим. Надо выработать стратегию, как подстеречь этого гада.
– Хорошо, я тогда объявляю общий сбор, да? – засуетился Илья. – Все будет сделано!
Он ушел, аккуратно прикрыв дверь. Алекс даже головы не повернул.
– Д-друг, – презрительно фыркнул он через какое-то время. – Держать вас всех в узде надо… Чуть что, сразу в душу лезет.
Алекс неодобрительно покачал головой – нельзя к себе никого подпускать, нельзя. А то будет как с Селестиной в долине – раз, и он лежит под действием морока. Голова до сих пор болит…
– Уж в следующий раз ты не застанешь меня врасплох, – задумчиво произнес он вслух и вернулся к смартфону.
«Меняются пространства, меняются времена, меняются люди, вечен только звездный свет».
Из «Летописи ранних»
Тим проснулся, тяжело дыша. Снаружи было темно – значит, пора вставать. Но ему не хотелось.
Во сне он снова был зверем. Драконом. Лунастром.
Он летал. Его тело, покрытое белой с серебристым отливом чешуей, плавно устремлялось вперед, рассекая небо огромными крыльями. Он неотрывно смотрел вперед, вытянув белую голову, увенчанную небольшими серебряными рожками, иногда открывал пасть, чтобы извергнуть новый столб пламени, с наслаждением прорывался сквозь ткань реальности, пропадая и появляясь все в новых и новых мирах, которым не было счета.
И это счастливое ощущение, ощущение полета в звездном небе, осталось с ним и наяву… Лишь только он вызывал это сновидение в памяти, как тело вновь напряженно изгибалось, словно готовое в любую минуту покрыться серебристой чешуей, отрастить мощные перепончатые крылья и длинный хвост с зеркальной пикой.
– О, проснулся? Вставай-вставай, дел невпроворот. Я уже и воды принес.
Как всегда, Тимур проснулся первым. Тим даже подозревал, что тот вообще не спит: разведчик ложился позже, а вставал раньше него. И всегда выглядел бодрым и свежим.
Тим быстро оделся, плеснул воды на лицо, провел пятерней по волосам – вот и весь утренний моцион. Тимур уже протягивал ему дымящуюся кружку чая.
– Как спалось? – спросил он, когда парень с наслаждением сделал первый глоток.
– Да странно… Во сне я снова стал драконом.
Тимур покивал, просматривая что-то на своем навигаторе.
– Это нормально, – рассеянно произнес он, одновременно набирая какой-то текст на экране. – Последствие первого превращения. Скоро пройдет.
Тим не стал продолжать разговор.
Что-то его волновало, и волновало очень сильно. Как будто он забыл о чем-то важном. Тим машинально потер левый локоть – дурацкая привычка с детства. Может, это действительно просто остатки тревожных сновидений… Внезапно ему вспомнился старый дом на Солнечной. Его отец, отдыхающий на дощатой веранде с изящными перилами – железные побеги винограда и медно-желтые розы, его самый лучший узор, как он говорил. Отец всегда сидел на деревянной лавке с кованой спинкой из тех же медно-желтых роз, застеленной теплой овечьей шкурой, и читал любимые журналы, в основном по ковке и кузнечному делу. Как же давно это было! В какой-то прошлой жизни…
Интересно, как выглядит его настоящий отец, вдруг подумал Тим. И мать. Кто они, из какого времени, кем были, что умели, где жили?.. Любили ли они вот так вот посидеть на уютной старой веранде, пусть и где-то далеко, среди звезд?..
И вдруг Тим вспомнил.
– Я должен принести то, что нужно! – Он вскочил. – Арракис! Она же дала мне задание! Ведь мы уже в настоящей Фамагусте? Нас пропустили, да?
Он ошалело огляделся, приметил все тот же старый прокопченный камин и серые стены, задумчивое лицо Тимура, железную чашу-светильник, свисающую с потолка немного криво, и все же, увлекаемый странным, неведомым чувством, которое оказалось сильнее здравого смысла, выбежал наружу.
Но не увидел ни белых дворцов, ни подвесных мостов с ажурными перилами, ни серебристых деревьев с алыми плодами. Перед ним раскинулся все тот же старый, полуразрушенный город – пустынный, тихий и настороженный, словно затаившийся в засаде зверь.
Вдали виднелись темные пики скалистых гор, над ними загорались первые звезды. Слева поднимались мраморные зубцы – ворота Фамагусты, только отсюда они казались серыми и даже скучными.
Тимур вышел следом и, сложив руки на груди, с усмешкой наблюдал за своим учеником.
– Куда подевался прекрасный белый город? – спросил Тим почти с отчаянием.
– Ты о чем?
– Но мы ведь… – Тим озадаченно озирался. Быть того не может! Неужели ему приснилось? Но воспоминание казалось таким ярким! Все эти люди в сине-белом выглядели очень даже реальными: мистресса Арракис, мистр Арктур, Муфрид и рыжая Капелла… И Тимур ведь тоже там был!
Тим горестно вздохнул. Как же он так ошибся?.. Как мог принять сон за реальность?
– Здесь все было по-другому, – пробормотал он раздосадованно. – Ну не может быть, чтобы приснилось. Я так четко все видел!
– Ты долго спал, – сказал Тимур. – И сейчас тебе надо отдыхать побольше… Первая трансформация всегда протекает тяжело. Во всяком случае так говорят ранние книги. Наверное, тебе что-то привиделось во сне.
Тим не ответил, все еще пораженный. Высокая и стройная Арракис, суровый Арктур, насмешливая Капелла, надменный Алькор, неприятная Исида, таинственный Муфрид с полумесяцем на лбу… Он отлично запомнил каждого из них!
Тимур с вежливым интересом наблюдал за парнем.
– Вы тоже были там, во сне, – пробурчал Тим, немного задетый его молчанием. – Уговаривали целую кучу людей в странной одежде обучить меня «Восьми формам»… или что-то в этом роде.
– И я их убедил? – В серых глазах Тимура появились смешинки.
Тим не стал отвечать. Облокотился на невысокое ограждение из бывшего когда-то белым кирпича. Выходит, он просто увидел очень яркий сон. Как жаль… Эти люди с именами звезд понравились ему, он чувствовал, что они ему близки… хотя и отнеслись к нему не очень дружелюбно.
Тимур не мешал его размышлениям. Встал рядом, скрестил руки на груди – наверное, думал о чем-то своем, важном.
Впрочем, вид разрушенной Фамагусты располагал к неспешным раздумьям. Взгляд Тима все блуждал по старым городским постройкам, пока не уткнулся в каменные зубцы. Да, с этой стороны они казались еще мрачнее, чем с внешней. Тим вдруг подумал, что тот белый сияющий сфинкс, который ранил его, проходил где-то здесь, пока не выбрался наружу… А сейчас враг притаился с той стороны – лунаты.
– Скажите, а почему астры позволяют лунатам унижать себя? – вдруг спросил Тим. – Почему работают на них, ищут долины?..
Тимур глубоко вздохнул, будто давно ждал этого вопроса.
– Они идут за своей мечтой, Тим. Чтобы поселиться в мире, где нет Луны. Где никто не будет ими помыкать.
– Но если у них отнимут и этот мир? Что тогда?
– Астры этого не позволят.
Тим недоверчиво фыркнул.
– А если астры уже привыкли подчиняться? Привыкли гнаться за далекой, несбыточной мечтой, и сами не заметили, что их мир давно у них отняли.
– Да, ты прав. Этот мир принадлежит Луне.
– А может, дело не в Луне? – не унимался Тим. – И не в лунатах? Может, это сами астры выбрали подчинение?
Тимур внимательно посмотрел на Тима, словно впервые его увидел. Парень ожидал, что разведчик сейчас рассердится, но тот неожиданно улыбнулся.
– Ты прав, Тим. Может, дело и не в Луне. Только отбери ты у астров мечту о собственном счастливом мире, без Луны и лунатов, и они перестанут бороться. Перестанут искать. Нельзя жить без мечты. Без надежды. Без веры в лучшее будущее.
– А что, если эта мечта ложная? – Тим разошелся не на шутку. Он понял, что наконец высказал то, что его мучило с тех самых пор, как он узнал о двуликом мире. – Если мечта ложная? – повторил он. – Если лунаты нарочно придумали для астров новый мир, которого не существует? Специально, чтобы они искали для них долины, работали на них… А потом пришли сюда и увидели старый, давно покинутый город.
Внезапно раздался шум крыльев – где-то за пустыми домами пронеслась стая птиц.
Тим встревоженно замер. Но разведчик выглядел спокойным.
– Этот город пуст, Тим. Я ожидал, что когда они увидят тебя… дракона… белого лунастра, сильвебра, то нам откроют истинные врата Фамагусты… И мы войдем в настоящий город. Увидим дворцы Раннего Мира, сказочные сады на холмах, о которых пишут в ранних книгах… Но увы, мы попали в старый, разрушенный временем город… И хорошо бы нам поскорее выбраться из него, потому что здесь нас подстерегает еще большая опасность: белые карлики могут появиться в любую минуту. Особенно если лунаты все-таки осмелятся перелезть через зубцы… – Он озадаченно потер висок. – Скорее бы дождаться ответного охранного знака от Йозефа, чтобы мы смогли вернуться домой. Что касается твоих слов, Тим… Нет, мечта об Астралисе – это не хитрая лунатская выдумка. И поверь мне, они были бы несказанно рады, если бы астры так думали.
– Почему? Ведь астры все равно подчиняются лунатам… Имеют меньше прав.
– Поэтому астрам и нужен свой мир, – ответил Тимур и улыбнулся: – Хотя все не так мрачно, как ты описываешь.
Тим вспомнил об Алексе и его компании – вот уж кто настоящие лунаты, самоуверенные придурки… Неужели и во «взрослом» двуликом мире все так же? С какой стати астры должны подчиняться?
– Знаешь, а ведь ты действительно в чем-то прав, Тим Князев, – внезапно произнес Тимур. – Мечта об Астралисе вполне может оказаться очередной ложью, утопией, навязанной хитрыми лунатами доверчивым астрам… Ведь лунаты не чувствуют двуликие долины, а значит, не могут найти их без нашей помощи. В этом и разница между нами, Тим. Астры чуют другие долины, потому что этот мир нам неродной. Мы не смогли приспособиться к нему. А лунаты – смогли. В давние времена все двуликие принадлежали Раннему Миру, затерянному где-то там, среди звезд. И мы найдем его снова. Вернем. А этот мир оставим лунатам. Пусть любуются своей Луной сколько захотят.
Снова всполошились птицы – совсем рядом, с другой стороны их убежища. Тим с беспокойством прислушался.
– Не переживай, все чисто, – успокоил разведчик. – Сейчас здесь никого нет. Главное, чтобы лунаты сюда не добрались раньше, чем мы уйдем.
– А можно пока немного посмотреть город? – попросил Тим. – Пусть здесь одни развалины, зато мы побывали тут первые… Будет что друзьям рассказать.
Конечно, парень прекрасно помнил, что где-то здесь может прятаться еще один сверкающий сфинкс или целая толпа белых карликов, но желание увидеть древний город, пусть и разрушенный, оказалось сильнее.
Тимур пристально посмотрел на Тима, словно оценивал его готовность к возможной схватке.
– Ладно, идем прогуляемся, – решил разведчик. – Все равно лучше не оставаться на одном месте. Заодно проверим, не пришел ли ответ от Йозефа.
Они шагали по старым каменным улочкам, вдоль развалин построек, по мостам над высохшими каналами, мимо бывших садов с мертвыми деревьями с белыми покореженными стволами – всего того, что осталось от некогда богатых поместий.
– Судя по «Летописи ранних», самой древней книге о двуликом мире, когда-то здесь были высокие скалистые холмы, – рассказывал Тимур. – На них стояли огромные роскошные дворцы на тысячи комнат, окруженные пышными садами, а над ущельями были протянуты висячие мосты. Но прошли тысячелетия, и все это великолепие занесло песком – вечной пылью времен… И мы едва ли сможем разглядеть блеск былой славы прекрасного города, единственного, что осталось от некогда великого лунастрального народа…