Задумываясь о склонностях и наклонностях, становится очевидно, что понятия принципиально разные. Возьмём ребёнка: он низкий, соответственно, его легко и даже полезно склонять в разных направлениях для формирования гибкости. В случае многих видов спорта выигрыш и вовсе двойной.
Со взрослыми иначе: чем выше, тем сложнее склонить. Есть совершенно негибкие взрослые, так что ничего не остаётся, кроме как резко наклонять. Обычно за направлением уже не уследишь, вот и получается просто вниз. При этом сильно страдают связки коленей и связи поколений. Особенно опасна наклонность на социальной лестнице.
Кстати, на любой лестнице хорошо бы делать пандусы. Если она зовётся социальной, а инвалиды и матери с колясками подняться не могут – это вообще в крайней степени противоречит здравому смыслу.
Существует вариант сознательного преклонения, но его лучше рассматривать отдельно. Отмечу лишь, что преклонение перед человеком склонным чревато уклонением, перед наклонным – отклонением. Тут, конечно, следите за градусом.
Помню, я хотела стать уфологом, поскольку чувствовала тягу к исследованию неопознанного. Отвращение к трупам избавило меня от мук выбора, а вместе с тем и от необходимости запоминать считалочки. «Не всем так везёт с самоопределением» – скажете вы и будете правы. Однако, когда пришло время устраиваться на работу, я поняла, что процент людей, столкнувшихся с внеземными цивилизациями, уже очень велик. Для сравнения, примерно равен количеству больных шизофренией. Дабы не тратить время там, где без меня разберутся, подписалась на специальное задание, розыскное.
Ко мне приходили десятки, если не сотни людей, ставших жертвами воровства. Они отличались внешне, по возрасту и роду занятий, из-за чего я в упор не видела никакой закономерности, не находила почерка серийного преступника. Но все произносили одно имя. Я перечитывала протоколы, надеясь хотя бы на синонимы или рифмы: у кого-то украли лучшие годы, у кого-то забрали надежду, ещё и сломав планы. С кого-то сняли бельё, что особенно ужасно. Но все так или иначе говорили, мол, там была любовь, она виновата.
Я отвечала: «Хорошо, значит любовь. Давайте составим фоторобот, опишите её, чтобы я смогла быстрее найти». Хотите – верьте, хотите – нет, каждый раз наступал хаос. Жертвы не давали ни одной внятной зацепки, будто вообще не видели ни лица, ни даже очертания. Как правило, ссылались на оставленные отпечатки и раны, что опровергалось дактилоскопической и медицинской экспертизой соответственно.
Некоторые запутывали, говоря, что у них есть ассоциации и называя какие-то фильмы, песни, даты. Я тоже состояла в ассоциации. При чём тут следствие – вот вопрос. Ответ нашёлся не сразу, однако меня ценили за гипотетико-дедуктивные методы: решила призвать общественных активистов.
Добровольцы обрывали телефоны, оббивали пороги, указывали ориентиры, где была замечена любовь. «Вы указали на доверие», «ваши координаты – это благодарность и преданность», «посмотрите внимательно, у вас в руках кусок колбасы, а не любовь!», «из-за вас я задержала иллюзию! – разумеется, я негодовала от растраты усилий. Карьера казалась игрой. Хотя признаюсь: задержала по всем правилам и получила удовольствие, даже отпускать не хотелось.
«Вы разыскиваете любовь? Что ж, можете приходить, если нужно практиковаться в задержании, мне тоже понравилось. Ну и не застёгивайте сумку» – почти снисходительно сказала тогда иллюзия, дотронувшись до моего плеча.
Первое слово дороже какого? Сомневаюсь, что первое слово ребёнка, сказавшего что-то вроде «абоба», в действительности дороже того момента, когда он уже может строить предложения и говорит: «Я хочу велосипед», поскольку там и до построения отношений не так уж далеко.
Любовь романтизирована и прекрасна, как поездка на велосипеде, пусть большинство повторяет, что изобретать его не стоило. Это в корне неверно. На самом деле, с изобретением велосипеда и рядом ничего не стояло.
Не выставляйте себя в дурном свете, называя колесо или электричество. Посмотрите на улицу: новый виток популярности электроэнергии наступил благодаря велосипедам, а колёса изначально являются их составной частью.
Зато вы наверняка правы в том, что первый блин – комом. Знаете, как-то страшно даже допустить существование человека, который услышал «первый блин – кома» и потому их никогда не готовил. Надеюсь, таких нет.
Цель первой поездки, разумеется, не в дальности, не в конкретном рубеже. Я считаю, что в первый же раз пересекать черту опрометчиво. Неправильно расставите точки над «ё» и покатитесь к чёрту. Тогда о дальнем зарубежье точно можно забыть.
Главная цель – ощущение, общее представление о механизме. Хорошо бы всегда начинать напрямую, но многим кажется, будто проще с горы. Набираете скорость, в голове усиливается ветер, а затем очень часто возникают проблемы с торможением. Выясняется, что вы без тормозов.
Я воздержалась от выражения «бабочки в животе». Природная наблюдательность подсказывает: бабочками не рождаются, бабочками становятся, а предшествуют им гусеницы. Если вы всерьёз столкнулись с подобными чувствами, поспешите обратиться к врачу.
Встречаются те, кто лёгких путей не ищет, кому сразу достался маршрут под гору. Порой они действительно встречаются, и этим всё сказано. Не вижу нужды в дополнительных разъяснениях.
Подробнее следует изучить колёса, иначе ничего не закрутится. Одно – это цирк какой-то. В классическом, самом распространённом варианте, как известно, их два. Если не вдаваться во внутреннее давление, то с виду равны.
В ранние годы бывает сложно найти опору на двух колёсах, так что выезжать на трёх – вполне нормальный опыт. Вы можете даже встретить зрелых людей, отдавших предпочтение такой конструкции, хоть это и кажется неестественным.
Однако встретить зрелого человека, открыто использующего приставные колёсики, вряд ли удастся. «Почему» – спросите вы, «Вы не понимаете, это другое» – отвечу я.
Мне – человеку с нарушением опорно-двигательного аппарата – рассуждать о таком виде равновесия страшно, велика вероятность упасть в чьих-то глазах. Сама классический вариант никак не могу освоить. На других ездить вроде получается, но только с привязанными к педалям ногами. Поэтому либо сильно привязываюсь, либо соскакиваю до того, как тронусь.
Думаю, об истинной любви можно судить в том случае, если, определившись с колёсами и научившись кататься, вы садитесь на велосипед снова и получаете от уже знакомого по сути процесса эмоции большие, чем впервые.
Всё второе объективнее первого, поскольку познаётся в сравнении. Но семь раз отмерять – один раз отрезать не рекомендовала бы, а то вас одного все семеро ждать перестанут. Мне потребовалась четверть века, чтобы разобраться в этих цифрах!
Когда пытаетесь удержаться до последнего без помощи рук, а тем более осознанно ищите правильные пути, называемые велосипедными дорожками, чтобы не наехать и не задеть – вот тогда вы готовы сделать велосипед не просто развлечением, а стилем жизни, тогда вы нашли своё.
Есть примеры людей, вообще бросивших велосипеды и севших в итоге на коня. Как я писала несколькими абзацами выше, подобные случаи судить нельзя. Что касается интереса спортивного, там тоже судьи найдутся другие.