banner
banner
banner
Гадалка в магической академии. Пари на любовь

Надежда Игоревна Соколова
Гадалка в магической академии. Пари на любовь

Глава 1

– Ну Вик! Ну что тебе стоит! Ну погадай! – ныла уже несколько минут моя соседка по спальне в общежитии магической академии.

Лиара, высокая статная эльфийка с зелеными глазами и фиолетовыми волосами, жившая со мной в одной комнате с первого курса, повадилась использовать меня в качестве своего ежедневника, только наоборот. Не она записывала туда, что будет в какой день, а я ей надиктовывала, чего и когда следует опасаться.

Моим гаданиям Лиара, как и остальная академия, верила. Только если другие адепты и преподаватели старались меня гаданиями не напрягать, то Лиара давно потеряла совесть, пользуясь нашей дружбой. Что и демонстрировала прямо сейчас.

Я только хмыкнула.

– Я ж тебе уже говорила: если есть точный результат, который исключает двоякое толкование, то заново гадать на тот же вопрос смысла нет. Это только разозлит богов. И экзамен по боевке ты не сдашь. Пойдешь на пересдачу. Хорошо, если только одну.

Лиара недовольно фыркнула. Ей, отличнице, невыносима была сама мысль о том, что какой-то экзамен можно не сдать с первого раза. Однако же ни она, ни я ничего не смыслили в боевой магии, или боевке, как ее тут все называли. И потому наши с ней пересдачи были давно решенным делом. В отличие от Лиары, я на эту тему не страдала. Выучила теорию, посмотрела со стороны на практику и вернулась к своим любимым предметам – рунологии, целительству или магической медицине и гаданию и предсказательству.

А еще завтра рано утром должен был состояться коллоквиум[1] по теории и практике разведения магических животных. И к нему тоже следовало основательно подготовиться, если хотелось иметь приличную оценку в аттестате.

В отличие от Лиары, я была твердой хорошисткой. Знала свой уровень, после которого ничего с собой поделать не смогу, и зубрила все предметы, но налегала дополнительно только на те, к которым лежала душа.

Я, Мальцева Виктория Андреевна, среднего роста худощавая брюнетка с карими глазами, попала в этот мир, можно сказать, случайно. Хоть наш декан, оборотень и некромант, и уверяет, что случайностей не бывает, есть только не отслеженные закономерности. В любом случае, в тот день я совершенно не планировала никуда перемещаться и уж тем более не собиралась думать о поступлении в магическую академию. Да я и к магии-то относилась со здоровым скептицизмом. Какая магия на Земле в двадцать первом веке? Не надо тут мне лапшу на уши вешать. Я как раз шла на работу, моя голова была занята проектами и договорами, общением с начальство и скорыми праздниками. Меньше всего я думала о чем-то сверхъестественном, включая гадания.

А потом у меня резко закружилась голова. Просто так. Ни с чего. Я почувствовала, как земля уплывает из-под ног. И не успела ничего сделать, как потеряла сознание.

Пришла в себя я уже здесь, в академии, чуть позже узнала, что со мной сюда перенеслись и сумка с пакетом, с которыми я всегда ходила к себе в офис. Эти вещи забрал себе ректор, пообещав вернуть, когда я закончу академию. Пока же, по его словам, напоминание о родном мире будет только отвлекать меня от учебы.

С тех пор у меня началась совершенно другая жизнь. Вернуться на Землю было нельзя. Я не могла появиться в немагическом мире после того, как узнала о существовании магического. Это было запрещено межмировыми законами. Приходилось приспосабливаться к местным реалиям. Я снова вспомнила, что такое – быть студенткой, или адепткой, как здесь говорили. Вставала рано утром, посещала пять-шесть пар в день, с трудом находила время, чтобы поесть, готовилась ко всем экзаменам и зачетам, читала тонны дополнительной литературы…

Через несколько лет я все же добралась до четвертого курса. Осталось доучиться этот год, пятый курс и пройти два года практики. После этого я, квалифицированный специалист, могла, помахивая дипломом, искать работу в любой магической школе. Ну, или открыть частную практику и гадать, предсказывать, ставить защиту с помощью рун. Иногда, в несложных случаях, исцелять.

Причем, так как у меня не имелось аристократических корней, то дальше купеческих районов меня не пустят. Работать на аристократов я смогу, только если они сами придут ко мне за помощью. Ужасно несправедливо, конечно. Но в этом мире все было пропитано духом кастовости. Общество было невероятно расслоено. В каждом «слое» общались только с себе подобными. И семьи создавали так же. Даже бизнес-партнеров выбирали в зависимости от принадлежности к той ьили иной группе. И только магическая академия, единственная на весь мир, принимала существ в зависимости от их уровня магии, а не количества родовитых родственников.

Я отвлеклась от своих не особо веселых мыслей, уставилась в окно. Там уже стемнело. На небе появились три больших желтых луны и больше десятка крупных звезд. Еще час-полтора, и звезд станет намного больше, небо будет практически усыпано ими. И настанет отбой – время, когда адепты должны сидеть безвылазно в своих комнатах до утра.

А утром снова почти военная побудка и очередной день, полный занятий.

Я потянулась, сцедила зевоту в кулак.

– Завтра у нас коллоквиум, – тяжело вздохнула Лиара.

Магических животных она не любила. И они отвечали ей тем же. А потому и на пары она шла, как на эшафот.

– Осталось два вопроса, – я покосилась на список. – Самые сложные. Ну вот откуда мне знать, как именно единороги привлекают самок для спаривания? Я вообще не знала, что у них есть самки.

Лиара весело фыркнула. Ей, родившейся и всю жизнь прожившей в магическом мире, было смешно наблюдать за моими «откровениями».

– Как-то же они спариваются, – заметила она.

– Они не спариваются. Они девственниц ищут, – буркнула я.

Земные мифы на поверку оказались именно мифами. И девственницы единорогам были не нужны. Вообще. Ни в каком качестве. А вот самки для спаривания – это всегда пожалуйста. Вообще, единороги считались довольно любвеобильными тварями. У каждого из них мог быть настоящий гарем из пяти-семи самок. И мне надо было узнать, каким образом те самые самки находятся.

– Самцы призывают самок своим ревом, – подсказала мне ответ Лиара. – Чем громче рев, тем сильнее желание.

– А, то есть когда единорог только тихо ржет, то ему никто не нужен? – уточнила я.

Лиара рассмеялась.

– Когда им никто не нужен, они молчат. Но такое бывает очень редко.

А жаль. С девственницами получилось бы интересней.

Вторым вопросом оказалось происхождение птицы Сирин[2].

– Ну, это я знаю, – кивнула я. – Там вроде бы их десяток всего, таких птиц, на все миры. То ли бывшие валькирии, то ли нынешние… Что? Что ты хохочешь?

– Птицы Сирин – вестники богов, – отсмеявшись, сообщила Лиара. – Их создали сами боги, когда решили, что им нужны существа для связи со смертными. И валькириями они никогда не были. Откуда ты вообще это взяла?

Откуда, откуда. Понятия не имею, откуда. Само в голову пришло. Видимо, что-то такое было в земных книжках.

Ладно, я прилежно записала все, что продиктовала мне Лиара, еще раз прочитала записи и решительно захлопнула конспект.

Пора было ложиться спать. Завтра снова ожидался трудный день.

Глава 2

Ночь прошла спокойно. Я спала хорошо, но мало. Откровенно мало. И проснулась за две минуты до местного будильника – привычка, выработанная месяцами обучения.

Будильником здесь служила сирена. Только она не пела, а орала. Ну, я бы тоже орала, если бы меня посадили в стеклянный аквариум и «забыли» на неопределенное время. Хотя на самом деле она подписала магический контракт с нашей академией и сейчас отрабатывала довольно приличное вознаграждение. После окончания контракта она могла всю жизнь лежать на своем островке где-нибудь в море и жить на заработанное. Те же разумные дельфины сами таскали бы ей рыбу и водоросли для пропитания.

Сирены, дальние родственницы русалок, являлись полуразумными существами. Их уровень интеллекта был не выше, чем у четырехлетнего ребенка. Умного ребенка, но все же четырехлетнего.

Сирены представляли собой женщин с длинными волосами и яркими глазами, якобы способных пением очаровать любое существо мужского пола. На практике, конечно, выходило иначе, и не каждый мужчина очаровывался довольно специфичным голосом сирены. Но то уже дело другое.

Тела сирен были гибкими и изящными, а кожа – светлой и гладкой. Их лица были тонкими и выразительными, с высокими скулами и пухлыми губами. Сирены обычно одевались в легкие, прозрачные одежды, чтобы подчеркнуть их соблазнительный вид и привести к ним желанного мужчину. Вместо ног у сирен, как и у русалок, имелся рыбий хвост, только длинный и тонкий. Им-то сирена и обвивала свою жертву, не позволяя ей избежать участи быть сведенной с ума.

 

И вот такая красота дико визжала в определенное время перед сном и после сна. Действовало очень освежающе. Особенно с непривычки. На кровати можно было подпрыгнуть чуть ли не до потолка. И потом приземлиться на пол, матерясь.

К тому времени как сирена включила звук, я уже мылась в нашей с Лиарой душевой.

В академии учились существа разного достатка. Многие из них привыкли к комфорту. И чтобы между княжной и дочкой рыбака не вспыхивали ссоры в общей купальне, руководство академии оборудовало спальни адептов отдельными душевыми. Мол, хотите драться за мытье первой в душе, пожалуйста, только не на людях. Впрочем, драться особо никто не дрался. Селили адептов в комнаты, исходя из примерного достатка соседок по комнате. Потому и в душ такие соседки ходили без выяснения отношений.

Меня это очень даже устраивало. Пока Лиара нежилась в кровати, я успевала вымыться и начинала одеваться.

Вот и сейчас я по-быстрому приняла душ, выскочила в спальню в банном халате и принялась натягивать на себя белье и одежду.

Все адепты ходили здесь в форме. Причем цвет был одинаковый у всех курсов и специальностей – серо-коричневый, не маркий – отличались только нашивки. У нас с Лиарой на рукаве была приклеена небольшая аккуратная четверка. Когда мы начнем заниматься по специальности, на рукаве появится значок факультета. Пока что все адепты учились вместе.

Мы с Лиарой вышли из спальни вдвоем и потопали на занятия. Прошли по коридору, дошагали до белоснежной мраморной лестницы, встали на верхнюю ступеньку.

– На первый этаж, – приказала я. – Обеих.

Лестница плавно поехала вниз. Этакий персональный лифт для адептов. Сколько существ может таким образом параллельно ехать в разные стороны, никто не знал. Но я бы не удивилась числу с тремя-четырьмя цифрами. Все-таки магия в этом мире была намного могущественней техники на Земле. Ну и, соответственно, умела больше.

Через пару минут мы оказались в холле общаги. Сидевший на месте охранника тролль Артанус приветливо кивнул нам. Ну, мне, если быть точной. Я месяц назад предсказала ему повышение по службе. Тогда он был просто дворником и даже не думал об относительно спокойной работе охранника-консьержа в общежитии. Потом старый охранник, гном Пантарус, уволился по состоянию здоровья. И Артануса посадили на его место.

В академии было четыре учебных корпуса, один – административный, площадка для тренировок, в том числе и магических, зверинец, библиотека, столовая и общага. Просторные помещения, много света. И ужасные расстояния для не тренированных адептов. В том числе и для меня. Я терпеть не могла пешие походы и перебежки из корпуса в корпус. Даже тенистые аллеи между корпусами любви к прогулкам мне не прибавили. А потому, едва получив свою первую стипендию, я до копейки потратила ее на амулет ускорения. Так делали практически все адепты, кроме тех нескольких существ, кто умудрялся с выплачиваемых за учебу денег помогать своим нищим семьям. А потому опоздавших на занятия практически не было.

На первую пару, Теорию и практику разведения магических животных, мы с Лиарой успели вовремя. Зашли в аудиторию, уже полную народа, уселись за свободный стол у окна, приготовились писать ответы на вопросы, причем в подробностях.

Буквально через несколько секунд в аудитории появился преподаватель – Роаррин ронт Гортон – оборотень со второй ипостасью тигр. Высокий мускулистый красавец с черной как смоль шевелюрой и зелеными глазами, притягательными, сверкающими, как изумруды, был мечтой многих особ женского пола в нашей академии, как адепток, так и преподавательниц. Но сам он оставался верен своей супруге, проживавшей отдельно от него в одном из миров. Супруга была на последних месяцах беременности, врачи прописали ей полный покой и тишину. Никаких нервов, ни малейших переживаний. А в академии подобного добиться было нельзя. И потому пара вынужденно разлучилась. Роаррин периодически наведывался к супруге порталами, но из-за работы оставался ненадолго.

Наши адептки вздыхали, мол, какая трогательная история любви. Но в лицо Роаррину ничего подобного говорить не осмеливались. Мало того, еще и вопросы все по магическим животным старательно учили. Препод отличался крутым нравом, мог заставить ходить на пересдачи чуть ли не полгода. Злить его не рекомендовалось.

– Итак, адепты, – прогудел Роаррин, подойдя к доске, – сегодня у нас коллоквиум. Список вопросов я вам выдал заранее. Надеюсь, вы все успели к нему подготовиться. Не хотелось бы, как и в прошлый раз, принимать пересдачу по десять-двенадцать раз подряд.

Часть адептов дружно покраснела при этом напоминании. Экзамены у Роаррина с первого раза сдавали только пятеро-семеро существ из всей группы. И я – среди них. Но я, конечно, не в счет. И в самой группе, и в академии меня считали заучкой и «ботаником». А вот несколько троечников по-настоящему гордились собой. Как же, не имеют «хвостов» у такого крутого препода.

Между тем Роаррин щелкнул пальцами – и наши учебные принадлежности переместились в пространственный карман[3]. Они вернутся к нам в конце пары, после успешной сдачи коллоквиума. А пока… Пока мы достали самопишущие перья и начали выводить на листках бумаги ответы по заданным вопросам.

Глава 3

В принципе, вопросы были несложными. Многие из них мы выучили наизусть еще раньше, на предыдущем курсе. И сейчас преподаватель проверял не столько наши знания, сколько нашу память.

Первым пунктом стояло:

«Чем питаются фениксы?»

Я вспомнила, что рассказывала мне Лиара об этих мифических птицах, и уверенно вывела ответ:

«Овощами, фруктами, семенами и орехами».

Дальше следовал вопрос: «Какие основные теории разведения магических животных существуют?»

Тут я хмыкнула. На самом деле основных теорий было всего четыре. Ну и плюс имелась куча мелких, никем не подтвержденных.

Я записала на листке:

«Генетическая теория: Эта теория основана на предположении, что магические свойства животных обусловлены их генами. Разведение магических животных может быть направлено на сохранение и усиление этих свойств.

Энергетическая теория: Согласно этой теории, магические животные обладают особой энергией, которая может быть использована для лечения, защиты или других целей. При разведении магических животных можно стремиться к увеличению этой энергии.

Духовная теория: Некоторые культуры считают, что магические животные являются проводниками между миром людей и духов. В этом случае разведение магических животных может служить для поддержания связи с духами и получения их помощи.

Теория баланса: Некоторые маги считают, что разведение магических животных помогает поддерживать баланс между различными силами в природе».

Следом шло: «Как определить оптимальные условия для разведения магических животных?»

Я быстро перечислила:

«Наличие подходящего места для обитания: Магические животные требуют специфических условий обитания, которые могут включать наличие магической энергии, определенных видов растений или животных для пищи и т. д.

Обеспечение безопасности: Разведение магических животных требует обеспечения их безопасности от хищников, охотников и других угроз.

Создание подходящей среды: Разведение магических животных также требует создания подходящей среды для их обитания, которая может включать создание специальных заповедников, парков или других охраняемых территорий.

Учет потребностей животных: Разведение магических животных должно учитывать их специфические потребности, такие как питание, размножение и т. д.

Сотрудничество с другими магами: Разведение магических животных может потребовать сотрудничества с другими магами, обладающими знаниями и опытом в этой области.

Соблюдение законов и правил: Разведение магических животных может регулироваться законодательством и правилами, которые необходимо соблюдать».

Следующий вопрос меня порадовал. Уж на него я точно знала ответ.

«Какие методы и техники используются при разведении магических животных?»

Карандаш быстро заскользил по листу:

«При разведении магических животных применяются разнообразные методы и техники, которые способствуют успешному развитию и процветанию этого особого вида животных. Разведение магических существ требует особого внимания к деталям и специфическим потребностям каждого вида.

Одним из ключевых методов разведения магических животных является отбор особей с желаемыми генетическими характеристиками. Путем грамотного подбора особей, которые обладают определенными магическими способностями или внешним видом, можно создать новые гибриды.

Однако разведение магических животных не ограничивается только генетическим аспектом. Важную роль играет создание специальных условий для их размножения и развития. Магические создания часто требуют определенных условий окружающей среды, таких как определенные погодные условия, особые типы питания или атмосферные факторы. Техники создания и поддержания таких условий включают в себя контролируемое освещение, регуляцию температуры и влажности, а также специальные системы очистки воздуха и воды».

Я довольно быстро справилась со всем списком, удостоверилась, что все написано правильно, удовлетворенно улыбнулась и с усталым видом откинулась на спинку стула. Теперь, пятнадцать минут до конца пары, можно отдыхать. Мой листок с ответами уже перенесен был магией на стол Роаррину. Так что я расслабилась и прикрыла глаза.

А вот этой было моей большой ошибкой.

Мои видения обычно приходили спонтанно. Четкие, не размытые, с ярко вычерченными фигурами и легко узнаваемыми лицами. Увидев раз существ из видений, я всегда могла опознать их в реальности.

Я никогда не знала, когда и о ком будет очередное видение. Оно могло прийти вместо обычного сна. А могло появиться в реальности.

Сейчас был последний случай.

Не успела я прикрыть глаза, как увидела себя в том же возрасте, в котором находилась сейчас, стоявшей на берегу моря с высоким статным красавцем, синеглазым шатеном примерно моего возраста. Он улыбался мне, нежно и как-то трепетно, словно боялся потерять. И, виданое ли дело, я точно так же улыбалась в ответ.

Не сказать, что я избегала мужчин или не любила их. Скорее, считала, что всему свое время. И сначала в этом мире надо получить специальность и встать на ноги. А уж потом думать о любовных делах.

В этом мире жили долго, независимо от расы. Сейчас мне было двадцать девять. Обеспеченные женщины замуж тут обычно выходили в тридцать-тридцать три, рожали до сорока, умирали в сто пятьдесят-двести лет. И для себя пожить успевали, и внуков-правнуков увидеть. Да, бедные слои населения жили иначе. Женщины там могли и в восемнадцать выйти замуж, а в семьдесят уже уйти на тот свет. Но то беднота. К ней и отношение не то, и спрос с нее другой. У нее не имелось средств ни на качественную медицину, ни на нормальное питание, ни на уход и заботу со стороны профессионалов. Но маги в основном были существами зажиточными, могли себе позволить и амулеты долголетия, и хороших лекарей. А я собиралась становиться магом. И потому не видела смысла прямо сейчас заводить романы.

Однако же мироздание считало иначе. Мне ясно давали понять, что суженый для меня уже нашелся. Причем, что странно, судя по тонким чертам лица и дорогой качественной одежде, красавец был из аристократов. А в местном кастовом обществе подобные браки, между знатью и теми, кто не был именит, не поощрялись. А потому я глубоко сомневалась, что мы с красавцем сможем быть вместе. Не в этом мире, не в этом веке.

Меня вывел из полузабытья резкий крик сирены, сообщавший об окончании пары.

– Вик? – повернулась ко мне встревоженная Лиара. – Что? Снова видение?

Я задумчиво кивнула. Видение, да. Понять бы, к добру оно или к худу…

Следующей парой у нас было зельеварение.

Я терпеть не могла в школе на Земле химию. И эту нелюбовь перенесла на приготовление зелий уже в академии. В самом деле, ну вот откуда мне знать, что пять капель раствора ларки семицветной не только добавят зелью правды горечи, но и заставят объект болтать без умолку на любую тему в течение сколь угодно долго?! Да я только здесь, в академии, и узнала о существовании такого растения, как ларка! И именно препод по зельеварению рассказала о том, что ларка вызывает удушение у гоблинов и орков. А потому пытаться напоить их зельем правды может быть чревато. Мы себе в тетради записали и благополучно забыли об этом. Все. Включая тех самых гоблинов и орков.

 

В общем, варить зелья я не любила. В отличие от Лиары. Вот кто мог с полным правом называться прирожденным зельеваром. Я как-то пошутила:

– Тебе даже у котла стоять не нужно. Достаточно глянуть на травы. Они сами соберутся в нужную комплектацию, нырнут в котел и сварятся. А ты потом проверишь и оценишь результат.

Лиара была польщена. Она вообще любила похвалу.

Зельеварение вела дриада Ростинала Шорнайская. Высокая худощавая красавица, ходячее пособие по анатомии, она знала о растениях и зельях все, если не больше. Она самозабвенно любила свой предмет и не понимала, как можно не сварить хотя бы простенькое зелье взаимной симпатии.

Я же не понимала, как эти травы взаимодействуют друг с другом исключительно с помощью магии.

И потому мы с Ростиналой никак не могли найти общий язык. Впрочем, лично мне этот факт никак не мешал жить и учиться.

Аудитории зельеваров находились в подвальных помещениях, снабженных сильными вытяжками и многочисленными амулетами от смерти, удушения и увечий.

А потому сразу после коллоквиума мы всей группой помчались по коридорам и лестницам вниз, в подвал.

Ректор академии, вампир Нортар Лорисский, считал, что адептам следует поддерживать хорошую физическую форму. Впрочем, как и преподавателям. А потому никаких поблажек в учебных корпусах никому не делалось. Лестницы-самоходки, какая была в общаге, здесь не имелось. Ножками, адепты, ножками. Только ректор и его два заместителя имели право на территории академии передвигаться порталами. Все остальные занимались ходьбой и бегом, помимо отдельных занятий по физкультуре, стоявших в расписании у каждого курса как минимум два раза в неделю.

1Форма проверки и оценивания знаний учащихся в системе образования, преимущественно в вузах. Как правило, представляет собой проводимый по инициативе преподавателя промежуточный мини-экзамен один или несколько раз в семестр, имеющий цель уменьшить список тем, выносимых на основной экзамен, и оценить текущий уровень знаний студентов.
2Райская птица-дева из средневековой книжной мифологии, образ которой восходит к древнегреческим сиренам. В западноевропейских легендах Сирин является воплощением несчастной души.
3Особое место, где есть пространство без объема и времени. Туда можно положить что угодно на какой угодно срок, и оно сохранится в неизменном виде. Причем место это личное. Никто посторонний там побывать не может.
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14 
Рейтинг@Mail.ru