Приказ Создателя: миссия Земля

Мэри Влад
Приказ Создателя: миссия Земля

Предисловие

Что происходит, когда боги теряют веру?

цикл «Хранители Млечного Пути», книга первая

Добро и зло, любовь и ненависть, страх и сила, красота и уродство, ущербность и великолепие – в этом мире есть всё. Время, пространство, баланс, истина, сознание – основы Солнечной системы, заложенные в неё творцами.

За порядком в галактике «Млечный Путь» следят четыре хранителя. Они существуют с самого начал времён. Их породил Создатель. Они справедливы, но не лишены людских пороков. Они сильны, но не свободны.

Им запрещено тесно контактировать с людьми. Но что произойдёт, если на пути долга встанет любовь? Что произойдёт, когда боги потеряют веру? Какие их пороки всплывут на свет?

Смогут ли они освободиться от вечного рабства и спасти галактику или красота этого мира сгинет вместе с ними?

Давайте узнаем. И пусть вас не смущают пафосные фразы, хранители более чем неформальны. Таких раздолбаев ещё поискать. Если бы они и правда управляли нашей галактикой, она бы давно схлопнулась. Хорошо, что они существуют лишь в параллельном выдуманном мире.

Глава 1

Нико жадно жевал тост с сыром, запивая растворимым кофе. Ему было решительно всё равно, что крошки летят на модные джинсы, а соус вот-вот запачкает футболку и ворот пиджака. Взъерошенные каштановые волосы шевелились в такт поедания тоста. Парень не обращал внимания на обшарпанную обстановку. Кафе было паршивым, но его это нисколько не смущало.

Он так самозабвенно ел, что и бровью не повёл, когда напротив него приземлился солидный мужчина лет пятидесяти. Положив рядом с собой зонтик, пришелец без тени смущения уставился на жующего.

– Приветствую тебя, Нико, – сухо сказал он. – И приятного тебе аппетита.

– Спасибо, Адис, – перестав жевать, Нико слегка пригладил свои волосы и внимательно посмотрел на вновь прибывшего. Зелёные глаза недобро блеснули. – Решил оправдать пословицу «понедельник – день тяжёлый»? Надолго в наши края?

– А это ты уж у местных поинтересуйся. Разбушевались сильно. Приструнить бы надо, а ты сидишь тут, бутерброды жуёшь, – Адис оценивающим взглядом оглядел Нико. – Исхудал совсем. Тебя что, нормально не кормят?

– Давай без сарказма? Это ты сейчас на хорошем счету. Мне вот пока приходится своими силами пропитание добывать.

– Кто бы спорил, кто бы спорил! За чужой счёт питаться безусловно легче, уж тебе ли не знать, – Адис рассмеялся. – Я, вообще-то, пришёл по делу.

– Мы не виделись семьдесят восемь лет, и что я слышу! Конечно же, ты ко мне исключительно по делу. Тебе совсем не интересно, как я выбрался? – Нико вздохнул. – Ну, рассказывай, чем на этот раз донимать будешь.

– Доедай и пойдём. Надо бы прогуляться.

Нико с досадой посмотрел на остатки тоста и остывший кофе. Аппетита как не бывало. «Придут с утра, подкинут новой каши, а мне расхлёбывай, – подумал он. – Неужели не понятно: в отпуске я».

– А никто тебя в отпуск-то не отпускал. Ты сам решил, что устал больно. Устроил хаос – и свалил. Кстати, где мы? – Адис вскинул брови и с удивлением огляделся. – Я понимаю, если б ты лежал сейчас на пушистой перине где-нибудь во Франции. А это что? Россия! Закусочная у метро. Ещё и напротив стройки. Ну, Нико…

– Здесь хорошие сэндвичи. И мне нравится Москва, что с того? – Нико пожал плечами и с досадой пригубил еле тёплый кофе. – Тут проще затеряться. А ты прекращай ко мне в голову лезть. Личное пространство всё-таки. Закон запрещает.

– Мы на Земле, Нико. Какие тут законы? Да и еда паршивая, комом в желудке оседает. Но ты, однако, хорошо прячешься: пока лично сюда не телепортируешься, шансов найти тебя никаких.

– Стараюсь, – буркнул Нико. – Ладно, пойдём уже. Раз мой отпуск и так испорчен, то не стоит тянуть резину, – он нехотя поднялся и небрежно стряхнул крошки с лацканов пиджака. Прихватив недоеденный тост, Нико последовал за Адисом к выходу.

Около входа в закусочную тёрся бездомный пес. В больших голодных глазах читались страх и отчаяние. Нико замедлил шаг, слегка присвистнул, подзывая его поближе, и аккуратно положил перед псом остатки тоста. Адис снисходительно улыбнулся.

– Ты в своём репертуаре, Нико. Люди всегда тебя заботили меньше, чем животные.

– А чего о них заботиться? – Нико осторожно распрямился и неспешно отошёл от пса, чтобы не напугать его резкими движениями. – И Земля, и Создатель, и мы и так дали им слишком много, а они из раза в раз только борзеют ещё больше, – поравнявшись с Адисом, Нико посмотрел на него. – Мы снова должны всё разрулить, да? Знаешь, после тех событий, я больше не хочу участвовать в таких миссиях.

– Ты и сам прекрасно знаешь, что нам придётся. Что бы там ни было, мы должны. Приказ Создателя. Будто ты не в курсе, что он не любит, когда его игрушки начинают творить херню. Не вернём всё в нормальное русло, он снова взбесится и устроит геноцид. А потом нас же и обвинит, дескать, не смогли вовремя разобраться, – Адис поморщился. – И, кстати, как ты выбрался?

Они свернули в переулок. Нико не спешил с ответом. Воздух был очень душным и раскалённым, пахло надвигающейся грозой. Он уже хотел было снять пиджак, но, взглянув на Адиса, передумал. Тот, как обычно, был одет с иголочки: строгий чёрный костюм, белая рубашка, начищенные до блеска туфли и зонт-трость. Как ему удавалось всегда выглядеть так безупречно? Даже морщины, слегка тронувшие лицо, его не портили, а, напротив, придавали элегантности и статности. Сам же Нико предпочитал оставаться в облике двадцатипятилетнего.

– На самом деле, не помню всех деталей, – нарушил затянувшееся молчание Нико. – Я довольно долго бултыхался в той голубой жиже, – он подёрнул плечами. – Карма постаралась на славу, ничего не скажешь. Мерзко, когда тебя упекают в котёл правды по принуждению. Сам знаешь, если это сделал хранитель котла, то нет шансов выбраться.

– Да, – Адис вздохнул. – От любви до ненависти. Может, и стоило вмешаться…

– Нет, – перебил его Нико. – Это наше с ней дело.

– И как же ты в итоге выбрался?

– Как это не смешно, но я понадобился людям, – Нико хохотнул. – Я же хранитель их душ, всё-таки. Они звали. Я бы даже сказал: взывали. Долго и неистово. И вот я оказался на Земле.

– Видимо, сильно понадобился, – Адис ухмыльнулся.

– Похоже. Их голоса стали сильнее связывающей боли. Я сконцентрировался и – чудо телепортации – я здесь. На Земле я всего лишь лет десять, может, пятнадцать. Не считал, не было настроения.

– Выходит, долго ты там пробултыхался, – Адис выглядел озадаченным. – Не думал я, что Карма на тебя так взъелась. Что же такого у вас случилось?

– В том и дело, – Нико пожал плечами. – Я не помню. Всё как в тумане. Видимо, Дорин постарался, память как отшибло.

– Ты вообще ничего не помнишь?

– Нет.

– Ох, Нико, – Адис покачал головой. – Из-за твоих афер началась война. Я уж не знаю, поиграться ты хотел или власть к рукам прибрать, да вот не вышло. Создатель разозлился и потребовал от Кармы, чтобы она ополоснула тебя в своём котле. Не хотела она, учитывая, что у вас любовь была. Да только после вашего разговора она как с цепи сорвалась. Не просто искупала тебя, а оставила там под печатью. Чудо, что ты выбрался. Поэтому мне очень интересно, что же между вами такого произошло.

– Слушай, мы идём уже довольно долго, – Нико явно хотел сменить тему. – Да ещё и невозможно душно перед грозой, неужели нельзя было поехать на метро?

– Боги в метро! – Адис расхохотался. – В час пик! Ой, не могу!

– Тебе лишь бы съязвить.

Вскоре они подошли к зданию банка. Масштабы строения потрясали: казалось, что небоскрёб продирал облачную завесу, а его верхняя часть устремлялась всё дальше ввысь. Возможно, это был лишь обман зрения, ведь облицовка здания была выполнена из светоотражающего зеркального стекла. Нико запрокинул голову, прищурил глаза и долго созерцал игру облаков и небоскрёба.

– Ну и что ты мне тут показывать собрался? – оторвавшись от своего наблюдения, ворчливо буркнул он.

– Людей, – ответил Адис. – Видишь эту очередь? – он махнул рукой на один из входов, над которым красовалась табличка «Для быстрого обслуживания физических лиц». – Они обезумили. Кто скупает, кто продаёт. На соседней улице митинг. Полмира охватили волнения. В некоторых столицах даже введено военное положение. В Москве пока нет, но это лишь вопрос времени. Твоих рук дело?

– Не моих. Я теперь не вмешиваюсь ни во что. Вернулся, пришёл в себя. На этом всё. Знаю ненамного больше твоего. Что мы здесь делаем, позволь узнать?

– Мы ждём кое-кого, – Адис медлил с ответом. Переступив с ноги на ноги, он отвёл взгляд и почесал затылок. – Карму.

– Эту суку?! – взревел Нико, бешено сверля Адиса глазами. – Ноги моей рядом с ней не будет!

– Уже столько лет прошло, а ты до сих пор бесишься, уймись уже.

– Не тебя по её милости годами удерживала клокочущая раскалённая жижа! Так что не говори мне… – Нико повернул голову и осёкся.

В их сторону шла Карма. Голубая ткань сарафана облегала пышную грудь и струилась по бёдрам, показывая соблазнительные изгибы. Шифоновый подол развевался, обнажая изящные лодыжки, заключённые в узкие ремешки босоножек. Тонкую талию украшал золотой поясок. Он стильно гармонировал с крупными винтажными украшениями. Густая копна волос цвета каштана ложилась на плечи мягкими волнами. Казалось, даже воздух замер, чтобы поприветствовать её, настолько эта женщина была красива. Приблизившись к ним, она остановилась, сложив руки на груди, отчего её золотые браслеты издали приветственный звук.

– Ты звал, Адис, я пришла, – Карма слегка нахмурилась. – Но я не думала, что мне придётся столкнуться с этим, – она кивнула в сторону Нико.

– Меня, знаешь ли, тоже не предупреждали! – Нико готов был вскипеть ещё раз, но Адис поднял правую руку, призывая к тишине.

 

– Я вас не собачиться собрал. Ведёте себя как простые смертные. Долгое пребывание среди них плохо на вас влияет. Возьмите себя в руки, наконец.

– Хорошо, Адис, мы слушаем, – Карма сдвинула брови ещё сильнее, сделав особый акцент на слове «мы».

– В мире назревает очередной переворот, повсюду паника. Мировой кризис дал о себе знать: кругом волнения, – Адис указал в сторону толпы. – Кучка людских лидеров явно снова что-то не поделила. В итоге толпы недовольных, бунты, митинги, массовые убийства и расовые столкновения. Попахивает войной. Создатель, конечно, любит красочные представления. Однако на этот раз приказал вмешаться и навести на Земле порядок. Нико, ты отвечал за покой в их сердцах с тех пор, как вернулся. Что же опять случилось?

– Они не слушают больше, не смотрят на меня, – Нико развёл руками. – Мне кажется, что кто-то намеренно перекрывает канал отдачи. Ну раз мы теперь вместе, то, возможно, сможем…

– Когда кажется, креститься надо. Слышал о таком? Это как раз по твоей части, – перебила его Карма. – Может, сразу скажешь, кто виноват? Ты снова замешан, как тогда, в сороковые?

– Да нет же, говорю, – Нико устало прикрыл глаза. – Я уже сказал Адису, что не помню тех событий. Не помню, зачем я делал то, что делал. Не помню даже, что я делал. И уж тем более не общаюсь больше с людскими лидерами, – он вздохнул. – А, может, к чёрту всё это? Давайте махнём на пару дней в Италию, там пицца вкусная, хочу отведать. Отправимся втроём. Как в старые добрые времена, а?

– Мало того, что ты последние несколько лет выполняешь свою работу через задницу, так теперь тебе ещё и пицца понадобилась. В Италии! – Карма всплеснула руками, и браслеты издали недовольный кряк. – А потом тебе понадобится сангрия в Испании, лягушачьи лапки во Франции и суши в Японии. А пока ты жрёшь, бардак кругом будет только усиливаться. Хорош божок-хранитель, ничего не скажешь!

– Суши в Японии гадость, я недавно оттуда, – процедил Нико.

– Так же, как и пицца в Италии, уверяю тебя, – поджала губы Карма. – Вчера заказала её на обед, пришлось выбросить.

– И это я-то ещё обжора, – Нико ухмыльнулся и взъерошил волосы.

Карма покачала головой. Было видно, что она пытается держаться. Однако, посмотрев на Нико, она прыснула со смеху. В воздухе будто зазвенели колокольчики.

Глава 2

Таня проводила взглядом каплю, скользящую по обратной стороне стекла, потом ещё одну. И ещё. На юго-западе Москвы начиналась гроза. Лето официально закончилось, и осень начинала отвоёвывать своё. Таня вздохнула: так-то всё не так и всё не то, ощущение собственной ненужности в последнее время сильно зашкаливало.

– На примерку пойдём, – раздался тихий голос.

Таня обернулась. В дверях стояла Марго – худощавая невысокая девушка с ещё не сошедшим подростковым румянцем. Её длинные русые волосы слегка растрепались. Похоже, она немного нервничала, то и дело прикусывая пухлые губы. «Интересно, что случилось, – подумала Таня. – Может, опять с Алексом поругались».

– Уже выбрали?

– Да, я собрала образы, идём, – Марго махнула ручкой в сторону костюмерных комнат.

Таня с неохотой отошла от окна. В коридоре раздался неуверенный топот детских ножек.

– Даша, тебе нельзя сюда! Где тётя Лиза? – Марго присела на корточки, притянув к себе дочь.

– Ты иди, отведи её обратно, я скоро приду.

– Хорошо, спасибо, – Марго подхватила дочку на руки и поспешила по направлению к игровой. Её шаги, по мере удаления, отдавались в коридоре быстрым клокочущим эхом.

Таня покачала головой: ребёнок на работе – это странно. И ладно бы они сидели в обычном офисе, так ведь нет. На студии «АЛЕКС-СТУДИО» осуществлялся продакшн и постпродакшн короткометражных фильмов, социальных и рекламных видеороликов, скандальных шоу, откровенных клипов и фотосессий. Подойдя к зеркалу, она бросила на себя оценивающий взгляд. Макияж сегодня сделали очень эффектный, должны получится хорошие снимки.

В гримерную заглянул Алекс, он держал в руках жёлтый конверт.

– А где Марго? Мне ей документы на визы передать надо, пусть отвезёт, пока снимаем. Ух, какая ты сегодня! Так, где Марго?

– А тебя прямо-таки сегодня очень много, – съязвила Таня. Стыдно признаться, но он ей нравился. И, к её великому сожалению, не просто как босс или друг. – Она понесла Дашу обратно в игровую. Сейчас придёт.

– Тогда лучше сама ей занеси.

– Пожалуйста. Нужно говорить «пожалуйста». Вы забываете о вежливости, Александр…

– Сергеевич.

– Пушкин, что ли? – Таня не смогла сдержать улыбку.

– А ты, я гляжу, Татьяна Ларина. Иди уже, отнеси ей конверт. Сейчас закончат со светом, и начинаем снимать.

Таня кивнула, и Алекс скрылся за дверью. Немудрено, что он нравился всем девушкам без исключения. Высокий, хорошо сложен. От него веяло умом и харизмой. Он всегда добивался своего: успешный бизнес, куча связей и стальная сила воли. Таня не знала никого, кто был бы настолько ответственным и уверенным в собственном успехе. Взяв конверт, который Алекс положил на стол, она вышла из комнаты.

Марго уже собрала детские вещи и ждала Татьяну, чтобы показать ей костюмы. Таня выбрала чёрный комплект. Одобрительно кивнув, Марго помогла ей одеться. Хотя костюм был настолько откровенным, что назвать его одеждой можно было с натяжкой. Забрав жёлтый конверт, Марго пожелала Тане хорошей съёмки и поспешила в игровую, где Даша играла под присмотром нерасторопной няни.

Через несколько часов, когда Алекс объявил об окончании съёмки, Таня облегчённо вздохнула. Нет, ей нравилось сниматься для мужских изданий. Но позирование перед Алексом всегда волновало её. А сегодняшний фотосет вышел уж очень горячим.

– Ты была ахуенна, – Алекс подошёл к ней почти вплотную. – Хочешь посмотреть?

Таня удивлённо вскинула брови. Маэстро, как она иногда называла его за глаза, обычно никому не показывал сырой материал.

– Да, конечно, – Таня накинула халат поверх вызывающего БДСМ-костюма, который скорее подчёркивал её интимные места, чем скрывал хоть что-то.

– Ты пока переоденься, потом приходи ко мне в кабинет. Посмотрим вместе. Тань, это реально огонь! Кстати, как ты смотришь на то, чтобы сегодня где-нибудь перекусить?

Таня ошарашенно кивнула, молча развернулась и направилась в гримёрку.

Первым делом она смыла боевой раскрас. Кожа на лице задышала. Таня улыбнулась своему отражению. Природа наделила её такой красотой, которая не требовала никаких манипуляций с макияжем. Красилась она исключительно на съёмки и мероприятия.

Сняв костюм, Таня прошла в душевую, открыла кран и встала под струи воды. Мысли о Марго и Алексе не выходили у неё из головы весь день. Странное дело: у них общий ребёнок и живут они вместе, но на работе ведут себя скорее как коллеги, нежели как муж и жена. И кольца не носят. Да ещё и Алекс последние две недели оказывает ей знаки внимания: то позовёт смотреть на выставку арт-хаусных работ, то подарит какую-нибудь милую вещицу.

Вчера в гримёрной её ждал огромный букет белых роз. Такой большой, что пришлось вызывать такси. А сегодня Алекс и вовсе позвал её на поздний ужин. Конечно, Марго давно ушла, она никогда не оставалась до конца рабочего процесса. Её работа состояла в подборе образов для моделей. Изредка она выполняла ещё и функцию визажиста.

Но всё-таки ужин…

«Почему Алекс не может поесть дома? Его же наверняка ждут Даша с Маргаритой», – подумала Таня и встряхнула мокрыми волосами. Она попыталась отогнать назойливые мысли, обернулась полотенцем и взяла в руки фен. Высушив волосы и намазавшись кремами, надела свежие трусики. Повернулась вполоборота к зеркалу и залюбовалась своей попой. Не зря фитнес вошёл в её жизнь. Всё-таки упругая задница – это красиво.

Наскоро покидав вещи в сумку, Таня натянула майку и джинсы. Две капли духов на запястье, белые кроссы – и вот она готова.

Алекс ждал её в кабинете. Здесь царил полумрак, но даже при таком тусклом освещении он казался ей идеалом. Тёмные волосы, серые глаза, правильные волевые черты лица. Расстёгнутый ворот чёрной рубашки обнажал прорисованные грудные мышцы, а закатанные рукава открывали миру сильные руки. Таня шумно сглотнула. Может, это не очень хорошая идея, вот так оставаться наедине с женатым мужчиной?

– Ты пришла, – Алекс улыбнулся и поднялся с кресла. – Я уже всё загрузил, давай смотреть.

– А ты что, ещё не смотрел?

– Нет, ждал тебя.

Алекс придвинул второе кресло к столу с мониторами. Подойдя, Таня уловила аромат его парфюма, смешанный с лёгким запахом сигарет и его тела. Голова сразу же пошла кругом.

– Тебе холодно? – вдруг спросил Алекс.

– Что, прости?

– Холодно? Просто ты не носишь лифчик, сразу понятно, если ты мёрзнешь. Здесь прохладно, я проветривал. Могу включить кондиционер.

– Да, пожалуй, – Таня кивнула, хотя её бросило в жар.

Алекс взял пульт и пару раз щёлкнул.

– Вот, теперь порядок. Скоро потеплеет, – он улыбнулся. – Давай садись. Оценишь.

Когда речь заходила о работе, он сразу перевоплощался. В нём чувствовалась сила, гордость и власть. Алекс горел своей работой. Ему нравилось создавать крышесносные проекты. Его студия была одной из самых престижных и дорогих в Москве. За пиаром и продакшеном клипов, рекламы, фотосессий и даже ТВ-шоу к нему обращались все именитые люди города. Он знал, как сделать красивую картинку. Знал, как спровоцировать людей. Знал, как работает белый и чёрный пиар. У него были связи не только по стране, но и за её пределами. Таня не представляла, как в двадцать девять лет можно быть настолько влиятельной фигурой в мире шоу-бизнеса. Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что к Алексу обращались не только звёзды шоу-биза. У него в клиентах водились и бизнесмены, и политики. Из любой ситуации он мог сделать красочное шоу и извлечь выгоду. Он легко мог возвести любого человека на пьедестал всеобщего обожания и так же легко мог оттуда свергнуть. Ссориться с ним никому не было выгодно.

Таню неимоверно тянуло к нему с первого дня знакомства. Он внушал чувство защищённости и одновременно опасности. Одно его присутствие вызывало жар внизу живота. Да, он был для неё магнитом. Видимо, это и правда не очень хорошая идея – остаться с ним наедине.

– Ты только посмотри, – Алекс щёлкал мышкой. – Тигрица и два прислужника, – он улыбнулся и провёл рукой по шее. – Вот эта очень нравится.

Таня всмотрелась в фото. Да уж, её на этих фото и не узнать совсем. Загримировали под леди-вамп. Даже волосы покрасили спреем. С экрана на неё смотрела властная женщина лет тридцати. Тёмные волосы волнами спадали на плечи, корсет доходил до грудей, приподнимая их. Создавалось впечатление, что у неё, как минимум, четвёртый размер. Остроносые лакированные чёрные ботфорты контрастно выделялись на фоне декораций. В одной руке женщина держала два поводка, а в другой толстый изогнутый хлыст. У её ног сидели двое мужчин, дожидаясь команды хозяйки.

Женщина на фото даже близко не походила на неё. Таня усмехнулась.

– Не нравится?

– Нравится. Только это не я.

– Скажешь тоже.

– Да нет, правда. Ну посмотри на меня. Блондинка, прямые волосы. Джинсы, майки, кроссовки. Мне даже пиво не продают в мои двадцать два. Не верят, что восемнадцать есть. А она… – Таня посмотрела на Алекса. – Она идеальна.

– Каждая из вас по-своему сексуальна, ведь всё это ты, – глаза Алекса блеснули в полумраке. Тане даже показалось, что из серых они сделались почти чёрными. – Ты очень красива, Таня. И у тебя большой потенциал, уж я-то могу об этом судить.

– Окей, босс, – отшутилась Таня. – Слушай, фотки реально огонь. Одна из лучших фотосессий за последний месяц.

– Да, – Алекс резко развернулся к ней. – Итак, куда пойдём? Какую кухню предпочитаешь?

– А тебя Марго с Дашей дома разве не ждут?

– Даша сегодня вечером гостит у дедушки, а у Марго свидание.

– Чего?

– Ах, да. Ты же не в курсе. Мы с Марго давно уже не живём как муж и жена. Они с Дашей живут в моей квартире, это правда. Если Марго найдёт кого-то серьёзного, то они переедут. А пока я за ними обеими присматриваю. Да, Даша моя дочь, но Маргарита мне скорее как младшая сестра, нежели жена или подруга. Ей же только в следующем месяце исполнится двадцать. Мы познакомились чуть больше двух лет назад. Всё очень быстро закрутилось. Она почти сразу стала жить со мной. Через год родилась Даша. Но мы уже не были вместе… в этом смысле.

– А сколько сейчас Даше? – Таня пыталась переварить услышанное. Какие-то «дочки-матери-отцы и гости», а не семья получается.

– Недавно стукнуло год и два месяца.

– Яяясно…

– Так куда пойдём? – Алекс наклонился к ней, и Таню снова бросило в жар.

1  2  3  4  5  6  7  8  9 
Рейтинг@Mail.ru