Ведьма из Чёрного леса

Мия Мисташ
Ведьма из Чёрного леса

Глава 4.

− Как дела?

− У меня метла.

Она рассматривала ступу и метлу в сарае за домом. Ступа, выдолбленная из целого ствола чёрного упавшего дерева, блестела и выглядела совершенно новенькой. Магический предмет был вырезан гномом еще пять лет назад. За эту работу она заплатила золотую монету, хотя могла год безбедно жить, отрезая маленькие кусочки драгоценного металла.

Ступа оправдала свои вложения. Перемещалась Лаис со всеми удобствами. Даже можно было вздремнуть, если перемещаешься на дальние расстояния. Не говоря уже о необходимости перекусить на ходу и полюбоваться окрестностями, исключения – болота, там ничего интересного не наблюдалось. Иногда, конечно, там всплывали водяные кверху брюхом, пытаясь завлечь пролетающую молодую ведьмочку голым видом, но вызывали у неё только тошноту.

Метла отличалась мобильностью, резвостью и своевольным нравом. Лаис порой просто хотела щелкнуть пальцами и сжечь штуковину, а пепел развеять по ветру. Останавливало только то, что метлу подарила старейшая ведьма клана. В летающую вещь старая карга добавила крупицу своей магии. Таким даром не разбрасываются, а тем более не сжигают. Нервы восстановятся, наверное, к третьему столетию, а сожжённую метлу воссоздать сложнее.

Лаис не могла выбрать между двумя магическими предметами. Она уже перечислила все плюсы и минусы каждой вещи, но так и не была уверенна до конца, на чём же ей выдвигаться. Впервые её пригласила королева, а ударить в грязь лицом Лаис очень не хотела. Статус ведьмы может от этого визита взлететь, а может оказаться на дне.

− Задумалась? Мур-мяу, − около двери вышагивал фамильяр.

Лаис взглянула на него. Это так странно половину фразы слышать и понимать в голове, а мяуканье вместе с мурлыканьем воспринимать снаружи этой самой головы. Создавалось какое-то двойственное ощущение, от чего возникало чувство дежавю.

− Да, вот не могу выбрать, на чём полететь ко двору, − неуверенно произнесла она, и тут же разозлилась на себя за эту нерешительность.

Фамильяр подошёл поближе. Понюхал воздух, принюхался к ступе, чихнул, сердито посмотрел на предмет. Затем тоже самое проделал в отношении метлы. Потом под удивлённым взглядом Лаис вырыл ямку и написал туда, а затем проворно закопал углубление.

− Я считаю, лучше выбрать метлу, тем более гроза идёт и будет ливень, − фамильяр задумчиво сидел и лизал лапу.

Лаис наблюдала за темнеющим небом и хмурилась. Наслюнявила палец и подняла повыше. Слабый ветер то тёплый, то холодный еле-еле касался подушечки пальца. У-уу, шаловливый мерзавец! Мог бы и предупредить!

Она настолько сегодня была выбита из колеи, что совсем забыла преподнести подношение духам природы. А ведь всего-то нужно – побрызгать немного молока в утренних лучах звезды рассвета.

Лаис сердито посмотрела на метлу, будто именно этот волшебный предмет имел непосредственное отношение к её бедам. Буян перехватил взгляд ведьмы. Подпрыгнув в воздухе и совершив невероятный кульбит, вцепился когтями в деревянный наконечник и начал лизать черенок. Метла вздрогнула и начала плясать, а затем просто легла на пол. Лаис покраснела, кот с удовольствием лизал и утробно негромко урчал. В этом она увидела эротический подтекст, что подтвердилось дрожью метлы. Лаис отвернулась, она больше не хотела наблюдать эту сцену. За спиной происходила возня и мурлыканье. Через некоторое время наступила тишина.

− Теперь, метла будет паинькой, мур-мур, − фамильяр сонными глазами посмотрел на Лаис, и вальяжно прилёг, напротив.

− Э-э, надеюсь, к-хм, − ведьма чувствовала себя не в своей тарелке. Она слышала некоторые слухи в отношении фамильяров и волшебных предметов, но с таким столкнулась впервые.

Лаис настороженно повернулась. От шока она непроизвольно открыла рот. Магический предмет сверкал и переливался разными цветами. За все время обладания этой вещью ведьма впервые видела её в таком блеске волшебства. Казалось, что буквально пять минут назад метла воплотилась из небытия.

Она с опаской рассматривала засыпающего фамильяра и решила для себя − никогда не позволять ему лизать её руку, щёку, да и вообще любую часть тела. Если раньше Лаис подумывала погладить чёрного кота и ощутить под пальцами гладкую шелковистую шёрстку, то теперь наотрез отказалась от таких мыслей. Фамильяр – это не домашнее животное, а могущественное волшебное существо!

Метла начала медленно гаснуть, и через несколько мгновений перед ней стояла, вроде бы, та же самая вещь, которую ей вручила могущественная ведьма. Лаис осторожно тронула деревянный черенок и через прикосновение ощутила гудящую внутреннюю силу. Её пробрала дрожь. Впервые она поняла волшебный предмет на уровне инстинкта. Больше метла не будет своевольничать, она приняла Лаис, признала своей хозяйкой. Об этом толковали в академии, но Лаис не сильно верила в эти премудрости. В этот момент она засомневалась в некоторых решениях, принятых ранее, но поразмыслив, выбросила проблемы давних дней из головы.

Звезда рассвета неуклонно клонилась к горизонту и становилась тусклой. Необходимо было поторопиться. Лаис терпеть не могла быстро собираться. Спешка для ведьмы становилась подчас очень опасным ингредиентом в игре со смертью.

Она вышла из сарая. Метла спокойно плыла по воздуху за хозяйкой, готовая в любой момент взлететь. Лаис резко свистнула, и чёрная шляпа появилась на голове, поелозила по белокурым волосам с явно недовольным видом и затихла. Лаис погладила поля шляпы, успокаивая. Всё-таки головной убор привык к волосам другого цвета.

Ведьма посмотрела на тёмно-зелёные ботинки, при свете звезды полуночи они приобретали чёрный цвет, и глубоко вздохнула. Ноздри пощекотали запахи деревьев и земли, захотелось со всей силы чихнуть, но Лаис зажала нос рукой.  Внутри себя она спрятала пузырёк воздуха, он мог помочь в самый неожиданный момент.

На поляне белели цветы − знак плодородия и надежды. Фиолетовые облака сгущались. Времени оставалось катастрофически мало. Ей нужно срезать лилии и приготовить отвар. Придётся отложить ритуальные мероприятия на другое время.

Лаис судорожно схватилась за саквояж, уверенным голосом крикнула фамильяру приказ и удобно усевшись на метлу, резко взлетела в темнеющее небо.

***

Буян медленно открыл глаза и с неудовольствием наблюдал за исчезающей ведьмой. Он хотел выспаться после работы. Фамильяр привёл в порядок летательный аппарат и нуждался в отдыхе, но ведьма не хотела входить в его положение. Она ждала его долгие года, а может быть и нет. В любом случае Лаис обижена и характер у неё не подарок. Впрочем, матушка всегда говорила ему не ждать мягкосердечную ведьму. Таких в природе не существует.

Он лениво потянулся четырьмя лапами и медленно поднялся. Хвост недовольно шевелил кота, пытаясь повернуть его то вправо, то влево. Фамильяру это надоело, и он зло мяукнул. Хвост успокоился, но кончик, на котором белело три волоска подрагивал и дрожал.

Буян подпрыгивая направился на поляну и понюхал белые цветы. С самого начала он заподозрил что-то неладное. Он решил проверить свою гипотезу, кружа вокруг цветов и тщательно обнюхивая каждый цветок, стебелёк и листья.

− Интересно, мур-мяу! – произнёс вторую фразу Буян громко, ничего не боясь.

− Очень интересно, − пропищал голосок.

Кот подпрыгнул и выгнул спину, совершенно не ожидая услышать кого бы то ни было. Он зашипел и начал оглядываться по сторонам. Чёрный лес был тих. Наверху веселился ветер, лаская верхушки деревьев.

− Да ты не бойся, я не страшный, − розовый маленький носик показался из-под опавшей синей листвы.

Буян с недоверием наблюдал за появлением существа. Он проверил свои органы чувств, но они молчали словно никого здесь не было. Фамильяр решил попробовать незнакомца на зуб, вдруг тот не живой, и вообще, может быть является привидением. Ведь его обоняние и слух никогда не подводили, до этого момента.

Глава 5

Когда на вас падает ведьма –

не злите её!

Лаис летела на пределе возможностей метлы, выжимая из неё максимальную скорость. Перед ней всё сливалось в пятно, начинало подташнивать. Она задала точку назначения летающему предмету и надеялась прибыть вовремя. Лаис не являлась королевой и не могла позволить себе опоздать.

Ей нравилось быть ведьмой − смешивать разные ингредиенты, выискивая лекарство, иногда позволяя себе превратить мимо проходящего в лягушонка. Только однажды Лаис присутствовала на приёме Белой королевы. Прабабка взяла её с собой. Такого великолепия она не видела ни разу в своей жизни.

Сейчас Лаис немного нервничала. Она приглашена к королеве Неблагого двора. О ней ходили легенды. Её возраст измерялся тысячелетиями. Это очень много даже для волшебного народа. Что могло понадобиться могущественной фейри? Она заболела? Вопросы бурлили в голове Лаис, иногда приобретая мрачные подтексты, но она гнала их прочь.

Метла начала снижать скорость, приближаясь к земле. Лаис затошнило еще больше, в глазах потемнело. В следующее мгновение она будто врезалась в стену и увидела перед собой сиреневые большие глаза. Лаис почувствовала на своей талии руки, которые в наглую гладили и ощупывали её.

− Убери руки, а то отсохнут, − гневно произнесла она и попыталась встать, но не тут-то было. Руки, принадлежащие невозможно красивому фейри еще крепче, прижали Лаис к себе.

− Ай, вот ведьма злющая, − со смехом произнёс незнакомец и разжал хватку, − сама падаешь на меня на своей метле, а потом проклинаешь, когда я пытаюсь вылечить себя при помощи тебя же.

Фейри встал рядом с ней. Чёрные волосы развевались, прозрачно-белая кожа светилась изнутри серебряным светом. Его красота ослепляла, причём в буквальном смысле. Руки напоминали веточки деревьев, но он подул на них − вспыхнул свет, и Лаис увидела тонкие ладони, с длинными пальцами, которым позавидовала бы любая барышня, и даже ведьма.

Фейри привёл себя в порядок легко и непринуждённо, но она то знала, чего такая магия стоит. Фейри любили щеголять волшебством без видимых усилий, а потом совершенно без сил появлялись у её порога. Иногда Лаис приходилось буквально вытаскивать с того света таких выпендрёжников.

 

Она с прищуром посмотрела на него и впервые захотела ощутить бабочки в животе. Фейри был до невозможности прекрасен.

− Нечего было прижимать меня, и я не лекарство, − недовольно произнесла Лаис.

− Я лишь лечился от падения, душа моя, − с улыбкой ответил он. Листочки и веточки на его чёрном костюме при падении прицепились, проникли в ткань и замерли словно всегда так и было.

− Я не твоя душа. У фейри нет души. И вообще, мне не нужен муж на один день, − Лаис оглядывалась в поисках тропы к замку, но везде видела только дремучий лес.

В некоторых ведьмовских кланах считалось нормальным заводить мужей на каждый день недели. Лаис даже знала одну такую ведьму из Пряничного города. Все дни недели были расписаны, очередность строго соблюдалась. Всё это очень выматывало. Ведьма в выходные дни выбиралась к ней в гости и за бутылкой горькой настойки трынь травы рассказывала свои беды. Лаис не согласилась бы на нескольких мужей за все коврижки ярмарки кланов ведьм.

С высоты она видела чёрный сверкающий замок. Он переливался и сверкал синим, тёмно-зелёным и фиолетовым. Теперь же Лаис не понимала в какую сторону идти.

− Я бы никогда не посмел стать мужем на один день, это просто неуважение к знающей ведьме, минимум на одно тысячелетие, − с улыбкой учтиво сказал фейри, − меня зовут Ардан, − поклонился он.

− Меня вызвала королева Тэмулэн, − высокомерно произнесла Лаис, − прошу отвести меня к Неблагому двору.

− Всенепременно, когда получу поцелуй, − ехидно заметил Ардан.

− Поцелуй ведьмы ядовит, но, если ты настаиваешь…, − Лаис вытянула губы трубочкой и потянулась к нему, но тот отскочил и с недоверием оглядел с ног до головы.

− Ведьма-девственница? Никогда не видел, хотя всё бывает в первый раз, − смущенно произнёс он.

− Действительно, первый раз говорят бывает практически у всех, даже у зомби, − зло усмехнувшись сказала она, − веди меня, я опаздываю.

− Прошу в королевство сумрачных лесов, ведьма Лаис, − улыбнувшись очаровательной улыбкой, Ардан щелкнул пальцами.

В деревьях вспыхнули огоньки синего и зелёного цвета и появился проход – чёрная гладкая дорога, в которой отражались звёзды. Если наступить на поверхность, то можно сгинуть на века. Лаис села на метлу и полетела к великолепному замку, чуть заметному вдалеке, так напоминающий игрушечный замок на песке.

Ардан взмахнул рукой, и деревья скрыли дорогу. Лишь ветерок принёс слова обещания фейри, что он обязательно найдёт Лаис. Ведь сейчас он охраняет путь в Неблагой двор.

***

Белый мышь понюхал воздух и уверенно направился к Буяну. Но он испуганно отскочил и неуверенно начал вышагивать. В нём боролись два совершенно противоположных желания. Буян хотел броситься со всех лап в дом и больше не показывать носа на улицу, останавливала только гордыня и упрямство. Коту внутри фамильяра очень хотелось попробовать диковинного зверя на вкус. Животные инстинкты как правило молчали в нём, но иногда давали о себе знать.

Буян втянул в себя воздух, но опять ничего не ощутил. Чёрный лес ничем не пах, как и мышь перед ним. Зрение его не обманывало, во всяком случае до этого момента. Он с осторожностью еще раз посмотрел на белые цветы, но нюхать их не стал.

Мышь хохотал и держался за свой живот. Буяну стало обидно, что его не бояться. Захотелось даже показать свои когти, но это мимолётное желание тут же пропало.

− Твоё выражение морды я не забуду до окончательной смерти, − продолжая смеяться, проговорил грызун.

− Почему от тебя ничем не пахнет? – настороженно спросил Буян.

− Потому, − мышь показал ему язык и попытался успокоиться, но у него не получилось, и он продолжил смеяться.

− Интересно, какой ты на вкус? – фамильяр хитрыми глазами посмотрел на белого как сливки грызуна.

− Ой, ик, − единственное, что мог ответить на вопрос он, и с испугом воззрился на Буяна.

− Видимо ты очень вкусный, − задумчиво проговорил фамильяр, − если природа защищает тебя таким образом, что невозможно никак учуять, − он сел, и хвост обхватил его передние лапы.

− Ничего подобного, − наконец, сказал мышь, − просто Чёрный лес заколдован и все его обитатели тоже.

Глава 6

Ведьма ничего не боится

кроме смерти.

Лаис никак не ожидала попасть на бал. Шумная толпа волшебных существ всех мастей со смехом носилась в разные стороны. Маленькие феи бросали с потолка магические бомбочки. Попадая по цели, шарообразная масса взрывалась и превращала жертву в невидимку. Они часто промахивались. Однако Лаис осторожно произнесла заклинание защиты. В её планы не входило становиться невидимой.

Фавны и Красные колпаки уже дошли до той стадии опьянения, когда мнение окружающих не имеет ровным счётом никакого значения, хотя и в трезвом состоянии эти собутыльники не обращали большого внимания на прохожих. Лаис настороженно наблюдала за ними. Они не брезговали ничем в голодном состоянии и вполне могли перекусить даже не очень толстой ведьмой.

На балу нужно было вести себя осмотрительно. На каждом шагу подстерегала опасность. Традиции и обычаи являлись высшим законом, которым подчинялись все, в том числе и могущественные фейри.

Найти в этой вакханалии королеву Тэмулэн представлялось для Лаис практически невозможным делом. Ей пришло на ум, что быть может приглашение ко двору именно сегодня имело подтекст ― мрачный и смертельный. Она не собиралась умирать молодой, но веселящиеся фейри вызывали внутри бурю эмоций. Страх, удивление и любопытство смешивались, и торопили попробовать ядовитое волшебное веселье. Лаис выглядела неприступной и холодной, не решаясь сделать первый шаг в разноцветный и гудящий поток.

Музыка вызывала желание кружиться в танце до утра, но она то знала, насколько это опасно. Фейри могли развлекаться до самого восхода звезды рассвета, несколько дней подряд. Устроитель бала подчас игрался с беспощадным Временем, удлиняя или укорачивая минуты, чаще всего просто создавая иллюзию темноты за огромными окнами бального зала.

Родословная ведьмы Лаис мудро умалчивала о смертных женщинах и мужчинах. Древняя книга раскрывала секреты редко. Бабка только несколько раз за всю жизнь раскрывала перед ней фолиант. Однажды она разрешила задать вопрос. Лаис спросила и пожалела об этом. Фейри могут её погубить.

Человеческая кровь делала её уязвимой для их магии. Она одела на себя рябиновые бусы и железное колечко, но при этом почувствовала себя плохо. В роду Лаис были и фейри, при этом иммунитетом к проделкам волшебного народа она не обладала.

Она посмотрела на свои чёрные ажурные перчатки. Была-не была! Она вступила в яркую разношёрстную толпу. Огоньки блестели и плыли в воздухе, садились на лицо и вызывали ощущение счастья. Лаис кружилась в танце с прекрасными фейри. У многих были чёрные волосы и большие глаза в обрамлении пушистых ресниц. Несколько раз она отплясывала джигу с представителями Благого двора, мужчины выглядели как ангелы, только без крыльев. Она видела рисунки в древней книге и всегда поражалась такому сходству.

Лаис смеялась непонятно чему и восхищенно осматривала окружающих. Маленькие феи несколько раз бросали в неё бомбочки, она не становилась невидимой, внутри разливалось ощущение лёгкости и воздушности. Ей казалось, что стоит только захотеть, и она взлетит.

– Я рад снова лицезреть тебя. Твоё обличье очень привлекательно, ― проговорил великолепный фейри.

– Я не разговариваю с незнакомцами, ― фыркнув, сказала Лаис.

Она никак не ожидала столкнуться с вестником от королевы Тэмулэн так скоро. Лаис испытывала смущение и удивление. Как он её узнал?

Сомнения до сих пор терзали её. Он является будущим отцом её детей? Или это кто-то другой? В истории родословной иногда складывалось не всё так однозначно. В любовных хитросплетениях путались многие ведьмы, пока не находили истинных отцов детей. Лаис думала об этом как о сложной головоломке.

– Увидимся, ― крикнул он, исчезая, увлекаемый безбашенной толпой.

Она уже хотела направиться вслед, но её схватили крепкие руки. Серые глаза загипнотизировали. Лаис танцевала и танцевала…Партнёры менялись, вели в бесконечном танце. Она смеялась и не могла насытиться весельем.

Усталость подкралась внезапно. Обухом по голове стукнула реальность. Внезапно всё закончилось. Краски бала померкли словно выключили свет. Призраки танцевали на гобеленах и застыли в самых провокационных позах.

Лаис удивлённо рассматривала свою одежду и не могла понять, как с ней могло случиться что-то подобное. «От фейри всего можно ожидать». Раньше эта поговорка значила не очень много, но в данный момент времени Лаис хотела проговорить заковыристое заклинание, хорошо осознавая всю тяжесть бюрократической машины, которая могла впоследствии обрушиться на её несчастную голову.

Несколько дней остались в памяти обрывками, отчего она чувствовала злость вперемежку с отчаяньем. Рябиновые бусы исчезли. Железное кольцо крепко сжимало палец. Благодаря ему Лаис жива. Может она нагнетала ужаса в этой ситуации, но придерживаться кредо – лучше перебдеть, чем недобдеть, являлось лозунгом её семьи, и не раз спасало жизнь ведьмам.

***

Буян прищурился и снова осмотрела мыша. Что-то настораживало его. С самого начала прихода в Чёрный лес на подкорке сознания били колокольчики тревоги. Он прижал лапой длинный хвост грызуна.

– А, сейчас тебе лучше подробно рассказать о проклятии, ― зловеще сказал фамильяр, ― иначе голод возьмёт вверх, и я тебя попробую на зуб.

Сама мысль пережёвывать еще живое существо не вызвало в нём приятия, а только тошноту, но он сдержал себя. В конце концов, Буян мог вспомнить молодость, когда в организме играли гормоны, и протест против уготованной судьбы проявлялся в не самых благовидных поступках.

Несколько раз он пробовал мышек в разных местах. При этом не говорил с ними, пытаясь вжиться в шкуру простого кота. Буян старался оправдать себя.

– Ты, конечно можешь попробовать, но проглотить не сможешь, ― рассмеялся белый мышь, ― но про проклятье расскажу, отчего же не рассказать.

Грызун вальяжно расположился на лапе Буяна, даже не пытаясь вытащить хвост.

В древние времена жила-была ведьма. Она любила природу, а та в свою очередь благосклонно относилась к ней. Ведьма имела рыжие волосы и вздорный характер. К ней приходили животные в поисках помощи. Она не отказывала никому. Каждый благодарил её по-своему.

Однажды к ней пришёл умирающий олень с золотыми рогами. Он преодолел огромное расстояние. Ведьма пыталась побороть болезнь, но всё было тщетно. Оленю оставалось три дня жизни. Он умолял ведьму дать ему один год и один день. Когда-то олень дал обещание и шёл его исполнять.

Ведьма обратилась к чёрной магии. В обмен на золотые рога она прогнала смерть на нужный срок.

Настал день долга. Олень не появился. Ведьма ждала два дня, ведь за каждый день просрочки она расплачивалась одним днём своей жизни.

Олень с золотыми рогами не смог появиться, потому что его захватили в плен. Фейри требовали самое ценное, чем он обладал.

На третий день она вышла в первых лучах звезды рассвета на поляну и призвала Смерть. Ведьма отправила проклятье вдогонку обманщику. Мгновенная кара настигла волшебного оленя, и он превратился в лес. Фейри стали животными.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru