Черно-красная муть

Мила Сербинова
Черно-красная муть

Быть как стебель и быть как сталь

В жизни, где мы так мало можем…

– Шоколадом лечить печаль,

И смеяться в лицо прохожим!

Марина Цветаева

Глава первая. Боец и балерина

Яна смотрела на беспощадно бьющего боксерскую грушу Валеру, восхищаясь его спортивной яростью, силой и ловкостью, хотя ее изнывающее от любви сердце не позволяло забыть, каким он может быть нежным и ласковым, когда остается наедине с ней. Но на ринге Валера был просто зверь, готовый разорвать противника на части. Яна не переставала удивляться контрастам противоречивого нрава своего возлюбленного. Взмокший от физического перенапряжения длинноволосый брюнет Валерий одновременно завораживал брутально-сексуальной внешностью, как у героя американского боевика, но было в нем что-то и от шекспировского Ромео, трогательно-нежного и слишком чувствительного для мужчины.

Яна встретила Валеру на дне Красного моря, когда она по-глупости, слишком далеко заплыла, не думая ни о возвращении к берегу, ни о ждущем ее в отеле отце. Она плыла, как русалочка из сказки Ганса Христиана Андерсена, позабыв обо всем, что не составляло единую с ней морскую стихию. Но, внезапно, Яна потеряла контроль над монотонно-засасывающим в бездну морским течением, ее ноги свела судорога и она беззвучно стала приближаться к морскому дну. Ее длинные волосы запутались в кораллах, а тело навсегда бы стало средой питания и обитания придонных морских обитателей, если бы не появился Он, – ее спаситель в образе дайвера, спрятавшего лицо под маской.

Именно он, Валерий, воскресил из мертвых зеленоглазую девушку, похожую на Морскую принцессу. Валера, издали заметив, что девушка не справляется с течением, бросился на помощь утопающей. Он вовремя успел поднять Яну на поверхность воды. Девушка была без сознания, но, казалась еще живой. Валера снял маску, чтобы лучше разглядеть свою морскую находку.

– Охренеть, блин, какая девочка! – прошептал он, отодвигая от лица девушки прилипшие к нему длинные пряди черных волос.

Чтобы привести девушку в сознание, Валерий слегка ее пошлепал по бледным щекам. Она на миг приоткрыла затуманенные глаза, что-то невнятное простонала и, обвив руками шею своего спасителя, снова отключилась. Валера попытался сделать ей искусственное дыхание, хоть как-то растормошить и вернуть из сна, граничащего со смертью. Наконец, она очнулась, задыхаясь от кашля и отплевываясь едкой морской водой.

– С возвращением! – выдохнув с облегчением, воскликнул Валера, крепко удерживая непонимающе смотрящую на него девушку. – Давай, поплыли вместе! Вот так, хорошо! Держись за меня и все будет хорошо…

– Я что, утонула? – хриплым от кашля голосом на чистейшем русском языке спросила девушка.

– Ого! Да она тоже русская! – обрадованно подумал Валера. – Такая глазастенькая! И вправду на русалку похожа! Хорошенькая! Ей бы пошел рыбий хвостик!

– Ну, типа того! Разве можно так далеко заплывать?! – с укоризной сказал он. – Если бы я тебя не вытащил, ты бы сейчас где была?!

– Ты меня спас… – наконец, стало до Яны доходить, что с ней произошло. – А ты кто?

– Морское чудовище, – рассмеялся Валера. – Поплыли в мое логово?!

До конца так и не пришедшая в себя Яна рассеянно кивнула. Желудок сводили спазмы, горло горело от соленой воды, а голова кружилась и казалась невесомой, словно воздушный шарик. Слова этого парня не пробивались до ее сознания, но ее успокаивало ощушение силы, исходящее от его натренированного спортом тела и насмешливых черных глаз. Она крепче обхватила его шею, полностью доверив свою жизнь спасшим ее рукам, и закрыла глаза, погрузившись в какое-то странное полусонное состояние, когда все вокруг слышишь и воспринимаешь реальность, но не принимаешь в ней никакого участия.

Валерий, поддерживая свою морскую находку, активно погреб, но не в сторону едва видного берега, а к небольшой яхте, бросившей якорь в полумиле от места, где они находились. Он в облегающем костюме дайвера, с аквалангом за плечами, и похожей на морскую обитательницу девушкой на руках, осторожно поднимался на борт яхты.

– Вижу, брат, ты удачно поохотился! Что, русалку поймал?! – присвистнув от восхищения, спросил Артур, помогая Валере вскарабкаться на палубу. – Они, оказывается, существуют?! Да… Ты везунчик! Ха-ха-ха!Она живая, или ты сумел найти только дохлую?

Артур смеялся с Валеры, подумав:

– Как Валерка умудряется найти приключения на одно место даже на дне моря?! А девчонка-то ничего! Я бы ее так…

– Что уставился?! Лучше помоги мне привести ее в чувство! – нетерпеливо потребовал Валера.

Яна, уцепившись холодными руками за шею Валеры, неподвижно лежала у него на руках, прижавшись щекой к его плечу. На секунду она приоткрыла глаза, вздохнула и вновь погрузилась в беспамятство сна.

– Красивая! А что с ней? – спросил Артур, ухмыльнувшись брату, растерянно стоявшему на палубе с девушкой на руках.

– Да, ничего страшного! Испугалась, устала, да еще и морской воды наглоталась. Вот ее и вырубило, – не отрывая взгляд от девушки, ответил Валера. – Думаю, отоспится и все будет в норме.

Яну положили на кровать в капитанской каюте, то есть в каюте Артура. Она выглядела такой жалкой и беззащитной, но одновременно и трогательно-красивой. Промокшая насквозь девушка: лицо бледное, губы испуганно сжаты, а с волос капает вода.

– Слушай, она тут все намочит! Нужно твою русалку просушить и переодеть, – на полном серьезе предложил Артур.

– Точно! Я сам должен был догадаться! – ответил Валера, стягивая с себя неудобное и бесполезное на суше снаряжение дайвера.

Оставшись в одних плавках, он подошел к неподвижно лежащей на кровати девушке.

Артур принес из ванной несколько полотенец. Промакнув длинные черные волосы девушки, они с Валерой одно из полотенец подложили ей под голову. Затем Артур обтер махровым полотенцем все тело девушки. Оставалось только ее раздеть, то есть избавить от прилипшего к телу мокрого купальника. Артур с Валерой многозначительно переглянулись.

– Что завис, Валерка?! Стяни, наконец, с нее купальник! – подтрунивал над старшим братом Артур. – В первый раз, что ли девушку раздеваешь? Или за шесть лет все навыки растерял?

– Заткнись! – рявкнул на него Валера. – Давай, лучше, ты.

– Не очкуй, Валерка! Она тебя в полицию не потащит и обвинять ни в чем не станет, зуб даю! Не бойся! Да, ты же спас эту девчонку! Какие к тебе могут быть вопросы?! – абсолютно серьезно заявил Артур. – Да она тебя должна на коленях благодарить! И не только… Ха-ха-ха!

Валера криво усмехнулся и, ничего не ответив, резкими движениями сдернул с девушки купальник. Яна лежала совершенно обнаженная перед двумя жадно глядящими на нее мужчинами, не подозревая ни о том, где находится, ни о двух парах черных глаз, обжигающих ее тело нескромными взглядами.

– Может… Она ведь без сознания и ничего даже не заметит… – неуверенно предложил Артур.

– Ну, ты и изврат! – воскликнул Валера, хотя его собственные мысли ушли недалеко от мыслей брата. – Ты никрофил, что ли?

– Ну, признайся, брат, ты ведь подумал о том же, о чем и я!? – развязно покачивая бедрами, спросил Артур, толкнув Валеру в бок. – Начинай, ты же старший брат! А я пока посмотрю… А потом продолжу…

Отработанный до автоматизма хук слева убедил Артура закрыть рот. Он обиженно схватился за больную челюсть.

– С ума сошел?! Из-за какой-то девки бить родного брата! Да ты ведь даже имени ее не знаешь! – крикнул он, вытирая кровь с губы. – Псих!!!

– Ты прав, я не знаю ее имени, но она моя! Это я ее нашел и спас! – прорычал Валера, с нескрываемой ненавистью глядя на брата. – Теперь эта девушка будет принадлежать только мне, слышишь?! Если ты до нее хоть пальцем дотронешься, я тебя…

– Что, убьешь?! – несмотря на боль, нахально ухмыльнулся Артур.

– И не мечтай! Я лично оторву все твои причиндалы и скормлю их твоему же псу! Из тебя выйдет смазливая девка! – без тени юмора ответил Валера.

– Ну, значит, у нашей мамы будет две дочки! Ха-ха-ха! – дерзко рассмеялся в лицо брату Артур. – Все знают, что делают в тюрьме с такими сладкозадыми качками, как ты…

Новый удар, на сей раз в нос, заставил его взвыть от боли. Заливая кровью футболку и капая на палубу, Артур выскочил из каюты, а Валера нагнувшись к лежавшей на кровати девушке, осмелился лишь едва заметно прикоснуться губами к ее губам, а затем, заботливо прикрыв ее простыней, бесшумно вышел из каюты. На палубе спиной к нему стоял Артур, продолжая бороться с кровотечением. Он из-за плеча косо взглянул на Валеру, который принципиально сделал вид, что не замечает брата.

Минут пятнадцать спустя, Артур сам подошел к Валере.

– Знаешь, кажется, мы оба наговорили друг другу лишнего, – примирительно произнес он.

– Это точно! – согласился Валера. – Но, ты меня услышал, правда? Эта девушка моя! Ее мне подарило само море, а я верю в Судьбу!

– Поздравляю, брат! Ты влюбился! А вот мне никто не делает подарки! – хмыкнул Артур, продолжая прикладывать салфетку к разбитому носу.

– Я тебе подарил свободу! Тебе этого мало?! – с иронией спросил Валера. – Вообще-то, с тебя должок!

– Да… Я помню и очень благодарен тебе, но ведь это дело прошлого! – избегая взгляда брата, ответил Артур.

– Знаешь, я очень почувствовал твою благодарность. Все шесть лет я ее чувствовал, каждый день! – хищно вцепившись руками в плечи Артура, прорычал Валера. – Время возвращать долги, брат!

– Ты что-то конкретно имеешь в виду? – насторожился Артур.

– Да. Я не хочу жить с предками в Новосибирске или где-то ютиться по чужим углам. Я тут подумал и решил… Хм! Я решил переехать в Питер. Я хочу жить в твоей трешке, причем, совершенно один! – с усмешкой ответил Валера. – Хотя, нет! Не один, а с ней!

Он махнул рукой в сторону капитанской каюты со спящей внутри девушкой.

– Да, но где же тогда я буду жить?! – спросил ошалевший от такого заявления Артур.

 

– Понятия не имею! – весело ответил Валера, положив тяжелую руку на плечо Артура. – Найди себе что-нибудь, а свою трешку на Ленинградке можешь считать выплатой компенсации за причиненный моральный ущерб. Хе-хе! Считай, брат, что легко отделался! Кстати, свою громадную псину забирай с собой. Терпеть не могу овчарок!

– Куда же мы с Братком подадимся?! Валерка, ты совсем озверел? Выгнать родного брата на улицу, да еще и вместе с псом. Бедный Браток! Тебе его не жалко? – продолжая потирать челюсть, спросила Артур.

– Не дави мне на жалость, Артур! За все надо платить! За свободу, за счастье, за любовь… Ты хочешь все и сразу?! Полный рожок счастья, словно это мороженное? Не слишком ли ты много хочешь, Артурчик? – с издевкой в голосе спросил Валера.

– А почему бы и нет?! Ведь каждый человек заслуживает счастье? – возразил Артур.

– Конечно! Только не забывай, что с каждым годом порции счастья становятся все более диетическими, – усмехнулся в ответ Валера.

Именно об Артуре думал Валера, отрабатывая удары в спортзале. Боксерской груше удалось почувствовать всю силу его братской любви. Его переполняла ярость, которая, казалось, сочилась сквозь поры кожи, тонкими струйками пота сползая по гладкой мускулистой груди. Валера вышел из тюрьмы всего десять месяцев назад, а попал он туда именно благодаря своему инфантильному братцу, который совершенно переставал себя контролировать, когда его воображение распаляла очередная девчонка, особенно в сочетании с алкоголем и наркотиками. Шесть лет Валера расплачивался за то, чего никогда не делал. Шесть лет он отбивался от моральных уродов, пытавшихся его опустить по законам Зоны. Валере с его обвинением по 131 статье даже на минуту нельзя было забывать, где он находится и чего стоит опасаться. Валера, конечно, сопротивлялся, как мог, но пара даже самых натренированных боксом кулаков не способна обеспечить стопроцентную защиту. Валера был зол на весь мир, предавший его и бросивший на растерзание этим уркам. А по чьей милости он оказался за решеткой?! Конечно же, из-за брата!

– Выйду отсюда живым, убью суку! – истекая ненавистью, думал Валера, оттачивая за станком навыки шлифовки дерева в душной тюремной мастерской. – Артурчик трахнул какую-то обдолбанную малолетку, а расплачиваюсь за все почему-то я!

В тот раз Артур, по своему обыкновению, затеял в загородном доме родителей крутую вечеринку в стиле Великого Гэтсби. Выпивка, наркотики, девчонки на любой вкус и заядлые тусовщики под стать самому Артуру. На свою беду, Валера в тот вечер принял предложение брата «хорошенько оттянуться». А кончилось все тем, что Артур затащил в постель очередную понравившуюся ему «телочку». Все бы ничего, но девчонке было всего четырнадцать лет, а Артуру двадцать один. Родители отвязной малолетки оказались состоятельными людьми с положением в обществе и связями. Они не снизошли до самосуда, но потребовали самое строгое наказание для насильника их «невинной» доченьки. Сама девчонка не помнила, с которым из братьев спала, но четко знала, что это был сын хозяина дома. С помощью денег уладить вопрос не удалось. Отец девчонки стал в позу, требуя торжества закона и справедливости.

Судмедэкпертиза подтвердили факт изнасилования несовершеннолетней девушки, хотя обвинение строилось больше на ее словах и свидетельских показаниях других гостей вечеринки, нежели на реальных фактах. Никаких образцов ДНК, однозначно доказывающих вину Артура, не имелось, но отец девочки был непримирим – один из братьев Камазовых должен пойти по этапу. Осталось только определить, кто именно: Валерий или Артур? До выяснения деталей преступления под стражу заключили обоих. Валера молчал, как партизан, а перепуганный Артур все время плакал, как ребенок, и ныл, что он этого не выдержит. Валеру просто убила реакция собственных родителей. Отец с матерью в один голос умоляли его взять вину на себя, сознаться в изнасиловании незнакомой девушки и спасти младшего брата. Все эти шесть лет в голове Валеры звенели слова отца:

– Ты станешь убийцей своего брата, если не сядешь вместо него! Он сам не ведал что творил. Мы же семья, сынок! Мы обязаны насмерть стоять друг за друга! – с важным видом произнес отец. – Ты же не хочешь сломать жизнь своему брату?

– Да мне же десяточка корячится! – не веря своим ушам, воскликнул Валера. – Папа, как ты можешь мне такое предлагать?! Я ведь тоже твой сын! Мою жизнь ты, значит, не боишься сломать?! Тебя беспокоит только твой безмозглый Артурчик! Вляпался, так вот, пусть сам и расхлебывает!

– Ах, Валера! Какой же ты бездушный! – упрекала его мама.

– Спаси Артурчика, Сынок, умоляю! Я найму лучших адвокатов, так что ты получишь минимальный срок, – «успокоил» Валеру отец. – Я никаких денег не пожалею! Клянусь! Ты получишь по-минимуму. Только сознайся…

– Артур ведь такой слабый, такой ранимый мальчик. Он в тюрьме и года не протянет! Валерочка, милый, ты же такой сильный! Ты боксер и сумеешь там выжить, а у Артурчика даже шансов нет! – ныла мама, поливая его руки слезами.

Под напором семьи, ради родных людей, Валера согласился признать себя виновным в изнасиловании той девушки. Приговор судьи прозвучал, как контрольный выстрел в голову! Шесть лет! Каково оно, в двадцать два года на шесть лет оказаться запертым в колонии, да еще по позорной 131 статье?! Да лучше бы он убил кого-нибудь! За эти бесконечно растянутые во времени шесть лет Валера возненавидел трусливого подонка Артура и родителей, которых он справедливо считал предателями.

Может, Валере стало бы легче, если бы он узнал, что его мама двадцать три года назад закрутила бурный роман с каким-то парнем, бросившим ее на пятом месяце беременности. Ее родители, располагая кое-какими финансовыми и прочими возможностями, сумели уладить деликатную проблему своей легкомысленно доченьки. Валера не помнил деда, но мама говорила, что ее отец был директором того самого завода, на котором работает и папа Витя. Так вот, директор завода, подсуетившись ради счастья своей дочери, сумел сделать взаимовыгодное предложение одному перспективному работнику завода, Виктору Камазову, пообещав обеспечить предприимчивому молодому человеку карьерный рост и комфортную жизнь.

Валера, разумеется, ни о чем даже не подозревал. Он не мог пожаловаться на плохое отношение со стороны отца или недостаток родительского внимания. С мамой у него сложились куда более прохладные взаимоотношения. Но, естественно, мужчина, которого Валера всю жизнь называл папой, куда больше любил родного сына Артура и легко прощал ему «ошибки молодости», а для мамы сам Валера являлся ходячей ошибкой молодости. В итоге, «любовь» близких сопроводила Валеру на нары, пока его младший брат продолжал беззаботно прожигать жизнь, проматывая родительские денежки.

Только на ринге Валера мог выплеснуть хоть малую толику накопившейся в душе ярости и обиды на самых близких людей. Лежа в тюремной больнице после «неудачного падения с лестницы», которым Валера объяснил тюремному руководству свои сломанные ребра и отбитые почки, он поклялся себе никого близко не подпускать к своим чувствам. Валера пришел к несложному выводу:

– Родных людей не бывает, а вокруг одни предатели! Людей нужно использовать, а не любить!

Родители и брат ему крепко задолжали, друзья ему не нужны, а женщин нужно использовать по прямому назначению, не напрягая себя чувствами и обязанностями – решил Валера.

Весь, спрятавшийся за решетку, внутренний мир Валеры перевернулся, когда он увидел погибающую в море девушку. Там, в тюрьме, ему самому не раз казалось, что он камнем идет ко дну, вот только спасать его было совершенно некому, а что еще хуже, ни у кого даже не возникло бы такого желания. Как только стал известен судебный приговор, подружка Валеры его бросила, в добавок, наговорив ему кучу обидных слов. Все друзья тоже от него отвернулись. Институт так и остался неоконченным, а ведь оставался всего год! Видимо, не судьба ему стать адвокатом!

– Выйду на волю, закончу свой юрфак. Адвокат с уголовным прошлым?! Да у меня от клиентов отбоя не будет! – со спасительной самоиронией думал Валера, лежа на нарах.

В своей жизни за чертой «после», с клеймом бывшего уголовника, Валере оставалась лишь одна дорога – спорт. Бокс из увлечения молодости стал его спасением, призванием и последним профессиональным пристанищем. Прошлое не отпускало Валеру и, занимаясь в спортзале, он снова и снова обрушивал накипевшие в душе эмоции на спортивный снаряд для бития.

Яна, затаив дыхание, смотрела на своего героя, своего спасителя, отрабатывающего удары в петербургском спортивном клубе. Она обожала наблюдать за тем, как Валера тренируется, а также старалась не пропустить ни одного его поединка. В нем было столько неуемной агрессии и нерастраченной страсти. Странным казалось присутствие похожей на статуэтку изящной девушки в пропахшем потом спортзале, но Яна настаивала, что хочет быть рядом с ним на его тренировках, а Валера не мог ни в чем отказать своей зеленоглазой русалочке.

Валера фантастически ее возбуждал, до испуганного трепета в кончиках пальцев и колючих мурашек по спине. Особенно остро Яна это ощущала, когда он тренировался, как сейчас. В нем проглядывало что-то дикое, неукрощенное и от того еще более заманчивое. Ее сердце сладостно замирало в предвкушении ожидаемо-умопомрачительного ночного марафона любви. Он ураганам врывался в нее каждую ночь, закручивая в вихре объятий и унося в другой мир, звенящий эхом от томных вздохов и протяжных стонов. Как любовник Валера не проявлял особой изобретательности, но именно его первозданная мужская сила в сочетании с трепетно-нежным отношением к своей возлюбленной, делала его для Яны мужчиной ее жизни.

Яне никогда не забыть, как она среди ночи проснулась совершенно голая в каюте, на яхте, медленно покачивающейся в такт волнам. Последнее, что она помнила, это разноцветные кораллы, приближавшиеся к ней вместе с морским дном. Вокруг шныряли шустрые разноцветные рыбки, приплывшие полюбоваться на глупого примата, посягнувшего на их исконную территорию. Потом удушье и темнота… На миг пришло просветление и показался свет солнца. Яна оказалась на поверхности воды, ее крепко держали чьи-то руки, а еще запомнились теплые ласковые глаза цвета южной ночи, но затем все вокруг вновь залила чернота. Сейчас она как-будто не спала, но ее опять окружала темнота ночи, а еще слышался тихий плеск волн за бортом.

Что тогда испытала Яна? Неуверенность? Страх? Радость, что чудом избежала смерти? Наверное, всего понемногу. А еще она помнила лицо своего спасителя – похожего на дельфина черноглазого парня в костюме аквалангиста. Мысли по одной стали возвращаться в ее ноющую от боли голову:

– Как я оказалась здесь? Да и где я? Почему вокруг никого не слышно? А папа?! Он же с ума сходит от беспокойства! Нужно возвращаться в отель!

Яна, не найдя вокруг никакой одежды, закуталась в простыню, которой была укрыта и, по старой балетной привычке, ступая на кончиках пальцев, вышла на палубу. Небольшая двухпалубная парусная яхта, арендованная в порту Шарм-эль-Шейха братьями Камазовыми, показалась Яне совершенно пустынной. Обойдя всю палубу, Яна, наконец, заметила поуобнаженного человека в шортах, стоящего на самом носу яхты, медленно плывущей в режиме автоматического управления. Он смотрел лишь вперед – на отражавшиеся в зеркальной морской ряби бриллиантовые звезды. Почувствовав на себе взгляд, мужчина резко обернулся. Будь Валера суеверным, как его брат, он, наверное бы подумал, что пред ним предстало привидение или некое волшебное существо, вынырнувшее из морской пены. Едва касаясь ногами палубы, к нему медленно приближалась изящная девушка, задрапировавшаяся в белую простыню. Ее прямые длинные черные волосы и огромные глаза цвета моря блестели в свете серебряных бликов луны. Валера, затаив дыхание, смотрел на странное видение, пока оно не произнесло все еще хрипловатым голосом:

– Я вас узнала! Вы мой спаситель?!

– Еще не известно, кто кого спас, – подумал Валера.

– Меня зовут Валера, – улыбнулся он, шагнув навстречу девушке.

– Какой у него красивый рельефный торс, – подумала Яна, глядя на идущего навстречу босоногого мужчину.

– Валера… – мечтательно повторила она. – Красивое имя! А меня зовут, Яна.

– Яна?! – почему-то удивился и немного разочаровался Валера. – Я думал, вас зовут… ну, не знаю. Ариэль, например, как принцессу-русалочку, или, в крайнем случае, Марина. Я думал, ваше имя обязательно должно быть как-то связано с морем. Вы сами словно часть моря…

– И потому море меня чуть навсегда не забрало к себе?! – рассмеялась Яна.

Услышав голоса, из второй каюты верхней палубы вышел Артур.

– О, наша русалочка собственной персоной! – нагло ухмыляясь, произнес он.

– Не обращайте внимания. Это всего лишь мой младший брат, – презрительно скривившись, ответил Валера.

 

Подойдя к Артуру, он прошипел ему на ухо:

– Когда же ты, скотина, успел нажраться?! Сгинь отсюда! Ты мне мешаешь!

– Я тоже хочу познакомиться с нашей русалкой! – настаивал Артур, заметно покачиваясь на в общем-то неподвижной палубе.

– Если не свалишь отсюда, я тебя собственными руками вышвырну за борт! – угрожающе прошептал Валера. – Не советую путаться у меня под ногами! А ну, пошел в свою каюту! Я сказал, быстро!

– Вы младший брат Валеры? – спросила Яна, вмешавшись в диалог братьев, грозящий снова перерасти в драку.

– Я младше Валерки всего на один год, – поспешил ответить заметно пьяненький Артур.

– К этому еще шесть лет добавь! – вырвалось у Валеры.

У него действительно руки чесались выбросить за борт эту нагло ухмылявшуюся сволочь.

– Артур, тебе лучше пойти и отоспаться, – как можно сдержаннее произнес он, впившись ногтями в ладони сжатых кулаков. – Поговорим утром на трезвую голову…

– Я Артур, – проигнорировав угрозы Валеры, ответил он. – Рад, что с вами все в порядке.

– Яна, – улыбнулась девушка в простыне. – Так вы Артур, брат моего спасителя? Я рада познакомиться с вами обоими. Мальчики, вы такие симпатичные и внешне очень похожи!

Валеру очаровало, что несмотря на необычность ситуации и свое странное одеяние, Яну совершенно не беспокоят комплексы. Вокруг ночь, открытое море, она одна на яхте с двумя незнакомыми парнями, да к тому же на ней из одежды лишь простыня, обернувшая ее стройную фигурку и, как древнегреческая тога, элегантными фалдами спадающая к маленьким босым ступням. Валера обратил внимание на то, что девушка общается спокойно и раскованно, как будто в такие ситуации попадает чуть ли не каждый день.

– Она не стесняется и не боится… Кто она? Чем занимается? Она так легко знакомится и общается с новыми людьми… Она слишком молода… и так грациозно двигается… Может, она танцовщица? Стриптизерша?! – мысленно спрашивал себя Валера. – Да, нет! Не может быть!

В целом, Валера не был далек от истины. Яна действительно танцевала, но не в стриптиз-клубе, как он подумал, а в молодежной балетной труппе. Она с успехом осваивала программу «Искусство балета» в Академии Русского балета имени А.Я. Вагановой, мечтая стать артисткой балета, но в перспективе планировала продолжить образование и окончить актерское отделение соответствующего петербургского или московского вуза, чтобы помимо сцены, блистать и на киноэкранах.

Яне две недели назад исполнилось восемнадцать лет. Поездка в Египет стала подарком родителей на ее совершеннолетие, но они не рискнули отпустить юную девушку одну, без сопровождения, в далекую африканскую страну, хотя Яна уже два года самостоятельно жила и училась в Санкт-Петербурге. Мама Яны в это время была слишком занята делами по управлению их семейным бизнесом – овощеводческим хозяйством «Красна-Кубань» в Краснодарском крае, поэтому с дочерью в Египет поехал ее папа, Роман Викторович Скворец.

Яна с отцом приехали в Египет всего на две недели, но эта поездка полностью изменила жизни обоих. Когда Яна утром вышла из отеля, она на прощание чмокнула в щеку отца, пьющего на террасе кофе, пообещав немного поплавать и вернуться не позже полудня. Многолюдная суета на пляже ее всегда раздражала, поэтому она решила отплыть подальше от берега. Несмотря на то, что Яна отлично плавала, она не рассчитала собственные силы и не учла мощь морского течения. Когда она начала понимать, что ее затягивает к коралловому рифу, а толща воды над головой все больше отдаляет от нее светящийся наверху солнечный диск, перед глазами промелькнула череда картинок из прошлого, настоящего и того, чего она ждала, но чему, видимо, так и не суждено случиться. Беззаботное детство в окружении садов и овощных плантаций ее родителей; жужжащие ульи среди цветущих лугов под знойным солнцем Кубани и вкус полевого меда; лучезарная улыбка мамы, от которой в любое время года вкусно пахло хлебом и солнцем; немногословный и очень серьезный папа, но Яна-то знала, какой он добрый и как любит их с мамой; а затем, школа, друзья, расставание с тихим домашним мирком и отъезд к папиной сестре, тете Даше, в Краснодар, где Яна могла заниматься своим любимым балетом и музыкой. После окончания девятилетки, Яна поехала в Питер и поступила в хореографическое училище. Папа снял ей комнату в коммуналке, старался почаще приезжать и поддерживал материально. Первое серьезное выступление на сцене молодежного клуба, трепет и восторг от сцены, первые овации и цветы. Это пьянящие безумие и ощущение полета от успеха, ради которых стоит терпеть нескончаемые часы репетиций и в кровь истертые ноги! Балет являлся смыслом ее жизни, ее миром, и вот, она в восемнадцать лет должна навсегда с ним расстаться?! Ей придется уйти из жизни, так и не взойдя на большую сцену, не сыграв свою звездную партию, не встретив свою первую любовь и еще столько всего не сделав в этой жизни… Жаль!

Валера спас Яну, подарив ей новую жизнь, а, может, и найдя на дне Красного моря спрятавшуюся от него собственную душу, отныне воплотившуюся в прелестной зеленоглазой балерине. В тот первый вечер на яхте Валера вытолкал назойливого Артура назад в каюту и, оставшись наедине с Яной, проговорил с ней почти до самого рассвета. Удивительно, что чем больше он узнавал о спасенной им по воле Судьбы девушке, чем глубже проникал в ее внутренний мир, тем больше поражался самому факту существования подобных людей на нашей планете. Неужели такое воздушное создание может дышать одним воздухом с ничтожествами вроде его брата Артура или предавшими родного сына родителями, которые не так уж и обрадовались, когда он после тюрьмы возвратился в отчий дом? Неужели Яна может, даже танцуя, ходить по земле, изгаженной людишками, вроде тех, с кем он поневоле познакомился на Зоне, и общение с которыми, как бы он не возражал против этого, изменило его самого далеко не в лучшую сторону. Валера после того, как его унизила и бросила подруга Эля, с которой он всерьез подумывал связать свою жизнь, стал считать всех женщин одноразовым расходным материалом. Любви они точно не заслуживают, да и само слово любовь теперь стало звучать для Валеры оскорбительно-цинично.

Как сумела зеленоглазая русалка перевернуть все в его душе и сознании?! Валера сам не понимал, но он не мог наглядеться на эту девушку, часами слушая ее приглушенный мягкий голос, пропитываясь ее мыслями и идеями. Яна сама сделала первый шаг навстречу их любви. Это произошло неожиданно, но было так ожидаемо! Яна, прервав себя на полуслове, обняла Валеру за шею и, став на цыпочки, дотянулась губами до его горячих губ. Она скользила руками по его густым жестким кудрям, как художник, обводила трепещущими пальцами резко выступающие на фоне ночных отблесков света черты лица, за несколько часов ставшие такими родными… Яна хотела заглянуть в остававшиеся для нее тайной черные глаза Валеры, но он пытался спрятать лицо в ее блестящей и все еще соленой от морской воды макушке.

– Ты меня будешь любить? – шепотом спросила Яна.

– Я… Я тебя полюбил, как только увидел. Наверное, именно тогда… Там, на дне моря, среди кораллов, ты была так прекрасна и ты уплывала… навсегда… Я не мог этого допустить! Яна, как думаешь, ведь наша встреча не случайна? – спросил Валера, надеясь услышать в ее ответе эхо собственных мыслей.

– Таких случайностей не бывает! – уверенно заявила Яна, крепче к нему прижавшись. – Наша встреча произошла по воле Вселенной, я в этом уверена!

– Ты хочешь… Думаешь, я… Мы можем? – неуверенно спросил Валера.

– Возьми меня на ручки, – подсказала Яна. – Мне так спокойно и хорошо рядом с тобой. Валера… М-м-м… Ты такой сильный!

Валера не заставил просить себя дважды. Он подхватил на руки тонкую фигурку девушки в простыне, словно ребенка, закутанного в пеленки, и отнес ее в капитанскую каюту. Их любовь и страсть, необъятная как море, такая же ласковая и непредсказуемая, обрушилась на каждого из них стихией, сметающей на своем пути все прежние чувства и даже воспоминания о них. Это было что-то гораздо более значимое, чем просто секс, нечто волнующее и несравнимо яркое по ощущениям. Это оказалось настоящим откровением – тем глубоким чувством, в котором Валера успел разочароваться, а Яна так и не сумела поверить в его существование. Валера и Яна открыли для себя новую Вселенную под названием Любовь!

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18 
Рейтинг@Mail.ru