– Я знаю, что леди перед сном любят искупаться, или, хотя бы, умыться, – голос Александра был теплым, ласкающим слух.
Кассия подняла на него глаза – в полутьме было плохо видно, что за выражение на лице мужчины, и девушка не могла понять – насмехается ли он над ней или говорит на полном серьезе.
– Ну, так что, леди, вы желаете перед сном освежиться? Я должен позаботиться о вашем комфорте, – Александр заметил, как напряглась его невеста. Усмешка изогнула чувственные губы мужчины – ему было интересно, согласится ли девушка пойти с ним.
Первым желанием Кассии было – отказаться от предложения прекрасного рыцаря, но мысль о том, что воины ее будущего мужа сочтут ее грязнулей, вынудила девушку согласиться.
– Да, было бы замечательно, – Кассия медленно поднялась на ноги, – только, скажите, пожалуйста, у меня будет возможность уединиться?
– Конечно, – Александр подавил смешок, рвущийся наружу. – Прошу следовать за мной.
Кассия, прежде чем пойти за красавцем, обернулась – воины, сидя возле костра, будто и не замечали, что происходит. Девушка, тяжело вздохнув, направилась за красивым мужчиной. А в голове закралась мысль: «на что я себя обрекаю, идя за ним?»
Пробираться в полутьме оказалось довольно трудно. Всего 10 шагов стали для Кассии настоящим испытанием – она пару раз спотыкнулась, один – чуть не врезалась в дерево. Александр слышал женский, испуганный вздох. Он хотел сразу дать ей свою руку, но опасался, что этот жест лишь спугнет невесту. Теперь же, когда они вдвоем скрылись в лесу, пришла пора действовать.
– Вашу руку, леди, – Александр, не дожидаясь, когда невеста протянет свою руку, сам нащупал в полутьме ее ладонь и обвел своими пальцами.
– Что вы делаете, – Кассия испуганно дернула рукой, но мужские пальцы сильнее сжали ее, – так нельзя.
Признаться, решительность невесты удивила Александра. Он ослабил хватку, но пальцев не убрал.
– Нельзя, что бы вы пошли под венец со сломанными ногами, идемте.
Кассия покорилась. Она, чувствуя смесь из сладкого волнения и жаркого стыда, позволила мужской руке остаться на своей ладони. И снова эти странные ощущения, непонятные, погружающие в бездонную воронку. Пальцы держали девушку аккуратно, можно было, если дать волю фантазии, подумать, что нежно-бережно. Никто никогда не держал так Кассию за руку. Идя следом за воином, она чувствовала себя, чуть ли не принцессой. Её можно было понять. Еще бы, такой красавец оказал внимание.
– Мы на месте, – Александр остановился и отпустил руку невесты. – Видите ручей?
Да, она видела его. Тучи, что были на небе, ушли, открывая свет молодой луны. Ее сияние мягко освещало небольшой водоем. Вода в нем мелодично журчала, приглашая к себе. Кассия представила, как здорово было бы окунуться в нее и освежиться перед сном. То, что вода наверняка была прохладной, совсем не пугало девушку – жизнь в монастыре приучила ее к минимуму комфорта.
Кассия присела перед ручьем и опустила в него ладони. Вода была почти холодной. Но такой сладкой! В этом девушка убедилась сама, когда зачерпнув ее, попробовала на вкус. Ощущая жажду, Кассия продолжила жадно пить воду, наслаждаясь каждым глотком. Затем, напившись, девушка умылась. Кожа на щеках сразу же приятно заколола, и Кассия улыбнулась. Как мало нужно для счастья!
– Я и не знал, что в Англии такая вкусная вода, – нарушая ночную тишину, произнес Александр, усаживаясь в шаге от невесты. Она замерла, настороженно глядя на мужчину. Тот тоже принялся пить воду, не переставая при этом наблюдать за Кассией. Конечно, ее лицо еле различалось в ночной тьме, и все равно, Александр, уже хорошо изучивший женщин, почувствовал от невесты волну смущения и сильной симпатии к себе. Мужчина не мог сдержать самодовольной улыбки. Наконец-то!
– Там, откуда я родом, я привык к тому, что кругом изыски, – доверительным тоном начал Александр, чуть сдвигаясь к Кассии, – но, признаться, и подумать не мог, что простая вода доставит столько удовольствия. Может, дело не в воде?
Он замолчал, впиваясь взглядом в лицо девушки, которое как раз деликатно осветила луна. Мужчина увидел смятение в огромных глазах невесты. Сейчас, в этой ночной полутьме, они казались золотыми озерами и принадлежали, словно не человеку, а нимфе.
– Когда очень хочешь пить, вода становится особенно вкусной, – дрожащим от волнения голосом ответила Кассия. Она, как завороженная, смотрела на прекрасного рыцаря, не зная, что делать с разгорающимся в груди пламенем. Девушка испуганно сжала веки, а затем стала мысленно взывать себя к стыду.
– Не думаю, что дело только в воде, – Александр протянул руку и прикоснулся к гладкой щеке Кассии. Дыхание невесты стало прерывистым. Девушка не шевелилась. Мужчина, удовлетворенный ее молчанием, подался вперед, намереваясь поцеловать невесту.
Кассия как раз распахнула глаза, когда увидела приближающиеся лицо прекрасного рыцаря. Он был так близко! Сейчас, его губы прикоснутся к ней, и случится неизбежное!…
На короткий миг, Александр, по привычке прикрыл глаза, и это стало для него роковой ошибкой – потому что Кассия, собравшись с силами, отпрянула от мужчины, и тот, вместо того, чтобы насладиться поцелуем невинной девы, насладился холодной водой ручья. Красавец нырнул лицом в водоем, а затем и вовсе – погрузился в нее с головой. Вода, обжигая, попала ему в нос и рот, и Александр, стремительно вынырнув из нее, громко закашлялся.
Кассия ушла бы и не стала наблюдать за всем этим действием. Но не могла. По двум причинам: она опасалась, что мужчина, ударившись о камень, захлебнется водой, и девушка не запомнила путь назад. И ей пришлось, с замирающим сердцем, смотреть, как прекрасный рыцарь, встав в ручье (вода ему была по колено) стал издавать громкие звуки. Сначала, Кассия подумала, что он кашляет (что и было так), но потом, звук изменился, и до девушки дошло, что промокший мужчина громко, сотрясаясь грудной клеткой, смеется.
Кассия, отойдя в сторонку, обняла себя за плечи. Она молчаливо ждала, когда прекрасный рыцарь выйдет из воды. Но он, вместо этого, снова, упал в ручей, разбрызгивая брызги, которые снова долетели до девушки, еще больше намочив ее плащ. Лежа на спине, Александр обратился шутливым тоном к невесте:
– Не хотите присоединиться? Вода просто чудесная.
– Я не хочу присоединиться, я хочу вернуться в лагерь, и еще – чтобы вы не прикасались больше ко мне!
Решительность в голосе невесты немного остудила веселый настрой Александра. Он, вновь встав на ноги, начал медленно, хлюпая водой, выходить из ручья. Кассия, еще сильнее обняв себя за плечи, молчаливо наблюдала за приближающимся рыцарем. Что он сделает с ней? Хотелось бы верить, что ничего дурного, и что его попытка ее поцеловать лишь проявление минутной слабости, а не развратной натуры.
Александр вышел из воды и тут же, заметив, как испуганно сжалась невеста, двинулся на нее. В груди мужчины горело веселье, злость и немного, но уязвленное мужское самолюбие. Ему захотелось стиснуть в своих мокрых объятиях девушку, вот посмотрел бы он тогда, как бы она заговорила. А может, лучше и ей дать окунуться в ручей? Эта идея понравилась Александру, но он понимал, что таким поступком может еще сильнее напугать невесту.
Подумать только, провела его! Мужчина встал напротив девушки, нависая над ней своей высокой фигурой. Вода, что стекала с его лица, попала на макушку Кассии, но невеста ничего не сказала. Она, с замирающим сердцем, ждала. Чего именно?
Странно. Но Кассия хотела – извинений и одновременно признание в чувствах. Умом она понимала, что это невозможно, глупо и опасно, но сердце, живя отдельной жизнью, хотело именно таких слов – влюбленных, искренних, приятных.
– Жаль, – выдохнул Александр, и его свежее дыхание защекотало лицо Кассии. Она, запрокинув голову, посмотрела на красавца, стоящего рядом. Слишком близко.
– Жаль, – повторил мужчина, – что вы отказались от купания. Вода – просто чистейшая.
Брови Кассии удивленно поползли вверх. Этот мужчина, что, совсем не слышит ее и не понимает, что пытался сделать?!
– Жаль, что вы не осознаете, какой опасности подвергаете себя и меня своим поступком, – сдерживая волнение, стараясь говорить как можно холодно, как и подобает англичанке, ответила Кассия.
Ее холод вызвал раздражение в Александре. Он, привыкший, что все женщины без ума от него, испытал внутренний протест, обнаружив, что его невеста не тает от его магнетического обаяния и великолепной внешности. Терпение, которое казалось ему там, в ручье, еще предостаточно, почти исчерпало себя, и мужчина, не заботясь о последствиях, обнял Кассию за плечи, буквально впечатывая ее хрупкое тело в свое, сильное, мускулистое.
Наверное, ей стоило бы закричать, укусить или пнуть наглеца, или хотя бы сделать попытку освободиться. Но Кассия, ошеломленная его поступком, была не в состоянии не то, чтобы двинуться, но и пошевелить языком. Сердце, забарабанив в груди, стало беспечно ускорять свой ритм – то подпрыгивая до горла, то опускаясь куда-то в живот.
Александр ощущал трепет в этом хрупком, слабом теле. Сквозь намокшую ткань он чувствовал биение сердца своей невесты – оно выдавало ее страх и волнение. Что-то, похожее на стыд, кольнуло мужчину в области груди. Однако Александр спешно отогнал это ненужное ощущение, концентрируя свое внимание на приятном – а ему оказалось приятно вот так, держать в объятиях свою маленькую невесту.
Наконец, почувствовав, как в очередной раз девушка задрожала, Александр смилостивился над ней.
– Какой же опасности я подвергаю себя, и вас, леди? – ласковым, тягучим, как сладкий сироп голосом, спросил мужчина.
Кассия сглотнула. Во рту у нее все пересохло, а язык, казалось, прилип к небу. Девушка вздохнула – еще и еще, и когда ее немного отпустило, сумела-таки ответить:
– В-вы еще спрашиваете? Я ведь невеста, почти жена, и вы так поступаете со мной. Это бесчестно, это неправильно и против воли Божьей.
Ее искренность, ее желание отстоять свою честь и сохранить верность, отчего-то задели Александра. В груди заныла непонятно откуда образовавшаяся пустота, требуя, что ее заполнили. Мужчина поднял одну руку, располагая ее на затылке девушки, другой – продолжил обнимать-удерживать ее (опасаясь, что она уйдет, а он так страстно не хотел этого сейчас). Склонив свое лицо над Кассией, Александр одарил девушку одной из своих чарующих улыбок, а затем сказал:
– Думаю, Бог не будет против, если я поцелую свою невесту.
С этими словами Александр приник своими губами ко рту Кассии…
Что чувствуешь, когда твои губы, не познавшие мужского поцелуя, накрывает рот человека, о котором только и были твои мысли, так яростно отгоняемые тобой мечтания и стремления? Человека, один взгляд на которого, вызывает одновременно столь богатую, такую противоречивую, палитру чувств?
Что ощущаешь, когда тебя целует прекрасный, совершенный рыцарь, который, как, оказалось, являлся твоим нареченным?
Ошеломление.
Восторг.
Волнение и смущение.
А еще – чувство полета и небывалое облегчение в груди.
Александр, лаская своими губами мягкие, пухлые губы невесты, незаметно для самого себя, из почти скромного поцелуя, перешел в действие, более соответствующему этому мужчине – страстное, чувственное – изучение своим языком рта Кассии. Она застыла почти в ужасе, в очередной раз, выдавая свою неопытность. Девушка не знала уже, как реагировать, что делать, и вообще, нужно ли ей что-то делать? Можно ли так?
В конце концов, тонкая чувствительная натура Кассии, а так же переживания этого, столь долгого дня в компании с обжигающими губами Александра, сделали свое дело: девушка, теряя сознание, обмякла в объятиях мужчины. Рыцарь не сразу понял, что случилось. Неизвестно, что затмило внимание Александра – нахлынувшее желание, отдававшее дискомфортом во всем теле, или утонченное наслаждение, вызванное поцелуем с собственной невестой. Но, когда девушка перестала твердо стоять на ногах, до рыцаря, наконец, дошло, что она упала в обморок.
Довольное мужское самолюбие шепнуло: «это твое совершенство так подействовало на нее». Александр, самоуверенно усмехнувшись, подхватил Кассию на руки. Он снова удивился, какая же легкая его невеста! Невесомая. В голову закрался вопрос: «а способна ли она выносить ребенка и благополучно родить?» Мужчина, прижав девушку к своей груди, стал медленно пробираться с ней к лагерю.
Тонкие дорожки луны, проникая через густые кроны дубов, освещали путь рыцарю. Он ступал медленно, опасаясь, что спотыкнувшись, случайно навредит Кассии – уронить-то, может, и не уронит, но сдавить ее своими руками слишком сильно, мужчина мог. Александр то и дело поглядывал на лицо девушки, ожидая увидеть признаки того, что она пришла в себя. В очередной раз, переведя взгляд с пути на свою невесту, мужчина остановился, пораженный.
Нежная луна, посылая свой деликатный свет, озарила им лицо Кассии. Мужчина, что держал девушку на руках, начал вглядываться в лицо невесты, с каждым вздохом изумляясь ее пока еще распускающейся красоте. У его будущей жены были точеные скулы, идеально ровный овал лица. На фоне этого правильного «полотна» манящим бутоном алели ее губы – полные, яркие. Можно даже было признать, что рот невесты контрастировал с ее лицом и был вызывающе крупным. И уж точно никак не соответствовал монашескому виду девушки. «Скольких бы священников могла она ввести в искушение! Даже молитвы из этих губ будут казаться соблазнением!» – мелькнуло в голове Александра. Он недовольно нахмурился, представив, на миг, эту картину.
Затем, переведя взор на пушистые ресницы Кассии, заметил, как они задрожали. Видимо, девушка начала приходить в себя. Мужчина, отогнав от себя вспышку странных чувств, двинулся к лагерю.
– Что случилось? – Леонардо, заметив друга, несущего девушку, первым подбежал к Александру. Другие воины тут же поднялись на ноги, готовые выполнять приказ, но его не последовало.
– Пока не знаю, но, надеюсь, ничего серьезного, – Александр понизил голос до шепота, – вот уж, не думал, что простой поцелуй лишит ее сознания.
Черные брови Леонардо поползли вверх, в темных глазах скользнуло понимание. Он, как никто другой, хорошо знал своего друга и его порочную натуру.
– Не забывай, мой друг, она – твоя невеста, а не одна из… – черноволосый рыцарь намеренно не закончил фразу.
– Я постараюсь привыкнуть, – Александр плавно опустил невесту на расстеленный под дубом плащ, и сам разместился рядом, укладывая голову девушки к себе на колени.
– Не буду мешать, – Леонардо, оставив при себе умозаключения, вернулся к костру.
Кассия открыла глаза. Сначала, девушка не могла понять, где она находится: все вокруг было в какой-то темной дымке. Беспокойство забилось в груди глухим стуком. Кассия с трудом сглотнула и попыталась подняться, но теплая ладонь легла на ее лоб, а откуда – то сверху раздался успокаивающий голос:
– Не торопись, иначе снова закружится голова.
Этот голос… Воспоминания яркой вспышкой пронеслись в сознании Кассии. Она снова ощутила трепет, и он усилился, когда девушка вспомнила, что ее поцеловал тот самый прекрасный рыцарь, который оказался ее женихом.
– Что со мной случилось? – Кассия часто-часто заморгала. Наконец, ее глаза стали постепенно привыкать к темноте, и девушка разглядела очертание лица Александра.
– Ты упала в обморок, – голос мужчины был приятно-спокойным, отчего некое напряжение, начавшее сковывать тело Кассии, перестало существовать.
Но на место ему пришло удивление. Когда они перешли на «ты»? Или ей послышалось?
– В обморок? – Кассия нахмурила свои густые брови, и Александр, не отслеживая за собой, провел по ним подушечками пальцев, чтобы они разгладились.
– Да, – мужчина с интересом следил за тем, как меняется выражение лица невесты. В отличие от нее, его глаза уже давно привыкли к ночной темноте, и видел Александр сейчас значительно лучше. Непонимание, напряжение, смущение – он читал невесту, как открытую книгу.
– Со мной такое уже было, я думала, больше не повторится, – девушка устало провела ладонью по щеке.
– Когда?
– Что, когда? – еще не пришедшая до конца в себя, Кассия не очень быстро соображала. Александр понимал это, поэтому раздражения не почувствовал. Так, какую-то тихую тревогу.
– Когда это с тобой было? Когда ты теряла сознание? – повторил свой вопрос мужчина.
– Этой зимой, в монастыре, я долго болела и однажды просто потеряла сознание, – лишь закончив отвечать, Кассия поняла, что сболтнула лишнего. Что о ней подумает этот мужчина? Что она больная? И девушка спешно добавила:
– Думаю, это единичный случай. Будучи ребенком, я болела крайне редко, – она попыталась улыбнуться, но у нее лишь дрогнули губы. – Я здорова.
– Не сомневаюсь, – отметая лишние мысли, согласился Александр, – саксонки славятся крепким здоровьем.
Это замечание вызвало очередную волну смущения у Кассии. И хотя ее обжигающего румянца невозможно было разглядеть во тьме, Александр, живо представив, как порозовели щеки невесты, испытал самодовольство.
Мокрая одежда холодила тело. Нужно было срочно переодеться. Мужчина, сдвинув невесту на плащ, поднялся на ноги.
– Я скоро, – Александр быстрым шагом направился к костру.
А Кассия, лежа в тишине и одиночестве, мечтательным взором уставилась в бархатисто-синее небо. В груди теплым пламенем разгоралась благодарность к Создателю.
«Спасибо,» – прошептала девушка. В ее голове, словно вырвавшись из сундуков, закрутились мысли – о счастливом будущем с этим прекрасным рыцарем, о том, как ей повезло… Погрузившись в мечтания, Кассия даже не заметила, как вернулся тот, кому были посвящены эти мечты.
– И все-таки, для хорошего здоровья нам не мешает немного поспать, – произнес Александр, аккуратно ложась на спину и пододвигая невесту так, чтобы ее голова разместилась у него на груди.
– Нам? – девушка, устыдившись предложенного, попыталась подняться, но мужчина удержал ее одной рукой. – Так нельзя!
– Так нужно, – Александр плавно уложил ее назад, – так я смогу тебя защитить от диких зверей. В конце концов, теперь я отвечаю за тебя.
Конечно, мужчина немного лукавил: он и так был способен приглядеть за невестой, но мысль о том, что она будет спать одна, ему не особо нравилась. Мало ли что могло приключиться с ней. Она была такая маленькая и слабая… Александр вздохнул. Он не привык о ком-то заботиться, а сейчас – захотел этого.
Кассия покорилась. Она, прижавшись щекой к груди рыцаря, ощущала тепло его тела и приятный, мускусный, аромат кожи. Девушка, притихнув, снова стала размышлять, в ярких, счастливых красках прорисовывая в голове свое будущее. Если этот мужчин так сейчас заботится о ней, то, сколько прекрасного ее ожидает, когда она станет его женой!
Только кое-что не хватало.
– Я хочу кое-что знать, – оторвав щеку от мужской груди, прошептала Кассия.
Александр, считавший, что невеста уже спит, был несколько удивлен ее заявлением. Так что же она, интересно, хочет знать? Сколько людей у него? Сколько богатства?
– Да? – ответил мужчина, вглядываясь в лицо невесты.
– Я хочу знать имя своего будущего мужа, – тихо сказала она, ощущая подступающее волнение.
– Александр, – мужчина произнес свое имя с гордостью в голосе.
– Какое красиво имя, – выдохнула девушка.
Пропустив мимо ее комплимент, Александр, коснувшись скулы невесты, задал вопрос:
– А как твое?
– Кассия, – просто ответила она.
– Что же, Кассия, пришла пора отдохнуть. Завтра нас ждет новый день.
Кассия поежилась и медленно открыла глаза – перед ней была молочная дымка тумана. Он, спустившись на рассвете – когда они выехали в путь, окутал все пространство вокруг – не было видно ни деревьев, ни всадников, что ехали впереди. А еще, туман был такой навязчивый, что его сырость стала пробираться под одежду. Девушка заерзала на месте (насколько это было возможно при ее положении), пытаясь согреться. Мужская рука накинула на Кассию полу плаща – того самого, на котором девушка, в компании с женихом, провела ночь.
– Скоро туман уйдет, и солнце согреет нас, – сообщил Александр, очень надеясь, что именно так и случится. Хотелось как можно скорее разместиться – с комфортом, искупаться, поесть вкусной еды и, наконец, выспаться. Эх, совсем недавно, эти вещи были столь привычны для молодого мужчины, а сейчас казались, чуть ли не роскошью.
А теперь…
Причина этому сидела прямо перед ним.
Корица.
Да-да, имя Кассия означало название этой редкой, ароматной, золотистой специи. Да и сама девушка чем-то напоминала ее – этот оттенок глаз, кожи и волос. Интересно, так же она вкусна? Александр довольно улыбнулся – ему понравилось целовать невесту, понравилась ее внешность. Грядущая женитьба уже не пугала его, скорее, пока сам еще не признаваясь себе в этом, мужчина хотел, чтобы Кассия поскорее стала его женой, ведь тогда он сможет вступить в свои законные права…
От этой мысли молодой мужчина ощутил уже столь хорошо знакомый жар, расползающийся по телу. Зов плоти – он такой. У него уже не было женщины почти 5 дней. Долгий срок. Александр сильнее сжал узду, будто это могло как-то помочь ему.
Кассия же, укрытая мужским плащом, ощущая себя, как в домике, предалась очередным мечтаниям. Она представляла, как увидится с родителями, как обнимет их. Интересно, знакомы ли они уже с Александром?
А потом, наверняка, будет пир. Конечно, его устроят в большом зале. Непременно будет запеченный олень, его поймает старший брат Джон – конечно же, он приедет по такому событию. Интересно, его жена Мод снова беременна? А еще, приедет и Келли, младшая сестра, в прошлом письме мать писала, что она вышла замуж за одного из баронов с южных земель.
А что потом? Как скоро случится свадьба? Интересно, какое у нее будет платье? Будет ли она красива в нем, заметит ли это Александр? Девушка, к счастью, еще не успела дойти до первой брачной ночи, как ее внимание переключилось на нечто другое.
Теперь, когда туман отступил, обнажилась завораживающая взор картинка: изумрудные холмы, на которых только-только начал пробиваться вереск, густой, мрачный лес – где-то там вдали, и горы – бесконечно высокие, словно подпирающие собой голубое небо. Это было красиво, и это не было тем краем, где родилась Кассия…
– Куда мы едем? – не выдержав, всколыхнулась девушка. – Это не дорога домой.
– Ошибаешься, – хмыкнул Александр, а на губах его заиграла улыбка, – это как раз дорога домой.
– Да нет же, – Кассия попыталась повернуться, но жених удержал ее за плечи, добавив предупреждающе:
– Сиди спокойно.
Щеки девушки моментально защипало от румянца – она, пристыженная замечанием мужчины, ощутила себя маленькой, провинившейся девочкой.
– Там, где я родилась, нет таких гор, там их вообще нет, – тихо, себе под нос, произнесла Кассия. И хотя сказано это было негромко, Александр все услышал.
– Мы едем не туда, где ты родилась, а туда, где мы будем жить – в наш дом, – ответил мужчина, полагая, что этих слов, чтобы невеста успокоилась вполне достаточно.
Кассия, оглушенная услышанным, застыла на месте. Все ее мечты – о скорой встрече с семьей и празднике – рухнули в один миг. Сердце заныло от боли, а к глазам подступили слезы – новость ранила девушку сильнее, чем мог бы подумать Александр. Он вообще не думал, что Кассия расстроится. Все его мысли были там, впереди. Уже совсем скоро он увидит свои владения.
Ближе к полудню солнце щедро одарило всех своим теплом. Лучи – настойчивые, яркие, пригрели так, что теперь, прятаться под плотным мужским плащом оказалось непростой задачей. Кассия то и дело ерзала на месте, пыхтела, но выглянуть наружу не решалась. Наконец, Александр, устав от всей это возни, убрал с девушки свой плащ.
– Думаю, так будет лучше, – веселым голосом сообщил мужчина. С приближением замка настроение жениха становилось все радужнее. Если по прибытию в Англию время тянулось неимоверно долго, то теперь оно понеслось с удвоенной скоростью.
– Спасибо, – грустным голосом ответила Кассия. Она еще не успокоилась от полученной новости, и тоска, медленно проникая в сердце, угрожала лишить девушку присущего ей оптимизма. Невеста, тяжело вздохнув, устремила свой задумчивый взгляд вдаль.
Постепенно, минута за минутой, любовь к жизни, начала возвращаться к девушке. Невозможно было остаться равнодушной к открывающейся глазам красоте. Холмы сменяли друг друга, становясь, по мере продвижения вперед, круче. Дубы – шире и ветвистее, издали напоминая сказочных великанов. Горы приобрели более суровое очертание – теперь все реже попадались те, на которых росли деревья и кустарники, и чаще – просто голые скалы. Все здесь было другое. Даже ветер – он был порывистым, дерзким, будто кругом все принадлежало лишь ему.
Всадники продолжали подниматься вверх. Будь у них другие, менее сильные кони, непременно пришлось бы сделать привал. Но животные нормандцев, отличающиеся своей выносливостью и мощью, шли вперед. Теперь уже Кассия с замирающим сердцем ожидала, когда на горизонте появится ее новый дом. Какой он будет? У ее родителей был деревянный замок, очень уютный и просторный. Для их края это была редкость, потому как большинство знати жило просто в больших домах. Но отец счел построение замка более безопасным. Хотелось верить, что не найдутся причины для подтверждения этого.
Где- то вдали послышалась звонка трель соловья. Кассия невольно улыбнулась. Снова птички поют. Пусть это будет добрый знак. Девушка, ощущая волнение, которое подобно морским волнам, то подступало к ней, то уходило, зашептала молитву.
Пусть все будет хорошо!
Пусть будет счастье.
Пусть будет мир.
И любовь.
От последнего слова сердце сладко заныло.
Пусть эта любовь будет взаимная.
Аминь.
– Опять молишься? – раздался насмешливый голос над головой Кассии. Она вздрогнула от неожиданности. Все эти минуты девушка думала, что молится мысленно, а оказалось – ее слова услышал жених.
– Да, – невеста не знала, что еще добавить, зато Александру нашлось, что сказать:
– Это очень красивое место. Я был здесь ребенком.
– Выходит, у тебя среди саксонцев есть родня? – с некой надеждой поинтересовалась Кассия.
– Вряд ли, зато теперь – будет.
– Ты сможешь увидеть их на свадьбе, – мечтательно заметила девушка. Она хотела верить, что именно так и будет – ведь не может быть такого, что бы ее семья проигнорировала столь важное событие в жизни их дочери.
– Они не приедут, – спокойно, будто это ничего не значило, ответил Александр.
– Как так? Почему? – Кассия, извернувшись, запрокинула голову назад, и их взгляды, впервые за эти долгие часы, встретились.
В глазах Александра царило львиное спокойствие, в глазах Кассии поднялась буря из страха и непонимания. Девушка часто-часто заморгала, и на кончиках ресниц повисли капельки слез. В это мгновение Кассия была похожа на маленькую, обиженную девочку.
– Почему? – повторила она дрожащим голосом, в голове, меж тем, уже занялись мысли о страшных причинах этого почему.
Ее взгляд.
Полный боли и страха.
Черт.
Александр перевел взор вперед, пытаясь отвлечься, затем снова посмотрел на невесту и ответил ей:
– На границе два барона устроили войну. Твоим родным не пройти через их земли – слишком опасно. Поэтому, наша свадьба будет скромной и без большого числа гостей.
Кассия молчала, переваривая еще одну новость. Проклятая междоусобная война! Что побуждает их набрасываться друг на друга? Алчность? Жажда власти?
– Когда же кончится эта война, – выдохнула Кассия.
– Она будет до тех пор, пока кто-то сильный не сожмет их в своем кулаке, – философски ответил Александр. В свое время он прочитал немало трактатов о древних воинах – но он еще не знал, что читать о воинах, и самому являться им – две абсолютно разные вещи.