Алексей Баталов. Жизнь. Игра. Трагедия

Михаил Захарчук
Алексей Баталов. Жизнь. Игра. Трагедия

Фотография на обложке: © Татьяна Балашова / Russian Look.

В книге использованы фотографии:

© Дмитрий Донской, Сергей Пятаков, Сергей Ястржембский, П. Манушин / РИА Новости;

© Зинаида Байцурова, Борис Кавашкин, Валерий Христофоров / Фото ИТАР-ТАСС;

© Татьяна Балашова / Russian Look;

© Игорь Гневашев.

© Захарчук М., 2018

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018

Вместо предисловия

Еще только приступая к работе над этой рукописью, я вдруг подумал: а ведь наверняка найдется где-то в стране человек, который совершенно ничего не знает об Алексее Владимировиче Баталове. И в том нет ничего такого уж предосудительного, страшного. У меня есть приятель, всю жизнь проработавший, как теперь принято выражаться, в средствах массовой информации, написавший несколько книг, редактировавший одно время журнал, издаваемый Региной Дубовицкой. И вот, когда он редактировал уже другой журнал, я принес ему очерк о выдающейся, да нет – гениальной балерине Галине Улановой. И этот редактор на голубом глазу меня спросил: а кто она такая?

Поэтому, как бы упреждая всякие возможные неловкости в данном направлении, я, как говорится, начну с того, что представлю возможному читателю своего героя, елико возможно, подробнее. Ну, а дальше уже буду излагать его жизнь и его великую игру в театре, в кино, на телевидении и его трагедию. Итак, Алексей Баталов был советским и российским актером театра и кино, кинорежиссером, сценаристом, общественным деятелем, педагогом, народным артистом СССР. Имел он и высшее звание бывшей советской страны – Героя Социалистического Труда. А еще ему присваивали за актерский труд звание лауреата Государственной премии СССР и двух Государственных премий Российской Федерации, премий Ленинского комсомола и Президента России. Был удостоен Баталов приза Международного кинофестиваля в Каннах за 1955 год и полутора десятка главных отечественных призов в области культуры, таких как «Юнона», «Кинотавр», «Ника», «Кумир», «Триумф», ну и так далее, всего около полутора десятка различных наград. Поздравляя Баталова с 80-летием, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II отмечал: «Ваши труды заметно обогатили достояние российской культуры. Своим творческим самовыражением Вы прокладываете, говоря словами Николая Васильевича Гоголя, «незримые ступени к христианству» и свидетельствуете о том, что служение красоте неотделимо от милосердия, попечения и благотворительности. Многие годы Вы принимаете активное участие в работе Международного фонда «Мир искусства», оказывая всемерную помощь музыкально одаренным детям с проблемами здоровья и ограниченными возможностями. Это поистине благородное дело, и отрадно, что оно стало одним из значимых в Вашей жизни».

Если что-то и можно добавить к словам Святейшего, то разве лишь то, что актер еще избирался Почетным президентом Парижского киноклуба «Жар-птица», председателем Оргкомитета ежегодной премии российских деловых кругов за лучшие актерские работы года, почетным членом Правления региональной благотворительной организации «Московская Ассоциация содействия и помощи инвалидам с детским церебральным параличом», членом Попечительского Совета Марфо-Мариинского благотворительного общества. К слову, сама обитель восстановлена благодаря усилиям Баталова. Редко кто из бывших советских актеров мог бы сравниться в меценатстве с Алексеем Владимировичем.

Как бы предварительно итожа сказанное, можно без риска быть неправильно понятым утверждать: у нас в стране нет больше деятеля культуры такого калибра. Речь, как читатель прекрасно понимает, вовсе не о перечисленных регалиях и заслугах. Очень даже возможно, что у кого-то всяких наград и званий наберется больше, нежели у Алексея Владимировича. Но при этом никто ведь не сможет сказать вослед ему: «Когда Ахматова приезжала в Москву, для нее освобождали мою комнату. Я поэтому был искренне убежден, что она – моя родная бабушка, и так к ней обращался до тех пор, пока не пошел в школу. В моей шестиметровке я, ложась спать, доставал ногами до противоположной стены, а Анна Андреевна выглядела в закутке как королева. Но больше всего мне душу греет то, что я был первым, кто после войны повез ее в разрушенное Царское Село. Это был такой невероятный день! Она там бродила молча, а я ходил рядышком, старался не мешать. Это было потрясающее зрелище! Мне, вернувшемуся из армии, Ахматова, хотя сама была небогата, дала денег, чтобы я приоделся. А я на все деньги купил себе первую машину – «Москвич». У нас в доме регулярно бывали Мандельштам, Пастернак, Зощенко, Булгаков, Ильф и Петров. Олеша, можно сказать, вынянчил меня. Когда я ставил «Трех толстяков», он давал мне ценнейшие советы. Жаль, фильма увидеть Юрий Карлович не успел. А отец моей первой жены, художник Константин Ротов, срисовал Дядю Степу с меня. Очень смешно и похоже получилось. Он еще шутил: «У тебя ботинки 45-го размера, и у Дяди Степы тоже!»

Согласитесь, читатель, что это поразительная, трудно вообразимая среда по насыщенности великими деятелями российской культуры, в которой с пеленок рос, учился, творил и трудился Алексей Владимирович. Образно говоря, он произрастал на такой почве, где воткни оглоблю – дерево вырастет. Но самое потрясающее то, как он мощно сумел впитать в себя лучшие черты тех великих людей, с которыми сталкивался, переплавить общение с ними в собственной широкой душе и создать затем удивительные, неповторимые образы своих современников, людей из далекого прошлого. Вспомним лишь некоторые из ролей Баталова: «Большая семья» – Алексей Журбин; «Дело Румянцева» – Саша Румянцев; «Мать» – Павел Власов; «Летят журавли» – Борис Бороздин; «Дама с собачкой» – Дмитрий Гуров; «Девять дней одного года» – Дмитрий Гусев; «Свет далекой звезды» – Петр Лукашев; «Три толстяка» – Тибул; «Седьмой спутник» – комиссар; «Живой труп» – Федор Протасов; «Бег» – Сергей Голубков; «Чисто английское убийство» – доктор Ботвинк; «Звезда пленительного счастья» – князь Сергей Трубецкой; «Рикки-Тикки-Тави» – Роберт Лоусон; «Москва слезам не верит» – Георгий Иванович (Гоша). А ведь перечислены лишь фильмы, определенно ставшие классикой отечественной кинематографии.

Кроме всего прочего, и вся родня Баталова – люди чрезвычайно известные в отечественной культуре. Отец – Владимир Петрович Баталов – советский и российский актер и кинорежиссер. В 1925 году окончил Вторую студию МХТ. Почти сорок лет проработал затем во МХАТе. Некоторое время трудился в Большом театре, в Театре имени Ленинского комсомола. Преподавал на «Мосфильме» и в институте – нынешнем ГИТИСе. Долгие годы руководил Народным театром при заводе ЗИЛ. Снялся в шести фильмах и одну картину – «Бабы» – поставил сам. Между прочим, главную роль – Варвары Кладовой – у него сыграла выдающаяся актриса Алла Тарасова.

Мать Баталова – Нина Антоновна Ольшевская – советская театральная и киноактриса, режиссер, педагог. Родилась в семье сына главного лесничего Владимирской губернии и польской аристократки, графини Понятовской. Воспреемником при крещении стал Михаил Фрунзе, друг ее матери, известный в будущем революционер, общественный деятель и военачальник. В 17 лет Нина Ольшевская приехала в Москву и поступила в студию при Художественном театре. Руководил ее курсом Константин Сергеевич Станиславский. Через год вышла замуж за актера Художественного театра Владимира Баталова. В 1928 году у них и родился Алексей. После окончания студии молодую актрису приняли в труппу, что, безусловно, считалось огромной удачей. Однако, проработав в Художественном несколько лет, Нина перешла в Театр Красной Армии. Просто потому, что ей давали только эпизодические роли. В одной из гастрольных поездок познакомилась с Виктором Ардовым и вскоре вышла за него замуж. Во время Великой Отечественной войны эвакуировалась вместе с детьми и работала в Бугульминском русском драматическом театре. Затем вернулась в Театр Красной Армии. Обладая несомненным даром декламации, Ольшевская практически никогда публично не выступала, зато щедро обучала этому искусству других. Нина Антоновна входила в ближайшее окружение А. А. Ахматовой. В квартире Ардовых на Большой Ордынке Ахматова жила во время приездов в Москву и считала ее своим «московским домом». Анна Андреевна надписала Ольшевской свой сборник «Бег времени»: «Моей Нине, которая все обо мне знает, с любовью Ахматова». Нина Ольшевская снялась в нескольких фильмах. В соавторстве с режиссером Леонидом Чертоком поставила известный фильм «Сережка с Малой Бронной». Умерла на 90-м году жизни. Похоронена на столичном Преображенском кладбище.

Отчим Алексея Баталова – Виктор Ефимович Ардов – русский советский писатель-сатирик, драматург, сценарист, публицист и карикатурист. В 1918 году окончил Первую мужскую гимназию в Москве. Работал актером и конферансье в кабаре «Нерыдай». В 1925 году окончил экономический факультет московского Института народного хозяйства имени Г. В. Плеханова. С 1921 года начал публиковать собственные карикатуры с сопроводительным текстом в журнале «Зрелища» и впоследствии иллюстрировал свои сатирические сборники сам. Регулярно печатался в сатирических изданиях «Крокодил» и «Красный перец». Вместе с Л. В. Никулиным написал комедии «Склока» и «Статья 114-я Уголовного кодекса», «Таракановщина». С В. З. Массом – комедию «Именинница». Писал юмористические монологи для эстрадных артистов: В. Я. Хенкина, Р. В. Зеленой, А. И. Райкина, Б. Я. Петкера и других. С 1927 года заведовал литературной частью Ленинградского театра сатиры. В 1942 году ушел добровольцем на фронт, в звании майора служил в газете «Вперед к победе!», награжден орденом Красной Звезды. Виктор Ардов – автор более 40 сборников юмористической прозы, киносценариев к фильмам «Светлый путь» и «Счастливый рейс», теоретических работ по технике разговорного жанра на эстраде и в цирке. Посмертно была издана его книга воспоминаний «Этюды к портретам» о В. В. Маяковском, М. А. Булгакове, А. А. Ахматовой, М. М. Зощенко, И. А. Ильфе, Е. П. Петрове, М. А. Светлове, Ю. К. Олеше, М. Е. Кольцове, И. В. Ильинском, Ф. Г. Раневской и других (переиздана под названием «Великие и смешные» в 2005 году). Виктор Ардов был дружен с рядом литераторов и деятелей российской культуры, которые подолгу жили в его квартире 13 в доме № 17 на Большой Ордынке. В их числе И. А. Бродский, А. И. Солженицын, М. М. Зощенко, Б. Л. Пастернак, М. И. Цветаева, А. А. Тарковский, Ф. Г. Раневская и другие. Особенно близка с семьей Ардовых была А. А. Ахматова, которая останавливалась в их доме во время своих визитов в Москву в 1934–1966 годах. Теперь во дворе дома Ардовых в Москве установлен памятник Анне Ахматовой.

 

Первой женой Алексея Баталова стала Ирина Константиновна – дочь художника Константина Павловича Ротова и детской писательницы Екатерины Борисовны Борисовой, затем приемная дочь сценариста и историка литературы Н. А. Коварского. От этого брака родилась дочь Надежда, не поддерживавшая с отцом отношений.

Вторая жена – Гитана Аркадьевна Леонтенко – артистка цирка. В этом браке родилась дочь Мария, с рождения страдающая детским церебральным параличом. Тем не менее Мария окончила сценарный факультет ВГИКа и по сию пору занимается литературным трудом.

Единоутробный брат Алексея Баталова – Михаил Викторович Ардов – писатель, публицист и мемуарист; клирик неканонической Российской православной автономной церкви, протоиерей; настоятель Московского храма св. Царственных мучеников и Новомучеников и Исповедников Российских на Головинском кладбище, благочинный Московского благочиния РПАЦ. До 1993 года был священником Русской православной церкви, служил в Ярославской и Московской епархиях. Летом 1993 года вышел из юрисдикции Московского патриархата и перешел в Русскую зарубежную церковь, став клириком Суздальской епархии. Ушел в раскол. Выступал против строительства храма Христа Спасителя в Москве, дав обет никогда не входить в этот храм. Заявлял о неприятии Олимпийских игр и любых спортивных соревнований, а также недопустимости занятий физической культурой и спортом для христиан. С братом на религиозной почве был в непростых отношениях.

Второй единоутробный брат – Борис Викторович Ардов. Учился в Шкoле-cтyдии MXAT на курсе A. Кapeвa. Работал в театрах «Coвpeмeнник» и Центральном театре Советской армии. Учился на Высших курсах сценаристов и режиссеров, преподавал во BГИКе. Снялся в нескольких фильмах, в том числе «Живые и мертвые» и «Три толстяка».

Дядя – Николай Петрович Баталов – российский и советский актер театра и кино, заслуженный артист РСФСР. Учился во Второй студии МХТ. Женился на известной актрисе Ольге Андровской. Преподавал. Был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Тетя – Ольга Николаевна Андровская (Шульц) – выдающаяся советская российская актриса театра и кино, педагог. Народная артистка СССР, лауреат Сталинской премии первой степени. Была награждена тремя орденами Трудового Красного Знамени и четырьмя медалями. В 1914 году окончила с золотой медалью Московскую женскую гимназию Л. О. Вяземской и поступила на медицинские курсы. Год проработала в клинике, ухаживала за ранеными, поступающими с фронта. По настоянию отца в 1915 году поступила на юридический факультет при Высших женских курсах В. А. Полторацкой. Во время учебы участвовала в любительских спектаклях. В 1918 году поступила в Театр Корша, где получила первые уроки театрального мастерства. Одновременно работала в Драматической студии имени Ф. И. Шаляпина. В память о младшем брате Андрее, погибшем в 1924 году от ран, полученных на Гражданской войне, взяла псевдоним Андровская. С 1924 года – актриса МХАТа. В 1938 году дебютирует в кинематографе – исполняет роль помещицы Поповой в фильме И. М. Анненского «Медведь» по А. П. Чехову. Вместе со своим партнером по фильму М. И. Жаровым через год снялась и в следующем фильме И. М. Анненского – «Человек в футляре» по рассказу А. П. Чехова. До последних дней О. Н. Андровская сохраняла творческую активность. 6 октября 1970 года состоялась премьера спектакля «Село Степанчиково и его обитатели» по Ф. М. Достоевскому с Андровской в роли генеральши Крахоткиной. В сентябре 1972 года она перенесла тяжелую операцию, но почти сразу же после выхода из больницы самостоятельно начала готовить роль Турусиной в комедии А. Н. Островского «На всякого мудреца довольно простоты», о которой давно мечтала, но сыграть которую ей так и не довелось. Уже будучи неизлечимо больной, с блеском сыграла роль пани Конти в прославленном спектакле «Соло для часов с боем» О. Заградника в постановке О. Н. Ефремова. В спектакле были заняты и другие «старики» МХАТа – А. Н. Грибов, В. Я. Станицын, М. И. Прудкин, М. М. Яншин. Премьера состоялась 13 декабря 1973 года. Одновременно спектакль был экранизирован. Эта роль оказалась для нее последней.

О сестрах – тетках Баталовых известно мало. Но Зинаида Баталова была замужем за актером МХАТа Михаилом Веревкиным. А одним из мужей Марии стал Виктор Станицын (настоящая фамилия – Гезе). Выдающийся театральный актер, корифей мхатовской сцены, четырежды лауреат Сталинской премии. Сыграл множество ярких ролей в театре и несколько заметных ролей в кино: «Чины и люди», «Зори Парижа», «Падение Берлина», «Война и мир». Вдобавок Виктор Яковлевич многие годы преподавал в Школе-студии МХАТ. Наконец, именно он руководил курсом, на котором учился Алексей Баталов.

Племянница Баталова – Анна Борисовна Ардова – российская актриса театра, кино и телевидения, наиболее известная по главной роли в ситкоме «Одна за всех» на телеканале «Домашний». Актриса Театра им. Маяковского. В 2013 году – ведущая игры «Форт Боярд» на «Первом канале». Заслуженная артистка России. Снялась в полусотне фильмов.

Теперь хотя бы в нескольких словах следует, наверное, изложить и историю моего личного знакомства с героем дальнейшего повествования. Где-то в начале восьмидесятых известного артиста ленинградского театра БДТ Кирилла Лаврова наградили Ленинской премией за исполнение роли В. И. Ленина в спектакле «Перечитывая заново…». Кирилл Юрьевич со столичными друзьями-приятелями отмечал свою высочайшую награду в малом зале Дома актеров, где я был завсегдатаем, как член бюро Всероссийского театрального общества. Узнав об этом торжестве, я с бутылкой шампанского наперевес четким парадно-строевым шагом вошел в комнату, где чествование лауреата самой престижной советской премии уже далеко перевалило за свой экватор, и громко попросил у собравшихся три с половиной (!) минуты внимания. Голос у меня, конечно, не такой сильный, как у Ричарда Львиное Сердце, от рыка которого приседали кони. Но хорошо подвыпивших гостей Лаврова умолкнуть я заставил. И в полной звенящей тишине произнес здравицу в честь лауреата, который в моем капитанском звании служил в авиации на Дальнем Востоке.

Гости, да и сам виновник торжества были откровенно шокированы и появлением капитана, и бутылкой шампанского, и особенно моим громким заверением о трех с половиной минутах. Но именно за указанное время я и доложил присутствующим военную биографию новоиспеченного лауреата, которую знал если и не назубок, то весьма прилично. В те времена я служил в газете «Красная Звезда» и всех деятелей культуры, имевших прямое отношение к армии и флоту, рассматривал исключительно как своих потенциальных героев. Так вот Лавров еще до войны подавал документы в мореходное училище, но его не приняли по возрасту. Когда фашистская Германия напала на нашу страну, Лаврову шел шестнадцатый год. Он опять отправился в военкомат. Вновь военком категорически пресек желание юноши воевать. А фашисты уже подступали к Ленинграду. Вместе с ровесниками Кириллу пришлось эвакуироваться в Новосибирск. Там он встал к станку и за смену регулярно выдавал две нормы выточенных деталей к военной технике. Но как только дорос до призывного возраста, сразу же поступил в Астраханское военное авиационное училище. Победа застала Лаврова на далеких Курильских островах в должности офицера-авиатехника. Обслуживал он пикировщики «Пе-2» – в народе «Пешка», а на финской войне – «Пекка-Емеля» – самый массовый советский пикирующий бомбардировщик. Как авиационному специалисту, Лаврову приходилось вкалывать до седьмого пота. «Пешка» была привередливой не только в пилотировании, но и в обслуживании. Но все равно пилоты и техники на Курилах жили по правилу: делу – время, а потехе – час. Художественная самодеятельность у них была на приличном уровне. Вот там, в солдатской самодеятельности, лейтенант Лавров впервые и сыграл роль Боба Морфи в «Русском вопросе» К. Симонова.

После моих заключительных слов Алексей Баталов подошел к Лаврову, поцеловал того и прочувствованно сказал: «Спасибо тебе, Кирюша, за такую оригинальную точку в нашей сегодняшней встрече. Это, право, весьма необычно, нестандартно! Мало кто из здесь присутствующих знал, что ты, оказывается, офицер-техник по самолетам, да еще и целый капитан. Но что особенно примечательно, так это то, что этот капитан уложился, шельмец, именно за три с половиной минуты – я хронометрировал!»

Изумленный Кирилл Юрьевич стал смешно клясться и божиться, что он ни сном ни духом, что впервые в жизни меня видит. И то была сущая правда. Но никто ему не поверил. Потом он подошел ко мне, поблагодарил за оригинальный кунштюк и как-то почти виновато предложил: «Если хотите, поедем с нами. Посидим в «Стреле». Надо ли вам говорить, дрогой читатель, с какой радостью я согласился! На трех автомобилях «Волга» мы отправились на Ленинградский вокзал. Мне выпало сидеть на заднем сиденье рядом с Баталовым и Юрием Сенкевичем, как впоследствии оказалось, самыми близкими друзьями Кирилла Лаврова. Мы о чем-то хмельно говорили – не запомнилось. Но телефонами обменялись. На следующий день я, всю жизнь исповедующий железное правило ковки железа, покуда оно горячо, позвонил Алексею Владимировичу и попросил его дать интервью для «Красной Звезды». К моему неописуемому удивлению, артист отказался не то чтобы агрессивно, но почти что раздраженно. Типа того заявил, что одно дело – треп в подвыпившей компании и совсем другое – интервью для известной газеты. Тем более военной, которую он лично никогда даже в руках не держал. Откровенно признаться, я был настолько огорошен и растерян, что даже не нашелся с ответом на баталовский «отлуп». Однако потом посидел, покумекал, полистал справочники и, как говорится, во всеоружии вновь побеспокоил Алексея Владимировича по телефону.

Как и следовало ожидать, Баталов стал отказываться, хоть и не столь агрессивно, как в минувший раз. Он говорил мне, что чрезвычайно далекий человек от армии. «Честно вам признаюсь: служил я срочную в чрезвычайно щадящем режиме при Театре Советской Армии, где мама работала. Я и автомат-то в руках держал от силы три-четыре раза. А так мы занимались охраной и хозяйственными работами. Но в основном я играл на сцене. Правда, исключительно эпизодические роли». – «Да нет, уважаемый Алексей Владимирович, – парировал я, – вы отслужили в спецроте при театре от звонка до звонка, получили там воинскую специальность водителя широкого профиля и даже возили на «УАЗе» начальника ЦТСА генерал-майора. В вашем послужном списке – все знаки воинского отличия. Если полагаете, что это не основание для выступления в военной газете, то я еще добавлю, что вы сыграли солдата Бориса в фильме «Летят журавли», военврача в картине «Дорогой мой человек» и комиссара в ленте «Седьмой спутник». В фильме «Звезда пленительного счастья» вы – гвардии полковник князь Трубецкой. Что-нибудь я упустил?» – «Так то ж роли. А служба в моем понимании – нечто особое. Так что не обижайтесь моим отказом и поймите меня правильно. Негоже мне, гражданскому до мозга костей человеку, красоваться в военной газете. Надо мной же потом смеяться будут те люди, которые взаправду служили в армии или на флоте».

Мне стало ясно, что «насчет бани», как тот анекдотический старшина, я договорился: бани не будет. И упавшим голосом я промямлил: «Да, честно говоря, Алексей Владимирович, мне и просто хотелось с вами пообщаться, послушать вас. Когда еще такая возможность выдастся». – «В таком разе я вас приглашаю на съемки телепередачи, которая готовится к моему 55-летию. Там мне волей-неволей придется многое о себе рассказывать. Там в перерывах и пообщаемся, коль вы уж такой настырный».

…Телевизионная запись длилась что-то около четырех часов. Потом я решил подойти к Баталову, поблагодарить его за откровенный и честный рассказ о собственном творчестве, который я подробно застенографировал. Артист подивился моей способности к скорописи. Какие-то еще я ему задавал вопросы, хотя для газетной публикации материалу набралось более чем достаточно. Повторюсь: Баталов был потрясающе откровенен и щедр на воспоминания. Чувствовалось, что готовился к записи очень серьезно. А еще при том коротком общении я стал невольным свидетелем потрясающей, ни разу доселе мне не встречающейся воспитанности актера. «Марина, – спросил он режиссера, – камеры выключены? Курить так хочется, что сил моих больше нет». – «Алексей Владимирович, я же не знала. Вы бы могли курить в кадре. Очень многие так делают». – «Ну что вы, курить в кадре, если это не роль, мне все равно что сейчас выйти и на улице раздеться догола».

 

Начало восьмидесятых. Еще никто понятия не имеет, что курение – вред. Самая великая похвала любому собранию – констатация: дым стоял такой, что можно было топор вешать. Еще женщина с сигаретой была такой же редкостью, как нынче сельская телега на Тверской. А Баталов оказался столь удивительно требователен к себе. Был я потрясен! И с тех далеких пор мое чувство восхищения великим актером только крепло. Не знаю, не уверен, что смогу передать собственные любовь и восторг великой, подвижнической деятельностью «главного интеллигента Советского Союза Алексея Баталова» в этой книге. Но, видит Бог, стараться буду изо всех своих сил. И пусть Он мне поможет…

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17 
Рейтинг@Mail.ru