Сборник стихов. Быть. Том 5

Михаил Константинович Калдузов
Сборник стихов. Быть. Том 5

zen.yandex.ru/qigod

Страна чудес неумолимо

Рассудок мнимого долой

Вон изгоняла, и строптиво

Всех растворяла за собой…

5:0

Ты слышал, миг, как созидая

Речей блаженный просвещал:

О непреложном чувстве рая, –

Безумии праведном начал?

Как мириады созерцая,

Звёзд воздыхал твоей любви:

Вдыхая жизнь, как уповая

Этюд святил всем вопреки?..

5:1

Я иду к тебе робея

Мой всевластия Океан:

Сквозь невзгоды, не жалея,

Боли низанной о стан.

Я иду «тобою вея»,

Я иду, Верховный хан!

Пуще прежнего уверя, –

Я иду, вздымая ман…[1]

5:2

Я люблю тебя отчизна:

Мир возможности моей,

Я люблю тебя и жизни

Не сыскать иной, светлей.[2]

Я люблю тебя Верховный,

Непостижный думы хан![3]

Я люблю тебя, о кровный,

Вековой извечный стан!

Я люблю, изнемогая,

Мир измен, – благодарю!

Вечный смысл, мира рая, –

Я люблю тебя, люблю![4]

5:3

Моей груди колышет чувство

Не аккурат мирской любви,

То преисполнено безумства

И бравой верою Тверди.

Моей груди вовек “не грустно”,

А мне стократ, – всё позади!

Моей груди – иному пусто,[5]

Чего с тех взять – всё впереди![6]

Не стремитесь понять умом истины, о чьих провещает «Я» моего голоса. Ибо единственное, что здесь от меня, так это обретённый навык, позволяющий предавать доподлинно невыразимое, осязаемое чувством, – Вам, обществу, имеющему в этом потребность. Просто любите. Себя. Мир. Людей. Животных. Природу. Каждый жест. Ветер, холод, жару, дождь. ПЕРЕМЕНЫ. Погоду. Любите всё. Возможно, эта жизнь конечная цель метаморфоза перед грядущим, неизбежным, иной формы, не конгениально-вообразимой человеческому восприятию. Возможность этого, как и противоположного события равна вероятности не проснуться. Тому, о чём я говорю – не научиться. Это возможно лишь обрести. Победой над собой. Возможно, Вас это не коснётся, потому как ваше предназначение в другом. Более масштабном, колоссальном, массовом для общества, являющимся неотъемлемым к его развитию. То, о чём провещает «Я» моего голоса не сыскать на просторах блудного, порабощённого мыслью, ума. Вы будете формировать образ от увиденного, исходя из апостериорного знания, и априорное, безмолвное понимание, огнём необъятной величины, вследствие неосознанной, неконтролируемой доминации ума (или сомнения), Вам увы пока будет недоступно.

"Вкуси, чего не признал, не возбраняя того, чему не стремился…" Поэтому любите. Любовь хоть и пагубна, с чарой, кующей разрушительный хаос, ничего не привносящей, кроме раздора, – но чертовски прекрасна. И это лучшее, что может происходить с человеком ума. Моя любовь – Вечность. Вечного. Звёзды. Грация. Шелест. Взмах. Полёт. Порхание. Миг. Одиссея, подходящая к концу. Приключение. Практический смысл постигнут. Остаётся малое. Недосягаемое воображением обыденному, но не признавшему правило игры одного бесконечного дня…

5:4

Ура чего не отыскать!

Ура тому, чему под стать

Спустя декаду исчисления

И судьбоносной приключения

Полк безмятежной обуздать![7]

Всей досточтимой, своевольной

И безустанно век крамольной:

Чьей не понять, как не пронять

День прежний думы закопав,

Всевластия Тверди осознав…[8]

Ура! Ура! Ура!

5:5

Ты прости их Отче-свят:

Не носили прежде твой

Досточтимый злат-наряд,

Век разбавивши тоской,[9]

Потопая тин мирской

Искушаясь с благ, дум-смрад:

Ты прости век дорогой,

Их несносный звездопад…[10]

Ты прости их дьяволят,

Развенчавших дня покой:

Ты прости их Вечный-свят

Ты прости, век быв собой.[11]

5:6

Вечной славы, о покорный,

Превеликий думы миг!

Я вещая, непритворным

Сердцем полного интриг,

Обуздав нерукотворной

Вездесущей многолик:

Провещаю априорно

Вечной славы в скором вскрик![12]

 

5:7

Восседая смыслом прежним

Лишь воистину пожнёшь

Плод искомого, чей Вечным

Низан мудростью насквозь. [13]

* * *

…ибо мудрость его необъятного высочества крайне превосходительнее любого рукотворного совершенства, прежде созданного по её подобию…

5:8

Вечной славы томный день,

Необъятный чей простор,

Вечной истины, чей трепет,

Чей бескрайний свет-убор,

Вечных грёз тягучий день,

Горьких слёз порочный берег,

Чей извечно думы сень

Покрывалом правды стелет, –

Я крича молвою, всем

Донесу твой чувства скрежет!

Чей безустанно сквозь день

Моё сердце, век как нежит…[14]

5:9

Я кричу тебе Психея,

Сутью[15]неживши глаза:

Облик грудью «разумея»,

Чувств вкушая на губах,

Я кричу тебе, лелея

В истин правых, но сердцах:

Чьи безустанно грубея

Лишь черствели впопыхах…[16]

Я кричу тебе Психея:

Отыскать причины страх,

Чтоб смогли в тебя уверя

След вкушая, но сердцах…[17]

5:10

Вот скажи, читавший, жаждой

Сколько лет ты жил неважно?

Сколько дней вновь источая,

Изводил себя на нет?..

И куда пришёл, вальяжно,

Суматохе день предав?

Что познал, шагав протяжно,

И обрёл ли лучших лет?..

* * *

Ибо истинная цель существования человека – обрести непоколебимую взором, чувством, мыслью и обстоятельством свободу. Свободу не только действий, – ибо раб до конца жизни мог считать себя раскрепощённой, вольной «птицей», а свободу, независящую от обстоятельств абсолютно любого плана. Внутреннее не внушённое убеждение, пронятое от апостериорного знания, приведшего к эон состоянию восприятия реальности: неколебимое беспристрастное единство с материей вечности.

…не дозволяющее темнеть глазах, даже когда ты резко встал (!). В иных случаях ты по-прежнему раб…

Осудивший вновь остаётся с ничем; подумавший иначе, но разделивший правду на неправду, – помни, ты далеко не ушёл. И был не близок, не далёк, а где-то там, с чего только всё начинается. Распутье сомнительно, удручающе особенно если ты выбрал верный путь. Но знай! Цена грядущей победы, несопоставимо-несоизмерима ни к чему. Ибо то не купить, не отнять, не утратить и более не обрести.

Ибо то царство нерушимое, в ком ты его дитя. Так стань же им, отринув ум, дозволив чувству искреннему жить…

5:11

Жизнь роковая воистину злом

Испита кругом лишь целью одной, –

Задавить…

Она что кнутом, желает кажись одного,

Отрад лёгкий взмах, порыва в сердцах, –

Удавить…

Изменой, чувством угнетения

Она стремит порывы бдения

Сомнения гнетом укротить:

Даруя скорби угнетения,

Томления, прелестей парения, –

В миг, в одночасье лишить…

Но прежде пыткой задушить…

Жизнь роковая воистину злом

Испита кругом лишь целью одной, –

Возродить:

Угасшее чувство свободы картины

Забытой давно поневоле, –

Воскресить.

Чью чарой сомнения,

И долей неверия идущий забыл

Восхвалить…

Театр – жизни. Роль – твоя. Вследствие первичности жизни над всем остальным, сформированным благодаря её закону, созидающему реальность обывателя. Театр принадлежит жизни. Ибо жизнь – не что-то конкретное, имеющее четкое определение и форму, а субстанциональное, невесомое, непостижимое, являющееся апогеем или верхушкой мироздания. Абсолют или материя, зарождающая удар сердца, предопределяющая судьбоносное течение в том числе обстоятельства нахождения каждого, пребывающего в её миге или сцене-кадре неспроста.

И лишь идущему под стать примерив роль, в итоге осознать, бессмысленность мнимых ценностей её обывателей. И лишь идущий мог, сорвав оковы рабства стать тем, кем захотел, созидая свою волю в соответствии желания жизни. Ибо он и есть жизнь. А жизнь есть он. Для всех остальных театральный спектакль осязаем как бесконечное явление, с промежуточным "на упокой" антрактом, выступающим в лице перерождения.

5:12

О белый фронт, чувств горизонт

О бесконечная пора,

О купол правды тверди зонт,

Хранящий ласкою дитя,

О безмятежный, мигом Вечный

О безустанных прений фронт,

Дитя, познавший бесконечность,[18]

Этюд святил тебе в экспромт…

5:13

И лепетая, предвкушая

Мгновения томного негой

Чьё ворожило, окрыляя,

Даруя чувству упокой

Струн лирой вечной, затяжной:

Не искушённой на забвение

И провидение извне,

Чувств растворяющей гнетение

Своей безмолвной тишине,

Вздымая грацией в крыле,

Что были мощи воскричу

Всем благоденствием от рая

Над чувством прежним восседая

О бесконечном, чьим дышу, –

Благодарю…[19]

5:14

Расскажу, позволь былую

Я историю, «вслепую»

Чью видал во тьме, не дня,

Не бывало где тебя…

Дабы понял ты однажды,

Что в погоне власти, жаждой,

Изводя себя на нет,

Осознаешь лишь неважный

Монотонных чувств куплет…

* * *

И ежели ты считаешь, что Вселенная слепа вследствие того, что она безответна, то знай, что в преддверии торжества ты стерпишь крах несопоставимый текущей готовности силой удручающего воздействия. И ежели ты считаешь, что был прав, то знай, что каждое бедствие, обрушенное на твою голову, несёт куда всеобъемлющий смысл, чем ты мог себе вообразить. И ежели ты добровольно не идёшь к тому, с чего всё началось, отрёкшись от думы благосостояния, продолжая, вместо искоренения, питать несбыточное чувство “эгоцентризма” или эмоции мнимого благоденствия, то уверяю, рано или поздно, твоё внутреннее буйство будет укрощено неконтролируемым волнением, страхом, или сомнением, возникнувшим беспричинно из ниоткуда. Но лишь одной целью прозрения.

Или думал ты господин реальности, о идущий в никуда? Ищущий правды, где поди не стоило, но не в самом себе?..

5:15

Необъятному простору,

Громовому век-собору,

Созидавшему пути:

Распростёрто слогом к Богу,

Зажигаю в свет огни

Чувством жжения груди…

* * *

Восстаньте, бравые о воины,

Предстаньте честью под венец,

Руины бремени привольно

Смелей разрушив наконец!

Отринув вон сомнений, страха,

Ступайте, чувств выси трубя!

Порывом грации и взмаха

Не всуе кличьте, миг любя!

5:16

Великий пыл могучей славы

Не оскудеет сквозь года:

Его безустанной отрады

Державы «виты» города…

Так “восклицайте” пуще грудью,

Покуда миг Вас сторожил,

Отринув вон испуга-дуги,

Возвысив чувство до светил…

5:17

В отдалённом свет-пространстве

В позолоченном убранстве:

Царстве светлом, удалой

Жизни вечной не былой,

В мир сияла, небе сводном

Одинокая звезда,

Освещая блеском годным

Опустевшие сердца.

Век мечтала убедить,

Наделив особой мыслью,

Что безликое любить

Не являлось прежде былью…

Жар пуская неизвестный

Телу радости несла,

Выступая точь невестой

Ночи брачной торжества.

Там корсетом в небе сводном

Мириады звёзд желали

Быть кому-то всё же годным,

Утолением тьмы-печали.

Стать кузницей загляденья,

Упоеньем чувств души:

Жаждой взора упоения,

Устремления вершин…[20]

Там горела в небе сводном

Одинокая звезда,

И ждала пока угодным

Будет свет её краса…

* * *

А быть далее, к горизонту

Простирался звёзд вдогонку

Томных таинств треволнения

Не сомнения, вдохновения

«Вечный лес» красы незримой…

Позабыть чей не силком,

Зыбкой пыткой преунылой,

Хладной смертью иль кнутом, –

Уж не выйдет веской силой.

Извечный лес, красой неотвратимой

Неумолимо звал к себе, –

Как отказать раз молчаливый

Твердил неустанно судьбе?..

* * *

Это всё метафоры. Дабы мозг, визуализируя понимал, что конкретика, когда речь касается творчества, призванного изменить взгляд на жизнь – ни к чему. Поэт вкладывает в своё творение текущее переживание. И правда-истина всегда за Творцом. Ибо лишь одному ему известно о том «благодатном» послевкусии особого следствия, не предающегося слову. Ибо лишь ему одному ведомо то переживание, чьё побуждающим образом призывает вновь и вновь высвобождать внутреннее неутомимое явление, именуемое вдохновением. Ибо лишь ему, сквозь слог дано выражать то, что не каждому оратору «от Бога». Ибо поэт – искусство. Ибо поэт – есть Бог. Все остальные, сопричастные – его дети. Ибо творят, что велит их суть, отличием от повелевающего сутью поэта.

 

Мир Вам судья, господа и дамы. И ежели юное поколение когда-то воспрянувши, превозмогая над слабостью, страхом и ленью решит, восседая занять почтенное место рядом с ныне непостижимым, но постигаемым исключительно сквозь поэтический слог, – я буду несметно рад. Из всех наград, что мог получить – улыбка в лице, Вашем дворце, чьи двери открыты в мир Атлантиды…

Ибо поэт – Бог, и он – на века. Ибо он Вечность, ибо вещал в нём глас первичного. И единственно-возможное, ограничивающее его безгранично-созидательное, – нынешняя некомпетентность ума к передаче, осязаемого в слово-слог. Ибо поэт – прежде не человек, а чувство. И ему, как и любому музыканту нужно осознавать, что значит каждая мелодия струны его созидательной души. Ибо душа его более распростёрта к опознаванию истинности, нежели чем иная другая, склонная к искусству.

5:18

Ступай за мной ты, осмелев,

Ступай ты ласково, легко!

Я покажу тебе, воспев,

Прикрас неустанных Его:

Ступай за мной, в свет не робев!

Я покажу тебе тот мир,

В курсиве чей никто из дев

Впредь не видал; я их не звал.

Ступай, за мной, Извечной пев!

Я покажу тебе Его

Всех благолепных, агрегатных,

Дворцов неписанных парадных,

Чьих не сыскать глядя окно…

5:19

Не всех торжеств ты повидал

Мой друг родной, радушный!

И дам не всех облобызал:

Девиц чудных, бездушных.

Не всех солений отведал…

Поместий мало душных

Ты посетил, да с корабля на бал

Спешил, убор надев “жемчужный…”

И мест пейзажных ты не всех

За годы жизни отведал,

Приняв на душу смертный грех,

Что прежде близких унижал…

Судьбе ты правила читал,

Дерзал с Всевышним состязаться, –

Исход, увы, не угадал:

Пришлось монетой рассчитаться.

Всю жизнь свою ты прозябал,

Скитаясь в облаке раздолья,

Но веру, так и не признал

В слугах оставшись у бездолья…

* * *

В особенности тогда, когда дела пошли в гору, но близкие вдруг стали «чужды», аккурат «ноше, тянущей вниз»; вследствие иного видения к их мировоззрению. Да ты превозмог, стал сильнее, возможно мудрее, богаче, опытнее… но никогда не обижай (!) круг ближнего своего, пускай и прежнего окружения. Ты можешь оставить их, ступая своей тропою дальше. Но не упрекай их ни в чем. Не порицай. Они должны сами всё понять. Их нынешнее – поделом.

Созидая негатив, порождая хаос, объясняя то, что они должны пережить на своей шкуре – прежде биться о стену, доказывая то, что в сути бессмысленно. Ибо их Психея иного, больше положенного, не проймёт. Даже если ты и хотел помочь, не питай мнимую надежду в то, что они действительно что-то поймут. Твоя победа – их угнетение. Ибо жизнь не набор строгих правил, и каждое «прозрение» или познание своего «Я» происходит по-разному, но в конечном счёте «одинаково». Ты через «чёрное», они «белое», но в конечном счёте победа над собой – свобода осязается всеми однородно одинаково. Ибо все прежде равны

И посему притча об утопающих воочию демонстрирует мораль, как и про идущего, чьему под стать любая дорога. Их жизненный урок ещё не усвоен, а твой давно позади. Но то не означает, что пришедший успех о чём-то повествует, как не о том, что ты преуспел в чём-то одном. Ты можешь остановиться, довольствуясь благами мирского, но знай, духовные прежде куда изобилующее-проницательны, чем все вместе взятые иллюзорные мирские, созданные лишь целью: увести недостойного, искусившегося от их глаза нежащих прикрас, забывшего прежде про первичное, истинное, поддерживающее жизненную, в том числе и сердце. Бога.

Будь прежде достойным примером для подражания. Мудрость в молчании. Всесокрушающим, от стоящего за спиной, воочию доказывающего о праве прибегать к столь разрушительному поделом.

Путь к свободе лежит в долгосрочном, аскетичном образе жизни. Не разгульном, эмоционально-раскрепощающем. А подконтрольно-удручающем, дисциплинированном распорядке дня. Не тот свободен, кто парил, бездомным будучи на век, себя не отыскав, забот мирских отринув вон…То, что он мог делать, что хотел не значило, что он свободный. Да возможно он от этого зависел настолько, насколько растение от солнца! А солнце от кого зависит? Зависел от свободы, понимаете?

Свободен тот, кто прежде страх искоренил, суть обуздав, – пустил во жизнь свою иной впредь смысл. Отныне им руководящий, повелевая-побуждающий творить особой мудрости дела. Ибо то неколебимое чувство от свободы исконной любую всевозможную вспышку забвения от эмоции гасит на корню, ещё до момента, где мозг удумал ту раскрасить ощущением.

1Напутствие лидера мотивируя, порождает внутреннее экспансивное к особому жару. Дух война дышит именно этим огнём.
2Не бойтесь признаваться в чувствах. Никогда не держите в себе то, что волеизъявлению подлежит именно в сей час. Кто знает, что будет завтра? А может его вовсе не предусмотрено?
3Не бойтесь признаваться в чувствах Богу. Не бойтесь его благодарить, и разговаривать, каждый раз обращаясь к нему, пускай и за советом. Не бойтесь быть непонятыми. Вообще, слышите, ничего не бойтесь. Свершайте безрассудные вещи, и преодолевая горизонты стереотипного мышления, – созидайте громады бессмысленных, безрассудных вещей. Бог в нейронах. Бог во всём. И познаётся он аналогично.
4Любите, с чувств изнемогая, но ум контролю – выньте вон.
5Метафорично к этому чувству любой иной будет хладнокровен вследствие того, что первичное будет пассивно к его несведущему воззрению.
6Ты подумал? Как иначе… Лишь страданием озадачен, век стремился ты куда?
7Неукротимой силы бдения.
8Верь мне, верь.
9Для чего грустил, невежа, Коль «невзгоды» поделом? Ты считал, что счастье в вещи? Раб проймёт всю суть кнутом.
10Твои мысли, блуждающие – «от лукавого». «Восседать» на почётном, рядом с Триумфальным, им в одночасье став – возможет лишь укротивший необузданный поток его удручающего, провоцирующего думать иначе, – ума и мыслей. Оседлать – значит победить, проняв всю суть высказывания, осознав прежде свою никчёмность, в сравнении всемогуществом, сокрытом в этом слове. Да проснётся дитя в нутре глубинном, чьё век который спит, да превозмогая над слабостью своей рабовладельческой – отворит горизонт неизведанного. Аминь.
11Отличием от Вас, искушение пронявших – ступавших, где выгодней. Вечный – постоянен. Вечный неизменен. Вечный посему и непостижим думой нынешней несносной, ибо властна она обстоятельству. Ибо раб она. А ежели дума раб обстоятельства, что говорить о посреднике?
12Потому как достояние, я дарую Всем Вам Всем!
13В каждом обстоятельстве – Его достопочтенный жест, призванный изменить тебя, о несведущий, эгоцентричный, склонный к внутренней агрессии от собственной псевдоправоты! Остановись, о идущий в никуда! Остановись! Замри! Воскричи Ура. Доверься случаю, сформировавшему обстоятельство твоего в нём пребывания. Перестань корить судьбу, порицать происходящее и искать виноватых…
14Непостижимое явление однажды станет общественным достоянием, вследствие признания его неукротимой силы априори ведущей, в сравнении наукой и прочим бредом, ныне не противоречащим здравому смыслу, в отличии от этих слов. Да будет так. Аминь.
15Чувством неколебимой свободы Вечного от познанной в совершенстве природы ”глубинного Я“ Вселенной.
16Вследствие того, что человек предавал забвению чувство свободы или своей воли в угоду чужого мнения, общества или взгляда со стороны.
17Я обращаюсь к твоему, живущему в тебе первичному чувству – духу свободы. Воспрянь! Восстань! Долой оков, ступай же ты, ступай!
18Беспечное чувство свободы.
19Не стесняйся выражать чувства тому, чего ты не видел, и возможно никогда не увидишь. Это основа: преодолеть страх или внутреннее смятение к обстоятельству, во имя грядущего, где оного (смятения, волнения) более не сыскать. Без этого всего, как могло показаться бессмысленного не сыскать ответа на вопрос, глубинно” похороненного” в самом себе. Во всём есть смысл. Но для каждого он прежде свой.
20Идти к победе духом звезды – постичь суть невероятного совершенства.
Рейтинг@Mail.ru