Простое дело с жемчужиной. Часть 2

Мария Никитина
Простое дело с жемчужиной. Часть 2

Глава 18. Прогулка на яхте

Когда машина подъехала к пристани, их уже ждали мистер аль-Халид и мистер Тилбери. Один открыл девушке дверцу, другой подал руку. Взяв под руку принца, она назвала его любезным шейхом Муххамедом и спросила, не возражает ли он, что она его так будет называть.

– Нисколько не возражаю, – ответил принц, – наоборот, буду рад, – и он внимательно посмотрел ей в глаза.

Она улыбнулась в ответ.

«Однако она играет с огнём», – подумал Алекс.

Шейх показывал им яхту, в основном обращаясь к Лёльке, а она заинтересованно слушала его. Наконец, они прошли к столикам с напитками, накрытым на носу корабля.

– Любезный Муххамед, – обратилась она к шейху, – а как поживает господин Рамдух? Не слишком ли он взволнован из-за случившегося вчера? Я бы очень переживала на его месте.

– После вчерашнего инцидента он, конечно, разволновался, но не так, как после сегодняшнего моего звонка. Сейчас я думаю, он уже едет в банк с ювелиром для оценки колье.

Взгляд Тилбери выражал какое-то беспокойство.

– Майкл, что-то не так? – спросила Лёля.

– Нет, разве может быть что-то не так, когда вы рядом?

Девушка улыбнулась ему на комплимент и продолжила:

– А что, если колье окажется не настоящим? Что тогда?

– Тогда оно не будет выставлено на аукцион, и иорданская корона потеряет целое состояние. Боюсь, что в этом случае господину Рамдуху лучше не возвращаться на родину… Предлагаю всем попробовать напиток по моему рецепту. Здесь манго, лимон и клубника… Скоро подъедут мои знакомые девушки и составят нам компанию… Все они работают в модельном агентстве.

– Это, наверно, очень интересная работа, – сказала Лёля.

– Да, возможно. Они много путешествуют, когда делают рекламу новым брендам… А вы бы хотели сняться для журнала «Фейшион»?

– Я? Никогда не думала об этом. Наверное, нет.

– Мне кажется, у вас бы получилось. Могу это устроить.

– Я бы ей не разрешил, – сказал Алекс, – эти модели обкалывают себе губы и накачивают силиконом грудь. Незачем портить себе здоровье. К тому же я слышал, что многие модельные агентства вовсю сотрудничают с эскорт-агентствами.

Раздался звонок на сотовый шейха. Поговорив по-арабски, он помрачнел.

– Мистер Бейкер, вы оказались правы. Настоящее колье похищено, это оказалось подделкой. Господин Рамдух не знает, что предпринять. Сейчас он отвезёт колье к себе в дом, нет смысла держать его в банке. Хотя ювелир уверил, что это колье тоже ценное, так как в нём жемчужина, которая представляет историческую ценность. Она некогда принадлежала семейству князей Юсуповых, из России. Но стоимость его даже по самой высокой оценке, как минимум, в 2 раза меньше пропавшего.

– Но о жемчужине Пелегрина уже очень давно ничего не было слышно, – сказал Меньшов. – Откуда же эта драгоценность взялась в доме у иорданца, да ещё в колье? Значит, кто-то готовился поменять жемчужины.

– Да. И это небедный человек. Алмазы и жемчуг в колье настоящие. Это не стекло, – шейх задумчиво теребил свою бородку.

– А почему вы думаете, что колье поменяли в доме? Может, его заменили на банкете, – сказал Тилбери, вступив в разговор.

Алекс налил себе содовую со льдом.

– Почему вы так думаете? – спросила Лёля, – как это возможно? Ведь там было столько народу.

– Думаю, это было весьма возможно. И отключение света как нельзя лучше вписывается в схему.

– Нет, не вижу смысла… Если его заменили на банкете, тогда для чего лезть в дом и брать его из сейфа? – возразил принц.

– Согласна, – сказала Лёля, – но мне интересно, почему наш милый Майкл так подумал.

Тилбери посмотрел на неё пристально и ответил:

– Отключение света, на мой взгляд, было не случайным, хотя эксперты на 90% уверены, что, вероятнее всего, это была молния. Но… уж больно точное попадание и как раз во время банкета, да ещё не включился аварийный рубильник.

– А у господина Рамдуха во время инцидента в доме тоже выключили свет? – спросила Лёля.

– Да. У Рамдуха определили, что был искусственный сбой электроэнергии, – ответил шейх.

В этот момент появились девушки, все они работали в Англии в модельном агентстве «Style and fashion» («Стиль и мода»). Их звали Эльза, Лайла и Мари. Шейх познакомил их со своими гостями. Хорошенькая Мари сразу подошла к Алексу и оживлённо заговорила с ним. Господин аль-Халид и Лёля стояли рядом и тоже временами участвовали в разговоре. Декольте Мари невольно приковывало внимание окружающих. Она часто смотрела на Меньшова и улыбалась ему. Алекс во время беседы как всегда был обаятелен и остроумен. Лёлька сохраняла свою жизнерадостность и нежную женственность, которые придавали ей необыкновенное очарование. Мари рассказывала про съёмки для журнала мод на Мальдивах. Делилась впечатлениями, насколько ей понравилось море, природа, местные жители и её фотосессии. Шейх и Алекс, тоже побывавшие на этом острове, в чём-то поддерживали её, в чём-то возражали. Лёля в свою очередь обрисовала курорты Италии и замечательные пляжи Португалии. Затем шейх, обращаясь в основном к Смирновой, стал рассказывать о своей экспедиции на север в Атлантический океан, об исследовании Ирландии и Исландии. Мари попросила Алекса принести ей вина. Затем, отойдя к противоположному бортику, она стала ждать его. Видимо, ей хотелось остаться с ним наедине. В свою очередь шейх не отходил от Смирновой ни на шаг.

Лайла мило беседовала с Тилбери, и он был весьма доволен её вниманием. Эльза, побыв с ними немного, затем предпочла присоединиться к Алексу и Мари. Молодой человек вёл полушутливый разговор. Его обаяние и весёлый, открытый взгляд вызывали симпатию. Девушкам нравилось его общество, и обе старались очаровать его взглядами, речами и улыбками.

– Дамы и господа, сейчас подадут обед, прошу всех пройти на нижнюю палубу, – сказал господин аль-Халид.

Стол был сервирован по высшему классу. Здесь было всё, что только можно было пожелать. Алекс хотел сесть поближе к Смирновой, но не получилось. Пришлось занять место между Мари и Эльзой. Стараясь быть непринуждённым, он развлекал своих соседок. По мнению Меньшова, Тилбери повезло больше, он разговаривал с Лёлей, заглядывая через свою соседку Лайлу. Господин аль-Халид ухаживал за Смирновой, рекомендуя ей разные блюда и подливая вина. Когда перешли к десерту, Лёля спросила:

– Майкл, вы собираетесь участвовать в аукционе, на котором будут продавать колье с жемчужиной?

– Не знаю, как насчёт участия, а присутствовать собираюсь.

– Так если жемчужина не та, какой смысл её покупать?

– Элен, – обратился к ней шейх, – до аукциона ещё есть время, и я приложу все усилия, чтобы найти настоящую. Полиция уже предпринимает действия в этом направлении.

– Вы про тот аукцион, который состоится через 2 дня? – спросила Мари.

– Да, – ответил нехотя принц.

– И что в нём примечательного, кроме того, что там будет выставляться какая-то жемчужина? – продолжила Мари.

– Ровным счётом ничего, моя дорогая, – доброжелательно сказал аль-Халид.

Покончив с десертом, все девушки ушли попудрить носик. Тилбери закурил сигару. Принц предложил мужчинам сыграть в бильярд, и они прошли в бильярдную, находившуюся за стеклянной перегородкой. Шейх с американцем начали партию. Меньшов наблюдал за ними.

– Алекс, вы на банкете, кажется, увлеклись юной иорданкой? Не отходили от неё весь вечер, – сказал Майкл.

– Да, она хорошенькая. Необыкновенно весёлая и милая девушка, – ответил Меньшов, – только я был весь вечер с двумя девушками, с Алией и Кэтрин. С Кэтрин мы вообще практически не разлучались, пока я не ушёл. Кстати, она очень заводная… жаль, что она ваша подруга.

– Уже нет.

– Как? Уже?

– Так получилось.

– Надеюсь, не из-за меня?

– Нет, никоим образом.

– Вы меня успокоили.

– Когда выключили свет, – продолжил американец, – я пытался найти посла Иордании, потому что вы передали через вашу сестру, что он искал нас с Кэтрин.

– Да? Может быть. Но я не помню, чтобы я говорил что-либо подобное, правда, я был слегка пьян. Хотя… сейчас припоминаю, я говорил что-то о том, что Кэтрин так хороша, что достойна, чтобы её развлекал не я, а посол Иордании господин Рамдух. Может, Элен что-то неправильно поняла. – Алекс чувствовал, что Тилбери явно его подозревает в чём-то, но пока было не ясно, в чём и почему. Ведь жемчужину украли в доме посла, почему его интересует банкет?

– Может быть, – ответил Майкл и, повернувшись к входящей Лёле, продолжил: – О, Элен! А мы как раз говорим о том, как вы на банкете послали нас с Кэтрин к иорданскому послу.

– Да?

– Алекс сказал, что не говорил вам подобное.

– Он был не очень трезв, возможно, поэтому забыл. Но он убеждал меня, что Кэтрин так прекрасна, что достойна, чтобы её развлекал король Иордании или хотя бы посол, а не обыкновенный смертный, как он… А поскольку Кэтрин мне показалась очень обворожительной, я подумала, что послу будет приятно беседовать с ней.

– У вас доброе сердце, Элен. Вы хотели помочь успеху другой женщины. Думаю, послу было приятно побеседовать с обаятельной Кэтрин, – сказал шейх Муххамед.

– Ну-ну, возможно, – произнёс американец.

– Партия, дорогой Майкл, вы проиграли, – сказал принц. – Вы слишком много отвлекались. Алекс, будете играть?

– Да, – Меньшов взял кий.

Тилбери сел рядом с Лёлей и стал наблюдать за игрой. Но взглянув на неё, он невольно отметил, что мисс Бейкер очень даже хороша. Они завязали шутливый, ничего не значащий разговор. Вскоре к ним присоединились остальные девушки.

– О! Мы прогулялись сейчас по яхте. Как хорошо. Дует тёплый ветерок. Элен, вы зря не захотели пойти с нами, – сказала Эльза.

– Для меня этот ветерок холодноват. Не хочется простыть, – ответила Лёля.

– Холодный ветер с океана приносит нам болезни рано, Элен не хочет тут простыть или простуду подцепить, – сказал Тилбери, все засмеялись его каламбуру.

 

– Зато, скажу, её подруги, что не боятся ветра, вьюги, свободно ходят на ветру, гуляя с носа на корму, – продолжил принц.

– Браво, браво, – девушки захлопали в ладоши.

– Может, ещё что-нибудь почитаете? – спросила Эльза, обращаясь к аль-Халиду.

– С удовольствием… – ответил шейх. – …Сегодня счастлив я, и счастье опьяняет, / И нахожусь в безвременье, потерян счёт годам. / Счастливые часов не наблюдают, / А сумерки мне говорят, что всё уже не так / и солнце завтрашнего дня уж не моё взойдёт с утра1.

– Странные стихи… Счастье и почему-то печаль, – задумчиво произнес Алекс.

– Хочется вам ответить тоже стихами, – сказала Лёля.

– О! Пожалуйста, – попросил принц.

Всем было интересно послушать.

– Счастье длится, жаль, недолго. / Счастья миг остановить, к сожалению, невозможно. / Но прекрасен всё же миг! / В сумерках, в них нет печали, / в них покой и тишина. / После сумерек приходит утро следующего дня.

– Элен, вы меня удивляете. Очень даже неплохо получилось, – сказал принц и сделал удар кием по шару.

Остальные тоже высказали своё одобрение.

– Спасибо, приятно, что вам понравилось, – сказала Лёля.

– Даже очень понравилось… – ответил ей принц и обратился к Алексу: – Партия! Вы проиграли.

– Господин аль-Халид, вам сегодня везёт, – ответил Меньшов.

– Эльза, спойте для нас, – попросил принц.

Она села за рояль, стоящий в гостиной. Голос у неё был приятный, она спела 2 песни.

– Господа, моя сестра неплохо поёт, – сказал Алекс. – Элен, дорогая, доставь нам удовольствие послушать тебя.

– Просим. Просим, – стали говорить вокруг.

– Хорошо.

Алекс сел за рояль и, к удивлению окружающих, да и самой Лёльки, сыграл вступление к песне, которую она выбрала. Когда она закончила, все выразили восхищение её голосом и исполнением. По просьбе гостей Лёля спела ещё песенку. Задорная французская мелодия, исполненная весело и артистично, подняла всем настроение. Допевая песню, она заметила, что принц смотрит на неё восхищённым горящим взглядом, и решила заканчивать с пением.

– Элен, у вас профессиональное исполнение, вы где-то учились? – спросил шейх.

– Да, я закончила школу вокала при музыкальной студии «Сьюссед» и брала уроки вокала у известных педагогов.

– А студию закончили в Америке?

– Да.

Тилбери выпил очередной алкогольный коктейль и сказал:

– Элен, я готов слушать ваше пение всю ночь, надеюсь, вы сделаете это для меня? – он был заметно пьян.

– Боюсь, мои голосовые связки не выдержат такой нагрузки, – ответила, мило улыбнувшись, девушка.

– Мы с вами будем прерываться, – засмеялся американец, – я тоже буду вас развлекать.

– Петь?

Тилбери взял её локон и сказал:

– Нет, я буду развлекать по-другому.

– Я бы, конечно, спросила у вас, как по-другому, но почему-то опасаюсь услышать ответ, – ответила она с лёгкой улыбкой.

Тилбери засмеялся. Продолжать разговор ей не хотелось, и Лёля подошла к Алексу, который хоть и развлекал Эльзу и Мари, но внимательно наблюдал за тем, что происходит. Когда она стала рядом с ним, то он немного заслонил её собой. Тилбери, видя, что беседовать теперь придется с Алексом, перешёл к Лайле и принцу.

Вскоре шейх приблизился к Лёле и, поговорив с ней какое-то время, предложил пройти в его каюту, где хотел ей показать фото своих путешествий. Проходя мимо Алекса, принц сказал ему с улыбкой:

– Похоже, дамам очень нравится ваше общество. Я бы опасался оставлять с вами Элен, не будь она вам сестрой.

– И напрасно. Она часто не очень лестно обо мне отзывается, хоть и сестра мне.

– Но Алекс, дорогой, – сказала Лёлька, – заметь, я говорю это тебе всегда в лицо.

– Что правда, то правда, – подтвердил Меньшов. – А вы куда-то идёте?

– Мы с мисс Элен идём вниз, в мою каюту, хочу показать ей фото моих путешествий.

После этих слов шейх предложил руку Смирновой, и они пошли дальше.

Глава 19. Предложение шейха

Придя в каюту, они какое-то время рассматривали его альбомы с фотографиями. Принцу нравилось запечатлевать красивые уголки природы, человеческие эмоции и окружающий мир. У Лёли эти фото вызывали восторг. Она искренне восхищалась его умением видеть красоту, а также ловить момент и свет. Ему было приятно слышать столь лестные отзывы и, поблагодарив её, он сказал:

– Я фотографирую с удовольствием и для удовольствия, и в этом мне помогают многие вещи – прелесть раннего утра, красота заката, чья-то улыбка … ну и фотоаппарат, воздушный шар, батискаф, дрон, … яхта. Кстати, она вам нравится?

– Очень нравится. Она комфортная и быстроходная.

– Да, я такого же мнения. Пользуюсь ею в основном, когда нахожусь в Англии.

– Вы хорошо знаете Англию?

– Да. Я здесь учился. А вы как часто здесь бываете?

– Совсем не часто. Брат обычно приезжает один. Только в этот раз решил взять меня с собой, – и девушка мило и нежно улыбнулась, словно озарив комнату синим блеском своих глаз.

– Хорошо, что он взял вас с собой. Иначе мы могли не познакомиться.

Лёлька внимательно осматривала стены каюты. На них висели картины с морскими пейзажами и фотографии, на некоторых из них принц был изображён на яхте с разными людьми.

– Какое интересное фото. Здесь вы с известным футболистом.

– Да. Мы давно дружим.

– Родригес – хороший игрок, но у него скандальная слава. Ведёт себя как супермачо, – весёлый живой Лёлькин взгляд принял заговорщицкое выражение. – Судя по статьям о его похождениях, возможно, он тайный мусульманин и не прочь держать целый гарем.

Шейх засмеялся.

– Сомневаюсь, – ответил принц. – Скорее он поддерживает свою популярность как известная личность.

– Н-да… Неважно, что говорят, главное, чтобы говорили и интересовались. Это даёт немалые деньги.

– Реклама, – констатировал шейх.

– Своеобразная, можно сказать, антиреклама. – Лёлька слегка засмеялась.

– Отрицательная реклама порой вызывает больший интерес, и вы становитесь популярнее.

– Вероятно. А на этой фотографии вы с…

– О! Это Тони. Известный боксёр.

– Да… выглядит как боксёр, на бегуна не похож, – сказала Лёлька, потому что на фото был изображен боксёр.

Шейх улыбнулся её словам, и она продолжила:

– Тоже ваш друг?

– Нет. Просто знакомый. У него была травма. Теперь он не боксирует… Кстати, как ваша нога?

– Нормально.

– Когда мы с вами встретились, я как раз выходил от посла Иордании. Удивительно, что мы с вами встретились именно там. Вы что-то искали в этом районе?

– Я? – Лёлька удивилась вопросу.

Принц выжидательно смотрел на неё.

– Я искала дом Мейсонов – наших знакомых. Мери Мейсон – моя подруга. Она дала мне адрес, чтобы я её навестила, когда буду в Лондоне, но, похоже, ошиблась. Я обошла весь квартал, но Мейсонов там нет – испарились. Пыталась дозвониться до неё, но она была недоступна. Вот так. А потом ещё так не вовремя подвернула ногу.

– По мне, так очень вовремя.

– Не знаю, не знаю, – сказала Лёлька улыбаясь, – ломать или подворачивать ногу всегда не вовремя. Но может, и есть люди, которые видят в этом что-то занимательное или получают от этого удовольствие…

Шейх улыбнулся на её слова.

– Вы намекаете на меня?

– Нет. Нет… я намекаю на мазохистов…

– А-а… Понятно. Но я рад этому происшествию, иначе я мог вас не заметить.

– Да, конечно. Но брат очень сердился на меня за то, что я пошла одна, да ещё повредила себе ногу. Правда, когда понял, что ничего страшного не случилось, успокоился.

– Он очень любит вас и оберегает.

– Порой слишком, но я благодарна ему, – Лёля улыбнулась.

Шейх подал ей коктейль.

– Я тоже люблю своих сестёр и племянниц. Я написал небольшие стихи об этом. Хотите прочитаю?

– Да. С удовольствием послушаю.

Принц сел напротив неё и, задумчиво глядя в иллюминатор, стал читать:

– Новая сказка, счастливый конец —

Я не умею иначе…

Принц и принцесса идут под венец,

Рада сестрёнка, не плачет.

Сказок десятки тебе сочинил,

В них власть добра бесконечна,

Где-то стихами, где прозой сложил,

Лишь бы спала ты беспечно,

Глазки закрыла, уткнулась в плечо,

Ангельским сном засыпаешь.

Как же ты веришь в мечту горячо,

Словно по звёздам ступаешь.

В мире преград, расставаний и встреч

В сказку не вижу я двери…

Чтоб от беды тебя, детка, сберечь,

Я бы в любую поверил!..2

Произнеся последние слова, он посмотрел на неё своими красивыми блестящими глазами.

– Прекрасные стихи и очень трогательные. Ваши сестры, вероятно, счастливы иметь такого заботливого брата. – Лёлькины глаза выражали восхищение его талантом. – Вы настоящий поэт и фотохудожник. Ваши работы поражают красотой и своеобразием.

– Мне, конечно, льстит ваша похвала, и я очень благодарен за столь высокую оценку моего таланта, но я ещё учусь.

– Мы все учимся, можно сказать, всю жизнь. Прочитайте ещё что-нибудь.

– О чём бы вы хотели?

– Не знаю… о природе, о море, о солнце, о любви, …да мало ли о чём.

– Хорошо, – он снова посмотрел в окно, будто вглядываясь куда-то вдаль. – Корабли качаются в заливе,

Ждут свой час печально на мели,

Где волна, вздымая пены гриву,

Разбивается о край земли.

Я рождён в просторах океана,

В мир вошёл, поднявшись из глубин,

Чтоб дарить надежду неустанно

Тем, кто в море, – я стихии сын!3

– Очень красиво. Только во всех ваших стихах какая-то грусть, будто вы не очень счастливы. Но вы должны быть счастливы – вы богаты, все ваши мечты и желания исполняются, есть много близких людей, которые вас любят. Конечно, у вас есть определённые обязательства. Могу предположить, что в вашем мире немало интриг, которые, возможно, отравляют вам жизнь, но ведь у каждого на пути должны быть препятствия, как у нас, христиан, говорят, что у каждого свой крест, то есть свои трудности и жизненные испытания. Многим не даётся и 20-й доли того, что имеете вы, но как ни удивительно, я встречала среди обыкновенных людей счастливых и довольных своей жизнью. Наверно, для счастья немного надо… Так что радуйтесь каждому дню и будьте счастливы. Любовь ведёт нас по жизни. Мы там, где нас любят и где любим мы. Я абсолютно уверена, что люди, которые умеют любить своё дело, свою семью, свою землю, свою половинку, то есть саму эту жизнь и себя в ней, счастливы и довольны, эта любовь, подобно солнечному свету, освещает всё… Судя по стихам, вы умеете любить.

– Милая, милая Элен. Вы почти убедили меня своей горячей речью. Но сейчас для счастья мне надо немного, лишь благосклонность одной девушки. А может, это много? Это трудно измерить.

– Не знаю. Может, вы ещё что-нибудь прочтёте о природе, – постаралась перевести разговор Лёля.

– С удовольствием, – ответил принц, взгляд его стал задумчивым и далёким.

– В этой ночи угрюмой теряется вечность,

Звёзды призрачным светом в просторе дрожат.

Рассыпая цветы всем созданьям беспечно,

Луноликая девушка бросила взгляд —

Я его не поймал, но искал её в небе,

Словно сладкий мираж, что является в сне.

До струны её тонкой дотронуться мне бы,

Доскакать до неё на любимом коне.

Лёгкой нежной стопой ты по звёздам ступаешь,

Розу бросила мне на бегу невзначай,

Ты подобна луне – от любви не сгораешь!

Так хотя бы мой путь на земле освещай…4

– Ну, эти стихи скорее о любви, чем о природе.

 

– Пожалуй, – согласился с ней аль-Халид и, сев рядом с девушкой на диван, сказал: – Вам понравилось?

Он смотрел на неё страстным нежным взглядом. Лёле стало не по себе.

– Да, очень музыкально и поэтично.

– Хотите, я ещё почитаю о любви? – страсть его разгоралась, и ей очень захотелось уйти.

– Нет, стихи замечательные, но как-нибудь в другой раз. Думаю, надо вернуться к остальным. Брат, наверное, уже беспокоится, что нас долго нет.

– Не волнуйтесь, его там хорошо развлекают, он и не вспомнит о нас. – При этих словах он обнял её и попытался поцеловать.

Лёля встала с дивана, он удерживал её за руку.

– Я пойду, вы, видно, неправильно меня поняли, – сказала она.

– Элен, не уходите, вы мне очень нравитесь. Я хочу быть с вами… Останьтесь со мной, и вы не будете ни в чём нуждаться, к вашим услугам будут все удобства и радости, какие только можно представить в нашем мире. У вас в распоряжении будет особняк, самолёт, яхта, машина, служанки, охрана и много ещё чего. Вы будете жить как принцесса. Подумайте. На вашем счёте будет круглая сумма денег. – Лёля пыталась его остановить и освободить свою руку, но он продолжал: – Вы так нежны, молоды и прекрасны. Такой бриллиант, как вы, достоин дорогой оправы. Я могу вам помочь в любом деле, которое вызвало бы у вас интерес. Всё, что захотите, мой прелестный ангел.

Голос его был негромок, нежен и вкрадчив. В конце он перешёл на страстный шёпот.

Лёле, наконец, удалось освободить руку.

– Муххамед, вы предлагаете мне стать вашей любовницей?

– Многие девушки мечтают стать наложницей шейха. За то небольшое время, что я вас знаю, вы неоднократно проявляли живой ум и доброту, и, конечно, не заметить ваше очарование было абсолютно невозможно. Вы мне очень нравитесь.

– Те девушки, которые хотят стать наложницами, вероятно, воспитаны по-другому, не так, как я. Я об этом вовсе не мечтаю.

Шейх стоял молча, её отказ задел его. В нём происходила какая-то борьба.

– Господин аль-Халид, – продолжила Лёля, – вы мне симпатичны как человек, как талантливый поэт и фотограф. Более того, мне было бы приятно иметь такого друга, как вы, но быть вам кем-то ближе я не могу. К тому же у вас уже есть жена.

– Да, у меня есть первая жена. Но вы ведь отказываете мне не поэтому. Я вам не нравлюсь?

– Я только что сказала вам, что вы мне нравитесь как друг. Я уже говорила вам, что я воспитана по-другому. Я христианка. Хочу быть очень любимой и единственной женой.

– Вы будете любимой, очень любимой, – он страстно смотрел на неё. – Мне хорошо и радостно с вами. Ваша улыбка, ваш взгляд… Одно ваше слово может сделать меня счастливым… Я же могу сделать для вас всё, что вы захотите, и что будет в моих силах. Никому из девушек, бывших со мной, я не предлагал то, что предлагаю вам. Вы не будете ни в чём нуждаться, вы будете очень богаты.

Лёля начинала изнемогать, придумывая новые доводы. Она смотрела на него открытым, чистым, искренним взглядом своих синих глаз, которые при неярком освещении в каюте казались огромными. Принц невольно любовался ею.

– Давайте будем друзьями, хорошими друзьями. Большего я вам предложить не могу… – серьёзным тоном сказала девушка.

– Но это не тот ответ, который я ждал от вас. Вы были очень милы со мной, и я рассчитывал на большую благосклонность.

– Если вам показалось, что я была с вами излишне мила и уделяла вам особенное внимание, то прошу простить меня, ибо это произошло не намеренно, а в силу моего живого характера.

– Элен, я даю вам время подумать. Мне бы хотелось, чтобы ваша симпатия ко мне переросла в любовь. Вряд ли кто-нибудь сможет обеспечить вас лучше и любить сильнее.

– Подумать? Насчёт чего? – Лёля начала терять терпение. Она отлично понимала, что он просто хочет сделать её своей любовницей, но продолжила говорить очень спокойно и даже доброжелательно, подобно матери с сыном. – Быть любовницей я не хочу. Я очень серьёзно отношусь к любви и браку и не признаю свободной любви и гражданских браков.

– Но в Европе мало кто обращает внимание на подобные предрассудки. Люди просто любят друг друга.

– Я обращаю.

Шейх внимательно посмотрел на неё, он не ожидал встретить подобного сопротивления. Ему казалось, что только намекни он этой, пусть даже и весьма красивой, американке, что он обеспечит её на долгие годы, как она сразу бросится ему на шею. Девушки обычно сами искали встречи с ним и пытались завоевать его симпатию. Чем менее доступна она была, тем сильнее ему хотелось её получить. Он решил пока сделать вид, что отчасти согласен с нею.

– Может, вы и правы. Останемся пока добрыми друзьями.

– Пока?

– А вдруг вы всё же согласитесь?

– Не думаю.

– Не будем торопиться… Не хотите содовой?

– Да, спасибо. Со льдом, пожалуйста.

1Стихи Фазза.
2Стихи Фазза.
3Стихи Фазза.
4Стихи Фазза.
Рейтинг@Mail.ru