Простое дело с жемчужиной. Часть 2

Мария Никитина
Простое дело с жемчужиной. Часть 2

Глава 9. Подготовка к банкету

Проснувшись утром и осмотрев комнату, Лёля улыбнулась. У неё появилось ощущение какого-то маленького счастья оттого, что Алекс где-то рядом и явно симпатизирует ей. «Может, быть с ним поласковей? – подумала она. – А Зина? Она тоже знает, как он включает донжуана… Нет. Не надо быть ласковей. Учитывая его поведение, я и так с ним слишком добра». Умывшись, она посмотрела на себя в зеркало, ей показалось, что выглядит совсем не плохо.

Приведя себя в порядок, Смирнова спустилась вниз. Меньшов разговаривал с каким-то молодым человеком. Поздоровавшись, она прошла в кухонную зону сделать себе завтрак. Тем временем Алекс проводил гостя и вернулся в комнату.

– Привет, – сказал он, слегка обняв её за талию.

– Доброе утро, – ответила она.

– Выспалась?

– Да, нормально. Ты давно встал?

– Да. Я всегда стараюсь рано вставать. Надо было обговорить дальнейшую работу Стаса и Зины.

– Скажи, а откуда Зина знает, что ты умеешь включать донжуана?

– Тебе это интересно? – Он чуть насмешливо посмотрел на неё, но она сделала вид, что не замечает. – …Нам с Зиной в одном деле, которым занимались, пришлось разыгрывать влюблённых…

– Да?! И как далеко дошло ваше разыгрывание?

– До обниманий без поцелуев. Ещё что-то интересует?

– Пока нет. Но ты будь готов.

– Всегда готов, ко многому… Только намекни.

– Намека-аю, – сказала Лёлька, ласково и озорно взглянув на него.

– Доиграешься… – Он взял её за руку и притянул к себе. – Как ты смотришь на то, чтобы я тебя прокатил на белом свадебном кадиллаке?

– И куда же мы на нем поедем?

– Наверно, до загса и обратно.

– Странный маршрут, – она недоверчиво улыбнулась. – Ты раньше, кажется, ни за что не хотел туда кататься.

– С тобой я всегда хотел, а сейчас с удвоенной силой.

– Неужели? Тебе удавалось это очень умело скрывать. У меня даже подозрения такого не возникало.

– Ты просто плохо смотрела. Смотри внимательнее, – сказал он, обнимая её и глядя ей в глаза нежным чарующим взглядом.

Она подумала, что разглядеть ей точно ничего не удастся, и только чувствовала, что тонет в его глазах. Он поцеловал её. Пытаясь вернуть здравомыслие, Лёлька сильно ущипнула себя, но это не помогло. Видя, что она не выражает протеста, он продолжил.

– Доброе утро, молодые люди, – приветствовал Соломон Феликсович, войдя в комнату, и заметил их вместе. – Не помешал?

Лёлька облегчённо вздохнула и отошла от Меньшова.

– Нет, конечно. Как вам спалось на новом месте? – спросил Алекс, искоса поглядывая на Смирнову.

– О, замечательно, – ответил ювелир.

«Коварный тип, – думала девушка, – включил донжуана с ловеласом. Знаю ведь всё и почему-то попадаюсь. Пользуется тем, что я к нему неравнодушна. Надо было не себя ущипнуть, а его».

– Вы, Лёленька, чем-то опечалены. Уж не я ли вас расстроил? – спросил ювелир.

– Нет, конечно, вы меня, наоборот, очень порадовали. Я сделаю вам кофе с бутербродами. Вы не против?

– Девочка моя, буду очень вам признателен.

Она всё накрыла для пожилого компаньона, и он приступил к трапезе, поблагодарив её.

– Мне утром принесли пригласительные на банкет, – сказал Алекс, – так что, Лёль, собирайся, надо экипироваться. На приёме ты должна выглядеть как сестра бизнесмена, который в состоянии купить жемчужину. Десяти минут тебе хватит переодеться?

– Думаю, да, – ответила девушка и направилась к себе.

– Тогда через 10 минут жду тебя у машины, – уточнил он.

Пройдя по коридору, молодой человек остановился перед зеркалом, держа в руках кожаную куртку. Поправив ворот рубашки и пригладив волосы, он услышал сигнал машины и вышел на улицу. Кортеж шейха как раз только остановился перед домом. Принц, как и обещал, приехал проведать больную. Увидев его, Алекс выругался про себя. Он теперь очень сожалел, что не поторопил Смирнову выйти из дома раньше. Шейх в сопровождении слуги с огромной корзиной цветов уже начал продвигаться по дорожке к особняку. Теперь Меньшову оставалось только пойти навстречу гостю.

– Добрый день! – приветствовал принц.

– Добрый день! – Алекс улыбнулся по-американски, показав все зубы.

– Я бы хотел повидать мисс Элен и узнать о её самочувствии. Она вчера повредила ногу, и я довёз мисс до дома.

– Да-да, она рассказывала… Я – Алекс Бейкер, брат мисс Элен. Проходите в дом.

Гости зашли в гостиную, и Алекс тихо попросил Соломона Феликсовича позвать Лёлю спуститься к арабскому принцу. Сам же тем временем принялся отвечать на его вопросы о своей «сестре» и рассказывать о несуществующем бизнесе в Америке.

Пожилой ювелир, выйдя за дверь, охарактеризовал происходящее не иначе, как «тысяча и одна ночь, честное слово».

Подойдя к Лёлиной двери на втором этаже, он постучал. Из-за двери раздался её голос:

– Войдите.

– Лёленька, – сказал ювелир, заходя в комнату, – вас внизу ожидает арабский принц. Александр Дмитриевич просит вас спуститься.

– Хорошо, я уже почти готова.

– Должен вам сказать, вы очень хорошо смотритесь. Вы похожи на Одри Хепбёрн, была раньше такая актриса.

– Да, я знаю. Мне говорили. Спасибо, Соломон Феликсович.

На ней были синие обтягивающие джинсы, белая спортивная майка, такого же цвета туфли на каблуках и джинсовая куртка. Каштановые волосы спадали красивыми кудрями ниже плеч. Взяв свою сумку и тёмные очки, она сказала:

– Ну вот я и готова.

Быстро сбежав вниз по лестнице, она почти влетела в гостиную. Её глаза от быстрой ходьбы радостно сияли. Шейх поднялся ей навстречу.

– Хеллоу, – сказала Лёля.

– Хеллоу, – ответил принц. – Вижу, что нога у вас уже не болит…

– Да, уже прошла.

– Очень рад. Позвольте сделать вам приятное и подарить этот букет.

Слуга поставил перед ней огромную корзину цветов.

– Спасибо! Как красиво. – Она облила шейха радостным, сияющим взглядом и, понюхав цветы, чихнула два раза. – Изумительно пахнут. Очарована.

В ответ шейх заулыбался, ему нравилась её жизнерадостность и стройная фигурка в облегающей одежде.

– Я рад, что вам понравилось…

Поговорив ещё минут 15 на разные темы, шейх обратился снова к Лёле.

– Ваш брат говорил, что вы любите играть в большой теннис. Хочу предложить как-нибудь поиграть вместе. Например, завтра во второй половине дня.

Лёлька посмотрела на Алекса.

– Я не знаю, возможно, у нас с братом появятся дела.

– Давайте созвонимся, а там решим, – сказал Алекс, – сегодня мы идём на приём в американское посольство, а завтра будет видно.

– В американское посольство? Я тоже собираюсь туда. Приятно будет увидеть вас снова.

– Взаимно.

– Тогда до встречи.

Гость встал, и хозяева проводили его до машины. Кортеж уехал. Меньшов повернулся к своей помощнице.

– Смирнова, благодаря тебе мы вынуждены принимать этого волшебного гостя, да ещё потеряли уйму времени. Что скажешь в своё оправдание? – тон его был серьёзным.

Лёлька мило и очаровательно улыбнулась и пожала плечами. Меньшов невольно поддался её обаянию и улыбнулся в ответ. Сердиться на неё он уже не мог.

– И все же не думай, – сказал он, – что я тут сразу и растаял.

Она продолжала ласково смотреть. Её очарование действовало на него так, что он не в силах был сдержаться и поцеловал её в щёчку. Девушка сдвинула брови и окатила его недовольным взглядом.

– Я чувствую, что оправдываться теперь придётся мне, – констатировал молодой человек, – пойдём, Смирнова, иначе на банкете сегодня ты будешь блистать в джинсах, хотя в них ты мне очень даже нравишься.

– То-то вы с гостем ели меня глазами.

– Ты заметила? Я думал, ты не видишь.

– Для этого надо быть слепой… Если бы я показала, что вижу, то мне пришлось бы вызвать вас обоих на дуэль.

– Лёлик, не будем впадать в крайности. На улице ещё куча народу посмотрит на тебя. Лучше давай заключим договор, ты одеваешься – я смотрю… или…

– Остановись, Меньшов, не надо «или» …не надо буйной фантазии…

– Ладно, – примирительно сказал он и завёл машину.

***

Приехав на главную торговую улицу Лондона, Оксфорд-стрит, они решили пойти в наиболее известный лондонский универмаг – легендарный Harrods. В нём есть практически всё – брендовая одежда и обувь, косметика, продукты питания, товары для дома и различные сувениры. Пока Лёля подыскивала себе наряд, Меньшов, уютно устроившись на диване для ожидающих в этом же отделе, просматривал прессу. Симпатичная продавщица, приветливо улыбаясь, принесла ему кофе и спросила, не нужно ли ему ещё чего-нибудь. Он поблагодарил. Лёля появилась в очередном платье.

– Всё хорошо, но это не то. Это короткое. Хотя не лишено шарма, – высказал своё мнение молодой человек.

– Тебе всё время что-нибудь не нравится, – и Смирнова посмотрела на себя в зеркало.

– Наоборот, мне всё нравится, но не для этого случая. Так что, продолжай, – порекомендовал он.

Она примерила следующее и вышла в длинном нежно-сиреневом, пастельного тона платье с белой отделкой, расшитом жемчугом и мелкими прозрачными камушками. Её красивые плечи были в меру открыты, тонкая талия выгодно подчёркивалась. К платью шли полупрозрачные белые перчатки. Она выглядела превосходно.

– Ну как? – улыбаясь, спросила девушка.

– Неплохо, – сказал Меньшов, не в силах оторвать от неё взгляд. Его невольно повлекло к ней, но он сделал вид, что увидел необыкновенного цвета камень на её платье и начал удивляться ему.

– По-моему, хорошо, – выразила своё мнение продавщица.

– Мне тоже нравится, – согласилась с ней Лёля, с удовольствием глядя на себя в зеркало. – И оно длинное, как ты хотел.

– На этом и остановимся. Что ты ещё себе выбрала? – спросил Алекс.

– Ну, ещё штуки четыре вещи, костюм для тенниса и нижнее бельё.

– В нижнем белье ты ещё не выходила. Вдруг оно тебе по цвету не подойдёт?

 

– Не волнуйся, всё идеально село и по размеру, и по цвету.

– Что, даже не покажешь, за что я плачу?

– Да, пожалуйста, – и она достала из пакета кружевные кусочки чего-то и чулочно-носочные изделия.

– Я так ничего не понимаю, какие-то кружева. Надо посмотреть на тебе. Платье ты ведь мне демонстрировала.

– Меньшов, поверь мне на слово, всё выглядит просто отпадно… Твоя нервная система может не выдержать.

– Отпадно?.. У меня крепкая нервная система. Я готов это увидеть.

– Ты переоцениваешь свои силы. Надо беречь себя от перегрузок.

– Уверена?

Она стала в красивую позу, поправила волосы и, посмотрев на него нежно и завораживающе, произнесла:

– Абсолютно.

Он подумал, что если бы она сейчас была в том, о чём шла речь, то нервная система у него точно бы не выдержала.

– Ладно. Придётся поверить, – сказал он и оплатил все её покупки.

Им необходимо было ещё купить костюм для него. Теперь кофе пила Лёля, а Алекс мерил приглянувшийся ему вариант. Костюм был прекрасного качества. Материал, расцветка и покрой были безукоризненны. Смирнова подобрала ему рубашку и галстук. Он всегда был хорош собой, обаятелен и приятен в общении, но сейчас, надев всё это, выглядел очень богатым красавчиком.

– Ты просто супер, – сказала Лёлька, – как с обложки журнала для богатых.

– Вам очень идёт, – поддержала её девушка-продавец, – позвольте, я вам поправлю воротник.

И она, поправив воротник, стала разглаживать пиджак на его плечах, потом лацканы на груди, при этом стоя к нему совсем близко и заглядывая в глаза. Он немного отошёл от неё.

– Подождите, вот тут какая-то ниточка, – сказала продавщица.

Лёлька сначала молча наблюдала за этой сценой, но потом решила тоже поучаствовать.

– Братишка, ты классный. Девушка, по-моему, ещё сзади есть складка, посмотрите.

Продавщица теперь начала разглаживать ему спину и плечи. Алекс попытался остановить её словами:

– Спасибо, всё замечательно.

– Да, и на брюках надо посмотреть, хорошо ли село, – не унималась Лёлька, – вдруг где-то морщит?

Продавщица оглядела брюки и, одёрнув одну штанину, увидела насмешливый взгляд Смирновой. Почувствовав подвох, продавец сказала:

– Мне кажется, всё хорошо.

– Да, пожалуй, – согласилась Лёля.

Когда они выходили из отдела, Алекс обнял её за плечи и сказал: «Хулиганка», при этом крепко поцеловав. Лёлька слегка оттолкнула его:

– Меньшов, у нас не те отношения, чтобы ты это делал.

– А какие?

– Не знаю.

– Если сама не знаешь, так от меня чего хочешь?

– Давай будем держаться как брат и сестра, ну, в общем, по-дружески.

– Заметь, ты сама это предложила, – сказал он и снова обнял её, и поцеловал в щёчку, – брат так делает, – твёрдо произнёс Алекс, заметив её вопросительный взгляд.

Продавщица, наблюдая за ними, констатировала кассирше:

– Если он ей брат, то я ему мама. Но какой красавчик! Я за всю жизнь таких один или два раза видела…

***

Тем временем Стас и Зина продолжали сидеть в машине и наблюдать за домом. Ничего, что их могло заинтересовать, не происходило. Временами они прослушивали разговоры, но ничего нового не было.

Просидев так часа три, Зина собралась выйти из машины и сказала Коневу:

– Алекс нам дал задание – наблюдать, а не помирать с голоду. Пойду схожу в ближайший магазин и куплю чего-нибудь перекусить.

– Хорошая мысль. Давай, – поддержал её Стас.

Она принесла бутылку пепси и гамбургеры. Уничтожая вместе с напарником этот запас, Полянская пробила информацию по Майклу Тилбери и позвонила Алексу.

– Привет.

– Привет, Зин. Что у тебя?

– Я по Майклу Тилбери. Имея солидный пакет акций нефтяной компании, он вошёл в состав правления. Потом, непонятно как, у него оказался контрольный пакет, который сделал его практически полноправным владельцем концерна… Ещё интересный факт. Три года назад он участвовал в аукционе, проходившем в Нью-Йорке. На торги был выставлен редкий индийский бриллиант. Стоимость его доходила до 4 миллионов долларов. Тилбери практически купил его, но его цену перебил кофейный король из Южной Америки. Который, говорят, не брезгует зарабатывать на травках.

– Наркотики?

– Ну да. В день приобретения новый владелец собирался отнести бриллиант из сейфа гостиницы в банковскую ячейку, но обнаружил, что алмаз пропал. Поиски ни к чему не привели. У всех, имеющих доступ в номер, оказалось алиби. Никого и ничего подозрительного в течение дня камеры не зафиксировали, так что камень пропал бесследно.

– Это интересно. Ты не узнавала, кто вёл это дело?

– Капитан Доусон из Нью-Йоркского управления, спецотдел.

– Были ли хоть какие-то зацепки?

– Наши связались с их начальством. Как только придёт что-то по этому делу, обещали переправить.

– Ладно. Понятно. Как наблюдение?

– Ничего нового, – сказала Зинка, дожёвывая бутерброд.

– Слышу, что у тебя дела неплохо, – засмеялся Алекс.

– Тебе показалось. Утомились просто, – пожаловалась она.

– И есть хотим! – добавил Стас в трубку.

– Возвращайтесь домой. Вы мне будете скоро нужны.

На этом разговор закончился.

– Как думаешь, зачем мы ему будем нужны? – спросила Зина.

– Я поеду с ними на приём, а ты – не знаю.

Глава 10. Неожиданное посещение

Соломон Феликсович попивал некрепкий кофе, сидя в кресле-качалке в гостиной и просматривал прессу, которую купил в газетном киоске, прогуливаясь по Лондону. Его знаний английского языка вполне хватало, чтобы понять, но не всегда, чтобы объясниться. По этой причине порой он прибегал к жестикуляции. При разговоре с газетчицей, которая, как все англичане, говорила быстро, едва открывая рот, Соломон Феликсович почувствовал, что для достижения между ними полного взаимопонимания без жестов не обойтись. Вследствие этого, выразительно тыкая пальцем в газеты и журналы, он медленно чеканил каждый слог. Получив немалое удовольствие от общения с носителем языка, Соломон Феликсович вернулся домой. Теперь же, наслаждаясь тишиной и одиночеством, он не спеша читал газетные статьи.

Время приближалось к двум часам дня. Официант из ресторанчика напротив принёс обед на всю их компанию. Ювелир уже начал скучать по работе и компаньонам, которые всё время были чем-то заняты. С молодёжью ему было весело. Ему нравились и Стас с Алексом, часто спорящие и подшучивающие друг над другом, и пухленькая Зиночка, всегда чем-то занятая и слегка пребывающая в своём мире, и особенно Лёля, которая была нежна, весела, добра и внимательна к нему… Наконец, он услышал голоса и посмотрел в окно. По дорожке к дому шла его любимица с Меньшовым, сопровождаемые, к его удивлению, восточным гостем со слугой.

– И снова в гостях у сказки, у арабской сказки, – сказал себе Соломон Феликсович и добавил, имея в виду шейха: – Стремительный мужчина.

***

Меньшов уже остановился у особняка на Хэмпстед-грув, когда увидел, что с другой стороны подъезжает кортеж принца.

– Что ему на этот раз надо? – спросил он, недовольно взглянув на Смирнову.

– Спроси у него. И не смотри на меня так, – ответила Лёлька.

Они вышли из машины. Им навстречу уже двигался принц со слугой, который снова нёс корзину с цветами. Алекс предложил всем пройти в дом.

– Рады видеть вас, но чем обязаны вашему визиту? Я думал, что встретимся на приёме, – Меньшов недоумевал.

– Я бы хотел, чтобы мисс Элен приняла от меня этот небольшой подарок и, если её не затруднит, надела его сегодня вечером, – при этом принц открыл бархатную коробочку, в которой лежало бриллиантовое колье, серьги и кольцо.

– Моя сестра не может принять от вас такой дорогой подарок, – сказал Алекс, – я ей не разрешаю. Уважаемый мистер Муххамед бин Сулейман аль-Халид, вы должны понимать, что такие подарки подразумевают либо серьёзные отношения, либо ответную благосклонность. Мисс Элен – девушка порядочная, и незачем её компрометировать.

– Ни в коем случае я не хотел оскорбить ни вас, ни мисс Элен. Это просто небольшой знак моего восхищения ею, который ни к чему не обязывает. Настаиваю, чтобы мисс приняла мой подарок. И потом, это не настоящие бриллианты, а лишь хорошая имитация. Просто небольшой, почти ничего не стоящий подарок. Прошу принять.

– Простите, – сказала Лёля, – но я не принимаю подарки, если мой брат против. С моей стороны это было бы неразумно.

– Подобное поведение, мисс Элен, делает вам честь. Но я же сказал, что подарок недорогой.

Соломон Феликсович подошёл к лежащей на столе открытой коробке с колье. Взяв его и рассмотрев поближе, тихо произнес, подойдя к Меньшову:

– Оно настоящее.

Шейх наблюдал за ним с удивлением.

– Но мой помощник говорит, – возразил Меньшов, – что бриллианты настоящие.

– Как бы там ни было, обратно я ничего не возьму. Можете с ним делать всё, что вам будет угодно. Мисс Элен, – шейх мягко улыбнулся Лёльке и, нежно поцеловав ей руку, кивнул на прощанье Алексу, сказав: – Мистер Бейкер, до встречи.

– До встречи. Но, мистер аль-Халид, мне бы не хотелось оставлять в своём доме такую дорогую вещь, – ответил Меньшов.

– Дело ваше, но я обратно ничего не возьму. Не в моих правилах, – произнёс гость и направился к выходу, сказав что-то по-арабски своему слуге.

Слуга поставил корзину с цветами на стол и вышел за хозяином.

Цветы наполняли своим ароматом всю комнату. Гостиная стала похожа на будуар актрисы после спектакля.

– Да, если так пойдёт и дальше, то наш дом очень быстро превратится в оранжерею, – констатировал Соломон Феликсович.

Меньшов мрачно посмотрел на него и отправился к себе, не говоря ни слова. Его совсем не радовала сложившаяся ситуация, необходимо было всё обдумать. Лёля понимала, что он рассержен из-за неё, и решила не пытаться разговаривать с ним. В это время подъехали Стас с Зиной и весело забежали в комнату.

– Привет всем! Что, ещё не ели? Мы голодные, – сказала Зина и увидела не очень радостное лицо Смирновой.

– Сейчас всё подогрею, – заторопился Соломон Феликсович.

– Я помогу, – сказала Лёля и машинально достала тарелки.

– Лёленька, не переживайте. Он успокоится, – проговорил пожилой компаньон.

– Я не переживаю. Просто я мешаю делу и всё усложняю.

– Не вините себя. Вы всё делаете правильно.

Она благодарно посмотрела на него.

– Спасибо вам.

– А что случилось? Откуда цветы и украшения? Вы что такие кислые? – спросила Зинка.

– Нас сегодня осаждал арабский принц, – сказал ювелир.

– Чего же он от вас хотел? – удивилась Полянская.

– От меня, слава Богу, ничего. От Лёленьки, – пояснил он, – добивается благосклонности.

– Надеюсь, ты его поцеловала за подарки? – спросила полушутя Полянская.

– Ха-ха-ха, – засмеялся Стас, – тогда Алекс набил бы ему морду.

– Смешно, – сказала серьёзно Лёля, – садимся обедать, сходите кто-нибудь, позовите Александра Дмитриевича.

– Что, дружба врозь? – Конев внимательно посмотрел на неё.

Она не ответила.

– Я схожу, – сказала Зинка и быстро пошла на второй этаж.

***

Меньшов чувствовал, что ему нужно побыть одному. Лёля в который раз путала все планы. «Да, прав был Владислав Константинович, – думал он, – ситуация снова выходит из-под контроля… С ней всегда всё непредсказуемо… Надо отключить эмоции и обдумать всё спокойно… Есть ли смысл брать её с собой на приём? Если принц не даст ей прохода, сможет она мне помочь? К тому же рядом с ним у нас не будет никакой свободы действий… Так, а если я возьму Стаса? Наше колье, допустим, я пронесу в кармане… Нет, а вдруг будет досмотр, и ещё… кто-то должен выключить свет. Стас, находясь рядом со мной, не сможет отключить электроэнергию… А вот Лёля сможет пронести жемчужину на себе… и со сменой колье она справится лучше меня или Стаса. Значит, беру её с собой. Но что же делать с принцем? Как-то надо отвлечь его… Ладно. Посмотрим…»

Он ощутил небольшую головную боль. Молодой человек решил ополоснуться по пояс, обычно это снимало напряжение и болевые ощущения. Он снял рубашку. Холодная вода приятно обжигала ему лицо и тело. «Сейчас бы в бассейне поплавать. Вроде в правом крыле, на первом этаже, есть что-то вроде бассейна. Если не забуду, то вечером посмотрю», – подумал он. Наконец, ему стало легче. Вытираясь полотенцем, он услышал, как постучали. Перекинув полотенце через плечо, Алекс открыл дверь и увидел Зину.

– О! – сказала она, узрев его неофициальный вид, мокрые волосы и играющие от движений мускулы, – пойдём обедать, тебя все ждут.

– Скажи, что сейчас приду. – Он прошёл вглубь комнаты и, взяв рубашку, начал её надевать.

– У тебя всё нормально? – спросила девушка.

– Да. А что, похоже, что что-то не так? – удивился Алекс её вопросу.

 

– Да нет… Просто не ожидала тебя так увидеть…

Полянская постояла какое-то время, глядя на него, затем не спеша спустилась вниз.

– Он сейчас оденется и придёт, – известила она всех.

– Он раздевался? – спросил Конев.

– Похоже, что мылся, был весь мокрый, – сказала она.

– Ты ему полотенце не подавала? А то что-то тебя долго не было, – пошутил Стас.

– Конечно, подавала. А ты против?

– Лучше бы ты мне подавала. Порадовала меня, – Стас заигрывая, посмотрел на неё.

– Может быть, когда-нибудь… Жди… – сказала Зинка.

Лёля налила себе суп, предложив остальным сделать то же самое. Когда Алекс зашёл в гостиную, все уже ели. За столом велась оживлённая беседа. Девушки временами смеялись над шутками Конева. Около Смирновой все места были заняты, и Меньшову оставалось сесть рядом с Зиной. Стас начал рассказывать, как ходил на охоту на зайца.

– И засели мы под ёлками в снегу и ждём, когда заяц выйдет. Но просто так он на нас, конечно, не пойдёт. Его надо приманить. Показал нам охотовед, как кричит зайчиха, и говорит: «Кто-нибудь из вас пусть подзывает зайца, а остальные будьте готовы – как выскочит, пока не учуял, стреляйте». Все попробовали воспроизвести заячий призыв, лучше всех получилось у меня. И стал я кричать: «АУАА, АУАА».

Все засмеялись, очень уж крик у него получился пронзительный.

– Ну а дальше? – спросила Лёля.

– А дальше выбежал косой. Здоровый такой. Эти вон, – Стас показал на Алекса, – как дали по нему из ружей, он и упал.

– Жалко-то как, – сказала Зина.

– Стас так громко и натурально изображал призыв зайчихи в весенний период, что самцу невозможно было не выйти на такой зов, посмотреть, кого же там разогрело средь зимы… Это его и сгубило, – пошутил Меньшов, присоединившись к разговору, – только всё было немного не так… Зверь пошёл не на его призыв, а потому, что собаки гнали его в нашу сторону, а мы поджидали с ружьями в том месте, где он должен был выбежать. А всё остальное – абсолютная правда. Но так, как рассказал Стас, интересней.

– Зато какое жаркое из него получилось, – продолжил Конев. – Мы потом на вертеле его приготовили. В этот день ещё трёх зайцев завалили. А когда охотовед на снегоход забрался, к которому было привязано спецкорыто, в котором мы сидели, и врубил хорошую скорость, то мы с Алексом ощутили, как будто участвуем в гонках на корытах по снежному полю. Главное было не выпасть. Да и некоторые части тела не отбить о встречающиеся кочки. Вот это экстрим.

– Здорово было, – добавил Меньшов. – А как мы по глубокому снегу от лося убегали, помнишь?.. Прибежали к снегоходу, сели, а он не заводится, а лось всё ближе. На третий раз завелось. У Стаса тогда открылся фонтан непереводимой русской речи.

– А вспомни, какая у тебя речь была, когда ты в Панаме акулу загарпунил, и она на тебя пошла.

– Не я загарпунил, а Игорь, – ответил Алекс. – Если бы он перебил ей позвонки, то было бы всё нормально, а он её ранил. Я на тунца нацелился и вдруг вижу, в мутноватой воде акула не очень большая. А этот чудо-стрелок ранил её, она разворачивается и прёт в мою сторону. Хорошо, ты тогда успел меня поднять, она только немного задела мне ногу.

– Вот это ты потом разразился… – засмеялся Стас. – А помнишь, как мы по осени с гарпуном на карпа пошли. Я в лодке, а ты в топи в болотных сапогах карпа выслеживал. Вдруг вижу, шёл-шёл и нет тебя, присмотрелся, голова и руки с гарпуном над водой торчат.

– Самое обидное, что видел я его, прицелился и вдруг в ил по шею ушёл, а этот наглый поедатель червяков мимо меня в полуметре, бжжжж, проплыл.

Все засмеялись.

Зина будто невзначай прислонила голову к плечу Меньшова.

– Тебе плохо, что ли? – спросил он, посмотрев на неё.

– Нет. С чего это ты взял?

– Зин, а ты как думаешь? – чуть усмехнулся молодой человек.

Она приняла нормальную позу…

– Положи голову на меня, – предложил ей Стас, – я не буду против.

Она смерила его недовольным взглядом и сказала:

– Спасибо, конечно, но нет.

– Сейчас поговорим о деле… – Алекс стал серьёзным. – Остаётся совсем немного времени до приёма. Обговорим детали. Лёля… идёт со мной и надевает колье на себя. Я завожу разговор с нужной дамой и даю ей понюхать флакон с якобы редкими духами, затем нажимаю вызов для Стаса, и он выключает свет. В этот момент, Лёля, ты должна быть рядом со мной и без принца. Дальше, быстро меняешь колье… После включения света мы ещё какое-то время побудем на банкете. Ну, а затем привезём работу вам, Соломон Феликсович. Надеюсь, на этот раз, Смирнова, всё пройдёт без осложнений. Да, Зин, покажи ей портативный голограммограф, вдруг пригодится. Изображение на нём идёт убедительнее, чем то, которое ты видела. Оно идёт снизу и может передвигаться в радиусе 4 метров. На короткое время может отвлечь внимание в случае чего. Так… Уже около трёх часов дня. Времени остаётся немного. 20 минут на отдых. Затем собираться. Лёля, как будешь готова, спустись к Зине, она считает твоё изображение для голограммографа. Сколько тебе времени надо на сборы?

– Минут 40–50.

– Хорошо. Зина с Соломоном Феликсовичем всё приберут. Остальные – отдыхать.

Он подошёл к Лёльке, слегка оттеснив Стаса, который начал поправлять ей загнувшийся рукав футболки.

– Я ей сам поправлю, – сказал Меньшов и потянул к себе нижний край её майки.

Она посмотрела на него, и озорной огонёк промелькнул в её глазах.

– Что вам всем моя футболка сдалась? Отпусти, порвёшь, – Смирнова попыталась убрать его руку.

– Пойдём, времени отдыхать осталось немного. Я проконтролирую, чтобы тебя никто не беспокоил, – и Алекс взял её за руку.

– Никто, кроме тебя, как я понимаю, – усмехнулся Стас и снова попытался поправить ей рукав.

– Не хочу никого обидеть, но шли бы вы, мальчики… отдыхать… – освободившись от обоих и тряхнув волосами как норовистая лошадка, Лёля вышла из комнаты и быстро поднялась к себе.

– Понял? – спросил Алекс у Конева.

– Понял? – спросил тот в ответ.

– Как дети, – Зина важно посмотрела на них и пошла мыть посуду.

Рейтинг@Mail.ru