За сбычей мечт… в Америку

Мария Миронова
За сбычей мечт… в Америку

Я давно задумывалась над тем, чтобы делать заметки о своих путешествиях, не для книги, а для себя. Вот стану я совсем старенькой, память будет уже не та. Зато открою тетрадочку и вспомню былые денечки. Да и во многих автобиографиях сталкивалась с тем, что книги были написаны на основе дневников. Или вообще, не мудрствуя лукаво, дневники опубликовывались. А в последнее время я стала все чаще возвращаться к мысли: а почему бы и нет… Вдруг я смогу написать книгу! Помните в новогоднем фильме «Чародеи» был дан рецепт, как проходить сквозь стены? Главное, верить в себя и не замечать препятствий! Думаю, что проходить сквозь стены все-таки труднее, чем писать книгу. А если, рукопись издать не получится, то см. выше (способ освежить память в преклонном возрасте).

И так…

Часть 1

Москва – Нью-Йорк

Раннее утро, а можно сказать, что еще ночь. Стрелки на циферблате показывают четыре часа. Такси будет через час. Я слезаю со второго этажа двухъярусной кровати и, прихватив умывальные принадлежности тихонько просачиваюсь в душевую. Затем, одевшись, вытаскиваю тяжеленный чемодан в гостиную, а вернее в гостевой лаундж, как это принято сейчас называть. Хостел, где я остановилась, находится на сорок третьем этаже башни «Империя» в Moscow City. Сейчас тут пусто и царит полумрак, горят только несколько светильников. Вся стена – это серия окон от потолка до пола. А за тонкой стеклянной гранью – черная пустота и в лучах фонарей (подсветка башен) мечутся снежные хлопья. Надеюсь, что рейс не отменят, но здесь, на высоте птичьего полета, погода явно не лётная. За снежной пылью видны поблескивающие окна соседних небоскребов, а где-то там, внизу – огни большого города, который никогда не спит.

Машина подана, еду вниз, закладывает уши. Время, за которое лифт преодолевает расстояние в сорок три этажа, такое же, как, скажем, спуститься вниз с седьмого этажа обычного дома. Город еще пуст, такси несется по заснеженным улицам.

В аэропорту стандартная процедура: регистрация на рейс, сдача багажа, прохождение через таможню и традиционное слоняние по магазинам duty free, хотя в это время они практически все еще закрыты. Короткий перелет, и я в Цюрихе. На выходе из самолета вежливые сотрудники аэропорта объясняют, в какой терминал нужно ехать в зависимости от того, куда тебе нужно. В Америку нас следовало четверо: я, мужчина лет срока, и мама с дочкой (девушкой лет восемнадцати). Правда я летела в Нью-Йорк, а они в Лос-Анджелес. Нужно сказать, что я несколько выделялась в этой копании. Русских, особенно женщин, вообще легко можно среди иностранцев идентифицировать. Этот случай тоже исключением не был. Обе женщины выглядели шикарно: высокие сапоги на каблуках, шубы, макияж и укладка. Мне же было сказано одеться так, чтобы все можно было сразу выкинуть. Сестра обещала привезти одежду в аэропорт (тут следует внести некоторые разъяснения: моя сестра, Аня, живет со своим мужем Крисом в Вайоминге. Собственно и летела я в «Новый Свет» для того, что бы навестить младшую сестренку и познакомиться с новыми родственниками). Да и в чемодане у меня только подарки лежали. В общем, мой выбор пал на очень широкие sweatpants (то есть «треники» по нашему). А так как штанины были уж очень широкими, то я пришила внизу каждой бельевую резинку, чтобы не дуло, и получились такие шаровары, что Тарас Бульба позавидовал бы. В пару к этим элегантным брюкам пошел синий свитер, купленный лет восемь назад. Но венцом всего был отчаянно розовый пуховик с розовыми же варежками на резинках (помните, раньше в детстве мама пришивала к варежкам всю ту же бельевую резинку и через петельку вешалки у горла протягивала варежки в рукава). Боковые карманы пуховика были сделаны в форме больших бантов. Вещь, вообще-то, очень удобная, легкая и тёплая. Приобрела я его (пуховик) в Китае. Так мне вообще было сложно с одеждой. Я уже не говорю про размеры, вот уж где обрастаешь кучей комплексов, ведь китаянка – это женщина-праздник: оборочки, рюшечки, кружева, стразы. И только розовый цвет считается самодостаточным, и ни в каких украшениях не нуждается. Видимо я заранее старалась ассимилироваться, маскируясь под американского бомжа.

Мы разговорились с мужчиной, так как я помогла ему при прохождении досмотра. По-английски он совсем не говорил, а его, вернее его сумку задержали. Там была обнаружена маленькая стеклянная баночка из-под майонеза, а внутри был мед с орехами. Таможенники просто не моги понять, что это такое. Поле того, как я перевела разъяснения владельца загадочного предмета, баночка была конфискована. На мой вопрос, зачем ему в самолете понадобились домашние заготовки (он сам разные орехи в меду вымачивал), мужчина резонно ответил: «Дак ведь витамины, полезно же». Хотя уж мне то и не следовало бы удивляться, я везла с собой два пакета домашних коржиков. Просто они никакого подозрения у таможенников не вызвали. Но про них (про коржики) чуть позже.

А пока снова самолет. Рейс – Цюрих – Нью-Йорк. Это был первый раз, когда я пересекала океан. Хотя его я, конечно же, не увидела. Во-первых, хотя рейс и был дневной, за иллюминатором растеклась вязкая темнота, и, во-вторых, летели мы над облаками. Зато океан очень хорошо чувствовался, трясло нас довольно серьезно и довольно долго. Но кормили хорошо, и выбор фильмов был широкий, поэтому время в пути пролетело очень быстро. Капитан объявил, что самолет заходит на посадку. В Нью-Йорке мы приземлились около пяти часов вечера, а мой следующий рейс был только в шесть часов утра.

На отеле и такси решила сэкономить и переночевать в аэропорту. Нужно отметить, что JFK (Джефферсона Кеннеди) очень большой и по сравнению с миленькими и чистенькими европейскими собратьями производил впечатление гнетущее. Там восемь терминалов, которые между собой соединены green line (это поезд такой). Я доехала до четвертого терминала (оттуда был мой вылет). Как бы сказал один знаменитый ослик, «душераздирающее зрелище». В зоне отлета сидеть было практически негде, малочисленные скамейки были уже заняты теми, кто тоже решил на гостинице сэкономить. Я спустилась в зону прилета, там еще оставались свободные места. Но кафешек или, хотя бы, просто магазинов, здесь не наблюдалось. Парочка автоматов с подозрительными снеками, одна маленькая стоечка с напитками, где я приобрела крохотную бутылочку воды за три доллара. Заодно я поинтересовалась, где бы можно было найти зону wi-fi. Телефон мой уже не работал, бесплатного интернета не было, даже не сообщить семье, что я благополучно на другом конце света приземлилась.

Найдя место с тремя подряд пустыми сиденьями, я пристроила чемодан и достала пакет с вышеупомянутыми коржиками. Подкрепившись, я немного почитала (помню, с собой я взяла книгу Кира Булычёва «Перевал») и решила готовиться ко сну. Долгие перелеты довольно сильно выматывают, встала я рано, а в самолете подремать не удалось. Приняв максимально возможную в данных условиях позу, я действительно довольно скоро уснула.

Часа через полтора – два я проснулась от того, что жутко затекли все мышцы. Самое сложное, когда ты, полусидя, спишь на рюкзаке, это разогнуться. Со всей ответственностью заявляю, это очень больно. Когда я усыпала, в полутемном зале было пустынно, а вот пробудилась я в дружной компании. Все места, не только сидячие, но и отделенные закоулки на полу, были заняты спящими людьми. В голову пришла мысль: ничего себе, сколько народу утром летит. Но нет, чемоданов у них не было, зато были мешки, сумки и все возможные узелочки. Казалось, что эти люди притащили сюда все свои вещи. Впрочем, так оно и было. JFK располагается в районе Квинс (не самый, к слову сказать, престижный район). Квинс тоже, в свою очередь, имеет административное деление, и аэропорт находится по соседству с районом Ямайка. И те, кому негде ночевать, едут сюда. Летом и на улице можно найти уютное местечко, а вот зимой это проблематично.

Так что моё пробуждение принесло мне массу впечатлений. Представьте себе, вы просыпаетесь в большом, затемненном, холодном помещении, окруженные спящими бездомными людьми. Но они мирно лежали и никого не трогали. Я успокоилась, заточила еще один коржик и, скорчившись поудобнее, снова упала в объятья Морфея. Я еще несколько раз открывала глаза и снова проваливалась в сон, пока примерно к трем часам утра не поняла, что все тело болит до такой степени, что уснуть уже не удастся. Я замерзла, хотелось есть, но коржики уже не лезли…

Денвер

До открытия регистрации на мой рейс оставалась еще пара часов. Я поднялась в зал вылетов, уселась под какой-то колонной и решила скоротать время за чтением (благо Кир Булычёв выручает во всех ситуациях). Вскоре терминал начал потихоньку оживать. Работники аэропорта змейкой расставляли столбики с лентами. Зарегистрировавшись, я отправилась в зону досмотра, куда очередь выстроилась не просто «змейкой», а целой анакондой (не знаю, является ли анаконда самой длинной змеей в мире, но очередь была огромная). Стояла я там действительно долго, так что когда добралась до нужного гейта (от английского слова gate – выход, ворота), время посадки уже подошло. Из Нью-Йорка я летела в Миннеаполис (штат Миннесота), а оттуда в Денвер (штат Колорадо). Первый перелет – четыре часа, второй – три.

Вот мы уже все расселись, и самолет потихоньку поехал к взлетной полосе. Но тут мы попали в пробку. Серьезно, перед нами было несколько самолетов и позади пристроились два или три. Так что, видимо, от пробок в Нью-Йорке никуда не скроешься. Простояли мы около часа, что являлось для меня проблемой. Ведь моя пересадка была ровно час. Но стюардесса меня заверила, что все будет хорошо, и я обязательно успею. Я успокоилась и стала ждать завтрака, которого не было. Сейчас на внутренних рейсах в США кормят, а раньше только водичку разливали.

В Миннесоте мы приземлились, когда посадка на мой следующий рейс уже началась, поэтому покупать еду времени не было. Я уже очень печалилась, что мои чудесные коржики были сданы в багаж. Еще три часа полета и очередной стаканчик кофе, правда, в этот раз на закуску выдали две печеньки с корицей. Как сказано в одном хорошем фильме: «все-таки, какая никакая закуска»! Но, как вы сами понимаете, прилетела я жутко голодная.

 

В Денвере меня встречала сестра со своим мужем. Громкие возгласы приветствия, крепкие объятья, и вот мы уже запихиваем мой чемодан в багажник. Что, к стати, удалось сделать с трудом. Машина высокая, а чемодан тяжелый. Больше двадцати килограммов конфет, шоколадок и других подарков из России. Из моих вещей там, пожалуй, лежала только зубная паста и щетка.

Прилетела я достаточно рано, но мы решили все-таки с начала попытаться заселиться в гостиницу (последний раз в душе я была еще в Москве). Судьба и девушка на ресепшен были к нам благосклонны, и вскоре моя мечта осуществилась. Приняв душ и облачившись в новую одежду (вы же помните, что я летела в том, сто можно было выбросить), я поняла, что готова съесть если не слона, то, как минимум, зебру. Даже в сказках добрых молодцев сначала поят и кормят!

Ребята решили отпраздновать мой первый день в Америке и, вообще, мой первый прием пиши, или meal, поместному, должны быть особенными и запоминающимися!

В общем, мы поехали в Hard Rock Café. Сейчас в этот ресторан можно сходить и в России, но, для тех, кто не был, рассказываю. Место это очень атмосферное, райский уголок для любителей рока. На стенах развешаны фотографии знаменитых рок исполнителей, зачастую с автографами, а так же их личные вещи, футболки, гитары и т.п. Музыка в зале звучит соответствующая. Меню тоже способствует скорейшей адаптации в Америке: стейки, бургеры, картошка фри, жареные луковые кольца и проча.

Раз уже это был мой первый прием пищи за океаном, да и вообще, первая возможность поесть нормально за последние пару дней, я заказала гамбургер, картошку фри и колу, в качестве напитка. Официантка поинтересовалась стейк какой степени прожарки я хочу видеть в своем гамбургере! Вот так-то! Когда принесли мой заказ, я уже истекала слюной от чудесных запахов, доносившихся из кухни и соседних столиков. Моё блюдо напоминало небоскреб, а для того, чтобы «здание» не рухнуло, в центр композиции был воткнут нож. Откусить от такого чуда, не разбирая его на части, смог бы, пожалуй, только крокодил. Картофель фри размещался рядом в небольшом ведерке. В качестве соуса был подан Runch в небольшой мисочке (это такой супер популярный соус, приготовленный из пахты или майонеза, соли, чеснока, лука, горчицы, трав и специй). На вкус – просто восхитительно! Но на подносе, в общей сложности, находилось явно больше килограмма провианта, а ела я нормально более двух суток назад. Поэтому мой желудок из чувства самосохранения решил внести ложечку дегтя в мою трапезу, и явно дал понять, что мой план по поеданию целой зебры, ну, или хотя бы этого бутербродика провалился. И вообще, перед мысленным взором предательски проносились тарелки с овсяной кашей и куриным супом. Но даже в таком состоянии, оставить стейк несъеденным я не могла. Мясо здесь – это отдельная песня и целая история, да простят меня вегетарианцы.

Центр Америки: Вайоминг, Монтана, Колорадо – это штаты ковбоев, а, соответственно, и говядины. Здесь фактически нет заводов, зато есть горы, огромные поля, чистые реки и озера. И по этому бескрайнему морю травы всех возможных оттенков зеленого, бродят стада парнокопытных. Я даже не могу предположить, сколько единиц крупного рогатого скота приходится здесь на одного жителя. Поэтому, если вы любитель высококачественного, сочного и свежего стейка, ребята, вам сюда!

Отобедав, хотя время скорее близилось к ужину, мы отправились гулять по центру города.

Денвер – столица штата Колорадо, расположен в долине реки Саур-Платт. Население около шестисот пятидесяти тысяч человек. Основан город был в 1858 году, во времена золотой лихорадки. Имеет прозвище «Город на мильной высоте», так как находится на одну милю (1, 609 км.) выше уровня моря. Есть легенда, что именно здесь был придуман гамбургер, хотя, я уверена, что еще не мало американских городов имеют подобную историю.

Денвер мне очень понравился. Уже стемнело и аллеи подмигивали яркими фонариками. К тому же, близились праздники, и в центре раскинулся рождественский базар.

Обожаю такие ярмарки! Мне кажется, что даже самый пессимистичный и не любящий шумные праздники человек, заразится тут атмосферой предстоящего торжества. Все лотки представляли собой украшенные еловыми ветками домики (Что-то подобное выставляется каждый год на Красной Площади). Как же здорово бродить от одной лавки к другой и разглядывать всякие украшения, елочные игрушки и сладости. Лично моя слабость – имбирное печенье!!! Был здесь и русский уголок. На столе были расставлены матрешки, расписные елочные шары, мишура. Красота, одним словом. Национальная принадлежность продавца тоже сразу определялась. За прилавком стоял угрюмый дядька, закутанный в шарф (на улице и правда было холодно, и торчать здесь весь день – удовольствие весьма сомнительное). Отсутствие улыбки отличало его от других представителей праздничного базара. Ну и выражение лица соответствующее: лучше не подходи и ни о чем меня не спрашивай. Перед ним стояла большая кружка, от которой шел пар, дядька достал из кармана фляжку и плеснул темной жидкости себе в чай. Вот так и появляются стереотипы о вечно пьющих русских.

День уже давно склонился к вечеру, и мы пошли обратно в отель. Мне кажется, что я уснула где-то на подходе, потому что не помню ни обратного пути, ни того, как мы пришли в номер.

Шеридан

Утром я проснулась в бодром настроении, и мы отправились на завтрак. Шведский стол или Buffet (баффей) был прекрасен. Главное развлечение – испеки себе вафлю. На столе установлены две или три вафельницы и конус с тестом (наподобие тех, из которых раньше газировку наливали. Сейчас такие есть в ГУМе). Алгоритм прост: спрысни жарочную поверхность маслом из бутылочки с распылителем, нацеди теста из конуса в специальный стаканчик с дозатором, вылей тесто в вафельницу, закрой крышку, переверни и жди звукового сигнала. Когда вафля готова, полей ее кленовым сиропом и положи кусочек соленого масла. Вкуснотища! Другие яства довольно стандартны: омлет, сосиски, кукурузные хлопья с молоком, фрукты, булочки с корицей. Мой организм уже адаптировался к новому времени и теперь был готов привыкнуть и к новым объемам поглощаемой пищи. Из-за стола я выбралась с трудом.

Но Америка – страна чудес и комфорта. Какой-то добрый человек придумал такие конфетки-таблетки Tums. Если у тебя болит живот, мучает изжога или, как в моем случае, пожадничал, сжуй пару пилюль и, минут через двадцать, жизнь снова прекрасна.

Загрузившись в машину (хорошо, что чемодан мой оставался в багажнике), мы отправились в Вайоминг. При выезде из города мы завернули на заправку или, как их тут называют, Gas Station. Газстейшены в Америке – тоже особый разговор. Это такие милые, чистенькие и уютные магазины, где можно найти еду на любой вкус, несколько видов кофе, сувениры, любые другие вещи, которые могут понадобиться в путешествии. Иногда есть кафе и даже ни одно, и вы можете, не торопясь, перекусить. Здесь я впервые попробовала banana bread (дословно – банановый хлеб), что-то вроде нашего бисквита. Очень рекомендую!

И так, мы покинули Денвер. Несмотря на конец декабря, снега не было. Точнее он был, но несколько локально. Справа и слева от дороги раскинулись соломенно-охристые поля с прожилками снега, редкими кустиками и деревьями. Горизонт подпирали серо-коричневые горы. Иногда от гор отделялись холмы и подползали ближе к дороге. Потом и горы придвинулись ближе. Они смотрелись очень необычно: песчано-серые с почти отвесными склонами и широкими плоскими плато наверху. Как будто ландшафтный дизайнер решил, что остроконечные вершины не вписываются в пейзаж и подравнял горы, как кусты в парке.


Чем дальше мы уезжали от города, тем больше становилось снега. Иногда промелькивали группы домов. Это было как-то непривычно, едешь несколько часов подряд, и ничего вокруг нет, кроме полей и гор. А потом появляется одинокий домик, ну, или несколько, и снова ни следа цивилизации. Как так можно жить, если до ближайшего супермаркета семь верст киселя хлебать?

От Денвера до Шеридан примерно часов шесть на машине строго на север. Вскоре горы изменились, стали светло-голубыми, нахлобучили снежные шапки, отодвинувшись подальше от дороги, а иногда и вовсе прятались за горизонтом. Зато поближе к трассе подобрались песчаные барханы холмов. Убери клочки снега и представляй, что ты где-нибудь в Гоби.

Через штат Монтана и Вайоминг проходят Скалистые горы (Rocky Mountains), вообще-то они тянутся с самого юга США и заканчиваются в Канаде. Длина – около 4800 километров, площадь – 991 691 квадратных километров, ширина – 700 километров. Величественная картина, не правда ли? Светло-голубые у подножия, они вздымаются синими склонами и упираются в небо снежными вершинами. Иногда с права или слева мелькали голубые лужицы озер, затянутые льдом, с перистыми облаками снега.



Восточная част штата Вайоминг – это Великие Равнины (Great Plains), предгорное плато, высота – от 700 до 1800 метров над уровнем моря. Поэтому, когда горы прятались за горизонтом, открывался бесконечный простор с ручейками кудрявых кустиков. Тут можно было увидеть стальной лес из ветряных мельниц (высоченные столбы с тремя лопастями наверху). Правда, по-научному такие штуки называются ветряными турбинами.

Пейзаж за окном постоянно менялся. Горы то отодвигались от дороги, то подползали ближе. Они постоянно меняли цвет от светлой охры до иссиня-черного. Форма тоже не отличалась постоянством. То склоны покрывались лесом и обрастали кустами, то вдруг наваливались друг на друга огромными каменными плитами, и на отвесных стенах не было ни одной травинки. За очередным поворотом могла оказаться белая равнина, а потом снег пропадал и ветер качал пожухлую траву.

Долго ли коротко….. Но прошло уже часов пять, как мы покинули Денвер. До Шеридана оставалось меньше часа, но силы были на исходе и требовали срочного подкрепления. Мы заехали перекусить в Баффало (маленький городок с населением около четырех тысяч жителей). Мне кажется, что если в каждом российском городе есть улица Ленина или Советская (ну, или, Третья улица Строителей), то в каждом американском штате есть город Баффло. Хотя всезнающий Google сказал, что вовсе и не в каждом, а всего лишь в десяти. Самый известный город с таким названием находится в штате Нью-Йорк (это там изобрели Buffalo Wings – куриные крылья во фритюре в остром соусе).

В Баффало мы поели в очень милом ресторанчике и отправились в ShopKo (сеть дисконтных розничных магазинов, сейчас уже не существующих, так как начале 2019 компания подала заявление о банкротстве) за рождественскими носками, не теми, которые на ноги надевают, а которые на камин вешают. Выбрали мы себе очень милые стокинги (от английского Stockings), ярко-красные с белой меховой опушкой и меховыми же помпончиками (мех искусственный, естественно). Золотой нитью на каждом была вышита заглавная буква. Свой носок, ну или чулок, я привезла в Россию, и теперь каждый новый год вешаю его на ручку шкафа, за неимением камина.

Когда мы приехали в Шеридан, было уже темно. Это был небольшой уютный городок, с населением около тридцати тысяч человек. Название свое он получил в честь одного из военноначальников гражданской войны, генерала Филиппа Генри Шеридана (а вовсе не в честь ликера Sheridans). На западе раскинулись горы Big Horn, а сам город затаился в низине, хотя многие дома вскарабкались на пологие склоны и прекрасно там себя чувствуют.

Читали ли вы когда-нибудь книгу «Одноэтажная Америка» И. Ильфа и Е. Петрова? Она была написана сто лет назад, но с тех пор не очень многое изменилось. Конечно, Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Чикаго очень сильно отличаются от тех, что когда-то давным-давно посетили советские писатели. А вот такие маленькие городки, разбросанные по всей стране, время словно обошло стороной. Особенно если выйти на Мейн (так называются центральные улицы в большинстве городов, от английского слова main – главный). Не смотрим на асфальтированную дорогу, мысленно сматываем электрические провода и гасим подсветку в витринах, и вот уже слышится цокот копыт. Из ближайшего бара выходит, ну, скажем, Баффало Билл (устраивал в девятнадцатом веке жутко популярные представления под названием «Дикий Запад», воссоздававшие картины из жизни ковбоев и индейцев), позвякивая шпорами и надвинув на глаза потертую ковбойскую шляпу. Впрочем, не так уж сильно я и фантазирую, подобных шляп, клетчатых рубашек, огромных металлических пряжек на ремнях и сапог со шпорами тут предостаточно. Только лошадей заменили на огромные траки.

 

Самое высокое здание на центральной улице имеет три этажа. Собственного говоря, в этой «высотке» мы и жили на втором этаже.

Первый свой вечер в Шеридан помню очень смутно. Я еще не совсем привыкла к смене часовых поясов (разница – минус девять часов, а день и ночь, соответственно, поменялись местами). Я уснула, не поужинав и не распаковав чемодана…

Рейтинг@Mail.ru