Чертовку вызывали?

Маргарита Блинова
Чертовку вызывали?

Пролог

Ритуальное подношение демону кровавой жертвы проходило в скучной, можно даже сказать, умиротворяющей обстановке.

– Отпустите, чертовы сектанты! – упиралась жертва, но как-то вяло, без огонька.

– Отпустим… – машинально кивал маг, механически раскладывая инструменты на рабочем столе, и неизменно добавлял:

– Мы ж не варвары какие. Мы всех отпустим… на тот свет.

Шутка была традиционной. И каждый год маг мысленно ставил себе задачу придумать новую. И каждый год пользовался старой.

Прислужники в обязательных для общих встреч красных балахонах с широкими капюшонами, черных масках-респираторах и кожаных перчатках сновали по пещере, но тоже как-то нехотя.

Это только перед первым жертвоприношением терзаешься этической стороной проблемы, самоотверженно готовишься к мучительной смерти и предвкушаешь собственное величие после перерождения. На пятом – тебя преследуют исключительно мирские проблемы: жена отбивную пережарила, дети схлопотали очередной кол, а соседский бульдог повадился гадить у тебя на пороге (или не бульдог?).

Четверо прислужников подняли избитого юношу и потащили к жертвеннику. Третьекурсник Академии попытался взбрыкнуть, но его так старательно разок-другой «уронили», что парнишка безропотно позволил закинуть свое тело на жертвенник, распять и приковать цепями.

Но оказалось, что притих будущий труп не просто так.

– Сдохните, сволочи, – закричал он, мысленно срывая магические печати на уничтожение живого. Родившееся в его сердце заклинание грозно загудело, собралось с силами и… с мерзким звуком растворилось.

– Заговоренные цепи, – меланхолично прокомментировал неудачную попытку студента один из капюшонов.

– Уже просек, – холодно ответил пленник, с тоской глядя на отдушину в потолке.

Маг, согнувшись крючком, неторопливо перелистывал ссохшиеся страницы черного талмуда, его спутники монотонно бубнили какой-то речитатив из сборной солянки религиозных песен, оборванных заклинаний и политических лозунгов «За свободу! Равенство! Твердыню!»

И вот в эту самую мирную минуту ритуала на призывателей феерично рухнула я.

В свое оправдание хочу заметить, что как воспитанная девушка, попыталась всех предупредить. Точнее, я истошно верещала и махала руками, в надежде перехватить орлиные поводья, пока нелегкая несла нас по туннелю отдушины прямиком в зал для ежегодных кровавых месс. Но сложно руководить обезумевшим Ублюдком.

Отработанный на тренировках рефлекс заставил спрыгнуть с орлиной спины в двух метрах от пола. Перекатившись через здоровое плечо, я лишь чудом уклонилась от просвистевшего над головой заклинания и торопливо вскочила на ноги.

Орел возмущенно забил крыльями, выровнялся и удрал в туннель. Ну и фиг с тобой, трус несчастный.

Я торопливо попятилась, уходя от очередной атаки, и только теперь сообразила, что случайно встала в пентаграмму. Та радостно подсветила идеальные линии, образующие пятиконечную звезду, и утробно загудела, как сытый зверь. Своды пещеры осветили алые всполохи, запахло, что удивительно, озоном, а не позором.

Капюшоны офигели и попятились. Маг начал быстро-быстро листать свой талмуд, подгоняя себя злым шепотом «Да где же… Видел же…» Полутруп на жертвеннике красочно выругался.

– Чертовку вызывали? – жизнерадостно ляпнула я, для пущего эффекта ослепительно улыбнувшись и подбоченившись.

Эх, до чего ж я хороша!

Прям так и ставлю всех в тупик. Себя в том числе.

Но это история началась не здесь и не сейчас…

Глава 1. Отбор в команду

«Начнем с начала.

В каждой более-менее популярной истории есть главный злодеюка.

Ну такой главгад, от которого всех воротит. Тот, про кого постоянно думаешь: «Да когда ж ты уже сдохнешь?!».

В этой истории таким гадом была я, Мэг Фридом.

Во избежание дальнейших недоразумений предупреждаю: я свободолюбивая эгоистка без стыда и совести, чем долгое время гордилась. Не ждите от меня подвигов и мудрых решений. Какая вообще, к чертям, мудрость, если тебе едва-едва стукнуло двадцать?

На момент начала этой истории в списке моих личных достижений значились: крушение надежд отца вырастить чудо-девочку, отрицательное число друзей, нервный срыв у трех домашних учителей и сердечный приступ мага, принимавшего у меня вступительный экзамен в Академию магов и волшебниц. Кстати, последнее – весьма сомнительная честь. Этот трухлявый пень и без моего вмешательства едва дышал.

Короче, я не пай-девочка и далеко не образец для подражания. Я – трудный ребенок, по воле случая оказавшийся на одном из семи Парящих островов. Я – неблагодарный подросток, который так и не оценил прелести жизни в мире магов и волшебниц. Я – крайне нежелательная пара, потому что презираю любовные истории.

Я могу еще долго перечислять собственные «достоинства», но, думаю, общее впечатление обо мне уже сложилось. Еще разок повторю, я не герой, про которого слагают легенды, а скорее изгой, от которого шарахаются сверстники, но раз уж мне выпал шанс рассказать эту историю, то хочу уберечь читателей от недоразумений и сразу выложить все карты на стол.

Ты все еще читаешь?

Ладно. Тогда начнем.»

[Мэг Фридом,
предисловие к автобиографии легенды эйрбола]

Орла звали Ублюдок.

Прямоугольный жетон, стандартно крепящийся на перекрестье упряжи, пытался убедить, что в действительности птичку величают Гамильтон Цезарь Бушующий, но мне хватило одного беглого взгляда на чистокровного орла, чтобы понять – Ублюдок. Чистокровный.

– А другой птицы нет?

– Лети на том, что дают. – Немолодой коновал смерил меня усталым взглядом, протянул поводья и, не дожидаясь, пока я перехвачу власть над птицей, свалил в туман.

Мы с орлом обменялись тяжелыми взглядами.

На Парящих островах любой младенец знал, что по технике безопасности к незнакомым птицам следует подходить по широкой дуге, предварительно задобрив летуна мышкой или вяленым мясом. Но кто вообще следует этим занудным правилам?

– Давай поступим так: ты меня не бесишь, я тебя не матерю. Норм? – попыталась я выйти на контакт с пернатым, но тот отчего-то не проникся столь щедрым предложением от сомнительного вида наездницы и громко, с чувством заорал мне прямо в лицо.

«Нет, ну что за мерзопакостная тварь!» – пришла к неутешительному выводу оплеванная и оглушенная я.

– Участники, внимание, – прогремел громкоговоритель над моей приметной макушкой, разом примирив нас с орлом. – Начинается отборочное испытание в студенческую команду по эйрболу. Заявившие о себе претенденты выполнят однократный облет полосы препятствий. Первые семь наездников, кто покажет лучшее время, пройдут в состав запасных нашей команды и получат шанс показать себя в международном состязании на чемпионате Парящих островов.

Потирая пострадавшее плечо, я дернула поводья и поторопила орла к линии старта.

Там уже собралась прорва народу: наездники в ярких комбинезонах подначивали друг друга, орлы возмущенно били крыльями и злобно косились по сторонам, фанаты, точнее будет сказать – одержимые накачанными парнями фанатки. Последние нервировали более всего.

Разряженные и обсыпанные блестками девицы (это, наверное, чтобы их даже с высоты полета заметить можно было) злобно зыркали по сторонам на конкуренток. Посыл «ты не пройдешь» читался сам собой. До стартовой линии оставалось еще аж целых пять метров, а меня уже затолкали, обругали и трижды пригрозили выследить после.

Ха! Нашли кого страшить.

– …И покажет, как надо проходить дистанцию, капитан основного состава команды «Черные крылья Сатурналии» – Де-ен Вентери! – ответил на мой невысказанный вопрос: «Что, блин, происходит?» комментатор.

Я встала на носочки, чтобы получше разглядеть звезду стадиона, собравшую такую толпу фанаток, и… разочарованно хмыкнула.

Нет, я бы еще поняла всю эту массовую женскую истерию, будь там действительно на что посмотреть, но невысокий блондин в летном комбинезоне с надписью «Черные крылья Сатурналии» (ну чтоб звезду точно ни с кем не перепутали) через всю неширокую спину лично у меня не вызывал чувства эйфории и мокрых трусиков.

Обычный. Вот самое подходящее слово, лучше всего описывающее его типичную для жителей Сатурналии внешность. Гладкие черты лица, точно по физиономии утюгом прошлись, светлая кожа, темные глаза, не то зеленые, не то карие – с моего места плохо видно.

Другое дело трехметровый матерый орел, переминающийся рядом. Ветер трепал серо-коричневые перья на голове, но пасовал перед длинными и прочными черными маховыми. Огромные ноги прочно стояли на земле, и лишь едва заметно царапающие утоптанную землю когти выдавали нетерпение этого гиганта.

Вот где стать. Вот где мощь. Вот где удивительный синтез природного совершенства и свирепости. Вот где…

– Пти! – презрительно выкрикнул забытый Ублюдок и поднял лапу с оттопыренным когтем. Одним легким и, надо воздать должное, грациозным движением эта гадкая тварюшка пропорола мою брючину и чувствительно коснулась кожи.

– Зараза… – процедила я сквозь стиснутые зубы. – Пропорол до крови!

Орел высокомерно вскинул свою глупую белоснежную голову с видом «скажи спасибо, что не до кости». Я в ответ так сильно дернула поводья, что птичка клацнула желтым клювом и возмущенно засопела.

Пока мы с Ублюдком мерились взглядами и притирались друг к другу, Ден Вентери запрыгнул в седло своей шикарной птицы и под истеричные крики барышень взмыл вверх.

– Капитан команды «Черные крылья Сатурналии» пролетел стартовые ворота и резко ушел вправо. Участники, обратите внимание, что красные пилоны следует облететь в горизонтальном положении, а синие – в вертикальном, на левом крыле. Ден идеально проходит первое препятствие, затем второе… Агрессивный вираж на сто восемьдесят градусов и обратно к синим воротцам. Какая слаженная работа наездника и птицы!

 

Я быстро глянула на табло, где фиксировались скорость и время прохождения.

Ого! А парень действительно неплох.

– …Разворот на двести семьдесят… Вот это да! Как он закрутил… Чистейшее прохождение между четверкой пилонов… Вновь набор скорости… Так, впереди простая змейка, но как виртуозно он ее выписывает! Гладенько. Резко. Легко. Этот парень прирожденный игрок в эйрбол! Вираж и… финишная прямая.

Ущипните меня. Разрешаю даже клюнуть.

Просто цифрам на табло, что сейчас демонстрирует итоговое время местной звезды, чего-то явно не хватает. Если быть точной, еще одного нолика в конце.

– Что говорите? Новый студенческий рекорд? – комментатор на миг умолкает, слышится возмущенный треск задетого микрофона, а после на весь стадион разносится восторженное:

– Друзья!!! Давайте поздравим Дена Вентери. Такого стремительного прохождения дистанции наши судьи давненько не видели. Сразу видно, что команда активно тренировалась все межсезонье.

С виду весь из себя такой невыразительный, игрок основного состава остановил птицу в паре метров от земли, спрыгнул, эффектно перекатился через плечо и встал. Фанатки разразились визгливым «и-и-и!» и едва не описались от счастья, когда проходящий мимо Ден Вентери послал в их сторону воздушный поцелуй. Думаю, что покажи он даже неприличный жест, фанатки бы все равно заревели от восторга.

– Божечки, как же он хорош! – взвизгнула подпрыгивающая впереди девушка.

– Позер, – выдала я собственную, более честную оценку.

После Вентери к старту один за другим потянулись участники. Но как бы ни пыжились смельчаки в летных комбезах, действующий капитан команды по эйрболу задрал планку слишком высоко. Никто даже близко не смог приблизиться к времени, мигающему на табло.

– …На старте номер двадцатый – Рори Пауэр, готовится номер двадцать первый – Мэг Фридом.

Я вздрогнула от неожиданности.

Черт! Едва не пропустила свою очередь.

– Эй, мисс глиттер на веках, в сторонку! – рявкнула я на шушукающихся девиц, загородивших проход.

Те испуганной стайкой пичуг метнулись влево, перестав пускать слюни на очередной обтянутый комбинезоном мужской зад, и я проворно потащила Ублюдка в образовавшийся просвет.

– Эй, двадцать первая!

Через оградительную линию легко перепрыгнул рекордсмен.

– Ты ведь Мэг. Мэг Фридом? – уточнил Ден-истерика-в-рядах-фанаток.

– И? – насторожилась я, спиной ощущая недовольные взгляды упомянутых.

Чувак, пожалуйста, свали в туман. Не нервируй своих поклонниц разговором со мной.

– Ты единственная девушка в отборе.

– И? – пуще прежнего насторожилась я.

При регистрации на отборочные мне об этом намекнули, но я не обратила внимание на сей факт, а вот теперь насторожилась. И сильно.

– Решил пожелать тебе удачи, малышка, – расплылся в улыбке парень, дружески похлопав по плечу.

Меня аж передернуло.

Всю.

От пальцев на ногах до рубинового цвета кончиков волос.

Малышка? Он меня ни с кем не перепутал?

– …На старте номер двадцать первый – Мэг Фридом, готовится номер…

– Удача требуется слабакам, а я в себе уверена, – хмуро сообщила рекордсмену и резво запрыгнула в седло.

Ох и зря я тогда отказалась от удачи. Пусть даже и столь сомнительной.

– Участник… точнее участница на старте. Начинаю обратный отсчет, – пронеслось над стадионом. – Три…

Ублюдок подо мной как-то чересчур подозрительно затаился. Минуточку. А с каких это пор Академия магов и волшебниц может позволить себе содержание чистокровного орла?

– Два…

Если только это не «списанная птица». Птица, от которой избавились. Птица, которая потеряла свою пару.

– Один…

А любой младенец на Сатурналии знает, что орел без пары – что поезд без тормозов. И я сижу в голове состава.

– Начали! – прогремел громкоговоритель, и Ублюдок резко взмыл в небо.

Глава 2. Самоубийцы в небе

«Вы в курсе, что животные не кончают жизнь самоубийством?

Животные и птицы вообще не подозревают о возможности наложить на себя лапы или когти!

Это просто не заложено природой в их глупые головы. В отличие от людей, гигантские орлы, населяющие наш Парящий остров, не занимаются намеренным членовредительством. Они всего лишь становятся рискованными, отмороженными птицами, которыми просто нереально управлять!

Потерявшие пару орлы не кончают жизни самоубийством. И вообще, маги давно установили, что у любого саморазрушающего поведения всегда есть свои причины: мозговые паразиты, опухоли, сильнейший стресс.

И весь этот «букет приятностей» буйным цветом зацвел в башке Ублюдка, едва мы оказались в воздухе.»

[Мэг Фридом,
из интервью журналу «Познавательная орнитология»]

– Мэг Фридом стартует. Что ж, начало довольно-таки осторожное. Участница наращивает скорость… Гляньте, как она лихо пролетает первые воротца и устремляется к другим. Красота, не оторваться!

Первые три секунды все шло гладко. Настолько, что я даже засомневалась в правдивости собственных подозрений. В конце концов, кто в здравом уме даст участнику отборочных полоумную птицу? Однако Ублюдок не разочаровал и подтвердил данное ему прозвище.

– Участница проходит синие пилоны… ой, нет! Не проходит! В последнюю секунду орел заваливается и сбивает крылом верхушку пилона.

Нас бросило в сторону. Пристав, я отклонилась, тем самым выровняв направление полета, но драгоценные секунды оказались потеряны.

– Ты что, гад такой, творишь? – прокричала я, одарив глупую птицу подзатыльником.

Ублюдок оказался птичкой чувствительной и обиделся.

Да настолько, что презрел все мои попытки контролировать полет и ушел в резкое пике. В лицо ударили потоки ветра, мелкой пыли и обжигающего холода. Разом вспомнилось, что решение принять участие было спонтанным, поэтому летный комбез я оставила дома.

Один из парней, что проводил регистрацию, цитирую: «сжалился над дурындой» и отправил к завхозу, поэтому теперь я летела в темно-коричневом бушлате старого образца.

Шапка возблагодарила безалаберность и чувство прекрасного, которые не позволили мне затянуть под подбородком тесемки, посчитав, что это не круто, и унеслась в неизвестном направлении. Ветер тотчас набросился на темно-красный каскад волос, вырвавшихся на свободу.

И что с того, что крашеных? Зато эффектных.

Ублюдок резко крутанулся, ушел вверх, а затем сложил крылья и безмозглой кучкой перьев и мяса ушел в падение. Около земли он обернулся, узрел красноволосый ужас в бушлате на прежнем месте, страшно расстроился и крикнул.

Я не знаток птичьего, но легко перевела: «Молись, двуногая»!

Судя по блеску желтого глаза размером с блюдо, в эту секунду пернатый засранец планировал выбросить наездницу из седла и с позором проволочить за собой на глазах у всей Академии магов и волшебниц.

– Похоже, что у двадцать первой серьезные проблемы с птицей. Она отпускает поводья, предпочитая держаться за седло и страховочные ремни. Очень мудрое решение. В подобных ситуациях мы советуем, не раздумывая, прыгать вниз и планировать на полетном заклинании. И наша участница решает… Да что творит эта чертовка?!

Сдернув с шеи шарф, я поднялась в стременах. В два резких движения замотала птице ее глупую-глупую голову и решила, что больше мне с пернатым не по пути. Ищите другую дуру, которая оседлает этого психа, а я делаю ручкой!

Не затягивая с реализацией принятого решения, проворно перепрыгнула на верхушку ближайшего пилона. Врать не буду, плюхнулась как корова, весьма некрасиво распласталась на поверхности и радостно выдохнула. Жива же! А то, что народ внизу психует – это дела исключительно народа.

Ублюдок разразился возмущенным клекотом и замотал башкой, пытаясь скинуть ослепившую тряпку.

Шарф вязала папина новая подружка. И он был ужасен.

Я даже испытала легкий укол совести за то, что подвергла пернатого такому стрессу, познакомив с кривыми петлями подарочка, но Ублюдок быстро привел меня в прежнее эмоциональное состояние.

Эта тварь дернулась и пропорола когтями пилон, на котором восседала моя бедовая пятая точка.

– Да ты издеваешься! – в сердцах вскричала я, хватаясь руками за решительно скукоживающуюся поверхность.

Пилоны для соревнований представляли из себя конус, заполненный воздухом, который поддерживался компрессорами с постоянным поддувом воздуха. К слову, маги вообще редко пользовались природной силой, отдавая предпочтение гению инженерной мысли.

Но сейчас не об этом.

С мерзким звуком «пфф!» воздух поспешил вырваться из прорехи, разом сделав поверхность похожей на кисель, попавший в миксер. Я болталась на остатках верхушки, цепляясь за нее, как голодная блоха за собачью шерстинку, и громко материлась.

– Да, сегодня точно не женский день, – тараторил комментатор, перекрикивая шум возбужденной толпы.

Вынуждена согласиться. Дурная птица, провал на испытании, потерянная шапка, позорное трепыхание на верхушке пилона… Что может быть хуже?

Оказалось, что может.

За спиной послышался знакомый шелест крыльев, свидетельствующий о том, что помощь подоспела. Чья-то рука перехватила меня за талию и резко дернула, перетаскивая в седло и усаживая к себе на колени.

– Ты как?

Я выплюнула попавшие в рот волосы, машинально сунула ногу за один из страховочных ремней и только тогда кинула быстрый взгляд на своего спасителя.

О нет! Верните меня обратно на спину Ублюдка.

– Малышка, ты такая милая, когда напугана, – расплылся в коварной улыбке профессионального соблазнителя Ден-все-девочки-в-восторге.

Я так офигела от вопиющей наглости, сказанной с двусмысленной хрипотцой «малышки» и самой ситуации, что даже спорить не стала. Испорченный вниманием фанаток, Вентери по-своему оценил ситуацию, потому что бестактно обнял за талию и прижался.

Развернулась, намереваясь высказаться, что думаю по поводу вторжения в личное пространство всякими Денами-девочки-восторженно-пищат, и как-то совершенно случайно очутилась в опасной близости от его губ.

Идеальный момент для поцелуя.

Если бы мы двое играли в фильме – на заднем фоне запела бы романтическая мелодия. Будь это телевизионное шоу – врубили бы предвкушающее «о-о-о!» массовки. Окажись мы в мультфильме, родители бы уже бросились закрывать глаза детям.

Но мы были в реальной жизни.

Жизни, где я всегда портила романтические моменты.

Губы Дена надвигались на меня с предвкушающим волнением, когда в носу резко засвербело, настойчиво зачесалось. Не выдержав, я испуганно чихнула.

Чихнула!

Прямо в лицо раскатавшему губы Дену-я-тут-местная-звезда.

И еще ладно бы просто чихнула.

Оплеванный прекрасный принц, поспешивший на помощь попавшей в беду принцессе, неподвижно сидел с закрытыми глазами и переваривал случившееся, когда на горизонте мелькнул желтый клюв и острые кости несущегося прямо на нас… Ублюдка!

Кроткие и пугливые, точно лани, принцессы из сказок наверняка не приветствуют спасителя ударом в грудь. Ну так и я не принцесса.

– Посторонись! – крикнула, спихивая парня за борт.

– А-а-а! – совсем не по-геройски возопил Ден-девушки-от-меня-в-полном-восторге.

Пока капитан команды по эйрболу скатился по спине орла и повис на страховочном тросе, пристегнутом к седельному креплению, я успела чуток позлорадствовать, оплакала надежды попасть в команду и с решительным видом подхватила поводья.

– Давай, родимый! Погнали!

Вес выпавшего парня и резкий рывок страховки дернули не ожидающую подставы птицу назад. Орла развернуло вертикально, и только это уберегло нас от стремительной атаки налетевшего Ублюдка.

Вообще-то личные орлы неохотно подчинялись чужим рукам, но по какой-то причине мне всегда удавалось в считанные секунды установить контакт с любой птицей. Не делайте такое недоверчиво лицо. Ублюдок – исключение. Исключение, я сказала!

Решив, что благоразумнее всего не связываться с психом, орел Вентери начал снижаться, держа в фокусе воротца финиша, но я прибрала поводья и заставила птицу нырнуть за один из столбиков ворот.

Увы, но маневр не сбил Ублюдка с настроя. Демонстрируя всю глубину своего мерзопакостного характера, этот крылатый урод погнался за нами, презрев команду коновалов, бросившихся наперерез.

Финишировали мы вместе.

Вся такая растрепанная и с выпученными от впечатлений глазами я, восседающая на прихватизированном орле, и уносящий перышки от злых коновалов Ублюдок.

 

Позади реял матерящийся Ден Вентери.

1  2  3  4  5  6  7  8  9 
Рейтинг@Mail.ru