Аборигены Вселенной

Марат Александрович Чернов
Аборигены Вселенной

– Я уверена, эти трое уже ждут нас внизу со стволами. Я, конечно, выбиваю десятку со ста, но…

– Эти трое ещё своё получат. Мы сюда вернёмся, но сначала отправимся на поиски Клода.

Айра огляделся по сторонам, и взгляд его упал на смятую постель. Он сорвал с двух подушек наволочки и упаковал в них пачки синих купюр.

– Мы не будем спускаться вниз, – сказал он, выходя из номера на просторную террасу.

На вечернем небе проглядывали первые звёзды, в воздухе витали ароматы тропических растений и стоял солёный запах моря, на которое открывался прекрасный вид с высоты двадцатого этажа. Ленков дистанционно вызвал болид, который через минуту послушно поравнялся с террасой, раскрыв боковой люк. Перемахнув через перила, киборг перешёл на борт болида и поймал подброшенные Аэлитой наволочки, набитые наличными. Затем девушка взяла Лохмача на руки и перебралась в салон воздушной машины сама.

Трое пиратов так и не дождались киборга и его спутников у парадного входа в отель, заметив лишь смутную серебристую тень, подобно молнии метнувшуюся в направлении побережья. Спустя мгновение скоростной болид уже летел над величественным Атлантическим океаном, на спокойной синей глади которого мерцали последние отблески заходящего солнца.

7

Стенин долго шёл через сумрачный лес, пока не вышел на противоположный берег острова. Он решил, что лучше как можно дальше отдалиться от дворца маньяка-собачника и выйти на открытую местность, чем оставаться в джунглях, подвергаясь риску в любой момент быть атакованным опасным псом из-под прикрытия густых зелёных зарослей. Тогда ему несдобровать, даже если никакая сенсорная бомба к собаке не привязана.

В голову ему лезли разные бредовые мысли и страхи. Преследовавшая его собака представлялась ему неким огромный монстром, жутким вервольфом, с оскаленной пастью несущимся через лесную чащу по его следу и делающим гигантские трёхметровые прыжки. Безусловно, это было навеяно разыгравшейся фантазией и вполне резонным опасением Клода за свою жизнь, и, конечно, можно было усомниться в том, что престарелый шизофреник спустит на него с цепи обычную болонку.

Он разглядел силуэт собаки лишь на закате, спустя несколько часов, проведённых на берегу. За это время Клод сплёл себе дурацкий венок из каких-то тропических цветов, (чтобы голову не напекло), и вооружился копьём, сделанным из прочного сука большого увядающего дерева. С венком на голове и своим единственным оружием в руках он сурово вглядывался вдаль, готовый принять бой с кем угодно, хоть с демоном в собачьей шкуре, и пусть к нему будет привязана целая связка из двадцати бомб, когда монстр высунулся из чащи в километре от него. Собака оказалась далеко не гигантской, но и не мелкой. У неё была вытянутая хищная морда и длинные ноги, на которых она медленно, напоминая четвероногого робота, направилась прямо к нему. Пёс не спускал с него глаз, слегка наклонив голову и высунув длинный язык из пасти. Стенин разглядел, что к его спине действительно привязана толстая сумка, набитая неизвестным содержимым. Проверять его на взрывчатость Клод не собирался, и первым делом попытался остановить пса, выследившего его до самого дальнего побережья (хоть и не сразу), громкими угрожающими криками. По его мнению, это было первым средством, способным остановить любое хищное животное. Однако это был не волк, не медведь и не тигр, а собака, а этот представитель животного мира, как известно, обладает некоторым интеллектом, не считая холодных инстинктов хищника. И если верить маньяку-учёному, у этой собаки было ещё и не всё в порядке с генофондом, некая мутация, сводившая её с ума при виде двуногих, возможно, даже самого её хозяина. Конечно, было крайне странно, чтобы такая мутация появилась случайно, но не следовало забывать, что далеко не всегда нужно верить на слово отпетым психопатам.

Приблизившись к Стенину на расстояние двадцати метров, собака остановилась и злобно зарычала. Щурясь, она посмотрела в сторону заходящего солнца, и Клоду показалось, будто её глаза блеснули ярко-красным огоньком. Затем, ощерившись, пёс снова направился к нему. Убедившись, что крики на животное совершенно не действуют, Стенин, доведённый почти до нервного срыва, сконцентрировав всё своё внимание, замахнулся копьём и со всей силы метнул его в пса, когда между ними оставалось уже менее десятка метров. Как ни странно, пёс не успел отреагировать, и копьё попало точно в цель, угодив «остриём» куда-то в область его живота. Собака жалобно взвизгнула, метнулась в сторону, но спустя минуту остановилась и, зарычав ещё громче, чем прежде, решительно направилась к Стенину, успевшему отойти поближе к воде. Клод бросился прочь от берега, найдя единственно верное решение – если бежать, то только к морю. Никогда в жизни от не бегал так быстро, чтобы окунуться. Спустя мгновение дно ушло из-под его ног, и Клод совершил самый быстрый в своей жизни заплыв в стиле «кроль».

Проплыв не менее пятидесяти метров, он оглянулся и увидел собаку, ожидавшую его на берегу. Возможно, на тот момент он и рассчитал всё верно – если в сумке пса обычная взрывчатка, то надеяться на то, что она намокнет и не взорвётся не стоило, – те же пластиты сохраняют свои взрывчатые свойства и в воде, однако в море больше шансов выжить. Если же в сумке – тяжёлая бомба, – скорее всего, она утянет собаку на дно. Но преследовавший его пес оказался умнее. Он остался на берегу и, вероятно, собирался ждать его там до того момента, пока Стенин снова не выйдет из воды. А ведь когда-нибудь это неминуемо должно случиться.

Клод не предполагал, что ему захочется вернуться на берег ещё задолго до заката. Он проплыл вдоль берега около километра, держась в воде с таким расчётом, чтобы он не был в пределах досягаемости злобного пса и чтобы его не затянуло в открытый океан, который, на его счастье, в этот вечер был удивительно тих и спокоен, и окончательно убедился в том, что пёс следует за ним, не спуская с него глаз. Солнце близилось к закату, откатываясь к горизонту и окрасив небо в ярко-алый цвет, когда Клод заметил вдалеке какие-то всплески на воде и странные тени.

Присмотревшись, он с ужасом осознал, что это не что иное, как несколько острых плавников, приближавшихся к нему со скоростью быстроходного катера. Вскоре у него не осталось сомнений, что это плавники нескольких акул, видимо, почуявших его ещё издали, пока он бил руками по воде, улепётывая вплавь от жуткого пса. Акулы явно были заинтересованы им не меньше, чем четвероногий монстр с сумкой смертника, и очень быстро их плавники заметались вокруг него в опасной близости. Стенин интуитивно замер в воде, стараясь не делать лишних движений, и не привлекать внимание хищных тварей лишний раз, понимая, что если он не будет ранен и не будет поднимать шум, у него есть слабый шанс остаться в живых. Это были ужасные минуты, тянувшиеся бесконечно. Клод не раз попадал в опасные передряги на других планетах, но теперь ему казалось, что всё это сущие мелочи по сравнению с жуткой переделкой, в которую его угораздило попасть не где-нибудь, а на родной Земле. Он оказался по сути дела между двух огней: стаей голодных акул и собакой-убийцей.

Время шло, понемногу багровеющий диск солнца закатился за горизонт, и над островом сгустились зловещие сумерки. Когда в небе зажглись первые звёзды, и чинно выплыла полная луна, пёс, так и стоявший на берегу напротив Клода, едва касавшегося пятками дна и боявшегося даже дышать, чтобы ненароком не навлечь на себя ярость акул, задрал морду кверху и тоскливо, протяжно и страшно, по-волчьи завыл. В этот момент сумрачное небо пронизал ослепительно яркий луч света, который скользнул над лесом, промчался вдоль берега и остановился на собаке, яростно залаявшей на неопознанный летающий объект, зависший над островом.

8

Ленков с минуту разглядывал в камеру наблюдения странную собаку, увеличив изображение на экране в несколько раз, и потому от его взгляда не укрылась её странная амуниция.

– Собака с сумкой, – констатировал он, обращаясь к Аэлите, в то время как та пыталась успокоить Лохмача, который пришёл в какое-то исступление и лаял на стены, иллюминаторы, собаку с сумкой, на самого Айру, на Луну и чёрт знает на что ещё.

– Лохмач злится, – сказала она. – Значит, дело пахнет жареным.

– Ты видела когда-нибудь собак с сумкой? На ней какой-то военный вещмешок, пристёгнутый лямками.

– Кроме собаки, ещё что-нибудь видно? – спросила девушка.

Ленков снова прочесал лучом прожектора всю видимую часть побережья, но, кроме странного пса, не заметил ничего интересного. Его пропавшего друга нигде не было видно. Айра решил обогнуть на болиде весь остров на тихой скорости и собирался уже повернуть штурвал, как вдруг Лохмач точно взбесился. Он упёрся передними лапами в стеклянный боковой люк, и залаял с ещё большим остервенением, давая понять, что причина его раздражения находится где-то в прибрежной полосе океана.

– По-моему, он что-то увидел в море, – заметила Аэлита. – Его что-то тревожит. Я его знаю, он может лаять так, только если мне грозит опасность.

– Ну, вряд ли тебе сейчас что-то угрожает, – ответил Ленков.

На всякий случай он решил проверить и этот слабый шанс найти своего бывшего компаньона и направил луч прожектора на тёмный океан. Он не поверил своим глазам, когда на экране камеры увидел над поверхностью воды голову Клода Стенина, с мольбой смотревшего на болид, зависший всего в десятке метров над ним. Айра заметил ещё и несколько крупных акул, круживших неподалёку от его друга.

Его реакция была мониеносной. Он открыл боковой люк и крикнул своей спутнице:

– Где твой пульсар?

– Здесь! – с готовностью ответила та, выхватывая своё оружие.

– Я хочу проверить твоё мастерство. Бей прямо по акулам!

Вода закипела, когда плазменные снаряды пульсара обрушились на акул. Нескольких тварей сразу разорвало на части, остальные сгинули в пучине, и Ленков не без скрытого удовлетворения впервые оценил боевые навыки своей спутницы. После этого болид спустился как можно ниже к поверхности океана, и киборг помог Стенину подняться на борт. Вид Клода с венком из диких цветов на голове, который он так и не снял, был уморителен и жалок. Он не мог поверить в то, что благодаря какому-то чуду снова видит перед собой своего старого приятеля. Под конец, отдышавшись и немного придя в себя после нешуточного стресса, он истерически рассмеялся, в то время как Аэлита и её верный пёс с удивлением и интересом его разглядывали.

 

Айра смотрел на него с некоторой жалостью и совершенно без веселья. Отчего-то ему было совсем не смешно. У него мелькнула мысль о том, что их приключения и постоянная игра с судьбой в кошки-мышки становится похожим на какое-то проклятие. Без смертельно опасных приключений буквально никуда!

Дождавшись, пока истерика Клода не закончится, он подтолкнул к нему ногой две наволочки с деньгами и сказал:

– Твой преданный телохранитель Чонг решил ограбить тебя, когда ты непонятно зачем начал снимать наличные. Тебя напоили и выкинули в океан, ты чудом спасся.

– Чонг? Скотина, он у меня ещё попляшет!.. Но моё спасение могло стоить мне дорого. На этом острове живет маньяк.

Вкратце Стенин рассказал о своём посещении белокаменного дворца, разговоре с малоприятным хозяином, не решавшимся обнаруживать свою внешность, и чудовищной собаке, намеревавшейся сократить его дни при помощи взрывчатки.

– Собака должна быть ещё на берегу, – сказал Клод. – Вы её видели?

– Она ушла, – заметила Аэлита, не спускавшая глаз с побережья. – Видимо, дьявольски умная, поняла, что больше ей тут делать нечего. Наверно, решила вернуться к хозяину.

– Айра, этого старого ублюдка надо наказать, – твёрдо заявил Стенин. – Иначе он будет продолжать творить свои злодейские деяния. Да и потом… мне хотелось бы разок посмотреть ему в глаза, коли уж выпадает такой случай.

Уговаривать Ленкова долго не пришлось, его и самого заинтересовала эта история с собаками. Но визит они решили отложить до рассвета.

9

Когда солнце поднялось над верхушками пальм, озарив прибрежный песок, по которому жизнерадостно засеменили оранжевые крабы, выползшие из океана, Айра доставил болид к тому месту, где Клод впервые заметил среди деревьев белую башню дворца.

Втроём, не считая Лохмача, они осторожно направились к поместью. Верный пёс был спокоен, пока они не дошли до самых ворот, которые, по-прежнему, оказались открыты, как будто приглашая войти всех желающих. Эти кованые врата выглядели, как зев плотоядного цветка, заманивающего наивных насекомых.

Троица с псом прошла через ворота и сад, так и не столкнувшись с собакой-монстром. Лохмач зарычал лишь тогда, когда в поле их зрения попал парадный вход дворца. Проходя мимо бассейна с мраморной композицией, изображающей «сумчатых» собак, Ленков застыл на месте при виде гигантской кибер-пятерни с факелом, возвышавшейся над всем сооружением.

Он хотел было что-то сказать, но промолчал, утаив какую-то мысль. В поместье царила напряжённая тишина, которая действовала угнетающе на всех троих. В это утро в саду по какой-то непостижимой причине, казалось, умолкли даже птицы. Лохмач не выказывал особой тревоги, и визитёры смело вошли в вестибюль. Клод знаком показал, что им следует подняться по лестнице наверх. Спустя минуту все четверо уже стояли в приёмной перед огромным зеркалом.

Стенин почти не удивился, услышав слабый и хриплый голос незнакомца, тут же раздавшийся в потайной динамик:

– Что я вижу! Собачки, милые мои, вы только поглядите, кто к нам пришёл.

– Послушай, старый чёрт, – рявкнул Клод, осматриваясь и видя кругом лишь отражения своих друзей, – ты проиграл! Где ты прячешься? Если не скажешь, мы всё равно тебя найдём.

– За стеной, – рассмеялся в ответ невидимка.

Ленков подошёл к зеркалу и, вложив всю свою механическую силу, наотмашь заехал по нему своим железным кулаком, но стена выдержала, даже не дрогнув.

– Это было лишнее, – прохрипел невидимка. – Перед вами самое прочное зеркало в мире!

– Отойдите! – сказала Аэлита, направляя дуло своего пульсара на зеркальную стену.

Троица поспешно разбежалась в стороны, когда раздался оглушительный хлопок, и зеркало с грохотом рассыпалось вдребезги, засыпав осколками всю приёмную. За стеной, как и следовало ожидать, находилась ещё одна комната, больше напоминавшая больничную палату какой-нибудь дорогостоящей частной клиники. На широкой постели под капельницей лежал старик с белыми, как снег, длинными спутанными волосами и бледным лицом, положив на одеяло худые руки. Перед ним лежал неопланшет, который, видимо, был подключён к системе наблюдения за домом и островом. Вокруг его ложа суетились пять собак, отдалённо напоминающих злобного пса, преследовавшего Клода. Однако от монстра их отличало удивительное смирение и, по-видимому, абсолютная преданность хозяину. Одна из собак лизала ему руку, остальные, скуля, бегали по просторной комнате, испуганно глядя на четверых визитёров.

Очевидно, их очень напугало это вторжение с обрушением зеркальной стены, но они быстро успокоились и улеглись на полу под кроватью хозяина, поглядывая живыми добрыми глазами то на него, то на непрошеных гостей.

Старик с трудом приподнялся в постели, воспользовавшись помощью громоздкого кибер-манипулятора, исполнявшего функции домашнего лакея, стоявшего у его постели. Скорее всего, было мало вещей, которые хозяин поместья мог делать самостоятельно, однако он сам смог поднять правую руку и вытянуть указательный палец в направлении Айры Ленкова.

– Однажды мне было видение, – сказал старик. – Несколько лет назад я увидел сон, в котором ко мне пришёл киборг. Да-да, я говорю о тебе, теперь-то я это понимаю. И знаешь, что он сделал со мной во сне? Он простёр надо мной свою механическую длань, избавив меня от мучений. Я ждал тебя несколько долгих лет, и вот ты пришёл! Подойди ко мне, киборг, и покончи со всем этим!.. Забери меня из этой клетки. Похороните меня вместе с моими собачками, они самые прекрасные и добрые существа, каких я знал. Я их создатель, я имею право уйти вместе с ними. Сделай это, киборг!

– Только этого мне и не хватало! – презрительно бросил Ленков. – Хотя… вот Стенин – он твой должник, к нему и обращайся.

Старик перевёл взгляд на Клода, и в нём промелькнула какая-то насмешка.

– Нет, – сказал хозяин, – мне кажется, твой друг на это не способен. Он слишком… человечен.

Старик издал несколько смешков, но быстро ослабел, выражение его лица сменилось с торжественно-радостного на мученическое, и кибер-лакей уложил его на бок. Хозяин больше не смотрел на непрошеных гостей и как ни в чём не бывало начал играть одной здоровой рукой со своими собаками.

– Ну что, будешь мстить? – с ухмылкой спросил Айра у своего друга.

Клод стоял в растерянности, созерцая эту абсурдную картину. Конечно, с его злейшим врагом без проблем можно было сделать всё, что угодно, и ясно, что милейшие собачки не были бы помехой. Но покарать немощного, пускай и отпетого мерзавца, теперь ему казалось далеко не самым благовидным делом.

– Где собака? – спросил он наконец, так и не решившись подойти к постели умирающего.

– В клетке на третьем этаже. Она осматривает мои владения из башни и видит, кто ещё есть на острове, кроме меня. Ты же знаешь, что я не могу убить её.

– А этих пятерых можешь со спокойным сердцем?

Лохмач осуждающе тявкнул, будто соглашаясь с этим саркастическим замечанием Клода.

– Они отправятся со мной в рай, а демону там не место.

Стенин неожиданно подошёл к кровати и забрал неопланшет, лежавший рядом со стариком.

– Я не хочу, чтобы он открыл клетку, войдя в систему, – пояснил Клод Айре. – А теперь мы поднимемся на третий этаж.

10

Старик не солгал. Собака-монстр сидела в своём вольере за стеклянной, закрытой на электронный замок, дверью. Увидев Лохмача, она яростно бросилась к двери, и не менее пяти минут псы неистово лаяли друг на друга. Казалось, монстр даже не обратил внимание на троих незваных гостей, наиболее уязвлённый визитом именно лохматого четвероногого друга Аэлиты. Однако на нём по-прежнему была военная сумка, в которой могла находиться неизвестная бомба.

– Если мы оставим её в живых, то подвергнем опасности тех, кто придет сюда после нас, – сказал Клод, немного удивившись тому, что смог додуматься до столь возвышенной формулировки. – Наверно, это жестоко, как жестоко топить щенков в ведре. Но мы должны это сделать.

– Пожалуй, я смогу открыть эту дверь, – произнёс Айра, копаясь в виртуальном содержимом неопланшета. – Вопрос в том, кто убьёт собаку?

– Я не могу, – быстро сказала Аэлита. – Но могу одолжить пульсар. В нём как раз осталось заряда на один выстрел.

Стенин принял оружие из рук девушки с каким-то странным смешанным чувством злости, отвращения и жалости. Лохмач, словно сообразив, что собирается предпринять Клод, перестал лаять и отошёл подальше от двери. Стенин медленно направил дуло пульсара прямо на голову чудовищной собаки. Та тоже умолкла и пристально посмотрела прямо в глаза Клоду. Возможно, она всё поняла. А, возможно, и нет.

11

Спустя пять дней Айра решил вечерком снова заехать с богатым уловом в свой любимый кабак на внедорожнике.

Бармен и Зига, как всегда, приняли его радушно, и Лин, проявляя обычную вежливость, по-свойски проводил его до столика в дальнем углу, который к его приходу был всегда убран и свободен.

– Скоро будут последние новости, – сказал он, подмигнув киборгу. – А потом хоккей.

– Что нового в мире? – спросил Ленков.

– А ты разве не слышал об острове с маньяком? – с готовностью откликнулся вышибала.

– Нет, – ответил Айра, и глазом не моргнув. – Что за остров?

– Маньяк выращивал собак-чудовищ и натравлял их на простых людей. Так вот, всё закончилось чудесно. Маньяка посадили в дом для престарелых убийц, а собаку – в клетку. Её купил какой-то богатей для своего зоопарка. Сейчас в нём несколько инопланетных пупырчатых тихоходов, рыба-сон и собака-монстр. В новостях сообщают, что хорошо сработала полиция, хотя опыт мне подсказывает, что ей сильно помогли.

Бармен сердито стукнул стаканом об стойку и сказал:

– Ничего не меняется в этом проклятом мире! Одно радует, что это всё происходит не здесь, – и все присутствующие были вынуждены согласиться с его последней репликой.

14. СВЕТ ВО ТЬМЕ

1

Айра не слишком следил за тем, что происходит в мире, и в этом смысле он был похож на многих клиентов Лина, но ему показалось, что в этот вечер завсегдатаи собрались не только затем, чтобы весело провести вечер. Казалось, в воздухе зависло торжественное ожидание чего-то, что было интересно всем без исключения.

Киборг подошёл к Зиге и коснулся его плеча, когда на экране возникла физиономия диктора.

– Что происходит? – спросил Ленков.

– Ну как это что? – откликнулся вышибала. – А результаты президентской гонки тебе совсем не интересны?

– И кто лидирует?

– В последний момент к гонке присоединился этот шизоид Крюк, – с недовольством прокомментировал Лин.

– Я не думаю, что он наберёт больше нуля и пяти, – презрительно бросил Зига. – Просто не верю, что он возьмёт хотя бы 1 процент.

Айра с изумлением посмотрел на них обоих:

– Вы серьёзно? Серийный участвует в гонке?!

– А ты что, не знал? – подал голос один из постоянных посетителей со стаканом пива в руке. – Крюк уже пять дней, как рвёт конкурентов.

– Да успокойся, – со смешком ответил ему Зига, – никого он не рвёт. Но всё-таки каким-то чудом влез в список претендентов.

С экрана раздался голос диктора:

– Итак, господа, мы готовы назвать имя нашего нового президента. Ошеломительная и шокирующая победа – этот претендент на кресло главы континентального союза набрал… Внимание!.. Свыше 57 процентов голосов и с этого момента является законно избранным главой государства!

– Имя, кретин! Назови имя, – выкрикнул кто-то из толпы завсегдатаев.

Диктор на минуту уставился, казалось, прямо на него, выдержал торжественную паузу и сказал:

– Конечно, вы все знали, кто это будет! Кто, как не он, – истинный служитель закона и порядка? Кто, как не он, обеспечит всех самым необходимым, сократит рост безработицы, накормит голодных, даст все права бесправным, ведь именно это было записано в его президентской программе.

– Да ладно, кретин, ты ещё скажи, что это Крюк, – поддатый завсегдатай залился пронзительным смехом в истерике.

– И вы будете совершенно правы, господа, – заявил диктор с экрана. – Это именно он! Чак Шоу, известный нам как серийный убийца…

Неожиданно картинка пропала, сменившись на серое мерцающее полотно, и в баре на минуту воцарилась гробовая тишина. Вскоре экран снова включился, и все увидели процесс мгновенной инаугурации новоявленного президента. Это тоже никого не удивило. Глобальная электронная система медиатрансляции, разработанная около тридцати лет назад, позволяла предельно сжимать не только сроки выборов первых лиц государства, но и многие последующие связанные с деятельностью избранных слуг народа, административные процессы.

 

В течение пяти минут президент принял символический лазерный жезл из рук предыдущего главы континентального союза, объявил о своём искреннем намерении служить народу, а спустя мгновение его уже увидели в зале заседания правительства во главе длинного стола, за которым сидели министры, внимательно прислушиваясь к его словам.

– С этого дня объявляю амнистию всем несправедливо осуждённым за непредумышленное нанесение тяжких травм… – Крюк обвёл суровым взглядом всех по очереди глав ведомств.

– Он что, серьёзно? – проговорил Зига.

Тот самый перебравший посетитель, который незадолго до этого «общался» с диктором, яростно сплюнул, направил на экран ствол пистолета и был готов уже выстрелить, когда на него навалились сразу несколько более здравомыслящих клиентов, не дав ему нажать на курок.

Бармен Лин сделал Зиге выразительный жест, и тот послушно выволок неадекватного посетителя за дверь. Пистолет взбалмошного бунтаря исчез за стойкой Лина.

– В возрасте от пятидесяти лет, – закончил новоиспечённый президент. – Это мой первый указ, который как вы знаете, по традиции никто не имеет права оспорить, даже генеральный прокурор, который будет сегодня же отправлен за решетку за целый ряд правонарушений и злостное использование служебного положения вместе с комендантами нескольких тюрем. Мое решение продиктовано гуманностью и желанием разобраться с коррумпированной системой правосудия на континенте, а также на территории государств-сателлитов. На этом всё! – Крюк, которого всем было крайне непривычно видеть в аккуратном строгом костюме с галстуком вместо тюремной робы, громко стукнул кулаком по столу, так что подпрыгнули стоявшие перед министрами в ряд бутылки с минеральной водой, и после этого картинка на экране сменилась на яркую заставку хоккейной лиги.

Сказать, что все присутствующие были в шоке от увиденного, значило не сказать ничего. Несколько секунд тишины нарушили громкие возгласы посетителей, загалдевших наперебой на одну и ту же актуальную тему. Хоккей уже мало кого интересовал, и все говорили лишь об избрании столь колоритного президента.

– Как ему это удалось? – проговорил Зига, стоявший рядом с киборгом. – Вот так, раз и всё, и ты в президентах. Может, и я так смогу?

– Ну, пока ты ещё работаешь на меня, – заметил Лин, указав на двоих сцепившихся выпивох, и вышибала нехотя отправился их разнимать.

– Всё-таки я был прав, – добавил хозяин бара. – Мир сошёл с ума! И мы живём в палате большого сумасшедшего дома.

Ленков понял, что ему пора уходить, поскольку больше ничего интересного он не увидит, и встал из-за стола, с грустью оглядев столпотворение поддатых клиентов, с жаром обсуждающих последнюю новость.

– Эй, дружище, – окликнул его бармен, вытаскивая из-за стойки один из стволов, конфискованных у самых неадекватных клиентов, – не надо пушку? Задаром! По-моему, нам всем скоро понадобится оружие, грядут непростые времена. За амнистией стариков наверняка последует амнистия более глобальная.

– Оставь себе, Лин. У меня надёжные латы, – киборг с гордостью, смешанной с иронией, постучал себя по металлической груди.

Единственный фонарь, стоявший на парковке, отбрасывал тусклый луч света, слабо освещая несколько машин, в том числе и его «тарантайку». В полутьме Айра не сразу заметил высокую фигуру, поджидавшую его у машины и быстро шагнувшую ему навстречу, когда Ленков уже собирался сесть за руль. К его удивлению, незнакомец оказался таким же киборгом, как и он сам – человекоподобной машиной с корпусом из сверхпрочного пластика, обшитым титановыми щитками и для пущей надёжности закованным в броню из пуленепробиваемых стальных пластин. Его худое серое лицо не выражало никаких эмоций, кроме какой-то холодной враждебности в светлых глазах.

– Вам что-то… – с любопытством произнёс Ленков, как вдруг мощная фигура незнакомца ринулась прямо на него, сбив его с ног.

Руки-манипуляторы незнакомого киборга крепко вцепились ему в шею, приподняв его голову и резко опустив, так что Ленков почувствовал ощутимый удар затылком об асфальт. Айра попытался ослабить хватку противника, призвав на помощь все скрытые в его биомеханическом корпусе силы. С неимоверным трудом он отцепил руки злодея, отведя их от своей шеи, и выскользнул из-под его тяжёлого корпуса, перебросив незнакомца через себя. При падении тот оставил на двери «тарантайки» заметную вмятину, что ещё больше вывело Ленкова из себя. Вскочив на ноги, он успел нанести злодею мощный удар кулаком в челюсть, двумя руками отшвырнул его подальше от машины и запрыгнул в салон.

Айра отжал газ, и машина понеслась вдоль скалистой лощины по направлению к горному озеру, где стоял его домик. Спустя некоторое время он заметил свет фар догонявшей его машины и судя по скорости последней, вполне отвечавшей ходу его собственной, понял, что это погоня. Он был напуган и заинтригован одновременно. Ехать дальше означало привести незнакомца к дому, где спала Аэлита со своим верным псом, подвергнув её опасности, поэтому на полпути до озера Ленков решил рискнуть и, слегка сбавив скорость, развернул машину, так что чужак, уже почти догнавший его на своём скоростном внедорожнике, едва с ним не столкнулся.

С минуту они сидели в своих рокочущих машинах, разглядывая друг друга через лобовое стекло, как вдруг незнакомец дал газ, попытавшись наехать на такую же «тарантайку» Ленкова. Разгадав намерение противника столкнуть его в глубокий кювет, Айра выжал до упора газ, пытаясь сделать то же самое. Мощности машин оказались примерно равны, колёса «тарантаек» с визгом буравили щебень и грязь провинциальной дороги, не пасуя друг перед другом, пока незнакомец, видимо, потеряв терпение, не выскочил из кабины с массивным магнитроном в руке, выстрелив в капот автомобиля Ленкова. Заряд мгновенно снёс крышку капота, превратив все его внутренности в груду расплавленного металла.

К сожалению, у Айры не было с собой аналогичного средства самообороны и в тот момент он пожалел, что отказался от предложенного добродушным барменом оружия. Осознав свою беспомощность, Ленков остался в кабине развороченной машины, глядя, как незнакомец нацеливает на него чёрный ствол. В темноте было видно, как ярко-оранжевый индикатор на корпусе магнитрона сменился на синий. Подойдя к водительской двери, чужак быстрым движением откинул её, будто фанерную, и не целясь выстрелил в Айру. С этого момента тот потерял всякую связь со своим кибернетическим туловищем, прослужившим ему верой и правдой на протяжении стольких дней опасных приключений только для того, чтобы прекратить своё механическое существование от руки такого же киборга, как и он сам.

2

Вопреки ярым убеждениям своего друга Ленкова поехать вместе с ним к нему домой после всего случившегося, Стенин решил ненадолго остаться в западной Африке, чтобы присутствовать на судебном разбирательстве дела безумного старца-кинолога, подозревая судью, присяжных и полицию в продажности и решив не бросать это на самотёк, пока вредного старика не посадят за решётку. Пожилого преступника и в самом деле собирались посадить на несколько лет, но по предварительному решению суда отправили в закрытый лечебный пансионат с целым штатом проникнутых сочувствием психологов, который хоть и был изолирован от цивилизованного мира высокой оградой, но явно не являлся даже подобием исправительного учреждения для преступных элементов. К негодованию Стенина, суд не торопился лишать маниакального старца его имущества на острове, по какой-то причине отложив окончательное разбирательство на неопределённый срок. Было похоже на то, что за пожилым маньяком стоит кто-то властный, но Клод не относился к числу кровожадных мстителей и рассудил, что помешанному старику, не встающему с постели, будет для наказания достаточно и того, если его до конца дней оставят за решёткой сумасшедшего дома.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru