Аборигены Вселенной

Марат Александрович Чернов
Аборигены Вселенной

– Ты, видимо, забыл, что у дьявола много имён и обличий, – огрызнулся Миллер.

– Хорошо, – сказал Ленков, подумав. – И ты предлагаешь проверить его святой водой?

Капрал рассмеялся в ответ.

– Нет, я просто советую быть осторожней и на всякий случай не заключать с ним никаких письменных договоров…

Внезапно из подсобки, в которой скрылись Стенин с Карлом, донёсся душераздирающий вопль Клода.

Ленков и Миллер ворвались в сумрачную комнату и встали на месте при виде пугающей картины. В кресле замер Стенин, на лице которого застыла гримаса непередаваемого ужаса. Несколько в стороне, над металлическим столом склонился Карл, с большим трудом придерживая левой рукой какую-то ползучую изгибающуюся, как пиявка, тварь, тогда как правой он направлял на неё лазерный скальпель, отсекая части гибкого скользкого тела. Мерзкая гадина упорно не хотела успокаиваться, извиваясь и угрожающе шипя, пока Лесник попросту не сделал из неё сплошную нарезку, раскидав части туловища на поверхности операционного стола.

Когда всё было кончено, Карл, обливаясь потом, обессилено выронил скальпель и вымученно улыбнулся остальным гостям.

– Полосатый шипоклюв, – прокомментировал он. – Удрал из клетки и собирался клюнуть моего пациента, – он указал на Стенина, который был сам не свой от испуга. – У него тоже брачный сезон, во время которого он чрезвычайно агрессивен.

Ленков смерил Миллера неодобрительным взглядом, словно говоря: «Ну, и что ты теперь скажешь?»

– Ну и реакция у вас, – проговорил Стенин, с восхищением глядя на Лесника.

– И откуда взялась эта гадина? – с подозрением спросил Миллер.

– Она выползла откуда-то из-под стола, – ответил Клод, – и успела обвиться вокруг моей ноги за долю секунды. Если бы не Карл…

Стенин улыбнулся Ленкову, потирая покрасневшее натёртое запястье, на котором уже не было браслета. Две половинки устройства с погасшим индикатором лежали на дне ванночки, стоявшей на полу.

– Браслет обезврежен, – сказал Карл. – Я думаю, что повредил лазером и микрочип, так что он не даёт больше сигнала. Вы можете быть спокойны.

– Отлично! – воскликнул киборг и с благодарностью кивнул Карлу:

– Хорошая работа, мы у вас в долгу!

Миллер схватил Айру за плечо и прошипел:

– Не забудь, никаких договоров! Что ещё за долги?!

В ответ Ленков презрительно оттолкнул капрала, немного не рассчитав своих сил, и тот влетел в ближайший стеллаж, столкнув с полок несколько мензурок.

– О, не беспокойтесь, – сказал Лесник. – У меня тут много ненужных растворов, которые уже давно пора вылить на помойку.

Стенин вскочил с кресла и долго тряс руку смущённому Карлу.

– Прошу прощения за капрала, – произнёс Ленков. – У него крыша поехала, всюду мерещится заговор.

– Ничего, – ответил Лесник. – Ну, может, хоть сейчас выпьем по стаканчику, и вы расскажете мне о ваших дальнейших планах?

Неожиданно за дверью раздался тревожный вой зверомода, видимо, предвещавший некую новую угрозу, которую существо инстинктивно почувствовало нутром, как это нередко с ним и бывало.

– Слышите? – встревоженно спросил Карл.

Все прислушались к тишине, которую спустя мгновение нарушил какой-то гул, который доносился, казалось, отнюдь не из-под земли, а сверху. Ни одно живое существо, будь то наземное или крылатое, на Змеевике не издавало таких громоподобных звуков, источником которых могла быть только воздушная машина землян. Определенно, это был рёв двигателей боевого истребителя, приближавшегося к жилищу Лесника.

– А вот и они! – со злорадством прокомментировал Миллер, потирая новый ушиб после падения на стеллаж. – Вы опоздали, ребята, свора Киршева уже здесь, легка на помине. Готовьтесь к худшему!

Выглянув из забранной решёткой и защищённой противоударным стеклом амбразуры в прихожей, компаньоны увидели боевую машину, в ореоле ярких огней зависшую над крепостью. Несмотря на то, что была ещё ночь, из-за прожекторов, направленных на их убежище, вокруг стало светло, как днём.

Истребители редко приземлялись на «незачищенных» участках планеты, однако Клод и Айра заметили, как вниз на страховочных тросах спустились несколько человек, очевидно, из спецназа генерал-губернатора.

Затем окрестности огласил в мегафон чей-то незнакомый суровый голос:

– Клод Стенин! С тобой говорит… капитан Валет! Я знаю, что ты здесь. Ты окружён, сопротивление бесполезно! Даю минуту на раздумье, после чего открываю огонь из всех орудий.

Компаньоны переглянулись, и Ленков полуиронично сказал:

– Это он тебе? Значит, я могу остаться здесь.

– Хм, что ещё за капитан Валет, – пробормотал за их спинами Миллер, – не знаю такого.

Айра посмотрел на застывшего в растерянности Карла.

– Вы говорили, у вас вездеход с пушками. Не позволите ими воспользоваться? – учтиво спросил киборг.

– Это бесполезно, – грустно ответил хозяин крепости, опустив глаза. – Я вам соврал, они не лазерные и даже не огнестрельные.

– То есть как?!

– Мои пневматические пушки стреляют саблезубыми прилипалами, речными эктопаразитами. Таков арсенал моей биологической самообороны, кстати, он очень экологичен. Присасываясь к телу своей жертвы, прилипалы вгрызаются в неё практически намертво, но отваливаются, напившись её крови, как пиявки. Таким образом, наших врагов можно только напугать, подвергнуть психической атаке, но не ликвидировать.

Ленков застыл на месте, введённый в ступор сказанным Лесником, как вдруг Стенин закричал:

– Открывайте ворота, Карл! Это наш единственный шанс. Айра, за мной!

Компаньоны запрыгнули в вездеход; за ними, нажав на кнопку дистанционного пульта, в сиденье водителя плюхнулся и сам хозяин крепости. Миллер остался в доме в обществе недружелюбно рычащего на него Леона.

Машина, взревев, вылетела из раскрытых ворот навстречу фигуркам троих морехов, затаившихся снаружи. Стенин, импульсивно взявший на себя командование «сопротивлением», проорал в мегафон, находившийся в кабине вездехода:

– Я должен сообщить всем, кто остался на борту истребителя – сдаваться мы с моими друзьями не намерены. На вездеходе установлено новейшее квантовое орудие дальнего боя с автоматической зенитной установкой, бьющей без промаха на расстоянии более ста километров, так что советую вам убраться отсюда самим подобру-поздорову. Даю вам ровно минуту на сборы.

– Полторы, – добавил Ленков, и этого хватило, чтобы некто на истребителе узнал его голос.

– Что я слышу? – донёсся в ответ вопль незнакомца. – С тобой и киборг? Что ж, это самая приятная новость за последний световой год. Не ожидал такой удачи! Ну что ж, это многое меняет. Но для начала нам надо открыть свои карты, если вы не против. У меня есть серьёзная пушка, нацеленная в данный момент на вас, но вы оба нужны мне живыми. У вас есть какое-то ужасающее орудие, и вы собираетесь выстрелить первыми, если мы не улетим. Предлагаю, что-то вроде честной дуэли – и первый выстрел за вами, друзья мои!

Стенин отключил мегафон, чтобы дать волю эмоциям.

– По ходу мы попались, – простонал он.

– Что будем делать? – спросил Ленков. – Я не знаю, кто это, но чую, что дело неладно. Тот, кто в истребителе – явно малоприятный чувак.

– Главное, не дрейфить! – крикнул Карл, занимая место оператора пневмомортиры и переводя прицел на инфракрасном экране с одного морпеха на другого. – Ну, кого мне выбрать?

– Гаси того, кто пожирнее, – посоветовал Ленков, и Карл нажал на спусковой крючок.

Пневмопушка выплюнула живым «снарядом» в облике на редкость омерзительной расплюснутой твари. Пролетев со скоростью стрелы, выпущенной из арбалета, прилипала присосалась к животу одного из морпехов, выпустив несколько колоритных щупалец, благодаря которым она и держалась столь цепко на теле более проворных и выносливых жертв. Ей не удалось пробить его бронежилет, но тварь быстро нашла кратчайший путь к незащищённой шее и впилась пунцовыми отростками в горло морпеха, истерически взвывшего в панике так, что даже двое его сослуживцев застыли в ужасе, побледнев, как полотно.

Засмеялся лишь один Эрве, наблюдавший за этой картиной сверху:

– И это ваше орудие массового уничтожения? – раздался насмешливый голос в динамик мегафона. – О да, это поистине чудовищно! Полагаю, теперь моя очередь?

– Нам конец, – проговорил Стенин. – На истребителе стоят настоящие, а не игрушечные пушки.

– Да, я мог бы превратить ваш вездеход в груду металлолома, но я буду более милосерден, чем вы, – провозгласил Эрве, словно расслышав его слова. – Первый залп я дам по вашей хижине.

– О нет! – простонал Карл. – Он убьёт всех моих питомцев! Они же ни в чём не виноваты.

Ленков резко ударил по кнопке громкоговорителя и прокричал в микрофон:

– Не торопись, мы выходим.

Он выразительно посмотрел на Клода, и тот понимающе кивнул.

– Спасибо за гостеприимство, – сказал киборг Карлу. – У меня только одна просьба, присмотрите за Леоном, он хороший зверомод. Его придётся оставить здесь. Только не выпускайте его за ворота, а то его пристрелят.

– Сделаю всё от меня зависящее, чтобы он чувствовал себя в моём доме уютно, – ответил Лесник. – И поверьте, мне жаль, что всё так обернулось.

– Только без глупостей, ребята, отойдите подальше от машины и ждите меня, – прорычал в мегафон Эрве.

Ленков и Стенин выбрались из вездехода, и, подняв руки, сделали несколько шагов в сторону, жмурясь от ярких лучей прожекторов истребителя. Карл дал задний ход, и машина скрылась за воротами. Спустя незначительное время через ворота, явно против своей воли, вылетел с перекошенным от злобы лицом капрал Миллер.

Айру и Клода окружили трое морпехов, осмелевших, когда с поля боя пропал вездеход, оснащённый столь устрашающими средствами биологической войны. Тот из них, кто подвергся атаке прилипалы, уже успел не без помощи своих товарищей отцепить её от своего горла и выглядел не самым лучшим образом, однако держался на ногах, сверля ненавидящим взором компаньонов. Истребитель оставался парить в воздухе, когда на тросе сдесантировал вниз и сам Эрве.

 

Он с ликующим видом оглядел обоих компаньонов, даже не обратив внимания на Миллера.

–Так-так, узнаю самых опасных людей в галактике, – насмешливо произнёс Эрве. – Неужели это те самые ребята, которые уничтожили команду самых отчаянных космических пиратов во главе с неуязвимым Амиром Максимусом, устроили безумный кавардак на корабле капитана Дюкса и облапошили целую армию злобных карликов, стырив их самый ценный амулет.

– А ты сам-то кто такой? – угрюмо спросил Ленков.

– Я думаю, вы оба удивитесь, узнав моё настоящее имя.

Эрве помолчал немного, обдумывая стоит ли ему раскрывать все карты перед своими морпехами, однако честолюбие победило в нём осторожность, и он торжествующе изрёк:

– Я Эрве, тот, кого на пиратском корабле называли Хирургом. Да, я выжил после сильнейшего взрыва в кубрике, этому я обязан, видимо, случайности и тому выносливому телу, в которое вы меня заточили в камере нейропрожига. То, что вы видите, это моё новое сильное тело, которое позаботится о том, чтобы вас постигло ужасное возмездие. Вас ждёт жестокая кара за всё, что вы сделали, потому что души тех безвременно погибших пиратов тоже ждут расплаты.

– Слышь, Валет, – с удивлением обронил Монгол. – Так ты… не Валет?

– Нет, я не Валет, парни, – ответил Эрве. – Но у меня действительно есть полномочия от генерала Чена. А вы, несчастные, – он метнул на компаньонов яростный взгляд, – начинайте молиться всем богам, ибо я придумал для вас заслуженную казнь, которая очистит вас от всех грехов.

Эрве указал на толстый ствол одинокой пальмы, стоявшей поодаль на поляне, и приказал морпехам:

– Привяжите этих двоих вон к тому дереву и разведите костёр! Я хочу сжечь их обоих в пепел и прах. Выполняйте!

Миллер радостно подал голос:

– Совершенно согласен с вашим решением, мой господин! Этих двоих уже давно пора отправить на тот свет. Позвольте мне помочь вам в этом добром деле?

– Хорошо, – раздражённо откликнулся Хирург, посмотрев на капрала, как на противное насекомое. – Привяжите и этого с ними тоже!

Возможно, никогда окружающие поляну лесные дебри и их обитатели не слышали столько отборной ругани, как в эту ночь, когда капрал Миллер, схваченный морпехами, употребил, по-видимому, весь свой запас табуированного лексикона в адрес Эрве, (на всякий случай) Валета, морпехов, компаньонов и даже дерева, что удивило практически всех присутствующих.

Когда троица была привязана к стволу, и один из подручных Хирурга направил на них боевой огнемёт, Эрве подошёл вплотную к компаньонам и прошептал:

– Ну вот и всё, ваши приключения закончились. Ваша смерть будет страшна!.. Но я могу дать вам обоим шанс на более лёгкую кончину, скажем, сброшу вас где-нибудь над океаном. Возможно, кто-нибудь из вас даже выживет, если его не сожрут морские твари, которых тут тоже предостаточно. Предлагаю взаимовыгодный обмен.

– Очень интересно, – без энтузиазма ответил Ленков. – А ты не подумал, что я заржавею в океане?

– Ах да, прости, железный дровосек, кажется, так тебя многие кличут. Ну, тогда скину вас где-нибудь в безводной жаркой пустыне, годится? Мне нужен амулет «Звезда Веста». Он ведь у вас?

– Если бы, – с презрительной ухмылкой ответил киборг. – У нас его отобрали ещё до приезда на Змеевик. В гарнизон не допускают с личными вещами, а тем более, с драгоценностями. Спроси о нём у руководства.

– Ну, ладно, – процедил сквозь зубы Эрве. – Вам же хуже. Когда всё будет кончено, я переворошу ваши скелеты. Может, что и найдётся.

Он мрачно подмигнул Ленкову и отошёл на безопасное расстояние.

– Начинай! – скомандовал он морпеху с огнеметом.

– Стойте! – закричал во весь голос Стенин. – Я знаю, где амулет. Можешь им подавиться!

Ленков с удивлением покосился на Клода.

– Ты не шутишь? И где же он? – спросил Эрве, не слишком довольный оттого, что упоминание о «Звезде Веста» достигло ушей морпехов.

– Ты обещал нам честный обмен. Можешь сбросить нас в пустыне.

– Где амулет? – проскрежетал зубами Эрве вне себя от ярости.

– Вначале развяжи нас, тогда я покажу тебе по карте, где он спрятан. И только когда мы будем пролетать над пустыней.

– Ты издеваешься? Послушайте, чудаки, не в вашем положении торговаться. Скажите, где амулет и тогда я подумаю стоит ли вас развязывать.

– Насмешил! – хмыкнул Стенин. – Если тебе действительно нужен амулет, то в твоих же интересах пойти на уступки.

В голове Эрве промелькнула мысль о том, что с ним станет, когда он заявится к генералу Чену без драгоценного украшения. Ласки от генерала ждать не следовало, и, скорее всего, тот позаботился бы о том, чтобы Эрве сгинул без следа, а средств и возможностей на это у военачальника уж точно хватало. В лучшем случае, генерал собьёт их челнок со всеми своими должниками в открытом космосе, чтобы он не успел пристыковаться к кораблю. Снаряжая Эрве в эту сомнительную военную кампанию, Чен рисковал погонами, если не собственной шкурой, и он не простит Хирургу провала. С другой стороны, Эрве не испытывал большого доверия и к последнему заявлению Клода, больше похожего на блеф.

С минуту он смотрел в глаза Стенину, пытаясь уловить в них фальшь, и в конце концов принял не самое простое решение. В сущности, он хотел только мести. Он вскормил в себе это чувство, вожделел его и в итоге заполучил то, чего хотел. Его охватил экстаз, он сладострастно улыбнулся и отчётливо произнёс:

– Сожгите их! Это окончательное решение.

Эрве закрыл глаза, ожидая услышать заветное шипение выплёвывающего струю горючей воспламеняющейся смеси огнемёта, как вдруг вместо этого он услышал дерзкий голос Монгола:

– Слушай, Валет, или кто ты там ещё, а ну-ка выкладывай всё начистоту. Что за амулет?

Эрве, сжав кулаки, обернулся, чтобы поставить на место любопытного подчинённого и зловеще осклабился, прежде чем сбить его с ног. Однако помня о недавнем избиении на борту истребителя, все трое морпехов проявили удивительную солидарность, и теперь все как один стояли в позе боксера, приготовившегося к контратаке. Эрве почувствовал, что назревает бунт и оскалился ещё шире, намереваясь отобрать огнемёт и, по крайней мере, успеть самому испепелить компаньонов. Однако его подчинённый неожиданно направил огнемёт на него самого.

– Вы что? – рявкнул Эрве. – Захотели под трибунал?

– А ну колитесь, что за амулет? – прохрипел компаньонам раненый прилипалой морпех. – А ты, Валет, колись, где Валет? Или получишь порцию напалма.

Айра прошептал Клоду:

– Я не знаю, как ты собираешься выпутываться, но я-то в курсе, что амулет не у тебя.

– Тихо! Нужно выиграть время, – ответил Стенин. – За нами наблюдают. Смотри!

Проследив за взглядом компаньона, который был устремлён в звёздное небо, Ленков заметил ещё одну особенно яркую, красного оттенка звезду, которая, не так давно возникнув на небосклоне, теперь стремительно приближалась к ним, и вскоре стало ясно, что красноватый свет излучали проблесковые маяки ещё одного истребителя.

Сделав круг над поляной, истребитель выпустил очередь из небольших устройств, воткнувшихся в землю в радиусе сорока метров вокруг пальмы, создав лазерный защитный периметр, которым иногда пользовались десантники на открытой местности для защиты от непрошеных гостей. После этого истребитель аккуратно приземлился в пределах защитного кольца, пронизавшего тьму сетью ярких багряных лучей. По трапу сошли несколько военных с карабинами наперевес, во главе которых был не кто иной, как полковник Меркулов. Морпехи с крейсера генерала Чена застыли в нерешительности, а Эрве так и остался стоять со сжатыми кулаками и яростной миной на лице, отказываясь поверить в то, что, по-видимому, потерпел сокрушительное фиаско.

– Что тут происходит? – строго спросил полковник, бросив взгляд на привязанных к дереву пленников.

– Стандартная процедура, полковник, – наигранно улыбнувшись, ответил Хирург. – Пойманы мародёры. Согласно уставу, они приговорены к немедленной казни. Если вы позволите, мы начнём.

– Постойте! Адъютант Верницкий известил меня по рации, что у вас полномочия от генерала Чена, командующего флотилией, не относящейся к вооружённым силам Змеевика. Отдавать приказы и ловить мародёров – это прерогатива генерал-губернатора Киршева. Поэтому я связался с генералом Ченом и вежливо осведомился, с какой стати он тут командует? И знаете, что он мне ответил?

Выдержав паузу, Меркулов подытожил:

– Он не знает никого из вас и предположил, что вы либо сами мародёры, либо опасные заговорщики.

– Вот здорово! – возмущённо выпалил Монгол и перевел всё свое негодование на Эрве:

– Может быть, эта крыса в чужой личине и заговорщик, но мы-то всегда состояли на службе во флоте. Что за бред вы несёте?

– Так мне сказал генерал Чен, – парировал полковник. – Но я подозреваю, что дело тут нечисто, поэтому согласен вас отпустить. Возвращайтесь к генералу и сами выясняйте с ним отношения.

– Легко! – воскликнул Монгол. – Только будьте поосторожнее вот с этим, – он указал на остолбеневшего Эрве. – Он не тот, за кого себя выдаёт. Короче, крыса!

– Тогда знайте, – выкрикнул Хирург, – что вас отправили в этот поход только затем, чтобы от вас избавиться – так же, как он избавился от вашего друга Валета. Могу вам только посочувствовать и советую обезвредить полковника, захватить гарнизон и прибрать Змеевик к своим рукам…

– Да-да, а тебя назначить новым генерал-губернатором, Эрве, – насмешливо оборвал его Ленков. – По-моему, ты всерьёз зарвался.

Хирург хотел было что-то ответить, как вдруг двое рослых солдат из окружения Меркулова сбили его с ног, заломив ему руки за спину и сцепив их наручниками. Тем временем полковник разрезал верёвки, опутавшие пленников, своим личным походным ножом и по-отечески улыбнулся Стенину.

– Рад тебя видеть, сынок! Мне жаль, что всё так вышло. Генерал-губернатор иногда слишком поспешен в своих выводах, но он не злопамятен. Ты прекрасно показал себя на поле боя, и у меня был с ним непростой разговор. Я думаю, что тебя восстановят в звании… ну или хотя бы оставят на службе.

– Полковник, – сказал Клод, – я хотел бы тоже с вами серьёзно поговорить. Это касается вашей дочери.

Меркулов нахмурился, потупив взор, и спустя мгновение кивнул:

– Продолжай.

– Ваша дочь, Алиса, ни в чём не виновата. Капрал Миллер подбросил ей меченые гильзы, и он сам нам в этом признался. Её надо выручать и забрать с ледяной планеты, если ещё есть хотя бы слабый шанс на спасение.

– Он признался? – спросил полковник, бросая на Миллера взгляд, в котором начинала клокотать неудержимая ярость.

– Впервые слышу! – пролаял капрал. – Что за поклёп, не верьте им, полковник. Я отдал жизнь и здоровье за Змеевик, а эти пройдохи явились неизвестно откуда. Вы хотите повесить такую гнусность на честного солдата?

– Вам придётся поверить, полковник, – произнёс Ленков. – Ведь у нас есть запись его признания.

– Запись? – в один голос переспросили Миллер и Меркулов.

Стенин тоже не без интереса посмотрел на друга, не ожидая такого поворота.

– Клод, – сердито сказал Айра, – а на что нам, киборгам, спрашивается, встраивают походные видеорегистраторы, бес тебя раздери?

Ленков, вскрыв небольшую панель над запястьем левой руки, нажал пальцем правой на какой-то сенсор и, хитро покосившись на капрала, спросил:

– Миллер, ты серьёзно признаешь свою вину?

Неожиданно из невидимого динамика раздался чёткий голос капрала:

– Серьёзнее некуда! И нисколько не жалею…

Дослушав до конца запись «признания», полковник в изумлении, смешанном с закипающей ненавистью, воззрился на Миллера.

– Я полагаю, полковник, – торжествующе сказал Айра, – полную запись признания капрала мы можем прослушать ещё раз в более комфортной обстановке в присутствии генерал-губернатора.

– Ладно, ваша взяла, чёртовы пройдохи! – прошипел Миллер и, с ненавистью взглянув на Ленкова, добавил:

– Чтоб тебя придавило твоей грёбаной Луной!

– Когда-нибудь я там буду, и мне вернут моё прежнее тело, – с грустью ответил киборг и отвесил капралу такую сильную оплеуху, что тот, взвыв от боли, растянулся под деревом.

– Теперь всё ясно, – с каким-то облегчением в голосе проговорил полковник, обращаясь к компаньонам. – Думаю, очень скоро мы все вместе отправимся к дочуре на выручку. Уверен, она выжила и дождётся спасения.

Стенин заметил за периметром две фигуры – человеческую и звериную, и сказал:

– Полковник, это наши друзья, пропустите их.

После отключения одного из сегментов лазерного кольца к ним подошли Карл и Леон, причём последний от радости едва не сбил с ног своего хозяина, Ленкова.

 

– Если я не ошибаюсь, всё наладилось? – улыбнувшись, спросил Лесник.

– Вроде бы да, – ответил Стенин. – Хотя… по своему личному опыту загадывать на будущее я всё-таки не стал бы.

– Всё будет хорошо, сынок, даже не сомневайся, – вставил полковник. – Вот только кто мне скажет, что делать с этим субъектом? – он указал на Эрве, который стоял под присмотром охраны мрачнее самой серой тучи.

Клод переглянулся с киборгом:

– Айра, что ты думаешь?

– Сжечь его из огнемета? – предположил тот. – Или сбросить где-нибудь в безводной пустыне?

Неожиданно Карл сказал:

– Оставьте его в лесу, в болотистых джунглях. Это самое жестокое и справедливое наказание для оступившегося человека. Возможно, у него будет шанс на исправление. Лес даёт возможность любому проявить все свои лучшие черты характера и силу воли, но он также не простит и самой невинной ошибки. Лес испытает его.

– Ты не против, Айра? – спросил Стенин.

Немного помолчав, Ленков ответил:

– Да будет так! Дадим ему последний шанс, хотя что-то я сомневаюсь, что он доживёт до рассвета.

Компаньоны по очереди обняли Карла.

– И всё же подумайте о возвращении в гарнизон, – сказал ему Клод. – Вам нельзя прозябать здесь одному.

– Я не один, – улыбнулся Лесник. – Да и как я брошу своих питомцев. Пупырчатый тихоход охраняет мой дом от супер-змей, конечно, когда он не буйствует в свой брачный период. А гайдамак, летающие манги, рыба-сон и многие другие? Они почти ручные, что они будут делать без меня?

– Ну как хотите, – сказал Стенин. – Но не забудьте, что вы – человек, а значит, вам лучше быть вместе с людьми.

Смахнув со щеки слезу, Карл помахал рукой напоследок поднявшимся в кабину истребителя Айре, Клоду и зверомоду Леону и, пройдя через отключённый периметр, скрылся за воротами своего убежища в тот момент, когда над верхушками самых высоких деревьев и пальм блеснул первый луч восходящего дневного светила. Местное солнце возвращалось после бесконечной ночи, пробуждая множество спавших монстров и тварей, и предрассветный лес Санктума наполнялся симфонией новых пугающих и настораживающих звуков и шорохов.

Эрве, с которого сняли наручники и высадили на опушке дикого леса подальше от хижины Карла, начал свой опасный поход через дебри, не зная, куда он идёт и что ждёт его впереди. Ему из жалости оставили одно мачете, которое немного помогало пробиваться сквозь лианы, высокий папоротник и буйные заросли прочей растительности высотой в человеческий рост. Эрве долго брёл через лес, пока не упал в изнеможении на какое-то кем-то срубленное бревно. Он начинал чувствовать неимоверную усталость, голод и мучительную жажду, а по дороге ему до сих пор не попалось даже маленького ручейка. Он также не имел понятия о том, как будет охотиться при помощи одного мачете на весьма опасных лесных тварей, даже не зная о том, были ли они съедобны.

Он совсем было отчаялся и потерял надежду дотянуть до темноты, когда услышал где-то неподалеку в чаще звуки, напоминавшие стук топора. Наверное, никогда прежде он не желал всей своей душой встречи с человеком, как теперь, оказавшись в изгнании, полном одиночестве и постоянном страхе за свою жизнь.

Стук топора доносился всё ближе, Эрве из последних сил перешёл на бег, спотыкаясь и падая, но вновь поднимаясь вне себя от радости оттого, что скоро увидит себе подобного мытаря или колониста, который протянет ему руку помощи и не оставит одного умирать в девственном лесу.

Он выбежал на небольшую просеку, увидев гигантский ствол поваленного дерева, над которым, к его ужасу, возвышалось колоссальное крылатое существо, долбившее бревно уродливым серпообразным зубастым клювом. При виде Эрве, монстр хищно прицелился в него чёрным зрачком, раскрыл клюв и огласил лес устрашающим боевым кличем.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23 
Рейтинг@Mail.ru