Litres Baner
Мор 2

Макс Вальтер
Мор 2

Глава 1.

Воспоминание.

– Серёж, иди обедать уже, – услышал я голос Машки.

– А чего там? – спросил я.

– Окрошка, – прилетел ответ. – Ну ты идёшь, нет?

– Сейчас, дай тренировку закончить! – крикнул я. – Не остынет же она, в конце концов.

Сейчас на площади, прямо напротив царь-пушки, проходила тренировка с моим элитным подразделением. Нет, по меркам того мира они, конечно, так себе бойцы. Но это всё потому, что сейчас даже сама концепция боя сменилась. Запихай к нам крапового берета, он и дня здесь не протянет.

Нет, опять вру, протянет, конечно, даже неделю. Вот только до тех пор, пока с войском МОР-а не столкнётся. Опыта просто не хватит. Так-то краповцы, конечно, те ещё черти, но вряд ли такой боец сможет что-то противопоставить совместной атаке зомби и людей с оружием. Хотя, будь их пять-шесть бойцов…

Впервые с таким войском мы столкнулись в прошлом году. Практически в засаду попали. Хорошо, что Чума умудрился выход найти, а иначе лежать бы нам на той крыше. Но сейчас мы умнее, научились отпор давать. Вот сейчас уже тренировку заканчиваем. Занятия, конечно, по старой методике проводим, но и боевых выходов у нас больше десятка. И пока только ранениями отделываемся.

Из Москвы мы так и не ушли, всё в том же Кремле сидим. Укрепились, как смогли, парк расчистили и огород развели. Сегодня вот первый урожай огурцов собрали. Машка, вон, окрошки целый чан сообразила. Я уж и забыл, как это на вкус.

Сейчас у нас здесь и куры, и свинки, хотели корову ещё поставить, а то и несколько. Вот только чем их кормить? В Москве днём с огнём сена не найти. Думали, конечно, на газонах выпас устраивать, но потом отказались. Глупости это всё.

Жизнь не стоит на месте, а человек такая сволочь, ко всему привыкает. И сейчас мы имеем два поселения. Одно в Москве, это мы, а второе уже за городом, километрах в семидесяти от МКАД-а. Эту общину Чума организовал. Не захотел с нами в столице остаться. Оно может и к лучшему, хотя почему «может», точно к лучшему.

Вот сегодня первую партию молочных продуктов забрали. Хоттабыч привёз, он вместе с Чумой на освоение территорий отправился. А вчера, на вечернем сеансе связи, сообщил, что к нам едет – молоко, кефир, сметану и сыр везут. В обмен на патроны и другие блага цивилизации.

Мы, конечно, и так бы им всё отдали, по первому требованию, и ребята об этом знают. Они на самом деле давно нам заявку скидывали, всё уже собрано стоит. А сейчас, значит, молочка на обмен, оказывается, привезут.

Сейчас пообедаем и на встречу двинем. Хоттабыч скорее всего с прикрытием будет, но лишние воины точно не помешают. В общем, жизнь налаживается, как говорится: «Дела идут, контора пишет».

Честно говоря, я бы лучше к Чуме жить свалил, но пришлось в столице остаться. Решение коллективное принимали, в тот самый вечер, когда я узнал, что Машка моя жива осталась.

***

– Аркадич, ты что мне вколол такое? – я никак не мог сообразить, что происходит. – Мне жена мерещится.

– Сергей Сергеевич, я бы попросил вас успокоиться и выслушать нас, – подал голос Лебедев.

– Варежку свою захлопни, – ткнул я в него пистолетом. – Я сейчас разберусь, мерещится ли мне твоя залупа вместо головы, и если нет, то лучше беги.

– Как ты меня задолбал, Кузов, – вдруг поменялся в лице Лебедев. – Ещё раз я услышу от тебя хамство в свой адрес…

– И что ты сделаешь? Маме пожалуешься? – внутри у меня начал закипать котелок со злобным азартом. – Или залупой своей забодаешь?

Лицо Лебедева налилось краской, и через мгновение из моих рук вылетел пистолет, а из глаз полетели звёзды. Я даже понять не успел, когда тот начал свою атаку, и пропустил несколько точных ударов в челюсть. Хорошо, что у нас разные весовые категории. От этих тычков я всего лишь поплыл. Будь Лебедев килограмм под девяносто, лежать мне сейчас в глубоком нокауте.

По инерции от полученных ударов я сделал два шага назад и упёрся спиной в стену. Справа раковина, слева дверь на выход из кухни.

Лебедев делает рывок, пытаясь пройти в ноги. Ага, так я ему и позволил. Шагаю навстречу и чуть в сторону. Коленом наношу нападающему удар в голову, только он тоже не пальцем делан. Вместо того, чтобы услышать хруст сломанного носа, ощущаю боль в бедре. Лебедев слегка увёл лицо, а вместо него воткнул большой палец мне в рану. Затем обхватил бедро и, распрямившись вместе с ним, выбил мою опорную ногу.

Я рухнул на пол и больно ударился затылком о край раковины. Лебедев в один прыжок забрался сверху и принялся колотить меня кулаками в лицо. Я пропустил, наверное, ударов пять, пока удалось связать ему руки. Затем я смог перехватить его за шею и прижать к себе. Всё, теперь бить меня он не сможет, но и положение почти безвыходное. Обниматься так можно долго.

Освободив одну руку, я нанёс удар в почку, точнее, попытался. Лебедев подставил локоть, но при этом потерял устойчивость. Я мгновенно воспользовался моментом и крутанулся под ним вначале на один бок, затем на другой. Раскачав нужную амплитуду, я одним рывком поменял положение. Теперь моя позиция сверху, а шея Лебедева в удушающем захвате.

Он уже стучал ладонью по полу, когда из моих глаз вновь полетели искры, а затылок взорвался болью. Уже заваливаясь на пол, угасающим сознанием я увидел толпу народу в прихожей. В дверях стоял Чума с кривой ухмылкой на лице.

– Я фигею с вашего отдыха, господа, – услышал я его насмешливый голос. – Боюсь представить, как вы работаете.

В наступившей паузе в полной тишине раздался шкрябающий звук. Чума отправился спать, почёсывая задницу.

Я перевёл плывущий взгляд на движение слева. Там стояла Машка, зажимая в руках горлышко от разбитой бутылки. Затем моё сознание погасло, и наступила тишина.

Очнулся я от резкой вони. С трудом разлепил глаза и сразу дёрнул головой, снова ударившись больным затылком обо что-то. Передо мной на корточках сидел Степан Аркадьевич и тыкал в нос ваткой, смоченной в нашатырном спирте.

– Кузов, ты дебил? – сквозь шум в мозгах долетел до меня вопрос.

– Что? – спросил я. – Чего обзываешься?

– Давай ещё, – донеслось до слуха, и в нос тут же шибанул резкий запах нашатыря.

Сознание начало проясняться, голоса же стали нормальными, а гул потихоньку затихал.

– Кузов, ты как? – задал вопрос тот же голос.

– Жить буду, – ответил я и скосил взгляд. – Значит, не приглючило.

– Нет, живая я, – ответила Машка. – Прости, но так было нужно.

– Для кого? – спросил я и попробовал встать. Не вышло, руки были связаны за спиной. – Развяжите.

– Ты успокоился?

– Успокоился, успокоился, – ответил я. – Бить больше никого не буду.

– Аркадич, – Машка кивнула на меня подбородком.

Доктор взял со стола нож и, отогнув меня от тумбочки, срезал путы. Я размял успевшие затечь кисти и попробовал подняться с пола. Меня сразу повело в сторону.

– Ладно, лучше посижу здесь, – буркнул я, снова опускаясь на пол. – Пивка не найдётся?

– Я бы не советовал сейчас употреблять… – начал было Степан Аркадьевич, но Машка уже протянула мне бутылку тёплого пива.

– Благодарю, – кивнул я после того, как залпом осушил сразу половину. – Рассказывать будете?

– Что ты хочешь услышать? – спросила Машка.

– Ну, для начала хотелось бы знать, кого я хоронил? – пожал я плечами. – Затем и про этого, – кивнул я подбородком на Лебедева, который сидел с тампонами в ноздрях. – Какого чёрта он здесь делает?

– Так было нужно, Серёж, просто поверь мне, – начала моя жена. – Если бы ты не поверил в мою смерть, то так и продолжал бы играть. А всё очень серьёзно. Мы с Колей продумали этот момент после нашей первой встречи в Кремле.

– С Колей, – скривился я. – Он уже Коля?

– Блин, Серёж, ты меня сейчас проституткой обозвал?! – усмехнулся она. – Или мы первый день как познакомились?

– Забей, просто бесит, – отмахнулся я и сделал ещё один большой глоток пива. – Кого я хоронил?

– Понятия не имею, – пожала плечами Машка. – Какую-то мертвячку. Ко… Лебедев может брать их под контроль, только ненадолго, говорит, что мощности недостаточно. Мы выловили её дня за два, хорошенько загримировали, – она остановилась, задумалась и усмехнулась. – Честно говоря, я думала, что ты заметишь подмену. Но ты так красовался, сыпал оскорблениями, что даже не понял, что на диване сидит не твоя жена.

– Угу, ты мне ещё предъяви за это, – буркнул я, но в душе кольнуло, права Машка, мой косяк.

– Вот об этом я и говорю, Серёж, ты заигрался и не видел ничего вокруг, – продолжала объясняться она. – Если бы мы тебя не остановили, притом быстро, сейчас уже не с кем было бы разговаривать.

– Да я понял уже, – огрызнулся я. – Не надо мне свои ментовские штучки вот эти.

– Я рада, – улыбнулась Машка. – А Николай, он с нами. И был с нами с самого начала. Ты же помнишь, что это он спас меня, когда всё начиналось?

– Догадался уже, – буркнул я. – Там есть ещё?

– Это хорошо, что догадался, – улыбнулась жена и протянула мне ещё одно пиво. – Тебе нужно выслушать то, что мы скажем.

– Так я вроде слушаю, – огрызнулся я.

– Нам нужно снова занять Кремль, – вступил в разговор Лебедев. – Это очень важная стратегическая точка. К нам присоединился один человек, Фонарь, он гениальный программист. Как только мы займём крепость, он сможет взять под контроль систему защиты, и тогда нас больше никто из него не выбьет.

– Почему именно Кремль? – спросил я. – Что в нём такого особенного?

– А сам не догадываешься? – задал он риторический вопрос.

– Так, – прихлопнул по столу Аркадич. – Раз я больше не нужен, пойду спать. Меньше народу, больше кислороду. А вы пообщайтесь.

– Угу, давай, дед, приятных кошмариков, – отсалютовал я ему бутылкой. – Нет, Коля, не догадываюсь, – на его имени я сделал ударение, специально выделив.

– Там вся власть в стране была сформирована, – сделал вид, что не заметил, Лебедев и продолжил объяснять. – Там всё: управление ракетами, расположение военных частей и бункеров. Вся военная и космическая мощь страны. И всё это сосредоточено в одном месте.

 

– Так почему же ваши меня не вышибли? – спросил я.

– Разве? – усмехнулся тот и посмотрел мне в глаза своими горизонтальными зрачками.

– Принял, – кивнул я. – Они пока в него не вошли, так что можем быстро вернуть.

– Действовать нужно быстро, – подхватила Машка. – Через час выступаем. Первыми пойдут все, кто может стрелять. Женщины, дети и старики пока останутся здесь. Как только заберём крепость, организуем эвакуацию.

– Завидую я вам, – ни с того, ни с сего произнёс Лебедев. – Если бы со мной такое моя жена провернула, я бы её реально пристрелил. А вы парой слов перекинулись и уже помирились.

– Мы когда мириться начнём, ты обязательно услышишь, – усмехнулся я. – На то и семья, чтобы направлять друг друга и поддерживать. Видимо, тебе не понять.

Лебедев хмыкнул, но продолжать диалог не стал.

Меня, как раненного, оставили в месте на квартире. Через час вся боеспособная часть народа собралась во дворе. Оказывается, наши заняли почти весь подъезд, расселившись по квартирам. Сейчас те, кто остался, перебирались повыше, чтобы в случае чего успеть свалить через чердак.

Выжили многие. Они догадались не биться до последнего. Приняли правильное решение, что лучше свалить. Но всё равно, много жизней было оставлено, пока прикрывали отход основной части населения.

Немного побродив по квартирам, командуя расселением, я вернулся в свою. Точнее, в ту, где очнулся. Постоял, покурил на балконе и отправился спать. Подчинившись старой армейской поговорке: «Солдат спит – служба идёт». Ну а что ещё делать? Воевать меня не взяли, людей распределил, часовых выставил.

***

С тех пор многое изменилось. Кремль успели забрать без боя. За нами приехали уже к вечеру, на двух Магнитовских фурах. Работяги быстро сообразили новые ворота, теперь уже из железа. Сейчас у нас такие везде. Мало того, под аркой Спасской башни был организован отстойник, чтобы проводить проверку на входе.

Лебедев, кстати, рассказал и показал Аркадичу, как распознать по крови иную расу. Тех самых древних, что уничтожили человечество. Почему он принял нашу сторону? Да причина проста и банальна, как вся наша жизнь. Любовь.

Ещё тогда, когда наша жизнь была проста и понятна, как нам казалось, он встретил женщину, человека. Полюбил её так, что не мог и минуту себя без неё представить. Затем брак, счастливая семейная жизнь, правда, без детей. Он даже рассказал ей о себе настоящем, а она приняла его и не разлюбила.

В тот день, когда обратилось всё человечество, он лично прострелил ей голову. У тех, кто спланировал это, не было предрассудков типа любви и сострадания. Они даже вакцинировать её не согласились, убили вместе с остальными.

Вот вдохновлённые этой идеей Машка и Лебедев решили опробовать этот приём на мне. Нелюди. Ну ничего, она у меня своё получила. А сейчас опять душа в душу живём.

– Эй, ну вы чего там застряли-то? – крикнул я.

– Да идём уже, – отозвалась Ленка.

– Не ори, – вышел следом за ней Саня, на ходу застёгивая ремень на штанах.

Не угомонятся никак, молодожёны, мля.

Глава 2.

Логистика.

Стрельбу мы услышали заранее. Так что к месту стычки прибыли во всеоружии. И, как оказалось, вовремя. На караван напали мертвяки. Хотя какой там караван, одна фура рефрижератора. Но это уже детали, раз торговать ехали, значит, караван.

Какого они остановились, непонятно. Но факт на лицо. Вместо того, чтобы ехать прямой наводкой к нам, эти чудилы тормознули у обочины. Ну и, само собой, мертвяки тут же воспользовались моментом.

Они облепили машину со всех сторон и загнали Хоттабыча с Вентилятором наверх. Сейчас они оба отстреливались от наседающих зомби, стоя на крыше фуры. За рулём сидел бледный молоденький водитель. Судя по его виду, в подобный замес он попал впервые. Наверняка в салоне и запашок уже присутствует.

Остановились мы метров за пятьдесят до этого представления. Ленка тут же высунулась с винтовкой в люк и, пока мы с Саней выпрыгивали из кабины, уложила троих бомжей. Она, кстати, стала отменным стрелком. После того, как Машка вернулась в наши стройные ряды, Лена донимала её просьбами дать урок. Ну, наша «мисс сиски» кого хочешь достанет, вот и моя жена не стала исключением. За год Ленка стала просто отменным снайпером. Умудрилась превзойти даже своего учителя.

Вот и сейчас, пока мы короткими очередями расчищали пространство, она планомерно уничтожала цели со скучающим видом. Спустя минуту мы уже добивали остатки, а на лице нашей снайперши появилась хищная улыбка. С чем она связана, мы поняли буквально тут же. Прозвучал сухой выстрел, и метрах в пятистах от нас с каркающим звуком свалился Прыгун.

– Красава, Ленка, – похвалил её за отличный выстрел Хоттабыч.

– Да ладно, семечки, – с довольной рожей подошла она к машине друзей. – Вы-то как в такое дерьмо вляпались?

– Да ну блин, Чума молодого за руль посадил, – ответил Веня. – Пускай, мол, учится. Ему жить в этом мире, – передразнил он своего лидера и сплюнул на землю.

– Эй, родной, – постучался ему в окно Саня. – Всё уже, успокойся, отпусти баранку. Иди ноги разомни, штаны проветри.

Все дружно поржали над Саниной шуткой, кроме самого шутника. Он осмотрел нас осуждающим взглядом и покрутил у виска.

– Вам бы только зубы сушить, а у человека стресс, – пристыдил он нас. – Давайте, помогите парня расшевелить.

Оказалось, что в кабину мы попасть не можем, потому что это чудо с перепугу заблокировало двери. Несколько минут переговоров толку не принесли, и пришлось идти на крайние меры.

Ленка обошла кабину с лицевой стороны, расстегнула куртку и подняла майку, засветив молодому свои крепкие шары третьего размера. У парня тут же прилила кровь к щекам, и он смущённо отвернулся. Но самое главное: шоковая терапия подействовала.

– Как тебя звать-то? – спросила его Ленка, когда тот открыл дверь.

– Костик, – смущённо ответил тот.

– Ты, Костик, мудак, – тут же вернула его на землю наша валькирия. – Из-за тебя могли хорошие люди погибнуть.

– Простите, я испугался, – забормотал тот. – Они начали на дорогу выпрыгивать. А как я… ну не давить же людей?

– А то, что эти люди тебя сожрать могут, тебя не беспокоит? – спросил Саня.

– Да я же не специально, – опустил взгляд в землю Костик.

– Ты впервые, что ли, с ними столкнулся? – поинтересовался я. – Первый раз за год такого чудика вижу.

– Ну да, мы с батей в деревню как раз уехали, когда всё началось, – ответил тот. – А потом так там и остались. Они с мужиками несколько раз ходили отбиваться, но нас с собой не брали.

– А к Чуме вы как попали? – спросила Ленка.

– Так это мы сами их нашли, – ответил за парня Хоттабыч. – Мы постоянно поисковые отряды гоняем. За провизией, да и так в городах ништяков много сейчас. Вот по ходу и собираем всех выживших.

– Понятно, – кивнул я. – А Чума, значит, решил сразу в пекло пацана.

– Не, ну как? – пожал плечами Хоттабыч. – Надо же когда-то начинать? Тем более, мы с опытом, в обиду не дадим.

– Да я заметил, – усмехнулся я. – Не решили бы мы вас встретить, так тут и лежали бы с опытом своим.

– Ой, да хорош, Кузов, – отмахнулся Веня. – Чё мы, первый раз, что ли, в такой ситуации?

– Ладно, воины, поехали уже, там народ по молочке соскучился. Вас ждут уже как деда Мороза, мля, – хохотнул я и пошёл к своей машине. – Саня, заводи давай, харэ зажиматься.

– У нас медовый месяц, – отмахнулся тот, но к машине всё же направился. – Имеем право.

– Иметь ночью будешь, – оставил я последнее слово за собой. – А пока ты только приказы исполняешь.

– Есть, сэр, – включил клоуна Саня и кинул зигу.

– Посэркай мне тут, – показал я ему кулак. – Заводи давай, поехали.

Машину разгружали всем миром. Точнее, всеми остатками этого мира, которые в данный момент смогли собраться в Кремле. Даже Лебедев выскочил на помощь.

Вообще, нормальный мужик оказался, я его даже залупой больше не называю. Вру, конечно, ещё как называю, особенно когда бесит. Но он уже привык к моим закидонам и внимания не обращает. Чаще даже подкалывает в ответ.

Много интересного мы от него узнали. Например, то, как на самом деле происходило заражение. А всё было настолько глобально и настолько просто, что жуть берёт.

Этих самых нанитов, маленьких роботов, распространили по всей планете. Крупные фармацевтические компании получали разрешение на производство своих лекарств при одном условии: в них обязан был присутствовать чип-маркер. Крошечная нано-схема, которая способствовала обнаружению человека в любой точке планеты.

Ну, правительство всегда чудило в данной сфере. То программу распознавания лиц замутит, то камеры по всей стране развесит. И это вроде как инновация. А фармацевтам вообще без разницы, тем более, что самая основная часть клятвы не нарушена. Это «Не навреди» которая.

Вот и поехал аспирин и анальгин по миру. Не один день длилась секретная операция. Несколько лет прошло. А в один прекрасный день выяснили, что не всё так просто в организме человека. Все эти нано-роботы должны были помочь с управлением сознания. Но не тут-то было. Иммунитет – штука сложная и, как оказалось, до конца не изученная.

При подключении испытуемых к системе управления всё получилось, но спустя год организм начал сопротивляться. А деньги уже ушли, программа запущена. И что делать? Правильно, ослабить иммунитет человека болезнью. Так получился вирус, о котором все говорят, но никто его не видел.

Системы карантинов и самоизоляций показали, что эксперимент удался и слабый организм прекрасно поддаётся управлению. Казалось бы, всё, остался последний штрих, и хозяева вскоре покажут своё истинное лицо. Да щас!

Умер первый заражённый. И вот здесь начались первые странности. Организм умер, но вернулся к жизни спустя пару часов. Группа нанитов, подчиняясь заложенной программе, захватила власть над нервной системой и приняла бразды правления в свои руки.

Вот только появился ещё один маленький нюанс. Роботу нужна энергия, а где её взять в мёртвом теле? Правильно, нужно заставить его жрать. Так и понеслась душа в рай.

А когда эти древние поняли, что смогли создать на самом деле, в их воспалённом мозгу родилась колоссальная идея. Обрушить мир одним махом, а заодно избавиться от заклятого врага. Вот тогда и приняли к действию план номер два. Отравить воду грибком, а тех, кто выживет, сожрут умершие.

Но всё снова пошло немного не по сценарию, потому как люди не всегда пьют воду из-под крана и в бутылках тоже не всегда покупают. Кто-то на родник за питьевой гоняет. А кто-то только кипячёную пьёт. Иммунитет, опять же, разный. Ну и в итоге помножилось одно на другое, а там и третье подоспело.

Короче, выжило около двух процентов Земли. И мы оказались в качестве счастливчиков. Я с женой, можно сказать, благодаря Куму, который на старости лет решил стать травником. Надо сказать, что все его примочки работали не хуже лекарств из аптеки. Что, в свою очередь, помогло свести к минимуму потребление таблеток. А воду мы всю жизнь кипячёную пьём. Вот такое вот у нас получилось счастливое семейство.

Лебедев на самом деле много чего рассказывал, какие-то схемы на бумажке рисовал, но общая суть такая. В подробности вникать начал только Аркадич. К слову, он тоже немалого добился за этот год. Лабораторию развернул, аж подойти страшно. Постоянно с пробирками носится, что-то мутит. Лебедев к нему каждый вечер ходит. Да и, помимо него, Аркадич себе народу в штат набрал. И, что характерно, сплошь лаборантки да помощницы.

Ещё у нас спец по компам и программированию появился. Некий Фонарь. Доходяга и ботан, конечно, но дело своё знает. С ним вообще смешная история вышла. Его тоже Лебедев нашёл.

Обнаружил он парня на третий день после начала заражения. Он настолько пробитый оказался, что, когда свет по всей Москве отрубили, тот, даже не задумываясь, вышел на балкон и запустил генератор. Как он с этой тарахтелкой собирался с соседями мирно сосуществовать, непонятно. Но данный агрегат у него имелся и исправно работал.

Когда напряжение начало в очередной раз мигать, а это примерно третьи сутки, Фонарь обнаружил, что весь запас бензина вышел. Вылил в бак последние капли и направился загружать гениальную программу в сеть. И вот тут снова сделал открытие: сеть отсутствует.

А что в таком случае принято делать? Правильно, звонить в техподдержку и раздавать люлей. Вот только сотовый тоже молчал. А домашний был давным давно отключён за ненадобностью.

Фонарь оказался парень не промах, сохранил все свои наработки, пока комп окончательно не умер, и пошёл на разборки в ближайший офис. И каково же было его удивление, когда, выйдя на улицу, он едва не стал обедом.

 

В панике вернувшись в свою квартиру и заперев дверь на все замки и цепочки, чего раньше за ним никогда не водилось, он начал думать. А что мог предложить ботан этому новому миру, кроме еды в виде собственной персоны? Правильно, гениальный ум.

Именно смекалка и позволила ему остаться в живых. Зарядив все свои гаджеты, а также собрав всё, что может светиться, по соседям, он сообразил иллюминацию на балконе.

На его счастье и удачу, в это время в этом районе находился Лебедев. Он и заметил, что в обесточенной Москве слишком ярко светится один балкон. А когда решил проверить, обнаружил там гениального программиста и системного администратора.

Ну и с кликухой долго думать не пришлось. Так и прилип к нему «Фонарь», и похоже, что тому даже нравилось. Потому что в тот памятный вечер он именно так мне и представился.

Вся его гениальность подтвердилась при первой атаке на Кремль со стороны армии МОР-а. Оказалось, что крепость напичкана системой защиты по последнему слову техники. Та самая пресловутая электризация от нашего Никифора запустила автоматическую ПВО. Но Фонарь смог оживить полноценную защиту. Организовал базу данных с опознаванием лиц и настроил её на «свой-чужой». В общем, в течение дня он сделал крепость неприступной, и это ещё не всё.

Буквально за пару дней они совместно с Никифором наладили электроснабжение в Кремле, да так, что теперь работало по всей территории. Из их разговора я ничего не понял. Там терминология такая, что уши вянут. Чистотники, фиготники, накопители, в общем, на мой вопрос: «Как вам это удалось?», я получил такой вагон информации, что почувствовал себя полным кретином.

Ну и фиг бы с ними. Красиво было на третий день, когда довольные своей работой Фонарь и Никифор распивали пиво из холодильника. Крик: «На нас напали!», подбросил всех. Только Фонарь остался сидеть на порогах и потягивать пиво со спокойной рожей.

И уже спустя мгновение мы поняли почему.

Башни открыли волшебные двери и хлестанули по врагу из крупного калибра. Площадь тут же подняла защиту против техники, перегородив проезд металлическими штырями, которые выросли из-под земли словно грибы. В общем, секунд за тридцать от нападающих остался только фарш. А Фонарь сидел и с улыбкой потягивал пиво.

Затем он показал нам схему защиты Кремля на компе, объяснил, где и как обслуживать турели. А заодно указал, где именно хранятся запасы правительства на чёрный день. Ох и напились мы в тот день от радости…

***

– Эй, ты куда это собрался? – окрикнул я Хоттабыча, который направился к машине.

– Как куда? – удивлённо уставился на меня тот.

– Ты еврей, что ли? – усмехнулся я.

– Это почему? – ещё больше удивился тот.

– Ну а что ты вопросом на вопрос отвечаешь? – ещё больше развеселился я.

– Кто, я? – в очередной раз выдал Хоттабыч, а затем подумал и захохотал в голос. – Ну чего хотел-то?

– Как это чего? – сделал я серьёзное лицо. – Ты как не родной прям. Остаётесь на ночь, и даже гривой своей не махай. Ну не по-человечески так. Приехал, разгрузил, загрузил и бежать сразу.

– Меня Чума там ждать будет, – изобразил сомнение на лице тот. – Орать потом начнёт.

– Ничего с ним не случится, – отмахнулся я. – На вечерней связи я его предупрежу, что это моя идея. И пусть только вякнет попробует.

– Убодал, – улыбнулся тот. – Чем займёмся?

– Ну, мы тут баньку недавно справили, порося вчера кольнули, – хитро прищурился я. – Мысль улавливаешь?

– А то! – сразу оживился тот. – Эх, умеешь ты, Кузов, уговаривать. Прям змей искуситель.

– Но-но, – погрозил я ему пальцем. – Я бы попросил, без этих ваших приколов деревенских.

Баня, она и в Африке баня. Кайф! На сегодня мы её, можно сказать, арендовали. Собрались все самые близкие. Я с Машкой, Саня с Ленкой и Хоттабыч с Вентилятором. Нет, за пару мы их, конечно, не считали. У нас все мужики нормальные. Просто больше никого на территорию банного комплекса мы сегодня не пускали.

Вообще, она работала чуть ли не круглые сутки. Народу много, и остыть печке просто не удавалось, разве что ночью. Хотя и такое тоже не всегда случалось.

Баньку огородили высоким забором, чтобы снаружи, точнее, тем, кто в крепости живёт, не было видно тех, кто здесь время проводит. Территорию выбрали небольшую, баня, беседка, мангал и маленький прудик.

Огородное хозяйство потеснить нам никто не позволил, в Москве земля на вес золота. Но вот край стены мы себе кусок площади урвали. Тем более, что и брусчатка под ногами оказалась как нельзя кстати. Под прудик, конечно, часть площади сковырнули, ну и ничего страшного. Всё же для людей.

Но вот сегодня людям сюда вход был воспрещён. Такое часто происходило, и никто особо не был против. У любого может случиться день рождения, и он точно так же со своими близкими запрётся внутри для торжества. Бывает, что интересы пересекаются, но мы умеем идти друг другу навстречу.

– Ну, Кузов, красоту какую навёл, – нахваливал Хоттабыч. – У нас, конечно, не хуже, но вы тоже молодцы, такое придумали.

– Долго, что ли, умеючи, – усмехнулся я. – Ты лучше рассказывай, как у вас там дела?

– Да как, нормально вроде, работы хватает. Чума вот решил забор вокруг посёлка поставить, – сразу подхватил тот. – Мертвяков у нас немного, мы постарались подальше в глушь отойти. Хотя какая может быть тишина в Подмосковье. Но, тем не менее, спокойнее, чем у вас. Бойцов готовим, по вашей методике. Ну и людей вот собираем по окрестностям. Думали, что все уже кончились за это время, а нет, попадаются, и ведь чем глубже в деревни, тем больше.

– Слушай, Хоттабыч, просьба у меня к тебе одна будет, – все же решился я. – Кум у меня километрах в трёхстах от столицы. Не знаю, жив или нет. Проверить бы. А то мы здесь надолго с этой войной завязли.

– Дак в чём проблема-то, ты адрес давай, поищем, – с широкой улыбкой ответил тот. – Лен, ну ё-моё, сколько можно-то?! – крикнул он в сторону нашей воительницы.

– Отвали, дед, – отмахнулась Ленка и поправила постоянно сползающую простыню. – Я тебе что, специально?

– Эх, если бы не Санька, показал бы я тебе сейчас, – расхохотался Хоттабыч.

– Вот, – подвинул я ему бумажку с адресом Кума. – Если его там не будет, то проверь здесь и здесь, но это его основной адрес. Мужик он толковый, должен был выжить.

– Не грузись, Кузов, посмотрим, – кивнул Хоттабыч, бережно свернул клочок и убрал в карман горки. – Завтра приеду и ребят отправлю. У тебя фотка-то хоть есть его?

– А как же, – ответил я. – Завтра Фонарю скажу, он распечатает.

– Добро, – согласился тот и разлил по рюмкам самогон. – Веня, ты как?

– Не, я в ваше синее братство не вступлю, и не упрашивай, – отмахнулся тот и вставил в зубы косячок, который бережно крутил всё это время.

– А я буду, – подошла Машка, которая до этого плескалась в пруду после парилки.

– Да, кстати, у нас там умелец один, пиво варить начал, – с хитрой мордой сказал Хоттабыч.

– Ой, удивил, у нас уже давно своя пивоварня есть, – отмахнулся я. – Ну давай, за то, чтоб у нас всё было и нам за это ничего не было.

Вот только жизнь, как всегда, уже заготовила для нас свои очередные сюрпризы.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15 
Рейтинг@Mail.ru