Служба по Восстановлению Памяти

Маир Арлатов
Служба по Восстановлению Памяти

«Даже если захочу в туалет ни за что не позову!»

Эрни даже не злился на него, обижался. Ему хотелось, чтобы была злость, тогда бы он смог смотреть ему в глаза. А с обидой это сделать было сложно.

Шарух догадывался, что гордость не позволит Эрни позвать его, и потому выждав около часа, сам отправился к нему. Эрни сидел, понуро свесив голову.

– Эй, ты как? Похоже, решил затаить смертельную обиду и разговаривать, значит, отказываешься.

Шарух приблизился, заглянув ему в глаза, но Эрни сердито мотнул головой.

– Как же мне теперь быть? – Шарух присел перед ним на корточки. – Эрни просил меня помочь ему избавиться от страхов, но, похоже, ничего не выйдет. К его страхам добавится еще куча комплексов неполноценности. Он принял игру за реальность и запутался по уши. А вчера в два счета обставил меня, даже электрошока не испугался. Он совсем мне не доверяет. Хотя я не скрывал, что будет не сладко…

Немного помолчав, Шарух принялся расстегивать ремни. Когда пленник был освобожден, помог ему подняться и, поддерживая, повел в свои апартаменты. Эрни за всю дорогу не проронил ни слова. Увидев знакомый диван, лег на живот, уткнувшись носом в подушку. Шарух решил к нему не приставать.

Ближе к вечеру, Эрни почувствовал себя плохо. Он повернулся на бок, потом на спину. Тело сковала странная слабость, стало трудно дышать. Непроизвольно из груди вырвался стон, заставивший его очнуться от тяжелого сна, но вскоре он вновь провалился в дремотное состояние. Стон стал повторяться все чаще.

Шарух заподозрив неладное, вошел в гостиную.

– Эрни…

Подойдя ближе принялся тормошить спящего. В ответ донеслось бредовое бормотание. Он прикоснулся к его лбу.

– Да, у тебя жар! Это наверно из-за препарата… Намудрил я что-то с дозой. И лекарства давать опасно…

Он быстро сбегал за холодной водой и полотенцем, смочив его, положил на лоб. Болезненное состояние длилось часа два, все это время Шарух не отходил от больного, следя за его состоянием. Потом Эрни стало легче, и он даже открыл глаза.

– Прости, с препаратом я где-то ошибся, побочные явления наверно.

Эрни попытался встать.

– Я помогу.

– Я сам!

– Хорошо, хорошо.

Шаруханд решил отступиться. Ему оставалось лишь наблюдать, как Эрни пошатываясь, неуверенно походкой движется в сторону туалетной комнаты. Когда он вернулся, попросил одеяло, собираясь вновь отправиться в царство сна. Шарух бережно накрыл его одеялом. Весь вечер он внимательно наблюдал за состоянием Эрни и даже прицепил ему на руку браслет, переведя его в режим дистанционного управления. Только тогда смог успокоиться и заняться делами в лаборатории.

Он вернулся к себе глубоко за полночь. Еще раз убедился, что Эрни в порядке и отправился в спальню.

Внезапно его крепкий сон был прерван яркой вспышкой света, озарившей комнату. Щурясь, он приподнялся и увидел Эрни с подушкой в руках.

– Как ты можешь так спокойно спать, зная, что я здесь? А вдруг я хочу тебя убить?! – он быстро подошел и яростно запустил в него подушкой. Затем также быстро вышел из спальни, выключив за собой свет.

Шаруханд некоторое время приходил в себя от потрясения. Потом накинув на плечи халат, решил спуститься вниз. Эрни сидел перед столиком, очищая и поедая апельсины. Рядом с ним образовалась приличная куча апельсиновых корок. Присев на край дивана, он долго смотрел на него, с опасением ожидая каких-нибудь непредсказуемых действий. Нарушить тишину первым не решился.

Эрни украдкой покосился в его сторону. Ситуация показалась ему комичной, чтобы не рассмеяться он закусил нижнюю губу. Дочистив очередной апельсин, выдавил из себя:

– Спасибо.

– За что?

– Ты возишься со мной как с ребенком. И за то, что палец не отрезал.

– А что это сейчас в моей спальне было?

– Хотел напугать тебя.

– Получилось. У меня до сих пор душа не на месте… Давно тут сидишь?

– Давно. Не спится мне.

Эрни осмелился посмотреть на Шаруха и, не выдержав, улыбнулся, поспешив отвести взгляд.

– Так ты хочешь меня убить или нет?

– Уже нет, можешь спать спокойно.

– Утешил! – Шарух сердито всплеснул руками. – И, вправду, как после всего этого я могу спокойно спать?

– Вот и я не могу.

Эрни разделил апельсин пополам. Одну половинку оставил себе, другую положил на край стола, что был ближе к Шаруху. Тот взял половинку апельсина, проговорив:

– Мы же не можем оставить все как есть.

– Не можем, – согласился Эрни.

– Значит, что-то мы должны решить.

– Я хочу, чтобы мы продолжили игру. Если тебе, правда, будет необходимо отрезать мне палец, я не буду возражать.

– Эрни, – Шарух подсел к нему ближе, пытаясь заглянуть в глаза, – твои слова радуют меня. Не буду я тебя калечить, но вот больно может быть.

– Я научусь не бояться неизвестности. Но признаться, – он удрученно склонил голову, – я жутко испугался. От воспоминаний в дрожь бросает. Даже страшнее было чем, когда угнанный мною корабль обстреляла озверевшая банда извращенцев.

– Не надо стыдиться своих чувств. Ведь для того я и разыграл весь спектакль. За такое короткое время тебе пришлось пережить широкий спектр чувств. Правда, больше негативных, но надо это исправлять. Давай с юмором относиться ко всему, что нам предстоит еще натворить?

Эрни кивнул.

– Расскажи подробнее о препарате, что ты вколол.

Шарух отделил дольку апельсина и положил в рот, потом поведал Эрни о своих лабораторных исследованиях:

– Исследуя кровь, я обнаружил, что вырабатываемый твоим телом адреналин странным образом преобразуется в неизвестное белковое соединение, которое накапливается, заставляя все активнее делиться стволовые клетки. Достигнув критического уровня, происходит стремительное омоложение. Я придумал специальный элементарный состав, не позволяющий белковым соединениям влиять на стволовые клетки. В самый пиковый момент команда на омоложение в мозг не подается и процесс превращения прекращается. Осталось разобраться с дозой и научить тебя контролировать выброс адреналина. Чем меньше адреналина, тем менее активно белковое соединение.

– Тебе понадобилось так мало времени для этого?

– Большую часть трудиться – в смысле бояться – приходилось тебе, – Шарух весело посмотрел на парня. – Хочу сделать препарат в сухом виде, чтобы не надо было ставить уколы, а постоянно иметь его при себе. В общем, в своем успехе я абсолютно уверен, чего не скажешь о некоторых.

– Зная о моей зависимости от этого препарата, ты же всегда будешь меня им шантажировать. Какой ужас!

– Возможно буду угрожать и даже шантажировать, но ты ведь постараешься максимально уменьшить свою зависимость? Не дрейфь! Жизнь прекрасна!

Шарух обнял его за плечи, прошептав в ухо:

– Добро пожаловать в ад, жертва ты моя ненаглядная! – Эрни поежился от его слов. – И больше не кидай в палача подушкой и не пугай его – это как-то неправильно. Даю тебе на завтра выходной, но территорию Музея не покидать!

– С чего вдруг такая щедрость?

– Ты что-то плохо выглядишь, рыдаешь по пустякам – это непорядок.

– Надеюсь, нормальную одежду я могу надеть?

– Не возражаю, можешь выбрать из моего гардероба. Я спать, мне вставать рано.

Шарух ушел, оставив Эрни размышлять над услышанным и поедать апельсины. Спать он больше не ложился. Когда фрукты закончились, переоделся в свою одежду и отправился исследовать Музей. Долго изучал картины в галерее, заглянул в биопалеонтологический отдел. Охранник, делавший обход, случайно застал его за рассматриванием чучел животных в частности гигантского медведя и хотел вызвать помощь, чтобы выпроводить непрошеного гостя, но увидев браслет, лишь коротко кивнул и продолжил путь. Когда начали появляться первые посетители, Эрни вернулся в апартаменты Шаруха. Хозяина дома не оказалось. В столовой на столе его поджидал еще теплый завтрак.

«Наверно надо посетить пыточный зал. Может, удастся самому преодолеть ужас и отвращение, а то методы Шаруха пострашнее будут. Ему нравится давить на самое болезненное место, – размышлял Эрни, уминая за обе щеки овощное рагу. – К тому же там настоящее только пыточное оборудование, а все остальное – крашеный воск. Но как же все реально выглядит…»

Идти сразу после завтрака Эрни не решился. Ему нужно было психологически подготовиться, и он потратил на подготовку около часа.

Входил в зал пыток, по привычке, глядя в пол. Потом заставил себя поднять голову и посмотреть на ближайшую сцену ужасного издевательства над человеком. Глубоко вздохнув, решительно вошел внутрь. Поначалу трудно было заставить себя прикоснуться к чему-нибудь, но он преодолел это внутреннее сопротивление.

«Все не так уж страшно. Даже желудок помалкивает»

Переходя от сцены к сцене, он случайно увидел сидящего на ступеньках Аманти. Тот молча, с интересом, наблюдал за его действиями.

– Аманти, привет! – обрадовано воскликнул Эрни и направился к нему.

– Привет!

Обменявшись рукопожатиями, оба сели на ступеньку.

– Давно тут сидишь?

– С полчаса. Вижу, в тебе проснулась исследовательская жилка?

– Если я не возьмусь за себя, за меня возьмется Шарух.

Аманти улыбнувшись, покачивая головой, сказал:

– Да, от него просто так не отвяжешься.

– А ты опять из-за «бабы» пришел?

– Из-за нее…

Аманти оглянулся. Эрни проследил за его взглядом. Позади них находилась громоздкая металлическая штуковина, в которой может поместиться человек. Но ее внутренне содержание состояло из опасных длинных шипов. А вокруг для большего эффекта были разбросаны окровавленные части тел.

– Впечатляющее зрелище.

– Очень. Раньше такие штуковины на рынках выставляли и провинившихся в нее ставили. Вреда практически никакого, только страх и трепет.

– Ты наверно все тут на себе испытал? – предположил Эрни.

– Только баба эта осталась. Ты сам-то как?

– Стыдно вспоминать…

 

– Все так ужасно было? – в серых глазах Аманти возникло сочувствие.

– Да, в том то и дело, что нет. Я просто решил, что он и вправду собирается отрезать мне пальцы. Он целое представление разыграл, и я поверил. В общем, сопли, слезы, мольбы и все в том же духе. Позор, да и только.

– Шарух может довести до слез. Со мной это постоянно случается. До сих пор не могу привыкнуть к его методам. Вон там по правую сторону сцена № 6 есть – уроды всякие в колбах, – Аманти указал взглядом, – так вот, зная, как я боюсь воды, он велел мне залезть в колбу, дал связку ключей – штук сто и говорит: «Ты выйдешь отсюда, когда откроешь замок. Но знай у тебя всего три минуты, потом вода заполнит коблу». И представляешь, уходит. И вот я в состоянии дикого ужаса наблюдаю, как из-под ног начинает пробиваться вода. Замок над головой. Я начинаю лихорадочно вставлять один ключ, второй, третий… Они не подходят, а вода уже до колен дошла, потом до поясницы. Мне бы успокоиться, осмотреться. Тогда бы я увидел, что в верхней части колбы на уровне глаз просверлены отверстия. Это означало, что я не задохнусь – давление воздуха удержало бы уровень воды в районе подбородка, но я ничего не видел. А потом еще ключи уронил. Колба узкая, согнуться невозможно. Я пытался пальцами ног подцепить ключи, но куда там. Что со мной было – не передать. Через полчаса, Шарух освободил меня. Я чувствовал себя отвратительно. Еще реветь начал безудержно. Шарух меня валерьянкой потом отпаивал. Он заявил: «Пока с этим испытанием не справишься, о другом можешь даже не мечтать!» Он ведь ни к чему не принуждал, не настаивал, просто иногда спрашивал, готов я или нет. Однажды я решился повторить неудачный опыт, рассчитывая, что все будет как в первый раз. Но нет, задачка усложнилась, – Аманти усмехнулся, – представляешь, он в воду пиявок запустил!

– Ты справился?

– В этот раз я действовал профессионально. Сосредоточил все внимание на замке, осмотрел скважину и быстро нашел нужный ключ. Вода лишь до колен успела дойти. Все ноги были в пиявках, но как я был счастлив! Тогда и начал понимать, что такое быть хладнокровным и расчетливым. Шарух никогда не упоминает о моих неудачах и не смеется надо мной, когда я веду себя неадекватно. И я благодарен ему за это. Будь все иначе, я бы и с первым испытанием никогда бы не справился.

– Обо мне говорите? – прервал возникшую паузу вопрос Шаруха. – Похвально, похвально.

Приятели были так увлечены беседой, что не заметили, как он подошел. Аманти вскочил, увидев, как Шарух выходит из соседней сцены и радостно заулыбался.

– Шарух, привет! Я тут вспоминал, как ты надо мной издевался.

– Хочешь выдать все мои секреты, усложнив мне задачу?

– Извини, я об этом не подумал…

Шарух подошел к ним и, пожав гостю руку, похлопывая по плечу, весело сказал:

– Не сержусь. Я не слишком вам помешал?

– Нет, что ты! Я все жду и жду, когда ты обо мне вспомнишь.

– Значит, не хочешь отступать?

– Не хочу!

– Ну, тогда пойдем.

Вдвоем они подошли к пугающему своими шипами чудовищу. Эрни предпочел наблюдать издали. Шарух внимательно осмотрел устройство, потом предложил Аманти войти.

– Твоя задача стоять прямо и не шевелиться. Со всех сторон шипы. Они действительно очень острые. Думаю, для начала полчаса хватит. Может тебе руки связать, чтобы ты ими не размахивал?

– Не надо, я все понял. Дай минутку, отдышусь, потом закрывай.

Шарух выждал минуту, затем громко хлопнул металлической дверцей, закрыв ее на засов.

– Ты как там?

– В порядке.

– Я окошко закрываю, станет плохо – кричи.

Аманти в ответ не издал ни звука. Закрыв небольшое окошко, расположенное в верхней части устройства, Шарух направился к Эрни.

– Ты какими это судьбами сам сюда зашел? – поинтересовался он, сверля парня насмешливым взглядом.

– Решил немного освоиться.

– Правильно! И как тебе?

– Все очень реалистично выглядит.

– Пойдем, кое-что покажу.

– Твое «пойдем», меня начинает настораживать.

– Это будет полезно увидеть.

Они подошли к сцене, где разыгрывалась казнь какой-то красотки при помощи гильотины, голова которой уже лежала в корзине. В глазах ее отражались силуэты всех посетителей, оказавшихся рядом.

– Изобретатель этого устройства, названного, кстати, его фамилией был казнен своим изобретением – вот такая ирония судьбы. Потрогай нож, убедись, что он острый.

Эрни выполнил его просьбу.

– Острый.

– Теперь оттащи тело и займи его место.

– Ты вчера говорил, что у меня сегодня выходной, – напомнил Эрни.

– Я помню об этом. Я не буду тебя мучить, просто хочу кое-что объяснить.

Вздохнув, Эрни оттащил безголовое тело красотки в сторону. Шарух поднял перекладину, которая предназначена была для фиксации головы в нужном положении, ожидая, когда он займет свое место.

– Быстрая смерть, – проговорил Эрни, опускаясь на колени.

– Я бы не был в этом так уверен. Поскольку сознание свое мы ощущаем в голове, а она без тела живет несколько минут, представь, какие испытывает мучения казненный человек.

Шарух опустил на шею Эрни деревянную перекладину и, зафиксировав ее, насмешливо проговорил:

– И где я еще найду себе такую покладистую жертву? Ты как?

– Нормально, но неудобно.

Потом Шарух связал руки Эрни за спиной.

– Так вот побудь здесь, не дергайся. Я скоро приду.

– Я вообще-то никуда уходить не собирался, мог бы и не лишать меня свободы.

– Разрешаю тебе бояться, злиться и строить планы мести, – напоследок произнес Шарух.

Эрни не было страшно и злости к нему он не испытывал. Немного огорчился, что Шарух нарушил свое слово про обещанный выходной. Голова рыжей красотки, которая при ближайшем рассмотрении выглядела не так уж красиво, была прямо перед его глазами. Он мог видеть с какой скрупулезностью выполнены малейшие детали, особенно отрубленная часть. Эрни старательно пытался понять, что ему хочет объяснить Шарух. Определенно, это было как-то связано с гильотиной, но вот что именно?

Шаруханд возвращаться не спешил. Эрни чувствовал, как в неудобной позе постепенно затекают ноги. Хотелось устроиться поудобнее, но никак не получалось. Чтобы себя занять он принялся развязывать веревку. И когда практически ее снял, послышались далекие шаги. Но не возвращать же веревке прежнее положение. Эрни поспешил освободить руки, понимая, что Шаруху может это не понравиться.

– И как ты тут?

В его руке был большой арбуз.

– Нормально.

– Успел развязаться, я смотрю.

– Не знаю, чего ты добивался, но мне совсем не страшно. Только ноги судорогой сводит, скоро я их чувствовать перестану.

Шарух положил арбуз рядом с корзиной, и принялся убирать фиксирующую перекладину, освобождая голову пленника, многозначительно проговорив:

– Мученик мой совсем осмелел, ничего не боится…

Эрни вытащил голову и сел, разминая ноги.

– Встань и положи сюда арбуз.

Когда арбуз занял место головы, Шарух зафиксировал его положение перекладиной, переглянулся с недоумевающим приятелем, и рванул рычаг вниз. Нож гильотины со свистом рассек воздух, а затем в мгновение ока разделил арбуз на две части. Розовый арбузный сок попал на руки Эрни, заставив его вздрогнуть. Эрни вдруг с ужасом осознал, какой опасности подвергался все это время.

– Тихо, тихо, только не падай в обморок. Этой демонстрацией я не ставил целью напугать тебя. Я хочу сказать, что все оборудование здесь настоящее. Ни в коем случае не пытайся испытать его на себе без моего контроля, – Шарух произнес предупреждение, пристально вглядываясь в побледневшее лицо Эрни. Потом подобрал половинки арбуза и вручил ему.

Тот все еще пребывал в шоке.

– А если бы гильотина сработала, когда я был там?..

– Поэтому я всегда объясняю правила, которые необходимо соблюдать. Ты хорошо меня понял?

– Понял. А как же посетители? Они могут случайно что-нибудь не так сделать.

– А где ты тут видишь посетителей? Эта секция закрыта для посещений. Здесь хозяин только я. Идем, Аманти проверим. Что-то он там слишком тихо себя ведет.

Из железной бабы не доносилось ни звука.

– Аманти, – открывая окошко, осторожно проговорил Шарух. – Ты живой?

– Пожалуйста… выпусти меня, – едва слышно проговорил Аманти.

– Ладно, сейчас, твое время закончилось. Мог бы и позвать.

Аманти выходил из нашпигованного шипами устройства, еле волоча ноги. Его руки были изранены в кровь.

– Я же предупреждал: стоять и не шевелиться, – рассердился Шарух. – Надо было руки связать. Зачем я тебя послушал?

Аманти устало опустился на пол и обхватил голову руками. Немного переведя дух, произнес:

– Я в порядке. Устал очень. Я даже уснул или мне так показалось. Чудился шепот чей-то… Но не так было страшно, как я представлял.

– Ты доволен результатом?

– Пока не совсем осознал. Разрешишь потом еще раз попробовать?

– Будет видно. Идем, залечим твои раны.

Шарух помог ему подняться, и, поддерживая, сопроводил до своих апартаментов. Эрни следовал за ними. Вскоре все втроем собрались за столом, на котором их ждал разрезанный гильотиной арбуз. Шарух принес из кухни тарелки и нож. Потом нарезав его, предложил: «Налетайте!». Аманти уже и не вспоминал о неприятностях с железной бабой. Его руки были залеплены пластырем.

Эрни положил кусок арбуза в свою тарелку, отщипнул кусочек на пробу, но в отличие от остальных, есть не спешил.

– Не нравится? – Шарух заметил его нерешительность.

– Не хочу рисковать.

– У тебя на арбузы аллергия? – посочувствовал Аманти.

– Не в этом дело. Вот думаю, а вдруг Шарух специально хочет меня накормить арбузом, чтобы потом устроить пытку и с наслаждением наблюдать, как я вымаливаю у него поход в туалет.

Шаруханд, услышав его ответ, заразительно засмеялся. Аманти ничего веселого в его словах не усмотрел. Он первым высказал свое мнение:

– Это было бы очень жестоко. Но уверен, Шарух так не поступит.

– Эрни, – немного успокоившись, обратился к нему Шарух, – я обещал тебе оставить тебя сегодня в покое, я выполню обещание.

– А как же показательный урок с гильотиной?

– Это и был лишь показательный урок, чтобы накрепко в памяти отложились мои наставления.

– То есть я могу есть арбуз спокойно? – Эрни пристально посмотрел в его глаза.

– Да, на здоровье!

– Но если все же ты решил меня обмануть, то это зря – тебя ждет яростное неповиновение!

– Приму к сведению.

Эрни отмел в сторону дурные подозрения по отношению к Шаруху, и с наслаждением принялся есть арбуз. Аманти обратил внимание, что он делает это не как обычные люди и, встретившись взглядом с Шарухандом, удивленно проговорил:

– Впервые вижу, чтобы арбуз ели вместе с семечками.

– Мне нравится, – сказал Эрни, заметив их удивленные переглядывания. – Они конечно, твердые, но, когда раскусишь, придают мякоти дополнительный вкус.

Приятели еще долго удивлялись необычной привычке Эрни. Они даже сами попробовали есть арбуз с семечками, но им это не пришлось по вкусу. Шарух выполнил свое обещание. Остаток дня и ночь Эрни провел, ни о чем не беспокоясь.

Проснулся он очень рано. Не зря видно говорят, что утро мудренее вечера. Ибо вскоре после того как он открыл глаза, его вдруг посетила очень заманчивая мысль. Причем натолкнуло на нее отсутствие на руке браслета. Шарух за ужином попросил его, чтобы отдать Аманти для каких-то усовершенствований.

«Точно! Сыграем в прятки! Ох, он у меня побегает, да поищет!»

Эрни быстро встал, оделся, сложил постель так, чтобы казалось, будто он все еще спит, затем стал осматриваться в поисках подходящего укрытия.

«Единственное место, где он меня пока искать не будет – это его спальня! А потом я буду ходит за ним следом. Гениальная идея! Если за час он не сможет меня найти, уверен на все сто – подключит к поискам Аманти. В таком случае будет посложнее. Зато повеселюсь от души!»

Улыбнувшись, довольный тем, какой переполох будет от его проделки, Эрни осторожно приблизился к спальне Шаруха. Также осторожно приоткрыл дверь и заглянул. Шарух спал, ни о чем не подозревая. Эрни окинул беглым взглядом комнату, решив, что самое подходящее место спрятаться у него под кроватью. Что вскоре он благополучно и сделал. К тому же очень вовремя – минут через пять прозвонил будильник. Шарух немного повалялся в постели, потягиваясь, затем решил вставать. Первым делом отправился в душ, потом стал одеваться. Судя по его бодрым движениям, он пребывал в отличном расположении духа.

«Какое его ждет разочарование…» – посмеиваясь, лежа под кроватью, подумал Эрни.

Накинув поверх обычной одежды плащ палача, Шарух взглянул перед уходом в зеркало, оценивая свой внешний вид, и проговорил вслух:

– Ну, все пора будить спящего красавца!

 

Эрни вылез из-под кровати и, приблизившись к двери, чуть-чуть ее приоткрыл, желая знать, что будет происходить дальше.

Шарух спустился в гостиную, и встал напротив дивана.

– Эрни, вставай.

Не дождавшись ожидаемой реакции, перешел к более действенному способу – решил растормошить спящего. Сюрприз, приготовленный Эрни, удался!

– Что это значит? Эрни, ты где?

«Сейчас он осмотрит гостиную, заглянет в столовую, – размышлял Эрни. – Затем отправится искать в музейных секциях. Это должно надолго затянуться»

Шаруханд сел на диван, задумавшись. Потом связался с Аманти.

– Привет, не разбудил? У меня проблема, нужна твоя помощь. Приходи скорее.

«Делаю поправку: ходить за ним не придется. Шарух понял, что один явно не справится. Надо срочно искать новое укрытие»

В спальне надежного укрытия определенно не было. Гардероб, туалет и душ исключались сразу.

«Ладно, пока сижу здесь. Цель номер один: продержаться в неизвестности как можно дольше. Хорошо бы до завтрака…»

В ожидании появления Аманти, Шарух мерил гостиную нервными шагами, между делом успев осмотреть имеющиеся в ней шкафы и туалетные комнаты. Потом сходил в столовую.

Аманти пришел быстро, как мог. Половину пути преодолел бегом.

– Что случилось? – отдышавшись, поинтересовался он.

– Эрни исчез. Похоже, решил спрятаться. Вот ведь хитрец, знает, что без браслета его сложно будет найти.

– Может он просто, как вчера экспонаты рассматривает?

– Возможно, но я чувствую не все так просто. Ты изменения в его браслет внес?

– Да, держи.

– Вдвоем мы его быстро найдем. Из Музея ему не выйти.

– С чего начнем?

– С верхнего этажа. У сотрудников поспрашиваем, еще видеокамеры надо бы проверить.

И вскоре они покинули апартаменты.

Понимая, что скорого их возвращения ожидать не следует, Эрни вышел из спальни Шаруха, размышляя, что делать дальше. Потом долго сидел на диване, с сожалением глядя на гору апельсиновых корок.

«Хоть бы один остался… Перекусить бы чего-нибудь. Неужели и, правда, я не могу покинуть Музей? Э… нет, уважаемый господин палач, вы не знаете всех моих способностей!»

Он встал и подошел к ближайшему окну. Выглянув, обратил внимание, что между стеклом и шторами достаточно места, чтобы спрятаться. Он проверил одну из штор на свет.

«Не просвечивает. Если встать на подоконник, никто не догадается, что здесь притаился я. Лишь бы они были слишком заняты, чтобы смотреть в окно. Хороший вариант, буду иметь его в виду…»

Эрни решил выйти из апартаментов и оценить обстановку. Приближаясь к комнате отдыха, вдруг услышал голоса, приближающие со стороны коридора, ведущему к черному ходу, и, насторожившись, попятился обратно. Приятели возвращались.

– Он где-то здесь, я точно знаю! – заявил Шарух.

– Наверно в зале пыток, – предположил Аманти. – Там есть, где спрятаться. Ведь ты меньше всего ожидаешь его там найти. Из чувства противоречия.

– Ну, если я его найду – четвертую!

– Не злись на него. Он сам настоял на игре и хочет, чтобы она по возможности развивалась по его правилам.

– Ты так думаешь? Давай осмотри левую сторону, я – правую.

Эрни облегченно вздохнул, и, дождавшись, когда они войдут в пыточный зал, прошел в комнату отдыха.

«Чего-то вы быстро верхний этаж осмотрели. Спрячусь я пока за диваном. Вы же потом опять в апартаменты вернетесь, я надеюсь…»

Эрни отодвинул диван от стены сантиметров на двадцать, что при беглом взгляде было практически незаметно. Присел сбоку, затем протиснулся в треугольный проем в нижней части образованный между стеной и диваном.

«Хорошо, что я худой. Ну и пылищи тут!»

Находиться пришлось в неудобном лежачем положении. Причем довольно долго.

Шаги возвращающихся приятелей он услышал задолго до их появления. Они шли молча, озадаченные неудачными поисками.

Аманти прошел к дивану и сел.

– Невероятно! – наконец, воскликнул Шаруханд. – Кстати, он уже не первый раз выделывает подобные кренделя. Знаешь, что позавчера сделал?

– Очень интересно.

– Вошел ко мне в спальню, разбудил меня и говорит: «Как ты можешь так спокойно спать, зная, что я здесь? А вдруг я хочу убить тебя?» Потом швырнул в меня подушкой и ушел. В тот момент я реально струхнул. Чего смеешься?

Сквозь смех Аманти произнес:

– От людей, поедающих арбузы вместе с семечками всего можно ожидать.

Шаруханд тоже начал посмеиваться.

– Ну, все, все. У меня назначено три пытки на сегодня. Время идет, а жертва где-то бегает – не порядок!

– Но не может же он весь день скрываться. Рано или поздно мы его найдем.

– Вот уж он от меня получит по полной программе! Сходи в комнату страха, а я в апартаментах посмотрю, вдруг вернулся.

Они разошлись.

Эрни с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться.

«Поищите меня, поищите…»

Минут через двадцать парни вернулись не в шутку встревоженные.

– А если он все же сбежал из Музея? – осторожно предположил Аманти.

– Видеокамеры засняли бы. Не улетел же он на самом деле! Давай рассуждать логически: наверху его точно нет. В апартаментах тоже. Остаются две секции…

– Комнату страха я проверил.

– Закрой ее на замок, пожалуйста.

Аманти выполнил поручение.

– Методом исключения остается зал пыток… Где же он мог там спрятаться? Мы же все проверили.

– Может, ты его попросишь выйти. Пообещаешь не сердиться на него.

– Идиотская ситуация получается. Жертва изощренно измывается над палачом. Где ж такое видано! Скоро уже завтрак принесут, а у меня были такие планы на это утро.

Шаруханд подошел к входу в зал пыток и громко произнес:

– Эрни! Хватит прятаться, выходи. Обещаю, я не буду сердиться на тебя. Ты победил, можешь предъявить свои условия, если такие имеются. Я знаю, что ты здесь!

Замолчав, оба прислушались к возникшей тишине.

– Наверно он тебе не верит.

– Я не знаю, что делать.

Аманти шепотом предложил:

– Давай затаимся здесь. Рано или поздно он даст о себе знать. Там такое эхо…

Шаруханд согласился. Оба сели на диван, не произнося больше ни слова. Эрни старался дышать через раз.

Мимо прошли люди, обычно приносившие Шаруху еду. По шагам Эрни определил трех человек. Поздоровавшись, они прошли в апартаменты. В животе Эрни появились первые признаки бунтарства. Вскоре люди прошли в обратном направлении.

– Да, похоже, тактика выжидания нам не подходит, – огорчился Шарух. – Пойдем, что ли поедим.

– Я не против.

Эрни дождался, когда парни начнут подниматься по лестнице, и громко выкрикнул:

– Ау-у… Я здесь!

Планы парней тут же изменились. Они быстро вернулись в комнату и замерли, глядя в сторону зала пыток.

– Он точно там! Еще издевается над нами! Аманти, хватит смеяться!

– Ты бы себя видел. Сколько страсти!

– Так, теперь мы точно уверены, что он скрывается здесь. Идем, проверим все сначала. Никуда он от нас не денется!

И они снова, но уже более воодушевленно, отправились на поиски. Эрни осторожно выполз из укрытия, сдержал болезненный стон, разминая затекшие конечности, потом бесшумно поднялся в апартаменты, а оттуда прямиком в столовую.

– Сейчас позавтракаю! А эти оболтусы пусть поразвлекаются.

Пока ел, инстинктивно разыскивал, куда бы спрятаться на случай появления обозленных неудачными поисками визитеров. У окон тоже привлекательно в качестве укрытия смотрелись шторы. Сунув в рот очередную ложку супа и закусив ее куском хлеба, он прошел к окну, чтобы убедиться, что не обманывается на их счет. Потом спокойно доел суп, второе, даже успел отпить немного чая, когда послышались голоса. Схватив со стола ванильную булочку, Эрни бросился к окну, и, взобравшись на подоконник, присел за шторой.

Приятели подошли к столу и застыли в недоумении.

– Он успел позавтракать, пока мы… – Аманти удивленно замолчал.

– Ничего не понимаю, – Шарух выдвинул стул, собираясь сесть.

– Шарух, он тебя сделал! Не хочется чувствовать себя проигравшим, правда?

– Аманти, ты явно на его стороне?

– Конечно! Жертвы палача должны держаться вместе.

– Садись уже, жертва палача.

– А ты не думаешь, что он все еще где-то здесь, и может быть… даже наблюдает за нами?

– Вполне возможно.

Эрни в это время сидел себе тихо и ел булочку, отщипывая пальцами кусочек за кусочком.

– Ты ничего не ешь, – заметил Аманти.

– Аппетита нет. Эрни, если ты здесь выйди, перестань прятаться. Я, правда, сердиться не буду. Объясни, чего ты хочешь добиться? Хочешь, мы даже можем поменяться ролями.

– Ты это серьезно? – Аманти перестал жевать от удивления.

– А что я еще могу предложить? Надеюсь, он меня не услышал.

– А я все слышал, – решил отозваться Эрни.

Приятели оглянулись на его голос.

Эрни зашевелился, отодвигая штору, потом повернулся, сев поудобнее на подоконнике, и насмешливо взглянув на потрясенную парочку, продолжил доедать булочку.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30 
Рейтинг@Mail.ru