Созданная для боли

Лили Рокс
Созданная для боли

Новый поток боли

Серые глаза были холодными, смотрели внутрь меня и будто просили прощения. Меня одолевали самые разнобойные чувства. Я ненавидела его за все это, но в то же время мне было приятно, что он понимал меня и жалел. Никогда не думала, что проникнусь симпатией к своему насильнику и садисту.

"Шкаф" подхватил меня на руки и отнес к деревянной стойке, на которой обычно занимаются штангисты. Он уложил меня на живот и снова пристегнул. На этот раз железными цепями и наручниками.

Теперь я не видела что он берет со столика и что будет в меня входить на этот раз. Я смирилась со своей участью, мне было плевать.

Рядом со мной прогремели шаги и на задницу полилась маслянистая жидкость. А потом, без лишних разговоров мне в анус резко воткнули один из тех огромных дилдо.

Я не выдержала жгучей, разрывающей боли и заорала как только могла. Но кляп заглушил все крики. Не успев отдышаться я завизжала с новой силой. На спину посыпались рассекающие плоть удары. Они не прекращая рвали кожу, мышцы и казалось даже кости. К такому не привыкнуть. Я думала что это худшее что могло со мной сегодня случится, но нет. Вперемежку с ударами на спину, вернее на тот фарш, в который она превратилась, полился, как мне показалось расплавленный свинец. Вся спина горела адским пламенем, эта жидкость разъедала все на своем пути, включая внутренние органы.

Не знаю точно, сколько длилась эта пытка, для меня казалось прошла вечность. Внезапно удары прекратились. У меня промелькнула надежда что все кончено и меня просто добьют как раненого котенка. Как же я ошибалась.

Подняв залитые слезами и кровью глаза я увидела господина. Он стоял передо мной со спущенными штанами и улыбался хищной улыбкой, а глаза горели ненавистью. Он что-то сказал мне на арабском и скрылся из поля зрения.

Спустя мгновение я ощутила как из ануса вынули дилдо и ввели член. Я поняла что это хозяин решил сам поразвлечься. Он трахал меня так же жестко, с диким презрением, громко ругаясь и больно хватая за волосы.

Через несколько толчков он выдохнул, извлек член из меня и с силой дернул гинекологическое зеркало из моей вагины в клочья разрывая все внутри. От резкой боли я заорала, но не услышала ни звука.

Голос был сорван, я могла только хрипеть. Не успев отдышаться я ощутила новый поток боли в анусе. Он впихнул зеркало туда и расширил до максимума, а в отверстие затолкал дилдо. Я слышала с каким трудом и старанием он это все проделывает. А я уже не орала, не было ни сил, ни голоса. Один сплошной комок боли.

Господин закончил пыхтеть и с размаху шлепнув меня по спине вошел в разорванную вагину. Он двигался быстро и жадно, хватал меня за искалеченную спину и рычал от удовольствия.

Меня хватило лишь на несколько минут. Спасительная темнота накрыла меня с головой и унесла от этого кошмара… Но на долго ли?

Я пришла в себя от резкого химического запаха. Нашатырь. Разомкнув глаза я увидела перед собой серые холодные глаза. Охранник. Он с тревогой смотрел на меня. В его взгляде читался ужас и сочувствие.

Я попробовала пошевелиться. НО тут же мое тело отдало шквалом боли от этого неразумного действия. Я поморщилась и поняла что кляпа больше нет, а я вообще сижу со связанными руками за спиной.

Из меня вырвался стон отчаяния. Да когда же это все закончится? Долбанные садисты и извращенцы. Гнев накрыл меня волной. Я ненавидела всех их. Я ненавидела тот день когда меня украли. Да за что мне все это?

Поток мыслей был прерван появлением хозяина. Он стоял прямо за охранником и смотрел на меня.

– Что? Что тебе от меня еще надо, сволочь?! – прохрипела я. – Извращенец неполноценный!

Господин с улыбкой слушал мою пламенную хриплую речь. Ему было по фигу, все равно ни слова не понял. Я смачно плюнула в его сторону и рассмеялась как последняя истеричка.

Его улыбка сменилась маской отвращения, он что-то сказал охраннику и мне тут же прилетел мощный удар под дых. Воздух с шипением вышел из легких и я согнулась пополам. В голове промелькнула шальная мысль – выбесить его, чтоб меня убили наконец-то. Потому что из этого ада я видела только один выход – смерть.

– Подчиняйся, глупая, иначе он тебя на куски порезать заставит. – прошептал "шкаф".

– Мне насрать. Я лучше сдохну, чем буду его слушаться. – просипела я в ответ.

Господин снова отдал короткий приказ и уселся в свое кресло. Охранник тяжко вздохнул и одной рукой оттянул мою голову за волосы назад.

Я смотрела на него снизу вверх и ждала. Мужчина одной рукой вставил свой член в мою глотку и также яростно начал трахать меня. Гигантский половой орган тут же разорвал уголки губ, кислорода не хватало, а головка упираясь в глотку норовила проскочить в желудок. Слюна текла рекой, из глаз брызнули слезы, к горлу подступал еще недавний ужин. Но он не остановился, он трахал меня в глотку все жестче и с неистовой силой.

Еще несколько толчков и он с размахом загнал член до самого упора. Обжигающая жидкость потекла по пищеводу. Я пыталась сделать вдох, но член в моем горле не давал даже двинуться. Секунда, вторая, третья, я сейчас отключусь. Но слава богу, гигант покинул мой рот и я смогла отдышаться.

Мужчина отступил в сторону, его член все еще пульсировал и был в поднятом состоянии. А господин поднялся с кресла, подошел ко мне, посмотрел снизу вверх как на какое-то отродье и смачно харкнул на меня.

Я склонила голову и все еще пыталась отдышаться, как почувствовала что на голову сверху что-то льется. Резкий запах мочи прояснил происхождение жидкости.

От осознания всего меня тут же вывернуло наизнанку прямо на ботинки этого господина. За свой поступок я тут же получила увесистый удар в висок, затем еще один и еще. Меня подняли за волосы и били уже кулаком по лицу, превращая его в сплошное кровавое месиво.

Минут через пять хозяин выдохся и отшвырнул меня от себя обратно на сидушку, еще раз плюнул в меня, и подошел к столику. Я услышала гулкие шаги, которые направлялись ко мне. От резкого удара снизу вверх я подпрыгнула и опрокинулась на спинку стула. В руках хозяина была длинная палка с резиновым членом на конце.

Он без церемоний, одним ударом вогнал ее в вагину, не сильно заботясь о том, куда попадет. Я завизжала от резкой боли в паху, но господин не прекращал вынимать и снова ударом вгонять фаллос обратно. Я чувствовала как все органы малого таза превращаются в отбивную, как струится кровь из разрывов в вагине. Сквозь боль я слышу как орет господин, и с каким остервенением он продолжает вгонять в меня эту чертову балку.

Когда я была уже на грани тьмы и сознания, хозяин остановился. Он тяжело дышал и рычал одновременно. Через заплывающие глаза я увидела его искаженное злобой лицо. Хозяин орал на арабском на меня и на охранника, он был в бешенстве. После гневной тирады он еще раз смачно ударил меня по лицу кулаком, что-то буркнул охраннику и вышел из помещения.

Я ощутила как меня отвязали, вынули все приспособления и бережно накинули простыню поверх изуродованного и оскверненного тела. Последнее, что помню, как меня подхватили на руки и серые холодные глаза наполненные болью.

Он не виноват

Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь. При попытке пошевелиться стало понятно, что это плохая идея. Тело болело, будто меня трамвай не просто переехал, а катался туда-сюда несколько раз подряд. Но все-таки я решила попытаться сменить положение затекшего тела.

Не спеша, подняв голову, я осмотрелась. Я лежала на полу, на матрасе в той самой камере, где первый раз очухалась. Все те же серые бетонные стены и пол, большая тяжелая дверь, и моя лежанка около стены с цепями. Ладно, хоть простыни более-менее чистые.

Это движение и оценка местности далась мне очень тяжело. Голова кружилась как аттракцион в парке, а тело при каждом неосторожном движении разрывалось на миллион осколков от боли.

Я, кряхтя и пытаясь сильно не дергаться, постаралась сесть. Но и это было плохой идеей. Как только я перенесла вес на свой зад, я дернулась от жгучей боли в области ануса и промежности. Из глаз тут же брызнули слезы.

Боже, да что со мной сделали то? Память будто отрезало. Лишь некоторые кадры то и дело моргали в сознании, как тупой и не понятный мультик. Только одно я помню точно. Холодны и грустные глаза, смотрящие на меня с болью и ужасом. Охранник! Это он все делал со мной. Волна ярости прокатилась по всему телу и так же быстро ушла.

Он не виноват. Он лишь исполнял волю своего сумасшедшего хозяина. Фу, старый извращенец, да еще и импотент, похоже, если заставляет вместо себя другого все это творить.

Я поморщилась. В памяти прокатились все сцены насилия и издевательства надо мной. И мне от этого стало еще больнее. Я никогда не смогу этого забыть. Тело то заживет, а вот разум. Разум мой конкретно пошатнулся. Я практически физически ощущала, как моя кукушка уезжает в далеко турне без долгих прощаний.

На лице появилась хищная улыбка. У меня созрел план действий. Я знала, что будет делать и как и с кем. Я рассмеялась, очень громко и зло. Для маленького замкнутого пространства это было весьма резко.

Спустя некоторое время, превознемогая боль, мне удалось принять вертикальное положение. Но только сидя. Ошейник, прикованный к стене, сдавливал горло и не давал встать.

Мне вот интересно, а в туалет мне, куда, блин, ходить? Под себя? Или ямку тут как собаке копать? Идиоты!

Мое мысленное негодование, наверное, было слышно даже сквозь толстые стены. Я уже просто нестерпимо хотела в туалет. Однако спустя мгновение это чувство улетучилось, как будто его и не было. Странно… А, катетер. Они мне в мочевод катетер вставили. И, посмотрев вниз, под простынь, я увидела подтверждение своим догадкам – средний полиэтиленовый мешок с жидкостью. Вот только она была не желтой, а красной! Причем ярко-красной!

Черт. Похоже, от внутренних органов у меня мало что осталось… Я еще раз осмотрела себя: белая роба, искалеченные чернющие запястья, приподняв одежду, я увидела и промежность. Вернее, то, что от нее осталось. За бинтами не было видно ни черта! А бинтов было много. Да я мумия! Они начинались на ляжках и тянулись до самых ключиц.

 

Только начав шевелить руками, я почувствовала неприятные ощущения в локтях. О, капельница. От моей руки к невысокой стойке тянулся шнур капельницы, а в вену вставлен катетер.

Надо же, господин заботится о пострадавших! Как мило! Тьфу, скотина.

Я была злая, можно сказать разъяренная! Да фурия в аду милый щеночек по сравнению с моим состоянием. Ну как можно так издеваться над живым человеком? Неужели он потом спит после этого крепче?

Поток моей гневной бравады прервал звук поворачивающегося ключа в замке. От него меня передернуло, и я застыла в неподвижности.

Хоть в камере и была одна лампочка, через открывшуюся дверь полился более яркий свет, заставивший меня зажмуриться и прикрыть рукой глаза.

Я не сразу поняла, кто пришел ко мне. И лишь через полминуты, когда глаза привыкли к свету, я увидела посетителя.

Это был он. Охранник. Только теперь без маски и полностью одетый. Черные брюки, светлая водолазка с длинным рукавом, который был закатан до локтя и черные ботинки. А он хорош – отметила я про себя.

Молодой человек действительно был хорош собой. Короткие темные волосы, смуглая кожа, широкие плечи, приятные черты лица, волевые скулы, мускулистое тело, сильные, с выпирающими венами руки и глаза. В этих глазах можно было утонуть или замерзнуть. Потрясающе! И как я раньше не заметила, что он так хорош собой?

Казалось, что мы смотрели друг на друга целую вечность. Он молчал, я тоже. А что в таких ситуациях принято говорить? «Привет, как дела?». Бред какой-то.

Неожиданно, он отвел взгляд и опустил глаза. Меня будто из омута выдернуло, и я начала мыслить более ясно. Что-то в это мужчине цепляло меня, размягчало, и отключало мозг. Интересно…

– Как ты? – хрипло произнес парень.

– Немножко хочется сдохнуть, а так – нормально. – Выдавила я.

Мой голос прозвучал, словно из потустороннего мира. Я не сразу даже поняла, что это мой голос. Он был сиплый, грубый и еле живой.

– Ты была без сознания трое суток. – Начал говорить парень. – Тебя практически по кускам сшивали местные врачи. И были весьма удивлены, что ты вообще живая.

Голос охранника звучал не лучше моего. В нем слышались нотки отчаяния, скорби, жалости и… Сострадания? Весьма странное качество для такого амбала, не правда ли?

– Честно, лучше бы реально не выжила. Если таким Макаром и дальше будет, то моя кукушка не выдержит. – Усмехнулась я.

– Дальше будет только хуже. – Грустно заметил охранник.

Я промолчала. Знала, что просто так меня не отпустят. Хозяин будет лечить меня, а потом издеваться. Пытки будут только хуже, жестче и изощренней. Это было понятно даже дураку.

В камере повисла тишина. Через несколько минут я все же подала голос:

– Неужели нет способа выбраться отсюда?

– Нет, нету. Только продвигаться по «карьерной лестнице». Как я. – охранник оборвал себя на полуслове и замолк.

До меня не сразу дошел смысл его слов. А потом, когда все-таки до меня доперло, я ахнула. Твою мамай! Он когда-то был на моем месте! Вот это да. Офигенно девки пляшут! Получается, он прошел через все это, и за хорошее поведение его наградили должностью? Жесть. Да этот хозяин еще более шибанутый, чем я предполагала!

– Погоди. – Опешила я. – Так тебя тоже, когда то… эм… пытали?

– Да, и не только. – Глаза парня резко поднялись на меня и заглянули в самую душу. – Меня украли 10 лет назад. Я тогда только вернулся из армии, гулял, веселился. В одну из гулянок, я сильно напился в баре и отключился. В себя пришел уже в этой камере с ошейником на шее. А дальше были издевательства, пытки и извращения. Все то же самое что и с тобой. Меня лечили, а когда раны затягивались – снова пытали. И так по кругу. Через год этого ужаса я понял, что дальше либо смерть, либо побег, который, тоже закончится смертью. И тут мне предложили выход. Я становлюсь паинькой, доказываю свою верность господину и перехожу из роли раба в охрану. Мне ничего не оставалось делать, как согласится. Только вот господин решил использовать меня не совсем как охранника. Я стал его марионеткой. Теперь я должен был пытать его рабов, а он смотреть. А если я что-то делал не так, меня понижали опять до раба, истязали, лечили и возвращали на пост. Вот как-то так…

Он замолчал. Я тоже молчала. Для меня его признание стало шоком. Мысли были пусты, я просто не могла это все уложить в своей больной голове.

– Ты даже не пробовал бежать? – прошептала я. – Или с родными связаться?

– Почему же. Пробовал и не раз. Я пытался, и бежать, и позвонить близким, и обратиться в полицию. Но все бесполезно. Меня каждый раз ловили. Хоть я был предельно осторожен. Возвращали назад. А там уже ты знаешь, что меня ждало.

– Ты уверен, что все методы испробовал?

– Да. Все. После последней попытки мне запретили покидать дворец и лишили любой связи с внешним миром.

Парень снова замолчал. На протяжении всего времени он стоял неподвижно около моих ног. А был он тут уже прилично, с полчаса, не меньше. Неужели не устал? Или за годы, проведенные в этом аду, у него выработалась привычка? Мысли снова полетели пчелиным роем в голову. От их наплыва жутко разболелись виски и я поморщилась.

– Тебе больно? – подскочил ко мне парень.

От неожиданности я рефлекторно дернулась в сторону от него. От этого рывка я еще сильнее сморщилась и застонала.

– Прости. – Парень отдернул свою протянутую руку от меня и вернулся в свое привычное неподвижное состояние. – Я не хотел причинять тебе боль.

– Да не страшно. Просто голова болит. И ты меня напугал немного. – Я попыталась изобразить что-то наподобие улыбки на своем лице.

Видимо не очень это у меня получилось, потому что парень немного улыбнулся, глядя на меня.

– Я позову врача. – Сказал он и направился к выходу.

– Стой! – крикнула я. – Как тебя зовут то?

– Хозяин зовет меня Рифат. – ответил парень.

– А настоящее имя?

Парень остановился и замер. Спустя минуту он произнес:

– Миша.

Он бросил на меня беглый взгляд, а затем быстрым шагом покинул комнату.

Я осталась в камере одна, наедине со своими мыслями и только что полученным откровением Миши. Мда. Подумать было о чем.

Ясный сон

Исходя из рассказа парня, меня ждало три варианта развития событий.

Первый. Меня будут истязать, резать, трахать и делать все, что душе хозяина угодно. Потом лечить и снова издеваться. И так по кругу.

Второй вариант. Мне повезет и на каком-либо из кругов, я тупо склею ласты и отправлюсь в другой мир.

И третий вариант (и надеюсь не последний). Стать паинькой, заслужить доверие хозяина и продвинуться по «карьерной лестнице» как Миша.

Аааааа. Меня категорически не устраивал ни один вариант! Надо придумать, что делать. Я еще не теряю надежду увидеть Россию своими глазами!

Дверь снова скрипнула, и в камеру вошел мужчина средних лет в белом халате. Врач. Ну, хоть болеть перестанет.

Доктор подошел к капельнице, задумчиво посмотрел сперва на нее, потом на меня, что-то шепнул сам себе и быстро удалился. Я все это действие наблюдала молча и с тихим офигиванием. Врач вернулся быстро с еще двумя пакетами и тремя шприцами.

Он умело поменял капельницу и всадил два шприца в резинку катетера. А третий забабахал прямиком мне в ногу. Я поморщилась от новой боли и почувствовала, как сознание постепенно уплывает. Я снова отключилась.

Придя в себя и открыв глаза, я вздрогнула от неожиданности. Около меня на низкой табуретке сидел Миша. От удивления я даже забыла о боли и всей этой карусели в голове. Он что, постоянно тут сидит? И зачем ему это нужно?

– Привет. – Улыбнулся парень.

– И тебе здрасти. – промямлила я. – Давно ты тут?

– Не очень, часа три.

– Три? – у меня округлились глаза. – Тебя разве хозяин не потеряет?

– Нет. Он уехал на несколько дней. – В голосе парня читалась явная радость.

– А ты почему не с ним? – нахмурилась я. – Охрана же всегда рядом с господином.

– Да, так и есть. Только ты забыла, я не его охранник. Я его игрушка и нахожусь всегда в замке.

– Ааааа. Теперь понятно все. А я, почему-то подумала что ты его личная охрана. – Усмехнулась я.

– Не ты одна так думала…

Парень резко замолчал и опустил глаза. Интересно, что он скрывает? Откуда такая вселенская печаль?

– Ну, сколько на этот раз меня не было в реальности?

– На этот раз всего двое суток. – Поднял на меня глаза Миша.

– Это радует. – Сказала я и попыталась приподняться на локтях.

Парень со скоростью пули подскочил ко мне и помог сесть. Я крякнула от боли, но отметила, что она уже не такая сильная и нестерпимая. Это хорошо, что заживает. Но и плохо. Чем быстрее я восстановлюсь, тем быстрее этот извращенец вовлечет меня в свою вакханалию.

– Есть хочешь? – спросил парень.

О боже! Еда! Я в этой круговерти совершенно забыла о своем желудке, который предательски начал урчать.

– Понял. – Рассмеялся Миша.

Удивительно. Всего за несколько дней этот парень превратился из угрюмого и молчаливого шкафа в приятного, улыбчивого и очень симпатичного молодого человека. И что на него такой эффект дало?

Он поставил передо мной поднос на высоких ножках. Аромат еду дурманил голову и отключал все мысли напрочь. Хоть еда и была пюреобразной, она оказалась очень вкусной. Ну, правильно, 5 дней питаться физраствором и капельками. И земля вкусной покажется. Первая ложка досталась мне с трудом. Видимо если несколько дней не глотать, то организм забывает эту функцию. Но, через три ложки я все-таки смогла нормально и без боли глотать.

Более-менее управившись с нехитрым завтраком я выжидательно посмотрела на парня. Я хотела знать, что он тут делает и почему он уделяет мне так много внимания.

– Я жду объяснений, Миш. Ты уж слишком обо мне заботишься.

Парень снова опустил глаза и прошептал:

– Ты права. Есть одна причина… Я хочу искупить свою вину.

– Вину за что? – поторопила я его.

– За смерть.

***

После того как за Мишей закрылась дверь, я с головой погрузилась в размышления. Мне было в то же время страшно и любопытно. Чья смерть заставила такого, как Мишу, испытывать чувство вины? Это была девушка или парень? Он сам убил этого человека или был причастен к смерти? Вопросы роем накинулись на меня. Но ответ я так и не смогла найти. Я решила расспросить Мишу получше об этой ситуации.

Усталость и все еще болевшие раны быстро отнимали силы. Поэтому я сама не поняла, как погрузилась в глубокий, но беспокойный сон.

Я видела ту самую комнату, в которой меня пытали. На кресте висела обнаженная девушка, Миша, в кожаном костюме стоял неподалеку, а господин нещадно хлестал девушку плетью. Она визжала от каждого удара и извивалась, пытаясь уклониться от плети. Но хозяин с нескрываемым азартом снова замахивался и бил. На теле страдалицы уже не было живого места и именно это заводило узурпатора еще больше.

Миша стоял в сторонке с опущенной головой, по его лицу текли слезы, и он еле заметно вздрагивал от каждого щелчка плети.

Я не сразу поняла, что это был сон. Вся картина была настолько реалистичная, что я сама несколько раз вздрогнула и съежилась от визга пленницы. Спустя несколько мгновений я осмелела и подошла ближе. Хозяин, будто почувствовав движение сзади, обернулся. Но не в мою сторону, а на Михаила и на чистом русском произнес:

– Видишь, до чего довели ваши игры? Она будет страдать за тебя. И умирать будет долго и мучительно. А если ты осмелишься повторить свой поступок, то я кастрирую тебя, перережу сухожилия и брошу в подвал к крысам медленно подыхать.

В речи господина отчетливо слышались нотки ярости, всепоглощающей ненависти и… обиды? Да, обиды, я не могла ошибиться! Выходит, хозяин был обижен на Мишу за что-то, но почему он наказывал девушку, а не его самого?

– Я понял Вас, господин. Прошу, умоляю Вас, пощадите ее. Она ни в чем не виновата! Это я все придумал.

– Нет дорогой мой. Она ответит за непослушание и попытку предать меня! А для тебя это будет уроком!

С этими словами хозяин наотмашь ударил девушку, и та потеряла сознание. Господин еще раз взглянул на Михаила. Парень стоял белее простыни, его руки были сжаты в кулаки и тряслись мелкой дрожью. Хозяин ухмыльнулся, взял саблю и сделал несколько глубоких надрезов на девушке в разных местах. При виде этого у Миши вырвался крик, и я проснулась.

Я резко села на лежанке, сердце дикой дробью колотилось в груди, а по лицу стекали холодные и крупные капли пота. Что это, черт возьми, было? Я раньше как-то не наблюдала за собой признаков телепатии или задатков к предсказаниям. Но я четко знала, что это был не просто сон на основе домыслов о Мише.

 

В любом случае нужно разобраться в этом всем. И меня пугало резкое изменение отношения парня ко мне. А вдруг с той девочкой было то же самое? Вдруг он и с ней так же сблизился, подружился, а потом хозяин узнал об этом и убил ее? Меня как-то не радовало повторить ее судьбу, хоть парень мне был действительно симпатичен.

Следующие несколько дней прошли как день сурка. С утра я просыпалась, меня осматривал лекарь, делал перевязку, ставил какие-то уколы и уходил. Потом был завтрак, дневной сон, ужин и на боковую в ночь.

Эти дни Миша не приходил ко мне. Странно, даже когда хозяин был в доме, он всегда находил минутку забежать ко мне и узнать о моем самочувствии. А тут… Полная тишина. Я уже начала беспокоится, вдруг господин узнал о симпатии молодого человека ко мне и наказал его, или что хуже, вообще убил? Я проглотила не вовремя подступивший к горлу ком отчаяния и скорби.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16 
Рейтинг@Mail.ru