Litres Baner
«Летопись» и мемуары Шаляпина

Леонид Андреев
«Летопись» и мемуары Шаляпина

Любя литературу, как нечто отвлеченно-прекрасное и безгрешное, Горький не сумел внушить своей аудитории и своим последователям любви к литераторам, – к живой, грешной, как все живое, и все же прекрасной литературе. Всю жизнь, смотря одним глазом (хотя бы и попеременно, но никогда двумя сразу), Горький кончил тем, что установил одноглазие как догмат. Достаточно вспомнить его давнишние статьи о мещанах – Толстом и Достоевском[1]. Чему тут научишься? Еще недавно в той же «Летописи» проф. Тимирязев в своих воспоминаниях о пушкинском празднике в Москве и знаменитой речи Достоевского писал, не смущаемый редакцией, о том, что у Достоевского были тогда «маленькие и злобные глазки», а когда надели на взволнованного после речи писателя венок, то это была «смешная и жалкая фигура»[2].

1…давнишние статьи о мещанах – Толстом и Достоевском. – Речь идет о «Заметках о мещанстве» М. Горького в легальной большевистской газете «Новая жизнь», 1905, № 1, 4 и 18 от 27, 30 октября и 13 ноября.
2…проф. Тимирязев… писал… «смешная и жалкая фигура». – См. Тимирязев К. Памяти друга (Из воспоминаний о М. М. Ковалевском). – Летопись, 1916, № 8, с. 218, 219.
Рейтинг@Mail.ru