Мертвые голоса

Кэтрин Арден
Мертвые голоса

Гаррету – другу, соседу, почти брату,

потому что я обещала

тебе камео в этой книге,

но не говорила, что тебе достанется

роль хорошего парня


Katherine Arden

DEAD VOICES

All rights reserved including the right of reproduction in whole or in part in any form.

This edition published by arrangement with G.P. Putnam’s Sons, an imprint of Penguin Young Readers Group, a division of Penguin Random House LLC.

Перевод с английского Веры Анисимовой

В оформлении издания использованы материалы по лицензии © shutterstock.com

Copyright © 2019 by Katherine Arden.

Design by Eileen Savage

© В.Б. Анисимова, перевод на русский язык, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2021

1


В Эвансбурге стояла зима. В вечерних сумерках пятеро путешественников выехали из города на старенькой «субару» и нырнули в метель. Снег и соль полетели из-под колес машины, когда она свернула на шоссе, направляясь на север. Кроме этих пятерых на дороге почти никого не было. «Продолжительная снежная буря частично накрыла северные районы Вермонта. Ожидается около двадцати сантиметров осадков, – с треском раздалось из радиоприемника. – Будьте осторожны на дорогах».

«Субару» продолжила путь. Впереди ехали двое взрослых, на заднем сиденье – трое детей.

Коко Цинтнер, как самой маленькой, досталось место посередине. Она была невысокая, худенькая, с голубыми глазами и светлыми волосами необычного розоватого оттенка (ее главная гордость). Коко встревоженно всмотрелась в лобовое стекло. Дорога показалась ей очень скользкой. По ней им предстояло ехать целых три часа.

– Круто, – сказала девочка, сидевшая слева. Ее звали Оливия Адлер. Это была лучшая подруга Коко, и она ни капельки не нервничала. – Двадцать сантиметров за одну ночь. – Олли прижалась носом к окну. У нее были большие темные глаза и кудряшки, расчесывать которые было нельзя, потому что они начинали пушиться. Она с восторгом уставилась на метель. – Завтра здорово повеселимся!

Лучший друг Коко, сидевший справа от нее, широко улыбнулся в ответ. Он протянул руку в багажник «субару», доверху заваленный сумками, и погладил свои зеленые лыжные ботинки.

– Оторвемся по полной! – согласился Брайан. – Не нервничай, Кроха.

Последние слова были обращены к Коко. Она нахмурилась. Брайан вечно раздавал всем прозвища. Сам он ей нравился, а вот прозвище – нет. Может, потому что она и впрямь не вышла ростом. У Брайана была самая красивая улыбка из всех, кого Коко знала. Он родился на Ямайке, но еще в младенчестве переехал с родителями в Вермонт. Чернокожий, среднего роста, Брайан был звездой школьной хоккейной команды, любил читать не меньше, чем забивать шайбы, и пусть иногда он и вел себя как тупой хоккеист, зато умел подмечать все, что происходит вокруг.

Вот и сейчас Брайан заметил, что Коко беспокоится. Если бы еще он ее не поддразнивал!

Это был первый день зимних каникул, и все пятеро отправились кататься на лыжах: Олли, Брайан и Коко, а также папа Олли (он сидел за рулем) и мама Коко, которая ехала на переднем пассажирском сиденье.

На самом деле недельный отдых на лыжном курорте был им всем не по карману. Мама Коко работала в газете, а отец Олли торговал солнечными батареями. Но однажды, месяц назад, он вернулся с работы, загадочно улыбаясь.

– Что такое? – спросила Олли. Они с Коко сидели на кухне в Яйце, старом странном доме, где жила семья Олли. Девочки налили себе по кружке горячего шоколада и теперь бросали в него маршмеллоу, соревнуясь в том, чья пирамидка получится выше.

Мистер Адлер широко улыбнулся в ответ.

– Кто хочет покататься на лыжах в зимние праздники?

– А? – хором удивились обе девочки.

Как выяснилось, папа Олли выиграл приз за то, что продал очень много солнечных батарей: недельный отдых на горе Хемлок для него и еще четверых гостей.

– Гора Хемлок? – озадаченно переспросила Олли. – Но ведь ее еще не открыли!

На горе Хемлок располагался самый новый лыжный курорт в Вермонте. Раньше его территория принадлежала какой-то школе и была закрыта для посещения. Но новые владельцы решили превратить гору в базу для зимнего отдыха.

– Да, – с довольным видом ответил мистер Адлер. – На праздники они готовы принять небольшое количество гостей еще до официального открытия. Ну что, поедем? Коко, вы с мамой хотите с нами?

Коко только-только научилась кататься на лыжах и по-прежнему считала, что нестись на полной скорости вниз по склону горы – это холодно и страшно. Так что она сомневалась, что хочет поехать. Но Олли уже принялась скакать по дому, радостно приплясывая, и Коко не хотелось ее расстраивать.

– Конечно, – тихонько ответила она. – Я поеду.

И вот они уже были в машине, в пути, и у Коко в животе встревоженно метались бабочки от мыслей о снежной буре, скользкой дороге и большой холодной горе, ждущей их в конце. Она бы предпочла сейчас сидеть в домике Олли возле печки по имени Огнесса и строить пирамидки из маршмеллоу. Ветер остервенело бросал снежные хлопья в лобовое стекло.

Коко ответила Брайану уверенным тоном, в который, вероятно, никто не поверил:

– Я нервничаю не из-за лыж. – Она махнула рукой, указывая на окно. – Просто страшновато вести машину во время такой сильной бури.

– Ну, – спокойно отозвался мистер Адлер с водительского сиденья, – если уж быть точным, машину веду я, а не ты. – Он переключил передачу.

Волосы у него были такие же темные, как у Олли, но прямые, а не кудрявые. На зиму он отрастил огромную рыжеватую бороду, заверив нас, что так теплее.

– Ты отлично справляешься, пап, – сказала Олли. – И Сузи тоже молодец. – Сузи – так звали «субару». – Папе часто приходилось водить машину в метель, – заверила она Коко. – Все в порядке.

На выезде из Эвансбурга вереница фонарей оборвалась, и теперь дорогу освещали только фары машины.

– Ничего страшного, Кроха, – добавил Брайан. – В канаву, скорее всего, не скатимся.

– «Скорее всего»? – переспросила Коко.

– Точно не скатимся, – отозвалась ее мама с переднего сиденья. Она обернулась и строго посмотрела на Брайана, но тот принял самый невинный вид. Мама Коко была такая же голубоглазая, как и дочь, только намного выше ростом, и волосы у нее были просто светлые, не розоватые. Сама Коко надеялась, что еще успеет подрасти.

– А если мы скатимся в канаву, – заявила Олли, – ты, Брайан, будешь толкать машину.

– Не-а, – ответит тот. – Ты крупнее меня, так что толкать будешь ты.

– Или вы займетесь этим вдвоем, – перебила Коко. – Есть чем перекусить?

Все трое тут же отвлеклись на еду. Приближалось время ужина, и перекусить действительно было чем: мистер Адлер знал в этом толк. С собой он завернул большие сэндвичи с арахисовой пастой и джемом на домашнем хлебе.

Разделавшись с сэндвичами, ребята съели по яблоку и принялись за огромный пакет картофельных чипсов. Их тоже приготовил мистер Адлер.

– А жарить чипсы сложно? – спросила Коко, облизывая соль с пальцев.

– Нет, – с чувством собственного превосходства ответила Олли. Она помогала их готовить и, как подозревала Коко, успела наесться еще до поездки. – Только масло брызгается.

– Теперь я знаю, что мы приготовим, когда в следующий раз придем к тебе, – сказал Брайан, хрустя чипсами. – Очуметь как вкусно!

Они уже доедали последние чипсы, когда «субару» наконец свернула с магистрали. «ПРОЕЗД к ГОРАМ» – гласил указатель на повороте. Дорога пошла вверх. По одну ее сторону росли деревья, с другой виднелась долина с замершим ручьем. Папа Олли вел машину через бурю и как ни в чем не бывало травил дурацкие шутки.

– Под каким деревом прячется заяц во время дождя? – спросил он.

Олли вздохнула. Ее папа обожал нелепые шутки.

– Под мокрым! – торжествующе выкрикнула Коко, и все застонали сквозь смех.

«Просим автолюбителей быть осторожнее в пути, избегать нерасчищенных дорог и, если возможно, вообще воздержаться от поездок», – объявили по радио.

– Прекрасно, – сказал мистер Адлер, ничуть не встревоженный. – Чем меньше людей на дорогах, тем больше чистого снега достанется нам!

– Ну, если ты так уверен, – протянула мама Коко и с сомнением всмотрелась в бушующую бурю. Коко хорошо знала этот взгляд. Они с мамой проявляли осмотрительность во всем, в отличие от Олли с отцом, которые не привыкли осторожничать.

– Хотите еще шутку? – спросил мистер Адлер.

– Пап, можно мы установим ограничение по количеству шуток на одну поездку? – вздохнула Олли.

– Только не тогда, когда я за рулем! – ответил ее отец. – Давайте еще одну. Почему пугало всегда занято?

Повисло неловкое молчание. Олли, Брайан и Коко переглянулись. Они не питали совершенно никаких теплых чувств к пугалам.

– Ну? – спросил папа Олли. – Кто-нибудь? Ну же, я как будто сам с собой разговариваю! Потому что у него большое поле деятельности! Поняли? Большое поле! – Он рассмеялся, но ребята к нему не присоединились. – Господи, ну и буки.

Трое на заднем сиденье промолчали. Папа Олли ничего не знал, но у них были веские основания для того, чтобы не любить пугала.

В октябре они вместе с остальными шестиклассниками из их школы исчезли на двое суток. Только Олли, Брайан и Коко помнили все, что произошло в те дни, но никому ничего не рассказали. Родным и полиции они сообщили, что просто заблудились.

На самом деле ребята вовсе не заблудились. Но кто бы им поверил, расскажи они правду?

Их похитили и перенесли в иной мир – мир по ту сторону тумана. Они столкнулись с живыми пугалами, которые хотели утащить их с собой и превратить в таких же пугал. Они побывали в доме с привидением, которое предложило их угостить, пробежали через лабиринт в кукурузном поле и наконец встретились с тем, кого называют Человеком с улыбкой на лице.

 

Он выглядел совсем обычно, но внешность обманчива. Человек с улыбкой на лице готов исполнить любое твое желание, но цена за его помощь высока. Ужасно высока.

Олли, Брайану и Коко удалось перехитрить его. Они выжили по ту сторону тумана и вернулись домой. Ребята попали в этот жуткий мир, будучи едва знакомы, а вышли из него лучшими друзьями. Теперь был уже декабрь, а они продолжали дружить и даже отправились вместе на каникулы. Все шло хорошо.

Но даже два месяца спустя им все еще снились кошмары. И пугала им по-прежнему не нравились.

Молчание в машине затянулось, а дорога продолжала идти в гору. Внезапно радио затрещало и затихло.

Все ждали, что оно вот-вот снова оживет. Тишина. Мама Коко протянула руку и постучала по приемнику – безрезультатно.

– Странно, – сказала она. – Наверное, это из-за бури.

Коко не жалела о том, что радио замолчало. После бутерброда с арахисовой пастой ее начало клонить в сон. Девочка положила голову на плечо Олли и задремала. Брайан читал «Покорителя зари». Он обожал морские приключения. Они с Олли оба прочитали «Одиссею капитана Блада» и потом еще несколько недель спорили о концовке. Коко тоже прочитала эту книгу, дабы понимать, что обсуждают ее друзья, но оказалось, что там про пиратов. Роман ей не понравился, и в разговорах она чувствовала себя немного лишней. Если честно, Коко вообще не нравились романы. Она любила книги про что-то настоящее: про насекомых, динозавров, про историю космических полетов.

Брайан принялся читать, подсвечивая себе телефоном. Олли прислонилась щекой к окну, вглядываясь в ненастную ночь. Коко, засыпая у нее на плече, начала вспоминать свою последнюю шахматную партию. Она сыграла ее по интернету с пользователем, которого звали @begemot.

Коко обожала шахматы. Первое место в списке ее любимых книг занимали биографии знаменитых шахматистов и описания легендарных партий. А одним из любимых занятий была игра в шахматы онлайн. В интернете никто не насмехался над ней, полагая, что маленькую девочку с розовыми волосами легко будет победить. Сквозь сон Коко вспомнила первые ходы своей недавней партии. Она играла белыми, которые всегда ходят первыми, и начала с ферзевого гамбита[1]

Машина ползла все выше и выше.

Коко заснула, все еще думая об игре.

Ей приснился сон. Но шахмат в нем не было.

Во сне она шла по темному бесконечному коридору. Полосы лунного света падали на ковер, перемежаясь тенями, но окон не было – только лунный свет. Стоял жуткий холод. По обе стороны коридора шли ряды одинаковых белых дверей. Краска на них подгнила и облупилась. Из-за одной двери доносился чей-то плач.

Но из-за какой? Казалось, их тут несколько сотен.

– Где ты? – позвала Коко.

– Я не могу их найти, – всхлипнул голосок, явно принадлежавший девочке. – Я повсюду искала, но никак не найду. Матушка говорит, что домой без них не пустит.

Коко показалось, будто где-то у нее за спиной раздались тяжелые, неровные шаги. По коже поползли мурашки. Но Коко знала наверняка: нужно найти плачущую девочку. Она должна отыскать незнакомку, прежде чем шаги настигнут их.

Коко побежала по коридору.

– Что ты ищешь? – крикнула она. – Я могу тебе помочь. Где ты?

Вдруг Коко резко остановилась. В коридоре возникла худенькая девочка примерно одного с ней роста, одетая в белую ночную рубашку. Ее лицо скрывала тень.

– Я здесь, – сказала незнакомка.

Отчего-то Коко почувствовала, что ей не хочется видеть лицо девочки.

– Привет, – произнесла Коко, и ее голос надломился.

– Я ищу свои косточки, – прошептала незнакомка. – Поможешь мне?

Она шагнула на свет, и Коко вздрогнула. Лицо девочки было серым и исхудавшим, вместо глаз зияла пустота, губы и нос почернели, будто обмороженные. Ее губы сложились в жутковатое подобие улыбки.

– Здравствуй, – сказала она. – Холодно здесь, правда? Поможешь мне? – Незнакомка протянула руку, и луна осветила ее длинные черные ногти.

Коко отшатнулась и врезалась спиной во что-то твердое. Огромная рука легла ей на плечо. Коко повернулась и оказалась лицом к лицу с пугалом. Его вышитый рот широко улыбался, а рука оказалась всего лишь острым садовым совком. В конце концов пугало все-таки настигло ее, подумала Коко. Настигло и теперь утащит за собой. Она больше никогда не вернется домой…

Коко открыла рот, чтобы закричать, и проснулась с резким вдохом.

Она была в машине, за окном бушевала метель, они ехали на гору Хемлок, а мама сидела впереди и разговаривала с мистером Адлером. На заднем сиденье было холодно: даже в зимних ботинках у Коко онемели пальцы ног. Несколько секунд она сидела неподвижно, тяжело дыша от испуга. «Просто сон», – сказала себе Коко. За прошедшие месяцы ей много раз снились пугала. Олли и Брайану тоже. «Просто сон».

– Далеко еще, Роджер? – спросила мама Коко.

– Вроде бы мы уже близко, – отозвался мистер Адлер.

Коко, все еще под впечатлением от кошмара, уставилась в лобовое стекло. Метель только усиливалась. Дорога превратилась в желтовато-белую полоску, покрытую толстым слоем снега. Деревья по бокам гнулись под тяжестью белых шапок.

«Субару» медленно ползла вперед. Снег скрипел под колесами, а мистер Адлер, кажется, с трудом справлялся с машиной на скользкой дороге.

– Вот так ночка, а? – сказал он.

– Может, мне сесть за руль? – предложила мама Коко.

На этот раз в голосе мистера Адлера уже не слышалось привычного веселого расположения духа:

– Все в порядке. Я лучше знаю машину. – Чуть тише он добавил: – Молитесь, чтобы мы не увязли.

Машина начала спускаться в долину. Дорога слегка поворачивала.

Но только вот на ней уже не было пусто. У Коко внутри все сжалось, и на мгновение она подумала, что это тоже происходит во сне. Прямо перед ними посреди дороги возникла высокая фигура в потрепанной синей лыжной куртке, похожая на пугало. Фигура стояла, не двигаясь, подняв одну руку в предупреждающем жесте. Как будто умоляя: «Остановитесь!» Лицо незнакомца скрывала лыжная маска.

Коко вздрогнула от страха, но потом заметила: руки у фигуры самые обычные, а вовсе не садовые инструменты. Это не кошмар, и перед ними не пугало.

Отец Олли и не думал тормозить.

– Стойте! – закричала Коко, подскочив. – Смотрите! Смотрите!

Мистер Адлер ударил по тормозам. Машину закрутило и развернуло к черной кромке деревьев у дороги. Коко сжалась, ожидая, что вот-вот раздастся звук удара чьего-то тела о боковую дверцу машины. Человек стоял так близко…

Ничего.

Машина вздрогнула и остановилась всего в метре от ближайшего дерева.

На секунду все оцепенели.

– По-моему, мы ничего не задели. – Голос мистера Адлера звучал так, будто он тяжело дышал, пытаясь успокоиться. – Что ты там увидела, Коко?

Она испуганно вздрогнула.

– Вы не видели? На дороге был человек! Мы его, наверное, сбили! – Ее голос превратился в писк; она ненавидела такие моменты. Неужели они переехали кого-то? Неужели они убили

Отец Олли поставил машину на ручной тормоз и включил аварийную сигнализацию.

– Ребята, я хочу, чтобы вы остались… – начал было он, но Олли уже открыла дверь со своей стороны и выскочила на снег. Сугробы были ей по колено. Брайан тут же распахнул свою дверцу и тоже вылез наружу. Коко, хоть у нее и тряслись руки, поспешила вслед за ними.

– Коко! – закричала мама. Они с мистером Адлером тоже выбрались из машины. – Коко, не смотри, вернись! Осторожно…

Та сделала вид, что не слышит; она достала телефон и обошла машину, подсвечивая фонариком. Брайан сделал то же самое. Олли достала налобный фонарик из кармана в дверце машины. Ребята встали плечом к плечу, осматривая машину со всех сторон. Снег сыпал так густо, что невозможно было ничего разглядеть за пределами круга, освещенного фонариками. Над головой ветер с едва слышным шелестом покачивал ветви сосен.

Мистер Адлер взял фонарик из бардачка, а мама Коко стояла рядом и, прищурившись, вглядывалась в метель. Четыре луча шарили по снегу. Дорога была абсолютно пуста. Коко рассмотрела две колеи в том месте, где машина съехала на обочину, и большой неровный след в том месте, где машину развернуло. Но больше ничего.

– Я никого не вижу. Даже следов нет, – объявила ее мама. – Слава богу.

– Но я видела кого-то! – возразила Коко. – На дороге. Человека. Он стоял с поднятой рукой. – Она выставила ладонь, повторяя жест незнакомца. – В синей лыжной куртке, но без перчаток. Олли, ты не видела?

– Может, что-то мелькнуло, – ответила та с большим сомнением. – Как будто тень. Но я не уверена. Метель такая сильная. Брайан?

Тот покачал головой.

– Но, – добавил он из чувства солидарности, – нам с Олли было не так хорошо видно лобовое стекло. Коко ведь сидела посередине.

Мама Коко показала на снег, совершенно нетронутый, если не считать следов, оставленных машиной и их собственными ботинками.

– Мне кажется, тут никого не было. – Она уже начинала дрожать от холода. Из машины все выскочили без курток, как сидели, а теперь снег уже начал скапливаться у них на плечах.

– Я видела человека, – продолжала настаивать Коко, но остальным не терпелось вернуться в тепло, и ее уже никто не слушал. Она поспешила вслед за ними. – Я точно видела человека.

– Может, это была просто тень, Кроха, – рассудительно заметил Брайан. – Или олень. Или ты просто задремала и перепутала сон с явью.

– Я ничего не выдумываю! – воскликнула Коко. Ну почему ее голос вечно звучит так пискляво?! – И не называй меня Крохой!

– Но там же явно никого не было… – начал Брайан.

– Эй, – перебил их папа Олли, – успокойтесь оба. Давайте просто порадуемся, что никого не сбили. Возвращайтесь в салон, здесь небезопасно.

Коко расстроенно уселась в машину. Ей казалось, что все немного злятся на нее. Из-за нее мистер Адлер ударил по тормозам, и машина вылетела на обочину. Но ведь она точно кого-то видела!

С другой стороны, она и вправду дремала. Может, ей действительно это приснилось?

Когда машина снова тронулась с места, Коко оглянулась и посмотрела в заднее стекло.

На мгновение ей почудилась темная фигура, освещенная красными задними фонарями машины. Незнакомец стоял лицом к ним прямо посреди дороги, по-прежнему вскинув руку без перчатки.

Словно взывая к ним.

Словно предостерегая.

– Ребята, – прошептала Коко, – он там. Он прямо за нами.

Олли и Брайан обернулись.

Оба помолчали.

– Я ничего не вижу, – объявила Олли.

Коко снова оглянулась.

Фигура исчезла.

Коко вздрогнула. Она открыла было рот, чтобы сказать что-то еще, но машина с ворчанием поползла в гору, и долина осталась позади.

Через минуту сквозь деревья блеснули два желтых огонька. Коко была настолько взволнована, что этот свет показался ей зловещим. Как глаза, высматривающие путников. Поджидающие их. Ей хотелось попросить мистера Адлера развернуть машину.

«Ну что за глупости», – сказала она себе.

– Смотрите! – воскликнул Брайан, указывая на огни. – Что это там?

– Должно быть, лыжная база, – ответил отец Олли. В его голосе слышалось облегчение. – Почти доехали.

Они проехали под новенькой самодельной вывеской, освещенной старомодными газовыми лампами.

«Глаза? Ну да, конечно, – подумала Коко. – Просто лампы».

«ГОРА ХЕМЛОК, – гласила вывеска. – ЦАРСТВО ПРЕКРАСНОГО и ВЕЧНОЙ ЗИМЫ».

– С грамматикой у них не очень, – заметила Олли.

Остальные промолчали. Подъездная дорога была ужасно узкой, а снег на ней лежал особенно толстым слоем. Мотор «субару» надрывно завыл, когда отец Олли нажал на газ. Дорога повернула, и машину начало заносить. Колесам не хватало сцепления.

– Пап… – начала Олли.

– Не сейчас! – рявкнул мистер Адлер таким тоном, какого Коко никогда от него не слышала. Он переключил передачи, не дал машине закрутиться, и наконец они въехали на заснеженную парковку. Все вздохнули с облегчением.

После долгой дороги один только вид особняка показался им желаннее всех рождественских подарков. Теплый золотой свет лился из окон. Правда, не из всех.

– Мы добрались, – радостно объявил Брайан.

Сквозь метель и темноту им не удалось рассмотреть дом, но Коко он показался довольно большим. Здание было… внушительным. Оно буквально нависало над ними.

 

– А вам не кажется, что светлых окон как-то мало? – спросила Олли.

– Наверное, электричество отключилось, – предположила мама Коко, задумчиво теребя кончик своей светлой косы. – Приходится обходиться генераторами. Осветить весь дом не получится.

– Я даже слышу, как они шумят, – заметил Брайан.

Мистер Адлер проехал через парковку и поставил машину под навесом. Теперь Коко тоже расслышала шум генераторов: они издавали монотонный рокот, как будто это дышал сам дом.

– Что ж, – сказал папа Олли, – на парковке пусто. Видимо, мы единственные, кто доехал.

– Другие, возможно, застряли в пути, – вздохнула мама Коко. – Надеюсь, они найдут, где спрятаться от метели. Еще час, и мы сами бы увязли. Давайте в следующий раз все же будем слушать, что говорят по радио о погоде, ладно?

– Договорились, – сказал папа Олли, судя по его тону, совершенно искренне. – Идем! – добавил он, обращаясь ко всем. – Мы добрались, все на месте, преодолели дистанцию без потерь. Хватаем сумки. Чем скорее вылезем из машины, тем скорее ляжем спать.

Олли и Брайан нашарили ручки дверей и вывалились в холодную ночь. Все пятеро сонно побрели к дверям особняка Хемлок.

Вдруг Коко резко остановилась в дверях, уставившись прямо перед собой. Олли врезалась в спину Коко и едва успела ухватиться за нее, чтобы обе смогли удержать равновесие.

– Коко, что такое?.. – начала она, но потом тоже увидела то, что так удивило ее подругу. – Ничего себе!

– Очуметь, – пробормотал Брайан. – Куда мы попали?

Единственным источником света в холле был ревущий огонь в огромном камине. По стенам плясали тени. Потолок затерялся так высоко в темноте, что его невозможно было разглядеть. Стены же были увешаны головами мертвых животных. Коко на глаза попалась голова лося с рождественской гирляндой на рогах. Оленья голова – нет, множество оленьих голов – собрали в одном месте. На полу в небольшом каноэ сидели три енота с веслами в лапках. В витрине стояло чучело олененка. Четыре койота выли на игрушечную луну. Черный медведь выпрямился на задних лапах, подняв лапу.

Пляшущие отблески огня словно приводили чучела в движение. Их стеклянные глаза поблескивали, как живые. У медведя были острые белые зубы.

– Миленькие украшения, – встревоженно пробормотал Брайан. – Крутое местечко выбрал твой папа.

На полу лежал огромный ковер из медвежьей шкуры. Когти зверя блестели в свете очага.

Олли обошла Коко и зашагала вперед.

– Здесь здорово, – с нажимом произнесла она. Олли всегда вступалась за отца. Коко на ее месте делала бы так же, если бы у нее был такой классный папа, как у Олли. Сама Коко никогда в жизни не видела своего отца – он ушел еще до ее рождения.

Олли обвела рукой чучела.

– Некоторым такое нравится. И вообще, мы тут не для того, чтобы сидеть в холле. Мы приехали кататься на лыжах.

Брайан повеселел.

– Это точно, – согласился он. Зеленые лыжные ботинки висели у него за спиной поверх рюкзака. Брайан протянул руку и снова погладил их. Он обожал любой спортивный инвентарь, особенно тот, что принадлежал ему лично. Они с Олли постоянно обсуждали заточку лыж и коньков. Иногда Коко думала о том, насколько было бы проще, если бы ей нравилось то, что так любят ее друзья. Книги про пиратов, зимние виды спорта. Тогда ей было бы что сказать во время этих разговоров.

Возле стойки их ждали мужчина и женщина. Теперь они поспешили навстречу гостям. На веснушчатых лицах обоих сияли счастливые улыбки. Коко была рада их видеть. Их присутствие придавало холлу более обыденный вид.

– Ох, вы добрались, как замечательно! – воскликнула женщина. Она была худой, как английская борзая, с волосами песочного цвета, а дружелюбное и гостеприимное выражение, казалось, намертво приклеилось к ее лицу. – Вы, должно быть, Роджер Адлер, – обратилась женщина к отцу Олли. – Я Сью Уилсон. Вы приехали первыми. Многие гости, наверное, и вовсе отказались от поездки. Ну и буря! Извините, что так темно. – Она обвела рукой холл. – Мы подумали, что хватит света от очага. Электричество отключилось, а мы стараемся экономить газ на случай, если все подъездные дороги окажутся засыпаны на несколько дней. Зато дерева у нас полно! – Женщина повернулась к ребятам. – Можете звать меня Сью. – Она улыбнулась Коко. – Устала, деточка?

Коко уже привыкла, что взрослые называют ее «деточка», «солнышко» и «милая». Те, кто ее не знал, обычно думали, что ей лет восемь. Все из-за розоватых волос. Поскорее бы уже вырасти!

– Да, – вежливо ответила она сквозь зубы. – Устала. А что случилось с электричеством?

– Это все буря, – сказал мужчина, выходя вперед. – Скорее всего, ветер повалил деревья, и где-нибудь порвались провода. – У него была такая же пышная борода, как у мистера Адлера, и рождественский свитер. Над поясом нависал небольшой животик. – Я Сэм Уилсон, – представился мужчина. – Мы с женой – владельцы курорта. Приятно с вами познакомиться. Полагаю, вы уже видели моих зубастиков? – Он обвел рукой стену. – Сам всех подстрелил. Давайте мне багаж. – Сэм забрал все три сумки, не дожидаясь ответа. – Ну, довольно болтать. Вы наверняка устали. Лестница там. Лифт не работает, уж простите. Электричества-то нет. Идемте. Добро пожаловать в особняк Хемлок!

Коко с радостью пошла следом. Ей хотелось как можно скорее убраться подальше от чучел и лечь в кровать.

– Ну и метель, Сью, – сказал мистер Адлер. – Завтра здорово покатаемся на лыжах, но добраться было непросто. – Спокойной ночи, дети! – крикнул он. – Ведите себя хорошо.

Взрослые продолжили разговаривать, но Коко уже не могла разобрать слова. Она поднялась по ступенькам вместе со всеми.

Они остановились на втором этаже. От лестницы шел длинный темный коридор, освещенный немногочисленными настенными лампами. Их свет был желтоватым и слабым. «Наверное, это все тоже ради экономии газа, – решила Коко, – поэтому так темно». На последней ступеньке она споткнулась и врезалась в спину Олли, которая чуть не упала вместе со своим тяжелым рюкзаком.

– Коко! – зашипела та. Обычно Олли не злилась на неуклюжую Коко, но сейчас они все очень устали.

– Прости, – прошептала та. – Тут плохо видно.

Они побрели по коридору. Коко внимательно смотрела под ноги, чтобы не споткнуться еще раз.

– Вас, девочки, мы поселим в большую спальню, – объявил Сэм, обернувшись через плечо. – А тебя – Брайан, верно? – прямо напротив. Это в конце коридора. Идем.

Они шли, наверное, целую вечность. Было прохладно. Коко надеялась, что в комнате теплее.

Сэм остановился возле двери с надписью «Большая спальня», составленной из крупных латунных букв.

Коко услышала шаги за спиной: кто-то поднимался по лестнице. Наверное, мама и мистер Адлер шли в свои комнаты.

– Спокойной ночи, ма… – начала было она.

Вот только мамы там не было. Коридор оставался пустым.

Нет… Что это? Ближайшая тусклая лампа рисовала на полу пятно зеленоватого света, и сейчас это пятно пересекала чья-то тень. Широкоплечая фигура.

Одну руку тень протягивала к ним.

Словно взывая.

Словно предостерегая.

По спине Коко пробежал холодок.

– Мама? – позвала она, и в это мгновение открылась дверь их спальни. Сэм включил лампу, работающую от батареек. Свет пролился в коридор, и тень исчезла. У них за спиной совершенно точно никого не было.

Тогда Коко вспомнила странную фигуру на дороге и почему-то еще длинный коридор из сна.

Чувствуя, как колотится сердце, Коко вошла в спальню вслед за Олли.

1 Шахматный дебют, во время которого игрок делает первый ход пешкой, стоящей напротив ферзя, а затем жертвует соседней (прим. ред.).
1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11 
Рейтинг@Mail.ru